Грех. Исповедь. Злость

Он не просит прощения. Он просит, чтобы его поняли.

Эдинбург. В городском архиве звукорежиссёр Мара Кин находит катушку 17 — интервью, записанное в приюте Святой Бригитты за три недели до пожара, в котором погибли четверо подростков. Среди них её младший брат. На плёнке слышно то, что семь лет никто не хотел слышать: пожарный звонок не звонит, он только гудит, как чайник. А дверь, которую заедало, в ту ночь закрыта на замок.

В тот же вечер Маре звонит человек, которого она считала погибшим.

А в городе один за другим умирают те, кто когда-то решил, что чужие дети — не их проблема. Элиас Вейл не мстит. Он собирает историю, в которой каждому отведено своё место: трус, лицемер, предатель. И одну роль он оставил Маре — роль свидетельницы, которая должна подтвердить, что он прав.

Это исповедь, найденная в тюремной камере 17. Читайте. Судите. Бойтесь. Но не говорите, что вы его не понимаете.