Read the book: «Куколка»

Глава

1. Выбери меня

Филипп зашёл в кабинет отца и увидел, что тот какой-то пасмурный. Цедит чай и кидает на него хмурые взгляды. Опять. За*бись.

— Ты звал? — спросил Фил и присел на кожаный диван.

Он уже примерно понимал, о чём пойдёт речь: почему до сих пор нет семьи? Где мои внуки? Нужно быть более осознанным.

В противоположной стене офиса был встроенный аквариум. Небесно — прозрачная вода и беспечные рыбки разных расцветок. Вот кому мозг не вы*бывают. Плыви себе туда-сюда ещё и корм на бошку сыплется.

— Филипп, — отец встал и отошёл к панорамному окну, из которого была видна часть центра города как на ладони. — Пора заканчивать. Сначала ты перебираешь баб как перчатки, а потом оглядываешься — а молодость исчезла. Испарилась, понимаешь?

Он развернулся и серьёзно глянул на сына. Сколько можно долбить одно и то же? Он должен хотя бы попытаться найти себе хорошую девушку. Семейную, а из не этих…

Фил взял папку с рядом стоящего кофейного столика и начал пролистывать. Какие-то отчёты за прошлый квартал.

Не сказать, что он был на грани. Скорее раздражён. Хотя и понимал, что со стороны отца уже тоже край. Ещё немного и они могут здорово схлестнуться на этой почве.

— Нашёл мне девушку? — предугадал он развитие событий на ближайшие пять минут.

Время от времени он подкидывал Филиппу “хороших девушек”. В основном дочери партнёров. Не сказать, что они были плохие. Просто Филипп считал, что в этом вопросе он сможет справиться самостоятельно. Тем более, он не хотел семью.

Александр Петрович подошёл ближе. Напряжение и общее раздражение повисло в воздухе.

— Ты… — он поджал губы и метал молнии в сторону сына, — я сколько раз тебя знакомил?

— Я не пойму твою навязчивость, — Фил встал и холодно посмотрел в ответ.

Он любил отца. Но тема: “давай скорее, опаздываешь на поезд любви, семьи и верности”, его уже вымораживала.

Александр Петрович не стал отступать и выдержал его взгляд.

— Там в приёмной тебя ждёт Аделина. Дочь Павла Геннадьевича. Холдинг Автопром. Просто будь вежлив и поговори. Это то немногое, о чём я прошу. Чем чёрт не шутит? Может понравится и ты перестанешь бл*дей перебирать.

Филипп вышел из кабинета и увидел, что на большом зелёном диване сидит девушка. Симпатичная, довольно высокая. С длинными темными волосами. Кажется даже приятная.

Он молча сел Рядом.

— Привет, Аделина, — сказал он сухо, всем видом давая понять, что этот разговор ему мало интересен. Он не любил тратить время на подобные смотрины, когда у него самого дел под завязку. Нужно встретиться с Чижовым, заключить контракт и приступать к оборудованию объекта по полной.

Девушка выпрямилась. Она явно не ожидала увидеть на этой встрече такого красавчика. На Филиппе была небесно-голубая рубашка и тёмно-синие брюки. Они отлично позволяли разглядеть накачанную сильную фигуру. От него пахло дорогим парфюмом: чем-то тяжёлым амбровым и при этом свежим, морским. Океанической свежестью. Удивительный аромат. Тёмные волосы уложены набок и тяжеленный недовольный взгляд, смотрящий в пустоту перед собой.

Она смотрела на то, как он недовольно скрестил руки на груди и не предпринял попыток завязать с ней разговор. Значит, не горит желанием общаться. Ладно.

— Привет, Филипп, — как можно мягче и вкрадчивей сказала она, стараясь расположить его к себе.

Дальше она никак не могла понять, как продолжить разговор с этим сексуальными и холодным объектом знакомства.

— Ты работаешь у отца?

— Нет.

Понятно. Аделина убрала волосы чуть вбок, видя, как секретарша поглядывает на них время от времени. Всё же приёмная не самое лучшее место для подобных разговоров и более близкого знакомства.

— Может пройдёмся? — всё же пригласила она.

— Послушай, — потерев кончиками пальцев лоб, Филипп наконец посмотрел на неё, — я ненавижу такие навязанные встречи.

Это прозвучало более грубо, чем он планировал. Аделину обдало холодом и она невольно поёжилась, не зная, куда деть взгляд.

Из кармана его брюк раздался сигнал айфона.

— Да, — Филипп встал и прошёлся, — еду.

После он обратился к Аделине:

— Извини, мне нужно ехать. Тебя подбросить?

Девушка смотрела обиженно поджав губы. Нет уж спасибо. Ей хватило хамства на сегодня. Пёрлась через весь город. Для чего? Чтобы это козёл отфутболил её? Как будто она некрасивая или второсторная.

— Нет, — схватив свою сумочку, она подорвалась и направилась к выходу, цокая шпильками и покачивая бедрами.

2. Рисунки

Филипп был знаком с Невзоровыми года четыре. Знал Алексея Константиновича и его историю становления управляющим предприятия по изготовлению автоматизированных станков для автозаводов. Часто отец просил привезти ему важные документы на подпись. С посыльным — рискованно. Поэтому ездил Филипп.

Алексей Константинович хороший мужик. Слов на ветер не бросает, дочку на руках носит. Гостеприимный, всегда пригласит, за стол усадит.

Фил был даже на восемнадцатилетие приглашён. Алиска забавная, куклы шарнирные любит. Тогда пришлось хорошенько поискать эту фарфоровую куклу. Несколько магазинов объездил, но нашёл только в интернете. И то подсказали, как они правильно называются. Зато сколько восторга было! Он до сих пор помнил сияющие глаза девчонки.

Алису Фил воспринимал как девочку-подростка, хотя время уже прошло прилично и она уже училась на втором курсе. Несмотря на это, он всё равно приходя в дом, разговаривал мягко. Иногда немножко шутя поддевал и с улыбкой наблюдал, как она смущается.

Она показывала ему свои бесконечные рисунки. Он в этом ни черта не смыслил, но рассматривал. Каждый раз внимательно. И мужчину сидящего на лавочке в парке. И натюрморты. И даже наброски комиксов.

“Алиска талантище” — подмигивал он.

В целом, это были тёплые дружеские отношения, как с её отцом, так и с ней. По другому быть не могло, они очень приятная семья.

В который раз Филипп подъехал к особняку Невзоровых и взял папку с документами. Миновав охрану, и большой раскинутый сад, он двинулся в дом. Алексей Константинович сидел в гостиной и как обычно пролистывал какие-то бумаги. Алисы рядом не было.

Фил поздоровался и положил документы на стол.

— Здорово, Филипп. Опять они что-то тут накрутили. Безголовые, — пробурчал он, уставившись через очки на документы. — Позови пожалуйста Алису, чаю выпьем, да побежишь.

Филипп поднялся на второй этаж. Комната Алисы — это что-то невообразимое, совершенно другое измерение. Целый ворох рисунков: на полках, на столе и даже на полу. Несколько кукол на шкафах. В одной из них он узнал свой подарок. Пахло в комнате очень приятно — персиком и леденцом на палочке.

Алисы в комнате не было и Филипп против своей воли как в музее начал осматриваться. Что-то его здесь притягивало. Цвет стен мягкий бежевый, мебель тоже светлая. Он понимал, что наверное лучше уйти, но не смог. И начал разглядывать рисунки на столе. Парк, на другом мультяшный персонаж, фрукты на подносе.

Тут его взгляд притянула папка на верхней полке в голубой бумажной обертке. Он её достал и с замешательством понял, что листы летят по всему полу. Пока он собирал листы, взгляд сначала не сразу разобрал, что фигура девушки сидит на коленях, а над ней возвышается мужская фигура, держа в руках… веревку? Нет, это точно проработанная цепь, которая тянулась к ошейнику на шее девушки.

Филипп как идиот, сидя на корточках, уставился на рисунок. Следующим в его руке оказался портрет — где был в карандаше изображён он сам. С его аватарки с соцсети. Причём очень хорошего качества, проработаны мельчайшие детали. Присмотревшись снова к предыдущему рисунку, он понял, что тот мужчина с цепочкой в руке — это тоже он. А девушка у его ног никто иной как… сама Алиса.

— Филипп? — Алиса показалась в дверях, с ужасом понимая, что он увидел. Ту самую папку, которую она поленилась убрать вчера глубоко под кровать или в шкаф под одежду.

Сердце нещадно заколотилось и следующую секунду она в панике размышляла: то ли кинуться отбирать листы и складывать их обратно, то ли просто убежать.

Филипп поднял на неё вопросительный взгляд. В нём не было укора или какого-то презрения, скорее искреннее удивление. Но она отдала бы всё на свете, чтобы этого не произошло.

Развернувшись, она полетела вниз по лестнице и выбежала из дома, готовясь спрятаться где-нибудь в оранжерее.

Филипп ещё некоторое время рассматривал рисунки. Никакого сомнения не могло быть. Это он и Алиса. Алиса и он. Он зачем-то принялся вспоминать: сколько ей лет? Девятнадцать? Когда он был на восемнадцатилетие? Двадцать уже.

Собрав листы, он посчитал, что некрасиво будет дальше продолжать на них пялиться. Девчонка и так бедная в панике удрала. Вот это да..!

Убрав папку на место, он пошёл на первый этаж. Мозг взрывался фейерверками и пушечными выстрелами. Серое вещество, издеваясь, и по-подлому начало подкидывать разные развратные картинки уже в реальной жизни.

Да, смешно вышло. Особенно если считать, что она для него как младшая сестра.

Филипп подождал пока Алексей подписал документы и не попив чаю отправился домой.

— Мне ехать нужно, — улыбнулся он.

Ему не хотелось смущать Алису.

Он и сам ещё толком не знал, как на это реагировать Она влюбилась или это просто смелые девчоночьи фантазии? Хотя с другой стороны для фантазий это мог быть актёр или однокурсник. Кто угодно. Но не он. Он же старше на десять лет!

Фил сел за руль своего кроссовера и какое— то время в абсолютном ступоре смотрел перед собой. Краем глаза он заметил, как Алиса метнулась из садовой оранжереи по дорожке в дом.

3. Яма

Алиса ехала с водителем в университет. Взяв с собой тубус и большую папку с домашними заданиями, она просто расплылась на заднем сидении, ощущая себя разбитой но не поджаренной яичницей.

Мимо проплывали небоскрёбы и офисные здания, бизнес— центры и бутики, увешанные цветастыми баннерами. Чтобы добраться до университета, нужно было отъехать на приличное расстояние от центра.

Университет FLG — “Forbes list generation” находился далековато от центра и занимал приличную площадь. Его спроектировали и построили вместе с иностранными инвесторами и выглядел он шикарно. Включал в себя спортивные комплексы, зону отдыха и даже зону творчества. Конечно только для тех, у кого есть деньги — детей элитных семей.

Алиса и попадала под эту категорию и не совсем. Дело в том, что раньше они жили в самом заурядном столичном районе и она ходила в обычную школу. Уже к старшим классам отец сильно поднялся по служебной лестнице и получил должность исполнительного директора. Затем появилось много денег и со временем ему удалось практически полностью выкупить предприятие.

Что это значило для Алисы? Она понимала, что ей не нравится сама атмосфера в FLG. Но то, что там лучшие учителя и возможности, за которые нужно держаться, она понимала отлично. И ничто не могло её заставить уйти оттуда. Ни пафосные мажоры с юридического ни грубые спортсмены с физфака. Потому что в основном, именно на этих факультетах собрались самые мерзкие и наглые студенты. А её факультет — история искусств и дизайна, “очень удачно” соседствовал в головном корпусе с ними. Фу.

— Еще минут десять и приедем, — сказал Геннадий Петрович.

Алиса поправила форму. Сине— белую юбку в клетку. Поверх белой рубашки она надела светлую молочную кофточку. Их просили надевать форму по особенным дням, когда приезжали гости или состоялись какие— то события, которых в университете проводилось достаточно.

Выходя из машины Алиса с внутренним ужасом вернулась мыслями к Филиппу. Что он теперь о ней думает? Что она чокнулась? У них были такие тёплые отношения, а теперь? Она всё потеряла в один миг, наверняка он больше на пороге дома даже не покажется. Подумает: “ну её нах*р эту малолетку”.

В груди зажгло и Алиса внутри себя захныкала.

Забрав тубус и папку, она двинулась по направлению к главному входу. Остальные студенты уже стайкой стекались сюда.

Алиса решила дождаться Ингу на входе, чтобы вместе с ней пойти в аудиторию. Она присела на пуфик.

Рядом с холлом располагался один из залов ожидания — за аркой было светлое помещение, где облюбовали себе место юристы. Одни сидели на подоконниках с ногами, другие развалились на диванах во всю ширину своих рук, один парень оживлённо им что— то вещал, вызывая волну раскатистого мужского смеха.

При этом многие из них курили. И какая должна быть там идеальная вентиляция, что там попросту не стоял плотный слой смога.

В один момент Алиса увидела в том помещении вазу большую и белую с синей росписью в стиле греческих изображений.

Эта ваза как магнитом притянула её ближе и она не заметила, как опираясь виском на арку, граничащую с адом, осторожно пялилась на неё. Он размышляла о технике нанесения и где вообще университет раздобыл её. И не заметила, как полностью отключилась от реальности.

В это время чьи— то сильные руки подхватили её за шиворот кофточки и силой толкнули внутрь. В этот момент она рухнула на четвереньки, выронила папку и вернувшись в реальность, и стала слышать звуки и запах горько— мятных сигарет.

Человек сзади так и остался стоять позади неё. Все остальные замолчали и опасно уставились на Алису.

— Чё пялишься? — прилетело ей от парня с черными волосами, который сидел на диване.

— Тебя забыла спросить, — она встала подняла папку и развернулась чтобы уйти, но упёрлась в широкую мужскую грудь в белой рубашке и синим галстуком.

Парень застыл в этой грёбаной арке и не позволял ей пройти.

— Ну? — послышалось за её спиной и они продолжили разговор как ни в чём не бывало. Опять раскатистый смех. Говорили про превышение скорости, издевательства над полицией и редкие названия машин. Звучали такие слова как: “раскатал”, “ламба”, “ганд*н штоп*ный и “расхерачил.”

Алиса глянула на наручные часы. Уже было начало первой пары. Она посмотрела на блондина, который перегородил ей путь и потребовала:

— Дай пройти!

Вместо ответа он взял её за предплечье и потащил за собой. В этот же момент за ними последовали и остальные.

Как оказалось, он и его дружки шли в свою аудиторию на лекцию какой— то юридический дисциплины.

Алиса вырывалась и высказывала ему самые разные проклятия. Но в ответ ноль эмоций. Да, дьявол же их не испытывает, когда жарит жертву на костре!

В ответ только короткое:

— Рот закрой.

Держал он больно, там наверняка останется синяк и Алиса с колотящимся сердцем представила, как она одна будет сидеть среди этих придурков в аудитории. И что ужасного можно сделать, за то время, пока преподаватель чертит схемы у доски. Это было, пожалуй, слишком.

Тут дьяволу кто— то позвонил и Алисе удалось вырваться. Со всех ног она бежала сама не зная куда. Потом, отдышавшись, она поправила копну вьющихся светлых волос и, с дрожью в пальцах и радостью в сердце поняла — папка и тубус по— прежнему с ней. Быстрым шагом она направилась в аудиторию.

И только ко второй паре Алиса обнаружила, что где— то выронила телефон.

Инга и Роберт посмотрели в аудитории среди мольбертов, но тщетно.

— Может ты где— нибудь упала и он случайно вылетел? — предположила Инга.

Алиса посмотрела на свою раскрытую сумочку и решила, что так наверное оно и было.

После пар она поплелась обратно в злосчастную курилку. К счастью, та пустовала, но хорошенько всё осмотрев, телефон обнаружить ей так и не удалось.

Развернувшись, Алиса снова влетела в грудь того же парня что и с утра. Светлые волосы зачесаны на правый бок, но всё равно топорщились. Голубые глаза смотрели прямо и безучастно. На лице ноль эмоций. Полное безразличие и незаинтересованность.

Только тут он поднял ладонь с её айфоном, спросив:

— Это ищешь?

Пройдя мимо он сел на кожаный диван сложив ноги на кофейный столик. Алису в который раз передёрнуло от такого обращения с имуществом университета. То они вазу в пепельницу превращают. В своих кроссовках на подоконнике сидят. Варвары— потребители!

Уставившись на этого дьявола Алиса не сразу поняла, что он уже листает её фотографии. Не смотря на то, что телефон запоролен!

— Ты совсем с катушек слетел? Отдай! — она пыталась вырвать из его рук, но тот не позволил.

— Скукотища… Ты реально такая недалёкая? Одни убл*дские рисунки.

Да, там были в основном рисунки и картины с выставок, прогулки в парке с подругами, кафе, прогулки на крышах, пару концертов и…

Несколько подобных картинок, что увидел Филипп. Скачанные из интернета. Красивый парень, перед которым на коленях девушка. Его ладонь сжимает её шею, а у неё от удовольствия приоткрыт рот и покорный вожделеющий взгляд.

Блин! Если он сейчас это…

— Ого! — он замер глядя в экран охренел настолько сильно, что Алиса воспользовавшись этим замешательством зло выхватила у него телефон.

Видимо дата рождения не самый лучший вариант для пароля.

— Ты полный ур*д, как бы тебя не звали и кем бы ты ни был! — шипела она.

— Ты в курсе, что я могу это распечатать и по всему универу развесить? И подписать — “течная с*ка Невзорова А-ли-са.”

Слова обожгли где— то внутри, разрывая и обессиливая.

— Заткнись! — сквозь зубы процедила она.

Дьявол поднялся и снова стал выше неё на голову. Только теперь она почувствовала его запах — ментол и морозную свежесть. Ужасный отвратительный запах, потому что его владелец самый что ни на есть…

— Как в голове безнадёжной целки могли появиться такие мысли? Порнуху смотришь? — наступал он вперёд, издеваясь, — или тебя уже еб*ут во все щ*ли и просто прикидываешься примерной?

— Иди нах*р! — Алиса с силой его оттолкнула, но тот лишь отшатнулся на сантиметр. Козл*на.

Алиса испарилась сразу же подальше от этого бесячего индюка. Ему настолько скучно живётся, что решил потратить своё время на неё? Что за люди эти мажоры?

4. Тема

Вечером Илья, Ян, Кос и Антон собрались в квартире Ильи. Ещё с ними были Хлоя, Лекса и какая— то новенькая девчонка, которая Илье доверия не внушала.

Парни расположились перед плазмой на оргоменном диване и играли в X— box. Девчонки в это время общались между собой за барной стойкой.

Илья жил в квартире в стиле лофт — кирпичные стены и высокие потолки. Ему всегда нравились большие пространства и когда отец предложил ему купить квартиру, он выбрал именно эту.

После того, как мужская компания наелась бургеров и пиццы, запив это дело джином, они играли в четыре руки в FIFA. Гоняя мяч от одних ворот к другим, оживлённо общались.

— Как нинздя? — спросил Ян, имея в виду мотоцикл Ильи.

— Норм. Завтра на трек.

— Ты же его в ремонт хотел?

— Сам сделал. Заказал новый диск, поменял. Тот погнулся с прошлого раза, ну ты видел.

Костя бросил джойстик и ушёл в туалет.

В этот момент послышался глухой звук чего— то упавшего на пол. Это были роллы, которые заказали девушки. Новенькая смеялась и наглядно показала, как она обошлась на свидании с очередным поклонником:

— Я ему ответила: сам ешь свою Филадельфию, нищеброд! И просто перевернула поднос.

Спустя только некоторое до неё дошло, что наступила гробовая тишина. Её смех был неуместен, а у Ильи внутри вспыхнули брезгливость и раздражение. Все замолчали, потому что прекрасно знали его отношение к такой категории девушек — безмозглые со́ски с табличкой на лбу: “мысли мне запрещены”.

Она оглядывалась на всех по очереди, от непонимания нервно поправляя топик. Смех и улыбка быстренько смылись с её лица. В это время Ян наигранно сочувствующе произнёс:

— Тебе п*зда, Мила… Яма тебе бошку свернёт.

Пока она соображала, что за Яма, к ней подошёл Илья.

Хлоя и Алекса сразу предложили:

— Илья, давай мы уберём?

Но он уже схватил за шею несчастную Милу с такой силой, что у неё глаза на лоб полезли, а на лице отобразился страх.

— Ты сейчас будешь жр*ть с пола. Как тебе такая идея?

Шатенка быстро захлопала ресницами и только пропищала:

— Ты совсем что ли? Ян! Ты к кому меня притащил? Сборище психов!

У Ильи действительно была аллергия на таких как она. Он дождался, когда после всех стадий отрицания она уберёт упавшие роллы, до блеска вытрет пол, а потом просто вышвырнул её за дверь.

— Слово предоставляется защите обвиняемой — иронизировал Костя, уже лаская Алексу, которая сидела на барном стуле. Он подошел сзади и обняв за талию, что— то ей мурлыкал на ухо, нежно целуя шею. Отчего та просто сияла и таяла, как пломбир на солнце.

— Слышали про “KOSMO”? — спросил Антон, мы с Косом сегодня туда хотим двинуть.

Илья сел обратно на диван, взяв с собой стакан с холодным джином. Играть ему расхотелось и он просто лениво раскинулся, слушая пацанов.

— Это понятно, — перебил его Ян, — сейчас популярна другая тема, Яма, ты слышал? Называется “Распаковка”.

Костя засмеялся, продолжая тискать Алексу:

— Ютуба насмотрелся?

Ян встал и обратился к Илье, рассказывая всё с такими грящими глазам, но тот никак не мог понять в чём прикол.

— Короче, берёшь целку, ухаживаешь за ней, зовёшь к себе, и там распечатываешь. Фоткаешься с ней и ставишь хэштег: “#распечатана”. — Он подошёл к бару, чтобы налить себе ещё. — Я уже думаю, кого себе взять. Очкастую и безнадёжную… или как из хентая? Чтобы прям разнылась и растеклась.

— Нужна такая, чтоб по лицу видно — никогда в жизни не видела стояк, — поддержал Антон, который как будто был в курсе, — я в теме. Возьму себе, вон, из журналисток.

Потом он встал и подойдя к краснеющей Алексе, тоже начал её лапать. Затем они втроём с Костей пошли на второй этаж в другую комнату.

— Ну, въехал? — Ян плюхнулся рядом.

Илья какое— то время витал в своих мыслях, но потом, чем больше слушал этих мудаков, тем больше ему казалось, что в этом есть свой прикол.

— Да, я в теме.

В это момент, Хлоя, устав ждать сама пришла и села к Илье на колени, поглаживая его и выпрашивая ласки. Его ладонь тут же залезла к ней в трусики и принялась лениво поглаживать и массировать. Отчего девушка заёрзала и начала тихо постанывать. Наверху уже слышались жадные стоны Алексы. Парни хорошо старались.

_

Илья решил, что Алиса, или как её там, как раз подойдёт для этого челленджа. Всё— таки маловероятно, что она с кем— то спала в своей жизни. Скорее всего просто слюни пускает на подобные картинки с грустными мыслями о том, что мимо неё проходит молодость, а она так ни с кем и не пере*ихнулась.

Он узнал, что она учится на факультете дизайна и современного искусства, нашёл её расписание и отправился на стадион. Именно там проходили сейчас занятия физкультурой.

В голове летало перекати— поле, потому что он понятия не имел, как знакомиться с категорией “скромные простушки”. А именно так он её классифицировал.

Когда он обнаружил Алису на беговой дорожке, сразу направился к ней.

— Мы не с того начали наше знакомство, — начал разговор он, шагая рядом, — меня зовут Илья.

— И тебе привет.

Алиса сразу его узнала, но ей в голову не пришло ни единой мысли, зачем это дьявол к ней подошёл.

— Я хочу тебя позвать на свидание.

Алиса помахала кому— то за его спиной.

— Что, прости?

— Приглашаю тебя на свидание, — уже сквозь зубы процедил он.

Тут у девушки развязались шнурки. Она снова отвлеклась, чтобы их завязать. Потом встала и перешла на лёгкий бег.

Тут Илья не выдержал и взял её за руку.

— Ты, бл*ть, можешь послушать одну минуту?

Алиса непонимающе на него уставилась. У неё был заплетён высокий хвост и несколько прядей выбивались. Серо— голубые прозрачные глаза наивно чисто смотрели на него какое— то мгновение, а потом она улыбнулась.

— Я слышу, да. Только наше знакомство не задалось, извини. К тому же я не понимаю, с чего юрфаку меня на свидания звать. Ты уже не первый.

Она снова перешла на бег.

Не первый? Что за бред? “Ну беги, беги”, — раздражённо подумал парень, — “чтоб тебя, тупую малолетку”. Он развернулся и пошёл на свою пару.

Весь день в его голове крутился этот нелепый разговор вперемешку с первым днём их знакомства. У него никак звёзды не могли сойтись: как это возможно, что она совершенно не обращала на него внимания? При том, что он знал себе цену. Он бог и не меньше. С шикарным сильным телом, красивой внешностью, при бабках. Какого х*я эта пигалица даже на него не посмотрела? И кто ещё приглашал её? Пиз*ит как дышит. Кому она нужна?

— Я вчера Невзоровой с дизайна написал, — между делом сказал Ян, — это та дура, что в курилку к нам залетела.

Вот оно что.

— И? — безучастно спросил Илья, время от времени лениво записывая за преподом.

— От ворот поворот, прикинь? — Ян засмеялся. Его эта игра явно веселила в разы больше, чем Рудакова.

— ”Не вижу причин встречаться”, — передразнивал Ян, кривая лицо, — Какие причины? Я тр*хнуть тебя хочу!

Кос и Антон, которые тоже слушали в пол оборота на передней парте, тоже заржали.

— Самохвалов! — перебил преподаватель, — идите за дверь. Здесь не место тем, кто не ценит время окружающих.

На следующий день Илья целенаправленно шёл искать эту с*чку во время перемены. Его начинало это порядком раздражать и выводить из себя. Склеить др*нь было делом принципа. Склеить, дать в рот, растоптать. И забыть как страшный сон.

Алиса разговаривала с Робертом — своим другом и одногруппником, когда к ней подошёл Илья. Опять?

— Съе*бись, — рыкнул он на Роберта.

Тот не сдвинулся с места, оценивая наглого парня.

Но когда Алиса тактично попросила их оставить, не желая разводить никаких конфликтов, он всё же ушёл.

— Какого чёрта тебе надо? — злилась она.

— Кто это? — спросил Илья и подкурил сигарету прямо в коридоре.

— Ты в своём уме? Илья!

Яма хмыкнул, прикусывая зубами сигарету и опираясь плечом о стену. Спалилась с*чка? Имя— то запомнила.

Но в следующий момент она выхватила у него из губ сигарету и пошла искать урну.

Как же вымораживает!

— Ты мне должна свидание, Невзорова.

Девушка подойдя к окну, стянула с себя кофточку, оставаясь в одной рубашке. Только сейчас он увидел, что она в чёрных тканевых чулках и туфельках на небольшом каблуке. И только сейчас он заметил, насколько сильно поднялась на талии её юбка, оголяя приличный участок бёдер.

— Эй! — позвала она, — вырывая его из размышлений о её внешнем виде. — Думаешь я настолько тупая, что не понимаю, что вы опять что— то придумали на своём юрфаке?

Издёвки — это часть жизни университета FLG. Тут без них никуда.

Илья прищурился и подошёл ближе. Ещё ближе. Вжав её в подоконник своим телом, он физически чувствовал, как забилось её сердце. Значит ведётся? Обычная тёлка, как и все. Она даст, сто процентов. И он сделает этих мудаков.

Он положил руки на подоконник по обе стороны от неё.

Алиса привстала на цыпочки, стараясь быть дальше, но это не сработало.

Алиса опять почувствовала уже знакомый ужасный запах дьявола. Ему шла эта белая рубашка, даже расстёгнутая на верхние пуговицы, даже не заправленная поверх джинс. Кеды.Конечно, он выглядел красиво и знал себе цену. Вот только Алисе он был совершенно не нужен. С его голубыми холодными глазами. С едва скрываемой усмешкой презрения на лице.

Она прекрасно знала, что дыма без огня не бывает. И все эти разговоры ни к чему хорошему не приведут.

— Мне нужно свидание, хорош ломаться, — проговорил дьявол ей в лицо, — иначе о твоей маленькой тайне узнают все. Посмотрим, как ты дальше будешь тут учиться. Я всем расскажу, что ты ненормальная. Кстати, могу разрешить посидеть у моих ног, хочешь?

В ответ прозвучала звонкая пощёчина. Обжигающая и унизительная. Хорошо, что в этой части крыла никого не было. Могли поползти слухи о том, что Рудакова послали. Ну, стерва!

Илья чуть отстранился и зло поморщившись схватил её за воротник и с силой дёрнул так, что пуговицы разлетелись по полу с характерным мелким цокотом. Алиса в немом ужасе закуталась и, схватив кофточку бросилась прочь.

Кажется, свидание ему больше не светит. Зато он знает точно, что эта с*ка на него реагирует. Он тр*хнет её, нужно просто чуть— чуть докрутить ползунок её желания и всё. Илья медленно потёр щёку и прошёл прочь.

5. Наедине

Алиса кое— как досидела оставшиеся пары. Благо за мольбертом её почти не видно и она спокойно на сколько это было возможно куталась в свою блузку под кофточкой. Но та плохо скрывала бюстгальтер, потому что была слишком тонкая в довольно крупную тонкую вязку.

Конечно, Роберт предложил ей свою рубашку, но тогда бы он совсем оказался топлес, эта была не самая лучшая идея. А у Инги не оказалось ничего свободного из одежды.

В итоге взяв с собой тубус и сумочку, она обречённо поплелась к парковке, полагая, что хуже в этот день уже ничего произойти не может. А нет, может.

На парковке вместо привычного фольксвагена её ждала БМВ. Массивная и черная. Рядом, опираясь спиной о дверцу автомобиля, стоял Филипп.

И он успел увидеть то, чего не должен был. Как Алиса медленно словно по болоту идёт к его машине. В прозрачной кофточке.

Девушке ничего не оставалось, как молча сесть на переднее сидение. Нужно было Геннадию Петровичу исчезнуть именно сегодня? По телу пробирался стыд умноженный на тысячу. Но Алиса решила молча держать оборону и мысленно натянула на себя панцирь черепахи. Чтобы не расплакаться от обиды.

Сев за руль Филипп спросил:

— Что случилось?

Он прекрасно видел её разбитое состояние. И ещё он понимал, что Алиса вряд ли теперь вообще будет с ним разговаривать. Но он ещё не таких ребят колол.

Что— то явно произошло, она не могла а таком виде прийти в университет. Значит кто— то нарочно это сделал? Но девушка была относительно спокойна, и можно предположить, что её блузку просто испортили.

— Алиса? — позвал он.

— Я ничего не хочу рассказывать, отвези меня, пожалуйста, домой, — сказала достаточно ровно. Она уже успела себе в голове нафантазировать, что Филипп её презирает и смеётся над ней после того, как увидел те рисунки. Она много себе представляла себе это, психологически наверное специально, чтобы хоть как— то находиться с ним на одной планете земля.

Филипп понял, она скорее язык поглотит, нежели расскажет ему. Упёрлась и закрылась. Детский сад..!

Он завёл машину и всю дорогу они ехали молча.

Но потом, не доезжая до её дома, он остановил машину.

— На тебе разорванная блузка, — начал он разговор сначала. — Теперь его голос звучал в разы жестче, так что Алисе даже стало не по себе. — Кто это сделал?

Алиса упёрто скрестила руки на груди, продолжая сверлить взглядом окно.

— Ты не мой отец, чтобы меня отчитывать или защищать, — прозвучало довольно дерзко. Так, как будто ей было тринадцать или пятнадцать, но никак не двадцать.

— Ладно, я сам узнаю и разберусь, — констатировал он.

Чёрт! Только не это…

Алиса наконец скользнула взглядом в его сторону. Сильные рельефные руки, загорелая кожа. Широченная грудь. Белая футболка и чёрные джинсы. Он не напряжен, но в его голосе чувствуется сталь, от которой становится понятно, что ему не всё равно.

Потому что он близкий друг семьи? Или потому что её некому защитить? Отец бы даже не заметил этой мелочи, потому что много работает. А Филипп… было невыносимо находиться с ним в этом тесном пространстве, он специально остановил именно тут, чтобы не дать ей избежать разговора. И что теперь делать?

— Ладно, только дай мне переодеться, — попросила она, капитулируя и по— прежнему не смея поднять на него взгляд.

После того, как она переоделась в домашнее лёгкое платье, и спустилась вниз, где Филипп уже сидел напротив кружки чая, которую видимо уже налила домработница.

Алиса осторожно села рядом, но ей совершенно не хотелось говорить о том, что произошло. Тем более с ним.

— Извини, — сказала она, понимая, что была слишком груба в машине. — Просто один парень с юридического. Полный мудак и идиот. Немного запутанная история, но в целом ничего страшного.

Филипп всё это время пристально смотрел на неё. Вьющиеся локоны собраны в хвост, точёная фигурка и опущенные плечи. Похоже, она говорила правду.

“Ничего страшного…”. Он бы с удовольствием пообщался бы с этим недоюристом. Ещё с самого начала ему казалось не самой лучшей идеей отправлять Алису в этот злосчастный университет именно из— за таких юристов. Богатых придурков, которые слишком много себе позволяют.

— Тебе лучше перевестись в другое место, — серо— голубые глаза смотрели серьёзно. Даже слишком пристально, отчего у Алисы невольно побежали мурашки по коже.

Он разберётся с этим идиотом, но на это уйдёт время. Что ещё эти убл*дки успеют сделать с ней за это время?

Алиса хотела возразить, но молчала, положив руки на стол и чувствуя себя странно. Как под микроскопом. Ей казалось, что Филипп смотрит не так как раньше. Нет, просто кажется…

Молчание уже затягивалось, но она была готова поклясться, что он до сих пор смотрит. На оголённые плечи, на платье, шею и коленки. Более пристально, сканирующе. Словно что— то ищет.

— Может ты хочешь поужинать? — Алиса встала и наконец посмотрела в ответ, — ты любишь жаркое, я могла бы приготовить.

Мысленно она ударила себя по лбу. Прозвучало слишком услужливо и навязчиво. Что она делает? Просто разрушает молчание и всего— то.

Алиса подошла к холодильнику за соком. В горле совсем пересохло.

— Я не стал бы тебя загружать.

Ему показалось неприличным остаться ещё и требовать от неё ужин. Скоро должен вернуться Алексей и эта сцена выглядела бы странно. Или он сам уже себе накручивал?

Обычная девчонка дёргала за нервы. И всё из-за этих проклятых рисунков. Они стояли перед глазами днём и ночью. Только работа хоть как-то отвлекала. В остальное же время он не мог их выбросить из головы. Слишком сильно они засели в мозгу. Ей даже нельзя знать, насколько.

“Алиса… зачем ты повзрослела?” Протекала нормальная размеренная жизнь, а теперь… всё катится к чёрту.

Мысленно он искал повод остаться, но не находил.

Пока он собирал хаос мыслей в своей голове, девчонка уже наделала аппетитных сэндвичей с ветчиной и салатом. Ей тоже нужно было чем-то себя занять и он вообще не представлял, как она держится после такого. Можно сказать, признания на бумаге. Достаточно стойко.

— Подбросишь меня в центр? — спросила Алиса, когда они закончили с сэндвичами, — мы с Таней договорились в кино вместе сходить.

— Без проблем. Только у меня есть идея поинтереснее. Как насчёт того, чтобы пострелять?

Филипп давно себе признался, что испытывает некий трепет по отношению к оружию. Всё началось с его решения служить в отряде спецназначения, когда он отправился в армию. Там состоялось его близкое знакомство с оружием.

Сборка, разборка автомата, работа с пистолетом день и ночь. Их заставляли чистить, зубрить строение и клятву оружию. И зарубить себе на носу, что всего лишь один патрон может спасти тебе жизнь. Как в целом, и лишить.

Они отправились в полупрофессиональный тир. Это было подвальное огромное помещение, светлое, со столами и мишенями, разрисованными кругами.

— Здорово, Фил! — мужчина в татуировках подал ему руку, — решил девчонок обучить, сам не справляешься?

Он улыбнулся и выдал всем наушники и очки. Рассказал краткие правила безопасности и в целом как стоит обращаться с оружием.

— Из какого хочешь? — Филипп подошёл ближе, в то время как инструктор взял на себя обучение Тани.

Алиса посмотрела на пистолеты, лежавшие на длинном столе.

— Есть разница? — Алиса большими глазами смотрела на оружие. Своеобразный выбор для первого свидания. Она ощущала, как горели глаза Филиппа, в них отражался искренний интерес по отношению ко всем этим смертоносным штукам.

— Глок более лёгкий, сама посмотри.

— Как будто пластиковый… — Алиса взяла в руки черный пистолет и взвесила его в руке, размышляя удобно ли будет им пользоваться.

— Армированный пластик. Я люблю ПМ. Что— то более родное и в руке лежит как влитой, — он взял рядом лежащий металлический пистолет с тёмно— коричневый ручкой.

Алиса решила, раз ему нравится такой, ей наверное стоит выбрать этот.

Он засунул патроны в магазин и встал сзади неё, обхватив своими руками её руки и положив в них оружие. Он был так близко, что Алиса вообще по началу забыла зачем пришла. Сердце затарабанило тревогу а вся спина полностью погрузилась в это ощущение сильного мужского торса. Его запах такой волнующий — океаническая свежесть, органично переплеталась с его собственным мужским запахом кедровым или чем— то древесным. В любом случае от него уносило крышу.

— Вот так.., — низко проговорил он на ухо, направляя пистолет в мишень. — Только в облаках не летай.

Чёрт, он заметил её напряжение! Но как можно сосредоточиться, если он так близко?

Он объяснял, что нужно плавно нажимать на курок и целиться левым глазом, касался её кисти, а Алиса изо всех сил старалась унять дрожь в коленях и слушать его , сконцентрироваться на цели. Потом она надела наушники и прицелилась. Громкий хлопок.

— Неплохо, — он едва коснулся её ладонью в области лопаток. Кожа сразу загорелась, а рука забыла о том, что на неё пришлась сильная непривычная отдача.

Когда они возвращались обратно, папа уже звонил и спрашивал где она и как.

Когда Филипп проводил её до ворот, они остановились друг напротив друга. У Алисы всё это время в груди творилась полнейшая неразбериха. Ураган, бабочки, фанфары. Она как от назойливых мух отбивалась от мыслей вроде той, что это было настоящее свидание и он сейчас поцелует её.

— Между нами ничего не может быть, Алиса, — сказал он через некоторое время, смотря на неё сверху вниз, — я намного старше тебя, а тебе нужно думать об учёбе.

Алиса смотрела себе под ноги. Всё рухнула внутри и оборвалось. Мысли цеплялись одна за другую. Дерзкие ответы, обиженные, безразличные, они все не подходили. Он даже представить себе не мог, насколько больно это сейчас звучит. Её фантазии и мечты одним хрустальным розовым шаром рухнули на асфальт, сметая взрывной волной всё на своём пути.

— Ты мне нравишься. Но это ничего не меняет, — серьёзно добавил он.

Кажется до этого он более внимательно с ней разговаривал. Мягко. Тепло. А сейчас..?

Алиса почувствовала как слёзы подступили к глазам, она растерянно смотрела куда угодно, только не на него. И наконец ответила:

— Хорошо. Только не нужно больше за мной приезжать. Я не хочу больше с тобой видеться.

Пол ночи девушка ревела в подушку, а потом смотрела в потолок, чувствуя пустыню в грудной клетке. Больше нет ничего, только тупое безразличие. И как можно было так поступить? Хотя он же в няньки не нанимался.

Она перевернулась на правый бок и уставилась в окно, залитое лунным светом.

Может он испугался отца? Нет, не катит как отговорка, Филипп производил впечатление человека, который вообще не знает, что такое страх. “Ты мне нравишься.” “Если нравлюсь, почему отталкиваешь? Козёл!”

После такого смешного ругательства ей всё— таки удалось заснуть.

6.Первый

Андрей открыл дверь квартиры Филиппа своим ключом. Иногда он заглядывал к нему, потому что офис отца был отсюда буквально в двух шагах. Да и не только поэтому. Они вместе ходили в тренажёрный зал и ездили на страйкбол, когда было настроение или какие— то соревнования по городу.

Уже показавшись на пороге, он чётко услышал женские стоны из спальни Фила. Андрей только ухмыльнулся. “Ответственно жарит, старается” — дал он невольную оценку громким умоляющим всхлипам. Кто сегодня? Альбина, Эля или… как эту третью?

Приняв душ, он надел футболку с шортами и выудил из кухонного шкафа пачку чипсов. Не густо. Он вообще не ест или ему не до этого?

Раскинувшись перед плазмой, он включил игровую приставку. Можно во что— нибудь зарубиться. День выдался тяжёлым.

_

Альбина нравилась Филиппу. Отличная пышная фигура, есть что подержать в руках, длинные блондинистые волосы. За собой следила, старалась. И его не напрягала. Пожалуй, последний пункт был очень важным наравне с внешностью. Потому что вынос мозга для женщин и девушек всегда карался баном с его стороны. Полным игнором, не смотря на слёзы, сопли и недовольство.

Поэтому он со всеми своими любовницами он оговаривал условия сразу, на берегу. Никаких отношений, кроме секса. Да, можно было выйти один раз куда— то вместе в ресторан или поздравить её с днём рождения, но никаких посягательств на личную жизнь. Нервов ему хватало и на работе, дома он хотел только отдыхать.

Альбина прогнулась в спине, подаваясь назад. Она вымоталась, но боялась признаться в этом. Почему— то был страх, что он больше её не пригласит.

Филипп вышел из неё, давая передохнуть. Член по— прежнему стоял колом. Он никогда не кончал, потому что его не достаточно возбуждала эта обычная возня. Да, было нормально, хорошо, но не настолько, чтобы у него сносило крышу.

Он погладил её по спине, как бы поощряя, чтобы она расслабилась и не надумала себе ничего лишнего.

Тут Фил обратил внимание на цвет её волос. Альбина же блондинка…

— Ты можешь сыграть девственницу? — спросил он ложась рядом.

Девушка упала лицом в подушку тяжело дыша. Как же он божественно берёт… Она повернулась к нему, понимая что он снова не кончил.

— Насмотрелся роликов? — игриво улыбнулась она. — Да, хорошо.

Она раздвинула ножки, и когда он оказался между ними, уже готовясь снова войти она вдруг жалобно попросила:

— Буть осторожнее. У меня ещё никого не было.

У Фила её слова вызвали неоднозначную реакцию. С одной стороны это было забавно, а с другой…

— Больно, — поморщилась она, когда он протиснулся вглубь.

Филипп только хмыкнул и прекратив представление с плохой игрой, просто спросил:

— Когда у тебя был первый раз, что ты чувствовала?

Альбина помедлила с ответом. Первая реакция — закатить истерику. Он серьёзно? Хочет кого-то вые*ать, а консультируется у неё? Но она всё же не стала. Начала одеваться и сухо ответила:

— Первый раз всегда больно, потому что всё внутри узко. Может пойти кровь, может не пойти, всё зависит от физиологии.

Филипп, чмокнув её висок, отправился в душ.

Когда он вышел, Альбины уже не было. Проверенная рабочая схема. Да, временами неприятная для женской стороны. Но чёрт возьми, все делают свой выбор. Она согласилась на это.

— Ты что, экзорцист? — спросил Андрей, когда Фил показался на кухне, открывая новую бутылку минералки.

На его вопросительный взгляд брат ответил:

— Всех демонов из неё выгнал? — Андрей бегал по заброшенной базе, ловко меняя оружие и прикрывая тиммейтов.

— You are killed! (Вас убили!) — раздался женский утрированный голос.

Филипп устало полез в холодильник, но ничего там не обнаружил, потому что забыл заказать доставку.

— Хоть бы пожрать купил. В зал идёшь? — спросил Андрей недовольно похрустывая чипсами.

— Не, я пас. Мне сегодня на работе дроч*лова хватило. Заеб*лся, — Филипп сел на диван и закрыв глаза, откинул голову на спинку дивана, — хватит лазать по моей квартире, гони ключи на базу.

Андрей пожал плечами и пошёл за спортивной сумкой.

— Ты ж без брата пропадёшь. Женишься не дай бог. Хорош сидеть, дуй в качалку.

— Билеты достал? — спросил Филипп, вспомнив про вожделенный матч.

— Реал — Челси. Отс*сать в благодарность не хочешь? Вылет через две недели, с тебя шесть кусков, — сказал он уже в прихожей.

Достать билеты на подобный матч означало сделать невозможное. Потому что все местные жители имели постоянное клубное членство на таких играх. И купить можно было только в несколько раз дороже и то у перекупщиков.

Филипп засмеялся и пошёл его выпроваживать.

— А как же родная кровь? До сих пор тебя не выгнал, дорожу, ценю. По ночам тебя во снах вижу.

Андрей махнул рукой и уже в подъезде послышалось насмешливое:

— Пошёл ты, мудила.

Филипп заказал всю возможную доставку, потому что сильно хотел есть. И отправился в кабинет, просматривая корешки книг на полках. Обычно он мог бы почитать что— то историческое, или даже героическое фэнтези, чтобы голова отдохнула. Но сегодня его взгляд упал на помятый томик Шекспира, который он никогда в жизни не открывал. Ему подарили на работе кто— то из напарников, зная, что он любит книги.

Открыл первую попавшуюся страницу.

Сонет 23:

Как тот актер, который, оробев,

Теряет нить давно знакомой роли,

Как тот безумец, что, впадая в гнев,

В избытке сил теряет силу воли, —

Так я молчу, не зная, что сказать,

Не оттого, что сердце охладело.

Нет, на мои уста кладет печать

Моя любовь, которой нет предела.

Так пусть же книга говорит с тобой.

Пускай она, безмолвный мой ходатай,

Идет к тебе с признаньем и мольбой

И справедливой требует расплаты.

Прочтешь ли ты слова любви немой?

Услышишь ли глазами голос мой?

Да, чел разбирается. Написать явно проще, чем сказать.

Дождавшись доставку, и наконец забив холодильник, он сытый и довольный сел за ноутбук, чтобы посмотреть соцсети. Рука сама открыла страницу Алисы.

Улыбчивая аватарка. Недавно опубликованный пост. Сегодня 19.45.

Она вместе с подружками что— то пьют в бумажных стаканчиках в Южном парке. Распущенные волосы, цветной топик на тонких лямках и светлая короткая юбка в складку. Глазки чуть— чуть поплыли, значит в стаканчиках алкоголь.

Все строят рожицы на камеру. На заднем плане двое парней. Видимо, одногруппники. Смотрят сдержанно, но про себя как будто уже облизываются, глядя на такой цветник.

Фил захлопнул крышку ноутбука.

—

Алиса со школьными подружками специально встретилась, чтобы отметить день рождения Вики. Потом подтянулись парни и царила приятная дружеская атмосфера. Выпили немного молочного ликёра и сразу захотелось сделать снимки.

Геолокация подтянулась к посту автоматически и уже собрала первых зрителей.

Спустя какое— то время, когда парни отошли за соком, рядом послышался рёв мотоциклов. Надрывающийся и дерзкий. Нарочито громкий. Тут показались несколько железных ревущих монстров, которые проехали прямо по газону, специально обдали девчонок, которые сидели на пледе, пылью.

Рядом сидящие женщины начали причитать, но мотоциклистам было всё равно. Они встали напротив компании и специально газовали, создавая дикий шум.

Потом один из них снял шлем. Это был Рудаков, чтоб ему провалиться. В джинсах и кожаной куртке он подошёл ближе, вставая кроссовками на плед.

— Бухаешь, Невзорова? — на губах классическая издёвка.

Девочки начали выкрикивать возмущения:

— Вали, тебя не звали!

Потом подошёл ещё один, сняв чёрный шлем. Ян.

Он скалясь, пнул ногой стаканчики, разлив содержимое. Алиса подскочила и толкнула Рудакова. Сколько можно жизнь ей отправлять? Убл*док!

— Садись, — кивнул он с вызовом на свой байк.

— Совсем идиот? — вырвалось у неё.

Скрестив руки на груди, она не могла понять, какого чёрта ему опять надо от неё.

Но он швырнул в неё шлем, так что она чуть не упала вместе с ним.

— Засс*ла? Садись, или всех твоих сосок перепачкаем.

Алиса даже предположить боялась что значит “перепачкаем”.

— Да не тупи, корова! — сунулся Ян, но Яма не дал ему пройти, просто стоял и сверлил её взглядом.

Тут подошли парни, но их было всего двое против четырех. Чем кампания незамедлительно воспользовалась. Дерзко и нагло, так что те мигом испарились, вызывая полицию.

Алиса, облизнув пересохшие губы поняла, что поблизости уже никого из взрослых адекватных нет, они в целях безопасности просто удалились. Чтобы окончательно не испортить праздник, пришлось сесть на мотоцикл придерживая улетающую юбку.

Яма надел запасной шлем и сел за руль. Алисе с ненавистью пришлось вцепиться руками в его куртку, чуть ли не прижаться к нему как к родному. Этому козлу. Ещё неизвестно чем закончится для неё это “праздник” жизни.

Они летели как сумасшедшие сначала по городу, потом по трассе. Уже начинало темнеть. И сердце сжималось в крохотную точку из-за непонимания того, что будет дальше.

Мотоциклисты разъехались кто куда, а Яма всё ещё гнал. Но в итоге развернулся, как будто опять издеваясь, и поехал уже по черте города более спокойно и не так агрессивно.

Потом он всё— таки остановился на какой— то пустующей парковке и снял шлем.

Стянув с неё шлем, он как игрушку стащил Алису с заднего сиденья и притянул к себе.

Алиса осипшим голосом сказала:

— Да не лезь ты ко мне, самый нелепый и тупой! Придурок, идиот!

От нервов и страха после такой поездки у неё тряслись коленки и голос как будто пропал.

Не обращая внимания на её восклицания, Илья притянул её за шею и поцеловал. Нежная, горячая и влажная. Пахнет зелёным яблоком и печеньем. Углубляя, продолжил целовать более грубо, затем мягче. Он со смехом наблюдал, что Алиса находится в таком сильном шоке, что даже сделать ничего не смогла. Любезно губы приоткрыла.

— Уже течёшь по мне, Невзорова?

Голубые глаза демона. Холодные, но настойчивые. Даже непонятно с какой это радости. Алиса вытерла губы тыльной стороной ладони и, поняла что он положил руки с двух сторон от неё, не даёт ей сдвинуться. Решила опустить Рудакова с его адских небес.

— Целуешься как гей.

Зло сжал губы и раздражённо хмыкнул.

А что ты хотел? На войне как на войне — все средства хороши.

Какого хрена он делает? Он должен был спокойно сделать видимость, что она ему нравится, а потом распечатать. Илья надел шлем, сел на мотоцикл и уехал, оставив Алису одну неизвестно где.

7. Ближе

Филипп сидел за столом и изучал камеры наблюдения. Ему следовало проконтролировать каждую из них, угол обзора, качество съёмки. Дальше он просматривал фотоотчёты об установке замков НАН— 232 и датчиков движения. На объект всё равно придётся ехать, но так он экономил себе приличное количество времени.

В этот момент в кабинет зашёл мужчина. Хмурой наружности и широкий в плечах. Выглядит довольно богато, но при этом сдержанно. Часы это единственное, по чему можно было оценить его состояние. Ну, вероятно ещё туфли, натёртые до зеркального блеска.

Филипп едва скользнул на него взглядом, на пару секунд оторвавшись от ноутбука. Север.

Он был зол и недоволен, это можно было понять по тяжёлой энергетике, которая вошла вместе с ним. Сев на диван и сжав пальцы в замок, демонстрируя печатки и татуировки на пальцах, он сердито спросил:

— Где мои люди?

Филипп поднял наконец голову и откинулся в широком компьютерном кресле.

— У меня.

Ему нечего было скрывать, более того, его уже порядком достали такие визиты. Пора было их заканчивать и жёстко пресекать.

Частная охранная компания “Титан” была его детищем от начала и до конца. После того, как он вышел из армии спецназа он прекрасно ориентировался во всех видах оружия, психологии противника, а ещё в методах защиты.

Оказавшись на гражданке он задавался вопросом: чем ему хотелось бы заниматься? От чего горела бы душа? Ответ сам пришёл через некоторое время. Когда парни с которыми он служил плечом к плечу столкнулись с проблемой — они не хотели оставаться на военном поприще, но и на государство работать не горели желанием.

Слыша разговоры отца и Андрея, регулярно прилетали новости о грабежах крупных бизнесов, взломах и разбоях, из— за которых терялись огромные деньги. Полиция не особо хотела расследовать подобное, потому что сунешься — и останешься без сотрудников. Всех на ремни порежут. Или были случаи, когда полиция двигалась в одной связке с бандитами.

Филипп решил, что по— настоящему жёсткая охранная компания с такими бойцами спецназа и закупленной техникой — это бизнес идея уровня “бог”. И не прогадал. Видя как его команда оснащает объекты, выявляет недочёты и стоит на защите до последнего винтика, владельцы предприятий как по цепочке быстро примкнули к компании “Титан”.

А когда оказалось, что с бандитами Фил тоже неплохо находит общий язык, не слишком церемонится, но разговаривает на должном уровне, чек кампании взлетел в несколько раз. Тогда уже на деле было понятно, что с этими спецназовцами шутки плохи.

Филиппу нравилось работать качественно и на совесть. За каждый свой объект он горел и сам лично прорабатывал индивидуальный план защиты.

Север прищурился, его глаза стали колючими как проволока над зоной.

— Отдай их мне, — в голосе слышалась власть, к которой он так привык. Она сочилась из каждой его клетки. Власть и беспрекословное подчинение.

— Кофе, коньяк не предлагаю, — только сказал Филипп, решив налить себе газировки из мини бара, стоявшего у окна.

— Чернов…— мужчина встал. Север негодовал от такого отношения. Внутренне он уже готов был разорвать суч*нка, посмевшего так вести себя в его присутствии. Он терял терпение, но всё же границу не переходил. Он знал, кто перед ним.

— Бл*ть, — выругался Филипп, заметив как капли колы запачкали рукава белой рубашки. Вот что бывает, когда кто— то стоит над душой.

— Марина, принеси свежую рубашку, — попросил он секретаршу по прибору связи на столе. В этот момент Филипп подошёл к нему и посмотрел в ответ.

— Твои люди мои должники, — начал он неприветливо, — их взяли с отмычками на моём объекте.

Север скрипя челюстью наблюдал, как Чернов меняет рубашку.

— Хочешь вернуть их — плати.

Мужчина скривился. Какого хера эти мудозвоны понеслись на объект Чернова? Это же полный провал с самого начала. Камеры, натасканные псы. У них совсем крыша потекла? Придурки.

Понимая, что Филипп требует эти деньги чисто за потраченное время, север подозвал своего человека и положил на стол несколько кусков зелени.

—

Филипп прекрасно помнил о том, что нужно было разобраться с обидчиком Алисы. На неделе он был в университете FLG и хорошенько потряс с них видео с камер наблюдения. Наглым бессмертным придурком оказался какой— то блондин, решивший, что может себе позволить всё.

Филу вычислили места его обитания и к моменту, когда Яма выходил из магазина аксессуаров для мотоциклов, увидел, что колёса проткнуты и сдуты.

Рядом стоит мужик. Одет по— деловому официально, но какого хера ему нужно?

Фил подошёл к нему и схватил ворот футболки.

— Ещё раз Алису хоть пальцем тронешь — в канаве прикопаю. Я знаю много удобных мест тут по области. Птички поют, воздух свежий. Тебе понравится.

Голос стальной, а хватка звериная. Понадобилось время, чтобы Илья понял, о чём он говорит. Видимо про эту чокнутую — Невзорову.

В ответ Филипп получил лишь безразличный самоуверенный взгляд. Ну конечно, этот тепличный идиот жизни не видел. Его наверняка никогда как следует не пи*дили и ничему не учили. Никто из его окружения не объяснял ему, когда он перегибает и когда не прав. Без тормозов и чувства самосохранения.

Филу было противно с ним возиться, он был зол, тратя на это время. Чернов не любил такую категорию людей — тех, которым на бошку сыпется золото, а они даже не в курсе, кем работает их отец. Не знают, сколько стоит бутылка воды в магазине. Сколько сил нужно, чтобы спроектировать подобный мотоцикл, и какое количество народу над ним трудилось, начиная от инженеров, заканчивая механиками мотосервиса.

— Так ты её тр**аешь? — выпалил Яма ему в лицо с едва заметной насмешкой.

Фил убрал руку. Мажор уступал ему в весе и по телосложению не был конкурентом, поэтому смысла трогать его не было. А вот вмазать по роже — идея отличная.

Что Чернов и сделал. Яма повалился на байк, ударившись носом и схватившись за лицо. Нос пронзила тупая острая боль и из него потекла кровь.

Фил кинул на него короткий презрительный взгляд и пошёл к машине.

__

Это была странная тянучая неделя. Алиса много рисовала и так загрузилась работой над картинами и проектами, что совсем потерялась. Дома рисует, в университете много пишет конспектов и опять рисует. Пишет маслом. Гуашь, масляные, макеты из картона.

Голова в какой— то момент пошла кругом от такого количества информации на втором курсе.

Она для себя заметила, что Рудаков перестал за ней охотиться так, как это до этого. Только бросал на неё неоднозначные мрачные взгляды, когда они пересекались в коридоре.

Однажды после пар они вместе с Ромой и Андреем остались, чтобы доделать инсталляцию на выставку от их группы. Это были фольгированные человеческие фигуры как символ запертости творческого начала в каждом человеке.

Алиса завязав на голове пучок и совершенно забыв обо всём вокруг, увлеченно обматывала металлические прутья фольгой.

Тут прямо в аудитории появился Илья. Какое— то время он осматривался. Да, после юрфака, где в некоторых аудиториях был имитирован зал суда со всеми вытекающими, тут было совсем другое измерение. Кроличья нора. С гигантскими полотнами, бесконечными мольбертами и стульями, бюстами и статуями. Даже тканями.

Однажды Алиса целую неделю учились рисовать тень на складках ткани (драпировку) а потом еще посвятила примерно столько же времени, чтобы понять и научиться передать саму структуру ткани на бумаге или холсте. Тогда Алиса очень долго пыхтела, и осталась довольна результатами своей работы. В отличие от Павла Викторовича, который только подстегнулв, заметил: “Холщовка — пока единственное что вам удалось передать. Нужно работать, Алиса.”

А то, что она не вылезала из этих чёртовых стен уже уйму времени конечно никого не волновало!

Илья посмотрел на то, что она делает и, поборов желание “нечаянно” толкнуть одну из гипсовых фигур, сел сзади Алисы.

— Чего надо? — хмуро спросила она, обернувшись.

— Я уезжаю Невзорова. Пришёл попрощаться со своей будущей девушкой.

Уезжает? Скатертью дорога!

— И где она?

— Кто?

— Эта несчастная девочка.

Алиса отмотала кусок фольги и оторвала, скривившись от того, что ей неприятно было находиться рядом с этим “королем” универа.

— Не тупи, курица. Ты будешь моей. — он вытянул ноги и развалился на спинке стула, скрестив руки на груди.

— Или всё-таки предпочитаешь мужиков постарше?

Девушка обернулась и смерила его таким взглядом, будто он упал с сеновала и ударился пустующей головой.

Когда Илья уходил, на телефон поступило смс, которое в приказательном порядке рекомендовало ей прийти на прощальную вечеринку.

Да, приглашение уровня “великолепно, вежливо, тактично”. Распрощаться с мажором? Да она целый плакат нарисует со словами “скорее проваливай!”. Правда она так и не спросила, куда он уезжает. Но это её мало интересовало.

Инсталляция наконец была закончена и Алиса с чувством выполненного долга отправилась на выход. Обойдя живую изгородь и несколько пышных деревьев, она увидела знакомую черную БМВ.

На парковке стоял никто иной как Филипп. Великолепный внешний вид — белоснежная рубашка, чёрные брюки. В руках нежно— голубой букет цветов. Ого.

Ноги стали ватными. Филипп пока не заметил, что она приближается к машине, но у неё уже содрогалось сердце. Он ей решил подарить цветы?

Всю неделю Филипп невольно думал об Алисе, размышлял о том, что чувствует, и какие у этого всего могут быть последствия.

Можно было загибать пальцы: во— первых он поссорится с её отцом. Тому вряд ли понравится идея, что он станет практически его зятем. Во— вторых, его собственный отец будет не в восторге. А в— третьих, ему было пох*й на то, что и кто скажет. Ему нравилась девчонка и он соврал бы себе, если бы начал отрицать это и искать оправдания не пересекаться с ней.

Другое дело, непонятно во что это может вылиться. Но это уже другой вопрос, не попробуешь — не поймёшь.

Он протянул букет.

— Это тебе.

Сине— серые глаза странно смотрели на неё. Ещё страннее чем тогда дома. Заинтересовано, но мягко. Трудно передать словами. Он смотрел так, как будто уже мысленно себе её присвоил.

И Алиса с волнением поняла, что у неё подкашиваются коленки. Он на голову выше, уверенный и статный. Она по сравнению с ним такая... простая и обычная.

— Спасибо, — едва улыбнулась она, не зная, как теперь смотреть в ответ.

— Предлагаю заехать в одно место, мне нужно с человеком встретиться, а тебя оставлю пока в салоне красоты. Отдохнёшь, расслабишься. Не против, Алиса?

Филиппу нужно было увидеться с одним бывшим клиентом и обсудить вопрос сотрудничества.

Алиса в это время оказалась в шикарном салоне “Celebrity”. Она никогда не была в таких местах, но выглядело всё настолько дорого, как будто тут один из самых высоких прайсов в городе.

Ещё на входе Филипп убедил её, что владелица — его хорошая подруга. С которой он одно время общался на почве бизнес— планов, и в целом системы мышления и менеджмента своего дела. Ему важно было собрать тогда разные точки зрения для ведение бизнеса и Валентина пришлась как раз кстати. Хорошая открытая женщина, было видно — она добилась всего сама, чем и вызывала уважение.

Алиса скромно осмотрелась. Пыльно— розовый цвет и ещё много золотистых вставок по всему пространству. По— королевски стильно. Девушки— мастера в фирменных фартуках сами выглядели как богини, ухоженные и роскошные.

— Алиса, присаживайся, — позвала её Валентина — стройная загорелая женщина с аккуратным каре.

В кресле её окружили сразу несколько мастеров. Порассуждав, они решили выпрямить ей волосы и немного укрепить их специальным составом. Алисе было интересно посмотреть на результат, потому что она давно уже не выпрямляла свои непослушные завитушки. На это просто не было времени и желания.

Валентина шестым чувством поняла, что у этих двоих скоро свидание. А на свидание в кофточке и обычной юбочке не ходят. Тут нужно что— то более эффектное.

Вместе с Алисой, не смотря на все её возражения она заглянула в соседний бутик, чтобы выбрать ей платье. Выбор пал на короткое бежевое платье со струящейся юбкой и открытыми плечами. Там же недалеко они выбрали невысокие туфли на шпильке.

— Теперь можно выходить в свет, — подмигнула она.

Филипп зашёл в салон и сразу не понял, где та, которую он тут оставил.

— Валя, куда девчонку дели? — спросил он.

Тут Алиса обернулась и Филипп на мгновение замер. Лоснящиеся прямые волосы. Стройные ножки осторожно переступали на месте. Платье отлично подчёркивало грудь и талию, которую хотелось касаться. На лице только небольшая линия подводки и тушь. Такое преображение лишний раз позволяло понять, что Алиса прекрасна во всех своих образах. Что “до”, что “после”.

Фил выбрал симпатичный бар неподалеку, с джазовой фоновой музыкой.

Они сели у барной стойки и поболтали. Филипп спрашивал про учебу и как она обычно проводит свободное время. Алиса подробнее спросила про его работу. Оказалось, он работает не на отца, а на себя и возглавляет частную охранную компанию.

После выпитого коктейля Алиса чуть расслабилась и уже могла менее напряжённо разговаривать с ним. Ей всё ещё было непривычно, что он рядом с ней, как будто он её мужчина.

Делал заказ, невзначай касался спины. Когда уходил на телефонный разговор, рука нежно скользнула по её талии.

— Мы можем общаться и стать ещё ближе — сказал он спустя ещё несколько музыкальных композиций.— и перестать быть просто друзьями.

— Ладно, — ответила Алиса, проглотив булыжник в горле и постаралась улыбнуться.

Алиса смотрела на его сильные руки, лежавшие стойке и ей становилось не по себе. Только сейчас она поняла, во что хочет ввязаться. В её голове и рисунках всё было так понятно и легко. Он держал её за цепь и смотрел в глаза. Она видела подобное в аниме и в эротических фильмах. Но сейчас он так близко, чёрт… это ноющее чувство где— то внизу. И непередаваемую ощущение мужчины рядом. Опытного, умного, самодостаточного. Ужас… голова закружилась.

Когда они оказались в машине, Филипп не торопился вставлять ключ в замок зажигания. Было довольно темно и пора было уже ехать домой. Он решил прямо сейчас сломать эту стену дружбы. Его руки аккуратно подхватили её и посадили на колени нос к носу. Алиса не успела и дёрнуться, заливаясь краской.

— Филипп.. я.., — растерянно шепнула она.

Алиса сидела на нём в такой неприличной позе. Но даже не шелохнулась от волнения. Пульс зашкаливает и бьётся в лёгкой истерике. Он же не сделает ей ничего плохого..?

Филиппу показалось, что сейчас самое время перейти эту черту. Позволить расслабиться себе и ей. Девушка отчётливо увидела, как голубые глаза потемнели и пристально изучали её губы, шею, плечи. Ладони легли на бедра и задрали платье, опаляя Алису разрядами тока по всему телу. Лаская и сжимая. Так, что Алиса дернулась. Но Филипп не останавливался. Он знал, что ей нужно привыкнуть и просто давал ей ощущение мужских касаний.

Тут он притянул её к себе и поцеловал жгуче горячо. В её голове взорвался калейдоскоп. В сознании одни цветные пятна и смешанно— обжигающие эмоции. Как же это волшебно…

Осторожно и напористо он проникал языком внутрь и всё тело Алисы мгновенно загорелось вспышкой. Она обвила ладонями его шею и невольно поёрзала, чуть подаваясь вперёд и явно ощущая под собой твердый набухший орган под тканью брюк. Почти не страшно и волнительно приятно… Алиса окунулась в это ощущение словно в утреннее озеро с теплой водой. Он позволил ей не торопясь попробовать каково это. Ощутить мужское желание на себе. Очень осторожно и тактично.

— Ты очень красивая девушка, Алиса, — признался он, продолжая трогать бёдра всё выше, но не переходя черту, — я хотел бы, чтобы ты стала моей.

8. Так, как раньше, уже не будет

Две последующие ночи Алиса практически не спала, в мельчайших подробностях вспоминая их с Филиппом поцелуи и свои ощущения в его машине.

Она перевернулась на правый бок. Господи, это было так… так… восхитительно. С одной стороны. Алиса легла на спину и теперь смотрела на зернистый темный потолок. От Филиппа исходила невероятная мужская энергетика. Даже слишком сильная. Её девичья сторона очень переживала, что просто напросто не справится с его напором.

Алиса с едким привкусом правды жизни понимала, что Филиппу необходим тактильный контакт. Близость. Он не видит в этом ничего плохого, чтобы просто взять и сразу лечь в постель с девушкой. Но у Алисы возникла некая паника. При том, что она действительно хотела его, всё равно не могла справиться с этой неумолимой дрожью, сильным переживанием первого раза.

Девушка подошла к столу и открыла ноутбук. Тут в её голове пронеслась мысль — было бы проще, если первый раз случится с кем— то другим. Чтобы не краснеть как свёкла и не разочаровать его. Этого она, пожалуй, боялась больше всего. Он вздохнёт и скажет: “рисунки меня привлекли по— настоящему, а ты слишком зажатая, Алиса. Извини.” Или что— то в этом духе.

Девушка открыла соцсеть и поджала губы. Да, именно таким чётко был обрисован её первый раз с Филиппом. Она не могла ему дать всего того, что всплывает в голове в силу неопытности и жуткого стеснения. Зато это всё наверняка могут дать какие— нибудь его близкие подруги. Блин.

Подперев щеку рукой, Алиса открыла страничку Филиппа. Красивый в стильном костюме. Тут он с друзьями на каком— то мероприятии. Тут на отдыхе. Тут вместе с братом играют в боулинг. Чёрт.

Нет, она не может сейчас согласиться на его предложение. Может быть когда— нибудь попозже будет готова?

Филипп, извини, мы не можем пойти с тобой дальше. Я не могу. Мне ещё пока трудно.

Он увидел, он в сети!

Сердце запрыгало и забегало из угла в угол. Алиса прикусила нижнюю губу и сглотнула. В голове уже представилось, что он начнёт спрашивать: ”что случилось, милая? Я чем— то тебя обидел? Не был нежен с тобой? Давай пойдём в аквапарк, будем брызгаться друг в друга и хохотать. Возьмёмся за руки и прыгнем в бассейн с самой высокой вышки!”

Но в ответ он написал лишь:

Понял, принял

Что? И это всё? Все его переживания?

Алиса с обидой захлопнула крышку и отправилась спать. Да, так даже лучше и проще. Ну и пожалуйста..!

—

— Ли́са, ты конечно не обижайся, но твоя одежда, эм… она не заставляет мужиков на тебя пялиться, понимаешь?

Таня брела вместе с Алисой по торговому центру и никак не могла понять, что бы им прикупить? Такого эффектного и необычного. Короткого или провокационного. Чтобы Алиса перестала ходить с этой грустной миной.

— Он так просто на меня забил, понимаешь? — Алиса ощущала себя как пудель после дождя. Унылая и грустная мордочка, которая блестит глазками бусинками и ничего вокруг не замечает.

— А я про что? Он мужик, очнись ты! — Таня пощелкала пальцами перед носом подружки. Он хочет ноги раздвигать, а не копаться в твоём внутреннем мире. — Таня приглядела один из магазинов.— Мы идём сюда и хватит киснуть, не беси.

Алиса послушно проследовала за Таней и принялась примерять разные платья, юбки и топы которые приносила девушка.

Они договорились на самом берегу, что Алиса оплатит Танины покупки тоже. Просто потому, что у нее были деньги и ей для Тани приятно было это сделать.

— Это вот так, это сюда, — колдовала Таня мастерскими руками.

Стиль Тани нравился Алисе. Она одевала платья с вырезами и короткие аккуратные юбки. Смотрелось это действительно как— то свежо и интригующе. Но может Алисе не подойдёт именно такой стиль? Может вообще пора стилиста нанимать, раз она даже сама одеться не может!

— Ты любишь тканевые чулки, эти наденешь. Так это под низ, это наверх готово!

Алиса вернулась из пропасти своих мыслей, в которых Филипп её всячески презирал и больше не интересовался вообще.

Когда она посмотрела в зеркало увидела на себе светлую кофточку с небольшим вырезом а под ней черные полоски. Как будто кусочек бюстгальтера торчит.

Алиса опустила округленные глаза на свою грудь.

— Что это?

Таня всплеснула руками:

— Ты меня вообще слушаешь? Портупея!

Дальше шла светло коричневая юбка и тканевые серые чулки. На самом деле Алисе понравилось. И Таня учла её любовь к чулочкам . Смотрелось просто идеально. Только портупея несколько её смущала. Хотя по факту просто небольшие полоски тянулись от груди к шее и всё. Ничего лишнего. Но всё же в этом что— то было, как некая тайна и недосказанность.

В этот день Илья устраивал вечеринку по случаю своего уезда “хрен знает куда” и Алиса, получив адрес с приглашением, подумала, лучше будет отправиться туда и подарить ему издевательскую открытку. Нежели просто торчать дома и киснуть от тоски.

Девушка накидала профиль Ильи на бумаге и подписала:”проваливай на все четыре стороны!” Получилась довольно забавно.

В адресе был указан центральный район. Добравшись туда, она поняла что отмечает он скорее всего в своей квартире. Или снимает на время проведения.

Алиса по— прежнему была в том самом наряде, что создала ей Таня и сжимая открытку в руках, она уже стояла перед большой железной дверью.

Илья открыл дверь и уставился на неё. Внимательно, как будто вовсе не собирался впускать.

— Привет, Невзорова.

Он был в белой футболке и мягких серых штанах, явно не заботясь о своём внешнем виде. Как показалось Алисе, от него исходил аромат вишнево— морозного геля для душа, а волосы были немного влажными.

— Это тебе, — протянула Алиса наскоро созданную открытку.

Илья пропустил её внутрь и Алиса застыла. В квартире больше никого не было! Тут за её спиной раздался звук замка и Илья спокойно прошёл мимо неё, разглядывая творение.

— Праздновать твой уезд будем вдвоём?

— Да.— Только ответил он, явно забавляясь тем, что увидел в открытке. Алисе показалось, он даже улыбнулся, она почувствовала это, несмотря на то, что он стоял спиной.

Алису было поглотило липкое переживание относительно того, что они только вдвоём. Но потом она решила, что Рудаков не стоит того, чтобы волноваться и накручивать себя. Она отпразднует его отъезд куда бы то ни было.

В абсолютном молчании Илья разлил шоты в малюсенькие стопки. Тут были персиковые, острые и даже со вкусом сахарной смородины. Алиса смотрела на это сидя на барном стуле и фыркнула:

— Я не буду пить. Ты так и не сказал, куда ты уезжаешь? Надеюсь, больше не вернёшься?

Рудаков включил на аудиосистеме хип— хоп, который создавал фон, и сел рядом, беря в руку один бирюзовый шот.

— В Лондон, Невзорова. Правда или действие? — спросил он. — Если отказываешься, то пьёшь.

Алиса уставилась на него. Хитрый прищур не суливший ничего хорошего. Только сейчас она отметила, что Илья как будто стал шире в плечах или только показалось?

— Ладно, — пожала она плечами безразлично. — Правда.

— Назови свой точный адрес.

Голос звучал спокойно, но Алиса почему— то вспомнила про дверь выхода. Какие странные вопросы. Он обещал, что она станет его девушкой. Что этот мудак задумал?

Алисе пришлось выпить. Это был персиковый шот. Довольно сладкий, но градус она почувствовала сразу и поняла, что лучше больше не игнорировать правила игры и стараться отвечать и совершать требуемое действие. Чтобы больше не пришлось это пить.

Илья тоже выпил шот.

— Правда, — сказал он, смотря куда— то в окно вечернего города.

— Ты на самом деле такой мудак или притворяешься?

— Сомневаешься? — Брови взметнулись вверх и он скользнул взглядом под её юбку.

ПФ. Ну и ладно.

— Действие, — дерзнула Алиса.

Она подумала, сейчас минут пятнадцать она побудет и будет выдвигаться домой. Всё — таки открытку она ему вручила, удачи пожелала. Пусть катится.

— Поцелуй меня, Невзорова.

Вопрос как бельевая веревка повис в комнате. Девушка в недоумении посмотрела на него. Но Илья облокотившись на стойку с вызовом смотрел на неё. Взгляд блуждающий, но спокойный. Без агрессии и провокации. Что было даже странно и очень непривычно.

Алиса решила не пасовать и чмокнула его в щёчку. Это же считается?

Тут он притянул её за руку. Она не поняла, как оказалась у стойки, а Илья приблизился катастрофически близко. Опираясь ладонями по обе стороны от неё.

Голубые глаза опустились на злосчастную портупею. Ну, Таня, мать твою! Ты для кого наряд выбирала?!

А сама Алиса почему не удосужилась переодеться во что— то повседневно обычное? Да она знать не знала, что будет одна на этом празднике жизни! Хотела сунуть открытку и свалить по тихому пока все бы праздновали.

Правая рука мягко скользнула и вплетаясь в волосы, легла на затылок приближая её к губам Ильи. Ещё секунда и он уже целует… что он..? Мягко и горячо, как будто пробует на вкус. Вторая рука так и лежит на барной стойке. Он никуда не торопится, просто хозяйничает языком во рту.

— Не надо…— вырвалось с её губ, но тело и голос говорили об обратном.

Да что с ней такое? Она что шоколадка, пролежавшая на солнце? Просто взяла и так бесстыдно растаяла в руках этого этого…

Илья перешёл к шее, покрывая обжигающими поцелуями. Коротко, затем останавливаясь на каждом участке дольше. Лаская так, что Алиса думала рухнет вниз. Коленки задрожали, а её смелость дерзость, весь боевой запал пропал в секунду. Он как будто обезоружил её, заставив онеметь, в том числе и от её собственных ощущений. Это ужасное тело отзывалось на его ласку. Но почему он сейчас не вел себя как ублюдок?

Тут он подхватил её на руки и куда— то понес. К себе в спальню. Легко положил на кровать.

— Нет, — сказала Алиса, сглотнув. Дыхание участилось и в груди всё потяжелело.

Рудаков снова прищурился, облизнув губы как перед десертом. Он вёл себя вальяжно и расслабленно в отличие от Алисы, которую била мелкая дрожь.

— Просто расслабься, ладно? Ты же не собираешься до пятидесяти целкой ходить.

Послышался шелест упаковки презерватива.

Так быстро?

— Я не…

— Тише, Алиса. Всё сделаю по красоте. Когда— то надо начинать.

Голос её личного дьявола. Но больше всего голову кружило то, что он сейчас был тактичен и даже нежен..? Неужели он на такое способен?

Освободив её от чулок капронок и трусиков, Илья оставил на ней только кофточку как спасательный круг.

Алиса растерянно уставилась в голубые спокойные глаза, часто хлопая ресницами. Он каждый день кого— нибудь лишает невинности? Так просто это делает?

Снова целует углубляет поцелуй, приходится прогнуться и расставить ножки шире.

_

Филипп вместе с Валентиной ехали в автосалон. Валя попросила его помочь выбрать новую машину. Хотя это наверное просто был повод куда— то его вытащить и заодно не ходить там одной, а быть с поддержкой и мужским плечом.

Филипп несколько растерялся в ситуации с Алисой. Ему казалось он идёт логичной дорогой, но в какой— то момент что— то пошло не так.

Включил правый поворотник, и машина встала на светофоре. Небо затянуло плотным серым полотном, хотя не улице ещё было довольно тепло. Весь народ куда— то ехал и на дороге было не протолкнуться.

— Чернов, признайся, ты сразу в постель её потащил? — Валя не церемонилась. Они хорошо дружили и могли позволить себе общаться напрямую.

Фил потёр шею и выдохнул. Да, почти так и было. Только что в этом плохого? Он хочет, она тоже хотела — можно было об заклад биться. Фил уставился на мимо проезжающую цепочку автомобилей. По закону подлости теперь их полоса практически не двигалась.

— А нужно было куда тащить? В аквапарк? — он перевёл взгляд на Валю, которая улыбалась.

— Она же молоденькая девушка, ей нужно внимание, балбес ты. Показать, что она тебе интересна. Удивить и проявить тепло.

Фил понимал, что Валя права, но это не означало, что ситуация его не напрягала. Он в первый раз облажался. Хотя если подумать, отношений у него действительно никогда не было. У него был секс и множество женщин, начиная с самого прихода с армии. В голове бизнес и рост “Титана”. Безопасность и заказчики. Но не женский пол с их потребностями и желаниями.

Наконец машина тронулась и они через десять минут оказались на месте.

Валя пообещала ему помочь — немного направить в нужное русло. Но Фил кривился и отвечал раздражённо. Ему не хотелось признавать собственное поражение. И с кем? С девчонкой, которая изначально была в него влюблена. Оставалось просто не накосячить, но он это сделал. Бред.

Они оказались в огромном автосалоне, где сегодня проходила выставка новейших моделей как отечественных так и зарубежных. Сновали журналисты туда— сюда. Глава автосалона Костя Разин давал интервью. Фил знал его. Ещё он знал, что этот автосалон не единственное, чем увлекается этот харизматичный на первый взгляд бизнесмен. Далеко не единственное.

— Автомобилю присущи довольно крупные габариты и яркая и роскошная внешность. Стоит обратить внимание на мощный бензиновый двигатель объёмом 6 литров. Его мощность составляет 460, 520, 565 или 568 лошадиных сил в зависимости от модификации…— доносилось от консультанта Aston Martin.

Бл*ть. Фил настолько погрузился в эту идиотскую ситуацию, что не мог нормально наслаждаться происходящим вокруг. Его окружали божественные модели авто, а он стоял как истукан вместе того, чтобы слюни пускать на каждую из них. Ведь автомобили — это одна из его сильных слабостей. Это была их семейная страсть.

Засунув руки в карманы джинс, он подошёл к Вале, которая присматривала симпатичный кроссовер.

— Что скажешь? — кивнула она на блестящего железного коня.

— Мерседес, это классика Валюш, — издевался он улыбаясь, — может тебе вон, Кайен лучше взять?

— Я думала от тебя будет больше пользы, — улыбнулась она в ответ и отдалась во власть молодому консультанту, который в отличие от её спутника готов был слизывать пыль с туфелек. И замуж позвать. Лишь бы она купила.

Фил ещё какое— то время стоял у БМВ с открытым верхом и честно вчитывался в характеристики как вдруг увидел, как мелькнуло знакомое лицо. Девушка с темными волосами. Где— то он её видел… стоп.

Фил обогнул машину и вгляделся в толпу. Север со своей неизменной свитой. А рядом.. как же её? Подруга Алисы, кажется, её зовут Таня.

Внутри Филиппа закипело бешенство. Раздражение как по щелчку захлестнуло его сильной волной. Какого хера эта пигалица делает? Она стояла под руку с этим бандюганом и бровью не вела. Совсем *банулась?

Вот Север отправился оформлять какую— то тачку, а Филу хватило несколько мгновений, чтобы схватить девушку за предплечье и волоком затащить в нелюдимый угол центра.

— Ты что творишь? Синяки будут! — пискнула Таня.

— Какого хера ты делаешь? — Фил не на шутку разозлился. Разве ему было дело до этой пигалицы? Да она знать не знала, с кем связалась, тупоголовая.

— Не видно? — обиженно отвела взгляд.

Фил наклонился ближе.

— Ты в курсе, таких как ты потом в отелях находят? Только они даже показаний дать не могут, потому что башка на полу валяется.

— Я просто в сопровождении. Не надо сгущать. Никакого секса не будет! Я договор подписывала.

— Смертный приговор ты себе подписывала! — зарычал Филипп злостно. Как можно быть такой тупой?

Светлые наивные серые глаза действительно в это верили? Таня не собиралась никуда уходить, ей нужны были деньги.

Фил решил, что убить её он сможет позже, сейчас надо, чтобы она исчезла иначе завтра в сводках он прочтёт заголовки уже об этой безмозглой. Он скинул ей тысячу баксов и вытолкал наружу, скрипя челюстью. “Эскорт, тоже мне.”

Только он развернулся — упёрся в стену, состоящую из мрачного Севера и его покорной свиты.

— Зачем берёшь чужое, Чернов? — недовольно спросил тот.

Прямо в здании повисла грозовая туча, которая приобретала насыщенный угольный цвет. Повисло такое напряжение, что рядом стоящие люди начали оглядываться и пятиться.

— Спасаю идиотку от тесака, — прямо ответил Фил.

Они не переносили друг друга. Фил в целом бандитов не жаловал. От чего те ещё больше бесились. У него уже было досье на добрую часть города богатейших людей города. Как и на их дела — официальные и подпольные. И лишь пятьдесят процентов всех этих бизнесменов вели бизнес законно. Не влезая во всякие мутки и нелегальщину.

— Робин Гудом заделался? Бабки сам отрабатывать будешь?

С*чка. Она же сказала он ей не заплатили! Сволочь мелкая!

Филипп с каменным лицом выдал:

— Другую найдёшь.

И отправился искать Валю.

Север проводил его острым как бритва взглядом. Было ощущение скажи он: “фас” и от Чернова не останется даже клочка. Ниточки. Ничего, потому что за дерзость принято наказывать. Но Север решил, что просто дождётся более удобного момента и порвёт этого ган*она.

9. Другой

Когда Илья прилетел в Лондон, ему было плевать на то, что происходит вокруг. Его поглотила непонятная апатия и безразличие ко всему окружающему миру.

Миновав встречавших людей с табличками, где также было и его имя, он направился к сервису аренды авто. На автомате взял самую дорогую тачку. На этот раз это была Ягуар F-Race кроваво-красного цвета.

Он просто поехал, куда глаза глядят. В душе расстилалась пустота. Тяжелая и бездонная, заполняющая грудь и голову. Нарушая правила движения, он сам не понял в каком районе Лондона оказался. Илья припарковался около какого— то кирпичного здания. Уже начинало темнеть.

Он откинулся в сидении, запрокинув голову назад.

В тот вечер она действительно отдала ему девственность. Но это было совершенно неожиданно. Как будто ей было всё равно, с кем это сделать. И ей было плевать на него. Алиса даже мужчину в нём не видела. Именно такие ощущения остались у него после того вечера. Хотя конечно он чувствовал, что она откликалась на его прикосновения.

Илья закурил сигарету и, смотря на небольшую пустынную улочку, и затянулся.

Он впервые в жизни захотел, что-то изменить. Ему до смерти захотелось, чтобы Алиса смотрела на него другими глазами. Увидеть в них настоящий страх. Волнение и тяжелое дыхание. Панику, от того, что он её волнует. А не просто проводила бы с ним время как с запасным вариантом. Ведь наверняка между ней и этим мужиком что-то было. Симпатия? Влюблённость? С*ка.

Илья выбросил окурок в окно, и вдруг услышал лязг одновременно с резким звуком ударов о лобовое стекло. Кто-то открыл дверь и повалил его на асфальт. Не успев ничего сделать, он оказался в толпе, которая щедро пинала его ногами. Остальные в это время битами колотили по ягуару с ненавистью и криками.

Задыхаясь и закрывая локтями голову, он думал, что выплюнет собственные легкие от того, как больно было дышать. Мельком он увидел лишь несколько силуэтов и разговоры:

— Such assholes have no fucking place in our neighborhood! (таким придуркам не место в нашем районе!).

— Get lost, fucking sucker! (проваливай отсюда, сосунок!)

Он хотел подняться, но несколько кулаков приземлили его обратно, осыпая ударами по лицу.

Обшарив его карманы и тачку, парни прибрали к рукам деньги и айфон.

Удаляющиеся голоса. Башка кружится и едет, улица теряется, послышались звуки сирен.

Илья понятия не имел, сколько времени прошло с того момента, как к нему вернулось сознание. Очнулся он уже в больнице, ощущая, что голова гудит как сигнал паровоза. Отёк спал и теперь его лицо было раскрашено ссадинами и рассечениями. Он огляделся в пустой светлой палате. Тут было ещё две кровати, но они пустовали.

В этот момент зашёл доктор.

— How are you feeling? (Как Вы себя чувствуете?)

— Great. (великолепно)

Хотелось добавить: “бл*ть”.

Мужчина что-то записывал на своём планшете.

— We need to contact your relatives to pay for the treatment. (нам нужно связаться с вашими родственниками для оплаты лечения) — сказал он, проверяя капельницу. Буднично и безразлично.

Илья ответил только мрачным взглядом. Зашибись. Денег нет, телефона нет. Документы должны были остаться, и на том спасибо.

— I'll pay later. (я заплачу позже)

Как? Х*й его знает. Илья впервые оказался в ситуации, когда мозг начал судорожно генерировать идеи. Начиная с того, чтобы просто сбежать и заканчивая тем, чтобы заработать в этом идиотском “приветливом” городе.

Он откинулся на подушку и закрыл глаза. Странно, но сейчас после этого нападения он уже меньше чувствовал себя манекеном. В груди начинали просыпаться какие-то чувства. Досада, злость. А в голове вертелась живая цепочка мыслей.

Когда он жил на всём готовом, он просто плыл по течению. Да, у него были стычки и драки, но не на смерть. А так, ради развлечения. Деньги просто так, учеба — тоже мимо. Единственное, что его по-настоящему притягивало — это мотоциклы и скорость.

А сейчас… В это чужом городе он чувствовал физически, что становится другим. Меняется с болью в костях и мышцах. Начинает мыслить по-другому.

На следующий день, когда Илья вышел из здания и закурил, к нему подошёл какой-то парень в рваных джинсах, с браслетами на руках и кепкой задом наперёд. Он смотрел оценивающе, как будто знал его. Хотя Илья не понимал, кто он.

— You didn't report to the cops. (Ты не донёс на нас копам.)

— Should I? (А должен был?)

Илья выпустил столбик дыма и прищурился. Какие вежливые гопники. Даже зашёл узнать, как здоровье.

— Here's your phone. (Вот твой телефон.) — он протянул айфон Ильи, — I'm not giving your money back. Consider it payment for your stupidity. (Деньги не отдаю. Считай это плата за твою тупость.)

Дальше он сказал, что если Илье что— то понадобится, он может найти парня в Брикстоне. Даже улицу назвал, но Илья не стал запоминать. Теперь, когда телефон на месте, будет проще разрулить дела прямо тут, на месте.

После того, как Илья связался с отцом и сказал, что разбил ягуар, Рудаков сказал, что всё решит. Он также напомнил о том, что стажировку в Лондонском FLG никто за Илью проходить не станет.

— Ты любишь её? — внезапно задал вопрос Илья.

Оба понимали, о ком этот вопрос. О матери. Но почему так неожиданно? Сейчас, когда каждая секунда разговора стоит бешеных денег.

— К чему этот вопрос? — в голосе сквозило ледяное недовольство. Всё, что касалось Лиды, было под запретом. Даже для сыновей.

Илья знал ответ, но он хотел, чтобы Виктор сам ответил себе на него и перестал хоть на секунду быть таким козлом по отношению к ней. Диким собственником, который думает только о своей ж*пе.

— Тогда захера тебе эти ша*авы?

Виктор молчал. Секунды капали, деньги улетали. Связь прервалась.

За лечение Илья заплатил. Он вышел из больницы в одной футболке и куртке. Зато с документами и телефоном. Пропущенные от мамы и сообщение от Алисы.

Сердце подпрыгнуло и перевернулось. Он нажал пальцем на экран.

“Как Лондон переварил такого чудесного гостя? Не подавился?”

Яма улыбнулся. С*чка мелкая. Оказалось, всё не так уж и плохо. Настроение поднялось и захотелось снова что— то делать.

Первым делом он прошёлся по району и зашёл в самый обычный спортивный зал. В подвале кирпичного дома. Да… спорт его раньше обходил стороной. Он был сильным физически, но не занимался как следует. Но теперь он готов был жить тут, чтобы раскачаться и привести себя в нормальную форму.

Тут было много темнокожих и белых здоровых мужиков. Все они смотрели на него как на мусор. Илья подошёл к одному и спросил, кто тут самый жесткий тренер. Ему назвали имя Анри.

Когда он пошел вглубь рингов, увидел того самого Анри. Хмурый страшный мужик, как будто его переехал поезд. Но поезд, видимо, раскрошился на части, а Анри по— прежнему здравствовал.

__

Виктор бросил машину на улице.

Она должна быть сейчас дома. Оказавшись напротив стальной двери , он замер и нажал кнопку звонка.

Лида открыла почти сразу, но не ожидала его увидеть. Иначе сразу завязала бы наглухо свой шелковый, мать его, халат. Виктор успел увидеть тончайший топик и шортики.

— Проходи, — она неловко поправила пряди волос и отошла назад.

Прошло уже столько времени, а он продолжает сюда таскаться. Он — глава нефтяной компании, акула бизнеса. Тот, кто землю вместе с луной может купить в собственность. Ублюдок, каких поискать. До сих пор к ней не остыл.

Мужчина кинул пиджак на комод и прошёл на кухню, где стоял запах чего— то только что испеченного. Божественный и необычайно притягательный. Он увидел тарелку с печеньем на столе.

— Как твоя кофейня? — спросил он, сев на стул и сканируя взглядом кухню. Словно помимо печенья хотел найти того, кто будет его есть. И незамедлительно свернуть ему шею.

Лида осталась стоять в дверях, всем своим видом показывая, что не рада ему. Он достаточно выпил из неё крови. И не смотря на то, что она любила Виктора, с такой же равной силой и ненавидела.

— Менеджер говорит, что нормально.

Да, менеджер. Ей было плевать на эту кофейню. Единственное, чем она хотела заниматься — это театр. Но Виктор давно дал понять, что там она никогда не будет работать. Слишком много мужиков на квадратный метр. А она… слишком…

Он обернулся. Вожделеющий взгляд зверя. Животного, которое голодает. Не насыщается. Посмотрел на её стройные ножки, затем увидел край шортиков. Слишком коротких.

И для кого она так нарядилась?

Виктор пошёл по всем комнатам, прекрасно понимая, что выглядит как параноик в её глазах. Всегда. Но он не мог бы перенести, если бы увидел здесь следы чужака. Хотя бы намёк. Он бы стёр его в порошок. Убил бы подручными предметами. Лида это знала, поэтому не предпринимала попыток как— то дразнить его, хоть и очень хотелось. Но в мире не существовало настолько сильных мужчин, чтобы выдержать даже взгляд этого ревнивого монстра.

Не найдя ничего, за что можно было зацепиться, он засунул руки в карманы и снова посмотрел на неё.

— Тебе нельзя сюда приходить, я твоя бывшая жена. И у меня должна быть личная жизнь. Виктор, ты прекрасно это понимаешь.

Лида хотела скинуть халат, но не стала. Вместо этого ещё туже завязала пояс. Ей было некомфортно рядом с этим мужчиной и она мечтала о том, чтобы он исчез. Слишком много боли он причиняет своей неуправляемой любовью. Животной одержимостью. Тяжело.

Виктор мигом оказался рядом.

— Скорее растают ледники в Антарктиде, чем ты получишь развод. Не мечтай, Лида. Нет такого юриста самоубийцы, который бы взялся за твоё дело.

Лида сделала вздох, избегая снежных голубых глаз. Он огромный. И слишком плохо на неё влияющий.

— Вообще— то есть, — выдавила она.

Ей пришлось прошерстить весь город, чтобы найти такого бесстрашного. Кто пойдёт против Рудакова. Но она нашла, это был Денис Сечин. Со своей адвокатской конторой. Деньги они брали заоблачные, но это была её единственная надежда на свободную жизнь.

Рудаков зло оскалился, прижимая её к стене. Вдыхая тонкий аромат розы, чувствуя как Лида беспомощно вжалась в стену. Он не сдержался от обжигающего поцелуя в шею. Ещё и ещё. Опираясь ладонями о стену, он чувствовал грудью её твердые соски. Вот почему она завернулась в эту шёлковую ерунду. Голову сносило к чертям. Он ненавидел то, как Лида действовала на него. Спустя даже двадцать лет их совместной жизни. Она по— прежнему держала эту звенящую цепь, которая витком заканчивалась на его шее. Неосознанно, но крепко. Своими тонкими пальцами. Только она могла бы им управлять.

— Виктор, перестань!

Слова как ведро холодной воды. Так, что ему пришлось потрясти головой чтобы вернуться в себя. С*ка.

Он отстранился. Между ними опять по щелчку образовалась снежная буря, вперемешку с ураганом ненависти.

— Ты никогда не получишь развод, Лида, — подчёркнуто отчеканил он, словно она была умственно— отсталой и не понимала простых истин.

— Я попросила не так много, — безразличным голосом сказала она, — но ты даже этого выполнить не можешь. Или просто боишься?

Виктор забрал пиджак, хлопнул дверью и направился к лифту.

__

Алиса и Юта торчали на выставке FLG вместе со своей инсталляцией. Их задачей было привлекать будущих студентов на свой факультет. Также неподалёку разместились остальные факультеты, включая физфак, юридический, факультет журналистики, филологический и ещё несколько, уходящих вдаль. Помимо FlG тут были ещё и другие университеты. Парни и девушки в дорогущей брендовой одежде лениво бродили между стендами, безразлично выбирая — нужен ли им тот или иной университет или нет.

Алиса стояла за стендом с брошюрами их факультета, то и дело поглядывала на Юту, сидевшую рядом в кресле. Сказать, что она необычная — выразиться не совсем точно. Юта была небольшого роста, но фигурка симпатичная. Кожа совсем белая, а волосы черные длинные с густой прямой челкой. В сочетании её скромности и немногословности она походила на девочку из звонка. Но своей красотой безусловно притягивала. Просто это была неземная привлекательность. Кукольно— фарфоровая.

Юта подняла на неё взгляд и улыбнулась.

Тут к их стенду подошли два парня. В идеале нужно было их поприветствовать и презентовать инсталляцию, которую так тщательно до этого создавал вся их группа.

— Рады видеть вас на факультете дизайна и современного искусства — Алиса натянула улыбку и начала было раскладывать перед ними буклеты, как получила в ответ:

— Не старайся, даже. Ваш факультет полное дерьмо.

Алиса в таких ситуациях терялась. Ей по-прежнему было непонятно, как можно нахамить незнакомому человеку просто так в лицо.

Парень же сверкал змеиной улыбкой, посмеиваясь вместе со своим дружком. Второй при этом начал демонстративно скидывать листовки и брошюры со стойки на пол.

Юта встала и подошла к ним:

— Не нравится, значит идите в другое место!

Оба замерли, словно увидели нечто из ряда вон выходящее, а потом рассмеялись в голос.

— Ты мелкая, рот открывать будешь?

Но тут откуда— то сбоку подошли Ян и Рома Спирин — футболист и гроза универа с факультета физической культуры. Он был таким же козлом как и Рудаков, которого к счастью ветром унесло.

— Что-то не устраивает, уеб*ны?

Те двое сразу попятились, но Рома с ноги зарядил одному с такой силой, что тот отлетел в соседнюю стойку, опрокинув её. Зато, надо отметить, больше хамить у этих джентльменов желания не возникло. Они самоустранились за долю секунды, попеременно оглядываясь.

Алиса в шоке перевела взгляд на Рому и Яна. Рома как ни в чем не бывало сел в кресло, предназначенное для гостей.

А Ян подошел за стойку к Алисе со своей фирменной придурочной ухмылкой.

— Ну как Невзорова, Яма тебя оприходовал?

Алиса, уже готовая к подобным нападкам, даже отвечать ничего не стала. Она не считала нужным, отчитываться перед Яном за что— либо и просто молча начала собирать брошюры.

— Иди ко мне, — позвал Рома Юту.

Алиса и Ян не сговариваясь обернулись. У обоих отвисла челюсть, когда они увидели, как Юта молчаливо села к парню на колени. Ян и Алиса продолжали ошарашенно пялиться на парочку.

— Так и будешь меня стесняться? — негромко спросил Рома, перебирая тёмные длинные пряди.

Стесняться? Эти двое… встречаются? Представить их вместе, это всё равно что сопоставить лёд и пламя, кристально чистую реку и засушливую пустыню. Алиса аж закашлялась, в горле запершило ровно до тех пор, пока Ян любезно не предложил:

— Может горловым прочистить?

— Придурок! — фыркнула Алиса, — вообще иди обратно в своё стадо к остальным оленям— юристам.

10. Куколка

Филипп негодовал. Ночью какие— то дебилы пробрались в склад IT компании PL motion, чтобы выцепить дорогущие микросхемы. Конечно, его группа среагировала моментально и оказалась на объекте за считанные минуты. Мудозвоны не подозревали, что ворота могут дистанционно срабатывать на закрытие — специальная установка “Титана”. Их было четверо, в итоге они оказались в ловушке. Когда их начали прессовать, то прозвучало всего одно прозвище: Админ.

Фил просматривал камеры и не мог понять, что за идиоты эти воры и что за Админ, который их так подставил. Только глухой не слышал про их компанию. Она пользовалась жёсткой славой, если так можно было сказать. Ни с кем не церемонятся и не всегда преступников отдают полиции. Скорее действуют по ситуации.

Чернов промотал вперёд. Когда Тополь звезданул одному из них прикладом между лопаток, тот выдал имя своего главаря.

Сколько Фил ни копался в голове, такой клички вспомнить не мог.

— Филипп, моё уважение — прозвучало в телефоне, когда тот поднял трубку. Это был владелец PL motion. — Ты и твои бойцы спасли мне десятки миллионов, я твой должник.

— Работа, Коля, — имущество защищать.

— Давай в баню сегодня с нами? Бери парней, посидим — я коттедж снял.

— Спасибо, уже есть планы на вечер. Поеду купаться в лучах славы, — прозвучало саркастично.

— ”Прорыв года”? Слышал, ты там нашумел.

— Придется быть там, — Фил недовольно поморщился. У него сейчас дел невпроворот. А ему все про этот прорыв жужжат. Зае*али.

Фил надел белоснежную рубашку и тёмно— синие брюки. Всё— таки там будет пресса, а он официальное лицо своей компании.

На самом входе в огромный молл его обступили журналистки:

— Филипп скажите, как “Титану” удалось так быстро взлететь? Ходят слухи, вы применяете нелегальные методы борьбы с нарушителями.

— Да, сразу на каторгу отправляем, — Филипп держался прямо и даже не приложил никаких усилий, чтобы казаться вежливым и добродушным.

— Вы центральная фигура на рынке охранных компаний, не боитесь более сильных конкурентов?

— Нет. Мы умеем работать над своими страхами.

Вспышки слепили и порядком раздражали.

— Это правда, что “Витязь” копирует ваши наработки?

— Что толку копировать, если мой главный ресурс — это люди, моя команда.

—

В последнее время у Алисы и отца складывались напряжённые отношения. Он чувствовал, как она отдаляется и взрослеет и уже далеко не всегда принимает его сторону. Поэтому иногда он был жесток и категоричен, даже существенно убавил её карманные расходы.

Поэтому когда Таня предложила поработать, Алиса согласилась. Звучало довольно невинно — быть хостесс мероприятия “Прорыв года”, помочь в начале расставить бокалы на столики, а затем просто фотографироваться с гостями.

— Непростыми гостями, Алиска! — уточнила Таня, когда они уже вылезали из такси. Я сказала тебе, какой наряд? Кукольные платья, кажется.

Алиса была погружена в свои мысли и слушала Таню в пол уха. Деньги предлагали отличные, поэтому нужно было соглашаться по— любому.

Когда они поднимались в здание по витиеватым лестницам, Таня продолжила:

— Будешь активничать, сможешь себе такого мужика отхапать — мама не горюй. Тут знаешь, какие толстосумы будут?

Они уже зашли в подсобное помещение, где их встретила девушка менеджер.

Прямо перед ними в комнате висели платья. Кремово— розовые с чёрными вставками. Полные кружев, складок и драпировок с пышной короткой юбкой, смотрелись действительно симпатично. Но когда Алиса очутилась внутри платья…

— Это прилагается — сухо буркнула менеджер, протягивая ошейник с цепью.

Создавалось ощущение, что организаторы то ли не парились с нарядом и просто взяли косплей костюм (прим. костюм персонажей из аниме) или хотели эпатажа на мероприятии.

У Алисы пересохло в горле. Он спорила у Тани:

— Что это..? Мы должны надеть?

— Шестьдесят тысяч за выход, — напомнила Таня, — да, наряд не фонтан, могло быть и лучше.

Алиса смотрела на себя в зеркало и не могла поверить в то, что на ней ошейник, да ещё и с цепью. И в таком виде она должна фотографироваться с гостями?

Конечно для обывателя — это обычный кукольный образ, но для Алисы ошейник и цепь имели более глубокое значение. Ей нравился такой внешний вид и одновременно пугал, вызывая мурашки по всему телу.

Филипп был раздражён после этого идиотского интервью и теперь нетерпеливо ждал, когда закончится этот вечер. Толпа народу, сцена и бесконечные аплодисменты. Куча знакомых. Он не любил подобные мероприятия. Считал их пустой тратой времени. Ожидая, когда назовут из кампанию для вручения статуэтки первенства среди охранных компаний, он увидел нескольких девушек, которые стояли у стены рядом со стойкой и живо переговаривались. Пышные юбки до колена, открытая грудь. Довольно странный наряд для такого мероприятия. Ошейник..?

Он ещё более внимательно понаблюдал за девушками, потирая пальцами подбородок. Ошейник эта та деталь, которую он мог разглядывать бесконечно. Кто— то фотографируется. Все ушли, осталась только одна. Алиса..?

Филипп встал и сквозь беседующих людей направился к ней. Кукла Алиса… занятное зрелище.

Он подошёл вплотную, и наконец увидел её оцепеневший взгляд.

Правая рука сама потянулась, чтобы взять край серебристой цепи с кожаной застёжкой на конце.

— П-привет, — только выдавила она из себя, заливаясь краской.

Довольно открытая грудь и этот наряд… очень хорошо ударил ему в голову. Некоторое время Филипп пристально рассматривал её.

— Пойдем? — позвал он.

Куда..? Ноги Алисы вросли в пол. Она в панике оглядывалась в надежде, что девочки вот— вот придут и ей не придётся быть с ним наедине. Но Филипп только плотнее взял цепь в ладонь, и просто повёл её за собой.

— У меня вещи тут… — растерянно сказала она, когда они проходили мимо комнаты, где она переодевалась.

Зайдя внутрь она поняла, что тут никого не было: лишь вешалки, несколько стульев и тусклый свет из окон, выходящих на внутренний двор. Который едва сочился сквозь жалюзи.

Почему к горлу подступила тяжёлая тошнота и страх. Она спиной ощутила, как Филипп вошёл следом и закрыл дверь на внутренний замок.

Тишина. Алиса подошла к стулу и просто окаменела. Её спина отчётливо ощущала каждый миллиметр, который преодолевал Филипп, приближаясь к ней.

Он развернул её к себе и посмотрел в глаза. Его волновал этот ошейник также сильно как и её.

Он намотал цепь на кулак и пошёл на неё, заставляя пятиться к стене. Большие глаза со страхом и паникой забегали. Но Филипп был непреклонен. Он мог бы сейчас сказать что— нибудь ласковое, нежное, но не хотел. Он чувствовал, как она волнуется. От собственного внутреннего противоречия.

— Нравится..? — он взглядом указал на цепь.

Он взял за основание цепи прямо под ошейником и повёл за собой. Сев на кресло, потянул цепь вниз, заставляя Алису оказаться перед ним на коленях.

Сердце Алисы бешено колотилось, казалось оно отдавало чёткими ударами в висках. Он наклонился чуть вперёд, опираясь локтями на бёдра и смотря прямо ей в глаза. Алиса впервые могла рассмотреть их настолько близко. Цвет моря, которое начинает волноваться, темнеющий синий цвет. Из— за этой глубины точно было невозможно понять, что таится в его голове. Насколько он сейчас возбуждён или заинтересован. Она не могла разобрать ровным счётом ничего на этой морской глубине.

— Расскажешь подробнее? Про свой рисунок и свою тягу к таким вещицам?

Алиса замерла в который раз рядом с ним. Он был абсолютно спокоен и только блуждающий взгляд по её груди и плечам начал её беспокоить. Хотелось что— то ответить, но язык прилип к нёбу.

Тогда он решил провести самостоятельное исследование.

Рука нагло развязала шнуровку на её платье. Ладонь грубо стиснула грудь.

Алиса дёрнулась и увидела, как его грудь тяжело поднимается. Она тоже потерялась от этого движения. Хотелось одновременно и крикнуть и наоборот погрузиться в этот момент с головой. Запечатлеть его на самых важных полочках сознания.

— Так.. нравится? — спросил он бархатным низким голосом. Он изучал её предпочтения и мысленно сравнивал со своими.

Ладонь нырнула под ткань и бюстгальтер, снова лаская грудь затем стискивая её плотно и больно.

Алиса послала ему умоляющий взгляд, ловя на губах собственный томный выдох. Она невольно оперлась руками на его колени.

— Ты можешь ответить, чтобы я не гадал, Алиса? — он снова притянул за ошейник к себе к самым губам, опасно— пылающе смотря на её губы. Желая увидеть на них естественный алый цвет. Укусить.

— Мне нравится … нравится… — коленки задрожали, а глаза жадно ловили каждый его взгляд на своём теле.

Тут он повернул её боком, и наклоняя на колено, задрал пышный подол. Ему хотелось сразу всего. Ладонь принялась исследовать её бёдра, сжимать их с силой. Он резко рванул трусики вниз.

— Не надо, пожалуйста.. — мелкая дрожь пробежала по её телу. Она решила, что он сейчас отшлёпает её и тогда — пиши пропало.

— Хочешь, чтобы я перестал..? — низкий обволакивающий тембр. Мужской. Опасный и тяжёлый.

Алиса поняла, что истекает слюной, которая чуть не капнула на пол. Тело тает как желе, а в голове полный сумбур противоречий.

По мелким судорожным вздохам Филипп понял, что ей нравится. Ладонь медленно поглаживала ягодицы, вызывая ворох мурашек. Её сжигали его действия. Словно тончайший листок бумаги бросили сразу в пекло. Он сгорает за секунду, оставляя после себя лишь искры и частички пепла.

Тут он отпустил ошейник. Через какое— то время Алиса вернулась в себя, чуть не упав, но он подхватил её за талию и осторожно посадил к себе на колени. Успокоившись и сделав вдох, девушка выдала растерянно:

— Я не понимаю, что со мной… — честно призналась она.

Филипп убрал её волосы в сторону и посмотрел на шею.

— Тебе нравится боль?

— Да.

— Грубость?

Ошейник и цепь — не самые романтичные аксессуары. Особенно если в них вкладываешь смысл подчинения и всё, что с этим может быть связано.

Алиса кивнула, сглотнув.

В голове Филиппа царил полнейший хаос. В голове играл оркестр торжествующе— напряжённую мелодию. Он впервые видел свои желания настолько близко, что можно было потрогать рукой. Смять, сжать и получить в ответ дрожь в теле. Её покорность и готовность совершенно обезоружили его. Боясь сорваться и сделать что— то не так, боясь спугнуть её он выбрал тактику постепенного сближения, чтобы она могла привыкнуть, а он прощупать её настоящие желания.

Он подождал, пока она переоденется. И вместе они отправились в кино. Снова общались и Филипп в конце этого спонтанного свидания попросил её об одолжении. Она должна была написать весь список того, что ей нравится. Хорошенько разобраться в мыслях и прислать ему.

— Если, конечно, ты хочешь, — добавил он, когда они стояли у его машины и прощались. — Ещё подумай над тем, чтобы съехать от отца.

Филипп посмотрел на её дом, в небольшом отдалении которого он припарковался.

Алиса кивнула и шагнула к нему. Нежно по— девичьи посмотрела в его глаза, слегка улыбнувшись. Она всем своим видом просила нежный поцелуй, который ей по праву полагался.

Филипп же чуть усмехнулся уголками глаз, близко наклонившись, низко произнёс ей на ухо:

— Я хочу тебя вы*бать, Алиса. Жёстко. Но не уверен пока, что ты к этому готова.

Её глаза расширились и она часто захлопала ресницами. Слова обдали жаром по всему позвоночнику и отозвались в каждой клеточке тела. Тут он притянул её за талию и поцеловал её нежно, слегка толкнувшись языком между губок. Так, как она хотела несколько секунд назад.

Дома Алису встретила напряжённая атмосфера во главе с отцом. Он встретил её прямо в прихожей вопросом:

— Почему ты не отвечаешь на мои звонки? Ты видела, который час?

На переносице Алексея Константиновича показались недовольные морщинки.

Алиса выдохнула, и сняв ботильоны и легкую куртку решила молча пройти мимо.

— Алиса! — Более требовательно позвал он.

Алиса взялась пальцами за спинку стула.

— Пап, сейчас не так уж поздно.

— Тебя видели с Филиппом. — он подошёл ближе, претензией запихивая ей эти слова. Голос холодный и чужой. В этот момент Алиса действительно боялась посмотреть в ответ. Всё— таки она была под его отцовской заботой всё это время. И после того как не стало мамы, на него легла непростая задача — правильно воспитать дочь. И он был хорошим заботливым отцом ровно до этого момента. Сейчас он был готов рвать и метать молнии в каждого, кто приблизится к ней.

— Он мне нравится давно, — серые глаза наконец посмотрели на отца.

В глазах Алексея Константиновича замерцали серые огоньки холодной ярости. Он понимал, что нельзя так реагировать и вести себя с юной девушкой, но отцовское собственничество отравляюще разливалось по венам. Она совсем перестала слушаться и позволяла себе слишком много вольностей в последнее время.

— Я старался делать всё, чтобы ты ни в чем не нуждалась, дочь. — строго начал он. — Но ты меня даже не слушать меня не хочешь. Мне придётся перейти на более жёсткие меры — с этого дня чтобы я не видел его в нашем доме.

В груди серым грозовым облаком прогремела обида. Алиса поджала губы и, стараясь не заплакать, пошла к себе в комнату.

Филипп был прав насчёт того, чтобы съехать. Она сам ни раз об этом думала. Только всё упиралось в финансовый вопрос. У неё не было столько денег, чтобы содержать хорошую квартиру где— то поблизости. Может стоило выбрать более дешевый вариант?

Она забралась на кровать с ногами и достала из сумочки телефон.

“Жду на вечеринке в честь моего приезда, Невзорова”. — сообщение которое она увидела на главном экране. От Ильи. Дальше адрес и время. Только этого ещё не хватало…

11. Жарче, чем в пустыне

Алиса проигнорировала приглашение. Она не собиралась ни на какую вечеринку, даже дату и время не стала смотреть. Хотя открытку:” жаль, что ты вернулся” ей хотелось нарисовать, но не дарить.

Выходные она собиралась повести в своей комнате и в оранжерее, постараться отдохнуть от всей беготни с учебой, разложить в голове всё что происходит с Филиппом и с ней. Вспоминая последнюю встречу, у неё всё внутри трепетало. То, как он прикасался к ней, то как смотрел на неё.

Помешивая кофе, она увидела, как отец спускается к завтраку. Он был в выглаженной рубашке и брюках, что говорило о том, что он снова собирается поехать в офис. Алиса уже забыла о том, когда они проводили время вместе.

На столе были сандвичи, мюсли, йогурт, яичница с беконом и ягоды с орехами. Всё заботливо каждый раз раскладывала Лиза — их домработница, женщина в годах, но очень теплая и радушная. Наверное сейчас она тоже отправилась в оранжерею. Алиса знала, что женщина любит растения также сильно как она.

— Доброе утро… — вежливо, но прохладно поприветствовала Алиса, собираясь уходить к себе в комнату. Но Алексей Константинович, подойдя, мягко коснулся её плеча.

— Извини, Алиса. Я погорячился. Просто переживаю за тебя, ты же знаешь…

Она подняла на него глаза, затем поднялась и обняла. Тепло было восстановлено и от этого на душе обоих стало легче.

Будто прочитав её мысли, он предложил:

— Сейчас мне нужно в офис, а вечером можем вместе сходить на выставку или в театр, как считаешь?

Отец улыбнулся и Алиса оживилась.

— Конечно,пап! Я посмотрю билеты.

Хоть она сомневалась, что ему удастся выбраться из своей кучи документов. Совместный вечер состоялся и прошёл как нельзя лучше. Они попали на мюзикл “Кармен” и оба остались очень довольны увиденным. Алексею Константиновичу действительно удавалось отдыхать рядом с ней.

Вечером Алисе позвонила Камилла. Они не виделись уже тысячу лет и Алиса удивилась такому звонку. Но они мило поболтали. Вспомнили художественную школу, в которую вместе ходили в старших классах и разговорились.

— Алиса, понимаешь мне один парень нравится… но…

— Я вся внимание, — Алиса рисовала мужскую спину. С рельефными мышцами. Сильная спина и джинсы. Чуть приспущены, видна широкая резинка боксёров. Почему— то захотелось нарисовать именно это.

— Ты можешь со мной поехать на вечеринку? Он меня пригласил.

— Когда?

— Вообще— то сегодня в одиннадцать.

Алиса глянула на часы. Если они собирались куда— то ехать, уже пора было быстренько одеваться, краситься и выезжать. Пришлось попросить отца отпустить её с ночёвкой к Тане, иначе бы ничего не получилось.

Оказалось, вечеринка состоялась в каком— то коттедже. И ехать пришлось почти час. Алиса, уже сидя в машине, поняла, что зря она согласилась на эту авантюру. Чужая компания, непонятный дом фиг знает где. Когда они уже подъезжали к месту, увидели огромный дом с панорамными окнами, подсветкой и бассейном. Выглядел слишком шикарно.

Алиса решила — самое лучшее в этой ситуации просто не пить и приглядывать за Камиллой — это единственное, чем можно было заняться в незнакомой компании.

Народу было довольно много, бассейн с подсветкой и подогревом. Музыка и довольные девчонки с парнями. Хотя на улице было довольно прохладно, это не волновало тех, кто собрался отдохнуть на полную.

— Покажешь его? — спросила Алиса улыбаясь.

Алиса любила наряжаться, сегодня выпрямила себе волосы и надела серебристое коктейльное платье с сапожками на шпильке. Аккуратно нанесла макияж и осталась очень довольна своей стройной фигуркой как и внешним видом в целом.

Камилла же была в светлом платье, сделала себе прическу и оставила локоны которые игриво выбивались из общей массы волос.

Она затаив дыхание кивнула, взглядом смотря куда— то вглубь:

— Вот он.

Алиса повернула голову и чуть не рухнула в бассейн. Это был Ян собственной персоной. А рядом… Илья?