Read the book: «Сказки наизнанку....»

День рождения со спецэффектами

Всё началось с того, что у Славгородской был день рождения. Все в общем чате дружно желали ей стандартного женского счастья: крутого мужа, высокооплачиваемую работу и чтобы всё было просто зашибись. Но у Вселенной, как известно, своеобразное чувство юмора.

В том же чате Найденова, доведённая бытовухой до ручки, плакала:

— Лена, ну когда ты уже напишешь сказку? У меня крышу срывает от этой жизни! Напиши фэнтези про кого-нибудь, очень хочется!

И Вселенная, решила выполнить желание Найденовой. Прямо в день рождения Славгородской.

Секунда и ровный асфальт под ногами сменился мохом, а городской шум зловещим шорохом дремучего леса. В темноте стояли пятеро: Литовкина, Шиганова, Славгородская, Найденова и Молчанова. Когда они оглядели друг друга, шок сменился тихим ужасом. Каждая была облачена в алое платье, пышную красную накидку, аккуратный красный чепчик, а в руках у каждой болталась корзинка.

— Твою мать! — первою очнулась Литовкина.

— Какая скотина?! — поддержала Шиганова, поправляя съехавшую набок накидку.— Кто сегодня мечтательно вздыхал о фэнтези?! — все пятеро медленно повернули головы в сторону Найденовой.

Найденова сжалась:

— Ой… Ну я же о таком не мечтала! Вообще-то я имела в виду книжку почитать!

— Вообще-то, у меня сегодня день рождения! — взвыла Славгородская, разглядывая свой наряд. — Мне обещали жениха, крутую работу и полные карманы бабла!

— Ну, судя по обстановке, работа тут имеется только дровосеком, — хмыкнула Молчанова.

— Или охотником, — тихо добавила Найденова.

— Вы че, охренели?! — у Славгородской едва не выпали глаза. — Рубить деревья и убивать не пойми кого?! Кстати, а кого тут надо убивать?

— Волка, — мрачно резюмировала Литовкина.

— Но судя по тому, что Красных Шапочек тут пять штук, волк будет не один, а целая стая, — добавила логичная Молчанова.

Найденова запаниковала

:— Господи! Я вообще-то волков боюсь! И лес боюсь! И темноту! Боже, верните нас назад к нашим проблемам! К безденежью! Мы согласны все терпеть и больше не ныть!

Они подняли глаза к небу и постояли минутку в надежде на чудо. Ничего не сработало.

— Ни чего, — констатировала Славгородская. — Так, Высшие силы! У меня праздник. На крайняк могли бы сделать меня Золушкой. Или Спящей Красавицей! Пусть через год приедет принц Елисей, поцелует, и я проснусь королевой.

— Угу, — мрачно заулыбалась Шиганова. — А если ты проснёшься через 200 лет? Представляешь, в каком виде? Лучше такое не загадывать.

Поняв, что Небесная канцелярия сбросила вызов, девчонки решили проведать содержимое корзинок.

— Так, — сказала Литовкина. — Что там в сказках у нас? Пистолет, огнемет? Опа… пирожки! Ну, хоть с голоду не помрём.

Литовкина без страха откусила половину пирожка, проглотила и зажмурилась:

— О, а ничего так, вкусные!

— Слушай! — запричитала Найденова. — А если они ядовитые?! Вдруг их специально напекли, чтобы волкам кидать, а они бах и отравились?!

Литовкина поперхнулась:

— Ты че, охренела?! Раньше не могла сказать?! Я сожрала уже половину!

— Ну зато мы на тебя и посмотрим, — успокоила её Шиганова. — Если не помрёшь — отлично, у нас целых пять корзин провианта.

— А если помру?!

— Ну тогда мы пирожки есть не будем, а будем бросать их в волков. Но будет очень жалко.

— Меня жалко?! — уточнила Литовкина.

— Да при чём тут ты! Мы же не знаем, какие тут ягоды съедобные! Сдохнешь ты и мы вслед за тобой с голоду поплетёмся. От голода смерть мучительная, так что радуйся, Литовкина, если сразу крякнешь!

— Ты умеешь успокоить, — огрызнулась Литовкина, но пирожок всё-таки доела.

Через десять минут ходьбы Шиганова заметила под кустом землянику.

— О, ягоды! — сорвала она одну и отправила в рот.

Литовкина хмыкнула:

— Теперь смотрим на Шиганову. Помрёт — ягоды не рвём. Не помрёт — знаем, чем питаться.

Шиганова поперхнулась второй ягодой, но выжила. Настроение отряда заметно поднялось.

Вскоре они вышли к журчащему ручью. Найденова с криком «Водичка!» бросилась пить прямо с ладошек.

— Зря ты это, — покачала головой Славгородская. — В сказках от этого козлёночками становятся!

— Ну, в твоём случае козой ты точно станешь. Хорошо хоть не свиньёй, — уточнила Молчанова.

— Это вы со «Сказкой о Маленьком Муке» путаете, у него там уши выросли, — вставила Литовкина.

— Нет, точно козлёночком! — отрегулировала диагноз Шиганова.

Найденова в панике начала ощупывать голову на предмет рожек, но лоб остался гладким. Напившись и уплетя ещё одну корзину пирожков, они пошли дальше.

— Слушайте, а где Волк? — удивлённо спросила Молчанова. — По классике он должен выскочить из кустов и спросить: «Девочки, куда вы идёте?».

— А мы не дуры, — отрезала Литовкина. — Нас с детства учили с незнакомыми дяденьками не разговаривать.— Точно, — поддержала Славгородская. — Это будет не волк, а маньяк! Я смотрела сериалы про маньяков, это точно маньяк!

— А вдруг он красивый? — мечтательно вздохнула Найденова. — Как ему не рассказать, где бабка живет?

— Найденова, молчи! — рявкнули все хором.

Избушка, козы и поворот не туда

Волка они так и не встретили. Зато заблудились так, что даже Литовкина, которая всегда всё знала, начала нервно озираться.

— Слушайте, — сказала она, — а где вообще эта бабка живет? Мы идём уже час. Меня всегда волновал вопрос: какого хрена надо было забираться жить в лес, через самые ебе...я?! Что ей, в деревне места не было?

— Вот-вот! — согласилась Молчанова. — Живёт посреди хищников и посылает маленькую девочку через всю чащу принести ей пирожки!

— Да она и сама могла их напечь! — возмутилась Славгородская.

Найденова, которая шла последней, вдруг остановилась и жалобно протянула:

— Девочки, а мне кажется, мы не туда идём. Вон там вообще бурелом, а там — какое-то болото. Мы точно помрём здесь. Нас волки съедят, или мы утонем.

— Не каркай! — рявкнула Литовкина. — Пошли вон туда , там хоть на тропу похоже.

Тропинка вывела их на поляну, где стояла самая настоящая русская изба. С резными наличниками, с трубой.

— О! — обрадовалась Шиганова. — Хоть какая-то цивилизация!

Они подошли к двери. Найденова постучала — тишина.

— Давай по сказочному, — предложила Молчанова и крикнула: — Бабуля, открой! Мы пришли, твои внучки! Принесли пирожки! Целых пять корзин!

— Хотя осталось две, и если не откроешь, их совсем не останется, — мрачно добавила Славгородская.

Дверь с треском распахнулась. На пороге стояли Четверкова и Толочкова, наряженные в чепчики и ночные сорочки сказочных старух. Глаза у обеих были размером с пятирублёвые монеты.

— Какого хрена здесь творится?! — с порога заорала Четверкова. — Я не поняла, мы со Светкой очнулись в какой-то хибаре, на нас напялено черт знает что! Какого хрена происходит?!

Литовкина, Шиганова, Славгородская, Найденова и Молчанова впали в ступор. Но быстро опомнились, зашли внутрь и вывалили оставшиеся пирожки на стол.

— Так, без паники! — скомандовала Литовкина, но голос у неё дрогнул. — Мы сейчас всё объясним.

— Вы вообще откуда?! — не унималась Четверкова. — И почему вы в этих... красных шапках?!

Литовкина выдохнула, собираясь с мыслями:

— Смотрите. У Славгородской сегодня день рождения. Мы сидели в чате, поздравляли. Найденова попросила написать сказку. И тут... — она обвела рукой избу, — мы оказались здесь. В лесу. В Красных Шапочках.

— В смысле — в Красных Шапочках? — Толочкова прищурилась.

— В прямом, — вздохнула Славгородская. — Я сама в шоке. У меня день рождения, а я тут корзинку с пирожками таскаю. Мне обещали жениха и бабло!

Четверкова посмотрела на Толочкову. Та посмотрела на неё. Потом обе снова уставились на пятерых «внучек».

— А мы тогда кто? — тихо спросила Толочкова. — Мы же просто очнулись в этой хибаре. На нас эти сорочки надели. Мы думали, что нас похитили!

— Вы — бабка, — коротко ответила Молчанова. — Точнее, две бабки.

— Какая, на хрен, бабка?! — заорала Четверкова. — Я НЕ ХОЧУ БЫТЬ БАБКОЙ! Мне 50 лет всего, я в фитнес хожу!

— Ну, в сказке ты — старая бабка, которая живёт в лесу и ждёт пирожки, — развела руками Литовкина. — Мы, если честно, тоже не в восторге.

— У вас тут чайник есть? — спросила Найденова.

Четверкова молча ткнула пальцем в сторону печки, на которой стоял допотопный чугунный чайник.

— О, печка! — воодушевилась Шиганова. — Я в детстве печку топила! И когда первый раз замуж вышла, целый год углём топили. Да и вообще у нас мангальная зона есть. Сейчас растопим!

В поленнице нашли дрова, засунули в топку, достали огниво. Помучившись с охами и ахами, всё-таки высекли искру и развели огонь. В последний момент вспомнили, что надо отодвинуть вьюшку на дымоходе, чтобы не угореть всем скопом. Чайник закипел, на столе появились кружки.