Read the book: «Идеальная жена для Босса»

Глава 1. Очень странные дела и Анна Асти

Мраморный пол в коридоре блестит так, будто его полировали лично сатана и его приспешники. Каблук правой туфли скользит, я чудом удерживаю равновесие и сильнее прижимаю к груди тяжеленные папки с документами.

Только бы не упасть! Только не сегодня!

Понедельник и так уже сделал всё, чтобы я возненавидела жизнь.

Голова гудит после почти бессонной ночи, глаза щиплет от недосыпа, а внутри затаилась мерзкая пустота, которую не смогли заглушить даже три часа рыданий под Анну Асти.

Нет, ну кто вообще включает песни про любовь сразу после развода?

Правильно, только идиотка вроде меня.

Хотя, я ведь сама подала на развод. Потому что жить с мужчиной, который сначала клянется тебе в любви, а потом тихо оформляет кредиты и врет в лицо это уже не брак. Это психологическая олимпиада на выживание.

И всё равно чертовски больно. Настолько, что вчера я сидела на кухне в пижаме, обнимала кружку с остывшим чаем и ревела под: "По барам…”

Очень символично.

Особенно если учитывать, что Игорь сейчас наверняка не страдает, а прекрасно живет свою лучшую жизнь где-нибудь в баре с друзьями. А я думаю, где взять деньги на ипотеку, которую этот козел великодушно оставил мне в качестве прощального подарка.

Я нервно поправляю папки.

Если за следующий месяц не закрою просрочку, то банк меня сожрет. В прямом смысле.

Придется искать подработку, фриланс или консультации. Да хоть по ночам договоры составлять. Иначе останусь без квартиры.

Правда, есть и плюс.

Неделю назад Виктор Сергеевич всё-таки ушел на пенсию, и после четырех лет работы помощницей меня официально повысили до полноценного юриста компании.

Я шла к этому как проклятая: задерживалась допоздна, разбирала документы дома, впахивала без выходных, терпела истерики клиентов и бесконечные правки.

И сегодня мое первое большое собрание уже в новом статусе.

Только почему-то радости я почти не чувствую. Наверное, потому что взрослая жизнь оказалась не такой красивой, как обещали.

Подхожу к дверям конференц-зала и толкаю их плечом. До собрания еще сорок минут, поэтому я вообще никого не ожидаю увидеть внутри. Но стоит мне сделать шаг… Как сердце резко падает куда-то в район каблуков.

— Ой! —вскрикиваю я, а папки выскальзывают из рук и с громким шлепком разлетаются по полу.

Листы веером скользят по мрамору.

Господи, да за что мне всё это?!

— Простите! Извините ради бога! Я не думала, что тут кто-то есть… — бормочу я и тут же приседаю собирать документы, чувствуя, как горят щеки.

Потому что “кто-то” это генеральный директор компании собственной персоной.

Дамир Арский собственной персоной. И его помощница Марина.

Я видела Арского всего пару раз на общих собраниях, но этого вполне хватило, чтобы понять две вещи: во-первых, он неприлично красив. Во-вторых, этот мужчина способен внушать первобытный ужас одним взглядом.

Высокий, в идеально сидящем темном костюме и с абсолютно спокойным лицом человека, который может уволить половину офиса до завтрака и даже не повысить голос.

У него тяжелый взгляд. Не злой а просто вот такой, от которого хочется автоматически проверить, всё ли ты сделала правильно за последние лет десять.

Я судорожно собираю бумаги, а над головой повисает тишина.

Господи, как стыдно.

— Так что я не смогу на это пойти, — вдруг шепчет Марина, а я невольно замираю. — У нас свадьба через месяц и подготовка полным ходом. Мой жених не поймет, даже если за деньги.

Чего? Что тут происходит?

— Это фиговая затея, Дамир Андреевич, — продолжает она уже тише. — Очень фиговая.

Я быстро опускаю глаза обратно в документы. Нет-нет. Это не мое дело. Вообще не мое. Я тут и так чуть инфаркт от стыда не получила.

Наконец собираю последние листы и поднимаюсь.

— Простите еще раз, — извиняюсь я.

— Впредь смотрите под ноги, — спокойно произносит Арский низким и хрипловатым голосом.

По спине почему-то пробегают мурашки. Я быстро киваю и почти сбегаю к своему месту, ощущая на себе его взгляд.

Понедельник официально можно считать катастрофой.

Через сорок минут конференц-зал уже заполнен людьми. Кто-то листает презентации, кто-то шепотом обсуждает проекты, кто-то делает вид, что внимательно слушает. А я же пытаюсь не умереть от нервов.

Первое собрание в новой должности и, конечно же, Арский сидит во главе стола. Весь такой спокойный, холодный и сосредоточенный. Как будто не существует человека, способного выбить его из равновесия.

Директор юридического отдела поднимается со своего места.

— И прежде чем мы перейдем к вопросам по проекту, хочу официально представить нового ведущего юриста направления коммерческой недвижимости.

У меня внутри всё падает. Неужели он сделает это на всю аудиторию? Прямо перед презентацией? Я надеялась, что меня представят в более узком круге.

— Алина Косицына, — чуть ли не кричит директор.

Несколько человек начинают хлопать. А мне настолько неловко, что я хочу провалиться сквозь землю.

Я натянуто улыбаюсь.

— Многие из вас уже работали с Алиной последние годы. Она вела ряд сложных договоров, сопровождала международные сделки и фактически последние полгода выполняла обязанности старшего юриста.

Я чувствую, как начинают гореть уши.

— Поэтому по всем вопросам, связанным с данным направлением, теперь обращаться напрямую к ней.

Я киваю, стараясь выглядеть профессионально, а не как человек, который вчера рыдал под грустные песни с опухшим носом. И именно в этот момент случайно поднимаю взгляд.

Прямиком на Арского. А он в свою очередь внимательно смотрит прямо на меня. И в его глазах будто что-то вспыхивает.

У меня по позвоночнику медленно ползет холодок. Очень нехороший знак, когда тебя замечает генеральный директор.

Собрание заканчивается спустя полтора часа. Я уже собираю ноутбук и документы, когда слышу спокойное:

— Косицына, задержитесь на пару минут, — произносит Дамир.

В зале мгновенно становится подозрительно тихо. Я медленно поднимаю голову, а на меня смотрят все. Кто-то с сочувствием, кто-то с любопытством, кто-то так, будто мысленно уже заказывает мне венок.

Боже, я что-то сделала не так? Но что?! Я же молчала почти всё собрание!

Люди начинают выходить из зала, периодически оглядываясь на меня. Марина бросает на Арского очень странный взгляд, потом на меня и уходит последней, закрывая дверь.

Мы остаемся вдвоем.

Я медленно и громко сглатываю и мне кажется, что это слышат все, даже за дверью.

Дамир сидит напротив, листая какие-то бумаги так спокойно, будто сейчас не доводит меня до предынфарктного состояния.

— Вам нужна подработка, Косицына? — поднимает он взгляд.

Я несколько раз моргаю. Что?

— Простите?.. — запинаюсь я.

— Дополнительный заработок, — невозмутимо уточняет он. — Вам ведь нужны деньги.

У меня внутри всё напрягается. Откуда он знает?

— Ну, вообще да. А что за подработка? — поправляю я волосы нервно.

Арский закрывает папку и смотрит прямо мне в глаза, точнее прямо в душу, и абсолютно спокойно произносит:

— Будешь моей женой, Косицына.

Дорогие мои, добро пожаловать в новинку!

Понравилась книга? Тогда подарите ей лайк ❤️ Мне будет безумно приятно 🤗 А если ещё добавите книгу в библиотеку и напишете пару слов в комментариях — моё вдохновение вырастет в разы, и прода будет появляться гораздо быстрее!

❤️Обнимаю вас и люблю ❤️

Глава 2. Ничоси понедельничек

Кажется, я ослышалась, либо сошла с ума, либо сплю. А может я просто ударилась головой, когда поскользнулась?

Я аккуратно щипаю себя за кожу на руке. Но суровая реальность остаётся перед глазами.

Я смотрю на Дамира Арского, а он абсолютно спокойной смотрит на меня. Будто только что предложил мне подписать дополнительное соглашение к договору аренды, а не выйти за него замуж.

— Простите... — запинаюсь я. — Что?

— Женой моей будешь.

Капец, реально не ослышалась. Теряю дар речи, не понимая, как мне реагировать на его слова.

Несколько секунд мы просто молчим, а потом я нервно начинаю смеяться. Сгибаюсь пополам от смеха и шлёпаю ладонью по коленке.

— Хорошая шутка, — выдавливаю я из себя.

Но Арский даже не улыбается и моё веселье моментально умирает.

— Вы не шутите чтоли? — замираю я и хлопаю глазами.

— Нет, у меня нет привычки шутить, — говорит он серьёзно.

Господи, он реально не шутит. Я медленно опускаюсь обратно на стул.

— Это какой-то розыгрыш? — спрашиваю я подозрительно.

— Нет, — отвечает он коротко.

— Скрытая камера?

— Нет.

— Проверка отдела кадров на стрессоустойчивость сотрудников?

— Тоже нет.

Я закрываю лицо ладонью. Пожалуйста, пусть это будет сон. Очень странный сон. Стресс после развода, треков Анны Асти и трёх часов слез.

Наверняка я точно просто ударилась головой и лежу сейчас где-нибудь в коридоре.

— Дамир Андреевич… — подаю голос я. — Вы понимаете, насколько безумно сейчас звучите?

— Более чем, — даже не пытается оправдаться он.

— Тогда, может быть, объясните? — убираю я руку от лица.

— Мне нужен фиктивный брак, — откидывается Дамир на спинку кресла.

А, всего лишь фиктивный брак. Пф-ф-ф, какое облегчение.

— Всего-то, — фыркаю я. — И вы решили, что я соглашусь?

— Возможно, — пожимает плечами он.

Я тяжело выдыхаю и пялюсь на свои ладони, в попытках найти шестой палец в качестве доказательства нереальности ситуации..

— Хорошо, допустим. — киваю я. — Но зачем?

Впервые за весь разговор он немного задумывается, будто взвешивает что мне можно сказать, а что нельзя.

— Есть контракт. Потенциальный партнер придерживается крайне консервативных взглядов. Он убежден, что человеку без семьи нельзя доверять серьезный бизнес.

— Простите… — мои брови ползут вверх.

М-да, у богатых свои причуды!

— Да.

— Он выбирает подрядчиков по семейному положению чтоли? — прыскаю я.

— Примерно так, — вполне серьёзно отвечает Дамир.

— И это работает? — удивляюсь я.

— Судя по его состоянию вполне.

Я качаю головой. Мир определенно сошел с ума.

— А настоящую девушку найти нельзя? — вопрос вырывается сам собой.

И тут впервые за весь разговор на лице Арского появляется что-то странное. Скорее тень улыбки, которая исчезает быстрее, чем я успеваю ее рассмотреть.

— Нет, — его ответ звучит слишком резко и становится понятно, что тему лучше не продолжать.

Я вспоминаю разговор с Мариной: жених, свадьба, “фиговая затея”. Так вот о чем они говорили.

Господи, он реально ищет себе жену, как будто выбирает подрядчика на тендере.

— И почему именно я?

На этот раз ответ прилетает мгновенно:

— Вы не состоите в отношениях.

Я едва не давлюсь воздухом.

— Откуда вы… — начинаю я, но Дамир меня прерывает.

— В личном деле есть информация о смене фамилии после развода.

Вот чёрт, точно. Я совсем забыла про это.

— Кроме того, вы сотрудник компании.

— Это минус, — скептически говорю я.

— Скорее наоборот плюс, — отрезает он. — И вы производите впечатление адекватного человека.

Я поднимаю брови от неожиданного и сомнительного комплимента.

— Спасибо. Очень романтично, — фыркаю я.

— Это не романтика.

— Слава богу.

Впервые за весь разговор в его глазах появляется что-то похожее на интерес, будто я сказала что-то неожиданное.

Потом он открывает лежащую рядом папку и подвигает ко мне лист бумаги.

Я опускаю взгляд и мои глаза расширяются монетами ацтеков. Там написана сумма и очень-очень большая сумма.

Кажется, моё сердце только что пропустило удар.

Я снова смотрю на цифры, потом ещё раз и ещё. Нет, они не меняются. К сожалению или к счастью. Потому что этой суммы хватит не только на закрытие просрочки. Она позволит полностью погасить остаток ипотеки.

Полностью мать твою!

Я чувствую, как внутри начинает зарождаться опасное желание.

— Это за весь срок брака? — выгибаю я бровь.

— Да.

— Вы должно быть с ума сошли, — ошарашено выдыхаю я. — Люди столько не платят за фиктивные отношения.

— Платят, если на кону стоят миллиарды.

Справедливо.

Я отвожу взгляд. Нет, нет, нет. Это плохая идея. Просто ужасная и катастрофическая идея!

— Я не могу, — мотаю я головой.

— Почему? — спокойно спрашивает он, будто я ему только что и не отказала.

— Потому что это безумие, — взмахиваю я руками.

— Другие причины есть?

Есть и их очень много. Но почему-то все они начинают выглядеть значительно менее убедительно рядом с суммой, которая способна спасти мою квартиру.

Я ненавижу это, ненавижу!

— Мне нужно подумать, — чуть тише говорю я.

— Конечно.

Я облегченно выдыхаю.

— Сколько у меня времени?

— До завтра.

Что?!

— До завтра?!

— Да, для большинства людей вполне достаточно.

— Для решения выйти замуж?!

— Фиктивно.

— Это не делает ситуацию лучше!

— Спорно.

Я несколько секунд смотрю на Дамира, а он смотрит на меня.

Потом Арский неожиданно говорит:

— Косицына. Если бы у вас не было проблем с деньгами, я бы не стал делать это предложение.

— Это должно меня как-то успокоить? — хмурюсь я.

— Нет.

— Тогда зачем вы это сказали?

— Чтобы вы понимали, что я не пытаюсь воспользоваться вашей ситуацией.

Странно, но почему-то я ему верю. Хотя должна бежать отсюда как можно дальше.

Дамир поднимается из-за стола, давая понять, что разговор явно закончен.

— Подумайте, — отрезает он.

Я тоже встаю. До сих пор ощущая себя человеком, которого внезапно ударили по голове дорогим куском золота.

— Дамир Андреевич, — оборачиваюсь я, когда уже берусь за ручку двери.

— Да?

— Это самое странное предложение, которое я получала в своей жизни.

На этот раз он действительно улыбается. Может совсем чуть-чуть, лишь одним уголком губ. Но от этой едва заметной улыбки почему-то становится еще страшнее.

— Надеюсь, последнее, — говорит Дамир.

Визуализация. Дамир Арский

Возраст: 38 лет

Должность: Владелец и генеральный директор строительного и инвестиционного холдинга Arsky Development Group.

Биография:

После трагических событий полностью ушёл в работу и за годы превратился в одного из самых влиятельных и закрытых бизнесменов в сфере элитной недвижимости и коммерческого строительства. Никогда не был женат и избегает серьёзных отношений.

Сейчас ему жизненно необходимо заключить крупнейший контракт в карьере с консервативным партнёром, который считает, что настоящему мужчине нельзя доверять, если у него нет семьи.

Характер:

Холодный, властный, дисциплинированный. Привык контролировать всё вокруг. Не любит шумных эмоций и пустых разговоров. Сотрудники его боятся, конкуренты ненавидят, а женщины слишком быстро в него влюбляются. За внешней жёсткостью скрывает одиночество, чувство вины и страх снова привязаться к кому-то по-настоящему.

Особенности:

Всегда идеально спокоен внешне

Практически никогда не повышает голос и от этого становится только страшнее

Запоминает каждую мелочь про Алину

Ревнивый собственник

Терпеть не может ложь и предательство

Визуализация. Алина Косицына

Возраст: 28 лет

Должность: Юрист в Arsky Development Group

Биография:

Несколько лет работала помощницей юриста в компании, пока её руководитель не ушёл на пенсию и не рекомендовал именно её на своё место. Умная, трудолюбивая и очень ответственная. За неделю до начала истории официально разводится с мужем, который оставил ей ипотеку, долги и красивые обещания вместо помощи.

Из-за финансовых проблем вынуждена согласиться на предложение босса стать его фиктивной женой, хотя прекрасно понимает, насколько безумно это выглядит со стороны.

Характер:

Ироничная, живая, эмоционально взрослая. Не наивная. Умеет спорить, отстаивать свои границы и ставить людей на место. При этом внутри очень уставшая от постоянной необходимости быть сильной. Несмотря на сложную ситуацию, сохраняет чувство юмора и способность замечать хорошее даже в хаосе.

Особенности:

Когда нервничает, то начинает говорить слишком быстро

Обожает крепкий кофе и булочки с корицей

Ненавидит просить о помощи

Не боится спорить с Дамиром, чем выводит его из равновесия

После развода решила, что больше никогда не свяжется с браком

Глава 3. Умеешь думать? Подумай!

Дом встречает меня тишиной. Такой густой, вязкой и непривычной, что хочется включить телевизор просто для фона, но я даже куртку не снимаю.

Бросаю сумку на диван, снимаю туфли и начинаю ходить из кухни в гостиную, из гостиной в спальню, из спальни обратно на кухню.

Как загнанный в клетку хомяк. Потому что если остановлюсь хоть на минуту, то придется признать одну очень неприятную вещь: мне серьезно нужно обдумать предложение Дамира Арского.

Господи, даже звучит абсурдно. Я останавливаюсь возле окна и смотрю на вечерний город, на машины, на огни и на людей, которые живут свои нормальные жизни, а не выбирают между ипотекой и фиктивным браком с генеральным директором.

Повезло же кому-то.

— Нет, — качаю я головой. — Нет. Даже думать об этом не хочу.

Но тут же начинаю думать, потому что проблема никуда не исчезает.

Я прекрасно знаю свои цифры: остаток на счете, размер ежемесячного платежа, размер просрочки и размер моей зарплаты. Даже с повышением мне понадобится несколько месяцев, чтобы выровнять ситуацию.

Несколько месяцев, которых у меня нет.

Я тяжело опускаюсь на диван, потом снова встаю, потом опять начинаю ходить, потому что сидеть спокойно невозможно. С одной стороны… Нет. Это ужасно.

Фиктивный брак это значит продать свое имя, время, свою свободу. Пусть даже временно. Пусть даже на бумаге. Это все равно неправильно.

Я всегда презирала подобные истории. Всегда. Люди должны жениться по любви или хотя бы по взаимному желанию, но точно не за деньги.

Я морщусь, потому что тут же вспоминаю Игоря.

Любовь. Ага. Спасибо, попробовала уже. Результат этой любви до сих пор выплачиваю банку. Это воспоминание неприятно колет внутри.

Я открываю холодильник, затем тут же закрываю его. Есть не хочется. Жить спокойно, судя по всему, тоже. Потом что взгляд падает на ноутбук и тут мне приходит мысль.

А что я вообще знаю про Дамира Арского? Кроме того, что он генеральный директор, а ещё богатый, очень красивый и до чёртиков пугающий мужчина.

Я беру ноутбук, усаживаюсь на диван и открываю браузер. Вбиваю "Дамир Арский” и через секунду поисковик выдает десятки ссылок на интервью, статьи, форумы, деловые издания и очень много фотографий.

Я открываю первую и замираю. Ну… Да. Красивый, чертовски красивый: высокие скулы, тёмные волосы, сильная челюсть и тот самый взгляд, от которого хочется одновременно сбежать и почему-то смотреть дальше.

Я листаю дальше: на одной фотографии он выступает на экономическом форуме, на другой открывает какой-то новый бизнес-центр, на третьей дает интервью.

Везде одинаковый и такой сдержанный, холодный и собранный. Такое ощущение, будто этот мужчина вообще не умеет расслабляться.

Я открываю очередную статью: ”один из самых закрытых предпринимателей страны.” Это я уже заметила.

Ещё одна под названием "Никогда не был женат."

Ну да, теперь понятно почему. Потому что вместо знакомства с женщинами он предлагает сотрудницам контрактные браки.

Очень романтично.

Я невольно улыбаюсь.

Потом открываю еще несколько фотографий и снова ловлю себя на том, что слишком долго рассматриваю одну из них.

— Да перестань, — фыркаю я вслух и захлопываю ноутбук.

Потому что проблема вообще не в том, красивый он или нет. Это не свидание, не отношения и не роман. Это сделка, просто сделка.

Ему нужна жена, а мне нужны деньги. Все, конец истории.

Я снова открываю ноутбук, но потом закрываю, потом всё-таки опять открываю.

Господи, что со мной происходит?

Я падаю на спинку дивана, смотрю в потолок и начинаю мысленно перечислять плюсы.

Фиктивно: без чувств, без обязательств, без настоящего брака, никто никого не использует. Он получает контракт, а я решаю проблему с квартирой.

Рационально? Рационально.

Логично? Логично.

Тогда почему мне так не по себе? Потому что речь идет не о подписании договора, не о новой работе, не о подработке.

Речь идет о браке, пусть даже ненастоящем. И еще потому, что Арский меня пугает. Не в плохом смысле, конечно. Просто… Рядом с ним чувствуешь себя так, будто он всегда на три шага впереди. Будто пока ты только открываешь рот, он уже знает, что ты скажешь. А ещё в его руках слишком много власти.

Я снова вспоминаю его взгляд сегодня на собрании и то, как он смотрел на меня после объявления о повышении. Словно что-то просчитывал или принимал решение и ведь принял.

Я вздыхаю. Нет, сегодня я точно ничего не решу. Нельзя принимать подобные решения на эмоциях.

Вместо этого я беру телефон, открываю заметки и начинаю писать вопросы про срок брака, условия, конфиденциальность, что именно потребуется от меня, как будет выглядеть развод после окончания сделки, есть ли брачный договор?

Когда список заканчивается, я перечитываю его еще раз, а потом откладываю телефон.

Вот, так будет правильно. Завтра я задам все вопросы, получу ответы и только потом приму окончательное, взвешенное, взрослое решение.

Я выключаю свет в гостиной и направляюсь в спальню. Вот только уже лежа в кровати понимаю одну раздражающую вещь. Из всех вопросов, которые я записала, я так и не добавила самый главный. Почему из сотен женщин Дамир Арский выбрал именно меня?

Глава 4. Глазной харассмент

Утро начинается с того, что я проливаю кофе на блузку. Очень символично, потому что сегодняшний день обещает быть ничуть не менее прекрасным, чем вчерашний.

Я стою перед зеркалом в ванной, пытаюсь оттереть коричневое пятно и мысленно репетирую разговор с Дамиром Арским.

Получается из рук вон плохо. Потому что в каждой версии диалога я либо посылаю его куда подальше, либо почему-то соглашаюсь.

Третьего варианта мозг не предлагает.

— Замечательно, — бросаю я полотенце в раковину. — Просто замечательно.

В офис специально приезжаю на двадцать минут раньше обычного, чтобы успеть настроиться, подготовиться и собраться с мыслями.

Разумеется, ничего из этого не получается. Вместо работы я уже полчаса смотрю на список вопросов в телефоне и периодически открываю почту, делая вид, что очень занята.

На самом деле я просто трусиха, потому что идти к Арскому самой страшно. Он генеральный директор. Миллиардер. Мужчина, который одним взглядом способен заставить взрослого человека начать вспоминать все свои грехи. И еще он вчера предложил мне выйти за него замуж.

В десять утра приходит сообщение от Марины: ”Дамир Андреевич ждет вас в 10:30."

Я делаю дыхательное упражнение, увиденное на просторах интернета, и оно вправду чуть помогает. По-крайней мере теперь я могу чуть лучше дышать, а не как запыхавшаяся ондатра.

К половине одиннадцатого я уже стою возле двери генерального директора. Глубоко вдыхаю и стучу.

— Войдите, — низкий голос заставляет сердце почему-то ускориться.

Я трясущимися руками открываю дверь. Кабинет оказывается именно таким, каким я его представляла: большой, светлый и дорогой. С панорамными окнами и темной мебелью. Минимум лишних деталей и ни одной случайной вещи.

Даже кабинет у Арского выглядит так, будто способен уволить тебя за неправильную запятую.

Сам хозяин кабинета сидит за столом. На нём белая рубашка, закатанные рукава и тёмные часы на запястье. Почему-то именно эта деталь кажется опаснее дорогого костюма.

Несправедливо красивые мужчины должны быть запрещены законом.

Я сразу же мысленно даю себе подзатыльник: “не о том думаешь, Косицына!”. Совсем не о том.

— Присаживайтесь, — говорит Дамир и кивает на кресло. Я устраиваюсь напротив, достаю телефон и открываю заметки.

Арский наблюдает за этим с явным интересом.

— Вы подготовились, —хмыкает он.

— Конечно, я профессионал своего дела, — нервно хихикаю я.

— Даже немного страшно.

— Вам и должно быть страшно.

Уголок его губ едва заметно дергается. Господи, посмотрите на это! Он умеет улыбаться. Мир никогда не будет прежним.

— Хорошо, — говорю я. — Начнем.

— Начнем.

Я делаю вдох.

— Сколько продлится брак?

— Около года.

— Года?! — едва не роняю я телефон.

— Возможно меньше, — пожимает плечами Дамир и кивает. — Дальше.

— Нам придется жить вместе?

— Нет.

Я облегченно выдыхаю. Слава всем богам.

— Отлично, — улыбаюсь я.

Не хватало мне ещё жить со своим боссом. Это явно был бы перебор.

— Но иногда придется изображать семейную жизнь, — добавляет Дамир.

Я тут же напрягаюсь.

— Насколько иногда?

— Ужины, мероприятия, переговоры, поездки, — перечисляет он.

— Поездки?! — удивлённо вскидываю я брови.

Какие такие поездки? Интересно куда. У меня и загранпаспорта нет…

— Иногда, — кивает он.

Я закрываю глаза. Очень хочется выйти в окно, причем желательно прямо сейчас.

— Хорошо, — выдыхаю я. — Следующий вопрос: брачный договор будет?

— Обязательно.

— Развод после окончания сделки?

— Сразу после завершения контракта.

— И никаких препятствий?

— Никаких.

Это немного успокаивает. Всё будет защищено законом.

Я перелистываю заметки.

— А если я передумаю? — поднимаю заинтересованный взгляд на Дамира.

Ну серьёзно, вдруг я наконец опомнюсь и решу, что мне не нужна эта афера.

— До подписания документов в любой момент, — отвечает Дамир и не дождавшись от меня ни звука, добавляет. — Ещё вопросы?

Самый главный вопрос так и висит в голове со вчерашнего вечера.

— Есть, — прочищаю я горло.

Арский спокойно ждет.

— Почему я? — голос предательски срывается.

Несколько секунд он молчит и внимательно смотрит на меня, будто решает, сколько правды можно сказать.

А у меня коленки дрожат в ожидании его ответа.

— Потому что вы подходите, — просто заявляет он.

— Очень информативно, — фыркаю я.

Дамир ещё раз оглядывает меня, что-то решает для себя, а потом слегка наклоняет голову.

— Вы умны, ответственны, не ищете легких денег, не создаете проблем и не похожи на человека, который попытается превратить это в настоящие отношения.

Я быстро-быстро моргаю, дабы понять правильно ли я уловила информацию.

— Простите? Это сейчас был комплимент или оскорбление?

Впервые за все время Дамир действительно улыбается и выглядит при этом совершенно иначе. Как-то моложе и живее, но при этом всё также опасно.

— Пока не решил, — хмыкает он.

Я смотрю на него, а он смотрит на меня и вдруг меня осеняет.

— Подождите-ка, вы меня изучали? — изумляюсь я.

— Разумеется.

— Разумеется?!

— Я не предлагаю брак первому встречному человеку.

— Это звучит еще хуже.

— Зато честно.

Ага, вот только почему-то от этой честности становится неуютно.

Я закрываю заметки. Почти все вопросы закончились, кроме одного, самого неприятного.

— И последний вопрос, — чуть сильнее чем надо сжимаю телефон между пальцами.

— Слушаю, — с готовностью отвечает Дамир.

— Между нами точно не будет...

Я запинаюсь. Господи, как вообще такое спрашивают у генерального директора?

Арский поднимает бровь и явно понимает раньше, чем я заканчиваю фразу.

— Вы имеете в виду интимные отношения?

Я хочу немедленно провалиться под землю. Желательно вместе со стулом.

— Да.

— Нет, — его ответ звучит спокойно и уверенно. — Это исключительно деловое соглашение.

Почему-то вместо облегчения я чувствую что-то странное. Будто меня только что... задели в грудную клетку гигантской иголкой.

Господи, я точно совсем сошла с ума. Развод окончательно добил остатки здравого смысла.

Арский встает из-за стола, подходит к окну и несколько секунд смотрит на город, а потом поворачивается ко мне.

— Итак, Алина.

Я замираю, потому что он впервые называет меня по имени.

Это что-то новое и очень непривычное.

— Вы приняли решение? — спрашивает он.

Я смотрю на него, на мужчину, который предлагает мне самую странную сделку в моей жизни. Затем оглядываю взглядом огромный кабинет, панорамные окна, давая себе время обдумать ещё раз, и понимаю, что ответ уже почти сформировался.

Почти, но не совсем. Мне бы ещё немного времени, составить список “за” и “против”, взвесить свои силы. Потому что как только я произнесу эти слова, назад дороги уже не будет.

— Я скажу вам сегодня вечером, — решительно говорю я.

Впервые за весь разговор вижу в глазах Дамира что-то похожее на напряжение, будто моего ответа он ждет сильнее, чем хочет показать.

— Хорошо, Алина, — кивает он.

Я встаю, разворачиваюсь к двери и уже выходя из кабинета, чувствую на себе его взгляд. Она настолько осязаемый, что у меня ощущение будто Дамир физически касается меня.

Глава 5. Мама ФСБшница и принятое решение

Весь оставшийся день я не работаю. То есть технически работаю: открываю документы, отвечаю на письма, созваниваюсь с коллегами, даже участвую в обсуждении какого-то договора. Но мысленно меня здесь нет.

Потому что в голове сидит один темноволосый генеральный директор и его безумное предложение.

К четырем часам дня я уже ненавижу себя. К пяти Арского. К шести ипотеку. К семи весь мир. Поэтому, когда телефон начинает звонить, я хватаюсь за него как за спасательный круг.

На экране высвечивается имя: Мама.

О нет, только не сейчас. Потому что мама обладает удивительным талантом чувствовать неприятности на расстоянии.

— Привет, мам, — отвечаю я, стараясь придать голосу беззаботный оттенок.

— Алина, почему у тебя такой голос?

Вот, началось. Видимо перестаралась.

— Нормальный у меня голос, — нарочито фыркаю я.

— Нет, я тебя рожала. Что случилось?

Я закрываю глаза. Иногда мне кажется, что матери проходят какие-то секретные курсы ФСБ.

— Ничего не случилось, — настойчиво уверяю её я.

— Алина, — в голосе мамы появляются предупреждающие нотки.

— Правда.

— Ты плакала?

Чёрт.

— Немного.

— Из-за Игоря? — вздыхает мама.

— Нет, — отрезаю я.

Из-за генерального директора, который предлагает мне фиктивный брак, но это я вслух, разумеется, не говорю. Потому что тогда мама точно приедет лично.

— Всё будет хорошо, доченька.

Я улыбаюсь, потому что становится немного грустно. Мамы всегда говорят одинаковые вещи и почему-то всегда хочется им верить.

— Будет, обязательно, — теперь моя очередь вздыхать.

— Ты сильная девочка, — ласково произносит мама.

— Мам, мне двадцать восемь, — морщу нос я.

— Для меня ты всё равно девочка.

Конечно.

Я разговариваю с ней еще минут десять: о погоде, о работе, о соседке тете Люде. О чем угодно только не о том, что действительно происходит.

Потом кладу трубку и снова остаюсь одна. Наедине с тишиной, мыслями о квартире и ипотеке. И с решением, которое пора принимать, а не стоять посреди комнаты отдыха, сжимая чашку с кофе в руках.

Я возвращаюсь на своё место и медленно опускаюсь на стул, беру телефон и открываю банковское приложение. Проверяю остаток долга, хотя и так знаю цифры наизусть.

Зря я это сделала, очень зря. Потому что настроение мгновенно становится еще хуже.

Я откидываю телефон на стол, потираю лицо ладонями и вдруг понимаю одну простую вещь: если убрать эмоции, гордость и страх, то что останется?

Сделка. Просто обычная сделка. Никто никого не обманывает, никто никого не принуждает.

Дамир честно озвучил условия. А я честно могу отказаться. И всё же почему тогда кажется, что я стою на краю какого-то обрыва? Словно после этого решения жизнь разделится на "до" и "после".

Телефон снова оказывается в руках и я открываю переписку с Мариной.

Несколько минут смотрю на экран, а потом печатаю: "Марина, можно задать вопрос?"

Ответ приходит почти сразу: ”Конечно.”

Я: ”Арский всегда такой?"

Печатает...

Печатает…

Печатает...

Она так долго печатает, что в голове проносятся самые ужасные варианты ответов. Наконец приходит сообщение.

Марина: ”Ты сейчас про какую именно его странность?"

Я невольно смеюсь впервые за весь день, а затем взвешиваю все “за” и “против” откровенного разговора с секретарём моего босса. В целом, судя по разговору перед собранием, она знала про его идею.

Я: ”Про предложение выйти замуж сотруднице."

Марина "О. Значит, всё-таки предложил."

Я резко выпрямляюсь. Что значит "всё-таки"?

Я: ”Ты знала?"

Марина: ”Догадывалась."

Я: ”Почему?"

Марина: ”Потому что смотрел он на тебя с интересом.”

Очень информативно.

Я: ”Спасибо за комплимент что-ли.”

Марина: ”Не за что :)”

Потом появляется еще одно сообщение.

Марина: ”Алина? Если тебя интересует мое мнение..."

Я смотрю на экран и жду, когда она напишет продолжение.

Марина: ”Он не плохой человек."

И всё, больше ничего.

Я перечитываю сообщение несколько раз, а потом откладываю телефон и смотрю в окно на вечерний город. Размышляю о своей жизни, ипотеке и будущем. И неожиданно чувствую странное спокойствие.

Не потому что решение стало легче. Нет, наоборот. Просто я вдруг понимаю, что уже сделала выбор. Осталось только признаться в этом самой себе.

В итоге Дамир уезжает вечером на срочную встречу, давая мне больше времени на раздумья.

Поэтому на следующее утро я прихожу в офис раньше всех с кружкой кофе и синяками под глазами. И с ощущением человека, который собирается прыгнуть с парашютом. Потому что отступать уже поздно.

В девять двадцать семь приходит сообщение от Марины: ”Дамир Андреевич освободился. Можешь заходить."

Сердце тут же начинает биться быстрее. Я поднимаюсь с места, поправляю пиджак, беру телефон со стола и иду к кабинету генерального директора.

Каждый шаг дается тяжелее предыдущего, потому что я прекрасно понимаю: через несколько минут моя жизнь изменится. Вопрос только в том насколько сильно.

Я аккуратно стучу.

— Войдите, — слышится из-за двери.

Я открываю её и Арский поднимает взгляд от документов. Несколько секунд просто смотрит на меня, будто пытается прочитать ответ по лицу.

Интересно, он нервничает? Переживает, что я могу отказаться? Хотя, зачем ему переживать. Любая встречная согласится на такое предложение.

— Доброе утро, Алина, — кивает Дамир.

— Доброе, — здороваюсь я, а голос предательски дрожит, выдавая моё волнение.

— Вы приняли решение?

С места в карьер, значит.

Я закрываю дверь и медленно подхожу к его столу. Впервые замечаю, что мои ладони слегка дрожат. Вот только теперь уже поздно передумывать.

Потому что ответ готов и Дамир ждёт его прямо сейчас.

Глава 6. Очень по-Арски

— Вы приняли решение?

Я смотрю на Дамира Арского, который стоит возле стола насколько спокойно, будто сейчас не решается судьба его безумной затеи. Хотя, возможно, для него это действительно обычный вторник.

— Да, — сглатываю я.

Ни один мускул на его лице не дергается, только взгляд становится внимательнее.

— Что вы решили? — от его слегка грубоватого голоса у меня бегут мурашки по спине.

— Думаю, я готова согласиться, — быстро тараторю я, пока не передумала.

На несколько секунд в кабинете повисает очень странная тишина, потому что я почти физически ощущаю, как напряжение между нами немного ослабевает.

Будто он ждал совсем другого ответа.

— Но, — поднимаю я палец. — У меня есть условия.

Вот теперь он действительно выглядит заинтересованным.

— Слушаю, — говорит он и кивает на кресло.

Я сажусь напротив него, уверенно расправляю плечи и напоминаю себе, что я вообще-то юрист, а не девочка, которую сейчас покупают за красивые глаза.

— Во-первых, я хочу брачный договор. Подробный, с прописанными сроками, условиями, ответственностью сторон. В общем со всем.

— Уже готовится, — с готовностью кивает он.

— Отлично.

— Дальше, — Дамир чуть склоняет голову, заинтересованно разглядывая меня.

Я делаю вдох. Переходим к главному, к тому, из-за чего я вообще здесь.

Несколько секунд я собираюсь с духом, потому что сейчас будет очень и очень неприятно. Но если уж договариваться, то честно.

— Мне нужна часть оплаты сразу, — выпаливаю я.

Арский не перебивает, а просто смотрит.

Я продолжаю:

— У меня есть задолженность по ипотеке. Если я не закрою ее в ближайшее время, у меня будут серьезные проблемы, поэтому мне нужен аванс.

Большой аванс, — мысленно добавляю я про себя.

Впервые за разговор он отводит взгляд, словно что-то обдумывает.

— Какая сумма? — спокойно спрашивает он.

Черт, даже произносить стыдно. Я называю цифру и сразу чувствую себя ужасно, потому что это звучит как самая настоящая торговля, но вместо удивления Арский лишь кивает.

— Это все? — спрашивает он с лёгким удивлением в голосе.

Я моргаю. Что? Он так отреагировал будто это как за кофе сходить.

— Простите? — продолжаю недоуменно хлопать глазами, будто планирую взлетать.

— Это вся задолженность? — переспрашивает он.

— Да, — киваю я.

— Хорошо.

Я смотрю на него, а он смотрит на меня. Мы оба молчим и пялимся друг на друга, как истуканы.

— И всё? — не выдерживаю я.

— А что должно быть еще? — спрашивает он и возвращается к своим делам.

— Не знаю, — пожимаю плечами, хотя в голове вертится миллион вариантов.

Шок, осуждение, переговоры, попытка снизить сумму, да хоть что-нибудь.

— Алина, — он впервые произносит мое имя так спокойно и без привычной официальности. — Если бы вопрос был в этих деньгах, я бы не искал фиктивную жену.

Логично. Ненавижу, когда он логичен, потом что очень неудобно спорить.

Я отвожу взгляд, мне неожиданно становится неловко. Словно он только что увидел мою самую большую проблему насквозь и даже не попытался сделать вид, что ее не заметил.

— Хорошо.

— Есть еще условия? — спрашивает Дамир.

Есть и очень много. Например, не смотреть на меня так внимательно, не называть по имени этим голосом, не заставлять меня чувствовать себя странно. Но это я, разумеется, не говорю.

— Есть, — киваю я.

Он ждет.

— Если мы это делаем, то я не хочу выглядеть содержанкой.

Арский слегка хмурится.

— Поясните, — просит он коротко.

— Я продолжаю работать, выполнять свои обязанности, получать зарплату и никто не узнает о финансовой стороне нашего соглашения. Никто. Потому что если кто-то решит, что я получила должность через постель или благодаря вам...

Я не договариваю, потом что не нужно, ведь он и так понимает. Очень хорошо понимает.

— Этого не будет, — отрезает он.

— Хорошо, спасибо.

— Что-то еще?

Я некоторое время думаю, а потом качаю головой.

— Нет.

На самом деле есть один вопрос и очень важный, но я не уверена, что хочу услышать ответ. Поэтому все-таки спрашиваю:

— А что будет, если ваш партнер узнает правду?

Арский смотрит прямо мне в глаза.

— Не узнает, — самоуверенно говорит он.

Очень по-Арски.

— А если все-таки узнает?

— Тогда это будет моя проблема.

Странно, но почему-то от этого ответа становится легче.

Дамир берет со стола телефон, набирает кому-то сообщение и возвращает своё внимание ко мне.

— Финансовый отдел переведет деньги сегодня, — заявляет он и откладывает телефон.

Я замираю.

— Сегодня? — мои брови ползут вверх.

— Да.

— Но я еще ничего не подписала.

— Подпишете.

Я открываю рот, затем закрываю. Как чёртова рыба, выброшенная на берег.

— А если нет?

И тут происходит нечто неожиданное: Арский улыбается. Совсем немного, но улыбается.

— Тогда будете должны мне денег, Косицына.

Я неожиданно смеюсь. По-настоящему, а не натянуто, как в большинстве случаев в последнее время и в этот момент происходит что-то странное.

Потому что он тоже смотрит на меня иначе. Не как генеральный директор, не как человек, заключающий сделку, а просто как мужчина.

Всего секунду, может даже меньше, но мне хватает, чтобы разглядеть и я тут же отвожу взгляд.

Плохо, очень плохо. Нужно помнить главное: это сделка, просто сделка. Никаких чувств, никаких отношений, никакой романтики. Только контракт.

Глава 7. Бу! Испугалась? Не бойся

Из кабинета Дамира я выхожу в состоянии легкого шока. Не потому что согласилась на фиктивный брак, к этому я морально готовилась. Не потому что деньги обещали перевести уже сегодня, а потому что Арский вообще не торговался. Ни секунды.

Словно я попросила не несколько сотен тысяч, а стакан воды и это сильно нервирует. Потому что напоминает, насколько разные у нас жизни.

Я возвращаюсь к своему рабочему месту, открываю рабочую почту, потом закрываю её. Потом открываю договор и закрываю его.

Пытаюсь сосредоточиться, но ничего не получается. В голове набатом стучит только одно: я только что согласилась выйти замуж за своего босса.

Боже.

Растираю виски пальцами, пытаясь прийти в себя.

Если бы мне кто-нибудь рассказал подобную историю неделю назад, я бы решила, что человек пересмотрел романтических комедий.

Телефон на столе вибрирует и я машинально беру его в руки. Сообщение из банка.

Сердце пропускает удар. Нет, не может быть. Так быстро?

Я открываю уведомление и буквально перестаю дышать. Потому что деньги поступили.

У меня несколько секунд уходит просто на то, чтобы осознать цифры. Потом ещё несколько секунд, чтобы проверить, не ошиблась ли я. Потом ещё и ещё.

Нет, не ошиблась. Они действительно там, на моём счёте. Настоящие!

Я чувствую, как что-то тяжелое, давившее на грудь последние месяцы, вдруг начинает отпускать. Совсем немного, но достаточно, чтобы дышать стало чуть легче.

Я не могу поверить, что смогу закрыть просрочку прямо сегодня.

У меня неожиданно начинают щипать глаза.

Только этого не хватало!

Я быстро моргаю. Нет, плакать на работе мы не будем. Тем более из-за Арского. Хотя технически из-за Арского.

Чёрт.

В этот момент возле моего стола возникает Марина, как всегда безупречная. Сегодня в светлом брючном костюме, с короткой стрижкой и выражением лица человека, который повидал многое.

— Ну? — просто бросает она.

— Что ну? — моргаю я, пытаясь сделать вид, что у меня просто слезятся глаза.

— Согласилась? — неожиданно спрашивает она.

— Откуда ты знаешь?

— Алина, — она смотрит на меня с жалостью. — Я работаю с этим человеком десять лет и сразу вижу, когда он заключил нужную ему сделку.

Справедливо.

— Да, — коротко отвечаю я, не зная, что тут ещё сказать.

Марина присаживается на край стола и внимательно наблюдает за мной, словно за подопытным кроликом.

— И как ощущения? — прищуривается она.

— Будто я продала душу, — выдыхаю я, роняю голову на ладони.

— Не драматизируй, — фыркает Марина.

— Мне кажется, это как раз тот случай, когда драматизировать можно.

Она усмехается, будто я хорошо пошутила.

— Деньги пришли? — кивает на мой телефон.

Я удивлённо поднимаю голову.

— Ты и это знаешь?

— Я сама попросила бухгалтерию провести платеж срочно.

Я смотрю на неё несколько секунд и потом тихо говорю:

— Спасибо.

Марина неожиданно становится серьезной.

— Не благодари. Лучше потом поблагодаришь, если всё это не закончится катастрофой.

Очень обнадеживающие слова.

— Спасибо за поддержку, — морщусь я.

— Обращайся, — хлопает она меня по плечу и спрыгивает со стола, собираясь уходить.

— Марин? — останавливаю я её.

— Да?

— Почему мне кажется, что ты переживаешь не за Дамира?

Она некоторое время молчит, будто взвешивает все “за” и “против” говорить правду.

— Потому что я переживаю за тебя, — пожимает она плечами, разворачивается и уходит.

А я еще несколько секунд смотрю ей вслед. Какой странный ответ, но я стараюсь об этом не думать.

Вечером я выхожу из офиса почти последней. Настроение неожиданно лучше, чем последние несколько недель, потому что впервые за долгое время я чувствую почву под ногами.

Да, ситуация безумная.

Да, я согласилась на фиктивный брак.

Да, мне явно стоит пересмотреть свои жизненные решения. Но зато квартиру у меня никто не отнимет. Уже плюс.

На парковке я иду к своей машине и копаюсь в сумке, чтобы достать ключи.

— Алина, — слышу знакомый голос позади.

Я замираю, потому что этот голос узнаю даже после развода. Медленно оборачиваюсь и вижу Игоря собственной персоной. Он стоит возле моей машины. В своих привычных джинсах и кожаной куртке. С тем самым виновато-обаятельным выражением лица, которое раньше на меня действовало.

Очень важное слово — раньше. Сейчас мне абсолютно плевать на все его манипуляции. Он так часто на мне их использовал, что у меня выработался иммунитет.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю с разбега без приветствия. Не заслужил.

Мерзкая улыбка на его лице становится шире.

— Хотел поговорить, — невинно говорит он.

— А по телефону нельзя было?

— Ты не отвечала.

Потому что не хотела, но это уже детали.

— Говори, — складываю я руки на груди.

— Не здесь.

— Здесь.

Игорь вздыхает.

— Алина, ну зачем ты так?

Я едва не закатываю глаза. Классика, он накосячил, а виноватой почему-то должна чувствовать себя я.

— У тебя две минуты, — предупреждаю я его.

Он делает шаг ближе, но я не даю ему приблизиться ко мне.

— Я скучаю, — начинает блеять он.

Господи, серьезно? С этого начнем?

— Поздравляю, — фыркаю я.

— Алина, я ошибся, — его лицо принимает грустное выражение лица.

Я смотрю на него, на мужчину, которого когда-то любила, на человека, из-за которого проплакала половину прошлой недели. И неожиданно понимаю одну простую вещь: мне больше не больно. Сейчас я чувствую только злость и усталость.

— Ошибся? — усмехаюсь я.

Его слова звучат, как насмешка над тем, в каком состоянии и положении он меня оставил.

— Да, — активно кивает он.

— Когда врал мне или когда оставлял с ипотекой? — смотрю на него испытывающее.

Его улыбочка мгновенно исчезает. Попала прямо в яблочко.

— Я хочу всё исправить, — умоляюще говорит он.

— Нет, — отрезаю я.

— Дай мне шанс, — его слова заставляют меня сморщиться.

— Нет.

— Алина...

— Нет, Игорь.

Он смотрит на меня, а я на него и впервые за долгое время чувствую себя сильнее. Потому что больше не ведусь, не верю, не надеюсь и ничего от него не жду.

— Всё закончилось, — твёрдо говорю я. — Для меня точно.

Он хочет что-то ответить, но в этот момент позади меня раздается ещё один знакомый низкий голос:

— Какие-то проблемы?

У меня внутри всё обрывается, потому что этот голос я теперь тоже узнаю мгновенно.

Медленно оборачиваюсь и вижу Дамира Арского, который стоит в нескольких метрах от нас с абсолютно спокойным лицом и очень нехорошим взглядом.

Глава 8. Пу-пу-пу

Я медленно оборачиваюсь и вижу, как Дамир стоит в нескольких метрах от нас с закатанными рукавами чёрной рубашки, ключами от машины в руке и с таким выражением лица, что мне впервые становится жалко Игоря.

Ну разве что совсем немного. Буквально процентов на пять, потому что остальные девяносто пять процентов помнят ипотеку.

— Какие-то проблемы? — повторяет спокойно Арский.

Игорь хмурится. Он явно не знает, кто это. Ну конечно, люди вроде Дамира обычно не пересекаются с людьми вроде Игоря. Слишком разные орбиты.

— Нет, — отвечает бывший муж. — Личные вопросы.

Пу-пу-пу. Зря это он так словами бросается. В каком-то смысле мои личные вопросы теперь касаются и Дамира. Я буквально вижу, как взгляд Арского становится холоднее на несколько градусов.

— Алина? — смотрит он не на Игоря, а на меня. Будто решение сейчас только за мной.

И почему-то мне нравится это гораздо больше, чем попытки Игоря решать всё самостоятельно.

— Всё в порядке, — говорю я. — Мы уже закончили.

Бывший муж бросает на меня взгляд. А его я знаю, как облупленного. Такой взгляд обычно означает: "Мы вообще-то не закончили."

Очень жаль конечно этого “добряка”, потому что закончили и давно.

— Алина, подожди… — блеет Игорь.

— Нет, — качаю я головой. — Правда нет.

— Дай мне хотя бы пять минут, — умоляет он.

— Зачем?

Он открывает рот, а потом задумывается и закрывает.

— Потому что я люблю тебя, — выпаливает он резко.

Я стою, как вкопанная, и понять не могу что за чертовщину он несёт. Серьёзно? Вот сейчас он решил это сказать? После всего что произошло?

Да он во время брака мне дай Бог раз в год эти слова говорил. И то приходилось выжимать из него.

Я чувствую, как внутри вместо боли поднимается раздражение, потому что раньше эти слова могли заставить меня плакать. А сейчас хочется только смеяться.

— Ты любишь меня? — уточняю я.

— Да, — активно кивает он, будто этим может меня убедить.

— Настолько сильно, что оставил мне ипотеку? — хмыкаю я.

Игорь морщится, потому что я снова попала в его слабое место.

— Я уже сказал, что ошибся, — раздражённо выплевывает он.

Он делает шаг вперед, я автоматически отступаю и именно в этот момент рядом оказывается Арский. Не демонстративно между нами, но достаточно близко, чтобы заявить свои права.

Игорь это тоже замечает и впервые внимательно рассматривает Дамира. Прямо взглядом засекаю как он останавливается на дорогих часах, автомобиле за его спиной, на безупречной рубашке.

А больше всего, я уверена, его пугает в Дамире уверенность мужчины, который привык командовать. Игорь всегда боялся и завидовал таким как Арский.

И тут в глазах Игоря вспыхивает понимание.

— А это кто? — морщит нос он.

Вот, началось. Я уже ненавижу этот разговор. Краем глаза вижу, как Дамир спокойно наблюдает за нами. Он даёт мне ответить, но по белесым костяшкам сжатых кулаков, я понимаю, что сам готов в любую секунду вступиться.

— Тебя это не касается, — отрезаю я.

— Алина, — молит Игорь.

— Нет.

— Ты встречаешься с ним?

Господи, ну конечно, как же без тупой, наигранной ревности.

— Игорь, — пытаюсь я закончить этот нелепый разговор.

— Серьезно? — вспыхивает Игорь. — Настолько быстро?

Я чувствую, как начинает закипать злость. Потому что это говорит человек, который еще пару месяцев назад переписывался с другой женщиной и врал мне в лицо.

— Ты сейчас правда хочешь обсуждать мою личную жизнь? — фыркаю я.

Он замолкает на секунду, а потом снова смотрит на Арского и выражение его лица становится неприятным.

— Понятно, — плюёт он.— Так вот почему ты так легко отпустила меня. Нашла нового ёбыря.

Что? Я даже не сразу понимаю, что услышала.

— Прости? А ты считал, что я за тобой на коленях поползу после всего, что ты сделал?

— Ну а что? — разводит он руками. — Нашла себе вариант получше?

О, вот теперь точно всё. Я делаю шаг вперед и тычу в Игоря пальцем.

— Ты серьезно сейчас?

— А что не так?

— Всё. Абсолютно всё!

Мои руки уже дрожат от злости, Игорь прекрасно это замечает, но почему-то продолжает.

Потрясающее отсутствие инстинкта самосохранения.

— Просто интересно, сколько времени понадобилось… — начинает Игорь.

— Хватит, — перебивает его Арский

Его голос звучит негромко, но парковка словно мгновенно затихает. Кажется, даже вечно гудящие кондиционеры замолкают. Потому что таким тоном обычно не разговаривают, таким тоном предупреждают. И чаще всего в последний раз.

Дамир смотрит на Игоря без агрессии и без эмоций. От этого становится только страшнее.

— Разговор окончен, — отрезает Дамир.

— А ты вообще кто такой? — презрительно ухмыляется Игорь.

Неверный вопрос, очень неверный.

Я буквально зажмуриться хочу, потому что понимаю, что сейчас будет плохо, но Арский лишь слегка наклоняет голову.

— Мужчина, которому крайне не нравится, как вы разговариваете с Алиной, — вполне вежливо, но с холодным нажимом произносит Дамир.

Игорь усмехается.

— А ей самой нравится?

В этот момент я окончательно теряю терпение.

— Мне не нравится.

Оба мужчины смотрят на меня.

— Мне не нравится, что ты караулишь меня после работы, — начинаю перечислять я. — Не нравится, что пытаешься перевернуть всё с ног на голову. Не нравится, что после развода ты внезапно вспомнил про любовь.

Игорь открывает рот, но я поднимаю руку.

— Нет. Теперь ты меня послушаешь.

Он замирает, наверное впервые за долгое время я вижу его таким уязвимым.

— Когда мне было страшно из-за долгов тебя не было. Когда я не спала ночами тебя не было. Когда я пыталась понять, как платить ипотеку тебя тоже не было. Так почему сейчас ты вдруг решил, что имеешь право требовать от меня объяснений?

Несколько секунд он молчит, а потом тихо говорит:

— Потому что ты всё еще моя жена.

Вот тут наступает абсолютная тишина, даже ветер словно перестает дуть. Потому что чисто технически развод официально вступает в силу только через несколько дней.

Я совсем забыла про это.

Игорь тоже понимает, что сказал лишнее. Потому что мой взгляд становится ледяным.

— Уже нет, — жёстко отвечаю я. — И очень скоро это станет официально.

После чего разворачиваюсь, подхватываю сумку и иду к своей машине. Не оборачиваясь и не слушая, что он говорит вслед, потому что впервые за долгое время мне действительно всё равно.

Я уже открываю дверь автомобиля, когда слышу шаги рядом, а потом в поле зрения попадает Дамир.

Несколько секунд мы молчим, а потом он спокойно спрашивает:

— Вы в порядке?

Я смотрю на него, на мужчину, который только что без единого крика заставил моего бывшего заткнуться и неожиданно улыбаюсь.

— Знаете… — задумчиво прикусываю губу. — Кажется, впервые за последние месяцы да.

В его глазах появляется что-то теплое, совсем ненадолго, но я успеваю заметить.

— Хорошо, — разворачивает он и уже собирается уйти, но вдруг останавливается. — Кстати, вам стоит начать привыкать.

— К чему? — недоумеваю я.

Арский смотрит на меня несколько секунд, а потом спокойно говорит:

— Очень скоро подобные разговоры будут происходить гораздо чаще.

— Почему? — хмурюсь я.

И тут этот невозможный мужчина произносит:

— Потому что через неделю мы объявим о помолвке.

И уходит, а я остаюсь стоять возле машины с открытой дверью и пониманием, что только что получила новый повод для паники.

Глава 9. Даже яд не разлучит нас

Я стою возле автомобиля c открытой дверью и чувствую, как в голове медленно закипает возмущение.

Через неделю? Какая еще помолвка через неделю? Мы вообще-то о таком не договаривались.

Я прекрасно помню наш разговор про отдельное проживание, брачный договор, конфиденциальность и минимум лишнего внимания. Именно поэтому я согласилась.

Потому что это должно было остаться между нами. Настолько между нами, насколько вообще может остаться тайной фиктивный брак.

А теперь выясняется, что через неделю я внезапно стану невестой генерального директора?

— Да ни за что, — буркаю я себе под нос и захлопываю дверь машины чуть сильнее, чем нужно.

Утром я приезжаю в офис с четким планом: сначала работа, потом убийство Арского. Возможно, в обратном порядке. Потому что чем больше я думаю о вчерашнем разговоре, тем сильнее злюсь.

К десяти утра терпение заканчивается окончательно. Я поднимаюсь с места и иду к кабинету генерального директора.

В приёмную я буквально влетаю. Марина провожает меня подозрительно понимающим взглядом, но ничего не говорит и даже не пытается остановить. Наверное, по выражению моего лица и так всё ясно.

Я настойчиво стучу в дверь.

— Войдите, — слышу тот самый властный, мужской голос.

Я открываю дверь и вижу, как Дамир сидит за столом и просматривает какие-то документы.

Спокойный, как всегда. Словно вчера ничего не произошло.

— Доброе утро, — здоровается он, как только видит меня.

— Не особо, — недовольно бормочу я.

Он поднимает взгляд.

— Полагаю, речь о помолвке, — сразу же понимает он.

— Какая проницательность.

Яд в моём голосе видимо слышен слишком сильно, потому что Арский тут же откладывает документы.

— Садитесь, — говорит он, кивая на кресло напротив себя.

— Лучше постою.

Он слегка выгибает бровь, но спорить не пытается. Уже хорошо.

— Мы договаривались без огласки, — начинаю я сразу.

— Помню, — кивает он.

— Тогда почему я вчера узнаю о помолвке между делом на парковке?

Несколько секунд он молчит, потом поднимается из-за стола и подходит к окну.

— Потому что неделю назад ситуация была другой.

Мне уже не нравится начало.

— В каком смысле?

— Наш потенциальный партнер приезжает раньше.

Я хмурюсь.

— И?

— И он запросил неофициальный ужин.

Теперь я начинаю понимать, но смутно и совсем немного.

— С супругами? — озвучиваю догадку я.

— Именно.

Я скрещиваю руки на груди.

— Мы можем просто прийти как жених и невеста.

— Не можем.

— Почему?

Арский поворачивается ко мне.

— Потому что он человек щепетильный, когда дело касается потенциального бизнес партнерства. Он очень тщательно проверяет информацию. Смотрит публикации, следит за новостями, изучает окружение людей, с которыми работает. Для него семья показатель надежности, а не просто штамп в паспорте.

Я начинаю понимать еще больше и это понимание мне ну вот совсем не нравится.

— Если через неделю мы внезапно объявим о помолвке, через месяц поженимся и будем выглядеть счастливой парой, это вызовет меньше вопросов, чем если мы возникнем из ниоткуда за день до подписания контракта.

Чёрт. Эта информация звучит до дикости раздражающе логично.

— Поэтому ты решил всё сам? — впервые за всё время я называю его на “ты". Случайно, но замечаю это сразу.

Дамир тоже замечает, судя по его едва заметному взгляду, но никак не комментирует.

— Нет, — спокойно отвечает он. — Поэтому я принял предварительное решение и собирался обсудить его с тобой сегодня. Алина.

— Что?

— Я понимаю, почему ты злишься.

— Правда?

— Да.

— Тогда отменяем помолвку.

— Нет.

Я шумно выдыхаю, ну конечно. На секунду мне показалось, что разговор будет простым. Какая же я наивная.

— Послушай, — его голос становится серьезнее. — Если бы существовал другой вариант, я бы его выбрал.

Я смотрю на него очень внимательно, пытаясь понять, врет он или нет и неожиданно понимаю, что не врет.

Он действительно не хочет устраивать этот спектакль. Он просто считает его необходимым, как любой другой бизнес-инструмент.

Это не делает ситуацию лучше, но хотя бы объясняет ее.

— И что именно подразумевает эта помолвка? —спрашиваю я.

Дамир какое-то время молчит, а потом отвечает:

— Для начала ужин с моей семьей.

Мне хочется истерически рассмеяться. Нет-нет-нет. Только не семья, что угодно, кроме семьи. Потому что семья означает бесконечные вопросы, любопытство и необходимость изображать влюбленную невесту.

Я смотрю на него несколько секунд, потом всё-таки медленно опускаюсь в кресло, потому что ноги внезапно перестают держать.

— У тебя есть семья? — неожиданно даже для самой себя, говорю я.

— Именно такой реакции я и ожидал, — Арский совсем чуть-чуть усмехается.

Почему-то мне кажется, что помолвка это далеко не самая большая проблема, которая меня ждет.

Дорогие мои!

Понравилась книга? Тогда подарите ей лайк ❤️ Мне будет безумно приятно 🤗 А если ещё добавите книгу в библиотеку и напишете пару слов в комментариях — моё вдохновение вырастет в разы, и прода будет появляться гораздо быстрее!

❤️Обнимаю вас и люблю ❤️

Глава 10. Миллиардер не любит оливки

— У тебя есть семья? — неожиданно даже для самой себя, говорю я.

— Именно такой реакции я и ожидал, — Арский совсем чуть-чуть усмехается.

Мне хочется сказать, что реакция абсолютно нормальная. Потому что до этого момента Дамир Арский существовал в моей голове примерно как стихийное бедствие.

Где-то между ураганом и гигантским, ледяным айсбергом. А у стихийных бедствий обычно не бывает семейных ужинов.

— Большая? — осторожно спрашиваю я.

— Нет.

— Слава богу, — выдыхаю я.

— Это хорошие новости? — приподнимает Дамир бровь.

— Очень, — искренне улыбаюсь я.

Он вопросительно смотрит на меня.

— Я уже представила тридцать родственников, которые будут одновременно спрашивать, когда мы заведем детей, — нервно хихикаю я.

В уголках его губ появляется тень улыбки.

— Про детей никто спрашивать не будет, — обещает он.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что сначала тебя будут допрашивать по другим вопросам.

Мне уже очень не нравится слово "допрашивать".

— Насколько всё плохо? — судорожно вдыхаю я воздух ноздрями.

— Моя мать очень наблюдательная, — хмыкает Дамир.

— Это не звучит страшно.

— Ты просто с ней еще не знакома.

Ох, вот теперь у меня морозец по коже пробегает. Я со своей бывшей свекровью-то боялась знакомиться. А тут с матерью Дамира Арского.

— И кем она работает?

— Сейчас на пенсии.

— А раньше?

— Была швеей.

Я удивленно моргаю, потому что не такого ответа я ожидала. Наверное потому, что все, связанное с Дамиром Арским, автоматически представляется дорогим, элитным и невероятно успешным.

— Серьезно?

— Да.

— А отец?

На несколько секунд в кабинете становится очень тихо. Я сразу понимаю, что спросила что-то не то.

— Его давно нет, — Дамир закрывает ежедневник, а его голос остаётся спокойным.

— Прости, — прикусываю губу я.

— Ничего, — несколько секунд он смотрит в окно, а потом добавляет. — Мать поднимала нас с братом одна.

Я не знаю почему, но именно эта короткая фраза объясняет про Дамира больше, чем все статьи в интернете. Внезапно становится понятно, откуда взялись его дисциплина, одержимость работой и привычка всё контролировать.

Такие мужчины обычно не рождаются с серебряной ложкой во рту. Таких жизнь долго бьет по голове, а потом они начинают бить в ответ.

Я вдруг понимаю, что впервые слышу от него что-то личное. Не про контракты, бизнес, сделки, а про него самого. И от этого почему-то становится неловко.

Поэтому я быстро перевожу разговор в безопасное русло:

— Ладно. Что еще нужно знать про твою семью?

— Что моя мать любит задавать вопросы.

— Это я уже поняла.

— И очень быстро замечает ложь.

— Прекрасно, — поджимаю губы я.

— Поэтому нам нужно подготовиться.

И вот мы вернулись к тому, чего я боялась.

— Что именно ты имеешь в виду? — уточняю я.

Арский открывает ежедневник и начинает спокойно перечислять.

— История знакомства, ключевые даты, предпочтения друг друга, привычки, любимые блюда и фильмы.

Я смотрю на него, а он спокойно смотрит на записи.

— Ты сейчас серьезно?

Мне становится плохо.

— Полностью.

— Это ужин или экзамен?

— Зависит от того, насколько хорошо ты подготовишься.

— Ненавижу тебя.

— Не переживай, это взаимно.

Я моргаю. Он только что пошутил? Кажется, да.

Мир окончательно сошел с ума.

— Хорошо. Начинай свой допрос, — поднимаю я руки, делая вид, что сдаюсь.

— Любимое блюдо?

— Булочки с корицей.

— Это не блюдо.

— Для меня блюдо, — возмущаюсь я.

Он записывает самым серьезным образом, будто конспектирует устройство ядерного реактора.

— Ты правда это записал? — удивляюсь я.

— Конечно, — вполне серьёзно пожимает плечами Дамир и продолжает — Любимый фильм?

— Не скажу, — мне хочется спрятаться.

Такую интимную информацию обо мне даже бывший муж не знал. Наверное, потому что ему попросту было плевать.

— Почему? — недоумевает Дамир.

— Потому что засмеешь, — кривлюсь я.

— Не засмею.

— Засмеешь.

— Алина, — строго говорит он.

— Ладно, — обреченно вздыхаю я. — "Гордость и предубеждение".

— Какая версия?

Я подозрительно прищуриваюсь.

— Ты знаешь, что их несколько?

— Разумеется.

— Неожиданно.

— Так какая версия?

— С Кирой Найтли.

Он кивает, что-то записывает и мы продолжаем заполнять анкету “лучшей подружки”.

— Любимый цвет?

— Синий.

— Любимое время года?

— Осень.

— Любимый напиток?

— Кофе.

— Любимый цветок?

— Подожди, — я резко поднимаю голову. — Ты это всё серьезно собираешься запоминать?

— Да.

— Зачем?

Впервые за весь разговор он отрывается от записей и смотрит прямо на меня.

— Потому что если кто-то спросит меня, какие цветы любит моя невеста, я должен знать ответ.

На несколько секунд я теряюсь, потому что сказал он это совершенно спокойно, логично и рационально. Но почему-то внутри всё равно что-то странно дергается.

Глупость какая. Это же часть спектакля. Обычная подготовка, не более того. Именно поэтому я поспешно отвожу взгляд.

— Ладно, — нервно выдыхаю я. — Тогда записывай: пионы.

— Хороший выбор.

— Ты сейчас оценил мои цветочные предпочтения?

— Возможно, — ухмыляется Дамир.

— Ты невозможен.

— Мне уже говорили.

Следующий час проходит удивительно быстро: мы обсуждаем фильмы, любимую еду, книги, музыку и детские воспоминания. Причем неожиданно выясняется, что Дамир тоже отвечает на вопросы. Не на все, но на некоторые.

Например, я узнаю, что он ненавидит оливки, что в школе занимался боксом, что до сих пор хранит старую кружку, которую когда-то подарила ему мать. Почему-то последнее удивляет меня сильнее всего. Потому что совершенно не вяжется с образом ледяного миллиардера.

В какой-то момент я ловлю себя на том, что смеюсь. По-настоящему, без напряжения и неловкости. И это настолько неожиданно, что я даже замолкаю на середине фразы.

Потому что мне хорошо, просто хорошо рядом с ним.

К счастью, именно в этот момент дверь кабинета без стука открывается. И на пороге появляется невысокая женщина лет шестидесяти в аккуратном светлом плаще.

— Дамир, я надеюсь, ты не забыл про, — она делает шаг внутрь и замолкает.

Потому что замечает меня. Я тоже замолкаю, потому что замечаю её. А потом вижу кое-что еще: глаза точно такие же, как у Дамира. Такие же внимательные, цепкие и опасно наблюдательные.

Женщина переводит взгляд с меня на сына и неожиданно очень тепло и по-доброму улыбается. А затем произносит фразу, от которой кровь мгновенно приливает к моим щекам:

— Так вот она какая, твоя невеста.

Глава 11. Семь с половиной

По лицу Дамира я впервые понимаю, что этого визита он совершенно не планировал. Не то чтобы он выглядит испуганным. Скорее застигнутым врасплох. А учитывая, что это Дамир Арский, эффект получается примерно такой же, как если бы Эверест вдруг решил чихнуть.

Женщина тем временем внимательно рассматривает меня. Нет, не просто внимательно, а так, будто каждую ниточку моей одежды анализирует. Так, словно уже составляет психологический портрет.

Я мгновенно выпрямляюсь. Потому что инстинкты подсказывают: осторожно, опасность!

— Здравствуйте, — первой нахожусь я.

Женщина неожиданно мягко и тепло улыбается, совершенно не так, как я ожидала.

— Здравствуй, — переводит она взгляд на сына. — Ты не собираешься нас познакомить?

— Собирался, но позже, — спокойно отвечает Дамир.

— Как жаль, что я решила ускорить процесс, — хмыкает женщина.

Я едва сдерживаю улыбку, кажется, теперь понятно, откуда у Дамира такой характер.

— Мам, — говорит Дамир.

Интересно и неожиданно слышать, как он разговаривает с мамой. Судя по голосу, Дамир уже начинает нервничать. Совсем чуть-чуть, но начинает и мне внезапно становится легче. Потому что до этого момента казалось, что этот мужчина вообще ничего не боится.

— Что "мам"? — невинно интересуется женщина.

— Ты приехала без предупреждения.

— Родила я тебя тоже без предупреждения, — фыркает она.

Я едва не давлюсь воздухом.

Господи, она мне уже нравится. И даже очень. Дамир явно придерживается другого мнения.

— Алина, это моя мать. Валентина Сергеевна, — представляет он нас друг другу.

— Очень приятно, — улыбаюсь я.

— Мне тоже, — отвечает она и почему-то мне кажется, что это правда, но легче не становится.

Потому что взгляд у Валентины Сергеевны такой цепкий, что хочется срочно вспомнить все свои школьные оценки.

Ну так, чисто на всякий случай.

— Значит, вы и есть та девушка, которая наконец заставила моего сына жениться?

Я открываю рот, но быстро закрываю его обратно. Потому что понятия не имею, как отвечать на подобные вопросы.

К счастью, Дамир приходит на помощь.

— Мам, не начинай.

— Я еще даже не начала.

О нет, если это еще не начало, то что будет дальше?

Валентина Сергеевна проходит в кабинет совершенно по-хозяйски, усаживается в кресло и подозрительно долго смотрит сначала на меня, а потом на сына.

— Вы давно вместе? — вдруг спрашивает она.

Я чувствую, как внутри все напрягается. Вот оно первое испытание. И мне становится страшно, потому что легенду мы толком обсудить не успели.

Я бросаю быстрый взгляд на Дамира, но он, в отличии от меня, отвечает мгновенно, даже не задумываясь.

— Семь месяцев.

— Семь с половиной, — автоматически поправляю я.

В кабинете повисает тишина. Я медленно поворачиваю голову к Арскому, а он смотрит на меня таким взглядом, что мне провалиться сквозь землю хочется.

Я смотрю на него, не зная куда себя деть, но потом до меня доходит. Черт. Мы только что назвали разные цифры.

Прекрасно, просто прекрасно. Фиктивная невеста года!

Но неожиданно Валентина Сергеевна начинает смеяться. Не зло или язвительно, а по-теплому и от души.

— Уже верю, — взмахивает рукой она.

Мы с Дамиром одновременно хмуримся.

— Почему? — спрашиваю я.

— Потому что все счастливые пары путаются в сроках отношений.

Я облегченно выдыхаю. Кажется, на этот раз пронесло.

— А познакомились где? — спрашивает она.

И я понимаю, что нет, ничерта нас не пронесло. Потому что это только второй вопрос.

А сколько их будет всего? Сто? Двести? Пятьсот?

— На работе, — одновременно отвечаем мы, а потом снова переглядываемся.

И на этот раз Валентина Сергеевна выглядит откровенно довольной.

— Ну хоть здесь совпало, — хихикает она.

Она некоторое время молчит, рассматривает нас, слегка наклонив голову, а потом неожиданно смотрит на меня и спрашивает:

— А что тебе нравится в моем сыне?

Что? Я буквально чувствую, как мозг зависает. Потому что на этот вопрос мы точно не готовились.

— Ну… — тяну я. — Он...

Господи, что вообще говорят в таких ситуациях?

Что нравится в мужчине, за которого собираешься фиктивно выйти замуж? Что у него хороший кредитный рейтинг? Сильные навыки ведения переговоров? Своевременные банковские переводы?

— Он надежный, — выпаливаю я первое, что приходит в голову и неожиданно понимаю, что это правда. Как бы странно ни звучало.

Валентина Сергеевна очень внимательно смотрит на меня, а потом медленно кивает и на секунду в ее взгляде появляется что-то странное. Будто этот ответ оказался важнее всех остальных.

— Да, — тихо говорит она. — Это он умеет.

После чего поднимается с кресла.

— Ладно. Не буду вам мешать.

Что? И всё? Так быстро? Я уже морально подготовилась к допросу с лампой в лицо.

— В субботу жду вас обоих на ужин, — продолжает она. — И не вздумайте отказаться.

— Не вздумаем, — отвечает Дамир слишком быстро, словно знает, что спорить бесполезно.

Валентина Сергеевна подходит ко мне и неожиданно мягко и как-то по- матерински касается моего плеча.

— Было приятно познакомиться, Алина, — улыбается она и выходит из кабинета.

— Мне тоже, — отвечаю я, провожая ее взглядом.

Дверь закрывается и наступает долгая тишина. А в голове ни мысли. Только сейчас замечаю, что все это время не дышала полноценно.

— Семь месяцев? — я медленно поворачиваюсь к Арскому.

— Ты сказала семь с половиной, — напоминает он.

— Потому что ты первый ошибся.

— Я не ошибся.

— Конечно.

Он смотрит на меня несколько секунд, а потом вдруг начинает негромко и искренне смеяться. Впервые за всё время знакомства и от этого неожиданного смеха у меня внутри происходит что-то очень неправильное.

Потому что в этот момент Дамир Арский становится опасно похож на обворожительного мужчину, а это гораздо страшнее, чем генеральный директор-миллиардер.

Дорогие! ❤️ Приглашаю вас в свою новинку “Бывший муж. Возврату не подлежит”: https://litnet.com/shrt/cedJ