Read the book: «Правила хорошей погони»

Глава 1

Не хотелось, конечно, испытывать такого волнения, но сердце нет-нет да бахало о грудную клетку. Я о нем много слышала. Особенно о его сверхъестественном чутье. Советник Грайм по прозвищу Ткач, глава секретной службы короля. Любой агент знал: попадешь на прицел Грайма, и на тебе сразу поставят крест. Поэтому я пока никому не говорила, что советник приехал в город по мою душу.

— Что значит на шаг впереди?

Грайм обвел взглядом помещение. При этом его голова не сдвинулась ни на миллиметр. Было что-то жутковатое в этой неподвижности. Он словно постоянно находился в засаде.

— Так это, советник Грайм, как будто знает все заранее, — Бренис вытер платочком пот с макушки, а я тихо усмехнулась.

Обычно он строил из себя здесь главного, а сейчас выглядел так, как будто еще чуть-чуть и грохнется в обморок от страха.

— Поконкретнее, Бренис.

Грайм шагнул в сторону, и все как по команде повернулись. Не так я его представляла. Во-первых, для столь внушительного послужного списка советник оказался слишком молод. На вид ему было не больше сорока. Для двадцатипятилетней меня это по-прежнему находилось где-то на границе между старостью и отходом в мир иной, но выглядел он неплохо. И это уже «во-вторых». Высокий, поджарый он скорее напоминал гепарда, чем льва. Наверняка у Грайма была куча поклонниц.

Бренис начал перечислять все проваленные операции. Эти идиоты за несколько месяцев так и не поняли, что никакой крысы в их отделе нет. Есть я. Ойра раздобыла пропуск, и я просто каждый день ходила сюда на работу. Никто не обращал внимания на плюгавого паренька.

К концу речи Бренис начал ощутимо заикаться. Мне даже стало стыдно за него. Да приди ты в себя, в конце концов! Грайм смотрел на него не мигая, засунув руки в карманы своих широких штанов.

— То есть вас несколько месяцев водит за нос дилетант?

Дилетант?! Ойра взяла меня к себе, когда мне едва исполнилось пятнадцать! Уже к восемнадцати я считалась лучшей на всем побережье. Если трон когда-то и перейдет в руки канцлера, то исключительно благодаря мне!

— Отчего жеж, дилетант, господин Грайм? — Бренис снова начал натирать свою блестящую от пота лысину. — Стриж — известный шпион, один из самых неуловимых.

Я невольно приосанилась, а Бренис сразу стал казаться чуть менее мерзким, чем обычно. Грайм хмыкнул.

— Стриж? Даже прозвище дилетантское. Ни разу о нем не слышал.

Ну, знаете! Это уже ни в какие ворота! Я не склонна к тщеславию, но у меня все же есть определенная репутация. Не хотелось признавать, но замечание советника больно ударило по самолюбию. В голове тут же созрел план.

Сделав незаметный шаг назад, я нырнула за усатого агента и достала из кармана лист бумаги и карандаш. Продолжая смотреть перед собой, быстро написала пару слов и свернула послание. Теперь нужно было незаметно подобраться к Грайму и подбросить записку ему в карман.

Будь это обычный человек, я бы использовала классику: случайное столкновение. Но, обнаружив записку, советник сразу поймет, когда ему ее подбросили. А я хотела, чтобы он подавился своими словами о дилетанте.

Снять значок с груди усатого было проще простого. Он слушал Грайма с открытым ртом и не видел ничего вокруг. Дальше все тоже прошло как по маслу. Сначала ненавязчиво обратить на себя внимание, потом подопнуть ногой значок.

— Эй, парень, ты что-то обронил.

Сердце на мгновение екнуло, но я повернулась, недоуменно оглядываясь. Подняла значок и зашагала к Грайму, вчитываясь в надпись.

— Это не мое, господин советник, — произнесла низким голосом. — Литто, а, ну-ка, глянь, твой ведь?

Я протянула руку, размещая ладонь так, чтобы она оказалась аккурат над карманом куртки Грайма. Растерянный Литто подошел к нам, забрал у меня значок и замотал головой.

— Это Симона. Эй, Симон, ты чего значок потерял?

Вокруг нас начали собираться люди. Собственно, большего мне было и не нужно. Записка уже перекочевала в карман Грайма. Оставалось только незаметно улизнуть.

***

— Астра, ты отчаянная, знаешь?

Арчи, мой лучший друг и агент первого класса покачал головой. Вообще, агентам было запрещено вступать в отношения, в том числе дружеские. Но на наши Ойра смотрела сквозь пальцы. Я даже знала почему. Наверняка мастер считала, что Арчи положительно на меня влияет.

— На самом деле это было легко. И скучно.

Я спрыгнула со стола и подошла к окну. Вчера, когда удалось все так быстро провернуть, я испытала легкое разочарование. И это весь Грайм? Прозвище Ткач ему дали за то, что он якобы мог связать воедино факты, у которых на первый взгляд не было ничего общего. Похоже, слухи о его сверхъестественных талантах были слегка преувеличены. Вряд ли он доставит мне серьезные неудобства.

Внезапно мое внимание привлек какой-то шум у входа в бордель. Я подалась вперед и тут же отпрянула от окна. Быть этого не может!

— Что там? — Арчи поднялся с дивана и хмуро свел брови.

— Стой. — произнесла тихо. — Не подходи. Там Грайм.

— Чего-о-о? Как он нашел тебя?

— Понятия не имею.

Я прикинула в голове варианты. Ничто не могло вывести его на бордель. Это просто совпадение. Возможно, советник решил первым делом подобрать себе любовницу в Тирхольме?

— Элин справится?

— Конечно, ей не впервой прикрывать нас. Пойдем послушаем, какого беса ему тут надо.

Мы с Арчи нырнули в потайной ход, который опоясывал все здание борделя. Хозяйка заведения, Элин, в прошлом была актрисой. Этот ее талант уже много раз выручал нас. Двигаясь бесшумно, мы дошли до гостиной, где Элин принимала гостей. Услышав голос Грайма, я невольно замерла. Сердце взволнованно забилось. Что, если я недооценила его?

Глава 2

Эмиль

Если бы это были его подчиненные, он бы избавился от них. В прямом смысле слова. Особенно от лысого. Идиоты даже не поняли, что никакой крысы в их отделе не было. Этот Стриж, скорее всего, сам сюда ходит. Наглец. Эмиль усмехнулся про себя. Он не сомневался, что парень и сейчас был здесь, среди этого сброда.

— То есть вас несколько месяцев водит за нос дилетант?

Сказав это, Эмиль окинул незаметным взглядом толпу. Хорош, засранец. Ничем не выдал себя. Он бросил в воздух еще парочку нелестных фраз.

После этого можно было не сомневаться, что парень попробует ответить. По крайней мере он бы обязательно поставил оппонента на место. Поэтому, когда, прыгнув в магмобиль, Эмиль обнаружил в своём кармане записку, он довольно хмыкнул.

«Добро пожаловать в Тирхольм, советник Грайм».

Он обвел пальцем изящные буквы. Так ты женщина. Легендарный Стриж — женщина. Эмиль улыбнулся уголком губ. Ему пришлось изучить все дела, где она фигурировала. Эмиль не одобрял авантюризм, с которым она проворачивала операции, хотя и отдавал должное исполнению. Ее смелость порой граничила с безрассудством. В их профессии это работало, но до поры до времени.

— Вы разберетесь с этим Стрижом?

Эмиль оторвал взгляд от записки и посмотрел на мужчину напротив. Тот факт, что министр решил задать вопрос лично, о многом говорил.

— Разумеется.

— Поймите меня правильно, советник, до вас его уже пытались поймать, но паршивец каждый раз уходит. А это очень важное дело. Самое важное, я бы сказал. Мы не можем себе позволить, чтобы Стриж обошел нас. Не в этот раз.

Эмиль внимательно посмотрел на министра. Несколько секунд прошли в напряженном молчании, потом мужчина нервно откашлялся.

— Ничего не скажете?

— Я уже вам ответил.

— А но э-эм. — министр постучал тростью по перегородке. — Ладно. Я вас понял. Полностью полагаюсь на ваши таланты.

Магмобиль остановился. Министр уже вышел, но в последний момент повернулся, удерживая дверь.

— За этой машиной — будущее, господин Грайм. Тот, в чьих руках она окажется, и будет победителем.

Эмиль сдержанно кивнул и откинулся на спинку, давая понять, что разговор окончен. О существовании загадочного арифмометра он сам узнал буквально пару месяцев назад. Вычислительная машина, способная просчитывать вероятности будущих событий. Министр Лаудини прав: она не просто изменит расстановку сил. Этот прибор поставит точку в конфликте между канцлером и королевской семьей.

Несколько дней назад ему сообщили, что арифмометр находится в Тирхольме. И канцлер Торнвиль тоже охотится за машиной. Поэтому первым делом ему нужно сбросить со счетов их агента. Эмиль снова достал из кармана записку и поднес к лицу. Карандаш был мягким и пах белым деревом и огненной корой. Довольно дорогой состав, и это значительно сузит круг поисков. Нужно узнать, где в Тирхольме делают такие карандаши.

Астра

— Советник Грайм, — защебетала Элин, — какая честь видеть вас в нашем скромном заведении. Вы же только приехали в город?

Грайм даже не улыбнулся. Он прошел в центр гостиной и без приглашения уселся на кушетку.

— Вчера.

Арчи пихнул меня локтем и беззвучно спросил:

— Это он?

На его лице отражалось недоверие вперемешку с изумлением. Я мрачно кивнула, рассматривая советника. Одет он был, конечно же, во все черное. Черные шаровары, высокие кожаные ботинки и короткая куртка с воротником-стойкой. Вопреки моде его темные волосы были короткими. Большая часть головы была выбрита, а по центру ото лба и до самого затылка шла широкая полоска. В драке за такую прическу не схватишь.

— Желаете посмотреть наших девочек? — так и не дождавшись от гостя других слов, уточнила Элин.

— Не сегодня.

Мы с Арчи молча переглянулись. Элин сделала незаметный жест, и к кушетке тут же подбежала Перси. Она изобразила книксен, при этом ее идеальная пышная грудь практически вывалилась из платья.

— Может быть, господин желает массаж или другие удовольствия? — произнесла она своим знаменитым бархатистым голосом.

Грайм повернулся к Элин, игнорируя бедняжку Перси. Та выпрямилась, непонимающе хлопая длинными ресницами.

— Я шел из канцелярской лавки по соседству, решил заглянуть из любопытства.

— «Аразалия»? — Элин улыбнулся, но я поняла, что хозяйка борделя начинает нервничать.

— Да, мне там приглянулись карандаши из белого дерева.

Грайм поднялся с кушетки, а у меня после его слов практически перестало биться сердце. Я покупаю свои карандаши из белого дерева в «Аразалии». И именно таким карандашом была написана записка.

— Уже уходите, господин советник? — голос Элин звенел от напряжения. — Обязательно заглядывайте к нам еще. Буду рада, если вы передумаете.

Он остановился на полпути к двери и посмотрел на Элин.

— Вы не выглядите радостной, вы выглядите напуганной. Но буду иметь в виду ваше предложение.

Широким шагом Грайм покрыл оставшееся расстояние. Как только дверь за ним закрылась, Элин шумно выдохнула. Было видно, что ее всю трясет от волнения. Она шикнула на подбежавшую к ней Перси и пошла в сторону столовой. Элин знала правила: после ухода тех, кто что-то вынюхивает, нужно вести себя как обычно. Поэтому в наше с Арчи логово она поднялась лишь спустя полчаса.

— Астра, девочка! Умоляю, только не говори, что он ищет тебя!

Я пожала плечами, а Элин театрально ахнула.

— Он не обратил внимания на Перси, Астра! Этот Грайм не мужчина, он хладнокровный дьявол! До меня доходили слухи, но он оказался еще хуже!

— Ты драматизируешь, — я поморщилась.

— Поговорим, когда он поймает тебя за хвост!

Элин обвиняюще ткнула в меня пальцем, фыркнула и выскочила из комнаты. Арчи развел руками:

— В целом она права, Стрижонок. У Грайма не бывает осечек, от него еще никто не ушел. Чем ты себя выдала?

Я раздосадованно поджала губы. Признаваться в такой глупой ошибке было стыдно, даже Арчи.

— Записка. Думаю, он сразу догадался, что я там, и специально подначивал меня. Ему нужно было, чтобы я сделала хоть что-то, за что он мог бы зацепиться. Карандаши, которыми я пользуюсь, продают всего в трех местах города.

— «Аразалия»? — Арчи понимающе покачал головой. — В любом случае три места лучше, чем одно. Если бы Грайм был уверен, что ты здесь, перевернул бы все вверх дном.

Я опустилась на стул, чувствуя, как меня охватывает азарт. Мне были по душе сложные поручения, а советник может стать хорошим дополнением к последнему заданию. Пусть считает, что напал на мой след. Я собиралась подпортить безупречную репутацию Грайма.

Глава 3

— Я снимаю тебя с дела.

— Нет! Почему?!

Я возмущенно уставилась на Ойру, но она смотрела в окно. Косые солнечные лучи падали на ее лицо, подсвечивая морщинки. Несмотря на возраст, мастер оставалась поразительно красивой женщиной. Я на ее фоне всегда выглядела оборванкой.

— Арифмометр очень важен, а у тебя на спине огромная мишень. — Ойра повернулась. — Грайм? Астра, серьезно? Когда ты планировала сказать мне об этом?

— Сегодня?

Я виновато улыбнулась, но Ойра явно была не в настроении для моих шуток. Она отошла от окна и двинулась к столу. Если мастер сядет на свое рабочее место, это будет означать, что разговор окончен.

— И кому ты хочешь отдать это дело?

— Рону.

— Что?! Да он же придурок!

Ойра резко развернулась, ударяя ладонью по столу.

— Зато мне будет плевать, когда Грайм его прикончит!

Я осеклась. Ойра заменила мне мать, хотя никогда не признавалась в этом. Она постоянно говорила, что ей просто нужен был кто-то достаточно тощий, чтобы пролезать между прутьями оград.

В ту ночь, когда люди короля вырезали целый квартал, я тоже умерла. Вместе с родителями, старшим братом и младшей сестренкой. Я так легко шла на любой риск, чтобы напоминать себе, что до сих пор жива.

— Ты должна залечь на дно.

— Но именно этого он и ждет, — я порывисто шагнула к столу. — Он начнет рыть и все равно найдет меня. Нужно действовать, Ойра! Только так я смогу добраться до арифмометра раньше него и избежать участи, которая постигла других агентов.

Мастер усмехнулась.

— Думаешь, Грайм тебе по зубам? Астра, ты отличный агент, но тебе всего двадцать четыре

— Двадцать пять!

— будет через два месяца. У советника есть личное кладбище из таких, как ты, — молодых, дерзких и самонадеянных.

Я достала из кармана сложенный лист бумаги и протянула его Ойре. Мне удалось нарыть кое-какую информацию о человеке, который может знать, где находится арифмометр. Мастер внимательно изучила записку и устало вздохнула. Я видела, что она сомневается.

— Я справлюсь. — произнесла я тихо и добавила: — И буду очень осторожна.

Вот последнего говорить не стоило. Лицо Ойры перекосило от гнева, и я тут же попыталась успокоить ее:

— Настолько, насколько это, возможно, конечно.

Мастер тряхнула головой:

— Не лезь к нему, Астра. Ты как любопытная кошка.

— Любопытство тут ни при чем! Я всегда так делаю! — я не выдержала и возмущенно всплеснула руками. — Подбираюсь максимально близко к противнику, узнаю все его слабости, а потом обхожу его. Не помню, чтобы раньше ты была против.

Ойра откинулась на спинку стула. Несколько минут она смотрела в одну точку, взвешивая все за и против. Я стояла напротив, изображая самого послушного агента на службе канцлера.

— Если он не убьет тебя в течение недели, можешь продолжать, — бросила она в итоге холодно и отвернулась, доставая из ящика стола какие-то бумаги.

Я с трудом удержалась, чтобы не броситься ей на шею и не расцеловать. Представляю, чего Ойре стоило это решение. Стараясь не наделать лишнего шума, я начала медленно отступать к двери.

— Ну? — Арчи оторвался от стены и подошел ко мне.

Я вскинула вверх сложенный кулак, давая понять, что всё прекрасно.

— Что будешь делать?

— Займусь информацией от твоего осведомителя, — я похлопала по карману с запиской.

Не знаю, почему я решила скрыть от Арчи свое намерение залезть в дом Грайма. Возможно, внутреннее чутье уже тогда подсказывало, что это настоящее безрассудство. Даже для меня. Но Ойра была права, сравнив меня с любопытной кошкой. Потому что я буквально ощущала, как покалывает кончики пальцев от желания разузнать все про советника.

Попрощавшись с Арчи, я ненадолго забежала в свою небольшую квартирку, чтобы переодеться. Как минимум одно преимущество перед Граймом у меня было: он всё еще считал, что Стриж — это парень. Надвинув на глаза черную кепку, я изменила походку и направилась к дому, в котором жил советник.

Рассматривая обшарпанный кирпичный фасад, я усмехнулась. С первого взгляда решение поселиться здесь казалось недальновидным и небезопасным. Никакого уединения: шумная улица, справа и слева к дому вплотную примыкали другие здания. В зазор между ними мог протиснуться разве что подросток. Но зато тут не было заднего двора, где можно спрятаться. А отсутствие забора с лихвой компенсировалось многочисленными зеваками. Попытайся я войти сюда через парадный вход, меня бы сразу заметили.

Но, к счастью для меня и к несчастью для Грайма, я умела заходить не только через двери. Преодолев последний метр узкого дымохода, я зажала нос, чтобы не чихнуть, и выбралась из камина. Судя по всему, большая комната служила одновременно спальней и кабинетом. У окна стоял небольшой стол, а пространство вдоль противоположной стены занимала кровать.

Я обвела взглядом помещение. Грайм никак не пометил комнату, по крайней мере, пока. Обычно люди таскают с собой кучу разного барахла: оружие, награды, какие-нибудь личные трофеи. Всё это занимает почетное место где-нибудь на стене. Я подошла к столу в надежде найти там хоть что-то, что может помочь в поисках арифмометра.

Но первое, что я увидела на гладкой поверхности, оказалась записка. Ровным почерком на желтоватой бумаге было выведено:

«Не люблю незваных гостей».

Я наклонилась и понюхала записку. Белое дерево и огненная кора. Это послание явно предназначалось мне. Хмыкнув, я обошла стол, разглядывая другие бумаги. Вряд ли здесь есть что-то важное, учитывая, что Грайм ждал гостей. Но я умела пользоваться даже крохами информации.

Когда внизу хлопнула дверь, я метнулась к камину. Что он тут делает?! Грайма еще как минимум пару часов не должно быть дома! Осознав, что не успею доползти до самого верха, не наделав шума, я открыла перемычку, нырнула в старый боковой дымоход и затаилась. Дверь в комнату распахнулась практически сразу.

Через небольшое отверстие мне было хорошо видно Грайма. Он подошел к столу, снял куртку и накинул ее на спинку стула. Только когда в ушах зашумело, я поняла, что почти не дышала. Я уже находилась близко к нему, но тогда вокруг нас были люди. Сейчас ощущения казались совсем другими. У меня все волоски на теле встали дыбом от осознания опасности. Внезапно Грайм замер и слегка повернул голову.

— Ты здесь?

Глава 4

Услышав спокойный низкий голос, я вытянулась в струну. Как он догадался? Я не дотрагивалась до записки и осмотрела все помещение на предмет сигнальных ловушек.

— У тебя очень пристальный взгляд. Я его чувствую, — ответил на мой немой вопрос Грайм.

Советник медленно повернулся кругом, внимательно рассматривая стены. При этом он умудрился не издать ни единого звука. В этой тишине казалось, что даже если волосок упадет с моей головы, Грайм услышит.

— Я могу облегчить тебе задачу. Ты просто сдашься, а я не буду тебя убивать. — его голос вдруг зазвучал мягче. — Согласна?

Если до этого сердце билось от волнения как сумасшедшее, то теперь оно почти остановилось. Грайм знает, что я не парень. Я не просто недооценила его — я села в лужу. Собрала все ошибки, которые совершают новички. Так что, возможно, советник был не так и не прав, когда обозвал меня дилетанткой.

Грайм вернулся к столу, одновременно расстегивая запонку. С тихим стуком положил сначала одну металлическую застежку на поверхность, потом вторую. Я невольно восхитилась его выдержкой. Ведь у меня могло быть с собой оружие, а он спокойно стоял спиной к врагу.

— Мне нравится твоя работа. Но сейчас ты мешаешь моей.

Он внезапно поднял голову и посмотрел ровно в то место, где лежала я. Только многолетние тренировки позволили мне не дернуться и остаться неподвижной. Но я ощутила, как между лопаток собирается струйка холодного пота. Грайму не было нужды говорить вслух, что бывает с теми, кто мешает его работе.

— Я не люблю сажу и бесполезную суету. Мои плечи не пролезут в этот дымоход, так что ты наверняка успеешь уйти до того, как я доберусь до тебя. — он опустил голову, как будто потерял интерес к моему местоположению. — Поэтому предложение действует ровно один раз. Либо сдаешься сейчас, либо не жди пощады.

— Паршивое у вас предложение, советник Грайм! — выкрикнула я и начала шустро ползти по проходу.

Выбравшись на крышу, я скатилась на другую сторону здания и понеслась так, что за мной наверняка образовался небольшой смерч. Я петляла по городским улицам еще минут сорок, прежде чем нырнула в узкий проход и забралась в собственную квартиру через окно. От волнения меня даже немного потряхивало. Такого не бывало уже кучу лет: последний раз я так нервничала во время своего первого задания.

Плюхнувшись на кровать, я вытянулась во весь рост и рассмеялась. Уверена, примерно такие же эмоции испытывают люди, которым удалось избежать неминуемой смерти. Грайм с такой легкостью позволил мне уйти, что стало даже обидно. Он ни секунды не сомневался, что скоро поймает меня. Я снова потянулась и перевернулась на бок, сворачиваясь в клубок и запихивая ладошки между коленями.

Последнее время я расслабилась и начала верить в то, что лучше меня никого нет. А Грайм встряхнул меня так, что аж зубы клацнули. Теперь я буду в разы осторожнее.

— Кажется, вы упустили свой шанс быстро поймать меня, господин Грайм, — пробормотала я себе под нос и почувствовала, как веки тяжелеют.

Несмотря на то, что мне пришлось удирать как подстреленному зайцу, вылазка в дом советника оказалась не бесполезной. Среди кипы ненужных бумаг я заметила приглашение на бал-маскарад в дом мадам Пьяроль. Это место было мне прекрасно известно. Там часто собирались сторонники умирающего короля. И их целью были отнюдь не танцы.

Наследник престола, принц Мелвин, понимал, что с каждым днем все больше жителей Форланда хотят видеть на троне канцлера. Удержать власть королевская семья могла либо силой, либо зная любой ход противника наперед. Так что таинственный арифмометр был их реальным шансом на победу. Наверняка они устраивают это собрание, чтобы обсудить план действий.

Разумеется, Грайм не просто так оставил торчать из стопки приглашение с узнаваемым вензелем дома Пьяроль. Это была приманка. Интересовало меня другое. Советник рассчитывает, что я глупо клюну на эту приманку, или понимает, что я понимаю, что это приманка, и будет действовать исходя из этого?

Широко зевнув, я повернулась на другой бок и провалилась в сон. Разбудил меня легкий стук в окно — два коротких удара, тишина, два коротких удара. Арчи. Что он тут делает? Мы старались встречаться только в борделе. Открыв окно, я позволила ему залезть внутрь и вопросительно выгнула бровь.

— Бонни сказал, что не договаривался о встрече с тобой, и я подумал

— Ты решил проверить меня? — я прищурилась.

Арчи прошел в комнату и наглым образом растянулся на моей кровати. Закинув руки за голову, он посмотрел на меня и улыбнулся:

— Успокойся, Стрижонок, я не собираюсь лезть в твои дела. Просто хотел убедиться, что ты в порядке.

Я забралась с ногами на кровать, отпихивая в сторону конечности Арчи. Он ворчливо уселся рядом. Пару минут мы просто сидели молча, облокотившись на стену, а потом я решила признаться:

— Я залезла в дом к Грайму.

— Заметно, — Арчи весело покосился на меня.

— Черт!

Я начала тереть ладонями щеки, убирая с них сажу. Представляю, какой у меня был вид! Спросонья, лохматая и с черным лицом. После моего рассказа смеяться Арчи перестал. Он согласился со мной, что приглашение на бал — это приманка.

— Пойдешь?

— Конечно, — я фыркнула. — Бонни ничего толком не знает, а мне нужна информация. Если роялисты в курсе, где находится человек, владеющий данными об арифмометре, я доберусь до него первой.

Арчи запрокинул голову, с интересом рассматривая пустой потолок.

— Ты ведь понимаешь, что Грайм воспользуется балом, чтобы поймать тебя? Он расставит столько ловушек, что там даже мышь не проскочит.

Я это понимала и поэтому уже придумала план. Покосившись на обеспокоенного Арчи, я с улыбкой подпихнула его локтем:

— Какая удача, что я не мышь, да?

Глава 5

Эмиль

— Они больше переживают за цены на черную смолу, чем за будущее трона.

Сегерда брезгливо передернула плечами, позволяя легкой ткани соскользнуть еще ниже. Эмиль отвернулся к окну, не чувствуя никакой заинтересованности в куске обнаженной плоти.

— Это логично. Даже если Торнвиль захватит трон, смолокурни никуда не денутся. А Форланд останется главным поставщиком черной смолы на континенте.

— И вас это не беспокоит?

— Нет.

Некоторое время она смотрела на него, а потом усмехнулась:

— Нет и всё? Когда вы пытаетесь очаровать даму, то тоже используете всего пару слов?

— Я не пытаюсь очаровать вас, госпожа Пьяроль, мы тут по делу.

Он надеялся, что хозяйка дома уйдет, оставив его наедине со своими мыслями, но Сегерда продолжала кружить над ним, как орлица. Она обошла стол, чтобы снова оказаться у него перед глазами.

— Я слышала, вы распустили местный отдел.

— Они не справлялись со своей работой. Завтра порталом сюда прибудут мои люди.

Сегерда вскинула идеально очерченные брови.

— Неужели все ради одного человека, советник? Этот Стриж действительно настолько опасен, что вы лишили работы отличных парней? У каждого из них есть жены и дети. Сейчас сложные времена, и остаться без средств к существованию

— Если бы эти люди пеклись о детях и женах, — перебил он ее грубо, — то выполняли бы свою работу должным образом.

В ответ последовало очередное молчание, в котором явно угадывалось раздражение. Но последнее, чем Эмиль сейчас хотел заниматься, — это развлекать болтовней женщину, которая считала политику забавной игрой.

— Займусь последними приготовлениями. С вашего позволения, господин Грайм, — Сегерда кивнула и наконец вышла из кабинета.

Его мысли переключились на другую женщину ровно в ту секунду, как за Пьяроль хлопнула дверь. Эмиль выглянул в окно, рассматривая разбитый перед поместьем сад. Он распорядился соорудить по всему периметру практически невидимую сигнальную сеть. Это была его личная разработка. В этот момент один из агентов объезжал гостей бала, чтобы передать им специальный пропуск. Только те, у кого он есть, смогут пройти через сеть. Эмиль специально не стал выдавать их заранее и вообще никому не говорил об их существовании, чтобы Стриж не смогла подготовиться.

Он опустился в кресло и закрыл глаза. Эмиль даже обрадовался, когда понял, что она пробралась в его дом. Ему давно никто не бросал вызов. Было в этом что-то бодрящее. Будет даже немного жаль поймать ее. Возможно, ему бы удалось уговорить ее перейти на сторону короля, но шансов мало. Ойра — отличный манипулятор. Она всегда берет к себе тех, кто обозлен на корону.

Через несколько минут Эмиль встал и открыл дверь кабинета.

— Собери всю прислугу в малом зале, — отдал он короткий приказ временному помощнику.

Парень кивнул и убежал. Когда через полчаса Эмиль спустился в зал, два десятка человек стояли там, покосив взгляд в пол. Он прошелся вдоль ряда, внимательно рассматривая каждого. Пара лакеев, дворецкий, пожилая экономка, несколько горничных и служанок в уродливых чепчиках, закрывающих половину лица.

— Поднимите голову и посмотрите на своих соседей справа и слева. Вы их знаете?

Все начали недоуменно смотреть по сторонам, а следом раздался робкий хор голосов:

— Да, господин.

— Тогда назовите их по именам.

Просьба вызвала еще больше удивления, но Эмилю было плевать, кто и что подумает. Он не даст провернуть ей один и тот же номер дважды. Убедившись, что это вся прислуга, которая работает в доме, он еще раз обошел ряд и только после этого сказал, что все могут быть свободны.

Вернувшись к кабинету, Эмиль обнаружил в коридоре Лаудини. Министр гневно постукивал тростью по полу, а временный помощник стоял истуканом и смотрел в стену.

— Ваш помощник отказался пускать меня в кабинет! — министр шагнул к нему, возмущенно указывая на вытянувшегося по швам парня.

Эмиль еще раз внимательно взглянул на него. Возможно, стоит оставить парня в команде.

— Он выполнял мой приказ. Входите.

Лаудини вошел в кабинет и порывисто повернулся. Вытащив из кармана сложенный в несколько раз лист бумаги, он протянул его Эмилю.

— Как вы догадались, что этого ученого повезут поездом, а не порталом?

— Он много лет работал над методами очистки черной смолы. — Эмиль раскрыл записку с датой и временем перевозки ученого. — С годами на нее вырабатывается непереносимость. От запаха смолы начинает мутить, вплоть до потери сознания.

Ему и самому не нравился удушающий запах портального топлива, но иногда приходилось терпеть, чтобы куда-то быстро добраться. В любом другом случае он тоже предпочитал поезда. Эмиль спрятал записку в карман куртки.

Как ему удалось выяснить, над арифмометром работали несколько человек. Судя по тому, что они решили спрятать его, результат труда испугал самих создателей. Перед смертью один из ученых проговорился, и теперь каждая сторона считала своим долгом заполучить прибор. Король проживет еще несколько месяцев, не больше. Мелвина, наследника престола, Эмиль не считал идеальной кандидатурой. Но насильственная смена власти еще ни разу не привела ни к чему хорошему. Особенно когда трон захватывает такой человек, как канцлер Торнвиль. Поэтому если кому-то и суждено владеть арифмометром, то пусть это будет королевская семья.

После ухода министра Эмиль спустился в сад и еще раз проверил работу сетки. Внизу царила суета: служанки носились по лестницам, расставляя вазы со свежесрезанными цветами. Дворецкий раздавал указания, периодически поторапливая их. Эмиль не удивился, когда в этом хаосе его чуть не снесла с ног сначала одна девица, а потом вторая.

— Ох! — служанка перехватила в воздухе вазу, а Эмиль поморщился, удерживая ее от падения.

— Осторожнее.

— Простите, господин, — она торопливо поклонилась и побежала к ругающемуся дворецкому.

Вскоре начали прибывать гости, и Эмиль чутко следил за каждым, кто входил на территорию поместья. Он был против маскарада, но Пьяроль и остальные вцепились в глупую традицию как бешеные псы. Даже министр заявил, что сторонникам короны как никогда важно почувствовать опору под ногами. Теперь они все возмущенно перешептывались и бросали косые взгляды на его лицо без маски.

Сеть так и не сработала. Бал был уже в самом разгаре, а Эмиль всё стоял и напряженно всматривался в темноту сада. Неужели она не клюнула? Он повел плечами, сбрасывая скопившееся за вечер напряжение. Неясное беспокойство всё не отпускало. Что-то не так. Эмиль выдохнул и начал вспоминать весь вечер. Он где-то ошибся.

Расставленная сеть, пропуски, доставленные лично в руки. Она точно не входила сюда сегодня. Эмиль замер. Сегодня. Сердце забилось быстрее, и он нахмурил брови — непривычное ощущение. Стриж не входила сюда сегодня. Могла ли она пробраться в поместье до того, как была раскинута сеть? Но Эмиль проверил весь персонал.

Он быстро залез в карман, вспоминая, как столкнулся с двумя служанками. Она бы не рискнула. Это способ карманников и новичков. Записка была на месте, и Эмиль почти выдохнул, но внезапно понял, что на ощупь она другая — более гладкая. Не до конца веря в происходящее, он вытащил ее из кармана и развернул.

«Иногда простое решение — самое верное, господин Грайм».

Эмиль хмыкнул. Значит, та служанка. Из-за вазы ему не удалось разглядеть ее лицо. Он вспомнил, как его руки сжались на тонкой талии. Совсем еще девчонка.

— Ладно, Стриж, считай, ты меня заинтересовала, — он засунул записку обратно в карман.

Она не учла один момент: войти сюда было гораздо проще, чем выйти. Впервые за долгие годы Эмиль поймал себя на том, что чувствует предвкушение.

Глава 6

— Осторожнее.

Я извинилась тоненьким голоском и метнулась к дворецкому. Как только Грайм скрылся на лестнице, я пихнула горшок с цветами первой попавшейся горничной и побежала в сад. Нужно было где-нибудь спрятаться и перевести дух. Облокотившись о шершавый ствол огромного дерева, я пыталась понять: сердце так колотится из-за того, что мне удалось всё провернуть, или потому что Грайм коснулся меня.

Когда он сжал мою талию, удерживая от падения, у меня даже затылок кольнуло — настолько острым было ощущение. Когда будто я сначала упала в теплые морские волны, а потом вода вытолкнула меня обратно. Похоже, я пересидела в том шкафу.

Попасть в дом Пьяроль было несложно. За несколько дней до бала на кухню начали заказывать продукты. Арчи был в хороших отношениях с продавцом овощей, поэтому тот без вопросов позволил «любимому племяннику» попробовать себя на новом месте. А вот прожить несколько дней в чужом доме так, чтобы тебя никто не заметил, было гораздо труднее.

Из своего укрытия я вылезала поздно вечером, чтобы добыть еды, воды и привести себя в порядок. Когда все засыпали, мне приходилось тренироваться, чтобы мышцы не задеревенели от долгой неподвижности. Форму горничной я утащила из прачечной и спрятала ее в шкафу.

Грайм приехал за сутки до начала бала, и в поместье все стали передвигаться на цыпочках. Кроме госпожи Пьяроль, разумеется. Она постоянно вертелась вокруг советника и отвлекала его глупой болтовней. Иногда мне хотелось вылезти из шкафа и вытолкать ее взашей из кабинета. Я рассчитывала, что они будут обсуждать арифмометр, но, похоже, хозяйку поместья больше интересовало, как пробраться в койку к Грайму.

Все эти сутки я тоже ходила за ним хвостиком, опасаясь пропустить что-нибудь важное. Он никому не сказал, что Стриж — женщина. Это было странно, но играло мне на руку. А еще у Грайма что-то болело. Я видела, как после ухода Пьяроль он опустился в кресло и закрыл глаза. В детстве отец всегда так делал, когда у него ныл старый перелом. Я сразу узнала это выражение лица — когда человек пытается отвлечься от изнуряющей боли.

В какой-то момент я уже решила, что эта информация станет самой ценной. Но тут появился министр Лаудини и передал Грайму записку. Я вытащила ее из кармана, прочитала и засунула обратно. Ученого будут перевозить через три дня, есть время все подготовить.

Я просидела в саду еще пару часов. К этому моменту гости захмелели и расползлись по всей территории поместья. Я прислушивалась к пьяным разговорам, чтобы потом передать всё Ойре, и выжидала, когда можно будет ускользнуть. Ближе к полуночи охранники, расставленные по периметру поместья, начали скучать и перекрикиваться. Потом один осмотрелся и, не заметив ничего подозрительного, пошел к своему приятелю. Через несколько минут его примеру последовал другой. Пора.

Я скинула пышную юбку горничной, под которой прятались удобные штаны. Вытащила из-за пазухи кепку, швырнула в траву уродливый чепчик и собрала волосы. Лицо на всякий случай закрыла черным платком. Убедившись, что охранники скрылись из виду, я ловко взобралась на зеленую ограду и спрыгнула.

Перелетая через ограду, краем глаза я заметила сбоку какое-то свечение. Сначала я решила, что это светлячки, но свет был голубоватым. Взгляд скользнул по изгороди, но свет пропал. Я немного наклонила голову, меняя угол обзора. Внутри всё похолодело. Да это же сигнальная ловушка! Никогда не видела таких! Я резко развернулась и уже наклонила корпус вперед, готовая сорваться на бег, но меня остановил спокойный голос:

— Ты всегда так легко попадаешься?

Проклятье! Судя по звуку, он стоял буквально на расстоянии вытянутой руки. По позвоночнику — от затылка и до самой поясницы — прокатилась волна мурашек. Я медленно потянулась к нагрудному кармашку, где на такой случай лежала горстка песка.

— А ты всегда празднуешь победу раньше времени?

Крутанувшись на месте, я швырнула ему в глаза песок и понеслась прочь. Как назло, поместье Пьяроль находилось на окраине городского парка, прямо у озера. У меня не было возможности затеряться в узких переулках, поэтому приходилось петлять между деревьями, перепрыгивать через кусты, скамейки. Грайм не отставал, бесшумной тенью скользя за мной следом. Нужно было избавляться от него.

Свернув за большую деревянную беседку, я схватилась за перекладину и оттолкнулась. Грайм, который как раз добежал до беседки, не успел отклониться. Ногами я со всей силы врезала ему в грудь. От удара мы с ним разлетелись в разные стороны, но тут же вскочили. В руке Грайма что-то сверкнуло, и я тут же выхватила из-за пояса два клинка. Он удивленно приподнял брови.

— Что, думал, только ты умеешь ими пользоваться? — я сделала ложный выпад, но Грайм даже не шелохнулся.

— Справедливости ради, я еще не видел тебя в работе. Может, ты их для красоты носишь.

Мы начали кружить по небольшой площадке между деревьями, присматриваясь друг к другу.

— Можешь не надеяться, у тебя не получится спровоцировать меня.

Грайм едва заметно качнул головой:

— Каждый раз получается.

Я злобно прищурилась, желая запустить клинок ему в лоб в ту же секунду, но быстро взяла себя в руки. Мы сделали еще один круг, при этом я потихоньку отступала назад, притворяясь, что планирую бежать. Под моей ногой хрустнула ветка. Грайм на долю секунды опустил взгляд. Кинжал с тихим свистом рассек воздух, но он успел отбить его, используя свой.

— Неплохо, — Грайм покосился на плечо, в которое я целилась, — но

Он даже не замахивался, просто резко разогнул кисть. Я вздрогнула от звука клинка, вонзившегося в ствол. Он почти задел меня — у бедра я ощутила, как шевельнулась ткань штанов.

— Промазал.

— Да ну?

Грайм шагнул ко мне, и я метнулась в сторону. Вернее, попыталась. Оказалось, что клинок пронзил не только кору дерева, но и мои широкие штаны, пригвоздив меня к стволу. Драгоценные секунды ушли на то, чтобы разорвать ткань. Я бросилась в противоположную сторону, но не успела. Талию обхватила сильная рука, и меня дернуло назад.

Я попыталась вывернуться и дотянуться до него вторым клинком, но Грайм ловко выкрутил мои руки и прижал к дереву. Я выдохнула, ощущая через платок собственное горячее дыхание.

— Тихо, не дергайся, — он навалился сильнее, полностью лишая меня возможности пошевелиться.

Мне казалось, что я чувствую каждую мышцу в его теле: стальные плечи, торс, крепкие бедра, прижимающиеся к моим. Я уловила момент, когда ровное дыхание Грайма немного сбилось. Он потянулся к моему лицу, чтобы снять платок, но я уже была готова. Полностью расслабив тело, я сломанной куклой повисла в его руках.

Грайм замешкался всего на секунду — всё же уловка была старой как мир — но мне этого хватило. С силой размахнувшись, я ударила его затылком в лицо. За спиной раздался сдавленной стон, хватка чуть ослабла, и я вырвалась.

Глава 7

Я летела через парк, стараясь не обращать внимания на острую боль в затылке. Сил придавало только осознание того, что Грайму сейчас еще хуже. Нужно будет иметь в виду на будущее: он всегда появляется там, где его не ждешь. Попетляв немного по городу, я прибежала в бордель, где уже сидел Арчи.

— Ну как?

— Дай отдышаться. — я со стоном повалилась на кушетку. — Он меня поймал.

— Опять?

— Заткнись.

Я заворочалась, доставая из кармана записку, и протянула Арчи. Он быстро прочитал ее и опустился на пол рядом с кушеткой.

— Почему поезд, а не портал?

— Грайм сказал, что у Нару непереносимость. Его мутит от запаха портального топлива.

Арчи хмыкнул. Некоторое время он крутил в руках записку, а потом постучал по ней ногтем.

— Это поезд компании «Смитсон». Там есть вагон для перевозки заключенных. Он хорошо укреплен: решетки, стальные двери. Такая поездка обойдется в целое состояние.

Я сразу поняла, куда Арчи клонит. Нару, конечно, не бедствовал, но такие траты мало кто мог себе позволить.

— Думаешь, есть еще одна заинтересованная сторона?

— Не сомневаюсь. За арифмометром охотится кто-то еще. И этот кто-то явно на шаг впереди. Так что, Стрижонок, теперь тебе нужно опасаться не только советника. Сильно он тебя помял?

Арчи оглянулся, с любопытством меня рассматривая. Я уже открыла рот, чтобы сказать «да», но повела плечом и поняла, что ничего не болит. Кроме, конечно, затылка. Я задумчиво потерла запястья, за которые Грайм удерживал меня. Даже красных следов не осталось, хотя вырваться не было никакой возможности.

— Астра!

— А? — я моргнула, выныривая из воспоминаний.

— Уснула, что ли?

— Почти. Не спала толком последние дни. В шкафу даже ноги было не вытянуть.

Во взгляде Арчи появился веселый блеск.

— Так что там с Граймом?

— Да все нормально, — я махнула рукой, как будто Грайм меня вообще мало интересовал, — кинжалы только в парке остались.

Арчи потянулся ко мне и похлопал сначала по плечу, потом по колену. Хмыкнул.

— Выглядишь вполне целой для человека, который дрался с кем-то на ножах.

Я пихнула его ногой:

— Отстань, а? Вон видишь, — я привстала, показывая ему дыру в штанине, — этот поганец чуть не продырявил меня.

— В прошлый раз чуть не поймал, в этот раз чуть не продырявил.

Я свесилась с кушетки и подозрительно прищурилась. Арчи уже не скрывал улыбку.

— Ты на что-то намекаешь? Говори прямо, — мой кулак врезался в его плечо.

— Да ни на что я не намекаю! — он со смехом отодвинулся, но потом внезапно стал серьезным. — Просто будь с ним осторожнее. Грайм взрослый мужчина, а ты у меня настоящая красотка.

Он надавил мне пальцем на кончик носа, а я отпрянула, внезапно смутившись.

— Что за глупости, Арчи? Он даже лица моего не видел!

Арчи полностью развернулся ко мне.

— Вот скажи — на каком расстоянии был Грайм, когда бросил в тебя кинжал?

— Не знаю, метров пять, — я пожала плечами.

— Стрижонок, с такого расстояния даже я снес бы тебе голову.

Я хмуро уставилась на друга. Арчи превосходно управлялся с пистолетами, но терпеть не мог холодное оружие. Считал, что не готов к такому близкому общению с людьми.

— Ему необязательно видеть твое лицо. — он ловко поднялся с пола, протягивая мне обратно записку. — Уже придумала, как будем доставать Нару?

Я села и посмотрела на него с любопытством, радуясь тому, что Арчи решил сменить тему. Потому что мне совсем не нравилось, куда зашел наш разговор.

— Будем?

— Только не говори, что собиралась лезть в укрепленный поезд в одиночку.

На самом деле, если Арчи поможет мне, то это решит кучу проблем. На минутку я задумалась, но так и не нашла поводов отказать ему. Кроме:

— Ойра не любит, когда мы работаем вместе.

— А! — Арчи крякнул. — Мастер ничего не смыслит в хорошем веселье.

Я засмеялась. Учитывая, что за арифмометром охотились, похоже, не только мы с Граймом, вылазка и правда обещала быть веселой. Нам нужно будет увести ученого из-под носа кучи людей так, чтобы он не пострадал.

На следующий день ранним утром я шла по городу по блестящей после ночного дождя мостовой. Пекарни еще не открылись, но запах выпечки уже разносился по всей улице, заставляя меня то и дело сглатывать голодную слюну. На другой стороне раздался гудок смоляной станции, и я повернула голову. Мне нравилось смотреть, как работают насосы, закачивающие смолу в трубы, которые потом разнесут ее по всему Тирхольму.

С одной стороны, я восхищалась работой Нару и его коллег-ученых. Им удалось очистить черную смолу так, что в городе уже много лет не стоял удушливый запах. Это была чистая магия, без примесей. С другой стороны, пока они экспериментировали с сырой магией, многие люди заболели и умерли. Мама Арчи, например. Они не щадили никого, вынуждая рабочих трудиться в невыносимых условиях на смоляных промыслах.

Я остановилась на перекрестке, дожидаясь, пока регулировщик взмахнет рукой. Его яркий плащ так сверкал на утреннем солнце, что я поморщилась. Наконец мужчина дал знак, и магмобили дружно остановились. Петляя между случайными прохожими, я шустро перешла дорогу и нырнула под мост.

— Ш-ш-ш, — из тускло освещенного закутка донеслось шипение.

— Достал?

Я подошла ближе, выхватывая взглядом из темноты тощую фигуру. Мужчина вышел на свет, воровато оглядываясь.

— Обижаешь.

Рейми работал в лечебнице и иногда помогал мне с разными порошками. Простому санитару платили ничтожно мало, поэтому Рейми крутился как мог, зарабатывая в том числе незаконными способами. Меня он знал как Изольду — честную труженицу одного из борделей.

— Смотри, ни с чем не смешивай, — Рейми поднял в воздух коробочку, но я резво выхватила ее у него из рук.

— Да знаю я.

Я спрятала порошок в декольте, передала Рейми мешочек с монетами и молча вернулась на улицу. Интересно, Грайм поменял свои планы после того, как записка попала ко мне? Если он доберется до ученого первым, то у него на руках будет козырь. А я не могла этого допустить.

— Посмотрим кто кого на этот раз, — пробормотала я, похлопывая себя по груди с добытым порошком.

Глава 8

Эмиль

Эмиль стоял под деревянным навесом в ожидании своих людей. Над порталом появилось зеленоватое свечение, а вокруг начал распространяться запах неочищенной черной смолы. Какая-то дама сбоку закашлялась и прикрыла рот платочком. Для работы двухстороннего портала требовалась огромное количество магии, поэтому очищать ее было попросту невыгодно.

Спустя минуту каменная арка портала начала переливаться всеми цветами радуги, воздух внутри нее стал плотным, и вскоре показались очертания фигур. Первыми из портала ожидаемо шагнули агенты секретной службы. Эмиль вскинул руку, привлекая внимание Зафира Кейнана — руководителя группы.

— Господин Грайм, — Зафир коротко кивнул, протягивая ему ладонь.

— Зафир, рад видеть. Сегодня отдыхайте, завтра утром введу вас в курс дела.

Эмиль поздоровался с остальными агентами и уже развернулся, но в последний момент заметил, как из портала выходит человек, которого он меньше всего хотел здесь видеть. Зафир с парнями быстро расселись по двум магмобилям и умчались. Эмиль пошел к своему, вслушиваясь в знакомые шаги за спиной.

— Мог хотя бы поздороваться.

— До последнего надеялся, что ты плод моего воображения.

Эмиль подошел к магмобилю, открыл дверь и нырнул внутрь. Архарн успел поставить руку прежде, чем дверь закрылась. Он залез следом и растянулся, закидывая ноги на сиденье напротив. Его темные волосы были собраны в небрежный хвост, а одежда была непонятного грязно-серого цвета. Сейчас он как никогда оправдывал свое прозвище: Тень.

— Тирхольм. Злачное местечко, — Архарн выглянул в окно, рассматривая проплывающие снаружи дома.

— Если под злачным местечком ты имеешь в виду то, что здесь никто не пытается оторвать тебе голову, когда выходишь в булочную за хлебом, то да.

Архарн перевел взгляд на него и криво улыбнулся:

— Ладно. Скучное.

Пару минут они ехали молча, но глупо было надеяться, что эта блаженная тишина продлится долго.

— Что у тебя с лицом?

— Подрался.

Эмиль потер переносицу, которая до сих пор ныла. Так глупо вышло. А ведь он был уверен, что поймал её. Эмиль согнул пальцы, вспоминая ощущение гладкой кожи. Теперь у него было чуть больше информации о ней. Ее волосы вероятнее всего рыжие — он успел заметить веснушки у глаз, когда прижал ее к дереву. Еще она вряд ли способна на хладнокровное убийство. Это жирный минус для нее и огромный плюс для него. Ей стоило целиться чуть левее, прямо в сердце. Тогда у нее был бы шанс сбросить его с хвоста.

— Я знал покойного?

Эмиль хмыкнул.

— Он жив.

Архарн удивленно вскинул брови, но сказать ничего не успел. Снаружи послышался шум выстрелов, и магмобиль резко затормозил. После раздался звук падающего на мостовую тела. Архарн лениво убрал ноги с сиденья и немного отклонился, косясь в окно.

— Похоже, тебе придется искать нового извозчика.

Эмиль тихо выругался. Он планировал провести вечер в тишине и одиночестве, но сначала ему на голову свалился Архарн, а теперь — это. Чувствуя глухое раздражение, Эмиль выбрался из магмобиля. Снаружи его поджидали трое.

— Ткач и Тень. Двоих одним выстрелом. Какая удача, — просипел один из убийц, вскидывая пистолет.

В любой другой день он бы потратил на них время: дал себе возможность размяться, опробовал пару новых замахов. Но сегодня Эмиль был не в настроении. Практически не глядя, он метнул сначала один, а потом второй нож в темноту переулка. Мужчины сдавленно захрипели, падая на колени и хватаясь за горло, а по булыжной мостовой потекли черные ручейки.

В несколько шагов Эмиль нагнал третьего. Тот успел прицелиться, но на секунду отвлекся на своих истекающих кровью товарищей. Выбитый из руки пистолет полетел, делая в воздухе дугу.

— Кто тебя послал? — спросил он, прижимая мужчину к стене.

Тот вскинул голову, обжигая его яростным взглядом.

— Скажу, если сохранишь мне жизнь.

Хруст сломанной шеи заставил Эмиля брезгливо поморщиться. На самом деле он терпеть не мог прикасаться к людям, поэтому предпочитал оружие. В отличие от Архарна, которому нравилось работать руками.

— Можно было и поговорить, — Архарн сплюнул на землю жевательный мох, задумчиво рассматривая бедолагу.

— Пустая трата времени, — Эмиль подошел к двум убитым и достал свои кинжалы, — он все равно не сказал бы правду. Типичный фанатик.

— Так это не люди Ойры?

— Нет. Это третья сторона. Кто-то еще знает о существовании арифмометра.

Эмиль поделился с Архарном своими подозрениями по поводу нового игрока, одновременно окидывая внимательным взглядом улицу. Уже было поздно, поэтому их маленькая потасовка не привлекла случайных свидетелей. Но нужно было как можно быстрее убрать тела. Архарн оттащил убитого извозчика в переулок и сел на его место.

— Беру свои слова обратно. Здесь не так скучно, — он закинул в рот новую порцию мха, распространяя вокруг себя аромат клубники и свежей зелени.

Эмиль устроился рядом и прикрыл глаза. Магмобиль затарахтел и медленно покатился по улице.

— Как твоя голова?

— На месте, как видишь.

— Понятно, по-прежнему болит. — Архарн дернул рычаг, заставляя магмобиль ускориться. — Так ты думаешь, в этом замешаны наши соседи?

Поезд, на котором будут перевозить ученого, поедет из столицы Эйдинии — Вейпорта. Сколько времени Нару провел там, какими связями обзавелся? Никто не знал. Возможно, он был готов продать свой прибор другому государству.

— У Эйдинии мало ресурсов, они тратят огромные деньги на покупку сырой магии. Будь у них прибор, который просчитывает варианты развития событий, они могли бы существенно сократить расходы.

Архарн качнул головой, соглашаясь с его доводами. Они повернули за угол, и Эмиль попросил его остановиться. На краю мостовой стоял ночной посыльный. Он быстро накидал записку для Зафира и передал ее посыльному. Теперь можно спокойно ехать домой: Зафир уберет за ним весь бардак.

— Хм-м, белое дерево, — Архарн бросил быстрый взгляд на карандаш в его руке. — Дорогая вещичка.

Эмиль покрутил карандаш в руке, вспоминая ее первую записку. Он тогда обошел все таверны и бордели рядом с лавками. Несколько мест показались ему подозрительными, но повода устраивать обыски в каждом из них пока не было. Когда они приехали домой, Эмиль по привычке прислушался.

— Ждешь гостей?

Архарн обвел небольшой холл подозрительным взглядом.

— Нет. — Эмиль многозначительно посмотрел на него в ответ.

— Эй, я не гость!

Скинув тяжелый плащ, он прошел в гостиную и плюхнулся в кресло. Звякнул графин, а следом послышалось характерное бульканье. Архарн вытянул ноги и некоторое время вращал бокал, рассматривая, как играют в янтарной жидкости блики.

— Сегерда написала, что ты стал совсем невыносим. Почему бы тебе не порадовать ее? Она красива и явно готова на все, чтобы заполучить тебя в свою постель.

— Я не хочу ее.

— А кого хочешь?

С обреченным вздохом Эмиль опустился в соседнее кресло.

— Ты можешь куда-нибудь исчезнуть?

— Ни за что. — Архарн налил второй бокал и протянул его Эмилю. — Нутром чую: в Тирхольме сейчас происходит все самое интересное. Ты уже поймал этого Стрижа? Парень знатно переполошил старых хрычей. Я бы ему даже руку пожал.

Эмиль смочил губы терпким напитком, одновременно потирая переносицу.

— Побереги нос, когда будешь жать ей руку.

Глаза у Архарна стали огромными, а на губах расплылась улыбка. Он наклонился еще ближе.

— Так вот почему она до сих пор жива. Она женщина.

— Она жива не поэтому.

Эмиль ждал, не сводя с Архарна внимательного взгляда. Он специально сказал о Стриже. Нужно сразу обозначить границы, за которые ему не стоит соваться. Архарн стрельнул глазами по сторонам, а выражение его лица стало плотоядным.

— Я могу помочь.

Эмиль резко выкинул руку вперед, хватая его за горло. Второй рукой он поднес ко рту стакан и залпом выпил содержимое.

— Если её кто-то и убьет, то это буду я.

Бокал со звоном опустился на столик. Только когда лицо Архарна стало фиолетовым, он отпустил его. Тот закашлялся, но сквозь надсадный кашель легко угадывался смех. Архарн вскинул руки и прохрипел:

— Я просто предложил.

— Ты ничего не предлагаешь просто так. Получил что хотел?

Архарн погладил покрасневшее горло и откинулся на мягкую спинку. Его лицо стало серьезным, а взгляд задумчиво скользнул по Эмилю.

— Вполне. Теперь мне все предельно ясно.

— Вот и отлично, — Эмиль поднялся. — Располагайся, а я спать.

Завтра ему предстояла куча дел. Чертовка сперла записку от Лаудини и наверняка собиралась напасть на поезд. Ему нужно быть готовым.