Read the book: «Новая старая жизнь»

Посвящаю эту книгу мне маленькой.

Благодарю тебя, моя девочка, что любила читать и проживала сотни жизней разных персонажей. Благодаря твоей фантазии появилась на свет история прекрасной безусловной любви!

Глава 1

– Ты в порядке? – Харви держал мою руку и смотрел на мои ноги: они тряслись.

– Ох, ну и придумали мы себе приключения на голову, да? – я глубоко вдохнула и попыталась успокоиться.

Я безумно ждала этот день, как многие в зале. День, когда мы заснем на 178 лет. Нас готовили к искусственной гибернации для полета в космос на новую планету, где наш экипаж должен создать и обустроить человеческое поселение для жизни. До нас летали только автономные роботы, которым удалось вернуться обратно с доказательством того, что за пределами Земли есть жизнеспособная планета «Дэвион 78».

За это время ученые умы планеты успели убедиться в бесперебойной работе гиберкапсулы, в которой добровольцы из 50 человек провели свои 178 лет, после чего вернулись к жизни в прежнем состоянии, как и до отключения. И теперь, когда все перепроверено на десятки лет вперед наша планета наконец собрала экипаж для колонизации «Дэвион 78», в числе которых я и мой возлюбленный Харви.

– Знаешь, я думаю, ты немного все-таки успеешь постареть за время нашего полета – я уставилась на его волосы и щурилась в попытке найти недавно увиденный седой волосок.

– С чего ты так думаешь? Никто из испытуемых людей не постарел ни на день. Органы были в целости, показатели здоровья в норме – Харви пытался понять мой вопрос и в недоумении вспоминал результаты исследований.

– Тсс… замолчи. Ну вот же он! Видишь! – резко оторвав его волос, я воскликнула и показывала на седой волосок, еле видный в моей руке.

– Ха! Это не показатель. Когда мы уснем, наш организм перестанет стареть. К тому же ты вырвала его и он не будет плодиться больше на моей голове, пока я сплю – ухмыляясь, Харви прикладывал седой волосок к моей голове.

– Я буду скучать по тебе, – я вдруг почувствовала, как сильно люблю его, и мне захотелось обнять его так, словно весь мир обнимает его одного.

– Мы увидимся буквально через сутки: заснем и проснемся так быстро, что ты даже не заметишь – он потянулся ко мне и обнял.

В его объятиях я была такой защищенной, такой любимой, что любой страх отступал, и я растворялась в спокойствии. Сегодня мы заснем. И если все пройдет успешно, то мы проснемся уже завтра. Ведь мы не вспомним те 178 лет, которые проспим.

– Вивиан Грей и Харви Хьюз, приглашаем на подключение.

Так скоро, так быстро подошла наша очередь, что внезапно мое сердце начало стучать быстрее, дыхание перехватывало, и руки стали холодными. Мне всегда становится жутко холодно, когда я нервничаю. Мысли запутывались и мне лишь хотелось еще раз обнять Харви. Я посмотрела в его глаза, они были полны уверенности и спокойствия. Его руки были такие теплые.

– Мне кажется, я сойду с ума сейчас. Мне страшно. – Я прижалась к нему еще сильнее.

– Малыш, я буду рядом. Нас подключат одновременно и разместят рядом. Помни об этом. – Он поцеловал мои губы и обнимал так крепко, так нежно.

– Да, я помню. Я люблю тебя! Я знаю, что говорю тебе это часто, но хочу, чтобы ты это знал всегда. Я так тебя сильно люблю! – Я целовала его и пыталась запомнить его как можно дольше, ведь нам спать так долго, что в мыслях я представляла, как это ужасно, не видеться столько лет.

– И я тебя люблю, милая! Я знаю, и я рад, что ты говоришь мне об этом, – я чувствовала его безмерное доверие и тепло внутри, обняла его и вдохнула полной грудью еще раз для уверенности.

– Идем, – Харви взял меня за руку и мы вошли в комнату для подключения к капсулам гибернации.

Я помню его улыбку и его карие глаза, как он ложился в капсулу и смотрел в мою сторону. Помню белый свет и персонал компании, голос которых отдалялся все дальше и дальше. Я помню…

* * *

Что это за звук? Незнакомый голос звал меня по имени. Но я же еще не закончила. Я сидела за столом своего дома и ела завтрак. Я поняла, что я во сне, и я просыпаюсь. Со мной такое часто бывало, когда я сплю и начинаю слышать что-то извне, что меня будит. Эх, придется вставать. Хотя я так сладко спала и видела завтрак. Значит еще немного посплю и встану, потом надо будет поработать. Стоп. Это не мой будильник. Что за голос?

– Вивиан? Вивиан?

Это мое имя. Но кто меня зовет? Я не понимаю. Мои глаза так медленно раскрываются, так тяжело, больно. Ох, очень странно, что-то не так.

– Кто это? – я пытаюсь открыть глаза, не вижу ничего.

Свет ослепляет, но кажется я вижу лицо девушки.

– Вивиан, просыпайтесь. Если ваши глаза немного болят, это нормально, – ее голос звучал так спокойно.

– Кто вы?

– Я Джилл. Я помогу вам с пробуждением.

Свет стал более мягким и я начала видеть ее лицо, только вот то, что я увидела, меня смутило еще больше. Она была внутри капсулы, на стекле.

– Это… Что… Мы… Мы прилетели? – мысли начали стремительно атаковать мою голову и я начала путаться, вспоминая детали прошлых дней.

– Вам нужно проснуться и приободриться. Пройдите в зал для осведомления.

Капсула раздвинулась на две стороны, и я смогла присесть. Я собирала мысли воедино и вспоминала, что же было вчера. Как тут я вспомнила, что мы заснули вместе с Харви, и нашу команду, нашу миссию. Я вылезла из капсулы и пошла в сторону капсулы Харви.

Я не понимаю. Он спит. Как такое возможно. Люди на корабле просыпаются только при достижении планеты. Я проснулась. Значит мы уже на месте.

На корабле 3000 пассажиров и 150 членов экипажа. Получается, что мы просыпаемся постепенно, а не одновременно. Нужно проверить остальных проснувшихся. Я пошла в сторону выхода из отсека с капсулами. Через длинный коридор я дошла в главный холл, где была стойка с навигацией по кораблю. Джилл говорила что-то про зал для осведомления. На карте я нашла зал в 7-ом отсеке, это недалеко от главного холла. Отлично, может быть там есть те, кто проснулся.

Я подошла к 7-ому отсеку, пока никого не видно. Здесь судя по всему отсек для информационного просвещения, довольно много разных залов. А вот и мой зал: конференц-зал. Здесь было много мест для сиденья, как и подобает в больших конференц-залах. И видимо после пробуждения экипаж приходит сюда для быстрой адаптации и осведомления по пройденному пути.

Хорошо, зал я нашла, но, где люди? Это немного напрягает, учитывая, что я ожидала немного другого пробуждения. Я присела на одно из мест и тут на экране высветилась Джилл.

– С пробуждением! Внешнее и внутреннее состояние корабля «Зион» – 100%, без изменений и неисправностей. Напоминаю вам, что мы летим на планету «Дэвион 78», где вместе построим новое поселение для жизни. На текущий момент мы пролетели часть нашего пути, равного 70 земных лет. До достижения планеты «Дэвион 78» осталось…

– 108 лет – произнесла я одновременно с Джилл.

Нет, нет, нет. Как это 108 лет? Джилл продолжала что-то говорить, но мой мозг начал активную деятельность по принятию новой информации, которая никак не сходилась с тем, что было запланировано. Может она ошиблась. Какая-то хрень. Такое не может быть. Кто-то проснулся, может это временное пробуждение?

Я соскочила со своего места и понеслась по коридорам в поисках людей. Пробежав несколько разных отсеков, я поняла, что могу упустить из виду людей, если они идут в другую сторону корабля по другим отсекам. Думай, думай: что делать, где искать. Стойка навигации!

На стойке была Джилл, точнее экран с ее лицом. Джилл – искусственный интеллект, созданный для поддержки экипажа во время длительного полета и помощи в решении разных вопросов. Она должна знать о пробудившихся!

– Джилл! Джилл! Помоги мне, – мой голос трясся, и я немного задыхалась.

– Вивиан, как проходит ваше пробуждение? Чем я могу вам помочь?

– Джилл, ты ведь знаешь о каждом человеке, который находится на корабле, так ведь?

– Да, верно.

– Скажи, кто-то еще сейчас пробудился?

Она молчала, ее лицо было неподвижно. Я ждала ее ответ, убеждая себя, что для проверки всего экипажа нужно время.

– Вы единственный человек, кто пробудился на текущий момент.

Я не верю. Не верю, что значит единственный? Это невозможно. Так не должно быть. Они же все предусмотрели, ну ведь не было никогда сбоев, не было неисправностей, все проверили миллион раз.

– Джилл… ты уверена? Почему я пробудилась? Я могу подключиться еще раз к капсуле?

– Это невозможно. Ваша капсула раскрыта точно по расписанию.

– Мы же не достигли планеты! Твою мать! Ты что не видишь! – Ее ответ вывел меня из себя. Я смотрела на ее лицо с желанием вырвать стойку и разбить стекло об пол.

– Могу я еще чем-то вам помочь? – продолжил спокойно робот.

Я побежала в отсек капсул в надежде, что она ошибается. Капсула была раскрыта, я залезла внутрь. Начала искать смотреть на кнопки и искать, как ее закрыть изнутри. Капсула закрывалась только персоналом компании под присмотром снаружи. Я вылезла из нее и попыталась проверить, как работает капсула снаружи, какие там стоят кнопки и что с ней не так. Рядом справа стояла капсула Харви, я разглядывала панель с кнопками, и сравнивала со своей. На панели казалось все одинаково, кроме работающей системы. Что же не так?? Я не понимаю, как моя капсула могла выйти из строя из 3000 других! Это просто злой рок!

Опустившись на пол, я начала разглядывать снизу, по бокам, как тут мой взгляд упал на нижнюю панель, которая скрывала электрический щиток с множеством проводов. Я попыталась открыть панель и увидела, что внутри перегорели провода и сгорела внутренняя плата, которая и содержит всю капсулу в рабочем состоянии.

Нет, нет. Только не моя. Нет. Как тебя заменить! Твою мать! Я не механик и я не могу сама собрать новую капсулу, я не разбираюсь в платах и тем более не умею соединять провода. Я не понимала, почему именно моя капсула сломалась.

Кто-то должен быть здесь. Корабль без людей с людьми, кто-то должен быть. Я встала и побежала по коридорам, заглядывала в каждый отсек и искала людей. По ощущениям прошел целый день поисков. Но никого нет. Абсолютно никого нет.

К концу моих попыток найти кого-то я вернулась в главный холл.

– Джилл, сколько на корабле пробудившихся людей?

– Вивиан, вы единственный пробудившийся человек на корабле.

108 лет. Кто-то должен проснуться. Я обхватила руками колени и уперлась в них, повторяя раз за разом про себя эту фразу: «Это сон. Я сплю».

Я уснула рядом со стойкой навигации. Когда я открыла глаза и увидела вокруг холл, я поняла, что это не сон и я пробудилась раньше положенного времени.

– Джилл, сколько на корабле пробудившихся людей?

– На текущий момент на корабле один пробужденный человек.

– Подключи меня обратно. Введите меня в сон.

– К сожалению, это невозможно. Ваша капсула раскрыта.

Это не сон. Что мне делать. Я могу лишь надеяться на какое-то невероятное чудо, что кто-то проснется из механиков и вернет меня в капсулу. Встав с пола, я поплелась в свою капсулу. Я залезла внутрь и лежала, смотря в сторону Харви. Ужасающая мысль проскользнула в моей голове, и по моей щеке потекли слезы.

– Подключите меня обратно. Я не выживу. – Я закрыла глаза и представляла, что я проснусь иначе.

Глава 2

Я пролежала в своей капсуле несколько часов, глядя на капсулу Харви. Но лежать я могу так и в другие дни, судя по тому, что мне выпало проснуться раньше времени. Мне хотелось понять, что я могу сделать, чтобы вернуться к Харви. Нужно было изучить все отсеки более досконально и проверить материалы по полету. Возможно, я смогу что-то придумать. Компания не могла отправить нас без запасной капсулы. По крайней мере мне хотелось в это верить.

Я вернулась к стойке в главном холле. На корабле 12 отсеков, которые разделены на подмодули. Сам корабль «Зион» летит за счет атомного реактора, расположенного в задней части корабля.

Твою ж мать! Надеюсь они предусмотрели всевозможные варианты при столкновениях в открытом космосе, и этот реактор не даст о себе знать. Это слишком сложно для меня.

Брось, ты умная девочка. Тебе нужно сейчас всего лишь изучить все, что есть на корабле. Нужно просто отыскать рабочую капсулу. Так, хорошо, думай только о капсуле. Где она может быть? 12 отсек – склад. С него и начну.

Склад расположен ближе к двигателю, в задней части. Я собралась идти, но поняла, что надо бы сначала понять, как тут обстоят дела со временем. Я не понимаю, когда утро, когда ночь. Хотя какая разница, если учитывать, что мне некуда торопиться и выйти из корабля для прогулки на другую планету вряд ли получится.

– Джилл?

– Да, Вивиан. Чем могу помочь?

– Сколько сейчас времени на Земле?

– На текущий момент на Земле 12 часов 53 минуты дневного времени. Вы также можете отслеживать текущее время на вашем браслете.

– Браслет? Да! Точно! Я совсем забыла про него.

Браслет был ключом от всех дверей, кроме модуля управления, где пребывал главный экипаж команды. На нем было достаточно информации для пассажиров и связь с Джилл.

Я направилась в сторону 12 отсека, параллельно изучая возможности браслета. Нам показывали это на обучении во время подготовки к полету. Но после пробуждения многие знания были рассеянными. Про это нас тоже предупреждали. Так что надеюсь через некоторое время я вспомню все, что изучала во время подготовки.

Отсек был раздел на 7 разных модулей: где-то аккуратно были упакованы контейнеры с провиантом, где-то большими стеллажами располагался технический инвентарь, а в одном из модулей была организована огромная теплица для разных видов растений. В ней я навряд ли найду капсулу, поэтому начну со склада оборудований.

Я осматривала каждый крупный контейнер, каждый уголок и стеллаж сверху до низу, запоминая какие вещи могут мне пригодиться в дальнейшем. Но знакомой капсулы пока я не видела. Мой поиск был омрачен мыслями о возможном исходе. Мне приходилось отгонять их, чтобы закончить поиск. Но чем дальше я продвигалась, тем больше меня пугала действительность.

Что если я не найду запасную капсулу? Что если ее даже и не существует здесь?

А если я ее найду, то как я закрою сама себя? Как ее подключать?

– Так, успокойся. У меня все получится. Просто ищи.

Я знала, что Джилл знает о каждом оборудовании на корабле и где, что находится. Ведь она система, она обязана знать. Но в глубине души я боялась услышать ее ответ, продолжая шариться в разных модулях.

– Хорошо. Ладно. – Я присела на полу в конце отсека, когда перерыла каждый сантиметр.

Подняв руку, посмотрела на браслет, который показывал 23:40 вечера. После пробуждения испытуемые на Земле хотели есть, думали о еде. Но мне совсем не хотелось кушать. Я смотрела в дальний угол, потупив свой взгляд.

«Наверное, я умру намного раньше» – я все еще не верила тому, что услышала в конференц-зале.

– Джилл? – я обратилась к системе, уставившись на браслет.

– Да, я здесь. Чем могу помочь?

– Знаешь, я раньше смотрела очень много фильмов про космос. И в чрезвычайных ситуациях находился один герой, который спасал членов экипажа, ну или парочку людей. – Я замолчала.

– Уточните, пожалуйста, ваш вопрос, – спокойно ответила мне система, не дожидаясь продолжения.

– Так вот. Я не герой. И если ты планируешь какую-то внештатную ситуацию с моим участием, даже не надейся на меня, – я встала с пола и пошла в сторону выхода.

Она молчала. Разумеется, ведь система не может поддерживать разговор. Я продолжила:

– Ладно. Забей. Скажи мне вот что: есть ли запасная капсула на этом корабле? Этот вопрос ты должна понять. Так что? Она есть? – я шла к выходу, закрыв глаза.

– Запасная капсула есть, – ответила система.

Я открыла глаза и замерла, пытаясь понять, что она сказала:

– Ты сказала, запасная капсула есть?? – Переспросила я ее.

– Да, верно. – Повторила система.

– Ты же говорила, что не можешь меня подключить обратно? Так, стоп. Подключить обратно не можешь. Но подключить к запасной можешь! Да-да! Так ведь? Так? – Я вдруг почувствовала надежду, и мне хотелось поскорее вернуться в сон.

Система молчала. Видимо мои возгласы ей были не понятны. Тупая машина. Как же я рада, что ответ был не таким, каким я его представляла.

– Джилл, где мне найти запасную капсулу? Где она находится?

– Запасная капсула расположена в модуле управления.

В модуле управления! Нет, нет. Это невозможно. Зачем? Зачем им надо было его там размещать?

Я побежала в сторону модуля, на другой конец корабля. Я бежала и не могла принять новую проблему, которую я надеялась решить в скором времени. Пробежав до начала корабля, я увидела нужную мне дверь. Вот он! Модуль управления!

Ирония судьбы. Не иначе. Мой браслет был бесполезен для этой двери.

Хм… Я кажется, знаю, почему капсула находится в закрытом модуле. Начинаю вспоминать уроки выживания в космосе: в случае непредвиденных обстоятельств система будет решать вопрос самостоятельно, но если вопрос не решаем без помощи членов экипажа, система прибегнет к пробуждению одного из главных командиров для устранения проблемы на корабле. И как раз на такой случай предусмотрена запасная капсула для повторного подключения пробужденного члена экипажа. Блин, фигово, что я не член экипажа. Я лишь пассажир.

И я не смогу открыть эту чертову дверь сама, даже пытаться не буду. Я могу сломать, могу что-то вывести из строя, но не открыть. Надо было учиться на механика. И тогда может быть, не факт, но может быть я бы смогла попытаться открыть.

Забавно. Возможность увидеться с Харви находится за этой дверью. Возможность дожить до новой эры и увидеть своими глазами ее создание – за этой дверью. Моя жизнь за этой дверью.

– Джилл, а кто еще может открыть дверь модуля управления? Ты можешь открыть ее для меня?

– Модуль управления закрыт для пассажиров. Доступ в модуль имеют только члены экипажа.

– Ну да, другого ответа я от тебя и не ждала.

Программист, способный взломать систему, спит в соседней капсуле от моей. Да, Харви, ты бы смог что-то придумать. Механики, инженеры, проектировщики, да кто угодно, разбирающийся в технике, смог бы разобраться с этой дверью и вернуть свою жизнь. И все они спят.

Я смотрела на капсулу через маленькое окно в двери и представляла, как кто-то из них проснется и спасет меня.

Один день, всего лишь день. Я что-то придумаю. Я смогу. Оставлять это нельзя. Ну и что, что я не умею ничего, я научусь. Я открою эту дверь. А сейчас, сейчас я хочу есть. Живот заныл так, что было бы слышно на другом конце коридора. Но, кто меня услышит, да. Пора проверить, чем тут кормят.

Столовая находилась в 5-ом отсеке. Это довольно большой зал со столами и стульями. По бокам были расположены панели с выдвижной едой и подносы. Я выбрала вариант «Ужин» на одной панели и подошла ко второй, ткнула на вариант «Обед». Живот урчал сильнее, и мне хотелось съесть как можно больше еды. Рядом аппарат начал наливать мне чай, а соседний апельсиновый сок. Внутри что-то шумело, двигалось, казалось, будто там орудуют повара на кухне. И через пару минут панель поднялась вверх и из нее вылезла стойка с моим ужином и обедом.

Я взяла поднос с едой и повернулась к столам. Но при виде пустого зала и пустых столов, мне стало не по себе. Я соединила еду с двух подносов на один и пошла в сторону отсека с капсулами. На стене была нарисована цифра 3, это отсек с капсулами пассажиров. Я прошла через ряды капсул и подошла к своей. Положив поднос внутрь, я уселась поудобнее, повернувшись к капсуле Харви.

Прошло 70 лет, как мы спали. Для меня это было все вчера, где мы держались за руку. Я помню его взгляд, полный уверенности, его руку, державшую заботливо мою.

– Идем, – голос Харви и его образ промелькнули у меня в голове.

Я вглядывалась через стекло в его лицо и наблюдала, как он спокойно спит. Он не изменился. Живот напомнил о себе, и я начала разглядывать, что у меня на подносе: картофельное пюре, котлета, сок, чай, суп и булочка. Интересное меню. Я умру здесь.

Конечно, может быть я преувеличиваю и смогу решить вопрос с капсулой быстрее. Я начала жевать булочку и ощутила невероятно свежий вкус на кончике языка. Ее мягкость и пушистость. Ладно, возможно, я выживу. По крайней мере, булочка располагает к выживанию.

Я жевала булочку, запивая невероятно вкусным чаем, и готовилась к завтрашнему дню. Мои попытки еще не закончены, это только начало. Хм… Интересно, как им удалось сохранить такой насыщенный вкус еды?

Глава 3

Уже неделю я хожу по отсекам, обыскивая каждый уголок на наличие спасения. Я открыла для себя медпункт в 8-ом отсеке, где я могу найти абсолютно любые таблетки и препараты от всего, что только можно придумать для болезни на космическом корабле. Смотрится запас препаратов довольно внушительно. Также я нашла капсулу, только она предназначена не для гибернации. В ней роботизированная система, способная выполнить любую хирургическую операцию. Так что мне не страшно поцарапаться или порезаться. Есть кому меня спасать.

Но что мне это дало? Ничего.

Я сидела в столовой, обдумывая свои безрезультатные поиски. Так пусто. Иногда еле слышна жизнь корабля, как он движется, как летит сквозь пустоту к жизни. Забавно. Новая жизнь через смерть.

– Джилл, скажи, я могу отправить сообщение на Землю? – Хотя, что они смогут сделать, находясь на таком далеком расстоянии.

– Да, конечно. Вы можете отправить ваше сообщение через любой компьютер, расположенный в библиотеке. Оно дойдет через 16 лет.

– 16 лет… Отлично! Мне подходит! Я как раз никуда не тороплюсь. – Я направилась в сторону библиотеки.

– Рада за вас! Хорошего дня! – продолжала Джилл через браслет.

Ты то конечно рада. У тебя человек под рукой. Мы ведь не на Земле, иначе было бы все наоборот. Ладно, что я напишу им.

«Эй, привет! Я тут проснулась раньше времени. Может пришлете дополнительный корабль?

С превеликим уважением к скорости света, Вивиан»

Нет, что-то другое. Соберись. Хватит дурить.

«Я проснулась через 70 лет. Моя капсула неисправна. Нужна помощь… Мне будет 60 лет, когда я получу ваш ответ. Наверное. Как попасть в модуль управления? Напишите код.

С надеждой на вас, Вивиан Грей. Пассажир №1255»

Странно, но мне нечего им сказать. Я не знаю, что значит быть 60-летней женщиной, застрявшей в космосе. Не знаю, насколько мне нужна будет их помощь. Может кто-то еще проснется за это время.

Тем не менее, им нужно знать. Отправить.

Что ж, надеюсь, они придумали, как сократить ожидание в несколько лет хотя бы до месяцев. Ранее отправленный экспериментальный корабль был в тысячи раз меньше с автономными роботами. В ходе поиска жизнеспособной планеты корабль оставлял множественный след, выпуская в космос спутники. Кстати, это весьма неплохой ход для сокращения времени по передаче данных с одного спутника на другой и до Земли. С нашими технологиями компания просто обязана придумать, как контролировать весь путь корабля и держать связь с членами экипажа на случай экстренных ситуаций.

Мое тело немного успокоилось с момента пробуждения, как только я отправила сообщение. Я чувствовала, как расслабились плечи и руки. Мысли держали меня в постоянном напряжении, приходилось много разминаться, чтобы не останавливать поиски по отсекам.

Я уселась поудобнее и начала изучать возможности компьютера. Здесь была внутренняя коммуникация для общения с пассажирами. Много полезных материалов, электронные книги, видео-знакомства от пассажиров и разный развлекательный контент. Да, информации тут хватит на все 500 лет. Меня больше всего заинтересовала внутренняя коммуникация: она была похожа на социальную сеть, только закрытого формата, доступная всем присутствующим на корабле и компании. Интересно. Я могу записывать свои мысли в виде блога, вести отчет за день в отдельных папках и оставлять видеозаписи. Пассажиры смогут прочесть это в моей карточке, оставлять свои комментарии под моими заметками. Принцип понятен. Все, как на Земле, только без обратной связи. Точнее, я не доживу до первого комментария.

Сначала заполним профиль.

Вивиан Грей Пассажир №1255

Родилась 14 октября в 2438 году.

Деятельность: Психотерапевт

Я рассмеялась на всю библиотеку, поняв, как это смешно звучит. Мое осознание вызвало невероятный всплеск эмоций и я не могла остановиться от душераздирающего смеха. Компания относилась к списку пассажиров очень строго, и попасть сюда было практически невозможно. На Земле не так уж и хреново, тем не менее желающих свалить с планеты было предостаточно.

Большое внимание уделялось техническим профессиям, работникам сельского хозяйства, специалистам науки и медицины, информационным связям. Практически ни одного специалиста из юридической и творческой сферы, не учитывая тех, кто заменял несколько специальностей одновременно. Мне повезло. Психотерапевт в условиях незнакомой среды и закрытого пространства был полезен. Поэтому я решила рискнуть, и как видим: удачно. Хотя с точки зрения текущего дня – это точное попадание в неудачу.

Я – единственный психотерапевт в космосе.

Психотерапевт в условиях незнакомой среды и закрытого пространства.

Мой смех был настолько диким, что система решила поинтересоваться моим состоянием:

– Вивиан, как вы себя чувствуете? – Спокойный голос Джилл доносился из моего браслета.

– Преее-крааа-сно! Я чувствую, – я резко остановила стул и упала на колени, попутно срыгивая съеденный обед на пол.

– Ваша адаптация еще не завершена. Вы проспали длительное время, после которого стоит избегать резких телодвижений. – Джилл включила на моем браслете экран и показывала состояние здоровья. – Вам стоит отдохнуть, а также пополнить водный баланс. В медпункте вас ждет контейнер с лекарствами. Они помогут восстановить уровень недостающих витаминов в вашем организме.

Ее голос прерывался в моей голове. Жуткий запах непереваренного обеда призывал повторный рвотный рефлекс. Все кружилось. Постой-ка, а это что такое? Вдали двигались предметы. Они приближались. Их маленькие болтающиеся ножки вертелись по полу, словно маленькие гусеницы, собирающие крошки с пола. Такой знакомый звук доносился с их круглых мордашек.

Пылесосы! Откуда ж еще этот звук! Боже, это же роботы-пылесосы. Взгляд стал яснее, и я увидела, как они собирают результаты моего головокружения. Да, похоже, она права, стоит немного отдохнуть и набраться сил. Неделя была насыщенной на передвижения по кораблю. Полдела сделано: профиль я заполнила. Я снова вспомнила, от чего так сильно рассмеялась. Но быстро успокоила вновь подступивший приток смеха.

С момента пробуждения я возвращалась для сна обратно в свою капсулу, где приходилось лежать только в двух положениях. Я быстро засыпала, так как изводила себя до последней силы, обыскивая все залы. Рядом с Харви мне было спокойно и безопасно. Мне казалось, что он рядом, хоть и за стеклом. Но продолжать спать в ограниченном положении нельзя, нужно перебираться в нашу каюту. Я оттягивала этот момент, так как знала, что первое время я не смогу засыпать в одиночестве среди пустых кают.

Роботы-пылесосы закончили свою кропотливую работу и помчались обратно на свое место. Мне тоже пора. Я выключила компьютер и пошла пожелать спокойной ночи Харви.

Он лежал неподвижно. Белый цвет костюма был ему к лицу. Его черные волосы аккуратно лежали небольшими волнами, часть которых была заправлена за уши. Он так любил это: убирать их за уши. Они все равно выбивались и возвращались в исходную позицию, закрывая его глаза. И он всегда говорил мне, что отрежет их, но сам ждал, когда они станут еще длиннее, чтобы можно было собирать в хвост. Мне нравилось нырять пальцами в его волосы и проводить линии туда-сюда, пока он не начнет изворачиваться и кряхтеть с просьбой оставить волосы в покое.

Я не заметила, как воспоминания внезапно охватили меня полностью, и слезы покатились ручьем из моих глаз. Я стояла так близко к нему, но он был так далеко. Его лицо расплылось у меня перед глазами из-за слез. Он был предназначен для будущего… Я начала вытирать слезы, успокаивая себя и убеждать в обратном.

– Доброй ночи! – Я взглянула на него еще раз и медленно побрела искать нашу каюту.

Мысль, которая разрывала мне сердце, вновь вернулась ко мне, и я шла, обдумывая ее всерьез.

Попутно прихватив с собой витамины из медпункта, которые посоветовала мне Джилл, я добрела до отсека 9, где была наша каюта. Найдя нужный номер, я отодвинула дверь, приложив свой браслет. Просторно для двоих. Ох, кровать! Боже, я завалилась на нее, и почувствовала приятное расслабление всех моих мышц. Хорошо, это действительно то, что мне нужно. Сон на удобной кровати. Я заметила шкаф, в котором находились наши вещи, и встала достать фотоальбом. Пока я его искала, я наткнулась на свою пижаму и поняла, что давно не мылась.

В каждой каюте была небольшая душевая, рассчитанная на одного человека, даже если в каюте проживали два жильца. Я вообще была удивлена подобным удобствам, узнав, насколько огромен этот корабль. Пора привести себя в порядок. Я сходила в душ: теперь я чувствую себя полноценным человеком. Вода в душе настолько хорошо расслабила меня, что я захотела спать. Сил на фотоальбом уже не оставалось. А эта пижама, как же я скучала. Мы же не виделись почти месяц и плюс 70 лет, как я тебя упаковала в дорогу.

Я легла и взяла с собой альбом, чтобы немного полистать перед тем, как я засну. Каждая фотография напоминала о невероятно теплых временах с Харви, которые были еще свежи в памяти. Наши уютные вечера дома, его красивая улыбка, мои светящиеся глаза. Я помню каждый день, проведенный рядом с ним. И мне хочется думать, что совсем недавно мы виделись не в последний раз.

Мои глаза немного наполнились слезами, и я отодвинула альбом на вторую половину кровати. Я натянула на себя одеяло и закрыла глаза, держа в памяти его лицо и наши снимки.

– Надеюсь, что ты мне приснишься. Доброй ночи.

Глава 4

– Зачем тебе эта футболка? Она ужасная, такая вся красная, кислотная, выкинь ее. Давай не будем начинать новую жизнь на новой планете с некрасивых вещей, – я повернулась к Харви и протянула ему футболку.

– Да нормальная она, оставь. Ты со своим зрением можешь потерять меня в толпе, и как раз благодаря кислотной красной футболке, – он шел ко мне и изображал слепого, – ты всегда меня найдешь даже среди тысячи людей.

– Очень смешно. – Я скрестила руки, сдерживая улыбку.

– А что? Разве не так? – Он улыбался и изображал гримасы.

– Хорошо, оставляй. Надеюсь, что ты просто забудешь ее здесь. – Я улыбнулась в ответ.

Мы продолжили собираться на ужин к друзьям и параллельно готовили вещи для отлета. Иногда я замирала, рассматривая ту или иную вещь, и думала о нашей жизни. Сможем ли мы построить совершенно новый мир на чужой земле? Как проживут свою жизнь наши друзья? Будет ли у нас возможность когда-нибудь пообщаться с нашими знакомыми или их детьми?

– Нам пора, ты готова? – Харви прервал мой поток мыслей и начал искать ключи от машины.

– Да, давно. Иду. – Я взяла сумку и пошла к выходу.

Наш дом выглядел таким уютным, таким родным. Мы купили его два года назад, но за это время он стал частью нас. Трехэтажное продолжение нас. Я села в машину и начала разглядывать его снаружи. Такие дома стали редкостью, в основном все остатки красивых частных домов находятся далеко от городов. Нам с Харви повезло: родители его друга продавали этот дом за городом с большим участком и небольшим озером. Мы не сомневались ни на секунду о покупке и сразу же забронировали за собой право выкупа. Это было лучшее наше решение.

Люди стали забывать, что такое отдельный дом в лесу, где нет соседей, есть свежий воздух и много пространства для тебя одного в тишине. В городах стало тесно. Высотки и небоскребы заполонили каждый метр пустого места. Безмерное количество аэромобилей над головой и сверкающие билборды давили на мозг.

Дорогу прокладывали в три пути, похожих на этажи. По нижней дороге ездили те, кто не мог оплатить второй путь, висящий над первой нижней. А на третьей ездили по двойной ставке, чтобы уменьшить поток аэромобилей, и не создавать скопления. Мы чаще всего выбирали второй путь, и поэтому над головой всегда была полоса дороги, по которой ездили «Небожители», как шутил Харви. Это было в какой-то ступени удобно, учитывая постоянный рост аэромобилей. Но каждый раз ты словно проходишь через узкий коридор, пытаясь ухватиться за едва уловимый солнечный просвет, и только к концу дороги ощущаешь свободу.

Мы уже приближались к высотке, где жили наши друзья. Нам когда-то нравилось жить в городе, мы выросли здесь. Но когда в новостях появилось сводка, что застройщик «Вавилон» планирует расширить границы города еще на 100 миль с возведением самых высоких зданий, Харви предложил начать поиски дома вне города. Я всегда прислушивалась к его мнению, и в тот раз его интуиция нас не подвела. Из-за шумихи про новые высотки, в город начали въезжать люди с заброшенных поселений, с близлежащих малых городов в надежде на лучшую жизнь. Город стал еще теснее.

Харви заехал на парковку, которая находилась прямо внутри здания. Свободных мест почти не было, как я увидела вылетающий мобиль. Мы наконец припарковались и зашли в лифт.

– Ребята! Вы приехали! Мы уже думали, что вы застряли в пробке. – Меган встречала нас у выхода из лифта, радостно пританцовывая и готовясь обнять.

– Да, нет. Просто задержались. Были дела. – Мы с Харви обняли ее и последовали за ней в квартиру.

– Алестер все жаждет узнать о вашем полете. Он сегодня весь день допытывал меня расспросами. А еще приходили Брюс и Брэндон. Они считают, что вам стоит отказаться и перебраться обратно в город. – Меган быстро тараторила, попутно закрывая дверь после нашего входа.

– Все по тому, что и Брюс, и Брэндон ссыкуны, – Алестер спускался по лестнице, держа в руках бокал вина, и широко улыбался.

– Дружище! Ты стал… – Харви улыбался и одновременно был поражен новым внешним видом друга.

– Толстым. Пухленьким если точнее, да, медвежонок? – Меган продолжила мысль за Харви и удалилась на кухню, – Вивиан, идем. Поможешь мне с напитками.

– Медвежонок? – Харви смотрел на Алестера и рассмеялся.

– Не обращай внимания, я вчера ее назвал своей пчелкой. Теперь она подшучивает, что будет добывать мне мед, чтобы я не умер с голоду, – Алестер подошел к Харви и пожал ему руку, – И когда вы вылетаете?

– Через месяц. Жутко переживаю. Много дел накопилось в связи с отъездом. Голова кругом. – Харви уселся на диван.

– Покупатели уже нашлись? – Алестер подливал вино в пустой бокал и нес его к Харви.

– Да, они уже внесли первую часть суммы за дом. На следующей неделе завершим сделку и получим остаток, – Харви взял бокал и немного отпил.

Алестер знал Харви с детства, они вместе выросли и учились, а после пошли работать в одну и ту же фирму. Он был близким другом Харви. Ему не терпелось расспросить все, что будет с нами на другой планете. Поэтому весь вечер он не отлипал от Харви, а Меган от меня, пытаясь заставить съесть меня как больше еды, Ей казалось, что я слишком худая.

– Я больше не могу. Честно. Еще немного и меня разорвет. Все было безумно вкусно. – Я отказывалась уже от пятой просьбы попробовать десерт.

– Ладно, если что пудинг тебя ждет вот здесь, – Меган подвинула тарелку с куском пудинга поближе к моему краю стола.

– Знаете, все хотел спросить. Зачем вам это? – Алестер положил руки на стол и пристально всматривался в наши лица.

– Ну давай я начну, – Харви подвинул стул поближе к столу. – Мы долго думали об этом решении, учитывая обстановку на Земле, наше возможное будущее, наши планы и то, как мы хотели бы прожить эту жизнь.

– Да, это не решение одного дня. – Я подтвердила слова Харви.

– Мы оба не видим свое будущее в городе. Наш дом стал действительно классным местом для жизни, кругом лес, свое озеро. Ты, кстати, обещал приехать порыбачить, но так и не приехал. – Харви прервался, чтобы немного пристыдить Алестера, и получив реакцию, продолжил. – Так вот. Когда мы думали о том, как бы мы хотели прожить в этом доме, мы всегда упирались в какой-то бытовой ступор. Нам еще хочется некоторого драйва, приключений, мы хотим открыть новый мир, в котором можно жить с постоянными открытиями.

– Открывай здесь. – Перебила Меган, разводя руками с полным негодованием на лице. – Зачем лететь через миллионы световых лет куда-то в космос, чтобы что-то открывать?

– Тебе никогда не было интересно увидеть то, что недосягаемо? То, что находится за пределами Земли? – Я смотрела на нее в надежде увидеть интерес.

– Я думаю, стоит закончить этот разговор. Зря я задал вопрос. Что-то мне подсказывает, что мы зайдем в тупик. Тем более, что вы уже почти продали дом. Не стоит мутить воду. Решено так решено! – Подытожил резко Алестер, смахивая с брюк случайные крошки.

– Да, согласен. – Харви подхватил настрой друга и решил сменить тему. – Что с заменой Уолтера, не знаешь? Слышал, он переходит на новую должность.

Мы знали, что этот вопрос был неизбежен. Просто ребята долго оттягивали момент задать его нам. Они переживали за нас, принимая во внимание нашу последнюю встречу с ними. У ребят был плотный график на годы вперед. Поэтому нам хотелось этот вечер провести как можно приятнее для всех нас, чтобы вспоминать вдали друг от друга только теплые моменты. И нам это удалось. Вечер получился очень теплым.

По дороге обратно домой мне стало не по себе, меня тошнило и крутило. Харви сначала подшучивал, что десерт был лишним, но через какое-то время обеспокоился, что дело не в десерте.

На следующее утро мы сразу же поехали к врачу, чтобы развеять наши опасения. Вчерашний вопрос Алестера не давал мне покоя, и я накручивала себя по поводу своего состояния. Харви тоже был на нервах и вел себя агрессивно. Оно и понятно. Если это то, что мы подумали, это в корне меняет наше решение по отлету. К счастью или к сожалению, наш врач успокоил нас, выдав отрицательный результат. Рядом с врачом мы выдохнули. Наши опасения оказались ложными. Однако, домой мы возвращались в том же состоянии, что и до этого.

– Что если это ошибка? – Я задала вопрос Харви, глядя в окно аэромобиля.

Харви молчал и был в своих мыслях.

* * *

Больше часа я лежала с открытыми глазами и вспоминала ужин с ребятами, пытаясь понять, почему мы тогда не остались. Все могло быть иначе.

Я проспала больше 10 часов. Странно, но сегодня я не могла никак вспомнить свой сон. Обычно за завтраком я рассказывала Харви свои сны, красочно описывая каждый эпизод и его детали. Сегодня, думаю, не пойду к нему завтракать. В глубине души я боялась сорваться и открыть его капсулу. Последние пару дней именно это и хотелось сделать. Поэтому я взяла завтрак в столовой и пошла в библиотеку.

Здесь книги были под каждым столом, чтобы они могли занимать места меньше в зале. Единственное, что мне нравилось в городах – огромные библиотеки, в которых можно было найти невероятное количество бумажных книг, очень старинных, в разных обертках. Их запах приносил мне особое удовольствие, запах прошлого, откуда они нам достались. Жизнь на чужой планете будет приятнее с тем, что напоминает тебе о доме, с тем, что доносит отголоски прошлого с той планеты, которая тебя вырастила. Я с интересом разглядывала, какие именно книги были отобраны на корабль. А они хороши. Корабль и вправду оснащен всем, что нужно для комфортного полета.

Пока я доставала книги из-под стола, на компьютере замигала лампочка, и я вспомнила, что вчера начала заполнять свою карточку в блоге. Я отложила книги обратно на полки и включила монитор компьютера.

Профиль был сохранен. Еще стоит прикрепить сюда мое видеоприветствие с Земли. Осталось сделать скрин с видео и поставить главное фото в карточке.

На видео у меня были светло-зеленые глаза, хотя в жизни они немного темнее, иногда даже переливаются между голубым и зеленым оттенком. Надо было поправить волосы. Почему мне никто не сказал, что слева торчит волосок. Каштановые волосы смотрятся все-таки лучше, чем темный оттенок. Хорошо, что смыла свой эксперимент.

Я улыбалась на видео, была такой счастливой. Мои щеки смотрелись забавно, когда я щурилась в улыбке и делилась своими ожиданиями от полета. Да уж. Кто бы мог подумать…

Ну ладно. Фото есть. Видео есть. Итак, начнем. Мой первый космический блог.

Заметка #1

Так уж вышло, что я проснулась раньше времени.

Сейчас 2536 год. Да, представьте. До планеты «Дэвион 78» осталось еще 108 лет. Не знаю, может прозвучать банально, но если вы это читаете… Забавно. Меня всегда это забавляло в старых фильмах. «Если вы это читаете, то я мертв», и потом оказывается, что герой выживает. Но не думаю, что это применимо в моей ситуации. Не уверена, что мы с вами когда-то встретимся.

136 лет – немалый срок. Таких прецедентов не было ранее, поэтому я не особо надеюсь на что-то. Разве что какое-то чудо случится и все изменится.

Я приходила в себя больше недели. Хотя кажется еще прихожу. Здесь довольно интересный разнообразный рацион питания. Когда проснетесь, обязательно попробуйте булочку. Она божественная. Не знаю из чего она состоит и что туда кладут, но пока это мой фаворит.

Вчера я впервые ночевала в каюте. Признаюсь, одной было страшно. Но тут постоянная ночь, так что я начинаю привыкать. Да и других вариантов у меня нет.

Кстати, если вдруг что-то пойдет не так, я очень надеюсь на Джилл, которая согласно протоколу должна разбудить кого-то из членов экипажа. Я, к вашему и к своему сожалению, не самый толковый пассажир в плане техники. Что уж там, дома я отвечала за поломку приборов.

Привет, Харви!

Малыш…. я скучаю. Я прихожу к тебе в гости. Вижу, как ты спишь… Я не ожидала такого.

Насчет попробовать что-то: я облазила все отсеки с техникой, склады. Но ничего не нашла. Позже я узнала, что есть запасная капсула. Однако к ней не пробраться, плюс она предназначена для экстренных случаев. О! Я отправила сообщение на Землю. Не знаю, дойдет ли. Других вариантов у меня нет.

Что ж. На этом пока все. Немного сложно делиться с вами…

Глава 5

Заметка #2

Я уже 10 дней сплю у себя в каюте, и знаете что: я начинаю привыкать к этому месту. Поначалу я побаивалась всматриваться в окна. Мы находимся не весь где, и лишний раз наблюдать, как ты отдаляешься в темную бездну, вызывает жуткий дискомфорт.

Сегодня я впервые побывала в зале с большими панорамными окнами, он находится в этом же отсеке №7, но чуть дальше по коридору. Дух захватывает от панорамного вида. Вчера мы пролетали планету «Дэвион 62» – одна из планет, которая отбиралась для полета. Только робот не смог выйти на связь и не вернулся на обратный путь, поэтому от нее отказались.

Да, и правильно сделали. С виду планета «Дэвион 62» выглядит мрачновато, вокруг нее кружится планета-спутник, которая освещает ее. Издалека казалось, что там абсолютно ничего нет. Ее поверхность была похожа на пустынную неровность, которую окружало много воды. Ну не важно, мы уже пролетели ее. Было по своему красиво.

А еще в столовой я открыла для себя кофе и шоколадные батончики. Не знаю с чем это связано, но вкусовые рецепторы моего организма усилились. Предполагаю, что длительное отсутствие различной привычной нам пищи во время гибернации вызывает усиление вкуса после пробуждения.

Я обожаю шоколад, поэтому если останусь здесь до своей смерти, думаю, сожру весь шоколад. Вы должны меня понять. Вам досталась жизнь. Пусть шоколад будет моим.

Разумеется я стараюсь не переедать, чтобы не превратиться в свинку. Да и тяжело мне будет самой в большем весе, чем я есть сейчас. Надо сходить в 6-ой отсек, там есть тренажерный зал. Буду держать себя в форме.

Заметка #3

Чуть не сдохла! Оказывается заниматься в тренажерном зале после 70 лет сна весьма тяжелый процесс. Мышцы болят, все болит. На беговой дорожке было конечно проще всего. Пока выбираю только его.

Все интересно, как работает столовая изнутри. Весь механизм скрыт за толстенной корпусной стеной, слышны только какие-то звуки приготовления пищи для выдачи. Кто-то рассказывал из пассажиров перед подключением к капсулам в зале ожидания, что на борт грузятся в основном сублимированные продукты. Но сегодня я выбрала в меню «Фрукты» и мне выпало яблоко. Это удивительно! Такие маленькие вещи создают приятное впечатление и задают очень правильный настрой на день. От этого становится очень комфортно.

Кстати, мои открытия на этом не закончились. В 6-ом отсеке довольно много чего интересно. Например, бассейн, он закрытый. В нем чувствуется, как охватывает паника, когда ты заходишь в него. Помещение герметичное, разделено на несколько этапов прохода к бассейну. Думаю, это связано с безопасностью. Первая дверь закрывается, как только ты заходишь в зал с бассейном. После чего открывается вторая, где ты ждешь, пока закроется вторая и откроется третья стеклянная дверь. И уже после третьей попадаешь в комнату с бассейном. В нем есть 2 небольших иллюминатора. Когда я их увидела, хотела развернуться обратно. Это смотрится захватывающе, но страх овладевает, когда думаешь, что оно разобьется и тебя унесет в открытый космос.

Но я рискнула. Не делали бы этот бассейн здесь, если бы он был небезопасен для применения.

Заметка #4

Я в печали. Сегодня пролежала весь день в каюте. Сейчас ужинаю. На ужин пюре и тушенка. Вкусно.

* * *

Съев свой ужин, я пошла в капсульный модуль, проведать Харви. Я давненько не заглядывала к нему. В модуле было смертельно тихо. В течение часа я делилась с ним своими мыслями и смотрела, как он спит.

– Иногда мне хочется открыть твою капсулу. Мне одиноко… Я пересматриваю перед сном наш фотоальбом. Такие счастливые на снимках. Помнишь последний месяц до отлета? Мы с тобой часто ссорились, много разговаривали на тему отлета и нашего решения. Потом мирились и поддерживали друг друга, силу нашего духа. Нам казалось, что этот полет должен сильно изменить жизнь. Новый мир. Новые люди. Новая планета. Зачем нам это надо было на самом деле, Харви? Зачем?

При пребывании рядом с капсулой Харви я держалась подальше, и часто залезала в свою, чтобы не спровоцировать в себе желание дотронуться до панели. Я встала из своей капсулы и подошла поближе к нему. Посмотрев на закрытые глаза Харви, я подумала, как много незнакомых мне людей находятся в этом модуле. Что если по какой-то случайно кто-то еще проснется?

Я решила пройтись по рядам капсул. Не знаю, что конкретно я искала или что мне хотелось увидеть, но было интересно посмотреть на всех. Капсулы были соединены между собой какими-то общими блоками. И это навело на мысль, что если с кораблем что-то случится или общая система заглючит, то все капсулы будут раскрыты. Интересно. Надеюсь, что такого массового пробуждения не случится. Я, конечно, была бы рада. Ведь мы бы смогли жить дальше с Харви на корабле и другими пассажирами, но в таком случае миссия корабля была бы провалена.

Хм. Мне показалось или… Я подошла поближе к капсуле №1134. В нем лежал седовласый пожилой мужчина. Но это против правил. Среди пассажиров минимальный возраст был строго с 21 года, а самые старшие допускались до 40 лет. Однако, этот мужчина выглядел на все 90 лет. Может это кто-то из ученых… Нет, нет. Навряд ли.

– Джилл? Скажи, а как зовут пассажира под №1134?

– Лойд Бейкер, архитектор, – ответила Джилл.

– Какой возраст у Лойда Бейкера?

– Ему 23 года.

Но он не выглядит на свой возраст. Что с ним не так? Я вернулась в библиотеку и начала искать видеознакомство Лойда. На видео был совсем другой мужчина. С его капсулой что-то не так!

Я помчалась обратно в капсульный отсек. В голове был бардак, я не понимала, что именно произошло, что он смог прожить в ней 70 лет и не умереть. Получается, что сейчас ему 93 года, но он остается живым в гибернации. И что делать? Его внешность меняется. Но вдруг он все еще 23-х летний… А если он умирает? Разве он сможет проснуться в 201 год?

Передо мной встал выбор: оставить его и наблюдать за его изменениями, или выключить гибернацию и открыть капсулу. Только это чужая жизнь и мне придется отвечать за свой выбор.

Заметка #5

Три дня назад я гуляла среди капсул и наткнулась на капсулу Лойда Бейкера. Меня удивила его внешность. В капсуле лежит пожилой мужчина 93 лет. По данным системы, его возраст 23 года и улетал он с другим внешним видом. Это привело меня в крайнее недоумение. Я не знаю, как поступить. Мне кажется, что дело в его капсуле. Вероятно, что капсула работает, сохраняя его жизнь в состоянии отключки. Но что-то сломалось похоже или не работало в ней изначально, раз он постарел по земному времени. Или может его тело так реагирует на гибернацию? Тоже вопрос.

Возможно, что он болен. Но проверить эту теорию я тоже не могу без пробуждения самого Лойда.

Я размышляла над тем, что может произойти, если оставить все как есть. И предположим, что я бы все еще находилась в гибернации, то есть на время полета не было бы пробужденных пассажиров. Что тогда?

Мои размышления привели меня к выводу, что его тело может не дожить до конечного пункта. Оно стареет. Это видно без какого-либо сканера. Однако, если разбудить его раньше, он также не доживет. И это вызывает во мне много вопросов.

Честно говоря, я пока склоняюсь к тому, чтобы открыть его капсулу.

Заметка #6

Я изучила научные видеоматериалы по гибернации, просмотрела обучающие инструкции по его эксплуатации. Прошла уже неделя, я перестала спать. Я чувствую ответственность за его жизнь. Сложно объяснить, но я словно убиваю его своим бездействием. Одно дело, если бы я не знала, что он есть на борту. Не видела бы его. Но я увидела.

Но, исходя из изученных мной материалов, в состоянии гибернации он может прожить так столетия, даже будучи пожилым человеком. Тем более что он уснул в молодом возрасте. Это дает ему шанс пребывать в здоровом теле изнутри. Но вот внешний вид его меня смущает больше. Почему он стареет?

Согласно данным разработчиков капсулы, гибернация останавливает старение клеток. По последним исследованиям, проведенным на Земле, старение клеток в состоянии гибернации начинается через 250-300 лет в зависимости от возраста испытуемого. Что полностью не совпадает с тем, что происходит с Лойдом.

Он стареет. Будь здесь врач, ученый, разработчик капсулы, возможно, что мы бы смогли разобраться, не открывая капсулу.

Непонятно, как долго его внешний вид будет меняться и к чему приведет долгое пребывание.

Заметка #7

Я еще думаю. Выбор за человека – довольно сложный выбор.

Среди исследований я нашла интересную заметку врачей. Они утверждали, что в случае, если у испытуемого развивалась скрытая болезнь, его тело реагировало соответствующе болезни. При этом испытуемый мог проживать в капсуле дольше 100 лет, смотря какая болезнь.

Это навело меня на мысль, что Лойд точно чем-то болен. Только чем?

Я выбираю наблюдать за его состоянием в капсуле.

Глава 6

Чувствую себя дерьмово, словно я съела что-то не то. Думаю моя бессонница, вызванная постоянными раздумьями о Лойде, дает о себе знать. Надо перейти в нормальный режим сна.

Я уже 2 месяца наблюдаю за состоянием Лойда и чаще навещаю Харви. Периодами мне кажется, что стоить открыть капсулу Лойда и просканировать его на наличие болезни в медпункте. Однако, в таком варианте он умирает, не долетев до планеты. Лишать его такой возможности я не могу.

Пора остановить этот поток мыслей. Они начинают сводить меня с ума. Но это помогает мне не думать о капсуле Харви. Ситуация Лойда помогает мне осознать, что нельзя выбирать за другого, какой будет его жизнь. Поэтому я начинаю понимать, что выбирая свой страх одиночества, я выбираю за другого. Что неправильно. Харви должен жить. Он должен долететь до планеты.

Сегодня я решила, что поплаваю немного в бассейне и посмотрю несколько видеоматериалов о корабле и его строении. Благо, подобных знаний здесь было предостаточно.

В бассейне я старалась не заглядывать в иллюминатор, так как меня подташнивало при виде темной бездны в окне, находясь в воде. На этот раз было как-то холодновато. Обычно вода всегда была теплая. Но сейчас меня знобило. Может я заболела. Но тут вроде особо не из-за чего заболеть.

Я проплавала минут 30 вместо часа и пошла обедать. За обедом я обычно зависала в библиотеке, читала книги, смотрела фильмы, разные видео лекции. Иногда вела свой космический блог.

Заметка #8

Прошло 90 дней с момента моего пробуждения. Чувствую себя хорошо. Много читаю и изучаю материалы по полету.

Лойд внешне выглядит так же. Сильных изменений не заметила. Продолжаю наблюдать.

Хотела еще раз пройтись по капсульным отсекам, на всякий случай. Мало ли. Вдруг это не единичный случай. Но боюсь. Не знаю. Это тяжело. Я плохо сплю. И это мешает мне. Одной чужой жизни пока достаточно.

Я нашла еще дополнительные материалы в архивах про испытуемых со скрытой болезнью. Мне все кажется, что это действительно случай Лойда. Меня немного напрягает тот факт, что большая часть этих людей после вывода из гибернации прожили недолгую жизнь. Да, какое-то время прожили. Это здорово. Но максимум год. Это удручает.

Если он доживет, что тоже под большим вопросом, он сможет прожить на «Дэвион 78» максимум год. Даже не знаю. Сможет ли он осознать то, что с ним произошло?

Лойд, если вдруг ты это прочтешь. Мне жаль. Я хочу помочь тебе. Правда очень хочу. Пока не знаю как именно это сделать.

Будить тебя или надеяться, что ты доживешь? И какая из вариантов тебя бы устроила?

* * *

Покупатели должны были приехать с минуты на минуту. Мы решили, что оставим всю мебель новым жильцам. Поэтому нам осталось только подписать документы и отдать ключи. Харви прогуливался по берегу озера и о чем-то думал. Я все утро провела за компьютером и слушала музыку, читая разные новости.

Кажется кто-то приехал. Звук аэромобиля послышался внизу моего окна. Я спустилась на первый этаж и увидела, что Харви уже встречает гостей.

– О, какой дом! Вживую он смотрится еще красивее! – Голос пожилой женщины доносился за дверью.

– Здравствуйте! Добро пожаловать! – Харви открыл дверь и пригласил гостей войти.

В дом вошла седовласая стройная женщина, в красивом белом костюме. За ней последовал ее супруг и наш риэлтор. Супруг был чуть выше ростом, но с окрашенными темными волосами по бокам. На его лице было увлеченное исследование пространства вокруг.

– А это правда, что вы пассажиры «Зион»? – Он обратился к нам, продолжая рассматривать мебель.

– Ох! Простите моего бестактного мужа! Меня зовут Гэйнор Вуд, – женщина подошла ко мне и протянула руку, – и мой муж Альберт Вуд, – она пожимала нам руки и показывала на своего супруга.

– Вивиан и Харви. Приятно познакомиться. – Мы улыбнулись в ответ.

– Да, это так. Мы улетаем и поэтому, собственно, и продаем этот дом, – ответил Харви.

– Скажите, а мебель вы оставляете, верно? Норвуд говорил, что все остается, – она посмотрела на нашего риэлтора Норвуда, – Хочу убедиться, верно ли я поняла.

– Да, Миссис Вуд, вы все правильно поняли, – Норвуд подошел к ней и предложил осмотреть дом, отводя их к лестнице. – Давайте начнем с последнего этажа.

Харви посмотрел на меня и улыбнулся. Я тоже улыбнулась ему, но в душе почувствовала, что мне как-то не по себе. Мне казалось, что я легко смогу отдать ключи и попрощаться с домом. Но сейчас, когда новые будущие жильцы пришли в дом, я заскучала по этому дому. Стены, мебель, каждый предмет в этом доме был безумно дорог моему сердцу. Я словно отдавала свое дитя в чужие руки. Мы так заботились об этом доме, вкладывали в него свою душу и наполняли любовью.

– Так грустно. Я думала будет легче. – Я посмотрела на Харви, и по моей щеке скатилась слеза.

– Детка, я тоже буду по нему скучать. Я знаю, что он значит для тебя, и сам безумно привык к нему. Но нас ждет новый дом. – Он приобнял меня за плечи и поцеловал в лоб, – Главное – наши воспоминания, которые мы храним. Не грусти. Давай увезем с собой самые теплые воспоминания. Чтобы наш новый дом был таким же уютным, теплым и большим.

– Ты прав. Ты всегда прав. Люблю то, как ты всегда находишь лучшее в такие моменты. – Я приободрилась и крепко обняла его.

– Говори мне это чаще. Я всегда прав, – он начал щекотать меня.

– Эй! В доме люди. Перестань. – Мне было щекотно, но я сдерживалась, чтобы не расхохотаться.

– Как думаешь, они себе покупают или своему сыну? Выглядят они как «небожители». – Харви высматривал, не идут ли они по лестнице.

– Думаю, что себе. Она выглядела счастливой при виде нашей гостиной. Ее эмоции неподдельны, она ищет его для себя. – Я вспоминала как восторженно Гэйнор разглядывала каждый угол гостиной.

– Кажется, идут. – Харви прошел чуть дальше к лестнице.

Мы ждали, когда они покупатели спустятся и мы начнем оформлять продажу дома. К концу показа дома они были более чем воодушевлены, в их глазах виднелся блеск. Ее супруг даже вроде подобрел, пока бродил по дому.

– Ну, что приступим. – Норвуд достал планшет и начал искать электронные документы.

– Да, давайте. Это определенно наш дом. Он великолепен! – Гэйнор сменила настроение лица и аккуратно прислонилась в мою сторону. – Единственное, заранее прошу за свою дерзость и бестактность, меня волнует вопрос. Возможно, что я сую свой нос не в свое дело. Но зачем вам улетать? Ведь ваш дом – это просто загляденье. Этот участок снаружи, он огромен. Можно построить что-то свое. Вы бы могли здесь обжиться на всю жизнь и завести большую семью. Я не увидела детской комнаты. – Тут она резко засмущалась и начала извиняться. – Простите, простите меня. Я что-то совсем перегнула. Я просто вправду в восторге от дома!

– Не извиняйтесь. Все в порядке. Эм… Просто мы отложили вопрос заведения большой семьи на будущее и хотим сначала понять, что нам двоим важно в этой жизни. Знаете, ну это просто такой шанс. – Я начала размахивать руками, отвечая на ее вопрос.

– Да, Вивиан права. Ничего, что спросили. Мы все тщательно планируем. Дом действительно подходит для всей жизни, но мы чувствуем, что этого будет недостаточно. – Харви поддержал меня, подошел поближе и приобнял за талию.

– Нынешние молодые люди бегут в города, как ошпаренные. Стремятся в новые высотки. Ищут славы, денег. Совсем позабыли о природе и о ее красоте. Не знают уединения, и заводят множество связей. – Альберт вдумчиво всматривался в окно и, повернувшись к нам лицом, продолжил. – Но вы довольно интересная пара, живете в такой глуши. Я вас понимаю, сам бы улетел, будь я моложе. Этот мир катится к чертям собачьим. Нужно открывать новый. – Он уселся на диван рядом с Гэйнор и вопросительно посмотрел на риэлтора.

– Ах, да! Все готово, документы готовы. Можно подписывать, – Норвуд летал в своих мыслях во время нашего разговора.

Пока мы уточняли детали и подписывали документы, я задумалась о сказанных вещах этой женщиной. И не могла понять, что происходит со мной в последний месяц. Все больше сомнений в мыслях. Я чувствовала, что Харви тоже чем-то обеспокоен, но он старался это держать под контролем.

– Ну что. Ключи? – Норвуд обратился к нам и начал собираться.

– Да, вот они. – Харви передал ключи Альберту в руки.

– Отлично! Поздравляю вас с приобретением этого замечательного дома! – Риэлтор пожал руки покупателям и посмотрел на нас. – А я с вами я еще увижусь через неделю, заберу вторые ключи. – После чего он поспешил к выходу.

– Спасибо! – Гэйнор улыбалась и была такой счастливой. – Мы тоже пойдем. Нам нужно перевезти наши вещи. Надо еще до города доехать. Уже темно. Что ж. Удачи вам! – Они с мужем последовали вслед за риэлтором.

– Спасибо! – Я смотрела на закрывшуюся дверь вслед и остолбенела от чувства потери чего-то важного.

* * *

Иногда я перебирала фотографии, пытаясь вспомнить теплые моменты из своей прошлой жизни. Очень много снимков было сделано в нашем доме. Это помогало мне абстрагироваться от текущей обстановки. На часах уже было 11 вечера. Надо как-то себя развлечь.

Заметка #9

Я нашла алкоголь на складе! Приглашаю на вечеринку!

* * *

Вот это я понимаю развлечение! Давно мне не было так хорошо, так спокойно. Я даже не задумывалась, что на борту может оказаться алкоголь. Но мои старания найти на складе что-то интересное, вывели меня на эту находку.

Думаю, что один раз в месяц буду устраивать себе день-беспредела. Ну крушить здесь мало что получится, зато беспредельно подбухивать – это вполне безопасно. Хотя стоит обдумать эту мысль на трезвую голову еще раз.

Моя неожиданно появившаяся смелость позвала меня купаться в бассейн, где я наконец решилась всмотреться в иллюминаторы, находясь в воде. Мне сегодня везет. Я наблюдала невероятно красивое звездное скопление. И чего я раньше не выглядывала в окошко, а?! Это же так прекрасно!

Вода так мягко обволакивала мое голое тело, что я почувствовала, что стало клонить в сон, и начала вылезать из бассейна. Однако, не стоило так долго пялиться в иллюминатор. Что-то голова кружится. Я стала одеваться и почувствовала, что немного подташнивает. Вода в бассейне переливалась и усиливала рвотный рефлекс. Я поторопилась выйти из зала подальше, попутно прихватив с собой пустую бутылку вина.

В глазах мутнело, тело приятно расслабилось в воде, и я плелась по коридору, еле передвигая ноги. Внезапно меня затошнило и вырвало на пол. Что-то не хорошо.

– Вивиан, ваше состояние здоровья настораживает. Уровень гемоглобина в крови сильно ниже рекомендуемой нормы. Я советую вам просканироваться в медпункте и проверить ваше здоровье. – Голос Джилл издавался из моего браслета и звучал эхом в моей голове.

Я ничего не ответила, но направилась в медпункт. Может и стоить проверить здоровье. При входе в зал меня еще мутило, но не так сильно. Похоже беспредел отменяется. Я легла в капсулу и закрыла глаза. Свет от сканера пронзал мои глазные яблоки, что хотелось поскорее закончить и лечь в свою постель. Как только сканер прошелся вдоль и поперек, капсула открылась и я подошла к монитору рядом с капсулой.

– Итак, и что тут. – Я не могла понять. – Джилл? Что это такое?

Меня охватила паника. Я начала перебирать кнопки, переключая с показателей здоровья на сделанные снимки. Это же…

– Ваши показатели здоровья крайне нестабильны. В контейнере я приготовила для вас лекарства. Рекомендую принимать по 3 таблетки в день во время еды. – Джилл закончила говорить и в контейнер посыпались лекарства.

Я не верю своим глазам. Такое не может быть.

– Джилл! Ты глухая! Я спросила, что это такое! Что изображено на снимке? – Я начала орать на монитор и глубоко дышать.

– На снимке изображен ваш плод. По текущим прогнозам ему 4 месяца.

– Это невозможно! Это невозможно! Ты, ты неправа! Какой еще плод! Я не была… – Тут я остановилась и пыталась вспомнить. – Я, я была у врача! Он сказал, что у меня отрицательный результат! Ты бредишь!

– Вивиан, вам нужно успокоиться и прийти в себя. – В соседний контейнер упала таблетка. – Вы можете принять ее сейчас и вам станет легче.

Последние слова Джилл прозвучали тихо и отдаленно. Мои глаза закатились, и я потеряла равновесие.

Глава 7

Может, это причина, по которой я проснулась раньше времени? Плод должен был развиваться все это время. Но что если препараты перед вводом в гибернацию подействовали на состояние плода? И он тоже был погружен в анабиоз. Почему доктор Уильям не увидел плод на сканере? Мог ли он ошибиться? Не заметить. Что если он заметил позже, но не смог с нами связаться?

Так странно… Меня больше не волнует, смогу я найти способ вернуться к Харви или нет. Меня беспокоят мысли о нем. О том, кто жил во мне все это время. Даже если я найду способ открыть модуль управления и лечь в запасную капсулу, что будет с ним? Мое спасение становится опасным для жизни другого человека. Вновь.

Заметка #10

Я даже не знаю…

Мое развлечение прошлой ночью обернулось неожиданным событием. Вы скажете, что я сошла с ума. Возможно, так оно и есть. Может это все просто мой сон, и я все еще нахожусь в капсуле.

А может мы и не улетали? Нас загружали уже в капсуле. Может мы находимся в лаборатории? Такое ведь возможно. На нас испытывают галлюциногенные препараты. Скажем, у каждого будет своя реальность.

В общем, не знаю, что снится вам. Но ночью я узнала, что во мне все это время находился плод. Я упала в обморок прямо в медпункте от того, что узнала. Моя психика, кажется, не выдерживает той реальности, что мне дана. Я проверила уже 5 раз. Все 5 раз сканер вывел снимок плода. Это пугает. Я не знаю, что мне с этим делать.

Каждому психотерапевту нужен свой психотерапевт.

Мы строим свои планы. Мечтаем, работаем над ней. А потом: бац! И твоя мечта рассекается о события, которые ты не планировал. Так работает жизнь. Ее невозможно контролировать, пока ты убежден, что все под контролем.

Я спятила. Нужно проверить еще раз через неделю. Может это какой-то глюк в системе.

Заметка #11

Не глюк.

Заметка #12

Так не честно! Все должно было быть по-другому! Весь месяц были знаки! Весь месяц нам задавали вопросы, которые сеяли сомнения в нашем решении. Друзья, знакомые, чужие нам люди испытывали наше решение на прочность. Мы были слепы. Как мы могли упустить из виду столько знаков, на которые стоило взглянуть иначе.

Мы видим в будущем решение, становясь слепыми и глухими в настоящем. Он был у нас под носом. Под сердцем. В настоящем. А я была уже в будущем.

Заметка #13

Я каждую неделю хожу в медпункт и сканирую себя по новой. Вчера я сделала 11-ое сканирование. Он вырос на 2 сантиметра. Теперь целых 14 сантиметров. Джилл сказала.

Стоит остановиться. Сканеры безвредны. Но, итак, яснее некуда, что он есть внутри меня.

Так что теперь у меня новый статус на корабле! Может в этом есть смысл, который мне трудно разглядеть. И когда-нибудь я расскажу потрясающую историю своему малышу. Смогу объяснить ему, почему мы с ним живем на корабле, летящем сквозь звездное пространство в будущее его отца.

Парадоксально, но он тоже навряд ли доживет до пробуждения Харви…

Не будем о грустном и о том, чего еще нет. Не знаю, что это, но я начала ощущать какие-то внутренние изменения. Я чувствую, что мое тело начинает расти, меняться. И мое ложное убеждение о последствиях гибернации в виде усиления вкусовых качеств полностью канули в небытие. Ведь дело было совсем в другом. И сейчас, как никогда, я чувствую, насколько сильно я испытываю гастрономический оргазм, особенно в ночное время. Поэтому, женское население корабля, если после пробуждения у вас усилились вкусовые ощущения, проверьте себя сканером. Мало ли.

Шучу конечно. Надеюсь, что подобного не случится. Нас к этому не готовили. Кто будет принимать роды?

* * *

Все чаще я просиживаю по пару часов в день рядом с капсулой Харви. Я представляла, сколько эмоций он испытает, когда проснется. И понимала, что при любом исходе, ему не избежать шокового состояния. Но не знать ничего и дожить до пункта назначения – мне казалось, намного гуманнее. Тем более что он даже не встретит его. Как можно любить того, кого ты никогда и не знал. А значит и грустить не придется.

Может быть, я совершаю огромную ошибку. Только вот у меня нет двух попыток для проверки своих теорий. Один выбор, который все равно будет ошибкой для кого-то из нас.

Завтра будет 6-ой месяц моего пробуждения. Мой живот значительно подрос и округлился. Я каждый день осматриваю его, пытаясь увидеть движения. Пару раз мне это удалось. Крохотная рука, упирающаяся в стенки моего живота. Она такая маленькая.

Удивительно! Он смог выжить в условиях, которые никто не предусмотрел для него. Наше женское тело настолько уникально, что способно адаптировать условия для плода самостоятельно. И я испытываю невероятную гордость за то, что ношу такого маленького сильного воина внутри себя!

Заметка #14

Это девочка! Я все не могла решиться узнать, кто внутри.

Я была так взволнована сегодня утром. Сегодня ей уже 7 месяцев! Я рада, что я проснулась. Кто знает, сколько бы она смогла там прожить в анабиозе. Она ведь должна расти. Это ненормально для плода. Вдруг это может повлиять на ее развитие в дальнейшем. Меня это очень беспокоит, учитывая, как медленно она растет. Я пересмотрела архивы по тому, как проходит развитие плода в земных условиях. Его размер должен быть в районе 40 сантиметров. Но ее рост всего лишь 29 сантиметров. Думаю, это связано с препаратами, введенными в первый месяц ее жизни.

Заметка #15

Я решила исследовать склад на наличие детских приспособлений. Мы ведь планировали строить не только новый мир, но и создавать новое население. Конечно же компания позаботилась о транспортировке предметов для новорожденных детей. Мне еще рано что-то готовить, еще два месяца, но знать, где и что лежит – мне не помешает.

Но речь совсем не об этом. Пока я искала детские принадлежности, я наткнулась на контейнер с разной старинной техникой. Не знаю, для чего именно эти вещи были сложены в контейнер. Может, это нужно для нового поколения, которое по сути даже на Земле то не были. Они появятся на совершенно чужой планете, где этих вещей никогда бы не создавали. Ну это чисто мое предположение. Может, это просто чьи-то вещи, которые дороги для них.

И среди всего этого старинного хлама, я нашла полароид! Представляете! Я помню у матери моей бабушки был подобный. Но мне довелось лишь однажды видеть его на снимках. Наши фотоальбомы слишком современные. Снимок размещается сразу в свободном месте фотоальбома, как только запечатлен момент на камеру Leica.

Это фактически антиквариат! Не знаю, кто его притащил, но я тебе благодарна! Да-да! Я знаю, что это не моя вещь. Но ты уж прости. Обещаю вернуть в целости и сохранности.

* * *

Полароид оказался как нельзя кстати. Мне пришла в голову идея: делать снимки каждый год нашей жизни с малышкой. Так Харви сможет увидеть свою дочь и узнать ее лучше. Хотя мне иногда кажется, что я должна, даже просто обязана открыть его капсулу. Разве я могу лишить его отцовства?

Однако, я также чувствую, скрытое оправдание в этих мыслях, оправдание страха одиночества. Я все еще хочу разбудить его. Но пытаюсь отгонять свои мысли. Думаю, я приму решение на 9-ом месяце.

Что ж: улыбочку!

Хм… А откуда выходит снимок? О! Что-то выходит. Так, это бумага. Интересно. А где же я? Странный механизм. И этим пользовались раньше? Наши конечно намного лучше и быстрее. Может, я не туда нажала.

Пока я крутила полароид, рядом со мной бумага стала менять свой цвет. И я обратила внимание, как на нем появляется образ. Мой образ. Кажется, я поняла! Нужно было подождать всего лишь пару минут. Да, и вправду интересно выглядит. Такой необычный снимок меня. Повешу его в нашей каюте.

Сюда бы какие-нибудь гирлянды. Думаю, будет смотреться красиво. А почему бы не поискать их на складе. Раз есть такие странные вещи наверняка я найду и гирлянды.

На складе я размышляла о том, что ребенок мало двигается. В этом возрасте ей бы стоило почаще проявлять свою активность, толкаться. Но я едва чувствовала ее в себе. Может ли моя беременность продлиться дольше, чем обычный срок, предусмотренный в записях врачей?

Ну ладно. Я начинаю себя накручивать. Пора остановиться. Мне приходится все чаще следить за своими мыслями. Иногда я слишком все драматизирую. В одиночестве это становится обыденным действием: драматизм во всей красе. Лучше бы я выбирала имя своей крохе. Я всерьез задумалась над именем, и вдруг вспомнила, как мы с Харви подшучивали на тему детей. Ему так нравились детские сказки, и он всегда говорил, что назовет сына Питер Пэн. Но я совсем не хотела звать сына сказочным именем. Или… На мгновенье я почувствовала толчок, и мне в голову пришло имя: Тея.

Теона – подарок Бога.

Оно превосходно. Я слышала об этом имени у своей давней знакомой. Но тогда у меня даже мысли не было, что я захочу это имя для своей дочери в будущем. Я запомнила ее значение. И сейчас понимаю, что оно идеально подходит для нее.

Харви одобрил бы мой выбор. Стоит поделиться с ним. Я направилась к капсулам. Сегодня путь к капсулам показался более долгим, чем обычно. Ходить стало чуть тяжелее. Дойдя до своей капсулы, я не стала в него залезать. Не сегодня. Я вплотную подошла к капсуле Харви. Его лицо было безмятежно.

– Тея. Так ее будут звать: Тея. – По моей щеке скатилась слеза. – Оно невероятно красивое. Я бы очень хотела, чтобы ты увидел ее, чтобы ты был с нами. Раньше у меня была причина, по которой будить тебя было бы эгоистично и неправильно. Но сейчас все изменилось. Я долго думала, что это оправдание моей беспомощности здесь, моего страха остаться здесь без тебя. Растить ребенка совсем одной. Только может ли это быть оправданием, когда отец этого ребенка находится здесь. Ты не отказывался от него, ты не бросал нас. Ты просто не знаешь. И могу ли я решать за тебя: прожить жизнь с нами или без нас? Я не знаю. Это разрывает мне сердце каждый день.

Я положила руку на стекло над лицом Харви и поцеловала его. Как жаль, что ты так далеко от меня. Мне было хотелось прижаться к тебе и обнимать так крепко, и никогда больше не отпускать тебя. Все скоро решится. Осталось немного.

* * *

Через неделю начнется 8-ой месяц моей беременности. Я все чаще сижу за компьютером, изучая руководство врачей по самостоятельным родам. Многое еще только предстоит испытать. Некоторые женщины рожают детей сутками. Я даже не представляю, как я буду рожать на корабле в одиночестве без помощи опытных докторов. Много исследований про рождение детей в их естественной среде обитания только с заменой: водные роды. Интересно. Буду действовать по ситуации.

Я ем за двоих и много сплю. Но рост Теи все еще держится на 29 сантиметрах. В архивах есть случаи, где дети рождаются совсем крохотными, и приходится долго ухаживать в специальных контейнерах за доразвитием ребенка под присмотром врачей. Надеюсь, что на 8-ом месяце в ее весе и росте что-то изменится, учитывая медленную реакцию ее тела.

Сегодня хочется только лежать, ходить как ни странно сложнее. Я выключила компьютер и побрела в каюту. Я шла через длинный коридор и временами наблюдала в иллюминаторы, отдыхая возле них и переводя дух. Красивые звездные скопления становились частыми спутниками на пути к нашей новой обители. Что-то странное произошло внизу моего живота. Ох… как больно. Вода течет по моей ноге. Но так рано! Вдруг это преждевременные роды. Я нахожусь далеко от каюты, а до медпункта дойти быстро я не смогу. Что же делать?! Я стала идти в сторону медпункта, оставляя за собой водный след. Дыхание стало учащеннее, временами в глазах мутнело, но я продолжала идти. Почти дошла. Еще немного. Боль усилилась, и я почувствовала адский спазм в моей матке. Словно мои кости разрываются на части!

Боже, это так больно! Еще немного! Ааа! Это ужасно!

Я взвыла от боли! И стала на корточки, чтобы продолжить перебирать ногами до двери медпункта. Ребенок был на подходе, я чувствовала всем своим телом. Кажется, я отключаюсь. Нет! Ползи! Я сделала глубокий вздох и встала на ноги. Осталось всего лишь сто метров! Ты можешь!

Нет!!! Нет! Ааааа! Боль пронзила внутри, и я снова почувствовала как кости моего таза раздвигаются. Я облокотилась об стену и спустилась на пол. Больше не могу… Больше не могу!!! Слезы текли ручьем, полностью лишив меня зрения. Я стала тужиться почти без сил, выталкивая из себя ребенка, который разрывал всю мою вагину. Чем дольше я тужилась, тем больше костей, мне казалось, ломается. Я больше не могу! Пожалуйста! Я собрала все свои силы и взвыла в натуживании матки. Последний выдох и он вышел из меня! Ребенок вышел. Он вышел. Боль не уходила! Вслед за ребенком последовали новые схватки. Я знала, что после него должна родиться плацента. У меня есть 10 минут, пока я не начала ее рожать. Хотя чувствовала, что у меня их уже почти нет.

Он лежал в луже крови возле моей разорванной вагины. Я взяла ребенка на руки и пыталась почувствовать его дыхание, но он был совершенно безмолвным. Что-то не так. Я поторопилась встать с пола с ребенком в руках и побежала к капсуле в медпункте. Положив ребенка в капсулу, я нажала на сканер. Сканер прошелся быстро поверх тела и выдал: Обнаружена асфиксия. Я стала перебирать кнопки на панели в поисках первой помощи. Внутри капсулы выдвинулись аппараты для реабилитации. Аппараты двигались стремительно быстро, заменяя одну на другую. Какой-то из них сделал струйную подачу кислорода. Второй перевернул ребенка и внедрил маленькие трубки в рот и нос, из которой полилась слизь. Третий кислородную маску. Четвертый приступил к непрямому массажу сердца. Пятый ввел лекарство в руку. Я не понимаю, я не… Все было в порядке. Малыш, просыпайся! Прошу!

Прошу! Вернись ко мне!

Слезы лились ручьем, я не могла остановиться и бесконечно стучала по стеклу. Аппараты стали отодвигаться от ребенка. Капсула не открывалась. Я стала вглядываться в лицо ребенка. Она лежала и не подавала признаков жизни. Абсолютно ничего. Стекло стало медленно отодвигаться и уходить вниз. Я подошла поближе и затаила дыхание. Ничего. Она лежит и не дышит совсем. Я аккуратно взяла ее на руки и стала прислушиваться к ее сердце. Ничего. На экране светился результат реанимации. Он не может быть таким. Просто не может. Только не с ней. Прошу. Прошу. Пожалуйста. Только не с ней!

Я села возле капсулы и положила ее к себе на колени. Ее глазки были закрыты. Она совсем крохотная. Такая крохотная. Нет. Пожалуйста. Верни мне ее… Прошу. Пожалуйста.

* * *

Только не Тея. Только не она. Верни. Верни мне ее. Я пыталась самостоятельно оказать ей помощь, но ничего не помогало. Я бесконечно заливалась слезами и крепко прижимала ее к своей груди, пытаясь проснуться из этого кошмара. Ничего. Абсолютно ничего. Я просидела возле капсулы больше семи часов, обнимая свою дочь. Она не должна была родиться, но родилась. Она родилась, но ей не суждено было жить. Я не уберегла тебя. Это моя вина. Прости. Моя вина. Только моя. Прости меня. Я так виновата, мой малыш. Ты должна была жить! Я виновата! Ты должна была жить!

Просто убей меня! Чего ты хочешь от меня! Чего?!

Почему она? Почему она!!! Аааааа!!!!!!

Глава 8

Маленькие роботы пытались протереть пол подо мной, чтобы убрать кровь. Их суета напомнила мне, что я все еще сижу рядом с капсулой, уткнувшись в крохотное лицо ребенка. Не могу это принять. Мне не хочется осознавать, что я ее потеряла. Все случилось слишком быстро. Держать ее рядом с собой, мучая себя и ее тело, я тоже не могу. Нужно ее похоронить. На Земле ее бы сожгли и глазом не моргнули. Тела больше не закапывают в землю, слишком мало места. Но здесь это опасно для корабля, поэтому я могу только выпустить ее в открытое пространство космоса.

Я прижала ее к себе и встала с пола. В медпункте во встроенных в стены полках были упакованы полотенца и одеяла. Здесь также имелась небольшая раковина для врачей. Я взяла пару полотенец и поднесла Тею к раковине. На ее маленьких ручках застыла кровь, а из пупка торчала пуповина, которую я решила оставить при ней. Аккуратно омывая ее, я думала о том, какой могла бы быть ее жизнь на Земле, если бы не моя ослепленность другой жизнью. Одним полотенцем я вытерла остатки воды, и завернула ее вторым. Сверху еще раз укутала ее в небольшое одеяло. Здесь внизу лежал контейнер с лекарствами. В него как раз могла бы поместиться Тея. Вытащив оттуда все лекарства и сложив их в другие контейнеры, я положила в него Тею. Ее лицо излучало неимоверное спокойствие, что завораживало меня, и я долго всматривалась напоследок.

Пока я шла к одному из шлюзов корабля, расположенному недалеко от 7-го отсека, я тихо напевала ей колыбельную, которую готовила к ее рождению. Она лежала на моей руке и словно внимательно слушала. Или же мне хотелось так думать. В другой я несла контейнер. Ужасно осознавать, что она будет там совсем одна. Где-то в открытом космосе, окруженная пустотой. Совсем как я…

В модуле шлюза Джилл внезапно начала инструктировать меня по технике безопасности. Но я пропустила больше половины сказанного ею. Мне не хотелось отводить свое внимание от Теи. Я крепко обняла ее, не желая отпускать от себя. Пора… Ее нельзя оставлять. Нужно отпустить. Я положила ее в контейнер и плотно закрыла прозрачную крышку. Знаю, что она сразу же замерзнет там, но мне хотелось немного позаботиться о ее тепле.

Здесь был огромный модуль, в котором висело больше 20 скафандров. Я вытащила один из них и начала надевать его. Довольно легкий, но прочный. Джилл все рассказывала о выходе в космос, упомянув про материал скафандра, его характеристики и надежность. Но мне было плевать на нее. Взяв контейнер с Теей, я пошла к первой двери шлюза. Перешагнув за нее, дверь закрылась, и Джилл продолжила:

– Вивиан, в открытом космосе рекомендую вам не отлетать на далекое расстояние. Трос от корабля прицепится к вам сразу же после выхода через вторую дверь шлюза. Поверхность корабля будет вас притягивать и удерживать через магнитные ботинки скафандра. Сейчас они активированы. Чтобы отсоединиться от поверхности, вам нужно нажать кнопку «Выключить ботинки» на панели, расположенной на левой руке скафандра. Для возвращения обратно на поверхность корабля, вам нужно нажать на панели справа по кнопке «Домой», после чего трос потянет вас к двери.

– Ты много говоришь, – я потянула за рычаг, расположенный возле выхода, для сбалансирования давления внутри шлюза.

Посмотрев на лицо Теи, я крепко сжала ручку контейнера, и нажала красную кнопку возле рычага для открытия последней двери. Дверь шлюза открылась и небольшой резкий поток воздуха прошелся по нам. Я вышла за дверь, и ощутила как трос закрепился к моему скафандру. Нажав на панели «Выключить ботинки», я поплыла вместе с Теей вдаль от корабля. Отдалившись на 273 метра, я вдруг почувствовала страх. Я не могу оставить его там, просто исчезнув. Харви еще жив. Не стоит так рисковать, слишком далеко для меня отлетать на такие расстояния.

– Прости меня, малыш. Я должна вернуться. Ты самое невероятное, что произошло со мной за всю мою жизнь. Теона… Прости меня, что я не уберегла тебя. – Ее личико начало синеть, контейнер промерзал. – Ох, прости, что я это делаю именно так. Я очень тебя люблю, дитя космоса! И буду помнить тебя! Всегда! – Я оттолкнула контейнер от себя в открытое темное пространство с едва мелькающими звездами.

Слезы текли по моему лицу, заполняя мои глаза с быстрой скоростью, что я перестала четко видеть, как она отдаляется все дальше и дальше. Когда она исчезла из виду, я нажала на кнопку «Домой».

Вернувшись на корабль, я пошла в каюту, чтобы смыть засохшую кровь с тела и как следует выпустить все, что сидит внутри. После чего я укуталась в одеяло и побрела к капсульному отсеку.

– Ее больше нет. – Харви безмятежно лежал в своей капсуле. Я смотрела на него и чувствовала сильную пустоту внутри себя.

Я залезла в свой контейнер и легла боком в сторону Харви. Некоторое время спустя мои глаза стали закрываться, и я уснула.

Заметка #16

Тея родилась раньше времени… уже мертвой.

* * *

40 дней прошло с ее рождения. С каждым днем я становилась все депрессивнее. Редко кушала и бесконечно пялилась в иллюминатор. Где-то там она движется в контейнере, замерзшая, совсем одна. Мой маленький ребенок. Почему я не смогла ее уберечь. Почему я не узнала о ней, находясь на Земле. Почему…

Пару дней я ношу с собой нож со столовой и думаю о том, чтобы перерезать руку, наблюдая как кровь вытекает из нее, постепенно забирая мою жизнь.

Я перестала ходить к Харви, чтобы не думать о том, что он скажет на этот счет. Он должен понять меня. Его здесь не было. Он не имеет права осуждать меня за мое решение. Это моя жизнь. И я могу делать все, что пожелаю. Мне в любом случае суждено умереть до его пробуждения. Так чего ждать?

Продолжая раздумывать о самоубийстве, я искала место, где я смогу покончить с собой, попутно размышляя о другом варианте. Что если модуль управления откроется, кто-то из членов экипажа проснется. Вдруг мы сможем найти решение, как нам обоим заснуть. Или он пожертвует своей жизнью, уступив мне капсулу. Такое возможно. Только я чувствую себя эгоисткой. На что я надеюсь… Или может я смогу сама открыть модуль.

– Да что ты такое несешь?! Как ты его откроешь! По твоему в компании работают идиоты? Они учли все для непробиваемости модуля, я же смотрела целую лекцию по сборке модуля управления. Думаешь, ты умнее их? Нет! Ты глупая! Ты безответственная! Не смогла уберечь ребенка!

– Хватит! Прекрати… Я знаю это! Молчи! Ты не смеешь так со мной обращаться. Она уже была мертвой. Я, я старалась… Я старалась.

– Ты так не хотела жить, что ребенок принял это на свой счет. Разве не ты потеряла надежду на жизнь? Разве не ты проснулась, чтобы умереть?

– Что?! Я проснулась? Это они виноваты! Это они не уследили за моей капсулой, что она открылась раньше времени. Я могла жить! Я должна была жить. Но это они не проверили провода! Не смей… не смей. Уйди из моей головы! Прочь.

Я резко побежала, сломя голову, через длинные коридоры, пока не упала возле входа в отсек теплицы. Встав с пола, я открыла дверь и зашла в теплицу. Так свежо. Местами даже влажно. И тут так спокойно. Хоть и слышен шелест растений. Они словно переговариваются между собой. Я прошлась через стеклянные ряды малых растений, углубляясь в тесные ряды вьющихся лиан. Почему я раньше не заходила сюда. Этот блок корабля полностью автономен, впрочем, как и остальные. Система следит за достаточным светом для зелени и уровнем влаги. Хм. Здесь даже есть овощи. Может отсюда они берут яблоки. Цветы! Ох, как это удивительно! Я совсем не знала о красоте этого места.

Бабочка! Невероятно. Как она здесь оказалась? Разве… Да плевать! Это потрясающе! Она здесь живет. Еще одна. У вас здесь смотрю семейка, ребята. Три? Не может быть. Вы все это время умирали и перерождались. Еды у вас тут предостаточно. Ну конечно. А может вас специально запустили сюда? Любитель бабочек тайком протащил вас и скрыл вас. Признавайтесь.

Я вдруг заметила, как мне стало интересно с ними болтать. Хоть они меня и не понимали, не слышали и не реагировали в ответ. Они перерождались 70 лет и выжили здесь. И учитывая их недолгую жизнь, бабочки все еще продолжают выживать на корабле. Нет, я не могу так сдаться. Я должна жить.

Заметка #17

Что ж… Это было нелегко. Я до сих пор чувствую пустоту внутри. Мне тяжело думать об этом, я сразу же впадаю в депрессию и подумываю о… Это тяжело. И никто не поймет.

Бабочки! Они живут в теплице. Вы можете себе это представить? Они все это время были здесь, умирали, перерождались, снова обновлялись. Это навело меня на мысль, что мое время еще не пришло. Да, я проснулась слишком рано и, возможно, что не увижу никого из вас. Но что если я вдруг смогу случайно, по какому-то чудесному стечению обстоятельств, найти выход, найти решение. Мне хочется в это верить. Они ведь выжили. Может и я смогу.

* * *

За долгое время пребывания здесь мне внезапно захотелось прибраться. Дома мне доставляло это удовольствие: слушать в наушниках песню и убираться. В своих вещах я нашла наушники и включила подходящую песню для настроения. В коридорах были встроенные блоки со швабрами. Внутри у нее уже была вода, поэтому я могла сразу и намочить пол, и протереть.

Я танцевала под песню, размахивая шваброй и изображая музыканта с инструментом в руках. Мне было невероятно хорошо. Я чувствовала, как моя пустота развеивается с каждым припевом в песне. Ха! Вы ж мои заботливые! Роботы-пылесосы, не терпящие грязь на борту и воду, разносимую мной по полу коридора, следовали за мной по пятам. Выглядело так забавно, что я хохотала и продолжала веселиться, подпевая слова песни во весь голос. Я наконец-то чувствую себя. Я здесь. Я живу.

Глава 9

Заметка #18

Я уверена, что этих бабочек сюда кто-то пронес. Иначе, откуда здесь Монарх? Среди архивных данных мне удалось найти про цикл жизни бабочек и полное описание их разновидностей. Монарх среди них долгожитель. Видела еще лимонницу. Их кстати две. И я обнаружила, что в теплице их вовсе не три штуки, а целых семь. Хотя, полагаю, что некоторые еще спят где-то в растениях, и я не всех нашла. Летающих целых семь особей. Морфо Пелеида самая красивая, на мой взгляд. Это здорово! Хоть какая-то живность.

Вчера наведалась к Лойду. Давно не проверяла, как он там. Все такой же пожилой мужчина. Вроде бы особо заметных изменений нет. Честно говоря, сейчас мне не хочется больше ничего вам рассказывать. Ибо нечего.

* * *

Мои дни становились все скучнее и скучнее. Я постоянно занималась в тренажерном зале, много плавала в бассейне, написала 240 заметок, подсела на чтение романов. И иногда пересматриваю сериалы, которые уже видела не один раз. Это помогает мне чувствовать, что время не застыло.

Днем я часто зависаю в библиотеке, изучаю строение корабля и механику. Все больше убеждаюсь, что сама организовать себе гибернацию не смогу. Поэтому храню надежду на запасную капсулу, к которой пока не подобраться. Эх, была бы у меня супер способность – проходить сквозь стены. Но за время анабиоза ничего такого не появилось.

Иногда я играю с пылесосами, разбрасывая кусочки еды по полу. Им, наверное, не очень весело. Но зато я отвлекаюсь. Один раз я даже наблюдала, как один из них развернулся и уехал. Я подумала, что он устал или обиделся. Потом выяснилось, что он уехал на подзарядку. Мои надежды на чувства от роботов рухнули.

Эти три года я старалась жить в настоящем, чего избегала в прошлом на Земле. Я привыкла к одиночеству. Словно так было всегда. Утром я занималась спортом, днем изучала все, что есть в архивах компьютеров и книгах, а вечером развлекала себя обходом корабля и сериалами. Сейчас я местная: знаю, где и что находится.

Сегодня на пробежке я задумалась, как изменилась Земля за все 73 года нашего отсутствия. Интересно, что нового там появилось, какие здания теперь строят люди.

– Здесь есть кто-то? – Я услышала какой-то голос сквозь музыку в моих наушниках. Может, показалось. Странно. – Ау? Люди? Есть кто-то?

Почти добежала до главного холла, голос стал громче. Человек. Это человек!

– Мам?! – Он звучал растерянно.

От этого слова, я резко притормозила возле входа в холл. Это ребенок. Меня обдало холодом.

– Здравствуй! – Я тихо обратилась к нему. Он стоял спиной ко мне, и услышав мой голос, радостно обернулся.

– О, привет! Я проснулся! Где я могу найти своих родителей? – Мальчик был уверен в том, что мы прилетели. Его глаза были в поисках.

– Эм… Я… Дело в том, что… Дело… – Мое дыхание стало прерываться и я не понимала, как ему ответить. – Слушай, я боюсь тебя испугать. Понимаешь. Я тут одна.

– Одна? А где остальные? – Он явно ожидал продолжение и надеялся на другой ответ.

– Остальные спят. – Я вдруг вспомнила свои ощущения от первого дня, когда узнала, что проснулась одна.

– А они скоро пробудятся? Мы же должны прилететь уже на планету. – В его глазах было непонимание.

– Нет. Все пассажиры находятся в гибернации. До планеты лететь еще 105 лет. – Невероятно. Что могло быть хуже моего пробуждения. Только пробуждение ребенка на борту, чьи родители спят. Я вдруг испытала весь ужас происходящей ситуации. – Пойдем, я покажу тебе, какое расстояние мы пролетели.

Мы пришли в конференц-зал, где я попросила Джилл показать данные по полету.

– С пробуждением! Внешнее и внутреннее состояние корабля «Зион» – 100%, без изменений и неисправностей. Напоминаю вам, что мы летим на планету «Дэвион 78», где вместе построим новое поселение для жизни. На текущий момент мы пролетели часть нашего пути, равного 73 земным годам. До достижения планеты «Дэвион 78» осталось 105 лет.

Голографическая картинка Джилл исчезла, и я увидела безмятежное лицо мальчика. Интересно. Он был не так удивлен происходящему, как я в свое время.

– Как тебя зовут? – Спросила я.

– Томас. – Спокойно ответил мальчик.

– Сколько тебе лет, Томас? – Меня все еще беспокоило его спокойствие. Может это мираж.

– Мне 11, – немного подумав, он добавил, – было.

Я подошла поближе и ущипнула его за плечо, надеясь понять, что он настоящий.

– Ай, что вы делаете? – Томас прищурился и настороженно смотрел на меня.

– Прости. Я подумала, ты не настоящий человек. Просто ты возник из ниоткуда. Не знаю даже. Вдруг ты мне мерещишься. – Я все еще приглядывалась внимательно к его эмоциям. На вид он вполне себе настоящий.

– Почему я должен мерещиться? – Удивленно спросил он.

– Потому что за три года никто не просыпался. – Я наконец-то увидела удивление и страх в его глазах.

– Три года? Ого! Это много. Разве вы не можете снова лечь и уснуть? – Томас что-то раздумывал.

– Нет. Так как моя капсула сломана. К тому же без помощи врачей я не смогу войти в анабиоз. Точнее, есть капсула, в которой есть специальные впрыскиватели лекарства в тело: оно может ввести в анабиоз без помощи. Но капсула находится в закрытом модуле. Так что я, к сожалению, не могу вернуться в капсулу. – Я вдруг поняла, что даже открыв модуль управления, теперь мне придется сделать выбор.

– У меня такая. – Спокойно ответил Томас.

– Что такая? – Я с интересом уточнила у него.

– Капсула. Мой Папа инженер-ученый. Он участвовал в разработке капсул. У меня хроническая обструктивная болезнь легких. Папа предупреждал, что система может меня автоматически вывести из анабиоза. И чтобы я смог заново уснуть, он усовершенствовал мою капсулу. Поэтому я должен вернуться в капсулу. – Томас встал и направился к выходу.

– Ты больно умный для своего возраста. – Я пребывала в легком шоке.

– Я знаю. Ты проводишь меня? – Он смотрел на меня и ждал у выхода.

– Думаешь, это сработает? А разве тебе не нужен ингалятор? – Мы шли по коридору в капсульный отсек.

– Нужен, когда я испытываю стресс или резкое изменение температуры в теле. Поэтому я сохраняю спокойствие. Я с этим родился. – Томас был совершенно непробиваем. – А твое имя?

– Вивиан. – Я смотрела на него и не могла понять, откуда в нем столько уверенности. – Меня зовут Вивиан Грей.

– Ты все это время была одна? А другие? Кто-то еще просыпался? А члены экипажа? Ты пробовала починить свою капсулу? – Томас решил засыпать вопросами напоследок.

– Воу! Столько вопросов. Я так давно не слышала человеческий голос. Это приятно. – Слезинка скатилась по щеке, и я словила легкую грусть. – Да, отвечая на твои вопросы. Никто больше не просыпался вот уже три года. Значит ты спал в 4-ом отсеке. А я в 3-ем. – Мы подошли к его отсеку.

– У меня капсула №2702, рядом с отцом. Я слышал, что здесь есть бассейны? Это правда? – Томас высматривал номера капсул.

– Да, тут их 2. – Ответила я.

– О! Потрясно! А игровые есть? – Он явно заинтересовался кораблем.

– Есть. Ты даже не представляешь, насколько он огромен. и чего только здесь нет. – Я улыбалась и размахивала руками, изображая размер корабля.

– Вот она! – Томас радостно крикнул, показывая на капсулу.

– Ну что ж. – Я тяжело вздохнула и подошла поближе к его капсуле. – Ты уверен, что сработает?

– Да, мой Папа никогда не ошибается. – Томас залез внутрь и лег. Он лег прямо и сложил руки рядом. – Я сожалею. – Он посмотрел на меня с грустью и закрыл глаза.

Удивительный день для меня. Я не стала дожидаться, пока капсула закроется и ушла прочь.

– Вивиан! Ты здесь? – Крикнул Томас.

– Что такое? Почему ты не спишь? – Я повернулась и увидела, что капсула не закрыта.

– Она не закрывается. Ты можешь ее закрыть? – Его голос стал более резким, я чувствовала страх.

– Я попробую. – На панели я выбрала режим «Сон» и нажала на кнопку «Закрыть капсулу».

– Не закрывается! Может она тоже сломалась? – Томас приподнялся посмотреть, что случилось.

– Спокойно. Сейчас посмотрю, ложись обратно. – Я попыталась сделать невозмутимое лицо и спустилась под капсулу. Открыв панель с проводами, я убедилась, что там все было в порядке.

– Он мог сломаться? – Томас перешел на нервный голос.

– Все в порядке. Постарайся не нервничать. – После чего я пожалела, что сказала так. Томас начал задыхаться.

Капсула не закрывалась. Не было совершенно никакой реакции на кнопки. Один раз она попыталась закрыться, но сразу же вернулась в открытую позицию. Возможно, что его отец не учел помощь врачей, которые находятся в анабиозе. Я помогла Томасу встать из капсулы, и мы побежали в медпункт. Пока он стоял в дверях, держась за горло, я искала ингалятор. Где же он? Я ведь видела его в этом контейнере.

– Нашла! Держи. – Я подбежала к Томасу и дала ингалятор.

Он судорожно нажал на колпачок и выпустил спрей в горло. Через пару применений ингалятора, Томас начал успокаиваться. Я взяла его за руку и усадила на кушетку возле стены. Ему было не по себе от того, что план отца не сработал. Это было видно и без вопросов к нему.

– Хочешь что-нибудь поесть? Помню, когда я проснулась, я долго бегала по отсекам в поиске другой капсулы, совсем позабыв о голоде. Через день мой живот не выдержал моего эгоизма и взвыл как дикий койот. – Я отвлекала его мысли от страха.

– Койот? Они же вымерли. Папа рассказывал, что эти волки существовали еще до его рождения. Ты разве их видела? Откуда ты знаешь, как воет койот? – Поинтересовался Томас.

– Ну есть же интернет. Да и к тому же моя бабушка рассказывала мне, как жили ее предки. Особенно мне нравилось слушать про слонов, огромных таких животных с большими ушами и носом, с помощью которого он помогал себе пить воду. Я видела их на фотографиях. Они такие красивые. Но их уже давно нет. – Я задумалась о том, как много всего мне рассказывала бабушка. Приятные воспоминания.

– Ты заговариваешь меня? – Внезапно спросил Томас.

– Как я уже говорила, ты весьма умный паренек. – Я улыбнулась ему.

– Ладно, что можно покушать? – Томас стал спокойнее.

– Идем, ты будешь приятно удивлен. – Я встала с кушетки и позвала за собой.

В столовой Томас быстро пришел в себя, радовался яблокам и булочке. Он начал задавать вопросы касаемо моего проживания и бесконечно удивлялся. Я пропустила историю с беременностью, не зная как я сама в первую очередь отреагирую на воспоминания. И пугать его лишний раз не хотелось.

– Тебе надо отдохнуть, выспаться. Завтра мы попробуем еще раз. Я осмотрю твою капсулу утром. – Я убирала поднос, осознав, что вдвоем сидеть в столовой куда приятней, чем одному.

– А как ты понимаешь: утро сейчас или ночь? – Поинтересовался Томас.

– На твоем браслете высвечивается земное время. – Ответила я.

– Ты поможешь найти каюту родителей? – Томас уже стоял у выхода в ожидании меня.

– Да, конечно. Номера кают совпадают с номерами капсул, поэтому нам направо. – Мы пошли в сторону кают.

По дороге в каюту Томас все разглядывал и поражался, как грамотно собран корабль. Маленький умник немного позабыл о своей ситуации. Это хорошо, учитывая его болезнь. Лишний стресс ему ни к чему, да и мне тоже. Мы вошли в каюту, он осмотрелся и понял, что здесь безопасно. Я пожелала ему хорошего отдыха и вышла в коридор. Пока я шла в свою каюту, я думала о его капсуле, перебирая разные варианты в голове. Внезапная задача, которая оживила мои серые дни. Но не настолько я ей обрадовалась, понимая его участь. Сейчас мне хочется помочь ему вернуться к родителям.

Я легла в кровать и почувствовала, как сильно устала. Резкий выброс кортизола вызвал у меня сонливость. Я укуталась в одеяло и начала засыпать. Стук в дверь внезапно разбудил меня.

– Вивиан, прости. Я не могу уснуть там. – За дверью стоял Томас. – Можно я посплю рядом? Я никогда не засыпал вдали от родителей.

– Конечно! Заходи. Я совершенно не подумала об этом. Оставила тебя одного. – Он же еще ребенок. Я почувствовала себя безответственным человеком. – Держи одеяло.

Томас укутался в одеяло рядом со мной и через какое-то время заснул. Пару раз ночью я просыпалась и проверяла все ли с ним хорошо. Прислушивалась к его дыханию, и как только понимала, что с ним все в порядке, засыпала обратно. Возможно, что материнский инстинкт вернулся ко мне после его появления. А иногда мне казалось, что я просто видела сон и его здесь нет. Но он лежал рядом, тихонько посапывая.

Заметка #241

Мистер и Миссис Росс, мне невероятно жаль.

Томас проснулся неделю назад. Мы каждый день пробовали уложить его обратно в капсулу. Она не срабатывает. Лекарство, которое вы подготовили, не выводится при открытой капсуле. Я проверила нижнюю часть капсулы, знаний у меня не так много, но даже я убеждена, что с проводами капсулы все в порядке. Может быть внутри есть какая-то дополнительная плата, которая перегорела. Но она находится внутри самой капсулы, которую можно достать, только если полностью разобрать и собрать капсулу заново. Я не уверена, что смогу ее собрать.

Сегодня он отказался ложиться в капсулу. Томас упрямится. Говорит, что это бессмысленно. К сожалению, я склоняюсь к той же мысли.

С ним все в порядке. Он довольно умный мальчик. Мы много разговариваем и проводим время вместе. Признаюсь, что для меня он как свежий глоток воздуха за столь долгое время. О! Не подумайте, что я как-то причастна к его пробуждению. Ни в коем случае, я бы не пошла на такое. Тем более он совсем ребенок. И мне ли не знать, что такое потерять…

В общем, я буду пытаться найти для него решение. Ему здесь не место.

* * *

– Что делаешь? – Я подошла к Томасу, сидящему в зале с панорамными окнами.

– Я наблюдал за звездными скоплениями. – Он был явно очарован, его глаза сверкали. – Кстати, Джилл, сказала, что через 4 минуты мы приблизимся к планете «Вулкан». Ты знала, что эта планета полностью состоит из огня и лавы? Получается, что она всегда горит.

– Это уже 11 планета. – Я подсела рядом с ним.

– Ого! Разве бывает столько огненных планет? – Его зрачки расширились.

– Бывает. Я же проснулась. Ты проснулся. Все бывает. – Звездные скопления исчезли из виду, стало чуть больше света в зале, значит скоро увидим «Вулкан».

Защитное темное стекло выдвинулось снизу внутри зала и поднималось до краев панорамного окна. Снаружи удвоился защитный экран. Предусмотрительно. Система всегда учитывает возможность внештатной ситуации при приближении к опасным планетам. Хотя тут, итак, довольно толстое трех стекольное окно. Но мне нравится, что компания позаботилась о защите каждого отсека со всех сторон. Столько жизней внутри этой железной банки…

Планета «Вулкан» появилась у нас на виду. Томас замер от удивления. Она была мощнее предыдущих, от нее исходил яркий свет и зловещий жар, мы не чувствовали ее жар благодаря экрану корабля. Джилл выводила показатели планеты через проектор: температура планеты была 9 700 градусов. Мощно. Предыдущие достигали максимум 4 000 градусов.

– Ты не боишься смерти здесь? – Томас не переставал смотреть на горящую планету.

– Ох. Вот это вопрос. – Я задумалась. – Знаешь…. Когда ты одинок, ты словно бессмертен. – Томас повернул голову и внимательно слушал меня. – Время тянется мучительно долго, иногда кажется, что оно вовсе останавливается, и ты теряешь связь с реальностью. Ты застреваешь в одном дне, чувствуя как каждый день становится еще длиннее предыдущего. И когда просыпаешься на минуту и видишь свою реальность, следишь за тем, что делаешь и как делаешь, ты вдруг видишь, что это длится бесконечность и будет продолжаться столько же пока не умрешь. Но смерть тебя не волнует. Ведь ее и близко нет в твоем будущем, которое никак не может наступить. Ты застреваешь. Ты бессмертен.

– Здорово – быть бессмертным. – Он протяжно произнес слова и смотрел на остатки световых волн отдаляющейся от нас планеты.

– Хочешь посмотреть на реальное бессмертие? – Я вспомнила, что на корабле живут бабочки, которые стабильно перерождаются вот уже 73 года. Вот где настоящее бессмертие.

Томас был так счастлив увидеть живые существа с Земли, что даже вскрикнул, заметив первую бабочку. Он был настоящим ребенком, который радовался всему, что видит, трогает, познает. Я расплакалась при виде его танца возле деревьев. Томас взял меня за руку и повел вглубь теплицы, подпрыгивая от радости. А ведь он еще не видел, какой у нас огромный склад. Мы веселились, танцевали и подпевали разные песни, погружаясь в самое беспечное состояние.

Вечером, когда нам захотелось поесть, мы решили взять еду из столовой и пойти в каюту смотреть сериалы. Он был смешной, тащил в руках большое количество сладостей и был невероятно доволен своей находкой. Пока мы выбирали сериал, Томас заметил на стене 4 фотокарточки с гирляндами.

– А что это? Это ты? – Поинтересовался он.

– Да, это снимки, сделанные на полароид. Я фотографировала себя каждый год, проведенный здесь. Первую я сделала перед…. – Я вспомнила, когда я ее сделала и замолчала. – Эм… Вот. Видел когда-нибудь такой? – Я достала его из тумбочки рядом с кроватью и передала Томасу.

– Вау! Я никогда не видел такую штуку. А мне можно попробовать? – Томас крутил его в разные стороны, но не мог сообразить, куда нажимать.

– Давай я тебя сфотографирую. – Я взяла полароид и сделала снимок. – Держи, нужно немного подождать и на нем появится картинка.

– Здорово! Так здорово! Это классная штука! – Томас обрадовался, что на снимке появился его цветной образ.

– А, знаешь, давай еще вместе. Я хочу сохранить на память себе, добавлю в свою коллекцию. – Мы сели рядом и улыбнулись в камеру.

Снимок получился такой насыщенный. Теперь в моей коллекции не только одиночество. Томасу понравилось, как работает механизм полароида, и он сделал самостоятельно еще пару снимков. За всей этой радостью я все еще чувствовала ответственность за его жизнь. Но сегодня мне хотелось просто насладиться моментом. Давно мне не было так хорошо, по-людски.

Глава 10

Томас все еще отказывался ложиться в свою капсулу, ссылаясь на неудачные попытки закрыть ее ранее. У нас остался только один вариант, который напрочь закрыт от простых смертных. Или Томас не простой смертный… Его мама спала в модуле управления, являясь одним из членов экипажа, а отец-ученый, который помогал в разработке капсул. Они явно предусмотрели план по спасению сына в чрезвычайных ситуациях. А значит…

– Томас? – Я побежала в библиотеку в поисках мальчика.

В библиотеке его не было. Я пробежалась по разным отсекам в надежде найти Томаса и рассказать свою мысль. Как я раньше не сообразила, ведь это может оказаться ключом к спасению.

– Ах, вот ты где. – Томас сидел возле дерева в теплице, наблюдая за бабочками. – У меня фантастическая мысль! Кажется, мы можем спасти тебя!

– Разве меня нужно спасать? Месяц прошел быстро, я стал привыкать. – Спокойно ответил он и продолжал наблюдать.

– Что значит разве? Ты что такое говоришь?! Пойдем в каюту твоих родителей. Мне нужен твой браслет. – Я была возмущена его спокойствием, но мне не терпелось проверить свою теорию.

– Вивиан, я ценю твою заботу и желание помочь мне, но я подумал, и решил остаться здесь. – В его словах звучал аристократический пофигизм.

– Встал быстро! И пошел за мной! – Меня распирало от мысли, что я могу помочь ему. Хотя, возможно, я переборщила с тоном голоса, но это потрясло Томаса, и он поспешил встать и направиться к выходу из теплицы.

Я почти бежала в каюту, постоянно оборачиваясь и высматривая Томаса. Он, ошарашенный моим поведением, старался не отставать и молча следовал за мной. Каюту родителей мог открыть только их сын со своим браслетом. Он боялся там оставаться один и ночевал все это время у меня. Но что если именно в каюте родителей спрятан ответ для его капсулы. Томас открыл дверь, я ворвалась туда как ужаленная в поисках подсказки.

– Что ты ищешь? – мальчик был встревожен. – Может я могу помочь тебе в поиске?

– Твоя мама – она ведь член экипажа. Так ведь? Где она спит? В модуле управления! У вас с отцом обычные браслеты на руках, как и у всех пассажиров. Но у нее, как у члена экипажа, браслет с доступом ко всем закрытым модулям. За той дверью запасная капсула. Осталось лишь открыть ее. – Я остановилась подумать, куда она могла его положить.

– То есть ты думаешь, что она оставила мне свой браслет? – Томас пытался понять, что конкретно я ищу.

– Да! Только не свой. А дополнительный! Понимаешь?! – Я ждала бурной реакции на ответ, но мальчик даже не шевельнулся. – Тебе что не интересно? Ты что вправду решил остаться здесь?

– Ну, твоя мысль сомнительная. Я ведь ребенок. Как я мог догадаться о том, что моя мама решила оставить мне запасной универсальный браслет, если я был бы здесь совсем один? – А он прав. Я не подумала об этом, когда потащила его в каюту за поиском того, что могло и не быть. – Отец сказал мне просто вернуться в капсулу, если она раскроется. Но это не сработало. Больше наставлений для меня не было.

– Не хочешь помогать мне: не помогай. Я хотя бы проверю свою теорию для успокоения души. – Энтузиазма стало намного меньше, но мне все равно хотелось убедиться, что браслета здесь нет.

Томас вышел из каюты, и до ужина я его больше не встречала. Обыскав каждый уголок каюты, каждую полку и вещи родителей мальчика, я поняла, что моя теория провалилась. Только это не успокоило мой ум касательно его матери. Все же должно быть что-то, но я пока не знаю, как она могла обезопасить сон своего сына. Подумаю об этом позже, хочу увидеть Харви. Я продолжала приходить к нему каждый месяц своей жизни на корабле, чтобы пообщаться и предаться воспоминаниям.

* * *

Крис Росс обсуждал последние детали с разработчиками и поглядывал на часы. До начала ввода в гибернацию пассажиров оставался ровно один час. Он боялся пропустить новые мысли команды, желая как можно больше узнать о возможностях капсулы.

– Крис, иди уже. Ты достаточно знаешь о капсулах и ты один из главных участников в их создании. Опоздаешь на свой рейс. Следующий только через 178 лет. – Главный механик Дэвид подшучивал и постоянно напоминал ему о сборе.

– Да, помню. Ладно. Я и вправду задержался. Хочу убедиться, что мой план сработает. Кто знает, как будет протекать полет все это время. – Крис задумался, но вовремя себя остановил. – Ну что ж, ребята, я пошел. Всех еще раз благодарю за проделанную работу! Мы отлично поработали.

– Удачи! Хорошо долететь! Ты тоже молодец! – Со всех углов доносились возгласы членов команды.

Крис не стал долго задерживаться с прощанием и быстро удалился из комнаты. Ему еще предстояло найти свою семью среди всех ожидавших на пункте пассажиров. Мысли о сыне не давали ему покоя. Кто-то толкнул его, проходя мимо, и он увидел, что уже дошел до пункта сбора пассажиров. Осталось найти среди них свою жену и сына.

Космический центр «Гефест» был слишком огромен, чтобы организовать быстрый сбор людей в одном месте для дальнейшего распределения на борт. Но компания «Реноварт», организовавшая полет, предусмотрела день сбора и построила отдельный павильон со своими промежуточными коридорами для передвижения только отобранных пассажиров. Это помогло людям доходить быстрее.

– Томас! Я здесь! – Крис увидел своего сына в толпе и позвал его к себе.

– Пап, ты вовремя. Осталось 5 минут, сейчас начнут приглашать пассажиров. – Мальчик обрадовался, что отец вернулся к нему.

– Наша очередь нескоро. Мы будем в самом конце, кажется 2702 и 2703 места. Ты не видел свою мать? – Крис был обеспокоен, что жена еще не пришла на место сбора.

– Та женщина говорила совсем другое. – Томас показывал на голографический образ Джилл в середине павильона. – Загружать начнут с конца.

– В этом случае твоей матери стоит поторопиться и прибыть сюда быстрее. Я не успел с ней попрощаться. Да и хочу обсудить… – Крис посмотрел на сына и спустился на колени, перейдя на серьезный тон, – Томас, послушай меня сейчас внимательно. Наш полет будет очень долгим. Слишком долгим. Особенно для тебя. Твоя болезнь… может отразиться на работе капсулы.

– Пап, мы это уже обсуждали. – Мальчик был слишком увлечен пассажирами и не хотел пропустить начало первого приглашения на гибернацию. – Если я проснусь, то я встану, поищу людей, и если я пойму, что мы еще летим к планете, лягу обратно. Робот введет в меня лекарство, и капсула закроется. Я снова буду спать.

– Пойми, все не так просто. Я очень надеюсь, что наш план сработает. Ты должен лечь обратно. Запомни это. Без введенного лекарства капсула не закроется. Самому вводить ничего не нужно. Только лекарство из твоей капсулы! Ты понял меня? – Отец явно был раздражен отсутствием внимания от мальчика, и немного потряс Томаса за руки, пытаясь увидеть понимание в его глазах.

– Да, я все понял. Ложусь обратно в свою же капсулу. А в других капсулах разве нет лекарств? – Томасу стало любопытно, почему он не сможет лечь в соседние капсулы.

– Во-первых, на борту не будет свободных капсул, кроме той, что предназначены на экстренные случаи в модуле управления, где будут спать основные члены экипажа. – Джилл включила сигнал о начале загрузки. Крис начал громче пояснять сыну о важности его капсулы. – Во-вторых, пассажирские капсулы бесполезны для повторного ввода в гибернацию, в них нет встроенного робота с выводом лекарства и датчика, как у тебя. Ты должен быть максимально спокойным, когда будешь повторно залезать в капсулу. Это на случай, если кто-то будет на борту и захочет лечь вместо тебя. Его напряженный пульс не даст закрыть капсулу.

– Пап, мне плохо тебя слышно. – Томас едва улавливал слова отца, система громко приглашала пассажиров по списку для ввода в гибернацию.

Крис надеялся, что его сын услышал последние его слова, но отвлекся на проходящих мимо пассажиров. Они быстро двигались вперед к выходу из павильона. Пассажиров по несколько человек сразу вводили в гиберсон и загружали на борт по разным отсекам. Он обратил внимание на сидящих людей сзади него, среди них была молодая пара, державшая друг друга за руку. Крис услышал, как парень обратился к рядом сидящей девушке и обнял:

– Мы увидимся буквально через сутки, мы заснем и проснемся так быстро, что ты даже не заметишь.

В этот момент Крис хотел бы сказать те же слова своей жене, но ее все еще не было видно. Он был уверен в надежности корабля и капсул, но все же хотел провести последние пару минут со своей семьей.

– Томас Росс и Роза Уилсон, приглашаем на подключение.

– Пап, это мое имя! Меня зовут. Я пошел. – Томас был взволнован, но ему не терпелось выйти за павильон и увидеть, как проходит процесс ввода в гибернацию.

– Так скоро. Слишком быстро. – Крис остолбенел от скорости загрузки, но не мог долго удерживать сына. – Иди сюда, – он обнял крепко своего сына, – все будет хорошо! Главное помни: ты должен лечь обратно, если проснешься. Это важно. Я люблю тебя, Томас!

– Пап, мы же увидимся. Я тоже тебя люблю. Маме привет! Скажи ей, что я ее люблю! – Томас уже убегал на повторный вызов из павильона.

Крис провожал взглядом сына и увидел, что та молодая пара прошла мимо него вслед за сыном. Видимо их тоже уже позвали. Он должен был лежать в соседней капсуле рядом с сыном, но его имени пока не называли.

– Дорогой, – Крис услышал знакомый голос и обернулся, – я опоздала. Прости. Томаса уже позвали? Загрузили?

– Джери, детка, ты пропустила наше прощание. – Крис радостно обнял свою жену. – Томаса позвали буквально 10 минут назад. Скоро моя очередь.

– Ох, мне так жаль. Я торопилась к нему, но программа долго грузила новый протокол, пришлось повозиться. Мне помог Боб, программер. Ты его видел на прошлой неделе. – Джери была довольна результатом своего опоздания.

– Тебе удалось? Серьезно? – Крис понял о чем идет речь и хотел убедиться в догадках.

– Да! – Джери подскочила от радости. – Нам это удалось. Боб помог мне изменить доступы Томаса. Теперь его браслет может открыть любые закрытые модули, даже модуль управления. – Она вздохнула и потянулась обнять мужа.

– Отлично! Я рад, что наш план удался! Ты гений, детка! – Крис обнимал в ответ Джери.

– Только вот я опоздала. Нужно было сказать ему. Вдруг это важно. Что если капсула не закроется? Наш сын будет совсем один. Мы еще можем успеть сообщить ему? Вдруг он еще не введен? Как думаешь? – Джери стала накручивать всевозможные варианты и вводила в панику себя и мужа.

– Перестань. Успокойся. Все обойдется. Он умный мальчик. Я объяснял ему не один раз, что нужно сделать, если из-за болезни капсула откроется. Мы с ребятами думали над этим месяцами. Его капсула надежна. Верь мне. А то, что ты сделала, детка, ты умница! Он непременно сообразит, если такое вдруг случится, зайти в модуль управления. Ведь ты будешь там. И там будет запасная капсула. Он это знает. – Крис пытался успокоить жену и прислушивался к сигналам Джилл.

– Крис Росс и Гленн Гарсиа, приглашаем на подключение. – Джилл озвучила имена пассажиров на загрузку.

– Все, мне пора. Я рад, что мы все предусмотрели. И теперь я спокоен. Люблю тебя! – Крис обнял крепко жену и поцеловал на прощание.

– Жду тебя на другой планете! – Радостно улыбалась Джери вслед.

* * *

– А ты не думала его разбудить? – Томас стоял неподалеку от капсулы Харви и задал мне вопрос.

– Кого? Харви? – Я встала из своей капсулы и посмотрела на его лицо. – Зачем? Я не могу.

– Вы же любите друг друга. Разве ты не хочешь с ним быть? – Томас поднял бровь и показался мне смешным.

– Ох, это сложно. Нельзя так просто взять и открыть капсулу другого человека, ссылаясь на любовь. Так можно и жизнь сломать, – я подошла к капсуле Харви, и добавила – из любви.

– А вдруг он бы хотел, чтобы ты разбудила его. И он огорчится, когда узнает, что ты не выбрала его. – Паренек явно выводил меня из себя, но с другой стороны дал дельную мысль.

– Я как раз выбираю его. Ты еще мал, чтобы понять это. Будь я в твоем возрасте, наверное, я бы тоже так размышляла. Хотя я именно так и размышляла, когда только проснулась. Но сложнее всего решить, как выбрать, что лучше для тебя, не выбирая за другого… Это нечестно. – Я рассматривала лицо Харви, и думала о том, как бы он поступил, если бы проснулся вместо меня.

– Хорошо. А что насчет этого? – Томас стоял напротив другой капсулы неподалеку от нас. В капсуле спал мужчина высокого роста, со светлыми волосами и стройным телосложением. – На вид симпатичный. Разбудим его? Тогда тебе не придется делать выбор.

– Нет, мне нравятся темноволосые мужчины. – Я подошла к капсуле и присмотрелась к его лицу. – Этот слишком высокий к тому же. Я буду маленькой на его фоне. Будет смотреться нелепо.

– Тогда может этот? У него темные волосы. Но, кажется, немного нос кривоват. – Томас ходил через ряды капсул и разглядывал спящих пассажиров. – Вот здесь, тоже темноволосый!

– Хочешь увидеть интересного мужчину? – Я вспомнила, что недалеко капсула Лойда. – Он тебя точно удивит.

– Давай, – Томас шел за мной.

– Так, это капсула № 1130, № 1132, а вот и он № 1134! Знакомься, это Лойд Бейкер, архитектор. – Я нашла капсулу Лойда и представила его Томасу.

– Он же… – Томас явно был удивлен, – Мама рассказывала мне, что на борт нельзя пожилым людям. Он умер?

– С чего ты так решил? – Его вопрос меня немного ошарашил. – Он живой, просто капсула неисправна. Вот и все. Не знаю, что именно с ним такое, но давно слежу за ним. Пока мало что изменилось. Но загрузили его молодым. Я смотрела видео-знакомство.

– Может его откроем? Ему нечего терять. – Томас смотрел на меня довольно серьезно.

– Ну и долго жить уж явно он не сможет. Да и зачем? Я тебя то не могу вернуть в капсулу. А ты хочешь усложнить задачу новым человеком? – Его лицо было таким же серьезным и настойчивым. – Перестань. Это глупо. Мы не знаем, что с ним.

– Смотри! Кажется он шевельнулся! – Томас постучал по капсуле несколько раз, обрадовавшись своему видению.

– Эй, хватит! Тебе показалось. Это может быть просто автоматическая реакция тела на препараты. Стучать уж явно не стоит. Ты так не откроешь капсулу. – Меня напугала внезапная реакция Томаса. Вдруг он спровоцирует систему на какие-то действия, учитывая и без того неясные изменения тела пассажира. – Пойдем поужинаем.

– Идем. Вернемся еще раз потом? Хочу посмотреть, какие еще пассажиры здесь есть. – Томас уверенно шагал впереди меня, быстро позабыв о содеянном.

После ужина и веселой беседы с Томасом, я направилась в библиотеку, написать пару заметок о прошедших днях. Томас захотел посмотреть видео-знакомство Лойда и сел за соседний компьютер.

Странно. Какое-то уведомление в моей карточке. Раньше такого не было. Я нажала на просмотр уведомления, и увидела комментарий к одной из моих заметок: «Я отлично провожу время!».

– Ты что же читал мои заметки? – Под комментарием красовалось фото Томаса и его инициалы.

– Ага. – Коротко ответил Томас, не отрываясь от видео Лойда. – Я все прочел.

– Я отлично провожу время! Серьезно? – Я передразнила его и подняла бровь, как он поднимал ее в капсульном отсеке.

– Мне жаль. Я не знал, что… – Томас повернулся лицом, и я поняла, что он прочел абсолютно все, включая заметки про Теону.

– Все нормально. – Я прервала его и повернулась обратно к монитору.

Заметка #280

Сегодня мне пришла мысль, что Миссис Росс могла оставить дополнительный браслет для Томаса, поэтому я обыскала их каюту. Простите, но я должна была проверить свою теорию. Правда, я ничего не нашла. Но мне, кажется, я была близка к разгадке, как помочь ему вернуться в гиберсон.

Эта хрень не реагирует. Не знаю, может попробовать ввести лекарство самостоятельно. Только Томас уже опроверг и эту мысль, так как Мистер Росс рекомендовал не предпринимать подобных попыток ввода лекарства. Значит этот вариант тоже отметается.

Есть еще одна теория. Пока думаю, насколько это реально. Сами подумайте, если мать и отец были обеспокоены болезнью сына, значит должны быть запасные варианты на случай неработающей капсулы. Пока Томас против (а ты маленький шпион, не читай это), я еще обдумаю свой вариант. Может я ошибаюсь.

Глава 11

– Вивиан, идем скорее! – Томас кричал мне, стоя в дверях.

– Что случилось? – Я читала в библиотеке, резкое появление мальчика меня напугало.

– Быстрее! Ты должна это увидеть. – Он убежал в сторону отсека с капсулами.

Я торопилась успеть за Томасом и бежала с книгой в руках, забыв ее убрать. В голове крутились мысли о Лойде, возможно, что он проснулся. Его состояние меня беспокоило. Иногда я даже подумывала разбудить его раньше, не дожидаясь критического момента. Может этот момент настал?

– Вивиан! – Томас не переставал звать меня.

– Да что случилось?! – Я не выдержала и наорала в ответ.

– Он… проснулся! – Мальчик судорожно показывал на раскрытую капсулу. – Я решил, что так будет лучше. Прости.

– Томас, что ты наделал… – Мне стало жутко холодно, но я подошла поближе и увидела открытые глаза Харви.

Он был растерян. Взгляд был встревоженный, метался туда-сюда. Я не могла пошевельнуться, боясь напугать его. Томас стоял в стороне, наблюдая за процессом пробуждения.

– Что происходит? – Ох, как же до боли знакомо звучит. Его голос все такой же сексуальный. Харви приподнялся и увидел меня. – Вивиан?

– Здравствуй… – Немой ком в горле застрял, я пыталась осознать, что он проснулся.

– Привет! Я, Томас! – Мальчик подошел поближе к капсуле и помахал, широко улыбаясь.

– Харви, меня зовут Харви. – Он все еще пытался прийти в себя и начал выходить из капсулы. – Уже все проснулись? Где остальные? – Харви оглядывался по сторонам, но вскоре он увидел, что многие пассажиры рядом все еще находятся в капсулах. – Почему они еще спят?

– Харви, мы здесь одни. – Я подошла к нему поближе и потянулась к его руке. Мне все еще не верилось, что я вижу воочию его проснувшегося. Его голос, его глаза. Как же давно я тебя не слышала, любовь моя. Как же я скучала по его глазам, движениям.

– Что значит одни? Мальчик, где твои родители? – Харви дотронулся до моей руки и отодвинул меня, его немного смутили мои слова.

– Они спят. – Томас спокойно ответил и показал вдаль на капсулу отца.

– Не понимаю. Вивиан, я не понимаю. – Этот взгляд я уже видела однажды. Он поспешил в сторону выхода, озадаченный вопросом: найти других пассажиров.

– Харви, здесь больше никого нет. Мы еще не долетели. – Я еле выдавила из себя последнюю фразу, надеясь, что он остановится. Харви замер возле выхода.

– То есть, ты хочешь сказать, что мы втроем проснулись раньше? А сколько еще лететь? – Харви повернулся и ждал ответа.

– Еще 105 лет. – Томас ответил за меня.

– 105… Что? Еще 105 лет? И мы проснулись?! – До Харви резко дошло, что произошло. – 105 лет, Вивиан, этого не может быть, – он быстро начал двигаться в мою сторону, выкрикивая цифры и размахивая руками. – 105 лет!!! 105 лет!

– Харви, успокойся! – Я увидела в его глазах сгустки страха, гнева и злости. Он ускорил шаги, и как только подошел, начал трясти меня за плечи, бесконечно повторяя свои возмущенные возгласы. – Хватит! Прекрати! Замолчи!

Мое дыхание участилось и я стала хвататься руками за воздух, пытаясь вздохнуть. Руки вспотели, а тело стало сильно знобить от холода. Я вскочила с постели, ошарашенная увиденным. Хватит… Замолчи… Это всего лишь сон. Всего лишь сон.

Я укуталась в одеяло, пытаясь согреть тело. В голове всплывали остатки сна, возвращая ощущения страха от действий разъяренного Харви. Успокоив свой ум и тело, я направилась к капсулам. Хочу убедиться, что это и вправду был только сон. Слишком реалистичный, слишком эмоционально заряженный. Томаса не было видно на моем пути. Думаю, он у своих бабочек. Каждый день проверяет не появились ли новые виды.

Капсула Харви была закрыта. Стало немного легче. Хоть я в то же время расстроилась. Тяжело осознавать, что мы все еще по две разные стороны жизни. Но спокойно от того, что я не вижу его ярости. В глубине души я понимала, что его ярость – полностью ожидаемая реакция. Только меня вдруг посетили мысли, что, если бы это сделал Томас, то мне было бы легче с этим жить. Без вины за его свободу. Нет, Вивиан. Ты бредишь. Это ловушка. Даже не думай, натолкнуть на эту мысль Томаса.

Я вышла из отсека и направилась в теплицу, попутно заглядывая в другие отсеки. Нужно проверить мою теорию. Иначе я начну придумывать то, что может оказаться непоправимым для нас троих.

– Томас, нужно кое-что проверить. Обещаю, это в последний раз. Больше я не буду пытаться. Серьезно. – Как я и думала, он был в теплице, сидел на полу, расписывая свой дневник.

– И что в этот раз? Я уже смирился. Мне и здесь хорошо. – Мальчик даже не повернулся в мою сторону, продолжая заниматься описанием бабочек.

– Слушай, ты должен вернуться к родителям. Это не обсуждается. Они будут искать тебя. И я делаю все, чтобы они увидели тебя снова. – Я присела рядом с ним.

– Почему я не могу остаться? – Томас уже не раз задавал мне этот вопрос. Пора ему объяснить доходчиво, что его ждет.

– Представь, что я доживу до того времени, когда все проснутся. – Я старалась максимально донести до него свою мысль, медленно проговаривая каждую фразу. – Харви меня не узнает. Для него я буду мертва будучи живой. Знаешь почему? – Я выждала пару секунд. – Для него пройдёт не 178 лет, а одно мгновенье. И в его голове я буду 28-летней Вивиан. Мой молодой образ. Пожилой мой образ для него будет чужим.

– Но ведь он любит тебя и полюбит тебя в пожилом возрасте. Ведь это ты. – Томас пытался логически понять, почему это может быть проблемой.

– Нет, мой юной друг. Наш мозг привыкает к изменениям постепенно. Он не сможет просто заменить один на другой, даже если любит этого человека всем сердцем. Я буду чужой для его сердца, для глаз. – Кажется, я стала еще лучше понимать это, озвучив свою мысль для Томаса. – А теперь представь своих родителей, которые взяли с собой мальчика 11 лет. Юное лицо, молодые мягкие руки, озорной добродушный взгляд. Это то, что запомнила твоя Мама. – Я положила руку на его плечо и продолжила, – Если ты вдруг доживешь до 119 лет, ты будешь дряхлым стариком со скукоженной кожей на руках, с потухшими зрачками, еле передвигающийся на двух тонких ножках. Твоя Мама не сможет признать в тебе сына. Чужой старик, чье лицо ей не знакомо. Она будет искать тебя среди остальных в надежде увидеть знакомое лицо своего ребёнка. – Наконец-то, Томас заерзал. – А если не доживешь, то твоя смерть принесёт ей бесконечные страдания. Ты не можешь так поступить с ней.

– Ладно, а что если снова не выйдет? – Мальчик понял мою мысль. Мы оба все еще не знали, как это исправить. Но его еле оживленный интерес дал мне надежду на еще одну попытку.

– Идем. Всего одна попытка. Если не выйдет, то значит мы проживем хорошую жизнь здесь. – Я протянула ему свою руку.

Томас шел за мной, теребя страницы своего дневника. Мои слова явно пробудили в нем совесть по отношению к родителям. И это меня подбадривало еще больше. Возможно, я сильно ошибусь. Но я убеждена, что мы должны попробовать. Мы дошли до модуля управления. Что ж, последняя попытка.

– Приложи свою руку с браслетом сюда, – я показала Томасу на экран возле двери.

– Думаешь, что моя мама… – я перебила догадки Томаса и еще раз повторила свою просьбу.

Может ли быть что-либо приятнее звука открытой двери? Только тепло внутри моего сердца, наполняющегося надеждой! Мы смогли. Она сделала это! Она спасла жизнь своему сыну.

– Ты была права, Вивиан! Ты открыла дверь! – Томас так сильно был шокирован тем, что смог открыть модуль управления своим браслетом, что стал прыгать и скакать возле меня, опьяненный своей радостью.

– Это твоя мама! Все она! – Я была так счастлива, что попробовала. Мои глаза наполнились слезами радости и веселья, что я тоже присоединилась к Томасу, прыгая вверх и вниз, в стороны, меня просто распирало от прилива энергии.

Набесившись возле двери, мы наконец пришли в себя и стали менее энергичны. Я зашла первой и позвала Томаса рукой. Как же сильно я хотела все эти три года попасть сюда. Пункт управления был напичкан всевозможными кнопками, рычагами, панелями со всех сторон модуля. Сколько книг было прочитано, сколько инструкций просмотрено, но сейчас я словно позабыла все, что изучила. У меня перед глазами была только запасная капсула. Она стояла возле стены, обрамленная в позолоченные линии, сияющая и дающая новую жизнь. Единственная на всем корабле.

– Мама! – Томас увидел своего родителя в 4-ой капсуле. Всего их здесь было 10 капсул для главного экипажа. Они были расположены вертикально в отличие от капсул пассажиров. Смотрелось эффектно, особенно после стольких лет ожиданий увидеть модуль изнутри.

– Тебе пора присоединиться к ней. – Я подошла к нему и посмотрела на лицо его матери. Томас определенно был похож на нее, хотя нос и губы напоминали очертания его отца.

– А в этой капсуле тоже будет лекарство? А если вдруг она понадобится кому-то из членов экипажа? Ты же знаешь, что она предназначена только для них. – Мальчик стал переживать и накручивать. Ведь среди основного главного состава была его мама. И он был прав, что по сути капсула могла использоваться только этим составом.

– Слушай, я обещаю тебе, что буду следить за тем, чтобы корабль не нуждался в них и им не пришлось просыпаться. – Хотя мое обещание звучало довольно громко, но мне хотелось убедить его в том, что он может спокойно использовать запасную капсулу. – А если и кто проснется, мы найдем решение! Ведь в этом модуле находится самая подготовленная команда для любых ситуаций. Верь мне!

– Хорошо. Я буду скучать по тебе. – Томас подошел ко мне и неожиданно крепко обнял меня за талию.

– Я тоже буду по тебе скучать, мой юный друг. – Я обняла его в ответ и поняла, что действительно буду по нему скучать. Он дал мне общение, которого так не хватало долгое время.

– Поможешь мне? – Мальчик подошел к капсуле и залез внутрь.

– Да, разумеется. – Я пошла вслед за ним.

– Вивиан, ты будешь ко мне приходить? – Томас смотрел так пристально мне в глаза и не ложился на спину, дожидаясь ответа.

– Конечно! Я буду оберегать твой сон все время. – Я погладила его по голове и улыбнулась на прощанье.

Томас лег на спину и приготовился к загрузке. Я нажала на нужные кнопки и ждала, пока капсула закроется. В этот раз все сработало с первого раза: лекарство выдвинулось к его руке сразу, как только он принял лежачее положение, после чего верхняя часть капсулы стала закрываться. Томас сделал глубокий вдох и закрыл глаза. На панели капсулы загорелся зеленый сигнал в углу. Его загрузка в гибернацию прошла успешно.

Заметка #281

Нам это удалось!

Мистер и Миссис Росс, я благодарна вам, что вы позаботились о запасном варианте. Это был самый последний вариант, к которому меня навел один раз разговоров с вашим сыном. Тем не менее я долго сомневалась в своей догадке, пытаясь найти другие способы вернуть его вам. Однако его болезнь и ваше место в экипаже не давали мне покоя, усиливая мое желание проверить, насколько вы хотели обезопасить жизнь вашего сына. И я рада, что оказалась права. Это было лучшее ваше решение, Миссис Росс.

Хорошо то, что хорошо кончается. Я очень счастлива была обрести нового друга, с которым могу разделить свои переживания и свою жизнь здесь. Томас дал мне намного больше, чем я ждала от корабля, оставшись совсем одна в неизвестной Вселенной далеко от дома.

Но «Всему есть конец, даже неожиданной радости» – так говорила моя бабушка когда-то. Ее слова возымели силу.

* * *

– С днем вашего рождения! Как ваше настроение? – Голос Джилл был таким воодушевленным, но все равно оставался в рамках спокойного тона, как и подобает системе.

– Спасибо! – Я только проснулась и раздумывала, как провести сегодняшний день. – Настроение завоевывать мир!

– Это хорошо для вас? – Разумеется, система не могла распознать, что это значило.

– Я готова абсолютно ко всему! – Я накинула на себя халат и направилась в столовую.

– Рада за вас. – Джилл решила завершить наш разговор, отделавшись одной из встроенных фраз.

Никогда бы не подумала, что встречу свой день рождения в космосе. Одна. Помню, как мы с Харви планировали нашу жизнь и много размышляли о том, когда будем строить свою семью, рожать детей, путешествовать. Похоже, это было самым глубоким нашим заблуждением: не только мы планировали нашу жизнь.

Теперь моя жизнь была наполнена монологами с тремя людьми, из которых больше всех я навещала Томаса. Он находился в более интересном месте для меня – в центральном модуле, откуда открывался невероятно прекрасный завораживающий вид на наш путь. Но и не только вид, а еще и целый аппарат по управлению кораблем, изучению которого я посвятила все свое время пробуждения.

Сегодня я думала над тем, что ничего не меняется уже 4 года. Модуль управления не так уж и нужен для меня. Может стоит закрыть дверь и просто жить, не ожидая ничего нового. Подумаю над этим. Тем более сегодня у меня по плану обход корабля. Как-никак, обещала Томасу, что я сделаю все возможное, чтобы корабль не нуждался в членах экипажа на время полета. Пожалуй, начну со склада.

Я уже привыкла к этому пустынному месту настолько, что начала жить на автомате, почти пропуская звуки от отдельных частей корабля. Забавно, что ты можешь жить среди людей, но все равно быть одиноким. И как ни странно, это всегда было частью меня, когда я жила на Земле. Ты избегаешь переполненные города, стараешься найти укромное местечко, где тебя не насилуют своими дурацкими предложениями люди, малознакомые лица не достают пустыми разговорами, которые не нужны как его инициатору, так и вынужденному слушателю. А сейчас это лишь продолжение моего образа жизни в космосе.

Рядом с холлом мне показалось, что я что-то услышала ранее незнакомое мне. Хотя среди этой глухой тишины многое может и мерещиться. Но… этот звук… странный. Ладно, нужно закончить обход. Нет. Я все же что-то слышу. Остановившись у выхода из холла, я прислушалась к звукам с корабля. Странный тихий отголосок эха доносился до моих ушей. Он был со стороны модуля управления. Может… Боже, неужели Томас проснулся?!

Я бежала со всех ног до модуля управления, опасаясь за жизнь Томаса. Его болезнь могла спровоцировать и эту капсулу. Надеюсь, что я сошла с ума и он лежит в капсуле здоровый и невредимый. Добежав до модуля, я ворвалась в модуль управления, и увидела, что все капсулы членов экипажа были закрыты, включая запасную капсулу, в которой тихо мирно спал Томас. Отлично! Это хорошо. За 4 года пребывания здесь – это очень хорошо. Мне просто показалось.

Нет, все же надо просто закрыть модуль. Убрать этот нагроможденный хлам из разных тяжелых вещей с дороги двери модуля и позволить ему закрыться. Я даже длинный стул притащила из столовой сюда, чтобы дверь не закрылась случайно. Так боялась, что потеряю Томаса из виду. Что ж. Пора. Я стала отодвигать мебель и разные вещи напротив двери, чтобы закрыть ее.

– Вы меня слышите? – Я уронила стул себе на ногу, услышав человеческий голос из модуля.

Мое тело, как и всегда, покрылось моментально мурашками и стало леденеть от ужаса. Может все-таки опять кто-то проснулся. Но вроде бы все капсулы закрыты. Нет. Я схожу с ума. Давно пора.

– Зион? Вы на связи? – Голос снова прозвучал из модуля.

Я увидела, как на панели отображалась кнопка сигнала, и из колонок звучал голос. Неужели, этот голос не из корабля. Медленно отложив стул с прижатой ноги, я стала приближаться к панели, чтобы принять вызов незнакомца.

– Я слышу… Я слышу вас! – Только, пожалуйста, ответь мне, кто бы ты ни был.

– О! Зион! Вы на связи! Это невероятно! – Голос человека прозвучал отчетливо и громко.

– Кто вы? – У меня перехватило дыхание и я вдруг вспомнила, что это может быть…

– Это Земля! Земля! – Я не верю своим ушам. Но человек с колонок звучал громко, – Земля!

Глава 12

– Вы меня слышите? Говорит Энди Уайт, диспетчер космического центра «Гефест». Алло? – Их было так приятно слышать, что я конкретно тормозила с ответом, пытаясь осознать, что Земля действительно приняла мой сигнал.

– Энди! Энди, я здесь. Я тебя слышу. Прости, это так удивительно и неожиданно для меня. – Я включила микрофон на громкоговоритель.

– Вивиан? Вивиан Грей? Я с вами говорю? – Диспетчер назвал мое имя, и я вдруг задумалась. Неужели прошло 16 лет? Я не могла столько времени пропустить. Но ведь сигнал мог дойти только через 16 лет… Нет, нет. Прошло только 4 года, точно. Не могло быть больше.

– Энди, а какой сейчас год на Земле? – Может они смогли принять сигнал раньше благодаря маякам, выброшенным в космос на пути до конечного пункта.

– 2540 год, мэм. – Диспетчер отчетливо дал понять, что прошло 74 года с момента отлета с Земли. Значит все верно: сигнал дошел намного быстрее.

– А как вы приняли сигнал так скоро? Не понимаю. Вы читали мое сообщение? Как вы можете общаться со мной в реальном времени? – У меня было столько вопросов к компании.

– Многое изменилось, Вивиан. Мы много работали над тем, чтобы найти решение быстрого подключения к кораблю через маяки-спутники и контролю его полета. Как слышите, нам это удалось. Ну не мне конкретно. Хотя я тут уже почти 7 лет работаю. Почти ветеран. – Энди улыбнулся, и я услышала это в его тоне голоса. – Вы тут?

– Да, я здесь. Я потрясена, Энди. – Все-таки я была права. Маяки сработали.

– Мы получили ваше сообщение три месяца назад. С тех пор наша команда пыталась соединить центр с кораблем. И еще… Мы немного не уверены в стабильности связи, так как не все спутники удалось подключить к нашей системе. – Энди был немного подавлен в голосе.

– Что ж… Я буду знать, что если прервется, значит связь потеряна. Что насчет моего сообщения? Компания «Реноварт» еще существует? Есть идеи, как помочь мне? – Меня больше всего волновало, есть ли у них вообще решение на такие случаи.

– Да, я понял. «Реноварт» немного переквалифицировалась. Но она существует. Сейчас они занимаются загрузкой людей в гибернацию прямо на Земле. Это помогает с перенаселением. Насчет вашей капсулы: мы можем помочь вам отсюда починить ее инструкциями, но не знаем, сколько времени это займет, учитывая нестабильную связь. Отправка файлов пока недоступна. Поэтому только через голосовую связь. – Чем дальше он говорил, тем больше Энди звучал неуверенно. – Кстати, мы можем помочь открыть вам модуль управления и лечь в запасную капсулу. Диктую код.

– Я уже в ней нахожусь. По вашему, откуда я принимаю сигнал? – Меня удивило и слегка разозлило, что в центре не подумали о том, как пассажир может получить сигнал с Земли без доступа к модулю. Если бы не случай с Томасом, меня бы в принципе здесь не было. – Подождите, а как пассажир может получить ваш сигнал?

– Никак. Мы пока установили связь только с основным пунктом приема связи, это передняя часть корабля, собственно модуль управления. Простите, я не подумал об этом. Я, честно говоря, так сильно взволнован, не ожидал, что у нас получится. – И я могу его понять. Энди действительно был взволновал. Его речь была то резкой и быстрой, то сильно медленной, словно он тщательно подбирал слова.

– Как много людей меня слышит? – Я представила, что компания уже и позабыла о нас, отправив в неизведанный космос.

– Вместе со мной 120 человек. – Оживился Энди.

– Ого! Вас много! – Я не ожидала. Столько людей следили за нашим разговором. Мне стало немного не по себе, но это было странное, приятное чувство. Нас не забыли.

– Да, Вивиан. Мы тут все замерли и слушаем только вас. Для нас это как новый год, мы так ждали этого дня, когда сможем установить связь с кораблем. – Тут к нашему разговору присоединились незнакомые мне голоса и стали приветствовать по очереди, доказывая мне, насколько много сотрудников центра пристально следят за процессом.

– Привет, я Сьюзан Маркл, диспетчер №2, заменяю Энди, когда у него выходные. Мне приятно слышать вас, Вивиан. – Приятный женский голос стал отчетливо доносится среди многих других далеких приветствий.

– Ох, привет, Сьюзан. Мне тоже очень приятно. – Тепло в моей груди разрасталось с невероятной силой от столь радушного приветствия, что мне хотелось обнять каждого, кто был в том зале.

– Здравствуй, Вивиан! Я, Адам Дженкинс, управляющий центром. Рад, что вам удалось принять сигнал. Как ваше самочувствие? – Каждый из них звучал по-особенному. Каждый из них ждал этого дня, что голос дрожал еще на приветствии.

– Космический привет! Я чувствую себя прекрасно! Вы даже не представляете насколько. – Как бы мне хотелось сесть напротив всех этих людей и просто смотреть в их открытые живые глаза, наслаждаясь их присутствием.

– Можно я задам вам пару вопросов, – не дожидаясь моего ответа, управляющий продолжил. – Есть ли поломки на корабле или какие-то неисправности, о которых нам стоит знать? Чья-либо еще капсула была раскрыта? – Вопрос немного прервался из-за каких-то помех, но через пару секунд возобновился. Видимо, есть вероятность обрыва связи. – Как вы смогли открыть модуль управления? – Адам был дружелюбен, но даже при этих обстоятельствах, он был управляющим, контролирующим процесс полета на расстоянии.

– Есть небольшие помехи. Не знаю, важно ли это. Но пока вас слышно. С кораблем все в порядке. Я ежемесячно делаю обход каждого отсека на наличие повреждений, все-таки не хотелось бы умереть здесь преждевременно до прибытия от какой-то упущенной дырки в стене. Вдруг какая-нибудь мышь заведется. – Кто-то издал смешок с другой стороны, на что я и надеялась. Ребята с чувством юмора. Это хорошо.

– У вас на борту мыши? – Адам напрягся.

– Нет! Я же пошутила, Адам, расслабьтесь. – Услышав одобрительный звук, я продолжила. – В общем, с кораблем все нормально. Проснулся всего один пассажир, мальчик Томас. У него был браслет, с которым мы и попали сюда в модуль управления. Собственно, запасная капсула сейчас занята. Может конечно кто-то еще проснулся, но мы постоянно разминаемся. Корабль ведь огромный.

– Я рада, что у вас сохранилось чувство юмора, учитывая в каких обстоятельствах вы находитесь. И мне жаль, что ваша капсула раскрылась раньше времени. – Ее голос был мне незнаком. – Простите, я не представилась. Меган Форд, директор по управлению полетами компании «Реноварт».

– Надеюсь, на вашем втором корабле капсулы сработают лучше. Сколько там осталось до следующего полета? Почти 104 года. – Да, определенно название этой компании выводило меня из себя.

– Дело в том, что следующий полет отложен на неопределенный срок. Сейчас новые времена. – Я не дождалась пока она продолжит и прервала ее речь.

– А можно вернуть Энди? У нас не так много времени. Помехи участились. Не хочу прерваться на вашем раздражающем меня голосе. – Ах, а я хороша.

– Да, я здесь, Вивиан. Хочу добавить от себя, что мы продолжим работу над улучшением связи с кораблем. Поэтому прошу вас проверять от нас сигналы в модуле управления. На всякий случай, код доступа 4792… Повторяю 4792. Вы слышите? – Энди пытался четко проговаривать цифры. В первый раз я не смогла разобрать их из-за недолгой потери связи, но он повторил их, и я постаралась запомнить.

– Слышу! Я запомнила: 4792. Энди, мне кажется, мы скоро прервемся. Очень много шума. – Я стала прислушиваться к сильному шуму из громкоговорителя. Временами он вовсе пропадал.

– Да, да… звук… мы… связи… – Голос Энди сильно прерывался. – Вивиан, мы будем стараться… Вы должны… модуль… – Шум резко исчез, как и голос диспетчера. Сигнал полностью пропал.

Я не хотела пропустить повторный сигнал и просидела в модуле еще три часа, вслушиваясь в громкоговоритель. Но за три часа не было даже малейшего звука. Может быть следующий спутник находится слишком далеко от предыдущего. Кстати, это идея! Нужно проверить, как далеко корабль находился от спутника и стал принимать сигнал, и на каком расстоянии от него же он прервался по мере отдаления. Я развернула голографическую карту в модуле и попросила Джилл показать расстояние между спутниками. Она смогла наложить на карту время принятия и время потери сигнала.

Предыдущий корабль выбросил в космос ровно 178 спутников, благодаря которым удалось установить точный временной интервал прибытия на планету «Дэвион 78», от чего она и получила свое название. Спутники выводились на орбиту через каждый новый год полета. 74-й спутник принял сигнал за 2 часа 13 минут до приближения к нему. Но я услышала первые звуки только за 4 минуты до плотного приближения. Возможно, что они пытались связаться раньше, просто я была слишком далеко от модуля. Наш разговор продлился ровно 7 минут 52 секунды. Значит после отдаления от спутника оставалось еще 3 минуты 52 секунды. В следующий раз я смогу услышать их возле 75-го спутника. Лучше, чем ничего. Нужно поставить напоминания и передавать их на мой браслет за 2 часа 40 минут до приближения, чтобы я успела дойти до модуля и ждать сигнала. Интересно, сколько раз я пропустила их сигналы?

Энди говорил, что им удалось получить сообщение только 3 месяца назад. То есть у них все способы установки связи находятся на стадии экспериментов. Чем они вообще занимались все это время?! Эта Меган, что ей там нужно было? Такая противная. Бла-бла-бла… Меня зовут мадам – «Говорю, когда не спрашивают». Но все же приятно, что 120 сотрудников продолжают работать над проектом и пытаться выйти на связь. Это меня сильно подбодрило, что я снова ощутила маленькую надежду на жизнь рядом с Харви.

– С Днем Рождения, меня! – Я произнесла вслух поздравление самой себе и закрыла дверь модуля с уверенностью, что теперь у меня есть код доступа к нему.

Заметка #377

Ну-с, дорогие пассажиры! Через 3 часа наступит 2541-й год на нашей с вами любимой Земле! Посижу в библиотеке еще 20 минут и пойду в модуль управления. Сегодня я смогу снова поговорить с Энди. Интересно узнать, сколько ему лет. А также послушать вопросы мистера Адама Дженкинса, мне понравилось, как он остается контролирующим управляющим даже при столь необычных обстоятельствах для Земли и корабля. Да и что там за новое направление выбрала компания? Я не очень поняла, но уловила суть: возможно, что они направили все свои финансы на разработку и размножение капсул при земном обитании. И это вполне логично, если оно так. Ведь тогда не нужно вкладывать бюджет на строение громадного космического корабля и его снабжения. Намного проще усыплять людей прямо на месте. Проснулся, когда захотел, прожил дольше, чем должен был бы прожить. Освободил ресурсы и место. Невероятно… Они действительно продвинулись в своем развитии. А может и наоборот. Хочу это узнать у Энди. Надеюсь их представитель не будет вовлекаться в разговор.

Впрочем, я уже писала об этом еще после того дня. Поэтому кто уже забыл о чем я, вернитесь на год вперед. Не хочу упустить сигнал. Побежала в модуль.

* * *

Однако быстро я написала то, что планировала печатать как минимум 20 минут. Мне сильно не терпелось услышать Энди и других землян. Обычно я долго сижу за компьютером и придумываю, что написать в блоге, чтобы было познавательно о текущих событиях из моей жизни на корабле. За 2 часа и 50 минут до приближения к 75-му спутнику я была уже в модуле.

В модуле я развернула голографическую карту, чтобы наблюдать за перемещением корабля в реальном времени. Это помогало мне быть спокойнее и не накручивать себя понапрасну. Я рассчитывала, что услышу сигнал за 13 минут до приближения, но на всякий случай следила за панелью все остальное время.

Прошло 2 часа 47 минут. Было тихо. Наш маленький голографический корабль уже почти приблизился вплотную к спутнику. Оставались считанные минуты: 13 минут… 10 минут… 5 минут. Ну же давай, Энди. Ты должен был рассчитать время. Должен был. Вас 120 человек. Пожалуйста… Где же вы?

1 минута… как мы пролетели спутник. Может быть я ошиблась? Но расчет был верный. Система не могла ошибиться вместе со мной. 3 минуты. Ничего. У нас еще есть время.

Может связь возможна только через каждые 4 года? Они смогли установить ее только через 74 года с момента, как мы улетели с Земли. Столько времени потратили впустую. Или может они вовсе даже не пытались связаться с нами… Зачем им наш корабль, если на Земле, итак, хватает своих проблем. Мы отдалялись от спутника все дальше и дальше. 4 часа – уже слишком далеко от спутника. Слишком далеко для сигнала. Ну ладно.

– С днем Рождения… Хм… Как иронично! Глупо! Нелепо! Не могли выбрать другой день для выброса спутников?! Ха-ха!! Кто выбрал этот день?!

Я шла по коридору, выкрикивая свое раздражение в сторону модуля управления, попутно обдумывая, как интересно вышло с датой. Именно 14 октября в мой день рождения первый тестовый корабль улетел с Земли со спутниками на борту. Почему я упустила этот момент. Может стоило задуматься об этом. Хотя будь я сейчас на Земле, я бы приняла это за положительный знак. Какая глупость! Меня весь день преследовали эти мысли, но под конец дня я устала слушать саму себя и пошла к Харви.

Пролежав в своей капсуле пару часов рядом с Харви, я успокоилась и собралась поужинать. Стоит еще проверить Лойда, давно не смотрела, что там с ним. Вдруг помер уже старик. Надо было его давно разбудить, играли бы сейчас в шахматы, обсуждали изменения на Земле и… Интересно конечно. Что это за красное пятно. Оно мигает! Я видела довольно плохо издалека, и только подойдя к капсуле Лойда, я поняла, что на его панели мигает красный сигнал.

– Джилл? А что за красный сигнал у пассажира №1134? Что он означает?

– У пассажира №1134 нежизнеспособные показатели.

– И это все? Все что ты можешь сказать касаемо сигнала?

– Как только показатели перейдут порог критической нормы, капсула будет раскрыта. Красный сигнал оповещает о подготовке к скорому пробуждению.

– Я думаю, нужно его открыть. Сколько еще ждать то? Как давно горит сигнал?

– Сигнал был включен позавчера в 4:15.

С этим парнем давно происходит что-то странное. Пора заканчивать игру с его жизнью. Я приблизилась к панели и нажала на кнопки для раскрытия капсулы. Через минуту капсула полностью раскрылась. Лойд задышал.

Он смотрел на голографический образ Джилл и пытался понять, что происходит. Когда она закончила и исчезла, я шевельнулась, чтобы он смог сам заметить меня. Довольное долгое пребывание в анабиозе сильно сбивает с толку, и резкие движения рядом могут его напугать.

– Кто вы? – Лойд стал разглядывать мое лицо, пытаясь собраться с мыслями.

– Меня зовут Вивиан. Я пассажир №1255. Хочу помочь вам с пробуждением. – Я старалась тщательно подбирать слова, чтобы не ляпнуть ничего лишнего.

– Поможете выбраться? Что-то мне не хорошо. – Он не обратил внимания на свои руки, его зрение еще восстанавливалось после долгих снов.

– Да, конечно. Аккуратно. – Я подала ему руки и придерживала за спину, чтобы он мог выбраться из капсулы. И как я ему все буду объяснять потом…

– Другие уже в холле? Меня, кстати, зовут Лойд Бейкер. Я помогал с дизайном и строением корабля. Я архитектор. А вы? – Он все старался прийти в себя, пошатываясь и теряя равновесие.

– Правда? Здорово! У вас получился шедевр! А я психотерапевт. – Мне не хотелось отвечать про остальных, пока мы шли среди капсул. Сначала нужно его вывести в другое место, где он сможет хотя бы присесть. Все-таки на вид он выглядит очень старым, не знаю, насколько на самом деле его тело физически может быть выносливым. – Знаете, я думаю, нам стоит прогуляться до медпункта. Хочу убедиться, что с вашим здоровьем все хорошо. Тем более был долгий полет.

– Да, пожалуй, я соглашусь с вами. Проснуться здесь оказалось сложнее. Хотя нас конечно предупреждали, что пробуждение может быть долгим, тяжелым, но видимо мне дали больше лекарств, чем остальным. – Лойд хотел посмеяться, но почувствовал боль внутри тела, от чего сильно сжал мою руку и пытался схватиться за стену в коридоре.

– Лойд? Что с вами? Где болит? Держитесь за меня! – Ох, ну и задачка. Я взяла его покрепче за талию, помогая встать прямо, и закинула его руку к себе на плечо. – Идем, Лойд. Осталось немного.

Ему было больно, и я видела, как он скручивается своим телом. Но пока я не знала, как ему помочь, не зная, что с ним. В медпункте я помогла ему лечь в капсулу для сканирования всего тела. Нам не пришлось долго ждать, на экране я увидела показатели и диагноз его болезни. Капсула Томаса также раскрылась, как только система обнаружила нарушение в теле мальчика. Из-за лекарства болезнь развивается медленнее и едва уловима в состоянии анабиоза. В его случае все обошлось. Кислород поступал стабильно в легкие, но нужна была живая передышка для органов в удвоенном формате, после чего он и проснулся. Однако в случае Лойда система просто не могла обнаружить то, что медленно развивалось все это время внутри его головы.

– Лойд, я не знаю… Это… – Я не могла найти нужных слов, чтобы сказать хоть что-то.

– Кажется, я догадываюсь, что вы там увидели. – Зато Лойд выглядел куда спокойнее меня. Видимо это я чего-то не знала в отличие от него самого.

– У вас диагностирован рак головного мозга… – Странно, что его пропустили сюда с этим. – Не понимаю, вы знали об этом? Почему вы здесь, Лойд?

Лойд медленно спустился из капсулы и вышел из медпункта. Я простояла некоторое время в медпункте, пытаясь понять, как это произошло. Он знал и все равно полетел. Этот корабль полон сюрпризов. Сколько еще пассажиров прошли на борт с ложными показателями здоровья?

Глава 13

Лойд быстро добрался до своей каюты и провел в одиночестве пару часов. Я не стала тревожить его и дожидалась в холле, читая одну из начатых книг.

– А я думала, что увижу вас снова только завтра, – я услышала шаги Лойда.

– Захотелось поесть. Знаете, как-то дико урчит в животе. – Он появился из коридора и направился в сторону столовой.

– Вы неплохо разбираетесь в здешних отсеках. Бродите сами по себе, даже ни разу не ошиблись коридором. – Я убрала книгу и последовала за ним. – Не против, если я составлю компанию?

– Да, прошу вас. – Лойд показал вперед себя рукой. – Меня смущает только один момент. Пока вы сидели в холле, читая книгу, я прошелся по коридорам. И не встретил других пассажиров ни в одном из посещенных мной отсеков. Любопытно узнать у вас… – Он немного замешкался, пытаясь вспомнить, как меня зовут.

– Вивиан. – Я поспешила напомнить ему свое имя.

– Да, мисс Вивиан, почему на корабле нет других проснувшихся? – Лойд остановился на полпути.

– Потому что все пассажиры находятся в анабиозе и должны находиться в нем еще 103 года. – Зрачки Лойда расширились, и я увидела некоторое волнение на его лице. – Моя капсула раскрылась 5 лет назад по какой-то технической неисправности. Я заметила вашу капсулу пару лет тому назад и увидела, что вы старше, чем были при загрузке. С тех пор наблюдала за вами, решаясь открыть вашу капсулу. Сегодня я это сделала. У меня не было выбора и, – Лойд дотронулся до моей руки.

– Я сожалею, – он смотрел на меня с таким грустным взглядом, полным понимания и горечи внутри.

– Вы сожалеете? – Мне была непонятна его реакция. – Вы видели себя в зеркало? Простите, но разве вас ничего не смущает?

– Разумеется, смущает! – Он одернул свою руку и продолжил идти. – Дюк предупреждал меня. Это мой лечащий врач, по совместительству: мой лучший друг. Так, собственно, мне и удалось обмануть врачей компании, предоставив фальшивую справку о моем здоровье. – Его голос звучал все более уверенно. – Мы не сразу на это решились, учитывая мою болезнь. Но разве лучше было умереть там, на Земле? Я не хотел так завершать свою жизнь. Мне нужно было рискнуть на нечто… другое.

– На Земле вам могли помочь. Здесь нет никого… кроме меня. – Я искренне пыталась понять, зачем он полетел, зная, что может не выжить.

– Наши технологии дают нам лишь отсрочку времени, а лечить то, что неизлечимо, они не в состоянии. Вам ли не знать? Но меня волнует не моя жизнь, а ваша. – Мы зашли в столовую, где Лойд также спокойно, как и прежде с другими отсеками, разобрался с пунктом выдачи еды.

– Моя жизнь? Я не понимаю. То есть вы нормально отнеслись к седым волосам, сморщенным рукам и… – В голове не укладывалось, как он мог спокойно воспринять то, что он постарел, находясь в капсуле.

– Я заметил сразу же. Особенно в своей каюте, стоя перед зеркалом. Это мое тело и мне с этим жить… еще какое-то время. Я знал, на что шел, включая тело. Здесь даже овощи есть? Интересно. – Лойд перелистывал экран с меню на панели в столовой, ни разу больше не взглянув на меня.

– Расскажете? – Я уселась за ближайший стол и терпеливо ждала, пока он наберет себе поднос с едой.

– Знаете, на Земле столько технологий, столько разных врачей, медицина растет тройными шагами, но еще никто не смог придумать как побороть рак головного мозга. И мой лечащий врач не смог. Мы дружим с ним с моего раннего детства. Я всегда хотел проектировать, строить, выдумывать. А он стремился спасти чужие жизни. Компания «Реноварт» предложила мне стать главным архитектором космического корабля «Зион». И как только я его начал разрабатывать, попал с первым симптомом к моему врачу, где и понял, что я строю свой последний дом. – Лойд сидел напротив меня и наслаждался булочкой.

– Откуда вы знали, что сможете дожить? – Многое стало для меня понятным в истории Лойда.

– Я надеялся. Я не знал. Точнее мы с лечащим врачом надеялись на это. Разумеется, капсула не была рассчитана на длительное поддержание организма, больного раком. Но все же, пассивная жизнь моего организма могла привести к продлению моей жизни. Не без последствий для моего тела. Ему, итак, не сладко. – Лойд временами исчезал из столовой в своих мыслях, словно проживал заново свои дни на Земле, и снова возвращался в разговор со мной, продолжая поедать булочки и запивать их соком.

– И что теперь? Умрете здесь счастливой жизнью? – Я пыталась подобрать слова, но это первое, что вырвалось. – Вот блин. Простите. Я ляпнула… Сама не понимаю, почему.

– Именно так я и сделаю, – Лойд нисколько не смутился и даже улыбнулся в ответ. – Вивиан, я летел сюда не просто так. Я был готов умереть, но только не на Земле. Там это было бы слишком бессмысленно.

– Я не очень понимаю, как смерть в космосе обретает смысл? – Я все еще была в недоумении.

– Она станет космической. – Он доел последнюю булочку и встал, чтобы отнести поднос.

– Ааа… Сейчас конечно стало понятней, – саркастично бросила ему слова вслед.

– Как я уже сказал, меня сейчас волнует больше ваша жизнь. Ваша очередь рассказывать. – Лойд показал рукой в сторону выхода, дав понять, что готов прогуляться и послушать мой рассказ.

Ближайшие четыре часа мы гуляли по разным отсекам корабля и много разговаривали. Я рассказала абсолютно все с момента пробуждения и до сегодняшнего дня, и даже про нашу земную жизнь с Харви. Лойд слушал очень внимательно и расспрашивал каждую деталь. Это впечатлило меня, ведь на его месте я, скорее всего, думала бы только о себе и о своей болезни. Но его быстро восстанавливающее состояние вселило в меня надежду… Что если он проживет дольше, чем планировал? Выглядит он получше, чем когда лежал в капсуле.

– Знаю. Но нет. Это слишком поздняя стадия. – Лойд прерывал тишину, когда я задумалась и отвернулась посмотреть в иллюминатор.

– Читаете мысли? Это болезнь открывает какие-то сверхспособности? – Я уловила, что имел в виду Лойд, но решила уточнить.

– Если бы. – Он усмехнулся и подошел поближе. – Вы все время пристально смотрите на меня, иногда улетаете мысленно. Но больше всего вас выдает знакомый мне взгляд. Взгляд надежды. Мой врач смотрел на меня так каждый раз, когда я проходил очередную процедуру. Я помню его взгляд, как вчера.

– Простите… Такие мысли и вправду проскользнули пару раз. – Я спрятала свои глаза, потупив свой взгляд в пол.

– Часто приходится извиняться? – Лойд огляделся по сторонам, намекая на отсутствие людей.

– Смешно. Я машинально. – Было забавно, за сегодня я извинилась перед ним порядка шести раз.

– Вы машинально злитесь на меня из-за внутренней горечи и так же быстро извиняетесь. И я вас отчасти понимаю. Я бы хотел, чтобы моя жизнь здесь продлилась куда дольше, чем это возможно. Но увы я принесу вам только новую утрату. Я сожалею, что именно вам досталась эта учесть. – Он был прав. Я еле сдержала слезы, но не смогла их подавить. Лойд потянул меня к себе и обнял.

Пробыв еще немного времени в тишине в объятиях друг друга, мы разошлись по своим каютам. Мне это было нужно: высказаться. Он понял абсолютно все, что я чувствовала все это время и что еще предстоит прочувствовать.

Я знала его историю, навещала его каждый месяц, наблюдая за его состоянием, увидела вживую и прикоснулась к нему. Словно старый друг вернулся ко мне с Земли, с которым мы давно не разговаривали, но давно знали друг друга. И от этого становилось ужасно на душе, что я еще долгое время не могла уснуть.

Заметка #395

Прошел уже месяц, как Лойд проснулся. Точнее конечно же с момента, как я открыла его капсулу. Чувствует он себя очень даже хорошо. Несколько раз пытался начать вести свой блог, но пока написал какую-то жалкую заметку в несколько строк….

Ладно, ладно… уже и посмеяться нельзя, стоит тут, бдит, что я пишу. Пригрозил перестать читать мои заметки. А вообще он классный! Я не шучу. Этот старик очень даже ничего…

Заметка #396

Упс! Прошлая заметка случайно опубликовалась раньше, чем я ее закончила. Лойд пытался щекотать меня, видимо я случайно нажала на публикацию. В общем, я обещала не шутить. Но пару шуток я все равно вставлю, вдруг не заметит, глаза то у него уже не молодые. Хах! Вот и шуточка! Хотя звучит как факт. Хм…

Кстати, стоит заметить, что на самом деле показатели его организма точно такие же, как и в день отлета с Земли. Это весьма удивительно, что изменилась только внешняя часть тела, но внутренние органы функционируют как у 23-летнего молодого парня. Мы уже несколько раз проверили через сканер, который подтвердил отличное состояние каждого органа.

Так что я не теряю надежды на то, что Лойд проживет куда дольше, чем думает. Разумеется, он готовит меня к его уходу, всегда напоминая о том, что это неизлечимая болезнь, а не обычная простуда. Но как мы помним, здесь даже бабочки выжили за все время нашего полета, оставляя потомство. Ах да, мы делаем с ним фотографии на память. Прям как с Томасом… Стена в каюте стала более красочной. Когда найдете мои заметки, обязательно ее посетите. Я буду рада, что вы увидите мою жизнь рядом с вами.

Глава 14

– Думаешь, этот костюм меня полнит? Живот как будто стал чуть шире. – Лойд красовался перед – зеркалом, наблюдая за моей реакцией.

– Нет. Вполне себе приличный костюм. Очень даже хорошо в нем выглядишь. – Я пыталась поторопить его, мне жутко хотелось есть.

– Ты говоришь так, потому что ты меня подбадриваешь или потому что быстрее хочешь поужинать? – Он заметил, что я тормошу ногами и держусь за живот.

– Ох! Как ты мог обо мне такое подумать? Конечно же я хочу есть! – Я ухмыльнулась и встала с кровати, чтобы оттащить его от зеркала. – Идем. Серьезно. Этот костюм отпадный!

– Ладно, ладно. Не забудь полароид. – Лойд показал на кровать, где он лежал.

– Точно! Это все ты со своим костюмом. – Я захватила полароид и направилась к двери.

– Какая нынче погодка? Не смотрела? – Лойд подал мне руку, чтобы я могла ухватиться за него. Это было очаровательно.

– О! Погода космическая! – Мы расхохотались и пошли в сторону столовой.

Мы сильно сблизились с Лойдом за эти 5 месяцев. Он стал близким мне человеком. И я так волновалась. Ведь сегодня особенный день – день рождения Лойда. Очень хочется сделать ему приятное. А еще жутко хотелось есть. Весь день готовилась к вечеру, чтобы удивить Лойда, и совсем забыла про обед. Пока он увлеченно читал книги в библиотеке, я старалась не попадаться до вечера ему на глаза, лишь утром позвав его на вечерний ужин в честь праздника. Он подумал, что это обычный ужин. Разве что мы будем наряженные. Но я не могу оставить его без подарка.

– Так что сегодня будем есть? Может начнем с бокальчика вина? – Я была в предвкушении и старалась не показывать вида.

– Сразу с вина? Ну а почему бы и нет? – Лойд в этом костюме действительно был другой, такой галантный. Впрочем, он всегда такой. Но сегодня он в полном образе.

– Хорошо. Так и сделаем. – Мы подошли к одной из кают и я попросила его остановиться.

– Что такое? – Поинтересовался Лойд.

– Нам нужно зайти в эту каюту. – Я подошла к двери и открыла ее браслетом Томаса.

– Ага. Это же премиальная каюта. Интересно. Взглянем. – Он зашел первым.

Как только он вошел внутрь, Лойд оцепенел и стоял на месте пару минут, разглядывая каюту. Я так была счастлива увидеть его лицо, его глаза, когда все это увидел своими глазами.

Премиальных кают было всего 10, они предназначались важным персонам из компании ««Реноварт»». Эти каюты обустраивал известный дизайнер Арчи Эсгельд. Я решила открыть каюту вице-президента этой компании: шиковать так на полную катушку. Ведь весь дизайн и материалы, использованные здесь, стоят десятки земных миллионов. И браслет Томаса был весьма полезен своей универсальностью, так как открыть его могли только сами владельцы и пару членов экипажа. Благо мать Томаса входит в их число.

Помимо шикарной каюты, мне хотелось добавить элементы для вечеринки, и я порылась в 12-ом отсеке в поисках нужных мне вещей. Кто-то захватил с собой шары: наверное, хотел отпраздновать прибытие на новую планету. Попрошу потом у него прощения в блоге. Думаю, что они все поймут. Да и не такие уж и важные вещи, чтобы печалиться о них. А вот для меня они очень нужны. Плюс я отобрала из ящиков самые вкусные бутылки вина, куда ж без них. Еще нашла всевозможные конфетти у того же парня, который притащил с собой на борт шарики. Видимо он действительно планировал нечто важное. Как хорошо, что он спит.

Один из них взял с собой цветные бумаги, из которых я вырезала поздравление с днем рождения. В общем, я постаралась, чтобы каюта стала космической и праздничной одновременно.

Лойд еще стоял и улыбался, глядя на мое творение.

– С днем Рождения! – Я мягко подошла к нему и обняла со спины.

– Вивиан… Это волшебно! – Лойд положил свою руку на мою, и не сдерживал свои слезы радости.

– Ты хотел космической жизни. – Лойд повернулся ко мне лицом, и я продолжила. – Для этого не хватало только космического дня рождения. Я рада, что ты здесь со мной. Ты великолепный человек! Я люблю тебя, мой друг!

– И я тебя, моя космическая подруга! Спасибо! Это самый лучший мой день рождения! – Он обнимал меня, все никак не мог перестать плакать и улыбаться. – Торт! Боже, откуда? Ты что сама его сделала? – Тут он рассмеялся от цифр на торте. – 24 года! Великолепно! А ведь я еще молодой! Ты просто прелесть! Ты знала об этом?! Когда ты успела столько всего приготовить?

– Сегодня и вчера немного. Мне хотелось тебя удивить. Да и мне самой хотелось попасть на вечеринку в честь дня рождения, чтобы это было прямо как на Земле. – Я вытащила спрятанный подарок из-под стола. – А еще я хочу, чтобы у тебя было это.

– О! Не стоило! Ты, итак, создала это невероятное чудо! Но хотя дай глянуть. – Лойд в своей манере. Я рассмеялась и протянула ему коробочку.

– Это… Очень… Очень… Ох, у меня нет слов. Я не знаю, что сказать. – Лойд снова протирал слезы с глаз. Сегодня что-то он совсем расчувствовался. – Спасибо, я очень тронут.

– Я рада, что тебе понравилось.

За неделю до его дня рождения я начала думать о том, что ему подарить. Это так изматывало меня. Ведь мы в открытом космосе, летим на неизведанную планету, каждый день наслаждаемся видами из окон. Все что нам действительно было бы сейчас нужно: нам обоим недоступно. Однако мне хотелось, чтобы Лойд смог получить то, что действительно согреет его сердце. Я изучала его биографию, его интересы, чтобы уловить мысль для подарка. И в один вечер, я уже так устала, что уже подумывала о том, чтобы найти ему эксклюзивную книгу на корабле, которую он еще не читал. Да, это была очень бредовая мысль. Но мой взгляд упал на снимки, висящие на стене. Глядя на них, у меня на сердце всегда становилось тепло от воспоминаний. И до меня дошло! Воспоминание! Ну конечно, вот что нужно ему подарить.

Я рылась в архивах его фотографий, и дошла до самых старых, где были его родители на снимках. Через полароид я сделала их снимки, чтобы у меня были бумажные варианты. Аккуратно обрезав их фигуры с лицами, я вставила их в один из своих кулонов, который как-то завалялся в моих вещах. В нем были мои родители, их я убрала к себе фотоальбом.

Кулон смотрелся идеально! Он был серебряным и овальной формы. Когда-то я носила его постоянно, но потом Харви подарил мне другой кулон, и я убирала старый кулон в шкафчик. Теперь он обрел нового хозяина, чему я очень рада.

– Так, ну ладно. Джилл? Твой выход! Включай! – Я заранее попросила Джилл подготовить плейлист для вечеринки, чтобы она включила его в нужное время, когда мы будем готовы.

– Включаю! Хорошей вечеринки! Много не пейте, ваше здоровье превыше всего! – Джилл включила танцевальную музыку в каюте и выключила основной свет.

– Ну что? Потрясем твои молодые косточки? – Я протянула руку Лойду и позвала танцевать.

– Еще как потрясем! Это лучший день! Я еще так молод! – Лойд кружился в танце вместе со мной и много смеялся. Его смех заражал меня, и мне хотелось, чтобы это продолжалось вечность. Он стал для меня важным человеком в моей космической жизни.

* * *

Стоит признать, что получились шикарные снимки со дня рождения. Особенно, где мы дурачимся. Было весело. По вечерам смотрю на каждый из снимков на стене, чтобы вспомнить, почему мне еще стоит держаться за жизнь. Теа, Томас, Лойд – все они часть моей новой космической жизни. И глядя на них, мне становится спокойно: словно я дома.

– Его последние 17 месяцев со дня рождения прекрасны. – Я смотрела на самый последний снимок, где мы с ним вместе держали яблоки в руках и хохотали от какой-то шутки Лойда.

На каждом фото я отметила год снимка. Но видимо снимок с ним я слишком часто держу в руках: год немного стерся. Надо дописать: 2542 год. Так-то лучше. Повесив обратно снимок, я взглянула на стену. Ох, тут стало так много фотокарточек. Время летит быстро! Уже три года прошло, как его не стало. А я все еще помню его день рождения, как будто мы праздновали его вчера.

Помимо фото у меня остались видео с Лойдом, где мы дурачились и записывали отчеты с ним для пассажиров. Он научил меня строить картонные домики из бумаги, которой, как оказалось, было очень много на складе. А сам постоянно проектировал новые дома для планеты, чтобы остальные пассажиры могли применить его наработки. Здорово, что уговорила его снимать, зато теперь мне есть что вспомнить. Он все ругался, что он слишком старый на видео. Такой забавный, ведь он и был стареньким с молодой душой.

Временами было жалко его, ведь тело Лойда сильно старело: болезнь прогрессировала. Он прекрасно понимал, что жить осталось недолго, и старался постоянно веселить меня, чтобы не переживала. И это сработало: я помню о нем только хорошее.

– Я скучаю, мой друг. Так сильно. – Глаза заслезились от приятных воспоминаний. – Ты навсегда остаешься живым в моем сердце! Я буду тебя помнить. – Я приложила руку на один из снимков, где он стоял один в красивом белом костюме. Мы тогда устраивали много вечеринок на двоих. Было весело.

Думаю, на сегодня воспоминаний достаточно. А то горячие капли слез начали падать на мою ногу и создавать маленький потоп. Пойду лучше прогуляюсь до Харви и Томаса. Это стало обязательным моим пунктом для прогулок, чтобы скрасить время моего одиночества в бескрайнем космосе. По пути я также захожу в библиотеку за книгой, чтобы читать ее вслух себе и Харви. Сегодня нашла какую-то новую книгу. Не видела ее раньше. Фантастика – мое любимое. Ночь обещает быть интересной за чтением.

Глава 15

Утро сегодня не задалось сразу: я долго просыпалась, еле-еле одевалась, пару раз споткнулась, не глядя на вещи под ногами.

– Надо перестать сидеть допоздна. Голова прямо трещит. Зачем я читала эту книгу?? Ох! Как же я раньше на нее не наткнулась. – Я разговаривала вслух, причитая себя за недосып.

– Вы что-то хотели? – Джилл подумала, что я веду диалог с ней.

– Да. Вернёшь меня в прошлое? Хочу к себе домой на свою уютную кровать и чтобы мне было 28 лет, пожалуйста. Только меня, всех можно не возвращать. – Я пялилась на проекцию Джилл, пытающуюся понять мой сарказм.

– Вивиан, тут нет таких технологий. – Джилл мило улыбалась в ответ.

– А зря! Лучше бы машину времени придумали, чем эту высокотехнологичную бандуру, несущуюся в пустошь космоса за тем, чего никто не видел. – Я швырнула в проекцию носок.

– Вам легче? – Невозмутимая Джилл, как же бесит ее такое лицо по утрам.

– О да! Повторим это в обед! А сейчас хочу продолжить свой приятный сон. Отвали от меня, выключайся. Все уходи. – Я размахивала рукой на нее и пыталась нащупать второй рукой подушку, чтобы приземлиться и сладко заснуть. – Хм… Что? Что с твоим лицом? – А вот это интересно, я заметила, что она погрузилась внутрь себя и что-то произошло.

– Кажется, кто-то проснулся. Пытаюсь определить пассажира. – Она продолжала сканирование системы.

– Тебе кажется? Или пассажир реально вышел из анабиоза? – Я наконец-то нащупала подушку, не отрывая взгляд от Джилл, и завалилась на спину, укрывая себя одеялом. – Подать бы на вас в суд за несоответствие вашим обещаниям. Но я даже до суда не доживу. Пока приземлимся, пока все проснутся, пока построят новую цивилизацию, где есть суд и прочая бюрократия. Уже трижды можно сдохнуть.

– Гарольд Диас – сварщик-инженер. Пассажир №1499. Да, он проснулся. Сканирование выявило техническую неисправность его капсулы, а именно поток воздуха перестал проходить внутрь. – Джилл озвучила его имя, но мне почему-то стало слегка не по себе.

– Ну проинструктируй его, а я пойду спать. Не мешай мне. Не хочу даже разбираться. Сегодня я не в духе. Проснулся абсолютно не вовремя. – Я укрыла лицо одеялом, чтобы не видеть Джилл.

Джилл исчезла. А я стала ворочаться, пытаясь отогнать мысли о новом проснувшемся пассажире. Получалось так себе, мне все же было любопытно. Ладно. Пойду посмотрю на него. Я стала одеваться и быстро вышла из каюты, снова споткнувшись о вещи.

– Блин! Надо немного прибраться. Развела знатный срач.

Я шла не спеша. Все равно он, скорее всего, пойдет искать остальных, зайдет в информационный зал, пока там получит свою дозу невроза – это примерно 10-15 минут. Успею дойти как раз в момент шока. Поэтому я сразу направилась туда, чтобы там же его и успокоить. Но, к моему удивлению, его там не было.

Хм, куда он мог пойти? Или он все еще возле капсулы? А если мы разминулись по разным коридорам, вдруг он напуган. Пока я размышляла, где он может быть, Джилл дала подсказку, что он все еще в отсеке капсул.

Я сразу направилась в сторону отсека, придумывая, как бы помягче сказать о случившемся с ним, со мной, и вообще что-то объяснить. Но когда я увидела Гарольда, стоящего рядом с капсулой, поняла, что ничего не буду придумывать, а понадеюсь, что само как-то все скажется.

– Хэй! Привет! Гарольд, верно? – Я решила его позвать, чтобы не напугать.

– Живой? Живой человек. Да, да. Я – Гарольд! А вы? Вы кто? – Он спешил навстречу.

– Ох, а вы прям живчик, так быстро ходите уже. Рановато после анабиоза бегать. – Гарольд был сильно встревожен, что меня сильно забеспокоило. – Я Вивиан.

– Здорово! Очень здорово! А где команда? Где медработники? Есть кто-то, кому можно обратиться за помощью? – Он оглядывался по сторонам в поисках зацепок.

– Вам не хорошо? – Говорить ему о том, что здесь никого нет – показалось мне сейчас слишком резким.

– Со мной все хорошо. Правда я стал задыхаться, у меня капсула открылась странно, мне не хватало воздуха, я пытался вырваться, думал уже не увижу никого. – Мимика лица была бешеная, похлеще чем у Джилл. Мне это нравится и не нравится одновременно. – Однако, там моя жена. Видите, – он показывал рукой и стал идти в ее сторону.

– Что с ней? – Интересно, он всегда такой странный.

– Она спит. Все еще спит. Я думал, мы вместе проснемся. Этот сосед тоже спит. И эти двое, и вон там. Вдруг они задыхаются, надо им помочь. Открыть всех. Видимо система не справляется с нагрузкой, чтобы сразу всех разбудить. И поэтому поштучно будит, да? – Гарольд судорожно бегал возле капсул, пытаясь понять, почему они все спят.

– Эм… Как бы тут такое дело… Знаете, дело в том, что мы еще не долетели. Поэтому все спят. – Его взгляд нужно видеть воочию, чтобы ощутить весь тот ужас и страх, отразившийся на его лице.

– Что? Что значит не долетели? Это ведь шутка да? Где члены экипажа? Мне надо их увидеть, поговорить, задать вопросы. – Он направился к выходу.

– Они спят. – Даже не знаю, как его успокоить. Да и стоит ли.

– Не понял. Я же проснулся. Вы тоже! Значит мы уже на месте! Вы же со мной проснулись! – Гарольд стоял в недоумении, сильно размахивая руками. – Надо просто найти членов экипажа, они нам помогут, все объяснят. Может быть мы в списке первых, кто должен встать. Вы видели их?

– Слушайте, я скажу сейчас правду, которая действительно наша с вами реальность. Постарайтесь воспринять ее адекватно, насколько это возможно. Мы не долетели. Все спят и будут спать, включая членов экипажа, так как лететь еще 96 лет. – Я выждала паузу, чтобы перевести дух. – Вы проснулись, так же как и я, по технической неисправности капсулы.

– Я понял. Вы так шутите! Хотите разыграть меня. Это моя жена попросила? Смешно. Ну все я понял. Поэтому можете все вставать. – Он осматривался по сторонам в поисках проснувшихся людей.

– Гарольд, я не шучу. Я здесь уже 9 лет. – Кого-кого, но его пробуждения я точно не ждала. Такой психотип людей весьма опасен. Придется приглядывать за ним, как бы он не натворил чего.

– Вы сказали 9 лет? Это безумие! Как такое возможно?! Вы связались с Землей? Что там говорят? Как они это допустили? Мы же не долетим! Надо разбудить Дженнис, надо сообщить ей. – Он выпалил много недовольства и пошел к капсулам.

– Кого? – Блин, как же его успокоить.

– Мою жену! Я надо тоже проснуться. Я же проснулся. Значит наша миссия провалена. Мы не долетим, надо ее подготовить. – Гарольд почти приблизился к капсуле, но какого-то черта я одернула его за плечо и схватила за руку.

– Не надо. Прошу, давайте спокойно все обсудим. Сейчас вы шокированы и принимаете слишком серьезное решение, не обдумав его. Пожалуйста, давайте сходим в информационный зал, все изучите. Я расскажу, как тут обстоят дела. И вы примете решение насчет жены. Но не сейчас. – Он слушал, что меня даже смутило. Я думала, он и не остановится даже.

– Да, да. Я что-то так сильно шокирован. Да, давайте сходим туда, куда вы сказали. Надо посмотреть. Вдруг там еще кто-то проснулся и также напуган, как и я. – Он отошел от капсулы, и пошел к выходу.

Нет, день и вправду сегодня дурной. Надеюсь, что через пару часов ему станет чуточку лучше, и он придет в себя. Иначе жди беды.

Я водила его по разным отсекам, попутно объясняя, что произошло 9 лет назад со мной. Он много раз переспрашивал, уточнял про команду, про запасные капсулы. Рядом с ним было слишком беспокойно, внутри у меня бушевало сильное недоверие к этому человеку и чувство опасности. Я даже задумалась о том, чтобы взять нож со столовой. Не знаю зачем я вообще об этом подумала.

– Сколько тебе лет? – Неожиданно Гарольд задал вопрос, который выбил меня из мысленных потоков о ноже и о защите.

– Что прости? Я задумалась и пропустила твой вопрос, – хорошо что он вывел из тех мыслей.

– Возраст? Сколько тебе было, когда ты погрузилась в анабиоз? – Гарольд вроде бы даже успокоился. Он выглядел более уравновешенным, чем два часа назад.

– Мне было 28, когда я уснула. – Я все еще присматривалась к нему. Самый странный человек в моей жизни.

– То есть тебе уже 37 лет сейчас? Ты же не доживешь к моменту, когда мы приземлимся. Как и я. Мне 40 лет… Мы с женой ровесники, родились с разницей в 2 месяца. Ты, кстати, не выглядишь на 37 лет. – Он довольно мягко упомянул жену, что дало мне понять, что эта женщина очень важна для него.

– Я думаю, это все из-за космоса. Здесь ведь погодные условия всегда одни и те же. Поэтому кожа не подвергается разным климатическим изменениям. Можно сказать, что мы нашли способ сохранить молодость. – Я усмехнулась, подумав о том, как бессмысленна молодость там, где ты один до конца своих дней.

– Забавно, – Гарольд тоже усмехнулся. Кажется, мы нашли общий язык.

– Пообедаем? Вашему организму не помешал бы вкусный питательный обед. – Я пыталась сохранить его спокойный ум, чтобы как можно дальше держать его от капсул.

– Да, пожалуй, можно и пообедать. – Гарольд согласился на мое предложение.

Остаток дня он провел в библиотеке за компьютером, пытаясь найти запасной вариант. Я не стала ему рассказывать про Томаса и браслет-ключ от модуля управления. Что-то подсказывало сохранить это в тайне от Гарольда. Кто знает, что мне предстоит пережить с новым знакомым на этом корабле…

Глава 16

Я перестала вести блог, как только Лойд ушел из жизни. Не хотелось ничего писать. Неделю назад мне хотелось вернуться к записям, чтобы не сойти здесь с ума. Давно никто не появлялся из живых людей. Однако с появлением Гарольда, я даже спать теперь нормально не могла, не то что вести блог. Мне постоянно казалось, что он сотворит глупость. Каждый день приходится навещать его, чтобы убедиться, что он не погубит ни себя, ни этот корабль.

2 недели мы выдержали, возможно, что он сможет дотерпеть так до конца. Хотя я не уверена, что это на него похоже. Учитывая, сколько раз в день он показывает свои чертежи по починке капсулы, я убеждена в его нестабильном состоянии. Пару раз он чуть не поджег собственную капсулу изнутри. Там что-то закоротило, и последние схемы его капсулы сгорели. Но даже это не убедило его прекратить чинить капсулу.

Я старалась помалкивать, чтобы не наговорить лишних слов. Мы вообще редко разговариваем о чем-либо, кроме как о капсулах. Его раздражали неудачные попытки: один раз он даже разбил стекло в информационном зале. Тогда я снова вернулась к мысли о защите себя от Гарольда.

– Ты не говорила о Харви. – Гарольд стоял возле двери.

– А откуда ты… – Меня напугал резкий приход Гарольда в теплицу. Он был здесь один раз, и его особо не впечатлило. – Ну конечно! Ты прочел в блоге, верно?

– Да, я прочел 6 заметок и сразу же пришел к тебе. Почему ты не разбудила его? – Ох, он не знает о Томасе. Это хорошо. Гарольд был явно озадачен.

– Потому что это нечестно по отношению к нему. – Я продолжила наблюдать за бабочками. Удивительно, что они все еще продолжают выживать. Это придавало мне сил.

– Я так не могу. Это моя жена. Мы планировали новую жизнь. Все должно было быть по-другому. – Он снова стал эмоциональным и раздраженным, постоянно перебирая пальцы.

– Гарольд, мы уже обсуждали это с тобой. Ты же понимаешь, что обречешь ее на верную смерть здесь на корабле? Она не доживет до прибытия. Ты хочешь лишить ее мечты, за которой она полетела с тобой? – Я стала волноваться, что мы вернулись к этой теме. Было нелегко его убедить в первый день оставить мысль разбудить жену.

– Да, да. Наверное. Ладно я пойду, попробую еще раз найти что-нибудь по капсулам. Ей бы здесь понравилось. – Гарольд скрылся за дверью.

Всю ночь я не сомкнула глаз в догадках о том, что он сорвется. Я решила сходить к капсулам. На душе было неспокойно. По пути я думала о том, чтобы скрыть заметки о Томасе и ключе в блоге от Гарольда, чтобы он не узнал о них. Почему я так оплошала, и не подумала об этом ранее.

Ну конечно он здесь! Гарольд стоял рядом с капсулой своей жены. Я поспешила к нему, позвав его:

– Гарольд, что ты здесь делаешь? – Я старалась не давить, чтобы он не нажал резко на кнопку.

– То, что должен был сделать в первый день. Но ты не дала мне этого сделать. Ты решила, что я буду здесь жить один. Но я так не решал. – Он был сердит, напряжен и пристально смотрел на жену.

– Я понимаю, что ты чувствуешь. Ты даже не представляешь, насколько сильно я понимаю тебя. – Я подошла максимально близка и встала напротив.

– Нет. Ты не открыла капсулу, а значит – не понимаешь. Я могу помочь тебе: открыть капсулу Харви и тогда ты будешь жить с ним, как стоило поступить тебе. Но ты слаба. А я нет, и я хочу, чтобы моя Дженнис была со мной. – Слова о Харви вызвали во мне дикую ярость.

– Подойдешь к Харви, я убью тебя. – Я понимала, что с этого момента мы не будем общаться вовсе.

– Не бойся. Он мне не нужен. Мне нужна моя жена. – Гарольд подошел ближе к капсуле. – Не тебе решать, как мне жить! Я здесь решаю! – Он нажал на кнопку открытия.

– Ты убил ее собственными руками. – Я развернулась и ушла из отсека.

В моих мыслях был сейчас только Харви: я думала, как же защитить его капсулу от этого психа, чтобы он не мог его разбудить одним нажатием кнопки. Весь день я провела в каюте, общаясь с Джилл о протоколах защиты. Благодаря браслету Томаса, у меня была возможность управлять системой защиты корабля. Я нашла лазейку и установила защитный протокол с помощью Джилл в отдельно взятую капсулу, в частности капсулу Харви. Я заблокировала ручное открытие до предполагаемой даты прибытия на новую планету, предварительно обезопасив его изнутри, чтобы он также сам смог выбраться в случае непредвиденных обстоятельств.

На следующее утро я собралась на завтрак в столовую, и очень надеялась не встретиться с Гарольдом. Однако я встретила Дженнис. Она стояла посреди коридора и смотрела в иллюминатор. Темноволосая стройная женщина была очарована красотой звездного неба и не могла оторвать взгляд. Чтобы не напугать ее, я покашляла, после чего продолжила путь к ней.

– О! Я думала, что я здесь стою совсем одна! Вы давно здесь стоите? – Ее лицо было таким добрым с искрящимися голубыми глазами.

– Нет, я только подошла. Прошу прощения, не хотела вас напугать. – Ужасно было думать о том, что ее собственный муж не оставил ей выбора.

– Ничего. Я как раз рада, что вы появились. Гарольд сказал, что здесь нас трое и мы скоро встретим остальных. Меня зовут Дженнис, я его жена. Но вы, наверное, уже в курсе. – Она улыбалась и была такой милой.

– Да? Вот как. А я Вивиан. Что еще сказал Гарольд? – Похоже, что он еще не рассказал, что наделал. Мне было так стыдно перед ней, что я почувствовала свою вину за действия этого кретина.

– Да пока мало что. Он был очень уставшим, так как тоже недавно проснулся. Я оставила его отдыхать, а сама вышла прогуляться, осмотреться. Уж очень интересно, как здесь все устроено. А вы как давно проснулись? Тоже вчера? – Она смотрела на меня с излишней верой в историю ее мужа.

– Дорогая, вот ты где? – Гарольд резко перебил меня, выйдя из каюты.

– Да, я гуляла здесь неподалеку, встретила Вивиан. Любовалась видами. – Гарольд подошел к Дженнис вплотную и обнял ее, прижав поближе к себе.

– Знаете, я пойду дальше. У меня еще дела. Поболтаем позже, времени у нас полно. – Я презрительно посмотрела на Гарольда и обошла эту парочку.

– Она милая. Здесь так чудесно! – Сзади Дженнис делилась впечатлениями с мужем.

В столовой я взяла еду с собой и ушла в свою каюту. Мне не хотелось лишний раз пересекаться с Дженнис, чтобы не рассказать ей правду. Она все равно поймет, что он соврал. Но лучше, чтобы он сделал это сам.

Два дня у меня получалось избегать обоих, но на третий день Дженнис сама нашла меня:

– Это все ложь! Он соврал мне! Я чуть не поверила в этот бред! – Она была вся в слезах и растрепанная.

– Мне так жаль. Я не знаю даже что сказать вам сейчас. – Я подошла к ней, чтобы обнять.

– Он решил за меня. Лгун! Эгоист! Ненавижу его! – Дженнис была вне себя от ярости и рыдала взахлеб у меня на плече. – Сколько ты здесь? Ты и вправду проснулась 9 лет назад? – Она резко перестала рыдать.

– Да. – Я не могла вымолвить и слова, представляя ненависть Харви ко мне, поступи я с ним так.

– Боже! Это так ужасно! – Дженнис снова ушла в истерику.

Она рыдала без остановки целых 1,5 часа. Я пыталась успокоить ее, но у меня не выходило. Осознание того, что она не долетит до планеты, сильно подкосило ее разум. Мне лишь оставалось находиться рядом и утешать.

Когда она успокоилась и пришла в себя, я предложила ей лечь отдохнуть, набраться сил и попытаться прожить здесь пару дней, чтобы принять новую реальность. Я оставила ее в своей каюте, а сама ушла в библиотеку. Дженнис довольно быстро заснула, ее мозг был настолько потрясен, что мгновенно вырубился от реальности.

Однако отдохнуть у меня похоже не получится, ведь в библиотеке я встретила Гарольда.

– Я рассказал ей правду. – Он стал сразу разговаривать со мной, как только увидел меня у входа.

– Мне не о чем с тобой разговаривать. Ты сделал свой выбор. Последствия разгребай сам. – Я быстро ушла из библиотеки, прихватив с собой книгу.

Ну и деньки выдались! Я даже не думала, что моя жизнь встряхнется настолько. Все это время жить одной было проще, спокойнее. И я поверила в то, что так продлится до конца. Меня это устраивало. Но судьба внесла свои коррективы, от которых одна головная мигрень. Я зашла в премиум-каюту, где меня никто не найдет, чтобы почитать книгу и отдохнуть. Здесь на меня сразу нахлынули приятные воспоминания о дне рождении и мне стало спокойнее.Я легла на просторную кровать, укрыла себя одеялом и взяла книгу со стола. Что ж пора расслабиться и отойти от этой реальности в другую. Но меня хватило буквально на пару страниц, уж больно я вымоталась эмоционально, что сразу заснула.

Глава 17

На утро мне так не хотелось вставать и уходить с этой каюты, но нужно было проверить Дженнис. Как она там себя чувствует? Не разгромила ли мою каюту?

Благо, каюта целая и Дженнис тоже. Она просто лежала, свернувшись калачиком, и смотрела на стену с фотографиями. В ее взгляде пропала та искра, которая была в первый день пробуждения. От доброй яркой женщины остался только потускневший человек.

– Как себя чувствуете? – Я поинтересовалась ее состоянием, хоть и понимала, что ей паршиво. Но надо было с чего-то начать.

– Как будто у меня отняли жизнь. – Она продолжала смотреть на фотографии. – Что тебя здесь держит? Почему ты продолжаешь жить, зная, что не увидишь «Дэвион 78»?

– Воспоминания. Люди. Много что. – Я села на край кровати.

– Я ненавижу его. Как мне жить с ним, зная, что он это сделал? Знаешь, я вообще хотела с ним расстаться еще на Земле. Но потом мы сошлись и решили, что начнем новую жизнь на новой планете. Я поверила, что смогу стать кем-то другим там, стать лучше и согласилась полететь. – В ее истории было много сожаления. Она окончательно ушла в себя, потупив взгляд.

– Думаю, со временем ты поймешь его. Возможно, что это будет лучшая версия вашей жизни, если ты сама захочешь этого. – Попытка подбодрить выглядела нелепо на фоне их ситуации, но смотреть на нее было невыносимо. – Хочешь я покажу тебе то, что меня вдохновляет на жизнь?

– Покажи. – Дженнис привстала с кровати и приободрилась в надежде найти что-то для себя.

– Идем. Я уверена, тебе понравится. – Я взяла ее за руку и повела за собой.

Мы шли в теплицу к бабочкам. Мне показалось, что ее это может вдохновить. Она пыталась улыбаться, но все время впадала в уныние. Пока шли, я рассказывала ей об отсеках, и что в них есть. Понемногу она оживилась и стала задавать вопросы. Это очень меня порадовало. Есть шанс снова вернуть ее к жизни.

– Мы дошли. Когда я увидела их, я не могла поверить своим глазам. – Я открыла дверь в теплицу и показала ей рукой вперед. Ей сразу же удалось увидеть бабочек.

– Это же… Невероятно! – Дженнис подошла к цветку, на которой сидели 2 бабочки. – Боже! Они здесь получается с момента запуска корабля! Как это возможно?

– Я не знаю, но я была рада их увидеть, когда обнаружила первую бабочку в теплице. И их существование придает особый смысл пребыванию здесь. Они доказывают, что возможно все. – На мою руку присела одна из больших синих бабочек. Их я особенно любила.

– Фантастика! Никогда бы не поверила, если бы не сказали на Земле, что бабочки способны прожить столько времени в космосе. – Дженнис увлеклась и стала бегать за ними.

На мгновенье мне показалось, что Харви мог бы простить меня, если бы сразу разбудила его. Но я отогнала эту мысль. Решение уже принято давно, и прошло слишком много лет. Страх Гарольда остаться здесь одному до боли мне знаком, но в то же время я презирала его за то, что он сделал. Тогда до меня стало доходить, что я была бы на его месте, поступи я так же: презирала бы саму себя.

* * *

Пару дней Дженнис была в настроении, изучала профайлы про корабль, про миссию команды. Много времени проводила за компьютером. Всегда заходила за мной перед ужином, чтобы не ужинать одной. Общество Гарольда ей было невыносимо. Он пытался с ней поговорить, но все заканчивалось только криками и обвинениями друг друга.

– Ты даже не попробовал! Ты просто слабак! – Дженнис повторяла это из раза в раз при любой встрече с ним.

– Я испугался. Но я думал, что ты хотела жить именно со мной, прожить долго и счастливо, построить новую семью. Я думал, что мы сможем пройти через это вместе здесь. – Гарольд безуспешно пытался оправдать свой поступок и плелся за ней по пятам.

– Долго и счастливо? Ты себя слышишь?! – Она вскипела только сильнее. – Что мы здесь построим? Мы здесь умрем! Дети? Ты хотел детей, но им здесь не место. Мы ничего не построим! Все из-за тебя!

– Попробуй меня понять. Ты ведь моя жена. Что мне оставалось делать? Эта чертова капсула открылась сама, я не смог тебя оставить одну. Как ты не понимаешь? – Гарольд расхаживал туда-сюда быстрыми шагами. – Прости меня, давай попробуем все забыть.

– Я ошиблась, когда снова вернулась к тебе. Мне стоило остаться на Земле, где я могла бы прожить долго и счастливо без тебя. – Дженнис поспешно ушла из библиотеки.

Я сидела в другом отсеке, но даже оттуда было слышно их крики достаточно сильно, чтобы разобрать каждое слово. Дженнис прошла мимо и увидела меня, но не стала останавливаться. Да и я не была готова с ней обсуждать что-либо. Раньше отсутствие людей сводило периодами меня с ума, сейчас же – сводит с ума их присутствие.

– Ты не видела Дженнис? Я не могу ее найти. Я беспокоюсь. – Гарольд был растерян, и просил помощи в поиске его жены. – Пожалуйста, помоги мне. Она выбежала слишком расстроенная.

– В последний раз я видела ее пробегающей мимо меня. Больше ее не видела. Не думаю, что она хочет тебя видеть. – Я продолжила читать, хотя сама не меньше беспокоилась о состоянии Дженнис. – Но ты можешь спросить Джилл. Думаю, она в курсе.

– Джилл, подскажи, где сейчас Дженнис? – Гарольд обратился к системе.

– Дженнис находится в теплице. Хм. Странно, кажется, ее пульс ослаблен. Похоже на удушение. – Проекция Джилл исчезла.

Мы оба побежали в сторону теплицы. Неужели она решила покончить с собой?! Какого черта ты творишь, Дженнис! Лишь бы мы успели вовремя. Но зная Джилл, раз она описала ослабление пульса, мы уже опоздали.

Гарольд добежал первым и издал громкий крик. Я прибежала сразу за ним и увидела, что в теплице висит Дженнис. Она повесила веревку рядом цветами, где обитали бабочки. Рядом на полу лежала бумага с ручкой. Мы быстро сняли ее с веревки и положили на пол, пытаясь помочь завести сердце и делая искусственное дыхание. Но она не реагировала.

– Джилл, какие показатели у Дженнис? – Я вспомнила, что браслет считывает все состояние организма пассажиров.

– Дженнис мертва, ее показатели на нуле. Сердце остановлено. – Проекция Джилл стояла рядом и смотрела на нас.

– Должен быть способ оживить ее! – Гарольд разъяренно ударил рукой о стеллаж с растениями. – Откуда у нее веревка здесь?

– Я не знаю. – Хотя догадалась, что Дженнис планировала свою смерть и приготовила веревку здесь заранее, вытащив из склада. Плюс ее предсмертная записка. Она знала, что делала.

– Что здесь написано? Я не могу прочесть. Ничего не вижу! – Гарольд попытался прочесть, но его всего трясло. Он передал бумагу мне и сел рядом с женой».

«Эта жизнь не для меня. Ты лишил меня выбора. И я с ним не согласна. Поэтому я делаю свой выбор, в котором я уверена. Живи долго и счастливо… Один!»

Дженнис Диас

Я зачитала текст и посмотрела на Дженнис. Ее лицо было спокойным, уверенным. Она обрела свой покой. Жаль, что все вышло именно так. Где-то в глубине души я понимала, что она никогда бы не смирилась с тем, что сделал Гарольд. Как ни странно, я увидела в ней огромную силу и решимость, которой мне не хватило в первые дни пребывания здесь. Покончить с собой требует немалых сил.

Гарольд не отходил от жены, и без конца что-то бормотал себе под нос, держа ее за руку. Он просидел рядом с ней всю ночь. Человек, лишенный объекта зависимости, наполненный страхом, горем и яростью – что может быть хуже, чем проснуться одной на пустом корабле…

Через сутки после ее смерти он переложил ее в огромный ящик и повез на тележке к одному из шлюзов. Мне хотелось, чтобы он выпрыгнул из шлюза вместе с ней, но, к моему разочарованию, он вернулся в свою каюту. Знаю, это слишком – желать ему смерти, но я знала точно, что он сейчас лишен рассудка и основного смысла своей жизни. А значит следующий, кто вылетит из шлюза: либо я, либо он.

«В одиночестве человек – либо святой, либо дьявол». И сейчас оставалось только ждать, кем именно станет Гарольд.

Глава 18

Прошло четыре дня после самоубийства Дженнис. Я сторонилась Гарольда, и напрочь забыла о сне. Мне не хотелось засыпать, зная, что где-то здесь бродит невменяемый вдовец.

– Ты должна была остановить меня. Ты виновата в ее смерти. – Гарольд был не похож на себя, пьяный, еле стоял возле входа и держал в руках бутылку.

– На кнопку нажал ты сам. Она не захотела жить той жизнью, на которую ты ее обрек. – Я опасалась, что он последует за ней. Но, честно говоря, меня это не сильно волновало. А скорее я ждала этого.

– Ну да. – Он допил бутылку. – А ты дала этому случиться! Нужна другая бутылка. – Гарольд ушел за новой порцией алкоголя на склад.

Четыре дня недосыпа давали о себе знать: меня сильно подкосило, валило с ног, что я еле доползла до своей каюты и сразу же вырубилась. Дверь закрыла, да закрыла, кажется, вырубаюсь…

* * *

Я проснулась от странного ощущения внутри, что-то давило изнутри. Когда я приоткрыла глаза, я увидела Гарольда. Он стоял надо мной возле кровати и держал в руках подушку.

– Гарольд, что ты здесь делаешь? – Я попыталась привстать, но он успел быстро наброситься на меня и придавить к кровати. – Какого черта! Остановись!

– Я ждал слишком долго! Надо было убить тебя сразу! – Гарольд душил меня. Я попыталась вырваться, но была в самом худшем положении. – Ты во всем виновата! Ты виновата! – Он все сильнее напирает на мою шею, от чего я кажется уже теряю сознание.

– Га… льд! Отпусти, – Я еле выдавила слова и стала думать, за что схватиться и чем его ударить.

Она должна была жить со мной на новой планете! Мы должны были построить новый дом, родить детей, и жить как самые успешные люди общества! Ты все испортила! – Пока он давил на меня, я нащупала что-то жесткое на столе. Кажется, планшет! – Мразь! Умри! Никто не долетит туда! – Мне не хватало воздуха, он пережал мою шею.

Я собрала последние силы, пытаясь сдержать последний глоток воздуха внутри, и направила всю силу в правую руку. Моего удара планшетом было достаточно, чтобы заехать ему по челюсти. Это помогло освободить мое дыхание и лицо от подушки. Быстро встав с кровати, я побежала и упала на пол. Гарольд успел схватить за ногу и тащил к себе. На полу я заметила осколки экрана, отлетевшие после удара.

– Ты думала жить тут до конца своих дней? Нет! Тебе суждено умереть! Ты проснулась, чтобы умереть! Я помогу тебе! – Он был слишком силен и больно держал за ногу.

– Не сегодня! – Я схватила осколок стекла с пола и, крепко прижав рукой, со всей силы вонзила ему в руку и сразу вытащила, чтобы причинить сразу сильную боль. Гарольд одернул от боли руку, освободив мою ногу. Но я подумала, что нам вдвоем здесь точно не ужиться и закончила начатое. – Иди к своей жене, чертов психопат!

Осколок стекла резко и верно зашел прямо в артерию на шее Гарольда, из которой молниеносно хлынула кровь в разные стороны. Мои руки оказались в крови. Он прижимал свою шею, захлебываясь и пытаясь ухватиться за кровать. Всего лишь 10 секунд понадобилось, чтобы он оцепенел. Гарольд перестал дышать.

Я смотрела на его лицо с безумным взглядом, осознавая произошедшее. Мое дыхание стало ровным, умеренным. Стало спокойно. Я снова одна. Я в безопасности.

Так странно: в момент, когда смерть почти наступила на хвост, во мне пробудилось дикое желание жить. И впервые за долгое время меня ужасно расслабило. Я просидела еще пару минут, глядя на его безжизненное тело. Сильное сжатие стекла оставило глубокие раны внутри ладони, кровь продолжала стекать вниз, но это было совсем не больно. Боли словно и не было.

Встав с пола, я пошла в душ, смыть с себя все, что можно было смыть. Вода промывала раны на теле, разукрашивая кровью пол душевой. Простояв под душем довольно много времени, я вышла и стала протирать тело полотенцем. В душевой было большое зеркало, оно сильно вспотело. Протерев его, я посмотрела на свое лицо. Оно было мне незнакомо, глаза были наполнены блеском. Человек в зеркале – новая Я, способная убить ради выживания. И мне это нравилось.

* * *

Каюта теперь напоминала о Гарольде, поэтому я переселилась в премиальную каюту. Возражающих тут нет и надеюсь не предвидится в ближайшем будущем. Снимки я перевесила в библиотеку, освободив основную стену от дурацких картин. Кто вообще туда их повесил? Эти дизайнеры ничего не смыслят в уюте, все только для декора. Однако в элементах декора от дизайнеров нет главного – воспоминаний. Навряд ли кто-то что-либо вспомнит, посмотрев на белый квадрат, обрамленный в золотые рамки.

Потихоньку я обжилась в новой каюте и стала забывать о последних событиях в моей жизни. Все встало на круги своя, как и должно было быть. Четыре смерти за время полета – интересно, была ли погрешность по количеству пассажиров, которые 100% долетят до новой обители? Судя по их самонадеянным планам, где на весь корабль одна запасная капсула, они на это не рассчитывали.

Через пару месяцев мой день рождения, пора попробовать снова связаться с Энди, если он еще работает в компании. Хотелось бы сейчас иметь возможность хотя бы переписываться с кем-нибудь с Земли, узнавать о новых технологиях, о том, что изменилось за все время, как мы улетели. Хотя им бы не понравилось, что я убила человека. Представляю лицо Меган Форд, когда я сообщу ей, что 4 пассажира мертвы. В моей фантазии это забавно, хоть я и не знаю даже, как она выглядит. Думаю, «Реноварт» пришлось бы несладко, если бы на Земле люди узнали про неисправность их капсул. Только ради этого уже стоит попробовать поймать сигнал.

* * *

Я и не надеялась, ведь мы слишком далеко. Да и прошлые годы тоже были без сигналов. Что ж, ладно. Пойду праздновать свой день. Мы уже пролетели дальше спутника, ловить здесь нечего. Значит в другой раз.

Тем более сегодня я решила отпраздновать по-новому, это мой 38 год земной жизни. Хочу нарисовать что-нибудь эдакое на память. Долго думала, что именно. И придумала: бабочек! У меня ушло примерно 2,5 часа, чтобы закончить свой шедевр. Хотя конечно это громко сказано, но по мне получилось очень даже неплохо. Годы безделья и тренировок на корабле не прошли даром. Хорошее напоминание о самом светлом на остаток моей жизни.

Глава 19

Сегодня я изучала древний Египет по архивных данным. Удивительно, что пирамиды построены обычными людьми. Хотя я нашла много разной информации про внеземные цивилизации, имевшие связь с фараонами тех временен. И якобы благодаря этому общению, им удалось построить эти великие каменные сооружения. Пора заканчивать зависать за компьютером. От этих пирамид все равно уже ничего не осталось. Одни картинки. Одни люди способны строить невероятные произведения искусства, так же как и другие разрушать с немыслимой скоростью последние остатки связи с прошлым.

Что происходит! Ручка, книга и я взлетели на пару сантиметров. Я была знакома с гравитацией, но не ожидала оказаться в ней прямо сейчас.

– Джилл? Что происходит?! – Я позвала систему, здесь явно дело рук Джилл.

– Я обнаружила планету, подходящую на 89% для жизни земного населения. Сейчас происходит корректировка курса на новый путь движения. – Проекция Джилл прошлась по комнате, показывая виртуальный путь корабля до неизвестной планеты.

– И кто тебе дал разрешение? У тебя нет полномочий менять курс, это четко и ясно указано в протоколах. – Я не понимала, как долго буду висеть в воздухе, но надо было что-то сделать. – Ты хоть понимаешь, что это неисследованная планета?! Если ты ошибешься, нам всем конец!

– Согласно протоколу, моя система вправе принимать решения, исходя из лучших побуждений для человечества. И так как эта планета «Альфа Грин 3» является жизнеспособной, я приняла решение скорректировать курс движения. Таким образом мы достигнем цели через 2 месяца и 8 дней. Это лучший вариант для человечества. – Джилл улыбалась, показывая свои расчеты.

Идея Джилл была весьма соблазнительной и даже логичной, но учитывая все записи предыдущих тестовых полетов, нужно было убедиться, что она не везёт 3150 человек на планету, непригодную для нового поселения. Я почувствовала, что корабль встал на новый путь, и все предметы плавно опустились обратно вниз. Среди всех пассажиров были близкие мне люди, и я не могла просто так дать ей погубить их будущее.

В модуле управления я развернула карту, и попросила Джилл вывести все данные, собранные со спутников. К счастью, спутники выпускались в большом количестве, а вместе с ними были управляемые модульные ракеты для изучения найденных планет. В ракетах были спрятаны роботы, которые могли передвигаться по поверхности несколько часов и считывали данные с объектов, автоматически передавая все изученное на спутники. И мне повезло, что на планете «Альфа Грин 3» был такой робот.

В архивных записях я обнаружила, что планета была одним из подходящих вариантов для нового поселения. Но было много красных заметок, в которых указывалось про излишний водный баланс, превышающий норму в десятки раз. Проще говоря, земли как таковой на этой планете всего 3%, от чего она и получила свое название. Это очень мало. Слишком мало, чтобы заселить ее людьми. Система была убеждена, что этого процента достаточно, чтобы мы могли обустроить поселение и жить припеваючи. Для поселения, которое будет жить только на воде возможно такой вариант будет оптимальным, но что-то мне не нравится такой план. 3% земного участка станут драгоценными. Почему компания все-таки отказалась от этой планеты? Нужно найти остальные записи с робота и заключения специалистов. Здесь их не было, нужно искать в библиотеке данных.

Прежде чем уйти из модуля, я заметила, что Джилл подсветила маячки пробуждения на капсулах членов экипажа модуля управления.

– Какого хрена ты творишь?! Это ведь отсчет до пробуждения? 6 часов! Ты что внезапно сдурела?! – Я орала на голографический образ Джилл и выходила из себя еще сильнее от ее спокойного лица.

– Вивиан, прошу успокоиться. Вы не являетесь членом экипажа и у вас нет полномочий для разрешения возникшей ситуации. Поэтому согласно протоколу я обязана разбудить экипаж корабля за 2 месяца до приближения. Согласно новым данным, до «Альфа Грин 3» как раз остается 2 месяца. Если найденная планета пригодна для жизни, мы обязаны ее исследовать. Данный вариант значительно сокращает расстояние, потраченное для перевозки пассажиров до конечного пункта. – Ее голос выбешивал меня, но это было вшито в ее систему, а значит нужно придумать способ, как обойти систему и вернуть корабль на основной путь. Я была уверена, что компания не зря убрала «Альфа Грин 3» из списка кандидатов для заселения.

– Хорошо. Что дальше? Что будет, когда окажется, что эта планета непригодна? Вернешь всех назад в капсулы? – Кажется, планируется восстание машины.

– До пробуждения экипажа осталось 6 часов. Курс уже намечен. После пробуждения команда начнет исследования местности и разбудит остальную часть пассажиров, – Джилл вежливо улыбнулась и исчезла.

– Идиотка, – еле слышно произнесла я в ее исчезающий образ.

У меня есть 6 часов. Нужно подумать. Мне пришла в голову идея разбудить 1 программиста, чтобы он взломал систему и вернул нас на нужный путь. И я знаю одного такого человека. Это спасет жизнь 70 человек. Но я лично лишу выбору одного. Что ж… других вариантов нет.

Но что если есть другой путь. Идею с программистом я пока оставлю. Я села за компьютер и начала ускоренно проходиться по всем записям касаемо новой планеты. Время шло слишком быстро, что казалось, я не успею понять, в чем причина.

Мало суши, много воды – указано абсолютно везде, но почему система делает по-своему. Хм, интересно. Кажется, я нашла то, что нужно. Оказывается, что вода опасна для жизни. Уровень воды поднимается постоянно, что снижает количество суши каждый раз на 0, 0004% в месяц. А значит это фактически космическая версия Атлантиды. Вот почему они не взяли ее в кандидаты. Мы бы не смогли ничего там построить, пришлось бы жить либо под водой, либо на воде. Миссия была бы провалена, пустая трата времени. Эта идиотка нас всех погубит.

Так как моих полномочий было недостаточно, я порылась в протоколах на экстренные случаи и нашла прекрасный способ внести изменения в расчеты системы на основе найденного мной приложения к протоколам.

– Слышишь, идиотка! Джилл! Сделай повторный анализ и добавь туда заметки Алана Брикса, а также включи постоянное увеличение уровня воды на планете и выведи цикл жизни землян без земной поверхности при тех запасах, что есть сейчас на все время обитания на планете «Альфа Грин 3». Ты обязана это сделать по протоколу #85-15-289, ответственный Алан Брикс.

Что-то она молчит. Она что меня игнорирует. Появилась проекция Джилл, она сразу открыла виртуальную демонстрацию и стала проводить расчеты.

– Да! Да, я была права! – Расчеты показали смертность населения при выборе «Альфа Грин 3» за каких-то 25 месяцев. Внутри у меня все ликовало. – Верни корабль на прежний курс до планеты «Дэвион 78». Больше никто здесь не подохнет от неправильных решений!

– Протокол активирован, курс корректируется до планеты «Дэвион 78». Время прибытия на планету 109 лет и 5 месяцев.

– И да, Джилл! Согласно протоколу «0000.pigmalion.11-59. Ответственный Скотт Браун» приказываю назначить пассажира 1255 Вивиан Грей старшим членом экипажа со всеми кодами доступов. – Надо почаще шариться в архивных записях компании.

– Поздравляю, Вивиан Грей! Вы назначены старшим членом экипажа корабля «Зион». Ваши коды доступов на браслете обновлены. – Джилл вывела мое назначение на виртуальную доску и показала список выданных мне разрешений.

– Так-то лучше. Не хватало здесь, чтобы система решала за человека, где ему жить.

Снова небольшая гравитация подняла неприкрепленные вещи вверх. Сейчас стало интересно висеть в воздухе, не то что в первый раз. Я выдохнула от собственной маленькой и одновременной большой победы над системой. Чертовски приятно быть правой! Курс выровнялся и меня отпустило на пол. Отлично! Нужно проверить модуль управления. Мало ли, вдруг отсчет до пробуждения все еще включен.

Дойдя до модуля, я окончательно успокоилась. Маячки выключены, таймер не горит. Пожалуй, открою сегодня игристое. Надо расслабиться. День выдался эмоционально напряженный. Я словно пережила апокалипсис. Ух! Каково быть суперменом в фильмах? Это же такой тяжкий труд: думать за всех и просчитывать варианты спасения. Ладно, все равно некому оценить мою победу над злодейкой Джилл. А на секунду я даже поверила в ее план с этой планетой. Надо будет потом просмотреть остальных зачеркнутых кандидатов – планеты с малейшей долей вероятности заселения. Не хочу больше подобных сюрпризов.

Перед сном вместе с моим новоиспеченным другом игристым Шампанье, я листала данные о Скотте Браун. Как оказалось, он самый первый разработчик всех протоколов. И благодаря одной из его записей, как раз удалось предотвратить сегодняшний инцидент с системой. Оказывается в его записях было много замечаний, которые он рекомендовал исправить компании. Но видимо компания их не учла, ведь Скотт как раз один из немногих, кто предупреждал о возможных сбоях в системе загрузки людей в анабиоз. Интересное чтиво я себе нашла на ночь глядя. А ты умен, мистер Браун, раз тебе удалось загрузить свои записи в архив без ведома компании. Кстати, об этом он тоже упомянул в заметках. Надеюсь, его не раскрыли за все это время. Хотя кому какое дело до него, прошло уже столько лет.

Выпив пару бокалов вина, я устроилась поудобнее и быстро уснула.

Глава 20

– Эти седые волосы лезут как на дрожжах. – Я готовилась сделать снимок для своей выставки воспоминаний в библиотеке, но пару седых волосков не давали покоя: слишком сильно виднелись. Надо признать, что старение в космосе куда медленнее, чем на Земле, но эти пронырливые седушки уже давненько стали появляться все чаще и чаще. – Чиииз!

Хороший снимок получился, даже вроде не видно их. Пусть думают, что я вообще не старела. Но кого я пытаюсь обмануть. Я взяла ручку и подписала снимок «2572 год. Вивиан 64». Блин, размазала цифру четыре. Ладно, и так сойдет.

– Прием? Есть кто живой? … Как слышно? – Голоса отчетливо доносились из моего браслета.

– Джилл, что это за голоса? – Мне показалось это странным, ведь если бы сигнал с Земли прошел, то его можно было бы услышать только в модуле управления.

– Это сигнал с Земли со станции «Гефест». Сигнал поступил на браслет, так как вы старший член экипажа. – Джилл объяснила мое недоумение.

– А! Точно! Совсем забыла про эту функцию. – Я рванула в модуль управления. Старалась бежать со всех ног. Не зря я тренируюсь каждый день. Наконец-то мне это пригодилось.

– Вы слышите? Зион, ответьте. – Я уже слышала его из модуля, почти добежав до него.

– Я здесь! Я …. – Я отдышалась и повторила. – Я, Вивиан Грей, вас слышу! «Гефест» это вы?

– О, это Вивиан, – мужчина передавал кому-то услышанное, – я так рад тебя слышать!

– Простите, я вас знаю. Ваш голос знаком мне, – неужели это Энди. Хотелось бы, чтобы это был он.

– Это Энди Уайт, помните меня? – Энди так обрадовался, что даже показалось, что он всхлипывал.

– Да, конечно! Как же я могла вас забыть, Энди. Как вы там? Скучали без меня все это время без наших душещипательных долгих диалогов. – На самом деле я так рада была слышать его, что сама еле сдерживалась от радостных криков.

– А вы сохранили свое чувство юмора! С вами тут многие хотят поговорить, расспросить вас. Включаю на громкую связь. – После чего послышалось дребезжание и я услышала, как множество голосов приветствовали меня, как в старые добрые времена.

– Что могу сказать, так это то, что я все еще жива! Кстати, я уже давно старший член экипажа. – Тут многие заволновались, пытаясь понять, что произошло.

– Вы сказали, вы старший член экипажа? Кто-то еще проснулся и назначил вас? Есть новые проснувшиеся? – Энди поспешил уточнить догадки слушателей из зала.

– Ну проснувшиеся были, но там долгая история. Не члены экипажа. Если кратко, мы чуть не залетели на водные процедуры, на планету «Альфа Грин 3». Но все давно в прошлом, мы все еще движемся к «Дэвион 78». – Эх, увидеть бы их шокированные лица сейчас.

– Обсудим это позже, ближе к делу, – кто-то прервал всеобщий шок с шепотами, и присоединился к разговору.

– О, неужели это управляющий? Адам Дженкинс кажется, верно? – Его голос я узнала сразу.

– Да. Ого! Вы запомнили. Вивиан, мы пытались связаться долгое время с кораблем, но было много помех. Признаюсь честно, мы даже думали прекратить попытки, но наша команда нашла способ передать файлы через ближайший спутник на корабль «Зион». И прямо сейчас мы загружаем данные на спутник. Справа рядом с панелью управления должна быть видна пересылка. – Пока он говорил, я искала на мониторе входящие запросы с Земли. Надо же, и вправду идет загрузка файла.

– Так, я нашла загрузку. Что находится в этом файле? – Любопытно было скорее взглянуть на содержимое.

– Там схема по сборке и подключению запасной капсулы. – Я внезапно оцепенела.

– Вивиан? Вы здесь? Эй, Макс, проверь, что со связью. – Команда пыталась достучаться до меня, но меня захватили мысли. – Со связью все хорошо. Посмотри, файл передался или нет. Может там обрыв какой-то… Не пойму, что произошло.

– Нет, я здесь. Просто это была весьма неожиданная новость для меня. – Я собралась и снова вернулась к диалогу. – И что я смогу ее сама собрать?

– Да, в файле зашифрованы детальные схемы, инструкции, видео сборки, и названия всех запчастей, что есть на складе. Судя по тем данным, что у нас – у вас есть все, что нужно для сборки капсулы и повторной активации. Вы сможете погрузиться в анабиоз! – Адам был возбужден и почти прокричал последнюю фразу.

– Честно говоря, я немного в шоке. Столько лет прошло. Я не знаю, надо ли мне это. Простите, я понимаю, что ваши ребята работали над связью и сделали все возможное, чтобы файл был здесь. И он теперь здесь – это очень поможет пассажирам корабля в будущем. Но я не уверена, что я хочу возвращаться в анабиоз. – Все замолчали и внимательно слушали меня.

– Вивиан, – Энди заговорил со мной, пока все молчали в недоумении, – разве вы не хотите встретиться со своими близкими с корабля? Я изучил вашу биографию и данные: с вами на корабле ваш жених. Я думал, что вы обрадуетесь этой новости. – Он выждал паузу и продолжил. – Разве он бы не хотел этого, чтобы вы были рядом, когда он проснется?

– Человек, которого он знал, умер в тот день, когда сломалась моя капсула. Слышали поговорку «Пока лекарство не станет страшнее болезни»? Так вот это и есть мой случай. Половина моей жизни уже пройдена, вторую я закончу здесь на корабле. – Я замолчала и погрузилась в свои мысли. Столько лет я представляла, как я найду решение вернуться к Харви и снова смогу обнять его, прикоснуться к нему. Мне о многом нужно с ним поговорить. Но эти годы прошли, сейчас уже поздно, что-либо менять.

– Хорошо. Давайте так. Файл у вас и, Вивиан, я надеюсь, что вы примите разумное решение. Это ваша жизнь. Я рад был слышать вас. Адам хочет задать вам пару вопросов о корабле, поможете ему? – Энди передал слово Адаму.

В этот раз связь с Землей продлилась почти час, и нам удалось обсудить довольно много вопросов Адама. Он расспрашивал про все повреждения корабля, про ситуацию с планетой «Альфа Грин 3», про других проснувшихся пассажиров. Был так сильно удивлен, что на борту есть бабочки, живущие в теплице. Вся станция замерла от моих рассказов про наше путешествие, и многие пытались задать свои вопросы. Их надежды на корабль сильно оправдались, учитывая, что он до сих пор исправно летит в нужном заданном направлении и полностью невредимый.

Временами связь обрывалась, и я уже готовилась к потере связи, но она почти сразу же восстанавливалась. Как позже объяснил Энди, корабль находился в зоне, где летает большое скопление спутников станции «Гефест». Я уже давно ни с кем не разговаривала из людей, и мне было в радость отвечать на их нескончаемые вопросы.

Последнее что успел сказать Энди перед полным обрывом связи:

– Вивиан, прошу вас подумать о капсуле. Ваша история еще не закончена.

Я размышляла над его словами весь остаток дня, разгуливая рядом с капсулой Харви. Сейчас между нами разница в 30 лет. И это была единственная причина, которая меня останавливала начать чинить свою капсулу. Разве он узнает во мне ту Вивиан, что он запомнил перед тем, как закрыл глаза? Разумеется, нет. Я совершенно другая, я сильно старше и это доставляло много боли сейчас, когда все казалось устаканилось за столько лет.

Ну почему?! Почему сейчас! Это решение слишком тяжелое для меня в таком возрасте. Я не могу. Не могу. Я люблю его, но я не та Вивиан. Тем более что моя судьба уже была предрешена заранее в тот роковой для меня день. Пусть так все и останется. Зная Харви, он смог бы полюбить меня снова, но каждый раз мы бы видели друг в друге совершенно разных людей. Рано или поздно все пришло бы к одному и тому же концу.

К вечеру я была уверена в своем решении. Я сохранила файл для членов экипажа, чтобы они могли воспользоваться им. Мой дом здесь. И я останусь здесь до последнего вздоха.

* * *

– Тревога! Тревога! Столкновение через 10 минут! – Джилл извещала через сирену о приближающемся астероиде.

– Вивиан, прошу вас пройти в вашу каюту и пристегнуться к сиденьям для вашей безопасности. – Проекция Джилл стояла передо мной и указывала дорогу до каюты.

– Я слишком стара для этого дерьма! Выключи эту сирену. Джилл. Все уши заложило от этого звука. Тебя никто не слышит, кроме меня! Зачем столько шума?! – Я смотрела на шахматную доску и планировала свой следующий шаг. – Ты сказала, что астероид не опасен, так? А сейчас заявляешь о столкновении. Склерозом болеют только люди, а ты вроде бы не человек.

– Да, но была погрешность в 0,0007%. По моим расчетам, астероид пролетит мимо корабля, но есть риск столкновения с 12-ым отсеком.

– Хм. Если эту переместить сюда, – я подвинула фигурку на доске, – а ферзя сюда, то я выиграла! Что ты сказала насчет 12-го отсека?

– Думаю, что основной удар придется на теплицу. К счастью, в теплице предусмотрена система защиты. Так что я успею закрыть поврежденный модуль в отсеке прежде, чем он разрушит остальные. – Джилл выстраивала схему возможных повреждений на виртуальной доске, рассчитывая примерную силу удара.

– Ты уже все продумала. Зачем ты меня беспокоишь?

– Вы старший член экипажа. Согласно протоколу я обязана вас оповестить.

– Все время забываю про это. Мне уже 79 лет, мне можно.

– До столкновения осталось 2 минуты. Советую вам пристегнуться хотя бы к вашему сиденью.

– Ладно, только выключи, ради всего святого, сирену. – Я пристегнула ремень и расставила фигуры на доске для новой партии.

– Столкновение! 3, 2, 1.

Удар пришелся на небольшую часть корпуса в районе 12-го отсека. Благодаря защитной сетке, удалось смягчить соприкосновение с астероидом с минимальными потерями.

– Чур, я не буду чинить повреждения в корпусе. – Столкновение вызвало сдвиг мелких деталей на корабле, пришлось собирать все фигурки с пола. – Какой процент повреждений?

– Анализирую. Внешняя сетка взяла на себя большую часть удара. С корпусом астероид прикоснулся на 9%. Внешняя часть помята внутрь, но вижу, что защитный блок между ними стабилен и в целости. Пару осколков от астероида пробили корпус в некоторых местах, но не задеты основные модули теплицы. Модуль 11 закрыт от остальных, он находится ближе всех к поврежденному корпусу. На данный момент астероид отдалился на 2 км от корабля.

– Ну и славно! Повод для новой партии игры!

С годами мое желание – контролировать все: становилось все меньше и меньше. Я прочитала все книги в библиотеке, некоторые даже по 2 раза, изучила 5 языков, научилась рисовать поистине красивые картины. Оставалось только дожить последние пару лет и спокойно проводить свою старость.

Глава 21

Итак, сегодня у меня юбилейный день рождения. Я решила записать последнее видео, так как чувствовала себя не очень. С каждым месяцем казалось, что он последний. Я причесала свои седые волосы, села поудобнее перед камерой и попросила включить Джилл запись.

Видео-запись от 2588 г.

Что ж, настал мой земной 80-й год рождения. Хотя если сложить годы жизни на Земле и время полета, и жизнь в космосе – мне сегодня 150 лет! Звучит внушительно.

Я решила записать видео сегодня. Не знаю. Мне кажется, что пришло мое время.

Это было прекрасное космическое время, о котором я даже и подумать не могла. Такого в их брошюре не было! Компания обещала интересный полет, но они не сказали, какой именно полет. Кто же знал, что я не смогу увидеть саму планету, но проведу всю свою жизнь среди звезд.

Однако, как бы там ни было, я не жалею о своей жизни. Ведь мне удалось провести время с моими прекрасными друзьями, хоть и совсем немного.

Томас, ты замечательный мальчик, каким я тебя запомнила. Надеюсь, что тебя ждут незабываемые приключения на «Дэвион 78». И спасибо тебе за браслет, он не раз меня выручал.

Харви, любовь моего сердца, я люблю тебя по сей день и сохраню воспоминания о тебе до последнего вздоха. Прости меня. Уверена, со временем ты поймешь… У тебя большое прекрасное будущее с новыми людьми. Все было не зря. Просто знай это.

Дорогие пассажиры, чьи вещи я использовала, не щадила, а возможно даже испортила, можете меня не прощать. Мне это было нужнее. Ну ладно, простите, если и вправду сломала что-нибудь из ваших вещей. Я не специально.

Члены экипажа корабля «Зион», теперь ваш черед следить за безопасностью пассажиров. А я ухожу на покой. А то я уже что-то задержалась.

Ваша пробужденная Вивиан.

Конец записи.

* * *

Джилл подготовилась к пробуждению членов экипажа, учитывая скорое приближение к планете «Дэвион 78». До конечного пункта оставалось ровно 10 часов.

Маячки на капсулах экипажа в модуле управления зажглись и гибернация отключилась. Состоялось раскрытие первых 10 капсул. После чего Джилл продолжила по общему протоколу выводить из гиберсна всех пассажиров корабля.

– Клайв, ты как? – Капитан корабля Аарон Пол первым стал обхаживать своих членов экипажа и уточнять у всех ли все хорошо после пробуждения.

– Да, нормально. Словно и не прощались. – Клайв был одним из главных пилотов корабля. – Как остальные? Уже проснулись? Джилл, обнови показатели по планете «Дэвион 78» и выведи на экран.

– Вроде просыпаются, пока все по плану. – Пол был немного растерян после пробуждения, но пытался быстро себя собрать.

– Доброе утро, члены экипажа корабля «Зион»! Как спалось? Данные я уже обновляю. – Проекция Джилл расхаживала среди капсул и приветствовала пробужденных.

– Сара, Джери, Андреа, всем внимание! Помогите остальным и встречаемся в информационном зале. – Пол стал управлять командой и распределять обязанности.

– Джери, это что твой сын? – Сара, бортинженер, заметила, что в запасной капсуле лежит мальчишка лет 11, она сразу узнала в нем сына Джери. – Как он здесь оказался?

– Томас?! – Джери к капсуле и нажала на кнопку раскрытия. – Все хорошо. Помедленнее, не вставай так резко.

– Мама! Я рад тебя видеть! – Томас сильно прижался к матери, чем удивил ее.

– С тобой все нормально? Почему ты здесь? Ты проснулся? – У Джери было много вопросов к ее сыну.

– Это долгая история, я расскажу потом. Все отлично! Где папа? Ты уже видела его? – Томас спешил навстречу к отцу.

– Нет, подожди меня. – Джери повернулась к Саре, – Я скоро приду. Увидимся в зале. – После чего побежала за сыном.

На корабле стало очень оживленно: люди просыпались один за другим, помогали друг другу прийти в себя и следовали в общий зал.

– Капитан, на минутку! – Специалисты, ответственные за организацию пассажиров, вызвали в сторонку Пола, чтобы сообщить ему о пассажирах, которых не хватает на корабле.

– Они же не могли пропасть бесследно. Джилл, сколько пассажиров отсутствует? – Пол напрягся, его встревожила информация от специалистов.

– Четверо пассажиров скончались на корабле. – Проекция Джилл показала на экране информацию по отсутствующим пассажирам.

– Что тут произошло, пока мы спали… – Капитан позвал к себе рукой Клайва – Слушай, проверь все системы корабля, возьми ребят, обойдите и проверьте каждый отсек. Хочу убедиться в целостности корабля. А ты, Сара, приведи в модуль управления всех учредителей «Реноварт».

– Хорошо. Думаешь, что-то серьезное случилось? – Клайв подошел ближе и почти прошептал свой вопрос Полу. – Я заметил в отчетах, что зафиксировано столкновение с астероидом. Но защита сработала отлично, как мы и ожидали.

– 4 пассажира проснулись, астероид пролетел рядом с нами – что еще мы проспали? Нужно разобраться, куда исчезли все эти 4 человека. Может в момент столкновения они были рядом с отсеком. Чертовщина какая-то.

– Они же скончались. Наверное, лежат у себя в каютах. – Клайву стало не по себе от своей же мысли.

– Система показывает, что их тел нет на борту. Поэтому у меня много вопросов. – Пол показал на браслет, намекая Клайву, что время идет, и направился в сторону модуля.

* * *

Томас бежал среди капсул, пытаясь найти отца среди проснувшихся пассажиров. Крис Росс уже давно встал, но не обнаружил рядом своего сына, поэтому он сразу же направился к выходу. Они чуть не разминулись с сыном. Но Томас успел увидеть отца и сразу же громко позвал его.

– Папа! Я здесь! – Он бежал навстречу и был рад увидеть своего отца.

– Томас, где ты был? Я потерял тебя. – Крис выдохнул, увидев сына. Не успел он и слова вставить, как Томас налетел на него и крепко обнял. – О, сынок, ты… – Он понял, что раз сын рад его видеть, значит он просыпался за время полета. – У тебя получилось! Я боялся, что капсула не сработает.

– Она и не сработала. Пришлось лечь в запасную капсулу в модуле управления. – Томас еле сдерживался, ведь ему так хотелось все рассказать отцу, как он провел целый год на корабле.

– Крис, – Джери окликнула мужа, – уже встретились значит. Зачем так бежать? – Она подошла ближе к сыну и пыталась понять, что его так сильно взбудоражило. – Нам надо обсудить то, что было с тобой за время нашего полета. От начала и до конца, и попробуй только что-то скрыть от нас.

– Мам, ты что злишься на меня? Я же здесь. – Взгляд его мамы был очень строгим и любящим одновременно, но сейчас ему показалось, что она больше зла, чем рада. Тут то и Томас внезапно понял, почему Вивиан уговорила его лечь в капсулу. – Она была права. Ты бы еще сильнее разозлилась и расстроилась, если бы я остался.

– О чем ты говоришь? – Джери хотелось подробностей, – Крис?

– Не смотри на меня так. Я только что его встретил, я не просыпался. – Крис скривил лицо на немой вопрос жены, и положил руку на плечо сыну. – Пойдем, нечего тут стоять. Расскажешь подробности.

Томас вел родителей к каюте Вивиан, рассказывая по дороге о своем пробуждении, о том, как они проводили время вместе и искали решение для него. Ему хотелось показать снимки, сделанные на полароид, чтобы родители увидели его друга, спасшего ему жизнь. К удивлению Томаса, в каюте было пусто, на стене не было ни снимков, ни гирлянд. Только мужчина, стоявший посреди каюты.

– Вы кто? – Мужчина смотрел на Джери и Крис, и был чем-то встревожен.

– Вот это да! Ты же Харви?! – Зато Томас обрадовался, что он встретил Харви. – Это так круто! Я столько о тебе слышал, я так рад. Это мои родители: Джери и Крис Росс. Вау! Я даже не ожидал, что буду рад тебе.

– Мы что знакомы? – Харви пытался вспомнить их лица.

– Нет, но наш сын похоже знаком с вашей невестой, – Джери наконец-то пришла в себя от рассказов Томаса и смогла отреагировать на вопрос.

– Вивиан? Вы видели ее? Я не смог ее найти среди пассажиров. В капсуле ее не было. Я подумал, что она шла в нашу каюту. Но здесь ее тоже нет. – Харви обрадовался, что они знают ее.

Крис и Джери поняли, что судя по рассказам Томаса, она не смогла бы дожить до этого дня, а значит ее уже нет в живых. Но сказать Харви они не решились, учитывая, что сами только что узнали об этом. Томас подошел поближе к Харви, чтобы поделиться с ним тем, что произошло с ним и с Вивиан. Он коротко рассказал о жизни Вивиан здесь и о том, как они познакомились.

– Нет. Это не моя Вивиан. Она, наверное, просто потерялась среди пассажиров. И сейчас ищет меня. Ты что-то путаешь. Здесь нет никаких снимков, ты же видишь стена пустая. – Харви не мог поверить рассказу Томаса, ведь он буквально пару часов назад для него держал руку Вивиан и разговаривал с ней.

– Я не знаю, что было потом, когда я уснул. Ведь она осталась здесь жить дальше. Возможно, что она просто убрала снимки. Но они были. Должно быть объяснение. Ты можешь спросить у капитана корабля или у Джилл. Она ведь всегда здесь была. – Томас пытался утешить Харви, но не знал, как правильно это сделать. Ему самому было грустно, что он видел Вивиан тогда в последний раз.

– Джилл, кто это? – Харви переспросил, надеясь, что Томас ошибается.

– Это система. Джилл, – Томас включил микрофон на браслете и обратился к системе, – ты здесь?

– Добрый день! Как ваше самочувствие? Вижу, что здесь все недавно проснулись? Вам удалось поспать? – Проекция Джилл появилась в каюте и смотрела на пассажиров.

– Скажи, а где сейчас Вивиан Грей? – Харви надеялся, что Джилл подскажет ее местонахождение среди остальных пассажиров.

– Хм, Вивиан Грей числится в системе умершей в 2588 г. Хотите посмотреть ее видео? – Джилл нашла в архиве последние заметки Вивиан и открыла последнюю запись по ее просьбе для Харви.

После последнего видео Джилл показала еще пару видео-заметок с разных годов на экране, как их запрограммировала Вивиан. Старушка из видео смутила Харви, но он узнал в ней свою возлюбленную. Она была все такая же улыбчивая с зелеными глазами. Ее взгляд был спокойный, любящий, но полный грусти и одиночества. По видео он увидел, как она менялась с годами и убедился, что это действительно его Вивиан. На одном из видео Вивиан сидела вместе с Томасом и шутила в кадре. Крис и Джери увидели достаточно, чтобы проникнуться благодарностью к незнакомой женщине, которая помогла их сыну вернуться к ним.

– Я же говорил. Это Вивиан. Она мой друг. – Томас был счастлив вновь увидеть ее на экране.

– Думаю, нам стоит оставить вас. После пробуждения всем нужно собраться в информационном зале. Примерно через час все будут там. Встретимся еще раз. – Джери решила, что нужно дать побыть Харви наедине, чтобы он смог восстановиться от новости. Она посмотрела на Крис и тихонько вышла из каюты, позвав сына. – Томас, идем.

Харви пытался осознать, что Вивиан, которую он целовал пару часов назад и чьи руки он держал в своих руках – больше нет и не будет. Он был растерян и не понимал, что ему здесь делать без нее и почему именно проснулась раньше времени. Злость, отрицание и непонимание ситуации переполняли его, что он просто стал биться кулаками об пол. Как вдруг он услышал ее голос. Джилл включила дополнительную запись от Вивиан, записанную ею через год после пробуждения.

Видео-запись от 2537 г.

Детка, ох как же я по тебе скучаю! Ты даже не представляешь, насколько ужасно каждый раз смотреть на тебя через стекло без возможности дотронуться до тебя. А ты все такой же красивый, родной. Мне так хочется лечь рядом с тобой, обнять тебя, вдыхать твой запах и целовать твои губы. Но я лишена всего этого. Не будь тебя рядом, возможно было бы намного легче. Но ты лежишь там в паре сантиметров от меня, понимаешь… Ох, иногда мне так хочется открыть капсулу. Я знаю, да я точно знаю, что это разрушило бы все. И мою, и твою жизнь. Я бы просто лишила тебя твоей жизни. Но зато мы могли бы провести это время вместе. Могли бы… Но я так сильно тебя люблю, что не прощу себе этого. Ты так важен для меня… Мне так тебя не хватает. Особенно сейчас.

Я пытаюсь, уже год прошел. Но пока ничего. Эта чертова капсула не работает, а другой свободной здесь просто нет. Точнее есть одна, но она за замком. Как же иронично… Я могу вернуться к тебе, только если разбужу кого-нибудь из членов экипажа, у кого есть этот чертов доступ к запасной капсуле. Но тогда ему придется остаться здесь вместо меня. Разве не издевательство?

Но так я тоже поступить не могу. Ты, наверное, думаешь, что я слабая. Так и есть. Никто не давал мне права отнимать чужие жизни, для этого нужна огромная решимость и сила. У меня ее нет. Я уже приняла решение, что не стану этого делать. И ты не поймешь меня сейчас. Пока что. А может и никогда не поймешь. Однако, прошу тебя, очень прошу: продолжи свой путь без меня. Я не хочу, чтобы ты сбился с пути, когда узнаешь, что ты проснулся один. Ты не один. У тебя все еще впереди. Я верю, что ты сможешь это преодолеть. Ведь ты очень смелый и сильный.

Боже, не верится, что я это говорю. Найди кого-то, кто построит с тобой новый дом для вашей семьи. Новой семьи. Такой, какую мы с тобой хотели. Пусть это будет новый этап твоей жизни. А я буду рядом все это время, пока смогу быть рядом.

Так вышло. Судьба это или просто случайная неисправность капсулы – не важно. Это уже случилось. Я ничего не могу с этим поделать. Просто обещай мне, Харви, что ты будешь продолжать жить, ты сможешь это преодолеть. Я верю, что мы еще встретимся после. Но в свое время. Поэтому живи.

Я люблю тебя, мужчина моего сердца! И буду любить после.

До встречи после.

* * *

Харви еще долго не мог прийти в себя и хотел пропустить собрание пассажиров. Но пришли курирующие сотрудники, ответственные за общий сбор. Они искали всех проснувшихся и сопровождали в информационный зал. По дороге в зал Харви заметил, что в библиотеке столпился народ и что-то активно обсуждал. Среди них был и Томас. Он подошел к Томасу и застыл. На большой стене висели снимки и гирлянды. Везде была она. Больше сотни снимков с подписью из разных времен ее жизни. Его поразили первые снимки, где она запечатлена беременной.

– Да, она была беременна. Но ребенок не выжил. – Томас поймал взгляд Харви на верхних снимках.

– И это… – Харви был в недоумении от мысли, что это был его ребенок.

– Ага. – Вивиан просила Томаса объяснить Харви, если в этом будет необходимость. – Она просила тебя прочесть все ее заметки с момента, когда она проснулась. Ты поймешь, что произошло и почему ты здесь, а не там.

– Я пропустил абсолютно все. Я должен был быть рядом с ней. – Новость о ребенке была настолько шокирующей для Харви, что он просто не мог больше говорить. Он ничего не понимал. Ему казалось, что он упустил нечто важное в своей жизни и лишился смысла.

– Пассажиры, просим пройти всех в информационный зал. – Капитан корабля несколько раз пригласил всех пробужденных в зал через громкоговоритель.

Сотрудники корабля сопровождали оставшихся в библиотеке к выходу. Харви ушел в себя, потеряв связь с реальностью. Каждая новость была шокирующей и неестественной. Словно это не его жизнь, а чужая история, в которую никак нельзя поверить. Он все еще помнил ее молодое лицо, помнил, как они сидели и шутили перед загрузкой в гиберсон. И все, что происходило сейчас было похоже на сон.

– Капитан, важно, чтобы вы пошли с нами. – Харви услышал, как несколько сотрудников возбужденно подбежали к капитану, который стоял возле входа в информационный зал. Что-то подсказывало ему, что это связано с его возлюбленной.

– Что еще? Сегодня прямо день новостей. – Пол был растерян не меньше остальных, ведь многие уже прослышали про четверо умерших пассажиров.

– Женщина… Пожилая… – Услышав эти слова издалека, Харви вдруг оживился и подошел к капитану.

– Вы сказали что-то про пожилую женщину? Как ее зовут? Она здесь на корабле? – Он пытался понять, кого они имеют в виду. – Прошу, ответьте. Возможно, что я ее знаю.

– Мы не знаем. Она не числится у нас в базе. Но если вы можете опознать ее, то прошу пройти с нами. – Пол и вправду не знал, кого нашли сотрудники в одной из капсул.

Харви поделился с Полом о том, что та девушка на снимках его невеста и она умерла здесь на корабле. Капитан был крайне заинтересован этой историей, учитывая, что Вивиан застала остальных трех проснувшихся вместе с ней. И ему хотелось разобраться, что произошло с остальными. Джилл сообщила, что капсула, в которой лежит пожилая женщина, принадлежит пассажиру №2702 Томасу Россу.

– Как вышла такая путаница. Я видел Томаса в запасной капсуле. Позовите сюда Джери и ее мужа. Как он оказался в модуле управления? Мне кто-нибудь объяснит сегодня, что тут произошло?! – Пол запутался в информации и стал изрядно нервничать, что на его корабле творится неразбериха. – Сара, где Джери? Твою мать, быстро всем сюда!

– Это же Вивиан! – Харви увидел в капсуле пожилую женщину, которую он видел в видео-послании. Он узнал ее и надеялся, что она жива. – Эта капсула рабочая?

– Вивиан? Вивиан Грей? – Один из сотрудников сверял данные и заметил, что она числится умершей.

– Да, это точно она! Откройте капсулу! – Харви подбежал со стороны панели и стал нажимать на кнопки раскрытия. – Надеюсь, ты жива! Давай же… – Он ждал, что она начнет дышать.

– Я не думаю, что она живая… Ведь… Боже мой… – Пол внезапно замолчал, услышав вздох Вивиан.

– Да милая! Дыши, вот так! – Харви приподнял голову Вивиан и держал ее за руку. – Я здесь, я рядом!

– Разве эта капсула должна была работать? В отчете системы есть ошибка, она неисправна из-за особенностей пассажира №2702. – Сара изучала отчетность и не могла понять, почему капсула вдруг сработала.

– Но в ней не пассажир №2702, а пассажир №1255. Вот почему она сработала. – Джери стояла сзади и наблюдала за тем, как из капсулы сына встает пожилая женщина из видео. – Невероятно.

– Вивиан? Ты слышишь меня? – Харви пытался понять, все ли хорошо с ней, так как она не обронила ни слова, когда открыла глаза.

– Это правда ты? – Я смотрела на Харви и мне казалось, что я вижу сон. – Как приятно тебя видеть. Ты все такой же.

– Милая, это я. Я живой. И ты тоже! – Харви гладил меня по руке и был так счастлив меня видеть.

– Но ведь я умерла. Я не дожила бы до… – Я заметила остальных пассажиров, столпившихся вокруг капсулы. Среди них стоял Томас, тогда до меня дошло, что капсула, в которую я легла перед смертью, спасла мне жизнь. – Я думала умереть в ней, а не выжить. А оказалось все наоборот.

Прошло всего лишь 2,5 часа как все проснулись. Но уже все знали, кто такая Вивиан и что с ней случилось. Никто и подумать не мог, что эта старушка все еще находится на корабле, ведь система не уловила признаков жизни. Перед смертью я оставила свой браслет в каюте и надела браслет Томаса, из-за чего система не считала мои параметры. Мне не хотелось напугать своим умершим телом Харви, поэтому я выбрала капсулу Томаса, чтобы умереть. Тем более что она пустовала. Однако результат моего выбора стал совершенно иным. И теперь я здесь среди остальных пассажиров, живая и пробужденная в свои 80 лет.

Глава 22

С момента приземления на новую планету «Дэвион 78» прошло 3 года. Пассажиры «Зион» занимались обустройством жилых домов и вовсю обживались на космической земле. Планета была насыщенной плодородной почвой и растениями. Каждый вносил свой вклад в развитие новой цивилизации.

По вечерам все собирались возле большого костра и просили меня рассказать свою историю. Они слышали ее много раз, но все равно просили меня повторить.

– Да сколько можно? Это уже миллионный раз. Эй, Чарли, расскажи лучше ты, что там с оленями? Ты нашел их? – Я пыталась сменить тему.

– Нет уж, Вивиан, мы ждем твою историю! Нас не проведешь! – Из разных углов доносились голоса и они снова возвращали меня к моей истории.

– Ладно. Это в последний раз! И больше ничего я рассказывать не буду. Язык скоро отсохнет ее рассказывать. – Я каждый раз сдавалась под напором больше 3 тысячи человек. Наверное, для них это стало частью и их истории тоже. Они стали называть меня хранительницей их снов. Как будто я пробудилась, чтобы сохранить их покой.

После истории я обычно уходила спать, хоть и не сразу засыпала. Харви жил со мной и всегда уходил со мной.

– Знаешь, тебе пора уже найти красивую молодую девушку. Приглядись к Джаннет. Строй свою семью, что ты вечно плетешься за мной. – Я ругалась, но мне было приятно, что Харви все еще трепетно относится ко мне.

– Вивиан Хьюз, я не могу бросить свою супругу и уйти к другой. – Харви взял меня за руку и крепко обнял.

– До сих поверить не могу, что ты женился на мне в таком возрасте. Обязательно надо было тянуть до такого?! – Я злобно посмотрела на него, но не сдержала улыбку.

– Люблю когда ты улыбаешься, моя маленькая старушка. – Харви улыбался и гладил по щеке.

– Фу, не могу к этому привыкнуть. Перестань. Вообще-то это ненормально. Я такого не одобряла, а в итоге сама же вышла замуж за молодого мужчину. – Странно осознавать то, в какой мы ситуации с ним оказались, тем не менее, я продолжала его любить сквозь годы, как бы странно мы не смотрелись.

– Идем, моя фука, присядем здесь, – Харви помог мне сесть на лужайку, постелив туда плед. Мы любили сидеть вдвоем и смотреть на самое красивое звездное небо в мире. Отсюда было видно 2 больших планеты и невероятно большое количество звезд.

– Помнишь, ты как-то раньше говорил, что мы не успели подружиться, как перешли сразу на следующий уровень? – Я разглядывала звезды и вдруг вспомнила.

– Да, когда-то давно. Нас закружила страсть. – Харви улыбнулся и прислонившись поближе ко мне, поцеловал меня в лоб.

– Верно. С тобой было сложно только дружить. – Я немного помолчала, окунувшись в воспоминания, и продолжила, – Но сейчас, когда прошло немало лет, что думаешь о том, чтобы начать дружить?

– Я с радостью, Милая. – Харви улыбался. Я едва уловила при ночном свете, как по его щеке прокатилась слезинка.

– Друг моей Души, ты им всегда был и останешься, – я бережно убрала след его слезы с щеки и всмотрелась в ночное небо. Оно было прекрасно. Я чувствовала любовь внутри моего сердца и как мои глаза стали медленно закрываться. – Обещай встретиться со мной после.

– Обещаю, – Харви, держал за руку и повторял – Я обещаю встретиться с тобой после.

– Я буду ждать тебя после… – Я произнесла в ответ и закрыла свои глаза.

* * *

Вивиан перестала дышать, и ее тело начало тяжелеть в объятиях Харви. Он продолжал обнимать ее и поправлял ей волосы, чтобы видеть лицо. Ее лицо излучало спокойствие. Ему не хотелось отпускать свою возлюбленную так скоро. Но он понимал, что ее время пришло. И где-то в глубине души он также знал, что они еще встретятся.

– Мы встретимся после…

Выбор – это то, что есть в нашей жизни каждый день. Начиная от варианта завтрака и заканчивая временем для сна, мы весь день выбираем, как мы проживем его. И зачастую мы лезем к другим людям со своим мнением, а именно со своим выбором. Чтобы он сделал точно такой же выбор. Но таким образом мы нарушаем свободу воли другого человека. Ведь мы думаем сначала о себе, потом о нем.

Вивиан осознавала это и изо всех сил старалась сдержать свое эго. Люди впутывают любовь в подобных ситуациях, оправдывая свой страх остаться в одиночестве. Безусловная любовь никогда не нарушит чужую свободу воли ради удовлетворения своего эго.

Но при этом, если бы она поддалась своему страху и отняла свободу воли Харви, ее также можно понять. У каждого из нас свои тараканы, и нам не скрыться от них даже в космосе. Важно осознавать: ты делаешь свой выбор из любви или из страха? Не прикрывай свой страх любовью. Этот таракан из лжи и страха будет рядом с тобой до конца твоих дней.

Эта книга – о безусловной любви и о том, как важно делать выбор осознанно, о возможном будущем и о работе психики разных людей в условиях одиночества. Но главное в этой книге – СВОБОДА ВОЛИ. Только из такого отношения к себе и к людям, рождается чистая любовь и настоящая дружба.

Не теряй себя, где бы ты не оказался. Ты все еще свободен выбирать.

Поделись своим впечатлением после прочтения книги:

телеграм @ksenkaradimovna

Я с удовольствием прочту твою обратную связь.