Read the book: «Спасение старого дуба»

Пролог

Осень пришла в Зелёный город тихо и незаметно.

Сначала ночи стали длиннее, а утренний воздух — прохладнее. Потом на берёзах и клёнах начали загораться первые жёлтые огоньки. А потом весь лесопарк вспыхнул золотом, багрянцем и оранжевым — как будто кто-то раскрасил его волшебной кисточкой.

Осень в Зелёном городе была красивой. Но она была и хлопотной.

Бельчата с утра до вечера собирали орехи, жёлуди и сушёные ягоды. Зайчата утепляли норки. Утки готовились к отлёту в тёплые края. Птицы собирались в стаи. А люди в парке укрывали молодые деревца от холодов и убирали опавшие листья.

Все готовились к зиме.

И только один житель Зелёного города не готовился. Он стоял на краю поляны — большой, могучий, старый. И молчал.

Это был Старый Дуб.

Он стоял здесь много-много лет. Он помнил времена, когда Зелёный город был ещё совсем маленьким. Он видел, как рождались и вырастали десятки поколений белок, птиц и зайцев. Он давал приют всем, кто нуждался в доме. Он был сердцем лесопарка.

Но этой осенью с ним что-то случилось.

Его листья начали желтеть раньше времени. Его кора стала суше. А его корни, которые всегда крепко держались за землю, вдруг ослабли.

Никто сначала не заметил этого. Все были заняты своими делами. Все спешили. Все готовились к зиме.

Только трое маленьких бельчат — Тимошка, Рубин и Бусинка — почувствовали, что что-то не так.

Они ещё не знали, что их ждёт. Не знали, что им придётся объединить всех жителей Зелёного города — и зверей, и птиц, и людей. Не знали, что им предстоит спасать свой дом.

Но они уже чувствовали: что-то изменилось. Что-то важное.

И они были готовы прийти на помощь.

Потому что дом — это не просто место, где ты живёшь.

Дом — это то, что ты бережёшь.

А Старый Дуб был их домом.

Глава 1. Тревожный знак

Осень в Зелёном городе была в самом разгаре.

Дни стояли ясные и прохладные. По утрам на траве лежал иней, а к полудню солнце ещё пригревало, и тогда казалось, что лето вернулось на часок-другой. Бельчата проводили целые дни на ветках, собирая орехи и жёлуди. Кладовые в старом дубе уже почти доверху были забиты припасами.

— Ещё немного, и мы будем готовы к зиме, — сказал Тимошка, складывая очередную горку орехов в дупло.

— А я уже устал, — признался Рубин, свесившись с ветки вниз головой. — Мы собираем и собираем. Каждый день.

— Зато зимой будем сыты, — сказала Бусинка. — Мама говорит, что запас — это самое главное.

— Знаю, — вздохнул Рубин. — Но мне хочется и поиграть.

— Поиграем, когда закончим, — сказал Тимошка.

Он поднялся на самую высокую ветку, чтобы оглядеться. Отсюда был виден весь лесопарк: и озеро, и поляна, и Сосновая роща вдалеке. Тимошка любил смотреть на город сверху. Ему казалось, что он видит его целиком — весь, до последнего уголка.

Но сегодня что-то было не так.

Тимошка прищурился и посмотрел на старый дуб. На свой дом. На дерево, которое было для них всем: и крышей, и кладовой, и крепостью.

Листья на дубе желтели.

Это было странно. Конечно, осенью все листья желтеют. Но на дубе они начали желтеть раньше, чем на других деревьях. И не так, как обычно — не по краям, а пятнами. Как будто дуб чем-то болел.

Тимошка нахмурился.

— Рубин! Бусинка! — позвал он. — Идите сюда.

Брат и сестра быстро забрались наверх. Они встали рядом с Тимошкой и посмотрели туда, куда он показывал.

— Видите? — спросил Тимошка. — Листья на нашем дубе желтеют. Но не так, как на других.

— И правда, — сказала Бусинка, присмотревшись. — На соседнем дубе листья ещё зелёные. А на нашем уже жёлтые.

— Может, это ничего? — сказал Рубин. — Может, просто осень?

— Осень, — согласился Тимошка. — Но почему тогда только на нашем дубе? И почему так рано?

Рубин задумался.

— А может, это потому, что мы собрали все орехи и дуб устал? — предположил он.

— Дуб не устаёт от орехов, — сказала Бусинка. — Дуб — это дерево. Он не может устать.

— Может, — сказал Тимошка. — Но что-то с ним происходит. Я это чувствую.

Он посмотрел вниз. Внизу, у корней дуба, земля казалась темнее, чем обычно. Как будто она была мокрой. Хотя дождя давно не было.

— Странно, — прошептал Тимошка.

— Что странно? — спросила Бусинка.

— Земля у корней, — сказал Тимошка. — Она мокрая. А дождя не было.

Рубин и Бусинка посмотрели вниз. И правда — земля у корней старого дуба блестела, как будто её только что полили.

— Это плохо? — спросил Рубин.

— Не знаю, — сказал Тимошка. — Но мне это не нравится.

Он спустился с ветки и подошёл к корням. Брат и сестра — за ним. Тимошка потрогал землю лапкой. Она была холодной и сырой.

— Здесь что-то не так, — сказал он. — Нужно сказать папе и маме.

— Пойдём, — сказала Бусинка.

И они побежали к родителям.

Рыжик и Лиана сидели на ветке и разбирали припасы. Они раскладывали орехи по размеру: большие — в одну кладовую, маленькие — в другую.

— Папа! Мама! — закричал Тимошка, подбегая. — У нас проблема!

Рыжик отложил орехи и посмотрел на сына.

— Что случилось?

— Наш дуб болеет, — сказал Тимошка.

— Болеет? — переспросила Лиана. — Почему ты так решил?

— Его листья желтеют раньше времени, — сказала Бусинка. — И не так, как у других деревьев.

— А ещё земля у корней мокрая, — добавил Рубин. — Хотя дождя не было.

Рыжик и Лиана переглянулись. Они встали и подошли к краю ветки, чтобы посмотреть на дуб.

— И правда, — сказала Лиана, нахмурившись. — Листья желтеют.

— И земля мокрая, — сказал Рыжик. — Это плохо.

— Что это значит? — спросил Тимошка.

Рыжик помолчал, а потом сказал:

— Это значит, что с корнями что-то не так. Если корни больны, дерево не может пить воду и питаться. И тогда оно начинает болеть.

— А дуб может... умереть? — тихо спросила Бусинка.

Рыжик не ответил сразу. Он посмотрел на Лиану. Та вздохнула.

— Может, — сказала она. — Если ничего не делать.

Бельчата замерли.

— Но мы же не можем просто смотреть! — закричал Рубин.

— Не можем, — согласился Рыжик. — Нужно что-то делать.

— Но что? — спросил Тимошка. — Мы же не умеем лечить деревья.

— Зато есть тот, кто умеет, — сказала Лиана.

— Кто? — хором спросили бельчата.

— Старый дятел Тук, — сказала Лиана. — Он живёт в Зелёном городе уже много лет. Он лечит деревья. Он знает каждое дерево в лесу.

— Дятел-доктор, — сказал Рыжик. — Если кто и может помочь нашему дубу, так это он.

— Тогда давайте позовём его! — сказал Рубин.

— Завтра, — сказала Лиана. — Сегодня уже поздно. А утром мы пойдём к нему.

— А если будет поздно? — спросила Бусинка.

— Не будет, — сказал Рыжик. — Дуб сильный. Он продержится до утра.

— А мы будем молиться, чтобы он продержался, — сказала Бусинка.

— Будем, — сказал Тимошка.

— Будем, — сказал Рубин.

И они посмотрели на старый дуб. На свой дом. На дерево, которое было для них всем.

А дуб стоял — большой, могучий, но уже чуть-чуть грустный. Его листья тихо шелестели на ветру, как будто он хотел что-то сказать, но не мог.

— Мы тебя спасём, — прошептал Тимошка. — Обещаю.

Вечером бельчата долго не могли уснуть.

Они лежали в дупле, прижавшись друг к другу, и слушали, как ветер шумит в листьях.

— А если мы не успеем? — прошептала Бусинка.

— Успеем, — сказал Тимошка.

— А если дятел Тук не сможет помочь?

— Сможет, — сказал Тимошка. — Он же доктор.

— А если...

— Бусинка, — сказал Тимошка, — не бойся. Мы справимся. Мы всегда справлялись.

— Да, — сказала Бусинка. — Мы справлялись.

— И сейчас справимся, — сказал Рубин.

— Справимся, — повторила Бусинка.

И они закрыли глаза.

А за окном дупла шумел ветер. И старый дуб стоял в темноте. И его листья тихо шелестели. Как будто он слушал их.

Как будто он верил в них.