Read the book: «Возможное»
Глава 1
Ранним утром сквозь штору в спальне прокрался луч света. Он скользнул по моему лицу, и я открыла глаза. Приподнялась, стараясь не скрипнуть кроватью. Обернулась. На миг замерла: их лица во сне были такими безмятежными.… В ту секунду весь мир будто остановился, чтобы продлить их волшебный сон. Я плотнее прикрыла штору, стараясь удержать этот момент. В коридоре пахло прохладой. Было тихо. Только половица скрипнула, когда я сделала первый шаг.
В зеркале на стене я увидела свои тёмно-синие глаза. Чёрные волнистые волосы, коротко подстриженные с тех пор, как у меня появились дети, стали самой удобной прической, ведь не надо задумываться, как их уложить. Я умылась холодной водой, чувствуя, как волна прохлады смывает сонливость. Спустилась по лестнице, и дом встретил меня запахом свежих блинов и сладким ароматом открытого варенья — будто всё шло как надо, ровно так, как должно быть.
— Доброе утро! Ты, как обычно, рано встала, — сказала Джуд, хозяйка дома и бабушка моих детей. Она не смотрела на меня: внимательно следила за тем, как печётся следующий блин. По краю сковороды бежали тонкие линии — будто узор, который появлялся только в те минуты, когда тесто пропекалось ровно.
— Конечно, я уже привыкла так вставать, и от этой привычки трудно избавиться, — слегка улыбнувшись, я села за стол, уже накрытый к завтраку. С появлением детей время перестало быть моим - оно полностью принадлежало им: первые слова, шаги, любое маленькое событие наполняло дни, а прошлое словно растворилось в новых, светлых воспоминаниях.
Намазав первый блин, я откусила кусочек. Вкус ягод растёкся во рту и напомнил, как в детстве я ела такие же блины с кем-то, только вот не помню с кем именно. От этих смутных воспоминаний на душе появилась горечь, глаза защипало от подступающих слёз, но я сдержалась.
— Оливия, ты же помнишь, как мы с тобой познакомились? — Джуд вздохнула и перестала переворачивать блин, но так и не повернулась ко мне — только уставилась в окно, глядя куда-то вдаль. Её вопрос заставил меня насторожиться.
— Конечно, помню. Ведь вы стали для меня опорой в тот день. Вам снова приснился кошмар? — серьёзно спросила я. Я всегда знала, что за этим последует. Каждый раз, когда Джуд вспоминала нашу первую встречу в лесу, это значило, что ей снился вещий сон. В прошлый раз после такого разговора на меня и мальчиков напали в городе разбойники и обокрали нас. Сейчас Джуд выглядела такой же серьёзной, даже напуганной.
— Ты необыкновенная. После всего пережитого ты смогла остаться такой сильной и идти дальше. А я не смогла спасти своих детей… И теперь не могу быть такой, как ты. Хотя у меня есть ты и внуки — самое ценное, что осталось от моего сына Карлоса, — она наконец повернулась ко мне. Её светлые волосы рассыпались по плечам, и лёгкая седина красиво переливалась в них. Серые глаза были полны печали. На мгновение показалось, что она вот-вот заплачет, но она сдержалась и снова взялась за готовку. Глядя на неё, трудно было поверить, что она бабушка: в ней я видела молодую женщину, лишь немного старше меня.
Каждый раз этот взгляд напоминал мне то мгновение, когда с помощью магии перемещения я оказалась на границе «Заколдованного леса» перед Джуд. И тот страх, который я испытывала, прежде чем рассказать ей о гибели её сыновей, — он до сих пор жил где-то глубоко, не отпуская.
— Мама, мама! — с верхнего этажа донеслись детские голоса. Мальчики проснулись. Топот ножек, бегущих по лестнице, и их улыбки — вот всё, что мне нужно каждое утро. И для Джуд тоже: при виде внуков её лицо мгновенно переменилось, и печаль уступила место привычной тёплой улыбке.
— Доброе утро, мальчики! Садитесь скорее завтракать, — сказала я, и они послушно уселись за стол.
Мои дети были магами — такими же, как их отец и бабушка. У магов при использовании силы глаза сияли голубым — это было отличительным знаком, как родимое пятно или необычный цвет волос. У моих сыновей глаза всегда оставались тёмно-синими — такими же, как у меня. Возможно, это из-за того, что они полукровки: один из родителей — обычный человек. Но Джуд говорила, что дело не в этом, и сама не понимала, почему так происходит. При этом их способности были куда сильнее, чем у любого известного мага.
Все тревоги и печали мгновенно исчезли, стоило мне посмотреть на детей. Илиас медленно жевал блин, а Лукас как раз намазывал джем на второй. Они были похожи, но характеры у них совершенно разные.
После завтрака мы собрались в город. Дети были одеты, сумка собрана. Я ненадолго задержалась, глядя на дом, и сердце сжалось от страха снова его потерять — вновь увидеть, как он полыхает в огне. В голове мелькнуло воспоминание о давно пережитом кошмаре.
Когда мы приблизились к выходу из леса, я заметила, что капюшон Илиаса сполз. Я потянулась, чтобы поправить его.
— Мама, ну хватит! — пробурчал он, пока я натягивала капюшон и поправляла ему одежду. Лукас хихикнул, за что тут же поймал мой строгий взгляд. Я всегда учила их не дразнить друг друга, а защищать. В моём детстве мало кто понимал меня и мои поступки — порой даже я сама себя не понимала. И в минуты, когда Лукас и Илиас ссорились, я погружалась в те нелёгкие дни.
В те дни мой старший брат держался от меня на расстоянии. А когда нам всё же удавалось поговорить, мы неизменно ссорились.
Мы шли по центральной улице. В городе было оживлённее, чем обычно. Толпы людей, приехавших из других земель, искали магические вещи и необычные продукты. Кто-то громко выкрикивал предложения, кто-то пытался ухватить последнюю вещь на прилавке, а кто-то настойчиво договаривался, сбивая цену. Всё это выглядело завораживающе: хотелось остановиться и просто наблюдать, но у нас не было времени.
Добравшись до центра города — туда, где мы обычно делали покупки, — мы обнаружили, что нужной лавки нет, как и её хозяйки. Оглядевшись, я решила спросить у соседей, что случилось с Соней, но все продавцы наотрез отказывались отвечать, будто прогоняя меня взглядом.
— Извините, вы случайно не знаете, где хозяйка, которая обычно стоит здесь? — я показала на пустующий прилавок. Продавец нахмурился и посмотрел на пустое место.
— Леди, а вы не слышали? Её арестовали, — он посмотрел на меня с недоверием, будто изучал. Остальные тоже уставились на нас.
— Кто её арестовал? — спросила я, но он лишь цокнул языком, сплюнул под прилавок и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.
Мы подошли к соседним лавкам. Я старалась говорить спокойно, будто ничего не случилось, и по списку Джуд быстро купила всё нужное. Мальчики молча стояли рядом, чувствуя, что мама напряжена.
— Мама, а когда мы переедем из леса в город? — спросил Лукас. Он держал меня за правую руку и неожиданно потянул, чтобы привлечь внимание.
— Пока мы не сможем переехать, — с грустью ответила я. На самом деле мне и самой хотелось уехать отсюда — куда угодно. Но из-за заклинания, которое наложил на меня их отец, я не могла покидать лес дольше, чем на два дня. Лукас понял, что объяснять подробнее я не собираюсь, и просто пошёл дальше.
Они не знали всей правды, да и рассказывать я пока не была готова. Будь моя воля, я бы уже давно отправилась путешествовать с детьми и нашла для нас настоящий дом.
У выхода из города мы наткнулись на огромную толпу: люди что-то кричали, и сквозь неё невозможно было пройти. Нам пришлось задержаться в городе. Мы зашли в местное кафе, чтобы переждать. Дети быстро нашли место у окна, и я сразу сделала заказ - хотелось, чтобы хоть что-то шло как обычно. Пока мы ждали еду, моё предчувствие настойчиво шептало об опасности. К вечеру крики затихли, улицы опустели, и тишина повисла тяжёлой, неестественной пеленой.
— Мальчики, будьте наготове. Скоро пойдём, — сказала я, осмотревшись по сторонам и накинув плащ. Посмотрев на сыновей, я поняла, что они хотят что-то сказать.
— У нас для тебя есть подарок, — сообщил Лукас, а Илиас тем временем достал из сумки маленькую коробочку и протянул её мне.
— Что это? — удивилась я, принимая коробочку. — Мой день рождения только через месяц.
Коробочка была старой, украшенной бантиком. Открыв её, я увидела необычный полупрозрачный розовый камень в форме капли. Это был кулон.
— Это просто подарок. Мы сделали его сами — из нашей магии и секретного ингредиента, — Илиас легонько толкнул брата локтем, словно намекая, чтобы тот не болтал лишнего. Я хотела узнать про этот «секретный ингредиент», но решила, что лучше спросить у Джуд потом.
— Он тебе нравится? — спросили дети, с волнением ожидая моей реакции. Их подарки всегда были мне дороги, но этот казался особенным.
— Конечно, нравится! Поможете его надеть? — я аккуратно подняла волосы, и Илиас закрепил кулон. «Он прекрасен», — подумала я.
— Этот камень волшебный. Он будет оберегать тебя, мама, когда нас не будет рядом. И где бы ты ни была, мы обязательно найдём тебя, — сказал Илиас. Его слова прозвучали странно — будто он знал что-то, чего не знала я. Но я отогнала эту мысль: они ведь ещё дети. Я крепко обняла их, прижимая к себе, будто хотела удержать эту счастливую секунду чуть дольше.
— Мои защитники, — прошептала я, но нас тут же прервал громкий мужской голос откуда-то сзади.
— Лес горит! — выкрикнул мужчина лет сорока с бородой.
Выбежав на улицу, я увидела, что лес действительно горит. В тот момент я отчаянно надеялась, что наш дом ещё не охвачен пламенем. Кто-то из местных уже начал собирать людей, чтобы попытаться потушить огонь, но внезапно мимо меня прошёл рыцарь, и я замерла: гравировка на его доспехах — переплетённая роза на мече — показалась мне до боли знакомой. И я знала, где её уже видела. Когда-то давно, этот символ считался гербом моей семьи, но не сейчас.
Неожиданно ко мне подбежал смотритель входа в город — один из немногих, кто знал, что мы живём в лесу, и всегда был к нам добр.
— Я видел, как в ту сторону направилась группа рыцарей — человек пятнадцать. Один из них показал мне ваш портрет. Я ничего не сказал, так что будьте осторожны, — торопливо произнёс он.
Я поблагодарила его, сжав руку крепче, чем следовало бы, и хотела попросить присмотреть за детьми, но они тут же вцепились в мою одежду и замотали головами. Поняв их намерения, я осознала: они ни за что не останутся здесь. Мы направились в сторону дома, туда, куда ушли рыцари. Каждый шаг отдавался внутри холодом: я шла прямо к ним, но у меня не было выбора — дом, заклинание, всё держало меня в лесу, как невидимая цепь.
— Используйте на себе защитное заклинание. Если случится опасность — бегите со всех ног из леса в город. Вы меня поняли? — строго спросила я. Дети кивнули, и, стараясь не дрожать, тут же наложили защитное заклинание, которое выучили вместе с Джуд.
Мы очень быстро добрались до дома. Внезапно мир перед глазами дрогнул, будто кто-то резко качнул землю. Меня накрыла тошнота, а голова разболелась так, что казалось, будто её сжимают железными обручами. Паника сковала меня, но я изо всех сил старалась держаться, цепляясь за край реальности: «Я должна быть сильной. Ради них».
— Вы нашли её? — сквозь заросли, отделявшие меня от группы людей, донёсся голос, который я надеялась никогда больше не услышать. Моё тело застыло от ужаса, а боль в висках вспыхнула с новой силой.
Стряхнув оцепенение, я схватила детей за руки, и мы бросились прочь от этого голоса. Не помню, сколько мы бежали: время превратилось в сбивчивое дыхание, в хруст веток под ногами, в тяжесть в груди. Остановившись и прислушавшись, я не услышала её голоса и смогла немного успокоить детей. Они были так же напуганы, как и я, — такое поведение с моей стороны было для них непривычным: обычно я прятала страх за ровным тоном и уверенными движениями.
— Сидите здесь. За мной не ходите. Я пойду за вашей бабушкой и вернусь, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, хотя внутри всё было охвачено ужасом.
— Но… — хотел возразить Илиас, но тут же замолчал, поймав мой взгляд.
— Сейчас ваша безопасность — на первом месте. Никаких глупостей, просто ждите, пока я не вернусь за вами, — подчеркнула я, опускаясь на корточки, чтобы оказаться с ними на одном уровне. Я хотела обнять их, прижать к себе, но боялась, что, если позволю себе эту слабость, просто не смогу встать и уйти.
Оставив их в самом безопасном месте, я отправилась на поиски Джуд. Спрятавшись в тех же зарослях, я увидела её: Джуд была связана. Рядом стояли три рыцаря, будто кого-то высматривая.
Из ниоткуда появилась она — Кайла, женщина, сломавшая мне жизнь и уничтожившая мою семью. Дрожь пробежала по телу в ту же секунду, как я её увидела. Гнев застилал глаза. Казалось, ещё мгновение — и я выпрыгну из укрытия и наброшусь на неё.
— Не знаю, о ком ты говоришь. Я живу одна, — спокойно ответила Джуд. Рыцарь резко дёрнул её за волосы, причиняя боль. Кайла рассмеялась.
— Не притворяйся. Где девчонка? Если скажешь, останешься в живых, — моё тело пронзила боль, всё внутри будто горело. Воспоминания, которые я так старательно подавляла, нахлынули с новой силой. Кайла угрожала Джуд. Ей была нужна я — но зачем?
— Даже если бы знала, не сказала бы тебе, — Джуд скривилась от боли, но не сдалась.
Меня накрыли страх, гнев и боль, которая становилась всё сильнее с каждой секундой. Тело постепенно немело, а в висках стучало так, будто что-то пыталось выбить из меня сознание.
— Знаешь, дорогая, я хотела обойтись по-хорошему. Но ты кое-чего не знаешь: в её теле сейчас находится очень интересное проклятие. Мне пришлось немало потрудиться, чтобы его создать. И именно благодаря ему я знаю, что она здесь, — Кайла усмехнулась, медленно обводя взглядом заросли, словно наслаждаясь каждой секундой моего ужаса. — Схватить её! — скомандовала она, указывая прямо на моё укрытие.
Она с самого начала знала, где я. Попытка сбежать ни к чему не привела — я тут же наткнулась на рыцарей. Один из них схватил меня за руку железной хваткой, второй заломил руки за спину. Мир сузился до боли в плечах и голоса Кайлы, который звучал теперь совсем близко.
— Здравствуй, девочка моя, — Кайла посмотрела на меня, и я не смогла даже пошевелиться: рыцари вытащили меня из укрытия и крепко связали. Она лишь смеялась мне в лицо, словно безумная. Её внешность не изменилась: она выглядела такой же молодой, как в тот день, когда я впервые её увидела.
— Замолчи, монстр! — я хотела плюнуть ей в лицо, но она опередила меня, ударив по щеке.
— Сколько лет я тебя искала! Ты заставила меня побеспокоиться, когда исчезла во время той войны. Ты должна была умереть. Сначала я хотела закончить всё быстро, но потом передумала, — Кайла достала маленький прозрачный флакон. Внутри было совсем немного чёрной жидкости — её хватило бы лишь на один глоток.
— Хочешь, я расскажу, что это такое? — она поднесла флакон к моему лицу.
— Яд, — процедила я сквозь зубы.
— Верно, но лишь отчасти. Я давала его тебе много раз, только использовала иначе. Удивительная субстанция: даёшь её человеку и говоришь, чего хочешь от него добиться, — и он делает. Именно так я заставила тебя превратиться в ребёнка, который воплощает все свои мысли в реальность. Наверняка ты часто задавалась вопросом, почему твои негативные мысли вдруг становились реальностью. Всё из-за этого зелья, — вся моя жизнь, казавшаяся кошмарным сном, в котором я совершала немыслимые поступки, была результатом её козней.
— Да как… — я не успела договорить: боль вспыхнула в теле с новой, невыносимой силой. Я сжалась, чувствуя, как изнутри меня будто разрывает и жжёт.
— Ты сейчас чувствуешь боль, наверняка ужасную, — произнесла Кайла с издевательской ухмылкой. Откуда она знала? Я не могла произнести ни слова: боль была такой сильной, что даже вздох давался с трудом.
— Как только ты умрёшь, всё, что принадлежало тебе, перейдёт ко мне. И ещё кое-что: хочешь знать, кто причастен к смерти твоей матери? Это была я. Пока-пока, — она небрежно махнула рукой и развернулась. Вместе с ней ушли и все рыцари, оставив нас с Джуд.
Она лежала без сознания. Мне же было невероятно трудно даже приподняться. Зрение плыло, и сначала я не смогла разглядеть вдали два приближающихся силуэта. «Нет, только не они!» — мысленно взмолилась я. Я же просила их ждать! Сил не хватило даже на то, чтобы крикнуть, чтобы они не подходили.
Я слышала их всхлипы. И в этот момент всё встало на свои места: я вдруг поняла, что в детстве со мной было точно так же, когда нам с братом сообщили о смерти мамы. Рядом не оказалось никого, кто мог бы нас поддержать. Даже отец просто ушёл.
— Не сдавайся, мама! Мы тебе поможем! — дети положили руки на меня. «Нет, нельзя!» — хотела крикнуть я, но не смогла их остановить.
Внезапно их сила вспыхнула ярким светом — раньше их магия не была настолько мощной, чтобы свет поглощал всё вокруг. Когда я снова смогла сфокусировать взгляд, выражение их лиц напугало меня: было видно, что магия не помогает, и им стало по-настоящему страшно.
Собрав последние силы, я приподнялась.
— Мальчики, послушайте меня внимательно. Что бы ни случилось, будьте вместе, защищайте друг друга, живите счастливо. Продолжайте изучать магию и искусство меча, — по моим и их щекам текли слёзы. Сожаление о том, что я не смогу увидеть, как они вырастут, жгло изнутри.
Я молилась о чуде: не хотела умирать и бросать их. Если на свете есть хоть капля милосердия, пусть о них позаботятся. Пусть они забудут всё это и смогут спокойно жить дальше. Мысли путались, сознание угасало, и меня окутала тьма.
