Read the book: «Бывший моей сестры, или Письма монстру»

Пролог

Пролог

Яна

- Ты не можешь так поступить, Женя! - возмутилась я, входя в комнату сестры. Приходилось наблюдать за тем, как она крутится перед зеркалом в свадебном платье. – Скажи Демиду, что бросаешь его и выходишь замуж за другого, - продолжала настаивать.

Мы уже три дня ругались, как только я узнала, что она выходит замуж за своего «приятеля». Мама отобрала у меня телефон, чтобы я не позвонила Громову, хотя я и не собиралась, потому что мне было стыдно. Так стыдно, что слезы от злости и бессилия наворачивались на глаза.

- Отстань со своими советами, мелочь. Когда Демид вернется, я буду отсюда далеко, сам обо всем догадается. Ты просто его не знаешь, - она поднялась на степ-платформу, чтобы стать выше и разглядеть, как на ней сидит подогнанное швеей платье.

- Это же подло, Женя. Он любит тебя, ты обещала выйти за него, а не за Мирона. Демид работает в Москве, чтобы обеспечить твое будущее, а ты?..

- Яна, ты меня бесишь, выйди из моей спальни! Живо! – Женя привыкла, что она в доме главная. Весь мир крутился вокруг нее. Единственный, перед кем она складывала лапки и вела себя примерно, был Демид.

- Не кричи на меня, - все чаще я стала давать Жене отпор.

Мама вечно занимала ее сторону, но я устала от несправедливости. Я не чувствовала себя в семье нужной и любимой. Маму интересовала лишь моя учеба, до моих проблем и переживаний никому не было дела. На первом месте всегда была Женя – мамина гордость. Она окончила школу с золотой медалью, выиграла всероссийскую олимпиаду по русскому языку, с красным диплом закончила университет. Женя с детства ходила в студию вокала, у нее был прекрасный голос, сестра любила публику, обожала выступать, а я всегда оставалась в ее тени.

А еще Женька была красавицей очень похожей на маму. Я же гадкий утенок похожий непонятно на кого. Большие голубые глаза, пухлые губы, длинные очень худые ноги и к шестнадцати годам нулевой размер груди. А еще подростковые прыщи, которые у всех уже прошли, а у меня только повылазили. У Жени кукольные аристократические черты лица и округлые формы…

- Ты опять сестру достаешь? - вошла мама и дернула меня за руку. – Не хочешь помогать, хотя бы не мешай! – указала она строго на дверь.

Мама была счастлива, что любимица сделала правильный выбор. Демида она терпеть не могла. У нее портилось настроение, когда он заглядывал к нам в гости. Демонстративно пила успокоительные капли, и косилась на дверь Женькиной спальни, но стучаться и мешать опасалась.

А полгода назад Женя познакомилась с Мироном. До недавнего времени я была уверена, что они просто приятели. Мирон был «родовит», как и наша семья, что делало его в глазах родительницы достойным кандидатом. Он работал в фирме своего отца. Зарабатывал немного, но на развлечения хватало. Мирон был настоящий тюфяк, Женька в этих отношениях была королевой. Второй ее парень выполнял все капризы доступные его кошельку.

Мирон постоянно хвастался, что скоро фирма достанется ему и тогда они не будут ни в чем нуждаться. Как могла Женя поменять Демида на вот это? Конечно, тут не обошлось без мамы. Демид был жестокий, властный, сильный. С таким не будешь гулять, пить и шататься по клубам до утра. Мама постоянно говорила, что Жене нужен муж подкаблучник, чтобы она жила счастливо. Меня возмущало, что сестра развлекается, пока Демид работает на их общее будущее, а оказалось, Женя семью за его спиной решила создать.

На кухне нашей небольшой квартиры кипела работа. Мамины подруги пекли свадебный торт. Мне пришлось уйти в нашу с мамой комнату, у Женьки была своя. Завтра она переедет к мужу, а я займу ее спальню. Это было единственным плюсом. Хотя, не совсем единственным…

Я мечтала занять не только спальню сестры, но и место в сердце Демида. Хотя и понимала, что он никогда в меня не влюбится. Женька не для него. Она не способна сделать его счастливым, а я мечтала, чтобы у него все было хорошо. Так бывает, когда искренне всей душой любишь человека.

Наверное, я влюбилась в нашу первую встречу. Нас пригласили пожить на даче мамина тетка и ее муж. Семья Демида проживала в Подмосковье постоянно. Я целыми днями сидела дома, а Женька быстро завела знакомства.

В один из дней она нехотя взяла меня с собой, потому что настояла тетя Оля. На берегу озера собралась небольшая компания. Я сразу в толпе выделила Демида. Он лишь мазнул по мне взглядом, а я залипла на красивом мужественном лице. Ярко выраженные скулы, волевой подбородок, строгий взгляд темно-серых глаз проник в душу. Демид отличался от тех парней, которых я знала. Не только тем, что н старше и физически развитие. В нем чувствовалась внутренняя сила и жесткий характер. А потом он мне улыбнулся. Мне кажется, в тот миг я влюбилась.

Проводив нас до дома, он потрепал меня по волосам и сказал:

- Пока, Мэнкс.

Что это означало, я тогда не знала, загуглила. Маленькая, добрая и спокойная порода кошек. Мне понравилось. Мэнкс…

Демид всегда находил для меня добрые слова. Заставлял улыбнуться. А теперь у меня ощущение, будто я его предаю, участвую в заговоре. Теперь Громов навсегда исчезнет из моей жизни, не будет теплоты в его взгляде. Я теряла так много… Слезы текли по щекам, отвернувшись к стене я уснула…

Глава 1

Глава 1

Яна

Плохо, когда у тебя нет ни номера телефона человека, ни его электронного адреса. Я долго искала Громова в соцсетях, но так и не нашла. Долго просидев перед чистым листом бумаги, я наконец-то вывела уже привычные строки.

«Привет, Демид…

Последнее время сложно было написать что-то небанальное. За шесть лет можно было написать роман в письмах страниц на шестьсот. Наверное, кто-нибудь подумает, что я глупая и у меня нет гордости, раз я пишу письма бывшему парню моей старшей сестры, но я ведь дала ему слово. Он принес сумку с деньгами в больницу и оставил на прикроватной тумбочке.

- Мэнкс, это твой шанс встать на ноги. Не позволяй матери из-за гордости и упрямства разрушить твою жизнь, - жестко проговорил он.

- Демид, мне не нужно… Забери, - мы его предали, а он единственный, кто протянул мне руку помощи.

- Янка, не спорь со мной, - прожигая меня холодным взглядом. В нем будто что-то умерло. - Просто живи и будь счастлива. Прощай.

- А как я тебе сообщу, что все получилось? – неробко спросила.

Я знала, что он сменил номер телефона, после того, как меня перевели в палату, я пыталась ему звонить. Появилась крошечная надежда, что он даст мне новый номер, но он ответил:

- Я узнаю.

- Я напишу тебе, буду рассказывать, как проходит реабилитация.

- Пиши, Мэнкс, обязательно пиши…

Услышав шаги в коридоре, я смяла лист и быстро спрятала в рукаве. Сердце тревожно забилось.

- Чем занимаешься? – заглянула ко мне без стука мама.

Когда эту спальню занимала Женя, мама не смела входить без стука. Вообще за последние шесть лет мало что изменилось в наших отношениях. Иногда на родительницу накатывало, я это называла приступы сентиментальности, она меня обнимала и говорила, что любит, но из-за дня в день демонстрировала, что не та дочь выжила в аварии шесть лет назад.

- Готовлюсь к экзамену, - как можно увереннее.

- А ну покажи, - она подошла и стала рыться в учебниках, пролистывать общую тетрадь.

- Что ты делаешь, мама?

- Ищу письмо, Яна! Ты продолжаешь ему писать? Продолжаешь писать убийце своей сестры? – голос ее стал звучать на пару октав выше. Мне хотелось яростно возразить, но тогда все могло перерасти в громкую ссору.

- Мама, я готовлюсь к экзамену, - как можно спокойнее.

Она была права, я продолжала отправлять каждую неделю письма Демиду втайне от нее. Он ни разу не ответил, я этого и не ждала. Я писала на единственный известный мне адрес, но знала, что там давно уже никто не живет. Письма не приходили обратно и мне хотелось верить, что он их получает. Хотя, может кто-то другой читает их, но мне не хотелось так думать. Ведь это была единственная ниточка, которая нас связывала.

- Яна, не смей с ним общаться! Он монстр! Преступник! Убийца!

Такие скандалы происходили раз в несколько месяцев, когда мама начинала наговаривать на Демида, а я заступаться за него. Пару раз она отбирала письма. В них не было ничего криминального, я просто рассказывала о том, как у меня дела, что нового. Демид будто продолжал присутствовать в моей жизни. Порой казалось, что оберегал. Поделишься неприятностями, а через несколько дней все налаживалось, словно невидимый Ангел-хранитель приходил на помощь. Мне нравилось так думать.

Я ведь так и не смогла больше ни в кого влюбиться. Потому что всех сравнивала с ним.

- Он спас мне жизнь, - тихо произнесла я, готовясь к взрыву.

- Спас? Из-за него ты оказалась на больничной койке, а Женя в могиле!

Я злилась, когда родительница так говорила. Мама перекладывала вину на других. В тот роковой день Демид неожиданно вернулся. Мы как раз рассаживались по машинам, чтобы ехать в ЗАГС. Увидев свою невесту в белом платье, он остолбенел на несколько секунд, а потом решительно двинулся в нашу сторону. Женя испугалась. Вместо того, чтобы поговорить и все объяснить, она схватила Мирона за руку и спряталась с ним в машине. Помню, как мама толкнула меня на переднее сидение белого мерседеса, хотя там должен был сидеть свидетель жениха, который изрядно выпил и почему-то сел за руль чужой машины. Мама кинулась к Демиду с руганью, а свидетель нажал на педаль газа…

Меня спасло то, что я не была пристегнута, при первом столкновении с автомобилем я вылетела через лобовое стекло. Задев еще несколько машин автомобиль, в котором сидели Мирон и Женя вылетел на обочину и несколько раз перевернулся. Первым к месту аварии подъехал Демид, поняв, что больше никого не спасти он оставался со мной до приезда врачей. Я помню, как он кричал, чтобы освободили дорогу для скорой, умолял меня не закрывать глаза. Но манящая темнота утянула за собой.

- Мама, пожалуйста, выйди. Мне нужно готовиться, - холодно произнесла. Меня всю трясло.

Выплеснув на меня негатив, она ушла. Достав смятый лист, порвала его и выбросила в урну. Взяв новый лист написала:

«Привет, Демид!

У меня все хорошо. Закрываю сессию. Вроде удачно. В конце месяца собираемся с подругой в Питер, погулять по Петергофу. Ты ее, наверное, помнишь. Меня ты называл Мэнкс, а ее Рыжик из-за веснушек на лице…»

Написав еще несколько предложений, я попрощалась, сложила лист и засунула в приготовленный конверт. Уже хотела заклеить, когда немного подумав, вложила в конверт свою фотографию сделанную месяц назад…

******* ********

Демид

— Гром, я войду? — заглянул в кабинет Майков.

Кивнул. Затушил недокуренную сигарету. Второй год, как появилась эта привычка. Говорю себе, что избавлюсь в любой момент, а нет, тянет. Выбрасывают полную пачку в мусорную корзину. Хватит травить организм.

— Привез?

— Да, — проходит в кабинет, кладет белый конверт на стол. – Я пойду?

Киваю на дверь. Он выходит, а я не спешу открывать конверт.

Несколько часов сверлил мониторы пустым взглядом, пока ждал Сергея. И ведь так каждый раз. Стоит отправить Серого в поселок и накрывает меня. Пока не положит письмо на стол, я как бомба замедленного действия. А если Янка ничего не написала, то могу взорваться. В Подольск отправляю, чтобы проверили, что с ней все хорошо. За шесть лет это стало зависимостью — знать, что она здорова и в безопасности.

Я на похороны невесты не пошел, сидел возле нее в реанимации. Она ведь одна совсем была. С врачами сцепился, они боялись меня выставить за дверь, да и полицию не вызвали, вошли в положение, видели, как мне хреново.

О предательстве Жени я узнал от «добрых» людей. Два дня глушил злость водкой, а потом отпустило. Умерло все внутри, башка только болела. Нахрена поперся на свадьбу? Спасибо мужику сказать, что от дерьма избавил. Поздравить невесту хотел, даже розы белые купил. Вышел из машины, а там Янка, как побитая грустная собака стоит и своими большими глазами смотрит. Столько сожаления и раскаяния было на ее лице, будто она меня предала. Не ту сестру я выбрал… накрыло меня на пару секунд. «Маленькая она еще» - запретил себе думать о ней, причем не в первый раз.

Мое появление вызвало панику среди гостей. Яну грубо запихали в машину, которая тут же рванула с места. Екатерина Юрьевна, словно обезумившая вцепилась в куртку и повисла на мне. Что-то кричала, угрожала. Пришлось жестко отпихнуть.

Издалека уже видел, что аварии не избежать. Стремное чувство, когда ты не можешь предотвратить трагедию, приходится наблюдать и кричать богу, чтобы уберег… Он уберег ту, за которую я в тот момент просил. О Жене даже не подумал, хотя она не заслуживала смерти. До сих пор эта картина перед глазами всплывает, будто все произошло вчера, а не шесть лет назад. Хрупкая, маленькая, поломанная, словно кукла она лежала в луже крови. Я хотел схватить Янку и отвезти в больницу, но кто-то из толпы, окружившей нас, умолял ее не шевелить. Хорошо, что послушался, но тогда мне казалось, я терял драгоценное время. Трудно было наблюдать, как уплывает ее взгляд и понимать, что ты беспомощен…

Протягиваю руку и беру в руки конверт. Открытка? Вспоминаю какую-нибудь праздничную ближайшую дату, ничего на ум не приходит.

Раздается стук в дверь. Не открыв письмо, опускаю его в ящик стола.

- Кто?

- К тебе можно? – дверь открывается, в кабинет входит Эльдар. Все здесь принадлежит ему, но ко мне без стука он не врывается. Проходит и опускается в кресло напротив. Чем-то явно озабочен.

- Просто так ты не заглядываешь, что случилось?

- Ребята твои вернулись… без денег, - он выдерживает паузу.

Ждет, что я начну вопросы задавать, почувствую угрызения совести? Мог бы уже привыкнуть, что игры я не люблю. Условия договора выполняю, до остального мне дела нет.

- Ментос нанял кучу охраны и послал их, - продолжает он. – Ты бы сам съездил, поговорил с ним, если твои орлы не справляются.

- Поговорю, - спокойно отвечаю. Он ждет, что я еще что-нибудь добавлю, но у меня нет желания общаться.

- Хорошо, жду результата. Как там моя племянница?

- Позвони и узнай, если беспокоишься.

- Я лучше к вам вечером в гости заеду, - бросает он у двери и выходит.

К нам в гости или за деньгами, который должен вернуть Ментос?

Ментос - кличка банкира, который очень любит азартные игры, часто проигрывает, но не любит возвращать долги. Хрен с ним, разберусь. Сейчас мне хочется убедиться, что у Яны все хорошо. Достаю конверт из ящика стола, вскрываю и достаю лист, исписанный до середины и фотографию…

******** ********

Демид

Вечер. Водительское окно спущено. Ветер несет с собой запахи уставшего разогретого за день города. Я ехал к Ментосу домой, не видел смысла появляться в банке. Там он обычно трезвый и упрямый. Часа через три банкир нажрется в дрова, а сейчас он выпил приблизительно полбутылки коньяка и вполне себе терпимый, а главное понимающий собеседник. Да и камер в банке слишком много…

Подъезжаю к особняку банкира. Сигналю и выхожу из салона. Опускаю задницу на капот и жду, когда выглянет охрана.

- Сообщи хозяину, что подъехал Громов, - в форме приказа. С виду кажется, что я абсолютно спокоен, на самом деле напряжен. И этот нервоз никак не связан с Ментосом. Он не посмеет в меня стрелять, потому что боится.

- Павла Игоревича нет дома, - пытается охранник на воротах меня отправить.

- Идешь в свою будку и звонишь Ментосу, - не терпящим возражения голосом. В это время отправляю четырехсекундное видео Павлу Игоревичу. Чтобы успел посмотреть. Отснятый материал удалось получить несколько дней назад.

На всех «гостей» у меня есть компромат. Люди публичные, стоящие у власти боятся только огласки своих преступлений и пороков. Договориться с ними можно лишь надавив на болевые точки. Как правило, до этого не доходит, но попадаются редкие исключения.

- Проезжайте, - охранник с интересом посматривает на меня, пока ворота автоматически разъезжаются в стороны.

Ментос уже несется мне навстречу. Несется, конечно, громко сказано, он весит килограмм сто шестьдесят, поэтому спустившись с лестниц уже запыхался, вспотел и весь покрылся красными пятнами.

- Где?! Когда?! Как?... Гром, удали его! – яростно, но тихо шипит, оглядывается, будто нас кто-то может услышать. Подмышкой он держит мелкого пса, который скоро задохнется. – Я прикажу тебя убить!

- В дом пригласишь? – игнорирую его выпад. Жду, когда он сам обо всем догадается.

- Нет, нет! Ты ведь все предусмотрел, да? – равнодушно смотрю в его испуганные глаза. – Если ты не вернешься, видео сольют в сеть? – на самом деле даже Эльдар не знает об этом видео, но мое молчание заставляет Пашу правильно мыслить. – Хорошо, завтра деньги будут.

- Сейчас. Деньги нужны сейчас…

******** ********

Демид

Я возвращаюсь в город. Сумка со всей суммой лежит на заднем сидении. Я не выслуживаюсь перед Эльдаром, я выполняю наш уговор. По дороге звонит Лиана. Я принимаю вызов.

- Ты где? – этот вопрос звучит так часто, что я его ненавижу. Даже любящего мужика это бы напрягало.

- У меня дела. Буду поздно. Ложись спать, не жди меня.

Вдох, громкий выдох. Я знаю, что она ждет каких-то объяснений, раскаяния, но их нет в моей душе. Там пусто.

- Дядя к нам на ужин приехал, - предпринимает еще одну попытку затащить меня домой.

- Думаю, вам есть о чем поговорить. У меня еще дела, Лиана. Эльдар в курсе.

- Хорошо, я поняла, - тихо произносит и сбрасывает звонок.

Она хорошая девочка и вполне могла быть счастлива с кем-нибудь другим, но выбрала меня…

Сворачиваю с главной трассы, доезжаю до базы отдыха, здесь есть небольшой ресторан. Я сегодня ничего не ел, держался на крепком кофе.

Янка… девочка с красивой душой.

Вот нахрена ты это сделала? – достаю фотку из бардачка и вновь на ней залипаю. Вожу большим пальцем по ее губам. С трудом бы узнал. На Женьку стала немного похожа. Красивая... будто удар под дых получил. Дело не в красоте, полно таких баб. Янка особенная. Чистая… нежная, нелживая, настоящая. Смотрю на снимок и тянусь к ней, хочу вживую увидеть.

«Нельзя, Гром!» - словно бешеному псу приказываю себе и дальше сидеть на цепи. – «Не смей. Испортишь ей жизнь, утащишь в свою темноту!..»

Я ведь всегда знал, что она меня любит. Читал признания между строк в каждом письме. Этим и жил все эти годы…

Глава 2

Яна

Я сидела в маленьком кафе за столиком у окна. Передо мной чашка чая и два эклера на блюдце. Отмечаю сдачу еще одного экзамена, осталось три и я студентка пятого курса. Пока чай остывал, достал тетрадь и ручку.

«Привет, Демид…

На этой недели не получилось написать и отправить письмо Демиду. Сессия, мозг перегружен, никак не получалось сложить слова в правильные строчки. Событий в моей жизни немного и их не будешь пересказывать постоянно. Вот у меня подруга, так у нее каждый день что-то интересное в жизни происходит. Конечно, не обо всем в старости она расскажет внукам, но зато самой будет что вспомнить. Валя - мастер попадать в нелепые ситуации. Наверное, потому что она любит посещать ночные клубы, а все самые значимые и курьезные события у нее произошли именно там.

Я несколько раз поддавалась уговорам и ходила с ней, но со мной не происходило ничего запоминающего. Хотя, был один случай, который я до сих пор не могу забыть. Один подвыпивший парень очень настойчиво приглашал меня потанцевать, я отказалась. То ли хотел наказать, то ли самоутвердиться, но когда я развернулась, чтобы отойти он ухватил меня за попу. Шок, возмущение, злость... Парень напрашивался на ссору, но я нашла в себе силы промолчать. Оставаться в клубе больше не хотелось, а выйдя через минут десять во двор, я увидела этого парня избитым, он держался за сломанную руку и громко выл. Тогда я подумала, что это случайность, но сегодня утром я встретила соседа, который исчез на два года после того, как я написала Громову, что он меня домогается. Возможно, я просто хочу верить, что все это время Демид где-то рядом…

… Сегодня я сдала еще один экзамен. Сижу в кафе и отмечаю – чаем и эклерами. Наверно, ты будешь смеяться, но это стало своеобразным ритуалом. Хотелось бы с кем-нибудь разделить свою маленькую победу, но не с кем. Валя расстроена, с первого раза сдать не получилось, а Юля готовится к своим экзаменам.

Ищу на лето подработку, чтобы не сидеть постоянно дома. Поехать куда-нибудь отдыхать все равно не получится. Экскурсия по Петергофу не в счет...

Рисую в конце строки улыбающийся смайлик.

… Демид, я всегда буду тебе благодарна за то, что ты подарил мне вторую жизнь. Надеюсь, у тебя все хорошо и просто ни разу не нашлось времени мне ответить. Не исключено, конечно, что ты писал, но письма перехватывала мама. Она никогда не признается…

Мне просто хотелось в это верить. Я понимала, что если бы Демид захотел меня хоть раз увидеть или что-нибудь сказать, он бы нашел время встретиться.

… А может, ты просто не получаешь письма, я пишу их в никуда? Иногда проскакивает мысль, что стоит это прекратить, но знаешь, мне сложно это сделать. Оборвать последнюю ниточку, которая связывает нас невидимым узелком …»

Какое-то грустное получилось письмо, но менять ничего не стала. Оно отражало мое настроение. Мама вчера такой скандал вечером устроила, что я всю ночь после этого не могла уснуть. Удивляюсь, как смогла собраться и сдать экзамен. Мама вчера протирала от пыли старые Женькины вещи, которые бережно хранила у себя в комнате, из какой-то книги выпала обрезанная напополам фотография. Почему-то родительница решила, что это я вырезала «своего спасителя», обрезав лицо любимой дочери. Я впервые видела этот снимок, но мама отказывалась мне поверить. Пока я лежала в больнице, мама сожгла и выбросила все, что напоминало о Демиде. У меня не осталось ни одной его фотографии или подарка…

Запечатав письмо, я отнесла его на почту.

**** ****

- Давай, съездим в Подмосковье, к твоим родственникам, Яна? Поживем несколько дней, понаблюдаем, кто забирает письма из почтового ящика, - предложила подруга.

- Не получится, Лида. Тетка умерла три года назад, а ее сын и жена не очень гостеприимные люди. Да и мама житья мне не даст, если я об этом заикнусь. Пусть все остается, как есть.

- Я тебя н понимаю, Ян. Столько лет от него нет вестей, а ты продолжаешь писать, - она не возмущалась, действительно пыталась понять. Иногда и я себя пыталась понять.

- Лида, знаешь, я уже так привыкла, что если откажусь, потеряю что-то важное, - упоминать о том, что я подозреваю Демида в тайном присутствии в моей жизни, я не стала.

Полчаса назад я получила еще одно маленькое подтверждение, хотя не исключено, что у меня бурно разыгралась фантазия. Столкнулась в подъезде с соседом, который недавно вернулся. Я сразу отвела глаза в сторону, а он зло прошипел мне вслед.

- Ты еще об этом пожалеешь!

О чем пожалею, уточнять у него не хотелось, но может, как и тогда в клубе, мой ангел-хранитель меня защитил…

Демид

— Гром, ты когда-нибудь отдыхаешь? — раздался голос сзади, как только я снял наушники.

— Ты где пропадал, Игнат? — не оборачиваясь, интересуюсь.

— Соскучился? Мог бы позвонить. К своим мотался. Отцу нужно было помочь. Я Эльдара предупредил, думал, он тебе скажет. Были проблемы?

— Все тихо.

— Это твой результат? — удивленно смотрит он на приближающуюся мишень. — Гром, ты с закрытыми глазами стрелял? — стебется товарищ.

— Угадал, — не остаюсь в долгу.

Хотя можно сказать, что стрелял вслепую. Я эти дни практически не спал. От Янки почти две недели нет писем. Позавчера ребят в Подольск отправил, уверили, что с ней все хорошо. Тогда почему не пишет? Непонятная тревога выбивала из колеи. Замечал, что срываюсь на подчиненных, поэтому и спустился в тир. На ринг смысла не было выходить, единственный достойный спарринг-партнер только что вернулся.

— Я тебе кое-что привез, — как только я повернулся и протянул руку, чтобы поздороваться. — Забрал из почтового ящика вчера.

Игнат достает из заднего кармана сложенный белый конверт и протягивает мне. Сердце сбивается с ритма. Лениво беру и кладу на стол рядом с пистолетом. Не показываю, насколько это для меня важно.

— Спасибо, — сухо.

Принимаюсь чистить пистолет, а у самого нетерпячка – хочу знать, что там, но своих внутренних демонов и ангелов я прячу даже от друзей.

— Пойду Эльдару покажусь, — произносит Игнат и уходит.

Я тянусь за конвертом. Неровно обрываю край, потому что бьет нервная дрожь. Мою зависимость нужно кормить каждую неделю, а тут столько дней без дозы. Взгляд летает по строчкам, последний абзац врезается острым осколком в сердце.

Янка, не смей! Не смей прекращать писать. Я должен знать о тебе все. Сорвусь ведь. Знаю, что сорвусь и ворвусь в твою жизнь, если ты оборвешь связь…

******** *******

Демид

— Меня несколько дней не будет, — ставлю перед фактом Эльдара. Я работаю без выходных и отпусков, отгулов за шесть лет накопилось на год отдыха. — Игнат за всем присмотрит.

— Куда собрался? — интересуется мой работодатель и родственник в одном лице. Пристально смотрит, взгляд настороженный. — Не скажешь?

— Есть дела, — отделался короткой фразой.

— Женщина? – недовольные нотки в голосе. Нервы и так натянуты, еще он с тупыми вопросами лезет.

Мне не нравится, что Эльдар смеет меня допрашивать, он это чувствует. Я не позволяю ему лезть в нашу жизнь, хотя дядя жены всячески пытается это делать.

— Предположим, это так, ты возражаешь? — вызывающе звучит голос.

— Лиана моя племянница, — зачем-то напоминает он.

— Твоя жена тоже чья-то дочь и племянница, — у меня очень хреновое настроение, и сейчас меня не стоит провоцировать.

— Не сравнивай, — черты его лица заостряются.

— Почему не сравнивать? Ты обладаешь каким-то иммунитетом, которого нет у меня? Или твоя племянница не такая же женщина, как другие? – я его провоцирую.

Давай, скажи это! Давай!..

— Гром, я к тебе как к сыну отношусь… — меняет он тактику и тон голоса.

— Как к сыну? — жестко обрываю. — Хреновый из тебя тогда отец, Эльдар, — он понимает, о чем идет речь, поджимает губы и отводит глаза. — У меня был отец, другого мне не надо.

Ставлю перед Майковым несколько задач, прямо как перед боем. У нас появились новые крупные игроки, с ними могут быть неприятности. Называю Серому фамилии, за кем стоит пристально следить, кому не стоит выдавать кредит даже под расписку, потому что выбить деньги будет очень проблематично. Майков и еще трое ребят – мои люди. Я давно понял, что доверять полностью никому нельзя, но эти пацаны ни разу меня не подвели.

— Игнат где? — закончив инструктаж, спрашиваю у Сереги.

— Отъехал куда-то. Сказал, ненадолго, — пожимает плечами. В коллективе стали замечать, что мой зам слишком халатно относится к своим обязанностям, и послать его не могу, мы ведь друзья.

Мы выросли на одной улице. Вместе ходили в садик, в школу, даже в армии попали в один батальон. После срочки подписали контракт. Когда поняли, что ловить там нечего, вернулись к гражданской жизни. Вместе устроились к Эльдару. Отпускаю Майкова и звоню своему заместителю, который слишком часто пропадает.

— Гром, я уже в офис возвращаюсь, — тут же отвечает он.

— Поднимись ко мне, как только подъедешь...

— Что за срочность? — входит в кабинет минут через двадцать. Он расслаблен, а я словно натянутая заряженная тетива лука – могу и выстрелить.

— Меня несколько дней не будет. Присмотришь здесь за всем, — это приказ, и Игнат, слыша твердость в моем голосе, меняется в лице. Беру со стола наручные часы и надеваю на запястье. Мне уже давно надо было выехать, чтобы обо всем позаботиться.

— Гром, я к своим собрался на несколько дней. Мне очень нужно. Может, Майкова вместо себя оставишь? — спокойно рассуждает товарищ, ловит мой взгляд и затыкает рот.

— У тебя каждую неделю уважительная причина. Может, ты бросишь работу и вернешься в поселок? – тихо, но жестко выдаю.

— Не заводись, Гром.

— Ты мало зарабатываешь, Игнат? Не можешь нанять рабочих? Да за твои бабки поселок можно новый построить, что за ерунда происходит, Игнат?

— Знаешь, родителям, помимо денег, еще и забота нужна. Ты свою мать последний раз видел лет десять назад, а я каждую неделю. Просто родители у нас разные, и мы тоже разные, — наносит точечные удары по болевым точкам.

— Я не против, чтобы ты виделся с родителями, но для этого есть выходные дни. Закрыли тему.

— А тебе куда так срочно понадобилось? — с вызовом.

— Охрану Эльдара лично будешь контролировать, — игнорирую вопрос. — Он своих родственников набрал, толку с них нет. Ставь к ним в пару наших парней, а то они забывают о своих обязанностях…

**** ****

Безумие… Не выдержав, сорвался за ней. Мне ее фотку надо заламинировать, пока я не затер ее красивое лицо до дыр. После того, как увидел снимок, мало мне стало ее редких писем, коротких скупых строк… Внутри все темно и пусто, а Янка как исцеляющий свет, к которому меня так сильно влечет, что нет сил сопротивляться.

Я хотел услышать ее голос, смех, посмотреть на Янку вживую. Если увидит, узнает? Как будет реагировать? Может, она не только внешне изменилась? Есть хоть небольшая вероятность, что, встретившись и пообщавшись, я смогу ее отпустить? Это наваждение исчезнет?

Я поселился в самой дешевой гостинице, которую можно было найти в Петергофе. Поселился здесь, потому что Янка с подругой выбрали именно ее. Сезон отпусков и путешествий, свободных номеров не было, пришлось просить туристов освободить этот номер. Дал им денег на хорошую гостиницу. Из плюсов – здесь чисто, есть душ и туалет в номере, все достопримечательности в шаговой доступности. Большой жирный плюс – у нас с Яной общий балкон…

Глава 3

Яна

— Давай, оставим вещи и пойдем сразу гулять? — произнесла Лида, как только мы вошли в комнату. Она свой рюкзак бросила кровать, которая находилась ближе к двери. Мне спать возле окна. — Ой, смотри, здесь и балкон есть, — отодвинув занавеску, подруга открыла дверь. — Вид не очень, но утром можно кофе попить. Пофоткаться.

Я вышла следом за ней. Старые дома, обсыпанная штукатурка на углах, поржавевшие крыши. Отсюда можно разглядеть небольшую улочку с торговым рядом, где продают сувениры для туристов.

- Жаль, что балкон придется делить с соседями, - продолжала подруга. - Надеюсь, они не будут заглядывать к нам в окна?

— Вряд ли мы чем-то можем их заинтересовать, — поглядывая на соседнюю дверь, ответила Лиде.

— Ну, все зависит оттого, кто там живет. Пойду, переоденусь.

— Я посторожу, чтобы за тобой никто не подглядывал, — шутя, ответила Лиде.

Я продолжала рассматривать старые здания. Ничего интересного. Жаль, что мы не могли позволить себе хорошую гостиницу. У Лиды родители обычные рабочие, зарплаты в Подольске невысокие. А у меня только мама, но на ее помощь я не рассчитывала. Скорее это мама рассчитывала, что получив стипендию за три месяца, я отдам ей часть денег. Из-за моей поездки мы вновь повздорили. Я до последнего держала все в секрете, чтобы не произошло никакого «форс-мажора» с ее подачи. Оказывается я неблагодарная дочь, все от нее скрываю…

Погода сегодня хорошая, вечер будет теплым. Лучше всего надеть сарафан и на всякий случай взять с собой жакетку. Отхожу от балкона, бросаю взгляд на соседнюю дверь. Через тонкий светлый занавес виден мужской силуэт…

********* ********

Яна

Силуэт застыл за занавеской и не шевелился. Не видно, куда направлен взгляд мужчины, но я откуда-то знаю, он пристально смотрит на меня. Пытаюсь разглядеть его сквозь неплотную ткань, но это бесполезно. Видно лишь, что он высокий и стройный. Уровень тревоги растет, Сердце сбивается с ритма. Почему он там стоит и не двигается? Странно все это. Стою еще несколько секунд, меня охватывает страх, влетаю в номер и закрываю дверь.

Лида аккуратно складывает вещи и даже не обращает на меня внимания. Моя ладошка лежит на бешено бьющемся сердце. Кто это был? Почему наблюдал из-за занавески и не вышел поздороваться?

— Яна, твой телефон, — громко произносит Лида, вырывая меня из неприятных мыслей.

— Здравствуйте, дядь Миша, — беру трубку, которую оставила на небольшом обеденном столе и сразу принимаю вызов.

— Яночка, здравствуй, - звучит приятный добрый голос. - Я сегодня к вам заезжал, Катерина сообщила, что ты уехала отдыхать.

Представляю, с каким лицом она это говорила. Хотя еще более удивительно, что он получил информацию от мамы. Она недолюбливала младшего брата отца и не считала нужным это скрывать. Дядя Миша при этом всегда относился к ней уважительно, прощал прямые оскорбления и необоснованные обвинения. Дядю она, как и Демида называла убийцей. Винила того в смерти отца, хотя папа на момент трагедии был в рейсе, уснул за рулем…

— Я в Петергоф приехала на три дня, дядь Миш, — поясняю, куда уехала отдыхать, не знаю ведь, что и как преподнесла мама.

— Достопримечательности посмотреть? Хорошее дело, - слышу, что он улыбается.

— Угу, - соглашаюсь с ним.

— Я соседке оставил гостиницы для тебя, приедешь, заберешь. Денег немного привез. Твоя мама брать отказалась.

— Зачем, дядя Миша? – мне очень неудобно брать у него деньга, хотя он и родной мне человек. Знаю, что зарабатывает он немного. - У вас же семья.

— Вы тоже моя семья, поэтому буду заботиться и по возможности помогать.

На самом деле дядя у меня хороший, хоть родительница и продолжает о нем говорить гадости продолжит. Если мама кого-нибудь невзлюбила то это навсегда. Не знаю, что произошло, мама ведь не рассказывает, но он всегда о нас заботился, сколько я себя помню. Я с уверенностью могу сказать, что деньги у соседки мама уже забрала. Открыто принять помощь и поблагодарить дядю родительнице, не позволяет то ли гордость, то ли вредность. Нам с трудом хватает средств на жизнь, но перевестись мне на заочное отделение она не позволила, потому что была уверена, что дядя нас не оставит.

— Спасибо большое, дядя Миша, — хотя бы я поблагодарю.

— Не за что, племяшка. К сентябрю постараюсь немного подкопить, чтобы ты себе одежду купила перед новым учебным годом.

— Да у меня все есть…

— Девушка должна себя немного баловать, - по-доброму перебил он меня.

— Спасибо…

Мы попрощались. Мысли о незнакомце из соседнего номера больше не занимали мою голову. Он перестал казаться мне пугающим. Мало ли что у человека в голове? Может он вообще необщительный или иностранец… ага, или маньяк. От последнего пусть бог убережет…

Если вы решили посетить музей-заповедник Петергоф, то вставать нужно пораньше, а мы успели сойти с поезда, заселиться в отель, еще задержались у ларьков с готовой едой, взяли себе перекус и воду. Очередь возле касс была огромная, но мы ее честно выстояли. Нас восхищало все: Большой дворец, Большой каскад фонтанов, Монплезир, дворец Марли…

Я постоянно чувствовала на себе чей-то взгляд. Нервно оглядывалась, но так, чтобы Лида ничего не заметила, а то потом объясняй, что я не сошла с ума. Никого не обнаружив, я все больше убеждалась в том, что это из-за странной встречи с незнакомцем, теперь его взгляд меня будто преследовал…

Мы задерживались у всех достопримечательностей, чтобы сфотографироваться. Устав ходить присаживались на скамейки, недолго отдыхали и отправлялись дальше. Прежде чем вернуться в отель, зашли в кафе поесть мороженого. На самом деле мы были очень голодны, но полноценный ужин в кафе позволить себе не могли, лучше купим что-нибудь в продуктовом магазине и поедим в номере.

И вот опять я ощутила на себе чей-то взгляд, морозец побежал по коже. Незаметно осмотревшись, поймала взгляд какого-то китайца, он мне улыбался и даже махнул рукой.

Янка, ты сходишь с ума...

Вернувшись в номер, решили лечь спать пораньше, чтобы завтра продолжить свое путешествие. В планах посетить Эрмитаж и Казанский собор. Залив лапшу быстрого приготовления кипятком, невкусно поужинали. Приняли душ и легли спать. Я думала, что Лида будет болтать до утра, но она уснула первой. Мы сегодня устали…

******* ********

Я не знаю, что меня разбудило. Резко открыв глаза, оглядела комнату. Все тихо. Дверь на балкон закрыта, лишь занавеска колышется. Из приоткрытой форточки дул ветер, он и заставлял ткань шевелиться.

На улице светло, но мои внутренние часы знают, что еще очень рано. Взяв в руки телефон, убеждаюсь, что за окном глубокая ночь – начало четвертого утра. Полежав немного, я попробовала уснуть, не получается. Не люблю такие пробуждения – откроешь глаза и все, больше не уснуть. Встаю с кровати, подхожу к окну. Тихо, город спит. Солнце еще не вышло из-за горизонта, но его золотистые лучи уже окрашивают небо.

Меня тянет выйти на балкон, но я мешкаю, чего-то опасаюсь. Почему-то сердце бешено стучит в груди, будто там опасность. Этого всего лишь нелепый страх, напоминаю себе, но не открываю дверь. Какое-то время наблюдаю через занавеску, чтобы убедиться соседа на балконе нет.

Решаюсь. Тихо открываю дверь, тяну створку на себя. Прохладный свежий воздух бьет в лицо. Прикрываю в глаза и вдыхаю полной грудью. Шаг. Останавливаюсь у перил. Запах табака? Боковым зрением замечаю сизую струйку, которая быстро тает, не коснувшись моего лица. Резко оборачиваюсь...

— Привет, Мэнкс…

Недокуренная сигарета выпадает из его пальцев и опускается на пол. Краешком сознания отмечаю, что Громов курит, а ведь терпеть этого не мог, Женьки не позволял к сигаретам притрагиваться, хотя она продолжала украдкой дымить.

Сердце пропускает удар. Нет, оно совсем перестало биться. Почему я еще стою, если мое сердце остановилось? Во рту пересохло, я не могу ни слова сказать, ни двинуться. Меня будто парализовало. Всего миг, а ощущение, словно мы на балконе стоим целую вечность. Он ни сколько не изменился. Вру. Демид стал старше. Его это ни капли не портит, такую внешность мало что может испортить, мне кажется, ему даже шрамы на лице пойдут.

- Ты?.. – выдавливаю из себя так тихо, что может показаться, будто это ветер.

- Я, Мэнкс, - его голос звучит глухо, словно и Демиду сложно говорить, но этого не может быть, наверное, все дело в сигарете.

В моей голове настоящая каша. Не знаю о чем спросить, но в то же время мне хочется знать о нем все. Еще пару секунд мы стоим не двигаясь. Разглядываем друг друга. У Демида появились морщинки между бровей, будто он постоянно хмурится. Громов выглядел уставшим, но при этом все таким же привлекательным. Может даже еще более привлекательным, потому что не получалось отвести от него взгляд. Демид стал шире в плечах, но имел такую же подтянутую спортивную фигуру, как и раньше.

- Ты очень изменилась, Янка, - все таким же неузнаваемым голосом.

- А ты практически не изменился, - в груди болезненный ком, до сих пор не получается вздохнуть полной грудью. Хочется кинуться к нему и обнять, но между нами шесть лет… а еще я до ужаса смущаюсь.

- Идем в номер, ты замерзла, - не глядя на меня.

На мне лишь тонкая пижама – шорты и футболка. Я совсем забыла, что почти раздетая. Опускаю взгляд, ноги синие, покрыты гусиной кожей, надо обязательно позагорать. Хлопковая ткань верха не скрывает заостренных вершин, они у меня и без холода всегда твердые…

- Я оденусь, - не дожидаясь ответа, влетаю в спальню и быстро натягиваю костюм поверх пижамы.

Глупо убеждать себя, что он ничего не видел. Стыдно. Хотя, сейчас меня беспокоят другие вопросы. Как он здесь оказался? Лида продолжает крепко спать, не подозревая, что мой мир только что перевернулся… Я пока не знаю, чего ждать от этой встречи. Босиком выхожу на балкон, дверь номера Демида открыта. Приглашение…

Мешкаю, почему-то подхожу на цыпочках, будто крадусь. Застываю в дверях, наблюдая за ним. Кулаки Демида уперты в стену, голова опущена между рук, он громко дышит, словно ему нехорошо или он только что закончил сложнейшую тренировку. Спина напряжена, каждый мускул прорисовывается под белой футболкой. Я делаю шаг назад. Нужно уйти, подсказывает мне голос внутри, но тут Демид расправляет плечи, убирает руки со стены. Медленно, но громко выдыхает, такое ощущение, будто он взял эмоции под контроль. Неужели это из-за меня? Соседи говорили, что я стала похожа на Женю, но я не думала, что настолько. Демид увидел меня и вспомнил ее…

Болезненный укол в сердце. Ревность зараза. Ну а на что я надеялась? Демид всегда видел во мне лишь милую маленькую кошечку. Наверное, он и в Петергоф приехал, чтобы лично убедиться, что я на Женю стала похожа. Ведь не появлялся, пока я ему фотографию не послала. Не быть мне никогда такой же, как она. Не хочу, чтобы люди видели во мне Женю. Особенно не хочу, чтобы он нас сравнивал! Напоминаю себе, что я это я его всегда любила и сейчас глядя на него сердце замирает, а он любил мою сестру.

- Демид, как ты здесь оказался? – прежде чем он обернулся, спросила я. Напомнив себе, что я всего лишь девочка, которую он когда-то спас, стала себя легче чувствовать. Просто его появление было таким неожиданным, что я не смогла сразу спрятать свои чувства.

- Приехал, чтобы с тобой увидеться, Мэнкс, - он смотрит на меня и губы его едва заметно улыбаются. – Проходи, не стой в дверях.

Вошла, огляделась. Номер мало чем отличался от нашего, разве что расцветкой стен. Отодвинув стул, присела, правую ступню положила поверх левой, словно так им будет теплее. Нужно было тапочки надеть.

- Это ты утром смотрел на меня сквозь занавес? Почему сразу не вышел поздороваться? – чуть придя в себя, принялась засыпать его вопросами.

- Янка, ты так сильно изменилась, что я не поверил своим глазам, - вроде шутит, улыбается, а глаза серьезные.

Люди обманывают словами, а вот глаза не лгут. Что хочет скрыть от меня Демид?

«Стала похожа на Женю?» - этот вопрос крутится на языке, но я не позволяю ему сорваться. Не хочу сейчас говорить о ней.

- Ты получал мои письма? – перевожу тему разговора.

- Как бы я еще узнал, где тебя искать? – отвечает вопросом на вопрос.

Мне становится совсем немного обидно, что он ни разу не ответил, ни на одно из них, но я ведь не имею права предъявлять, Демид мне ничего не обещал. Сейчас он рядом, я могу обо всем с ним поговорить, но мои собственные чувства так мешают…

- Значит, ты обо мне знаешь все, а вот я о тебе ничего. Расскажи о себе. Что у тебя нового? Чем занимаешься? Женился? – голос подводит на этом вопросе. – Есть дети?..

Глава 4

Демид

Янка, словно услышала мои мысли, пробудилась, вышла на балкон. Мог ведь войти в номер и закрыть дверь. Наверное, так и стоило поступить. Весь день наблюдал и думал, то не стоит показываться ей на глаза, не смог противиться соблазну. Есть в этом мире желания, которые сильнее моей воли. Эта встреча ничего не изменит, у меня жизнь полная дерьма, а у нее она лишь начинается. В моей серости нет места чистой непорочной девочке.

Она рядом, стоит так близко… потяни руки и сможешь к ней прикоснуться. Мягкая, нежная, манящая и безумно красивая… Дыхание перехватывает, тело остро реагирует. Босая, волосы разлохмачены, в тонкой ничего не скрывающей девичьей пижаме. Она не замечает, что ее тело реагирует на холод, зато от моего взгляда ничего не ускользает. Мысли путаются. Хочется схватить, прижать к себе, раствориться…

Хорошо, что одеться ушла к себе в номер. Представил Мэнкс сидящей на моей постели в тонких тряпочках… Головой о стену, до боли. Мозг реагирует на боль, переключается. Сегодня же возвращаюсь в Москву. Оставаться опасно… не смогу отпустить. Янка сильнее любой зависимости. Не соскочишь, но можно ведь и дальше сидеть в своей норе, держаться от нее подальше. Девочка, которая мне сильно нравилась, стала красивой сексуальной женщиной. Шесть лет она писала письма, даже не подозревая, что царапает строчки у меня в душе...

Как пацан себя веду. Пытаюсь шутить, получается не смешно, подбираю слова, которые с трудом произношу. Я знал, что она начнет задавать вопросы, на которые не хочу отвечать, но и лгать ей не могу.

- Работаю, Мэнкс.

- Также телохранителем у бизнесмена?

«Бизнесмена…»

- Теперь я возглавляю его службу безопасности, - поясняю.

- А семья? – голос Янки дрогнул.

Раньше я читал о ее влюбленности между строк, сейчас читаю в ее глазах. Не хочется Яну разочаровывать… Хотя так будет лучше. Как бы сильно не было притяжение между нами, я не поддамся.

- Я женат, Яна. Уже больше пяти лет. Детей нет, - сухо выдаю информацию, наблюдая за ней. Не вдаюсь в подробности, они не нужны. Замечаю, как она прячет взгляд, как затаивает дыхание, словно ей больно дышать.

Маленькая… ну какого хрена ты творишь? Зачем рвешь душу?

- О, здорово! Я рада, что у тебя все хорошо, - она говорит искренне я это чувствую, хотя ее разочарование и боль я тоже чувствую.

Мэнкс, я бы многое отдал, чтобы все изменить, но когда-то отдал так много, что больше ничего не могу предложить взамен. Да и не нужен я тебе такой. Маленькая, ты просто не знаешь, как скверно и темно там, где я обитаю. Не хочу, чтобы ты когда-нибудь увидела тот мир. Возненавидишь ведь. Пусть хотя бы в твоих глазах я останусь прежним.

- Я ведь так тебя и не поблагодарила за свое спасение, - чуть улыбаясь, произносит Яна. – Если бы тогда не привез деньги, я бы сейчас была в инвалидном кресле.

- Ты в каждом письме меня благодарила, Мэнкс и мне это не нравилось. Если бы я тогда не приехал, этой аварии могло и не быть. Женя бы вышла замуж и сейчас была бы жива.

- Ты не виноват… - добрая девочка пытается меня оправдать в моих же глазах.

Виноват. Я мог приехать за день раньше, но я решил ее наказать. Хотя, было бы честно разорвать с Женей отношения, как только понял, что кроме секса нас ничего уже не связывает. Любя одну, ты не будешь думать о другой…

- Сейчас это уже неважно, Ян. Ты можешь ходить, а это самое главное.

- Демид, извини, если мой вопрос покажется некорректным, но где ты взял такую сумму денег? Меня до сих пор совесть мучает, что мы не может вернуть даже часть тех денег.

- Мэнкс, ты ничего не должна мне возвращать. Кредит давно погашен. Больше не будем говорить на эту тему.

Как именно он погашен, Яна никогда не узнает.

В воздухе повисла долгая пауза. Яна думает, о чем еще меня спросить, смущается, а я наслаждаюсь ее присутствием. Запоминаю каждую черточку, чтобы оставшись в своем гребаном мире воскрешать в памяти эти секунды. Мне не хочется говорить, потому что нечего рассказывать, но я бы с удовольствием и дальше слушал ее голос. Эта потребность становится такой сильной, что я готов предложить Яне переехать ко мне в Москву. Хорошо, что разум не полностью потерял.

- Мэнкс, утром я возвращаюсь в Москву, - она вскидывает на меня взгляд. – Вы тут будьте осторожны, договорились?

Яна кивает. Расстроилась. Я только и делаю, что огорчаю ее.

- Запишешь мой номер телефона, позвонишь, если нужна будет помощь.

Едва заметно кивает, но я замечаю, как поджимаются ее губы. Упрямая девчонка, решила не звонить ни при каких обстоятельствах. Только я еще упрямее, без присмотра их не оставлю.

- Демид, мы больше никогда не увидимся?.. – с надеждой в голосе. Не дышит, ждет ответа.

«Никогда, маленькая…»

******** ********

Демид

- Мэнкс, продолжай мне писать, - вместо ответа, требовательно произношу.

Я просто сгорю, если она полностью исчезнет из моей жизни. Мне нужен этот кусочек рая, чтобы продолжать существовать. Теперь Яна знает, что я женат, а честные девочки не общаются с женатыми мужчинами.

Она не отвечает. Могу с уверенностью сказать, Яна не хочет давать обещание. Как только озвучил, что нахожусь в браке, она стала отдаляться. Не хочет мешать моему «счастью»?

- Ян, мне нужно, чтобы ты писала. Нужно понимаешь? Чтобы не происходило в твоей жизни, рассказывай мне обо всем.

- Зачем, Демид? – удивленно смотрит на меня.

И как ей сказать правду? Невозможно. Мне пора ее отпустить. Позволить ей строить собственную жизнь. Мэнкс и так шесть лет меня ждала, надеялась. Я вел себя подло, мог ведь сразу рассказать, что женился. Если бы я сейчас не появился, Яна бы и дальше писала, ждала, надеялась. Желание сделать ее своей сжигает изнутри. Убиваю в себе частицы надежды, потому что Эльдар не снимет меня с крючка, не позволит уйти без потерь. А единственная, кого я боюсь потерять – Яна.

- Ты сделала меня зависимым от твоих писем, когда они задерживаются, у меня происходит настоящая ломка, - негромко произношу. – Мне нужно знать, что у тебя все в порядке.

- Что со мной может случиться? Письма я больше писать не стану, - твердо произносит Яна. – Если твоя жена узнает, ей будет неприятно. Она ведь не знает?

- Нет, не знает, - у меня и мысли не было делиться с Лианой.

Хватит того, что она знает о Жене. До сих пор интересуется, люблю я свою покойную девушку или уже забыл. Женщины если чего-то не знают, обязательно нафантазируют. Наш брак с Лианой не был заключен на небесах, но каждой женщине хочется, чтобы ее любили…

- Даже маленькая ложь может причинить большую боль, Демид. Я запишу твой номер телефона, если что-то случится, я обязательно тебе позвоню.

Она прощается со мной.

Я никогда не позволю Яне уйти, если она будет продолжать напоминать о себе. Мог настоять на своем, но решил... Вру себе! Ничего не решил! Нарушу данное себе слово… не отпущу. Буду продолжать кружить над ней тенью…

Глава 5

Яна

Стоя у здания университета, я держала в руках красный диплом, а Валя фотографировала на мой телефон. Отправила несколько снимков маме на мессенджер, она просила прислать, чтобы похвастать перед коллегами. Ну да, пусть знают, что непутевая дочь тоже на что-то способна. За последний год наши отношения не изменились. Нравились моменты, когда она была спокойна и не вспоминала о прошлом, тогда мы неплохо ладили, но стоило кому-то напомнить о Жене, то мама резко менялась. Она вела себя так, будто своим хорошим отношением ко мне придает старшую дочь. Еще ее очень выводило из себя появление дяди. От денег не отказывалась, но настроение портилось на неделю. Последние два месяца мы более-менее жили дружно. Я готовилась к экзаменам, к защите дипломной работы, а мама старалась не мешать.

В личной жизни не произошло никаких изменений. Год назад Демиду удалось уговорить меня продолжить писать письма. Мы попрощались, я думала навсегда, а он не уехал утром, как планировал. Мы вновь встретились ночью на балконе. Я вышла на него, как только Лида уснула. Чувствовала, что он меня ждет. Мы не стали сидеть в номере, отправились гулять по ночному городу. Не позволяя себе прикосновений, мы лишь смотрели друг на друга. Официантка в кафе сказала, что мы очень красивая пара и мне так хотелось, чтобы это было правдой…

Мы разговаривали, шутили… бессовестно сближались, на что не имели права. Как-то так получилось, что я проиграла спор. Демид в качестве приза попросил писать ему письма. Теперь я посылала их редко, раз в месяц…

- У тебя такое выражение лица, будто ты недовольна и хочешь продолжить обучение, - пошутила Валя. – Улыбнись, Янка, мы же фотоотчет готовим.

Она еще несколько раз щелкнула, а потом мой телефон зазвонил.

- Какой-то Денис, - удивилась подруга. – Это кто такой Аксенова? У тебя секреты от меня? – разошлась Валя.

Умоляя ее помолчать, приложила палец к губам. Не могла я Громова записать настоящим именем, вдруг мама бы увидела. Я опасалась вот такого вот неожиданного звонка. Он ни разу до сегодняшнего дня не звонил, лишь несколько раз поздравил с праздниками и скинул на карту небольшую сумму денег, чтобы я могла купить себе скромный подарок или конфеты. Демид знал, пришли он крупную сумму денег, я ее верну.

Я весь этот год пыталась о нем не думать. Сложно было, но порой казалось, что получается, а вот сейчас сердце вылетает из груди, руки трясутся. С чего вдруг? Вдыхаю и веду пальцем по экрану, подношу телефон к уху, а тут Валя никак угомониться не может:

- Подруга называется. Ты, наверное, уже успела девственности лишиться, а мне говоришь, что у тебя никого нет…

******** ********

Демид

Яна отдалилась. Писала редко. Между строк не было больше признаний в любви. Теперь мы просто знакомые. Я не имел на нее никаких прав. Держаться в стороне было сложно. Хотелось позвонить, услышать нежный голос, набирал номер и сбрасывал до первого гудка. Сложно было сидеть на месте, ведь душа рвалась в Подольск.

Один раз я уступил своим желаниям – поехал в Питер, после той поездки месяц ломало так, что ребята стали меня бояться. Мог натворить бед в тот период. Яна заслуживает самой лучшей судьбы, я на данный момент не могу ей ничего предложить.

Мои ребята продолжают за ней присматривать. Вмешиваться в ее личную жизнь я не планирую, но буду и дальше оберегать от разного рода неприятностей. Передо мной лежит отчет за прошлую неделю. Все, как обычно, кроме того, что Яна ходила на собеседование в одну сомнительную контору, которая ищет молодую и привлекательную сотрудницу на роль администратора. По бумагам там гостиничный бизнес, но вряд ли Яна догадывается, что это публичный дом, где любят проводить время местные политики и бизнесмены.

Закрываю кабинет на ключ, падаю на диван и набираю Яне. Сейчас я услышу ее голос…

- Подруга называется. Ты, наверное, уже успела девственности лишиться, а мне говоришь, что у тебя никого нет, - долетает до меня чужой раздражающий голос, но слова, которые она произносит, врезаются в голову.

Вот это новость… Я знал, что за последний год у Яны не было отношений, но не думал, что в двадцать три она невинна. И ты же в этот момент представляешь себя в роли ее первого мужчины, способным убить любого, кто позарится на ее честь. В голове шумит кровь, сжимаю трубку до такой степени, что тона может треснуть.

- Демид? – вот по этому голосу я скучал. Нежно с придыханием произносит мое имя. Пробирает до мозга костей. Впитываешь каждую нотку.

- Привет, Мэнкс. Поздравить хотел тебя с завершением учебы, теперь ты дипломированный специалист.

- Спасибо. Откуда ты узнал, что у меня сегодня вручение? – удивилась Яна.

Ты даже не представляешь, как много я о тебе знаю, но…

- Это совпадение, Мэнкс, - я действительно не знал, что у Яны сегодня вручение в отчете об этом ни слова.

Есть информация, что она сдала госэкзамены и защитила дипломную работу. По тому, как быстро она решила устроиться на работу, я предположил, что диплом она уже получила. Забыл, как это бывает.

- Знал, что в этом году ты окончила университет, позвонил, чтобы предложить работу.

- Работу? – удивилась она.

Серега тоже удивился, когда я попросил его купить старое здание в центре Подольска. Организовал бы Яне бизнес, а затем продал бы за копейки, чтобы она не нуждалась.

- Да. Один знакомый хочет открыть в вашем городе фитнес-центр, ему нужен надежный помощник, я порекомендовал тебя, Мэнкс. Тебе ведь нужна работа?

- Нет, я уже нашла себе работу. Осталось только отнести копии документов, - с гордостью произносит Яна.

- Познакомишь нас? – доносится до меня голос ее подруги.

- Валя, отстань! - смог расслышать через прикрытый динамик.

- Что за работа, Мэнкс? – делаю вид, что мне интересно.

Яна просто не знает, что второй раз в то здание она не войдет. Не хватало, чтобы какой-нибудь урод прикоснулся к ней. Я этот притон спалю нахрен, если она не передумает.

- Администратором. В гостинице «Вертикаль».

- Скинь мне их координаты, я пробью через знакомых, все ли у них чисто? – не хочу, чтобы она догадалась, что я за ней слежу.

- Демид, не надо…

- Ладно, я сам пробью. Яна, я завтра приеду в Подольск, мы обо всем поговорим.

- Приедешь в Подольск, зачем?

Хочу тебя увидеть…

- Моему другу очень нужна твоя помощь. Я ведь дал ему слово, что ты …

Яна

Увидимся в выходные…

Я хотела возразить, потому что очень больно потом расставаться. Вроде смирилась, что он женат, но сердце продолжало сжиматься при одной мысли о Демиде. Нельзя так любить… Хотя, именно так и нужно любить: всем сердцем, всей душой… Но только не мужчину, который принадлежит другой. Это подло, нечестно. Я так часто думала о его жене, хотела хоть раз ее увидеть. Мои представления наверняка далеки от реальности. Почему-то у меня было ощущение, что Демид ее не любит. Возможно, мне просто хотелось в этот верить. Если бы не любил, не стал бы с ней продолжать жить. Детей у них нет, а они продолжают столько лет жить вместе.

Не исключено, что за этот год у них появился ребенок. Как-то больно кольнуло в сердце. Мне нужно строить свою личную жизнь и не думать о Демиде. Только вот не получается встретить того самого, потому что начинаю сравнивать всех с Громовым и сравнение еще никому не удалось выдержать.

Валя продолжала щебетать, а я думала о том, что через два дня увижу Демида. Не имела права о нем думать, но запретить себе не могла. В Подольск Громов не приезжал после смерти Жени. Наверное, ему было неприятно все это вспоминать.

Почему именно сейчас Демид решил встретиться? Поговорить о моей первой должности? Я не хочу никаких протекций, меня устраивает работа, которую я сама нашла. Это не какая-то скромная должность, а вполне приличная вакансия, тем более меня берут без опыта работа. Да и зарплата у меня будет высокая, если директор гостиницы сдержит свое слово. Я уже привыкаю к мысли, что буду руководить персоналом. Проигрываю в голове тактику взаимодействия с подчиненными. Наверняка, они будут думать, что я недостаточно компетентная, но их ждет сюрприз. Я собираюсь зарекомендовать себя с наилучшей стороны.

— Аксенов, ты меня слушаешь? – возмутилась подруга.

— Слушаю, Валь, слушаю.

— И? – недовольно звучит ее голос.

— Что? – только сейчас сообразила, что отвечаю, не задумываясь над ее словами.

— Идем сегодня в клуб, обмывать диплом?

— Обязательно его нужно обмыть? – никуда идти не хотелось.

— Конечно, мы пять лет трудились в поте лица, чтобы его получить…

Подруга, конечно, преувеличивала, сдавала она экзамены на авось, потому что много времени уделяла личной жизни и досугу.

Валя продолжала уговаривать и я согласилась, но решила взять с собой Лиду, вдвоем нам проще будет справиться с веселой подругой. Мама сегодня мною «гордится», поэтому возражать и противиться походу в клуб не будет.

**** ****

Валя привела нас в свой любимый клуб «Мед». Во-первых - здесь были демократичные цены на спиртное, а во-вторых – он работал до четырех утра. Мы с Лидой не собирались дожидаться закрытия, а Валя любила проводить время с пользой. Она могла встретить свою «любовь» и укатить с ним куда-нибудь. Утром, как правило, проснуться с головной болью, раскаиваться и обещать, больше не притрагиваться к спиртному.

- Классный музон! – пританцовывая у входа, подруга двигалась к забронированному столику. Людей было немного, мы приехали рано.

- Максимум до часу, - шепнула мне Лида на ухо, я согласно кивнула.

Сейчас можно и отметить получение диплома, и потанцевать. Чуть позже здесь будет не протолкнуться…

Следом за нами вошел высокий парень в белой футболке и бейсболке. Присел за барный столик и заказал стакан воды. Лица не разглядеть, но фигура у него была шикарная, поэтому все девушки бросали на него заинтересованные взгляды. Лишь раз парень посмотрел в нашу сторону и все, попался. Валя решила, что это он – ее принц.

- Встрял парень, - засмеялась Лида, когда Валя присела рядом с ним.

Мы развлекались, наблюдая за ними. Он купил ей коктейль, явно не по своей инициативе. Валя выглядело смешно, когда начинала корчить из себя коварную соблазнительницу. Где только нахваталась этих ужимок?

На самом деле я желала ей счастье. Хотела, чтобы у подруги все сложилось лучшим образом, поэтому мы даже ругались, когда она неправильными поступками разрушала свою жизнь. Сейчас был не такой случай, поэтому мы просто позволили ей развлекаться.

- Мне кажется, он попросил ее быть «попроще», смотри, совсем не выделывается, - кивнула на пару Лида.

Действительно, Валя спокойно разговаривала с парнем и даже не притрагивалась к коктейлю. Может он действительно ее принц? Все больше людей собиралось в клубе. Нашу парочку практически не разглядеть. Мы с Лидой оттанцевали три песни подряд, вернулись за столик, чтобы утолить жажду.

- Девушки, у вас свободно, можно составить компанию? – к нам подошел симпатичный высокий мужчина.

Сегодня в клубе день «красавцев»? Но при всем этом мне хотелось ему отказать.

– Яна? – глядя мне в глаза, удивленно спросил он. – Тебя же Яна зовут? – я машинально киваю. – Не помнишь меня? – что-то смутно знакомое было в нем, но я машу головой. – Игнат. Друг Демида.