Read the book: «Маяк 2»

Глава 3.

Воронеж, февраль. Вдохновение

Однажды в Воронеже Угрюмов проснулся с ощущением того, что обрёл свой маленький смысл жизни: его неожиданно посетило литературное вдохновение, он решил написать книгу об обучении в Школе, о том, как он поднимался на Святую Гору.

Окрылённый своими мыслями, он незамедлительно поделился ими со своими друзьями по Школе. Учитель радостно поддержал эту идею, другие же глубоко задумались: вдруг Угрюмов увековечит их в эзотерической истории Государства Российского неприглядным образом? Первым школьным товарищем, вдохновившимся идеей попасть на страницы истории в качестве положительного героя, был, конечно, Гудрон. «Мы ведь с тобой братья по оружию, два старых пирата, не так ли?» сказал он, насколько мог, искренне, и поставил на стол перед Угрюмовым бутылку молдавского коньяка. «И не забудь упомянуть в своей книге, что я являюсь одним из официальных представителей Школы на Земле и пока нераспознанным гением, поскольку высшие силы шлифуют меня в лоне Школы вот уже целых пять лет!»

«Что ж, я подумаю об этом, - сказал Угрюмов и задумался на тему взаимоотношений между Учителем и учеником. С первого взгляда здесь все просто: ученик должен уважать и почитать своего Учителя. Но ученику обычно кажется, что он полностью вписывается в это простое правило, а Учитель, как человек намного более тонкий, напротив, ощущает хамство и грубость со стороны ученика. «Здесь и будет точка зарождения конфликта, - размышлял Угрюмов, - если только, выслушав упрёк Мастера, ученик не проанализирует срочно свое поведение и, осознав, в чём он был груб и резок, не будет лелеять обиду на коррекцию Мастера, потакая своей ложной личности и тормозя свое продвижение по Пути.

Если вольно или невольно ученик излучает из себя тяжелую атмосферу, когда находится в контакте с традиционным Учением, то, естественно, он превращается из помощника Мастера во вредителя. Дело в том, что Благая весть, которую несет Мастер, постоянно создает градус, проплавляющий грубые и сырые места в душах учеников Школы. Учение всегда ново, неведомо и болезненно для чёртиков и бесиков, окопавшихся в подсознании учеников, которые грубы и часто хамят Мастеру, не замечая этого. Грубость же по отношению к Учителю есть не что иное, как оскорбление высших иерархий, проводимых им через себя, и после этого они уж точно не пропустят такого ко Господу.

Очень много усилий Учителя в работе над учениками наталкиваются на их гордость, на эго, на их ложную личность, - продолжал размышлять Угрюмов. - Ученикам всегда кажется, что они уже и так много знают, и даже то, как и чему их нужно обучать. И чем дольше обучаются ученики, тем сложней и тоньше становятся отношения между ними и Мастером. Вернее сказать, отношения обостряются. Ученику необходимо постоянно наблюдать, какое из его многочисленных «я», рабочее или ложное, вошло в его сознание; что излучается через него в данный момент в Школьное пространство – доброжелательность или грубость. Ученик должен первым идти на контакт с Мастером на своей энергии, тогда обучение проходит плодотворно. Он не самолюбив, не ждёт, когда его пригласят, он первый стучится в дверь. А дверь не всегда открывается, а если она открывается, то не стоит протаскивать в неё своих драконов. Соответственно, если дверь не открывается, это означает, что ученик находится в неправильном состоянии. Нельзя подавлять инициативу товарищей по Школе, если тебе известно и понятно больше, чем им.

Школа - единый организм, который состоит из множества учеников, и это надо учитывать в первую очередь. Здесь сразу же виден эгоизм каждого.

Как бы то ни было, - заключил Угрюмов, - я надеюсь, что если я буду придерживаться этих правил, которые я только что для себя сформулировал, то смогу проскользнуть на небеса вслед за Мастером. Поэтому я должен всегда следовать за ним, как нитка за иголкой, и уповать на чудо или просветление».