Read the book: «Возвращаясь к жизни? Том 4»

Четыре стихии, как ветра число, идём сквозь пространства

И нам все равно, что ждёт за границею мира

Нельзя, оставить свой путь, отойти от руля.

Пройдём мы его, там наша земля.

Как ветра четыре летим сквозь миры.

Мы меряем мили, миры и пути.

Мир каждый прекрасен, но он не для нас.

Мы движемся прямо, в тот лучший для нас.

Настанет тот день, мы прибудем домой.

Поспим в нем немного, душой отдохнём.

Проснувшись под утро, мы глянем в окно.

Увидим мы мира чудное панно,

И скажем себе: – Ты был только там,

А где не бывал? Вперёд к звёздам.

Там, нас ждут уникальные сотни миров

Которые, видеть ты хочешь,

Ты скажешь: – Готов!

Глава 1. Находки

Курорт Лаотопа, инспектор Понски

Сегодня я решил встретить рассвет. Говорят на море это бесконечно красиво. Вторая неделя отпуска уже подходила к концу. Скоро возвращаться в пыльный город, а я так и проспал большую часть отпуска, отсыпаясь за год дежурств и нервотрёпки.

В четыре часа ночи зазвонил будильник. Я заварил себе кофе и, взяв кружку, вышел на террасу перед бунгало. Кружка была огромной, прочти литровой. Именно такими объёмами я привык заваривать этот чудный, тонизирующий напиток. Большая порция сахара давала мозгу достаточно питания для размышлений, а кофе прекрасно тонизировал. Встав у ограждения, я всматривался в горизонт, желая увидеть первый солнечный луч.

Вскоре небо начало светлеть. Мир, до сих пор черно-белый стал приобретать цвета. На горизонте появилось голубоватое свечение. Ещё пара секунд и солнце взойдёт. Мне неудержимо захотелось глотнуть кофе, я уткнулся в кружку и чуть не пропустил, то ради чего встал так рано. Неуловимое мгновение – яркий, первый луч ослепил меня. Зрение быстро восстановилось. Небо прочертил метеор. Далёкий всплеск в море привлёк моё внимание. «Надо же и такое бывает!» Вот удача так удача. Вместе с первым лучом увидеть метеор и чтоб он упал в море на моих глазах. Эх, жаль, что не взял камеру.

Солнце уже взошло, пока я размышлял о метеоре. Это действительно было великолепное зрелище. Подумав немного я вернулся в комнату, одел плавки, взял полотенце и пошёл к берегу, поплавать в этом великолепии.

Город Ридер, комендант города, полковник Ельзу

– И что там такого с этим метеором?

– Служба локационного контроля определила его как объект искусственного происхождения. Войдя в атмосферу, он самостоятельно распался на несколько частей. Большие фрагменты упали раньше, между Ридером и Лаотопой. Один фрагмент по баллистической траектории дотянул до побережья и упал в море. Все большие фрагменты найдены и доставлены на специальный полигон управления. За малым объектом, в Лаотопу, отбыла специальная поисковая группа.

– Резюмируйте Лигон. Можно не рассказывать всю предысторию.

– Резюмирую. Большие фрагменты, по первым, приближенным оценкам, явно неизвестного нам происхождения и являются частями, предположительно, боевого космолёта.

– Почему боевого?

– В одном обломке явно видна конструкция напоминающая пушку калибра не менее пятидесяти миллиметров. Технология создания подобных аппаратов нам неизвестная, значит, прибыл из космоса.

– Вы уверенны?

– Я, нет. Это первые описательные данные найденных объектов. Сам я ничего пока не видел и не могу высказать своё личное суждение полковник. Разрешите лично побывать на полигоне и лично осмотреть объекты. Тогда я смогу говорить, опираясь на своё личное мнение и личные умозаключения.

– Ладно, поезжайте. Возьмите с собой Понски, он толковый малый. Его мозг ещё не забит водорослями как у других инспекторов.

– Сер, Понски в отпуске.

– Ну, так вызовите его. Одна голова хорошо, а два сапога пара. Мне интересно мнение двух инспекторов.

Курорт Лаотопа, инспектор Понски

Выйдя на берег, я увидел группу дайверов. Окончив погружение они собирали снаряжение. Я подошёл к старшему группы.

– Утро доброе. Ночное погружение было?

– И вам доброго утра. Хотите в команду?

– Да не особо, просто захотелось тоже посмотреть подводный мир.

– Это не безопасно делать в одиночку. Глубина не любит самонадеянных одиночек.

– Я прекрасно это знаю. У меня более трёх сотен погружений на глубины более ста метров.

– Хвастунов глубина не любит ещё больше.

– Просто скажите, что не дадите мне снаряжение.

– Да, пожалуйста, мне не жаль.

Конечно, я мог сходить за своим удостоверением и надавить. Я бы получил сразу все, что нужно мне, но я не сильно любил размахивать документами, предпочитая договариваться.

Город Ридер, комендатура города, инспектор Лигон

Вернувшись в свой кабинет, я набрал номер Понски, но он на звонок не ответил. Я запросил кадровую службу. Мне сразу же предоставили номер телефона его гостиницы. Служащий гостиницы ответил, что Понски ушёл рано утром купаться и с тех пор не возвращался. Мол, он так уходит каждый день и появляется к вечеру. Я назвал себя. Служащий извинился и предложил мне подождать и что он пойдёт, поищет постояльца. Я дал ему свой номер задумавшись в ожидании.

Минут через двадцать позвонили из Лаотопы.

– Простите инспектор, но господин Понски взял в аренду водолазное снаряжение, лодку и ушёл на целый день в море. Мне послать за ним катер или ждать когда он вернётся?

– Ладно, дело не настолько спешное, скажите ему, чтоб перезвонил мне, как только появиться.

– Обязательно инспектор.

Закончив переговоры с Лаотопой, я отправился на специальный полигон нашего управления. Пусть Понски сам все посмотрит, а потом мы сверим наши мнения. Так будет даже лучше.

На полигон я добрался лишь к вечеру. Позвонил Понски. Он, наконец, всплыл из пучин океана. Выслушав приказ полковника, он сказал, что будет на базе к утру и дал отбой. Обсуждать по открытой линии подробности я не стал, нет смысла.

Курорт Лаотопа, инспектор Понски

Море слепило. Огромная, до горизонта гладь океана была как зеркало. Был на удивление жаркий и безветренный день. Облачившись в гидрокостюм я с огромным облегчением упал в воду. Продув маску я сдёрнул с крючка пару запасных баллонов и пошёл на глубину, постепенно продуваясь. Я прекрасно знал все ошибки новичков и совершенно не хотел подхватить кесонку. В большей степени это относилось к всплытию, но и погружаться тоже надо постепенно. В погружение самое важное не получить обжим. Будешь потом ходить глухой и с синей физиономией. Я таких красавцев видел. Для более равномерного погружения я загодя опустил груз на верёвке с узлами. Каждый десятый узел был помечен и подписан.

Океанское дно, в районе Лаотопы, было мелковатым, не более пятидесяти метров и света было достаточно, чтоб не использовать фонарь. Осмотревшись, я поплыл расширяющейся спиралью в поисках метеора. Вероятность того, что я найду его – была ничтожной. В особую удачу я не верил, но меня потянуло в это приключение с неумолимой силой. Я с огромным трудом заставлял себя сосредоточиться на планомерном поиске, однако неудержимое желание плыть в одну сторону меня не оставляло. Проверив, на очередном круге, давление в баллонах я подхватил запасной комплект и как одержимый поплыл в сторону где, как мне казалось, и лежал метеор.

Минут двадцать я молотил ластами воду, пока внутреннее ощущение направления не пропало. Вдруг я увидел силуэт человека, и он мне показывал вниз. Я глянул вниз и чуть не выпустил загубник. Внизу, на дне лежало расколотое яйцо, а в одной половинке скорлупы, в складках материала лежал шлем. Я посмотрел туда, где был силуэт и ничего не увидел. «Привиделось», подумал я. Глубина и недостаток кислорода, а может и переизбыток его или каких других газов, иногда вызывают странные галлюцинации.

Взяв шлем, я выдохнул и не смог вдохнуть. Паника захлестнула меня. В баллоне кончился воздух. Я запаниковал, респираторный центр усиленно посылал импульсы на вдох, а его не было. Удушье сжало горло, но я вспомнил, что воздух с уменьшением глубины расширяется. Я заработал ластами. Всплыл на пару метров и получил такую вожделенную струю газа. Поискав, я нашёл клапан резерва и дёрнул его. Манометр кивнул стрелкой, показывая, что дополнительный объем воздуха получен. Уже спокойно я погрузился к самому дну и включился в запасной аппарат.

Теперь надо было найти лодку. В состоянии паники я потерял ориентиры и направление, откуда приплыл. Благо водная гладь была достаточно близко. Я начал процесс всплытия. С верёвкой было бы легче, но я и так шёл к поверхности спокойно, не особо экономя воздух, продувая организм. Главное это не всплывать раньше пузырьков выдыхаемого воздуха.

Всплыв, я покрутил головой и обнаружил свою шлюпку. До неё было далеко, но достижимо. Погрузившись всего на пару метров, я поплыл к своему спасительному «плоту».

Вернувшись к берегу и пришвартовав лодку у причала, я сдал снаряжение служащему, а сам отправился в своё бунгало, чтобы спокойно рассмотреть находку. Завёрнутая в полотенце она буквально жгла мне руки.

– Господин Понски! – Позвал меня служащий гостиницы.

– Да.

– Звонил ваш коллега, господин Лигон и очень просил с ним связаться.

– Спасибо, вы очень любезны. Я обязательно ему перезвоню.

Зайдя в своё бунгало, я проверил телефон и увидел, что Лигон действительно набирал меня несколько раз. Странно, что такого срочного произошло? Я сначала хотел его набрать, но мой взгляд скользнул по шлему и я обо всем забыл. Шлем как жемчужина сверкал на кровати, выкатившись из полотенца. Он манил меня. Я даже почувствовал, как меня в буквальном смысле тянет к нему, как опилки к магниту. Давление было не сильным, но настойчивым. Не выдержав такого притяжения, я присел на кровать и стал рассматривать находку. Я такого никогда не видел. Он выглядел как шлем стратосферных пилотов, но в его конструкции я видел явно не наши технологии. Символы, нанесённые на него, были мне незнакомы. Они не принадлежали к известному мне языку. Что самое удивительное, он работал. Лампочки внутри шлема весело перемаргивались, будто на коммуникационном узле.

Заворожённый я держал его в руках. Вдруг он сам собой развернулся, так чтоб я мог его правильно одеть. Это ещё больше меня поразило. Мои локти приподнялись, занося шлем над головой. Я зажмурился и одел его. Меня пробило лёгким разрядом тока, от чего я потерял сознание.

*****

Очнулся я вечером. Посмотрел на шлем. Он спокойно лежал на соседней подушке. «Странно, я точно помню, что одел его, но я совершенно не помнил, как снимал его» эта мысль привела меня в состояние лёгкой паники, но я быстро справился с собой. «Наверно я снял его, когда уснул от переутомления. Видимо мне было неудобно, я просто снял его и не запомнил это так как спал» вот так это и было.

Я взял телефон и просмотрел вызовы. Новых звонков не было, и я вызвал Лигона.

Специальный полигон службы общественного порядка, инспектор Лигон

С Понски я встретился утром.

– Привет. Что случилось? Я примчался как смог.

– Да собственно ничего непоправимого не случилось. Мы нашли интересные обломки, и шеф решил послать нас обоих, чтоб мы сложили своё личное и непредвзятое мнение. Я уже осмотрел обломки и сейчас иду в лабораторию. Сходи пока в ангар и сам все посмотри. Вечером обсудим наши впечатления.

– Хочешь услышать моё мнение?

– Да. Каким бы фантастичным оно не было. В этом случае очень важна независимая и объективная оценка, не навязанная другим человеком. Увидишь сам, ты поймёшь меня.

– Ладно, я уже весь сгораю от любопытства. Где это?

– Третий ангар.

– Тогда до ужина, я пошёл.

*****

Вечером, сидя в столовой, я поджидал Понски. Мы несколько раз сталкивались в коридорах, в течение дня, но оба были заняты своими проблемами и интересами. Раз решили обсудить все вечером – нечего время тратить на охи и вздохи.

Он появился, сразу метнулся к раскладкам с едой, и лишь нагрузив поднос, как в голодный год, поискал меня, нашёл и приземлился за мой стол.

– Скажу пока одно – я в шоке.

– Я тоже.

Минут десять он жевал. Открыв банку пива и сделав пару глотков, продолжил.

– Это бесспорно летательный аппарат, неизвестного происхождения. Явно боевая машина. Жаль, что полностью разрушенная, но как по мне пушку можно восстановить и правый двигатель не сильно пострадал. Пара мелких двигателей ориентации вообще исправна. Правда, они не особо интересны. Ничего нового у нас почти такие же. Сплавы очень интересные, композитная броня тоже неплоха. Все можно повторить. Вот причина его разрушения мне непонятна. Такое впечатление, что произошёл взрыв изнутри и часть аппарата выгорела. Интересно, где его питающий модуль? Такое впечатление, что он его потерял ранее, не в атмосфере. В хвостовой части радиационный фон очень высокий, как от действующего реактора. Но, ни на месте крушения, ни в атмосфере не наблюдается радиоактивного повышенного фона. Также по комплекту запчастей явно не хватает его значительной части.

Далее. Техника создана существами с похожим как у нас строением тела.

– Как у нас?

– Ну, как у нас теперь. Это явно гуманоиды. Часть, что упала в море, нашли? Там мог быть пилот.

– Нет ещё. Это океан, из данных у нас только телеметрия траектории падения. Данные очень приблизительные. Если налетит шторм, то все занесёт илом, и мы вообще ничего не найдём. Площадь поиска огромна. А почему ты решил, что они гуманоиды?

– Я осмотрел остатки кресла пилота. Присутствуют явные следы кислорода в трубках жизнеобеспечения. Далее я обнаружил частицы тканей пилота. Это в основном пот, чешуйки кожи, пара капель крови и слизистых выделений. Одна из вспомогательных капсул уцелела и в ней есть явный отпечаток тела человека. И самое прямое доказательство – это наличие мед-автомата. Когда сняли его экран, и подсветили его вторичными электронами, высветилась фигурка человека.

– Что скажешь ты?

– Я пришёл к тем же выводам. Тело пилота очень похоже на наши, вот эти тела. Это меня очень смущает. Я тоже нашёл частицы генетического материала – пару волос с целыми луковицами. Мы провели сравнительный анализ, и я скажу больше – их тела очень близки генетически. Просто пугающе близки.

– Тогда об этом надо доложить полковнику и чем быстрее – тем лучше.

– Согласен. Мы уже сложили собственное мнение, наша задача выполнена. Предлагаю сесть на мою машину и по очереди её вести, чтоб к утру быть в Ридере и успеть до утреннего доклада.

– Лучше поедем двумя машинами. Сейчас заверну еды на дорогу и в путь.

– Я выправлю нам командировочные, давай своё предписание. Жду тебя у машины.

Город Ридер, комендант города, полковник Ельзу

Инспектора прибыли наверно ранним утром, так как оба сидели в моей приёмной, когда я прибыл на службу. Судя по количеству чашечек на столике, они просидели не менее пары часов. Понимая, что они специально прибыли так рано не просто из служебного рвения я сразу же пригласил их в кабинет.

– Господин полковник, – начал Лигон, – данные первичного осмотра подтвердились, и я могу смело утверждать, что это боевой космолет способный к полётам меж звёзд. Управлялся он пилотом генетически очень близким с аборигенами этой планеты. Все подробности и данные анализа, что были готовы к вчерашнему вечеру на этом носителе. – Он протянул мне внешний диск-накопитель. – Копии этих данных есть только в лаборатории на полигоне.

– Вы точно уверены в принадлежности пилота к этому виду?

– Совершенно уверен. Инспектор Понски пришёл к тому же выводу совершенно другим путём. Перед отъездом мы обсудили данные полученные нами. Мы проводили оперативные работы независимо друг от друга, и наши выводы совпали по всем пунктам, без исключений.

– Спасибо господа. Это очень ценная для нас информация. Пока свободны, занимайтесь текущими делами. Понски, можете продолжить отпуск, сколько у вас ещё дней?

– Ещё семь дней господин полковник.

– Вот и отдохните пока. Лигон вызовет вас, если вы потребуетесь немедленно.

Инспектора ушли. Я подключил накопитель к компьютеру и стал просматривать полученные данные. Действительно, все указывало на принадлежность существа к виду подобному аборигенам этой планеты. Ни Лигон, ни Понски не знали нашей истории. Я и сам знал не много. Лишь то, что мне рассказали, когда я занял эту должность. И эти знания вкупе с данными накопителя вызывали у меня некоторое беспокойство.

Просмотрев все отчёты, я внутренне согласился с мнением обоих инспекторов. Их выводы были верными, и мне было необходимо срочно доложить наверх, своему начальству.

Курорт Лаотопа, инспектор Понски

Вернувшись в своё бунгало, я распаковал чемодан и стал опять изучать шлем. Побывав на работе и дома, я прихватил с собой компьютер, пару тестеров и немного литературы по космическим технологиям жизнеобеспечения.

Шлем манил меня своими загадками. И первой для меня была загадка – почему я не сообщил о своей находке. Я пытался найти этому причины и не находил их. Я даже пару раз пытался позвонить Лигону, но со мной происходило странное. То я просто не видел телефона, то не мог найти контакта Лигона, то ни с того ни с сего просто выключал телефон. Полный дурдом. На полигоне было ещё удивительнее, как только я встречал Лигона, я тут же забывал о шлеме и наш разговор сразу уходил в другое русло.

Осмотрев внутренность шлема, я подивился его сложной конструкции. Это был не просто шлем, это была сложное, многослойное устройство. Внутренний слой был изготовлен из очень мягкого и пористого пластика. Проведя рукой внутри, я почувствовал лёгкие уколы. Оказалось вся внутренняя сфера усеяна электродами. Видимо разряд с этих электродов и вызвал мою потерю памяти. Я проверил наличие потенциала на них. Ток в пару милливольт не мог вызвать такого эффекта. Странно. Подковырнув подкладку, я обнаружил сложную электрическую схему. В отличие от устройств на обломках здесь все работало. Оттянув подкладку ещё больше, я увидел, что все пространство усеяно деталями и от них к подкладке, тонкие как волоски тянуться провода к электродам. Нет, надо отнести шлем в лабораторию и там его внимательно изучить. Уж очень сложная конструкция для полётного шлема.

Однако был ещё момент номер два – как он пережил солёную воду. По идее нахождение в воде должно было привести к замыканию проводки, но шлем работал. Это ещё больше меня поражало, чем то – откуда он появился.

Город Ридер, жилище старейших, комендант города, полковник Ельзу

– Полковник, вы поступили совершенно верно, предоставив своевременно эту информацию. Мы должны посмотреть все, проанализировать и посоветоваться. Займитесь пока своими делами. Через пару часов мы вызовем вас.

Курорт Лаотопа, инспектор Понски

Странное чувство нереальности происходящего не покидало меня. Временами я чувствовал лёгкую потерю контроля над телом. Такого уже не было последние пять лет. Да, это имело место после слияния, но я очень быстро подавил разум носителя и последующие годы он никак себя не проявлял. Это более чем странно. Ладно, а что это за штука явно не штатная и прикручена уже кем-то после сборки шлема. Нет, надо все же вести его в лабораторию полигона. Но у меня было ещё шесть дней отпуска, и я решил их использовать по назначению – просто выбросить все из головы и отдыхать.

Город Ридер, комендатура города, инспектор Лигон

Просмотрев текущие дела и расследования я не нашёл ничего интересного, это была рутина. Все было и так ясно, кто и что натворил. Я быстро написал распоряжения и отправил их соответствующими инстанциями.

Мне не давало покоя последнее расследование. Этот странный объект и поведение Понски. Вроде все было штатно, ну упало тело, распалось и обгорело. Часть не нашли, но океан не то место, где легко найти объект размером около двух метров. Но поведение Понски мне показалось странным. Всегда сосредоточенный и чётко формулирующий он вдруг начинает сбиваться и растекаться мыслью. Он никогда не строил догадки, был всегда категоричен в своих суждениях и всегда говорил только о том, в чем был неопровержимо уверен. А здесь, на основе достаточно сырых данных он строит догадки о наличии недостающего оборудования.

Мы давным-давно отказались от технологии ядерного синтеза. Откуда он может знать о свойствах реакторов, тем более на глазок определив его вид. Мы уже много тысячелетий использовали нейтринные батареи. Они давали достаточно энергии, не требовали обслуживания и были практически вечным источником энергии. Причём батарею можно было сделать практически любой ёмкости и любого напряжения. Нейтрино есть везде и их не надо искать и улавливать. Все наши приборы и схемы не нуждались в дополнительном внешнем питании. Батареи монтировали сразу в микросхемах или платах.

Третьей частью он так и не поинтересовался. Тоже весьма странно. Хотя, если бы её нашли, то сразу сообщили нам. А так сообщения не было, так зачем спрашивать и гадать о неизвестном.

Опять же, вчерашний Понски не поехал бы отдыхать дальше, а сегодняшний просто сел в машину и укатил. Все это странно. За две недели люди так не меняются. Может вызвать его и поговорить? Я проанализировал свою мысль и решил съездить к нему сам. Пусть наш разговор пройдёт на берегу океана в неформальной обстановке. Он не будет так зажат. Решив, таким образом проблему, я сообщил своему референту, что еду на побережье проконтролировать поиски третьего куска метеора. Ему было незачем знать истинные причины моего отъезда, да и то, что это не метеор. Он был аборигеном и ему не нужны были лишние знания.

Город Ридер, жилище старейших, комендант города, полковник Ельзу

Через три часа меня вызвали на совет.

– Мы считаем, что это случайный полет. Уже более трехсот лет мы живём спокойно и никто нас не волновал. Мы проанализировали данные его бортового самописца. Это сбой электроники или эксперимента по управлению кораблём с помощью искусственного интеллекта. Живых объектов на борту не было. Биологические фрагменты, найденные инспекторами, принадлежат разным людям, скорей всего предыдущим пилотам.

– Вы знаете их язык?

– Да мы знаем о них достаточно. В своё время мы выкупили у них эту колонию, предложив им другой мир и немного технологий. Они продали нам своих соотечественников как планктон. Не стоит волноваться, их технологии ещё не достигли нашего уровня.

– Но может это их разведчик?

– Не волнуйтесь полковник, мы уже отдали все нужные распоряжения. Вам надлежит изучить все останки этого объекта, после чего все уничтожить. Это примитивная технология. Хотя, мы подумали, подкиньте её аборигенам, пусть развиваются. Нам скоро понадобятся новые колонии и новые тела для слияния.

– Я понял задачу.

– Вы верно служите, полковник. Возьмите свой накопитель, там есть недостающие технологии для производства подобных космолётов. Выдавайте их исследователям в виде идей и подсказок. Обратите внимание на инспектора Понски. В его поведении появились странности.

– Так и будет, мудрейшие.

Я взял накопитель и убыл в комендатуру.

Курорт Лаотопа, инспектор Лигон

Бунгало Понски я нашёл быстро. Когда я предъявил своё удостоверение, мне сразу же выдали запасной комплект ключей, так как сам Понски ушёл на пляж.

Войдя в его апартаменты, я заварил себе кофе и пошёл искупаться в бассейне на террасе. Что ж, ни что человеческое мне не чуждо. Проплыв раз двадцать небольшой бассейн я выбрался на бортик и улёгся на лежак, услужливо принесённый служащим отеля. Да, наша работа порой бывает трудна, ответственна и неблагодарна, но в ней есть и такие мелкие радости, как благоговейное отношение простых людей.

Понски появился после обеда.

– О Лигон, какими судьбами?! – Обрадовался он.

– Да вот так, решил понаблюдать за поисками, тем более, что у тебя такое роскошное и удобное бунгало. Не против моей компании.

– Да я рад безмерно, что у тебя получилось вырваться и у меня будет компания.

Я видел, что он говорит искренне, но червячок сомнения меня все же немного грыз. «Рад безмерно» это было не из его лексикона. Опять странности. Ладно, не будем форсировать события.

– Ты уже отобедал?

– Да, но не плотно, могу составить тебе компанию.

– Отлично.

Он вызвал служащего и заказал обед на двоих.

– Как поиски метеора?

– Ищут. Но пока не нашли.

– Интересно, что это было?

– Фрагмент небольшой.

– Может спасательная капсула?

– Может. Но скорей всего пилот мёртв, раз она упала в океан.

Высокогорье. Место неопределенно

Тугая пелена снега залепляла его лицо, ветер сбивал с ног, идти было просто невозможно. Мысли путались, будто ветер перемешивал их в его голове. «Укрытие, надо найти укрытие» эта единственная мысль пульсировала в мозгу синхронно с ударами сердца.

Последние несколько дней пути были вполне сносными. Мучившая до этого мошкара забилась в щели, спрятавшись от холодного северного ветра. Деньки, правда, стояли тёплые, но с приходом ночи становилось отчаянно холодно. Он кутался в рваный плащ и пережидал ночь в распадках, сидя близко к костру. С едой было скудно. Мелкая живность попряталась, а крупную ловить было нечем. Самодельный лук не имел достаточной силы, чтоб пробить шкуру оленя или более крупного животного.

С каждым шагом он чувствовал, как теряет силы. Метель высасывала из его тела последние крохи тепла, наслаждаясь дырками в его одежде и залепляя их влажным мокрым снегом. Впереди забрезжила непонятная тень. «Что это? Скала или дом?» Он сделал шаг и провалился.

Лететь пришлось недолго. Больно ударившись об острые камни, он минут десять наслаждался покоем, потом встал на четвереньки и осмотрелся. Вверх вела двухметровая щель. Он находился в проломе скалы. С одной стороны это было хорошо. Так как температура в пещерах всегда выше нуля, но все равно холодно, а без топлива разжечь костёр не получиться. Придётся выбираться и чем быстрее, тем лучше.

Он пересчитал спички. Всего шесть. Ещё шесть ночей он сможет пережить в компании друга огня. Очень жаль было тратить спичку и последний факел. Он решил, что пока есть хоть какой-то свет будет идти, так, как сможет.

*******

Через несколько часов блуждания он вышел к подземному озеру, которое было источником водопада. Именно шум падающей воды и был ему ориентиром. Раз воде есть куда падать – значит, там есть выход.

Выход оказался весьма сомнительным. Крутой обрыв более чем в сто метров отделял путника от леса и костра. Начинать спуск ночью и в пургу он не решился. Найдя в пещере укромный уголок, он, как мог, свернулся укутавшись в плащ, чтоб сохранить как можно больше тепла к утру и уснул. Все тело, каждую мышцу разрывала боль, усталость, голод и холод.

Город Ридер, жилище старейших, зал совещаний

– Может мы зря так много выдали информации этому полковнику?

– Он достаточно предан нам. Мы не можем подозревать всех и должны доверять слугам.

– У него слияние завершено очень давно. За время своей службы он всегда чётко выполнял поставленные задачи. Покой в Ридере и в его окрестностях его большая заслуга. С тех пор как он слился с комендантом города, в Ридере уровень преступности снизился до минимальных трёх- четырёх происшествий в год, против сотен в предыдущие годы. Последнее тяжкое преступления было, если мне не изменяет память более сорока циклов назад.

– Но мне кажется, что пришла пора перевести его на другой участок. Его возраст уже вызывает удивление аборигенов. Нужно подготовить ему другого реципиента.

– Согласен. Нет смысла будоражить аборигенов. Оформим ему перевод.

– А что там с этим Понски?

– Наш наблюдатель с полигона доложил об отклонениях в структуре его сознания. Эти отклонения похожи на расщепление слияния.

– Тем не менее, он отлично выполнил поставленную задачу.

– Согласен, но пусть полковник понаблюдает его.

– Пусть это будет Лигон.

– Вы думаете поднять его выше по карьерной лестнице.

– Он вполне компетентен.

– Хорошо.

Поселок Инзи, хутор Вар, лекарь Урги

– Урги, а Урги. Правда, что папа твой медведем был?

Мальчишка шустро увернулся от оплеухи и радостно побежал, скача через свеженанесённые ночью сугробы. Урги взял лопату покрепче и продолжил расчищать дорогу перед домом. Его не волновали эти детские глупости. Дети иногда бывают слишком жестоки в своём непонимании. Хуже когда взрослые ведут себя также. Чего скрывать, он действительно похож на медведя. Огромный, выше любого встречного в посёлке. Короткие ноги, мощные длинные и сильные руки. Он выглядел как медведь, вставший на задние лапы. Чёрные густые медвежьи волосы на голове и такая же борода, разросшаяся почти до глаз и практически закрывающая все лицо, а в довершение образа – маленькие, близко посаженные глаза. Ничего удивительного, что дети часто дразнили его медведем.

В пару гребков дочистив снег, Урги пошёл в дом. Сегодня он надумал пойти к источнику и набрать свежей воды для снадобий. Лишь вода источника давала травам ту силу, что помогала исцелять хвори людей.

Легко перекусив перед дорогой, он поднял собранную уже суму. Для воды Урги взял дивный прозрачный сосуд. Сосуд был твёрд как камень, но хрупок как необожженная глина. Этот странный горшок для воды он получил в наследство от своего учителя – предыдущего травника посёлка, Кварта. Сосуд был самым ценным предметом в доме Урги. Ощупав сосуд в суме, и убедившись, что он надёжно защищён, Урги двинулся к выходу.

Путь предстоял ему не то что долгий, а скорее неудобный. Для большинства людей там было пройти не сложно, но вот ему, с его короткими ногами, приходилось подобно медведю передвигаться по камням. Конечно, он мог попросить любого парня сбегать туда, но доверить сам сосуд чужим рукам, было для Урги на грани кощунства. Вот и приходилось идти самому.

Выйдя из хутора, он прошёл посёлок. Немногочисленные соседи занимались во дворах своим хозяйством или чистили снег. Они просто махали ему приветливо издалека, не прерывая своих занятий.

Последние годы в Инзи люди жили спокойно. Община была крепкой, работящей и дружной. Разные напасти обходили Инзи стороной. Единственной проблемой был местный князь. Время от времени он посылал своих дружинников за данью. Но посёлок был богатым, а стражники не особо жадными. Так и жили. С появлением князя и с обустройством замка на Сон-Горе лихие люди обходили окрестности стороной. Часть молодёжи даже ушла к князю в услужение и время от времени наведывались в посёлок. Нет худа без добра.

Урги пару раз был в замке. Его приглашали к больным и раненным. Что ж, он исправно всех ставил на ноги, чему князь поражался особо. Почему-то способности Урги удивляли князя. В землях, откуда он пришёл, так врачевать травами не умели. Там были разные чудные машины, лечившие людей, а вот травников там и вовсе не было. Это сказал ему князь, когда он сам получил в бою рану и Урги лечил его. Ещё князь рассказал, что в той стране, откуда пришёл он со своими воинами, мир совсем другой. Там все зависит от особой энергии – электричества и там идёт война за обладание источниками этой силы. Но этих, живых источников становилось все меньше и меньше, и борьба за них становилась все ожесточённее. Вот князь и решил, что пока есть у него силы уйти подальше от этих воен и поселиться в возрождающемся краю. Собрав караван и вложив в него все своё состояние, продав свой источник электричества, он ушёл с большой группой соратников. Дошло чуть больше половины из вышедших. Много полегло, пока они пробивались в неизведанные земли. У них было преимущество – огненное оружие, но все равно силы часто были не равны, а иногда даже это оружие не справлялось с нападениями одичавших людей.

Ещё он сказал, что эта территория относительно чиста от радиации, и он очень надеется, что из нашего края возродится былое величие старой Империи. Он при этом показал Урги карту всего мира и рассказывал о странах некогда существовавших на планете, об их былой мощи и величии. У Урги была хорошая память, и он потом рассказывал поселянам о странах, материках, городах и старом мире.

Идя берегом речушки, он вспоминал рассказы князя и дивился тому, как, такой огромный и сильный мир развалился, и от него не осталось и следа, а они при этом не заметили его падения. События минувших лет обошли Инзи стороной. Да и раньше бывали в посёлке странные люди в неведомых одеждах и с невиданными вещами, сосуд для воды достался Кварту от них, так говорил он.

У самой кромки леса Урги столкнулся с охотниками.

– Привет, Урги, – сказал старший группы, – опять к источнику идёшь?

– Привет и тебе Охлом, иду. Вода сама не придёт.

– Ты б с собой кого брал, зверь дикий по лесу бродит.

– Мне самому сподручнее. Как охота? Не хворает кто?

– Нормально, без мяса не будем. Все в порядке. Я тебе как всегда в сени брошу.

– Спасибо. Пойду, дни нынче коротки. Камня что упал, не видели?

– Нет. Залетел видать в сердце гор, там охотится – смысла нет.

Урги махнул рукой и шагнул в лес. Охотники подхватили волокуши потащили мясо в посёлок.

Горы близ посёлка Инзи

Он проснулся от боли. Сжавшись в комок, он видимо передавил сосуды, и кровь перестала поступать в ноги. Слегка подвывая, он руками распрямил ноги и стал их массировать, чтоб кровь вновь дала им жизнь.

«Только не хватало обморозиться», думал он, снимая порванный сапог и разматывая смёрзшиеся тряпки на ступнях. Ноги выглядели жутко, но следов обморожения не было. «Так и запаршиветь можно» вынес он вердикт, осмотрев себя и своё снаряжение. «А громко сказано – снаряжение» перебирая сумку, он пытался найти крохи хлеба, чтоб хоть как-то обмануть организм. Из самого полезного был нож, факел и шесть спичек. Все остальное было рвань и дрянь. Тяжко вздохнув, он порвал на тряпки последний приличный кусок ткани и, соорудив на ногах подобие обмоток, натянул сапоги.

Курорт Лаотопа, инспектор Лигон

Настал вечер. Мы с Понски сидели на террасе и смотрели на великолепие звёздного неба. На берегу играла музыка. Понски принёс вина, и мы неспешно его смаковали.

– Лигон, я вот уже который день смотрю на это небо, на бесконечность космоса, на свет звёзд. Ведь мы видим их свет, а их там уже нет давно. Они совершенно в другом месте, а свет ещё долгое время будет лететь к нам, пока мы увидим их новое место, их судьбу. В такие вечера меня просто тянет в небо к звёздам. Может мне подать прошение на перевод в космический флот?

– Друг мой, на самом деле я приехал поговорить о тебе.

– Что так? – Понски встрепенулся и посмотрел на меня удивлённо.

– Вот именно по этому. Ты очень изменился в отпуске. Что с тобой?

– Не знаю. Меня вдруг невыносимо, до боли в суставах и неудержимо повлекло туда, к звёздам.

– Ты потерял контроль над собой и над телом?

– Нет, я бы так не сказал. Хотя…. . Прости меня я солгал тебе. Сейчас.

Понски встал. Ушёл в комнату. Когда он вернулся в его руках был странный шлем.

– Вот она третья часть объекта.

Я удивлённо уставился на шлем.

– Но на радаре был значительно больший объект.

– Да, но то лишь оболочка, он хранил в себе вот это. Я тогда встречал рассвет и увидел место падения метеора. Я поплыл и нашёл его. Меня будто привели к нему.

– И что было потом?

– Я принёс его сюда, и мне захотелось надеть его. Я надел и потерял сознание, когда очнулся шлем лежал рядом. Я упаковал его и позвонил тебе. Фух … Я пытался на полигоне рассказать тебе об этом, но меня что-то удерживало. Я не понимаю, что со мной.

– Сказать сложно. Возможно, ты подвергся ментальной атаке.

– Это глупости. Наш разум всегда доминировал. Аборигены не в состоянии сопротивляться нам.

– А ты уверен, что это разум подобный разуму аборигенов? Ты стал не точен в своих суждениях. Ты много домысливаешь, не имея явных предпосылок. Не факт, что ты не прав, но факт, что заставь тебя объяснить логику твоих рассуждений ты не сможешь это убедительно доказать. Вот в чем проблема. Это явное свойство разума аборигенов, а может и непрямое влияние.

– Кстати, а почему мы живём в их телах? Зачем нам это. Я, конечно, понимаю, есть много преимуществ, но все же? Мы же развивались и ранее без них.

– Мне странно слышать это от тебя друг мой. Ты жалеешь местных?

– Да нет, мне просто интересно почему? И почему мы не знаем об этом?

– Я тоже не знаю. Но это наша миссия – дать им возможность развиваться, а не убивать себе подобных.

– Но зачем? Пусть бы они жили сами. Зачем нам управлять этим миром?

– А зачем солнце встаёт? Ты думаешь, ему есть дело до цивилизации на этом куске камня? Нет. Просто планета кружиться вокруг него. Может, ты думаешь, она кружит именно для нас, что б мы жили на ней? Нет. Она просто летит по своей орбите, и ей совершенно нет дела до нас на ней живущих. Будет ли звезда гореть или взорвётся сверхновой космосу безразлично. Именно нам живущим на этом куске камня, летящем в пространстве, нужен свет этого солнца и океан этой планеты. Мы правим этим миром, так как нам не все равно. Мы раса созданная управлять вселенной. Мы получили уникальную возможность слияния с любым разумом. Именно это делает нас такими уникальными. И ещё то, что мы можем думать как одно целое, объединив свои сознания. Так думает совет. Да, нам иногда приходится занимать сознания людей. Мы пользуемся их жизнями и телами. Я согласен с тобой, это зло. Но, к сожалению, другого пути нет. Нам приходиться жертвовать людьми убивая единицы, чтоб жили миллионы, да что там миллионы – миллиарды разумных, в мире и процветании. Поверь это меньшее зло.

– А разве нельзя совсем без зла?

– Нет. «Зло» должно быть иначе никогда не поймёшь, что такое «добро». Посмотри на ночь и посмотри на день. Не будет ночи, не будет и дня. Все в этом мире существует в гармонии. Белое и чёрное, ночь и день, зло и добро. Поверь это тяжкий труд управлять самоубийцами. Когда мы пришли, и стали править в этом мире его раздирали войны, разруха, преступность, безразличие и хищническое отношение к планете и её ресурсам. Я прожил на самом деле значительно дольше тебя. Это у меня двадцатое слияние, а у тебя первое. Во времена своего первого слияния я тоже мучился подобными вопросами. Мы ведь разумны и пытливы. Но старшие мне все объяснили, и вот теперь я пытаюсь донести до тебя всю важность нашей миссии в этом мире, да и в других мирах. Мы ценим каждого из нас. Нас очень мало и каждый из нас особо ценен.

– Ценнее обычных людей?

– Да. Мы как жемчужины на шее у аборигенки. Вырви любого и ожерелье станет другим, более коротким. Пойми нас очень мало. И каждый из нас должен быть именно на том месте, которое ему определили. Если мы сами будем решать, чем нам заниматься мы скатимся до уровня толпы. Мы перестанем быть ожерельем жемчуга, мы станем песком под ногами других видов.

– Придут другие и будут нами управлять?

– Это правильная мысль дружище.

– Но нас ведь не звали сюда.

– Ты думаешь, служащие этого отеля будут убирать в нем, если исчезнет управляющий? Нет, конечно, они просто будут спать или разбегутся. А разбегутся почему? Да по тому, что в свинарнике никто не захочет жить, и они останутся без работы и без денег. Они сами будут в этом виноваты, но будут винить администрацию, так как те не поставили нового управляющего. Мы ведь не ограничиваем их, мы их развиваем и даём им возможность жить сыто. Мы просто управляющие этого мира. Без нас они опять загадят свою планету, начнут воевать и убивать себе подобных.

– Значит мы именно та сила, что созидает?

– Да, мы именно то, что нужно этому миру и это их великое счастье, что мы пришли.

– Но почему мы это делаем тайно? Прячась от людей под защитой оболочек их тел.

– Им так легче. Есть люди, которые знают о нас. Их не много, но они есть. Они смогли принять нас, так как их уровень сознания себя выше среднего. А любой другой житель планеты никогда не примет нас как правителей. Они вооружаться, и пойдут на нас войной ради «свободы» совершенно не понимая, что именно мы те управляющие, которые заставляют их подметать свой дом, чтоб именно им было в нем так комфортно жить. Вот почему.

– Я понял, спасибо тебе друг.

– А зачем ещё нужны друзья, как не помочь в трудную минуту волнений первого слияния.

Поселок Инзи, хутор Вар, лекарь Урги

Дорога по заснеженному лесу выматывала Урги. Он ругался по-чёрному, каждый раз поскользнувшись на скользком, покрытом коркой льда, валуне. Это была самая сложная часть пути. Главное было пройти распадок, где ручей разделялся на много ручейков. Дальше ручей тёк не так быстро и берега были суше. Вскоре трудный участок пути остался позади. Урги облегчённо вздохнул, проверил свою драгоценную поклажу и двинулся дальше, к водопаду.

Через час вдумчивой ходьбы он вышел к небольшому озеру. Именно вода, падавшая с высокой горы, имела уникальные свойства. Урги аккуратно распаковал сосуд и подошёл к водопаду. Вставив в горлышко сосуда лейку, он подставил его под струи воды. Брызги воды моментально залили руки Урги, образуя корку льда. Но «медведю» было все равно, он не ощущал холода, он ощущал силу воды, что передавалась ему. Набрав полную флягу воды Урги, аккуратно закрыл её пробкой и стал упаковывать. Чтоб ноша не так давила на спину он, по сложившейся привычке, пошёл к ближайшим соснам наломать лапника. Когда он подошёл к ним, его удивило, что первые пару сосен оказались страшно изломанными, будто медведь в них валялся. Урги сделал ещё шаг, наступил на что-то мягкое и услышал слабый стон.

Поселок Инзи, хутор Вар, Охлом

Уже день близился к закату, а Урги все не возвращался от источника. Урги был моим соседом, и я прекрасно видел его дом. Странно. Урги хоть и увалень, каких поискать, но не на столько, чтоб потеряться в лесу, тем более в знакомых ему местах. Я кликнул своего старшего сына, мы взяли лыжи и двинулись к водопаду. Не скажу, что многие в посёлке любили Урги, но он был единственным лекарем в округе и без него мы могли просто не выжить.

Взяв с собой охотничьи топоры, на длинных рукоятях я с сыном вышел с хутора и двинулся к лесу. До заката была ещё пара часов, и мы рассчитывали засветло вернуться, даже с Урги на волокушах.

Подойдя к самому лесу, мы увидели на тропе его медвежью фигуру. Я с облегчением вздохнул и поспешил ему на помощь. Урги с натугой тянул волокуши. Зверя что ли заломал? С него станется.

Но это оказался не зверь. На волокушах лежал мужик весь в снегу и в крови. Лишь лёгкое облачко пара, что подымалось из его открытого рта, говорило, что он ещё жив.

– Это что Урги?

– Человек, что не видишь?

– Откуда?

– Под водопадом откапал в снегу. Засыпало его или провалился. Видать пытался спуститься по скале сверху и упал. Я лапника пошёл наломать, вижу, все сосны поломаны. Чудно думаю. Иду дальше, тут мягкое под ногой и стон слабый. Стал снег копать, вот выкопал.

– Лечить будешь?

– Нет б… на мясо везу. Ты совсем дурак Охлом. Что ж ещё, как не лечить. Человек то жив ещё.

Глава 2. Находки. Часть 2

Город Нерим, Институт прикладной кибернетики при региональном отделе Службы безопасности объеденных миров. Руководитель проекта Аркус Дайм

– Доктор Дайм. Сознание пациента распадается. Что делать?

– Физиологические параметры?

– Приборы показывают «норма».

– Тогда ничего не делайте. Это проблема сознания. Он либо выживет, либо погибнет. Все зависит от его желания жить. Мы тут бессильны.

Посёлок Инзи, хутор Вар, лекарь Урги

Охлом с сыном помогли мне дотащить паря до хутора и перенесли в мой дом. Сняв с него одежду, я осмотрел тело. На нем не было живого места. Перво-наперво я вправил ему ребра и туго спеленал их. Он задышал ровнее. Окурив его дурман травой, я стал вправлять ему остальные кости, перетягивая их лубком, шил рваные раны. Затянув ему руки и ноги на палки, я уложил его в постель. Дурман трава ещё действовала, и хворый лежал смирно. Это пока. Закончив с тяжкими травмами, я оставил паря и пошёл готовить травы. Очнётся, боль придёт к нему, напоить надо будет травами от горячки да от боли.

Уж было за полночь, когда я услышал стоны хворого. Отпустила его дурман трава. Я налил пол кружки отвара от боли, сдобрил её горечь ложкой мёда и зашёл в комнату. Тело паря горело. Пот крупными каплями выступил на лице. Он бредил и говорил на разных языках. Лишь несколько слов я понимал из того что говорил он. Осмотрел его ближе. Странный он был. Лицо его как бы плыло, меняя лик. Вдруг его бред прервался, и он открыл полные боли глаза.

– От боли отвар, – сказал я, показав на кружку. – Ты лежи паря, сейчас напою тебя сам. Побился сильно ты. Спеленал я кости твои. Жить будешь. Терпи.

Я присел на край кровати и, приподняв одной рукой его голову, стал отпаивать его. Он пил мелкими глотками, вдохов по десять отдыхая после каждого. Как допил он траву от боли, я принёс отвар от горячки. Разбудил его и напоил вдругорядь.

– Спасибо тебе. – Сказав это, он впал опять в беспамятство. Трава от боли проявила себя.

Город Нерим, Институт прикладной кибернетики при региональном отделе Службы безопасности объеденных миров. Руководитель проекта Аркус Дайм

– Доктор Дайм. Пациент стабилизировался. Мозговая деятельность ещё хаотична, но основные показатели активности мозга в норме, если можно так сказать.

– Значит, сила жизни в нем оказалась сильнее. Это прекрасно, не надо будет опять искать материал для исследований. Будем работать с этим материалом.

Дверь в кабинет открылась, и вошёл комодор Нерима от гос-безопасности.

– Добрый день Аркус. Как ваши успехи?

– Прекрасно комодор.

Посёлок Инзи, хутор Вар, лекарь Урги

Шли дни. Парень выздоравливал и все реже бредил. На третью неделю я снял с него лубки. Кости уже срослись, но пока я запретил ему вставать. Чтоб кости окрепли, надо было ещё неделю полежать. Согрев воды я помог ему вымыться и переодел в чистое белье. Тём сидел на лавке и потихоньку хлебал мясной отвар. Его тело было сильно истощено, и я откармливал его, постепенно отпаивая разными отварами. Приходил князь. Интересовался им, но он как раз был в беспамятстве и я пообещал князю, что как паря окрепнет дам ему знать.

В один из вечеров, когда он уже чувствовал себя лучше, я попросил его рассказать, откуда он и как его звать.

– Тяжёлый вопрос ты задал мне Урги. Мне б самому с этим определиться. Ну, раз просишь, расскажу, как помню.

Наш флот вылетел навстречу кораблям Локуса, чтоб отогнать их от Алсета. Это планета, на которой я тогда жил. Отогнать их была задача минимум, а максимум – мы хотели захватить один их корабль. Уж очень они были огромными и мощными. Нашей колонии хотелось иметь хоть один такой крейсер. Для захвата крейсера с нами летели корабли с десантом. Когда начался бой, я со своим крылом вступил в сражение с охранением одного из крейсеров. Мы теряли машину за машиной, казалось все, мы проиграли, но вдруг прилетели таны. Это было как чудо. Их оружие оказалось точнее и много мощнее нашего. Крейсер Локуса стал терять фрагменты обшивки и воздух. Мы воспрянули духом, и пошли в очередную атаку на крейсер, стреляя внутрь крейсера через пробоины в его корпусе, но вдруг крейсер окутался голубоватым свечением и ушёл во внемерный прыжок. Я был в тот момент слишком близко к его корпусу и меня, вместе с мусором увлекло во внемер. Последнее, что я помню это белое сияние и меня выбросило неподалёку от вашей планеты. Видимо мой корабль был не настолько близко к крейсеру, и меня выбросило из внемера на орбите вашей планеты. Мой корабль был повреждён, он терял воздух и топливо. Я был вынужден пойти на посадку. Сбросив из пробитых баков остатки топлива, я пошёл на аварийную посадку. В плотных слоях атмосферы, через пробоины стал пробиваться жар, с поверхности корпуса, выжигая все внутри. Я тянул до последнего, сколько мог, а потом катапультировался.

Спасательная капсула упала с той стороны гор. Местные жители оказались сильно агрессивными. Не дав мне сказать и слова, они попытались убить меня. Что мне оставалось делать? Пришлось им заплатить той же монетой. Моё снаряжение, не спасало меня от холода. Для работы ему требовалось электричество. Пришлось бросить все и переодеться в одежду местных. Потом было ещё пару не менее ожесточённых стычек, и я понял, что в том направлении далеко я не пройду. Вот я решил перейти горный хребет и поискать более вменяемых людей. Спасибо тебе Урги, огромное, что спас меня и вылечил. Не зря я шёл.

Что касается имени моего, то зови меня Тём. Это более-менее верное имя.

– Получается, ты прилетел с неба? И там есть жизнь?

– Есть Урги. Я бывал в разных мирах. Мне даже довелось живого Бога видеть в одном из миров.

– Живого Бога?! Разве Бог мёртвым бывает?

– Ты не понял меня Урги. Бог прикасался ко мне и говорил со мной. Это не то же самое, что верить в него. И не то же самое, что верить в писания глядя на нарисованные иконы. Уж поверь мне. Он коснулся меня своей рукой. Он вылечил раны мои одним своим прикосновением.

– Да, чудеса. И каким он был?

– Как человек, только раза в два выше меня и с драконьими крыльями за спиной. В глазах его трепетали языки пламени. Он прилетел ко мне как дракон огненный и улетел также.

– Тём, ты просто демона какого-то описал. Может ты ошибся, не Бог это был?

– Это был Бог войны Кладриэль. К нему я тогда взывал за помощью. В том мире было пять главных Богов, и старший из них был Зильмарон.

– Не слышал такого.

– Конечно, не слышал. Это было в совершенно в другом мире, даже не в том, откуда я сюда прилетел сюда.

– Ты не прав Тём. Бог един для всех существ. Просто мы видим, возможно, его слуг или видим его по-разному, или слушаем его и не понимаем в меру своей убогости ума, и не до конца понимая его замыслы.

– Возможно, ты прав Урги. Возможно, я видел его слуг. Кладриэль об этом мне не говорил. Одна из сущностей, живущих во мне, говорит, что это были не Боги, а эльфы – волшебные существа, достигшие в использовании магии высшего уровня. В своём развитии они вышли за пределы ограничения своего тела. Они стали основателями мира и управляют им.

– Вот ты уже и сам себе перечишь. То ты видел Богов, теперь неведомые эльфы. Ты уж определись. А что за сущности живут в тебе?

– Сложно сказать. Я чувствую, что это как разные части меня. Раньше так не было, а сейчас я все больше чувствую, что они просто разрывают моё тело на части. Будь-то исчезла какая-то преграда. Особенно сильно они мучают меня по ночам, во сне.

– Я слышал твой бред. Можно попробовать изгнать их из тебя.

– А ты сможешь?

– Не знаю, пару раз изгонял демонов из одержимых. Сложно утверждать. Надо пробовать.

– Так давай попробуем.

– Слаб ты ещё. Потерпи, вот сможешь дрова колоть – тогда и попробуем.

*****

После этого нашего разговора прошло больше трёх недель. Тём с каждым днём все больше и больше набирался сил. И вот наступил день, когда он смог одним ударом топора развалить чурбан. Он позвал меня и при мне развалил другой чурбан.

– Урги, как, сила вернулась ко мне?

– Вернулась, и мне как лекарю это радостно. Будешь хорошим работником по весне. Что ж, пора и твоими демонами заняться. Коли пока дрова, а я пойду, приготовлюсь.

Я вернулся в дом готовиться к изгнанию демонов из тела Тёма. За окном бойко стучал топор. Но вот он смолк. Я посмотрел в окно и увидел во дворе князя. Как он не вовремя.

Посёлок Инзи, хутор Вар, Тём

Сила в мышцах бурлила. Мне было радостно. Крепкий мороз не был помехой, от работы тело разогрелось, и от меня густым облаком поднимался пар. Я вошёл в раж и рубил дрова как врагов, вонзая топор в древесину, заставляя щепу лететь во все стороны. Топор тонко звенел при каждом ударе. Эта музыка была мне наградой. С каждым ударом топор все чище разваливал чурбаны. Мне показалось, что он не просто звенит, он смеялся и пел. По топору даже проскакивали знакомые голубоватые сполохи. Не иначе проявления меча Вольного Ветра. Я поискал на поясе меч и нашёл его. Это поразило меня ещё больше, и я с удивлением уставился на него. Я ведь не видел его со времён того самого последнего задания на Алсете. Я покрутил меч в руках и почувствовал на себе взгляд. Обернувшись к воротам, я увидел богато одетого мужчину. Одежда на нем была странной. Сапоги и штаны были явно местного покроя. Но на груди у него был одет вполне современный, сильно потрепанный, бронежилет, из-под которого торчала толстая меховая рубаха. На плечах у него был тяжёлый, до самой земли, меховой плащ. На поясе с одной стороны висел меч, а под правой рукой висела кобура с торчащей из неё рукояткой пистолета. На бронежилете было несколько карманов. В одном торчал рукояткой вниз армейский нож, а рядом, напротив сердца из другого кармана торчала рукоятка другого пистолета, явно меньшего размера, чем тот на поясе. Пояс, как и бронежилет, был густо утыкан небольшими подсумками с запасными обоймами. Справа на груди болталась граната, явно осколочная, судя по крупной нарезке по корпусу. За ним стоял его конь. За воротами виднелись головы ещё пяти всадников. Дождавшись пока я его внимательно рассмотрю, мужчина двинулся ко мне. На ходу он стянул перчатки, и уже подойдя ко мне, он протянул мне руку.

– Князь Гаусс.

В моей правой руке до сих пор был меч. Я просто воткнул его в снег и пожал руку князя.

– Тём, – ответил я.

Князь удивлённо посмотрел на воткнутый в снег мой меч. Тот на глазах растаял и исчез, как и не было его.

– Смотрю окреп. Урги отличный лекарь. Думал не жилец ты.

Я видел, что князь изо всех сил старается не спросить про меч, чтоб не показать своего удивления. Держит марку, не буду ему мешать.

– Спасибо Богам за их щедрость к Урги, что наполнили его душу сочувствием, добротой и знаниями. Кабы не он, замёрз бы я.

– Да, знатный он лекарь. Меня тоже на ноги ставил. Он единственный кто дань мне не платит.

– У вас ко мне дело или просто к Урги в гости заглянули? Так он в доме, могу позвать.

– Мне интересен ты. Урги я знаю. Расскажешь о себе? Интересно мне.

– Отчего не рассказать, не вижу в истории своей ничего недостойного.

– Добро, жду тебя в замке к ужину. Не прощаюсь. Урги, моё почтение.

Князь развернулся и пошёл к выходу. Как калитка за ним закрылась, из дома вышел Урги.

– Что князь хотел?

– Тебе привет передал, а меня на ужин пригласил в замок.

– Что ж сходи. Раз князь пригласил полюбовно, то грех нос воротить.

– Что значит полюбовно?

– Ну не силой же он тебя в замок поволок. Мог бы с людьми приехать и силой тебя в замок увезти. А так видишь, с коня сошёл, сам подошёл, проявил уважение.

– Тогда надо тоже проявить уважение, уж демоны мои подождут, дольше ждали.

Город Ридер, комендатура города, инспектор Понски

Мы пробыли в Лаотопе ещё пару дней, пока поисковая группа не нашла затонувшую капсулу. Как я и предполагал, там больше не было ничего интересного. Так, более-менее цельная установка спасения.

Вместе с Лигоном и находкой мы прибыли на полигон, а потом вернулись в комендатуру на свои рабочие места. Шлем передали кибернетику комендатуры. Ему мы доверяли больше чем инженерам с полигона. Янч был на редкость скрупулёзен в своих изысканиях, и мы не ждали от него быстрого ответ.

С того момента как я поговорил с Лигоном и признался в находке шлема меня будто отпустило. Я опять чувствовал себя отлично. Когда я сообщил другу об этом, он сказал: «Да, ты оступился, но видишь, мы ценим каждого из нас и я в первую очередь подал тебе руку. Вот если бы ты был человеком, тебя могли бы и разжаловать и выбросить из участка. А так, моя своевременная, дружеская помощь помогла тебе выдержать этот удар и следующий не собьёт тебя с ног». Я был рад такому пониманию. Отношение ко мне не изменилось, и я с ещё большим рвением углубился в свою работу.

Окрестности посёлка Инзи, замок, князь Гаусс

Приехал я в замок в противоречивых чувствах. Я не знал как вести себя с Тёмом. Такого я ещё не видел, чтоб вещи сами по себе исчезали. Может он маг и древние сказки не врут, что была магия в нашем мире. Что ж придёт, послушаем.

За час до заката мне доложили, что прибыл Тём. Я приказал привести его в мой кабинет и накрыть стол к ужину.

Он пришёл опрятно одетым, не таким расхристанным, каким я его видел на подворье у Урги. Явно он использовал время для поправки своего гардероба. На его плечах я узнал тёплый плащ Урги. Что ж и это понятно.

– Проходи, садись за стол путник. Выпьем вина для аппетита.

– С удовольствием. – Кивнув как равному, сказал Тём и, расстегнув пряжку плаща, сбросив его с плеч, повесил на спинку стула. Вторым движением он вынул пару мечей из-за пояса и проложил их на полку у камина. Снял перчатки.

Эта пара мечей, ни на что не похожих приковала моё внимание. Тём проследил за моим взглядом. Улыбнулся своим мыслям. Он понял моё удивление.

– Давайте выпьем по первой князь Гаусс, и я расскажу, как я обрёл эти клинки.

******

Рассказ он закончил далеко за полночь. Я сидел, и обалдело его слушал. Это было все настолько удивительно и фантастично, что я с трудом верил его словам. Я ведь прекрасно помнил, что все попытки нашей цивилизации покинуть пределы родной планеты не привели к ощутимым результатам. Все стартующие с поверхности ракеты сгорали, достигнув потолка в сто километров. А он рассказывает о других мирах, о полётах в космосе.

– Интересно рассказываешь Тём. Но не верю сказкам твоим я.

– Воля ваша князь, верить или не верить. Но все, что я рассказал чистая правда. Расскажите о вашем мире, мне тоже интересно, куда я попал.

– Ладно, будем считать, что я тебе поверил. Меч твой уж сильно смущает меня. Раз он есть – значит и реальны те миры.

Знаю я не много о нашем мире. Лет сто назад началась большая война за ресурсы. Все страны, как безумные начали создавать огромные армии не считаясь не с какими затратами и атаковать друг друга захватывая земли и вычерпывая из неё ресурсы для постройки ещё большего количества техники и создания ещё более многочисленных армий. Вся экономика планеты была направлена лишь на войну. Люди гибли миллионами и даже сотнями миллионов. Масштабные сражения выжигали города, деревни, да и просто саму землю. Тридцать лет такой войны привели к почти полному уничтожению населения планеты. Мы лишь жалкие остатки былого величия нашей расы. Последние семьдесят лет мир стремиться к закату. Многие технологии утрачены. Мы превратились в падальщиков, что живут на свалке и питаются, перебирая отходы. Мы уже не можем производить ничего. Источники атомной энергии иссякают, разрушаются, приходят в негодность, взрываясь, и отравляя своим выхлопом все, что ещё было хоть немного пригодно для жизни.

Двадцать лет назад я продал источник энергии, которым владел и ушёл с группой своих людей в эти горы. Я случайно обнаружил карты генштаба и нашёл пару мест не сильно загаженных войной. Это место было ближе всего. Когда мы пришли сюда я, имея ещё рабочую строительную технику, на последних остатках топлива построил этот замок. С тех пор княжу в этих местах. Местные меня приняли, так как я перекрыл своими войсками перевал, через который в долину приходили банды. Теперь они под моей защитой. Это Инзи, Сул, Хорик, Крест и более сотни вполне зажиточных хуторов. Время от времени я, со своими воинами, делаю вылазки во внешний мир. Есть планы расширить княжество. Но мне нужны сильные помощники.

– Вы хотите предложить мне службу?

– Нет, с таким твоим мечем – только партнёрство. Будь моим товарищем и полководцем. Я ведь хоть и был полковником, но службы снабжения, а у тебя есть опыт реальных боев. Ты был воином в тех мирах, тебе и быть на острие атаки. Тем более, что такой меч не должен ржаветь в ножнах.

– Простите князь. Я пока устал от войны. Нет в войне ничего интересного. Это кровь, грязь и предательство.

– Но это и отвага, героизм, братство, самопожертвование, вера в лучшее будущее!

– Чьё князь?

– Что чьё?

– Чьё лучшее будущее?

– Твоё, моё, людей, которые пойдут за нами, наших и их детей.

– Не верю я этому князь. Посмотрите на ваш мир. Кто-то начал войну за чье-то лучшее будущее и чем это закончилось?

– Да, тут ты прав.

Я крепко задумался. И было о чем. Я посмотрел на Тёма и увидел, что его фигура засветилась белым сиянием и стала прозрачной. Рядом с ним стояла другая фигура вся белая и блестящая. Вдруг как с глаз упала пелена, и все стало, как будто ничего не произошло. Я потёр виски и посмотрел на часы – было пять часов утра. Посмотрел на стол, увидел десять бутылок вина. Ох, грехи мои тяжкие.

– Князь, вижу вы устали, утро уже, да и я устал, идёмте отдохнём.

– Идём. Помоги мне встать.

Тём поднял меня из-за стола. Я позвонил в колокольчик, пришли слуги. Я сказал им устроить путника как моего гостя и сам пошёл в опочивальню. Надо было с этой информацией переспать.

Замок князя Гаусса, Тём

В начале повествования князя я удивился, что он ни словом не обмолвился о мире до войны. Мне было это странно, хотя может у них табу на это. Чужой мир, чужие правила.

По ходу нашей беседы меня время от времени клинило, как в момент внемерного перехода, но видимо князь ничего не замечал. И это тоже было мне странным. В какой-то момент князь задумался, и меня накрыло по-взрослому. Вся картинка замерла и стала как вырезанной из картона. Рядом проявилась фигура в лабораторном халате.

– Здравствуйте Тём Ветрофф, я руководитель проекта «Просвет» Аркус Дайм.

От его слов меня переклинило ещё больше. Получалось, что он вышел со мной на связь с далёкой космической станции. Хотя князь упорно доказывал, что ракеты в космос не летают.

– Пока просто послушайте меня. Мы находимся в разных временных потоках, и у вас время течёт значительно быстрее. Мы долго и давно пытались выйти с вашим миром на связь. К сожалению, далёкие космические расстояния делают невозможными наше прибытие, возможен лишь телепатический контакт. Вы один из немногих кто в состоянии нас слышать и практически единственный кто обладает достаточно здравым рассудком и достаточным багажом знаний. Попробуйте заручиться поддержкой князя, а мы поможем вам информацией и знаниями.

– Простите, но зачем вам это?

– Мы пытаемся вас защитить. В Вашу сторону летит колониальный флот прайсов. Это очень жестокая и рациональная раса. Мы дали им жестокий отпор и они отступили. К сожалению наших сил было не достаточно, чтоб уничтожить их. Видимо они посчитали, что завоёвывать нас им будет слишком накладно вот и выбрали другой вектор. Теперь они летят в вашу сторону. Мы не в силах их остановить.

– Сколько у нас есть времени?

– Не могу сказать, знаю, что вы далеко, но, на сколько, мне не известно. Все, силы оставляют меня. Как смогу выйду опять на связь.

Человек растаял, и все вернулось в норму. Я был в лёгком шоке. Посмотрел на стол. Может вина перепили с князем? Ладно, надо спать идти.

*****

Утро ознаменовалось лёгким похмельем и обедом. Завтрак мы успешно проспали. Дружинники князя уважительно на меня смотрели. Как никак с князем, за столом, второй день.

Отобедав, мы перешли в кабинет князя.

– Ну, как тебе моё предложение?

– По утру не такое у меня мрачное настроение. Что ж, возрождение цивилизации не такая плохая задача. Сразу предупрежу об одном, я хоть и воин, но не садист и не каратель. В карательных экспедициях участвовать не буду и вам этого не позволю.

– Тогда по рукам, – обрадовался князь, – постараюсь найти твоему мечу достойное применение. Будешь моим первым рыцарем.

*****

Вернувшись в дом Урги, я все рассказал ему. Урги, молча, выслушал мой рассказ.

– Надеюсь, князь сдержит своё слово. Знаю, Инзи да и другие посёлки он не тронет и наш край не пострадает. Эти земли для него заповедные. А вот, что он творит за горами, никто не ведает. Ездит он туда только со своею дружиною. Другое меня волнует, демон, что к тебе приходил. Странно это.

– Не демон это Урги. Это люди из другого мира и они нам хотят помочь. Они видят нас и помогут нам знаниями.

– Не факт. Кто их демонов знает, что они замышляют. Странно это все. И твоё появление, и твои демоны, и твой меч волшебный, и разговаривают с тобой наяву как во сне.

– Разве в вашем мире нет колдовства? Ты и сам вроде колдуна или мага.

– Глупости это все. Я просто вижу потоки силы, что пронизывают всех. Никто не ведает, где я родился, и я себя маленьким не помню. Может, я также, как и ты появился в этом мире. Прилетел из ниоткуда, только не помню я этого.

– Поясни.

– Да просто все. Осознал я себя стоя в глубокой воронке, а надо мной стоял гриб ядерного взрыва. Нет существа, способного выжить в этом адском пламени. А я выжил и ушёл. Нашёл эту долину и стал жить здесь. Я не знаю что я такое, как и ты. Я порождение прошлой войны. Мне этот мир лечить от хворей телесных, а тебе быть погонщиком, загоняя паршивых овец в стадо, дабы пастух тешился, и овцы бели целее и жирели. Так я вижу.

– Не вижу ничего плохого в этом Урги. Это закон жизни социума. Правда, иногда, от жадности пастухов происходят такие войны. А вот то, что осознал ты себя в эпицентре ядерного взрыва действительно странно. Этого просто не может быть, в моем понимании.

– Но так оно и было. И я вижу, что от всех разумных существ ниточки тянуться наверх, как к кукловоду. От меня их нет. Их нет от князя и ещё от пары – тройки людей, что я видел. А от тебя эти нити как канаты. Ты связан с кукловодом напрямую. Он тебя ведёт и только на тебя и смотрит. Нет у тебя своей воли. Вся она от него.

– Это глупость Урги. – Я вынул меч Вольного Ветра. – Он прошёл со мной много разных миров. Он в моих руках и нет силы, что может ему противостоять, кроме мечей ему подобных. Ему нет преград.

Я, разгорячившись, рубанул мечем воздух и он отвалился пластом открыв серую, бесцветную мглу.

Город Нерим, Институт прикладной кибернетики при региональном отделе Службы безопасности объеденных миров. Руководитель проекта Аркус Дайм

– Прекрасно доктор Аркус. Расскажите подробнее о своём проекте и его перспективах. На ваш проект, на сегодня, затрачено около девяти миллиардов. Сумма не малая. А в свете последних технических данных, полученных от наших новых союзников ваш проект бесперспективен. Просмотрев отчёты по вашему проекту, я не вижу смысла его продолжать и усугублять траты. Я уж хотел его закрыть, но новые данные о проекте вызвали мой интерес и я решил лично зайти и послушать вас.

– Это очень приятно, что вы не относитесь к работе формально комодор. Действительно, несколько лет мы топтались на месте. Это, к моему глубокому сожалению, неизбежный момент исследований.

Первоначально мы планировали на нашей модели проводить социально-политические эксперименты по управлению страной. Вводя разнообразные переменные, мы хотели увидеть изменения в обществе которые могут произойти от внедрения разных технологий, изменения законов, норм морали. Таким образом, в нашей модели мы хотели прогнозировать социально-политические изменения и на их основе давать рекомендации о целесообразности принятия новых законов, использовании новых технологий для Службы безопасности объединённых миров, да и для правительства. Вводя матрицы личностей политиков, мы могли бы прогнозировать возможные варианты выборной компании, их поведения. Грубо говоря, мы пытались создать параллельный мир, в котором мы могли бы менять законы и устраивать эксперименты до принятия законов и внедрения новых технологий в нашем мире. Мы смогли бы увидеть, к чему эти изменения приведут.

– Но?

– Да, но все пошло не совсем так, как мы хотели. Толи мы ввели неверные данные, толи ошиблись в программировании ключевых фигур. Мы так и не нашли ошибки. Просто в виртуальном мире началась полномасштабная война, грозящая взаимным уничтожением. Все наши попытки косвенного влияния и управления не привели ни к чему хорошему. Мир стремительно самоуничтожался.

– Может вы были слишком точны профессор. Мы действительно очень агрессивный вид.

– Тем не менее, мы не самоуничтожаемся.

– Это на самом деле не заслуга социума профессор. Это заслуга нашей службы и правительства. Не зря мы постоянно провоцируем и поддерживаем управляемые военные конфликты на периферии. Это для того чтоб в метрополии люди жили спокойно. Продолжайте.

– После серии масштабных воен мир стабилизировался перейдя в состояние борьбы за выживание. Некоторые анклавы имеют уже стабильную экономику. Мир постепенно отстраивается заново. Конечно, потребуется для этого некоторое время. И мы нашли новое решение.

Наш последний эксперимент имеет две цели. Первое – дать безнадёжно больным людям и калекам возможность полноценной жизни, это для прессы на всякий случай. И второе, наша основная задача – ввести в мир реальные живые сознания людей, для большей стабильности виртуального мира.

– Это пока грандиозные планы, но я не вижу реальной отдачи от них в нашей реальности. Прогнозировать политиков и социальные изменения мы в состоянии и так. У нас есть для этого с десяток разных схем и методов. И до сих пор они себя прекрасно оправдывали.

– Согласен, схемы и методы работают, но соседний отдел занимается разработкой военных боевых машин. У них самая большая проблема это создание искусственного интеллекта. У нас же есть более ста миллионов разумов. Достаточно подключить механизмы к нашей реальности и весь их металлолом превратится в батальоны.

– А будут ли они сражаться за нас?

– Почему нет? Будут, только не за нас, а за себя, за свой мир. На них нападут кровожадные инопланетяне, и они будут ожесточённо от них отбиваться. В нашем же мире они будут просто уничтожать цели, которые мы им укажем и пометим как враждебные. И у нас есть для этого неплохой командир.

– Где вы его взяли?

– Подобрали из мусора в системе Алсет. Его мозг был ещё жив. Мы были этому поражены и решили не упустить такой возможности.

– А остальное?

– Верите, проще было бы его добить. Таких имплантов ещё не делали.

– Кто он?

– Командир первой эскадрильи Алсета Тём Ветрофф.

– Б……! Вы в этом уверенны?!

– Точно, мы провели анализ и связались с комодором Алсета – его считают погибшим в сражении. Наши суда всегда роются только в обломках, после проведения всех церемоний и похорон. Ничего незаконного. Вы знали его лично?

– Не совсем лично, но знал. Даже не знаю, что вам посоветовать. Лучше б вы его не нашли.

– Мы месяц его стабилизировали. Он сейчас в отличной форме и прекрасно себя чувствует в новом мире. У него уже нарисовалось там будущее.

– Что много сил потратили?

– И средств тоже.

– Ладно. Работайте. За отчётами буду приходить лично и начинайте работать с соседним отделом плотнее. Мне нужен второй иностранный легион. Будут проблемы с Ветроффым, вызывайте меня лично. С ним могут быть связаны серьёзные изменения в вашем виртуальном мире, он личность неоднозначная. Следите за ним, но аккуратно.

– Сделаем все возможное комодор.

Город Ридер, комендатура города, инспектор Понски

Единственное, что в последнее время отравляло мне жизнь так это ночные кошмары. Сны были очень живыми. То я летал на космических истребителях, причём на разнообразных типах, то находился среди странных существ похожих на насекомых, то это были люди, обладающие магическими способностями. То люди были самыми обыкновенными, только дремучими. Я метался в разных мирах. Я страдал от боли как от телесной, так и от душевной. Лишь глаза удивительного старца смягчали эту боль.

Днём было легче, фантомы отступали, я с головой окунался в работу, а ночью они приходили вновь. После одной такой ужасной ночи я не выдержал и подошёл к Лигону.

– Мне опять нужна твоя помощь друг.

– Опять терзают сомнения.

– Нет, сны.

– Хорошо. Встретимся вечером после работы.

Вечером он зашёл за мной, и мы поехали ко мне домой. Он посчитал, что дома мне будет легче, и он был прав. По дороге мы прикупили пива и всяких разностей к нему. Лигон взял на завтра выходной и себе и мне. Я всегда поражался его внутреннему чутью.

Почти до двух часов ночи я рассказывал ему свои сны. Он, молча, слушал, не перебивая.

– Очень странные сны. Ты рассказываешь так, будто сам их прожил.

– Это как раз больше всего меня удивляет. Сны настолько линейны, как повесть. Я уже просто боюсь ложиться спать.

– Я на днях разговаривал с Янчем. Он уверен, что этот шлем более сложное устройство, чем просто шлем пилота. Это часть установки для переноса сознания. Изначально он несёт в себе сложный интерфейс управления космолетом, это основная его функция. Другая, это перенос сознания в критической для пилота ситуации.

В этот шлем внесена модификация. Та деталь, что не штатно установлена на нем является чем-то вроде хранилища для сознания. В норме сознание переносится в другое место, но в этом шлеме сознание хранилось именно на том модуле. Так считает Янч.

Из всего этого я могу сделать вывод, что одев шлем, ты получил сознание пилота управлявшего космолетом. Это единственное правдоподобное объяснение происходящему с тобой. Скорей всего это сознание заняло мозг оригинального Понски.

– Разве такое возможно?

– Получается, возможно. В данный момент это сознание пытается пробиться на верхний уровень твоего восприятия. Развитие событий предполагает два решения: первое – перенос тебя в другое существо и новое слияние, хотя это рискованно; второе – ты должен сам победить в этой схватке за владение телом. Лично я как твой старший товарищ за первое, но как инспектор и твой прямой начальник предпочел бы второе. Я хочу знать, что ты достаточно силен, чтоб погасить любое вторгшееся в твой разум сознание. Поверь это не просто битва, это битва за твое сознание. Если ты не сможешь победить внутри себя, то, как ты сможешь управлять миром, если не смог управлять своим разумом.

– А перенести это сознание обратно в шлем?

– Не знаю, нужна вторая часть оборудования, а лучше вся установка в работоспособном виде. По мнению Янча установка не селективна и перенесет все, включая твое сознание и остатки сознания оригинального Понски. Самое верное это использовать ментальный контроль и задавить ту сущность, точно так, как ты это сделал при слиянии. Я считаю, что теперь, когда ты понимаешь проблему, ты не должен отступать и искать легкие пути. Ты должен сам пройти свой путь. Я лишь могу направить тебя и поддержать в твоей битве.

– Это потребует времени.

– Я его дам тебе. Запомни, победа любой ценой. Только победив, ты сможешь уважать себя. Начнем завтра, вот тебе снотворное, выпей его и выспись без снов, а завтра проснувшись, начинай подавление сущности. Я приду немного позже и буду тебя контролировать.

Лигон передал мне упаковку таблеток.

– Двух будет более чем достаточно.

Я принял две таблетки. Лигон помахал мне на прощание и пошел. Я лег на кровать и закрыл глаза. «Сегодня я высплюсь».

Город Ридер, комендант города, полковник Ельзу

Было уже далеко за полночь, когда раздался звонок в дверь. Я страшно удивился этому. Кто решил, что может беспокоить меня в такое время. Раздосадованный я пошел открыть дверь.

– Доброй ночи полковник, – на пороге стоял Лигон.

– Вы считаете это хорошей шуткой инспектор?

– К сожалению, мне не до шуток полковник, позвольте пройти и доложить.

«Что ж, значит, надо его выслушать. Лигон один из старейших инспекторов комендатуры». Он прошел в главную комнату и уселся на диван, как у себя дом. «Ну, ну послушаем».

– Итак?

– У Понски серьезная проблема. Я не знаю что делать. Его разум подвергся ментальной атаке другой неизвестной сущности, и она постепенно берет верх над ним. Сейчас он спит и проспит до утра. У нас есть время, чтоб принять решение.

– Аргументируйте.

Рассказ Лигона уложился ровно в десять минут.

– Его ум слаб полковник. Он слабое звено и его надо уничтожить вместе с той сущностью. Она влияла на него, даже не сливаясь. Вдруг это пойдет дальше. Мы не можем так рисковать.

– Был бы он аборигеном, но нет, он один из нас. Я тоже не могу принять решения, хотя склоняюсь в сторону вашего. Оставлять его в живых это рискованно. Пусть пока спит. Завтра, мы вместе пойдем в зал совета и зададим этот вопрос мудрым. Как они скажут, так оно и будет.

– У меня нет доступа в совет, я простой инспектор.

– Уже не простой, вас прочат на мое место. Завтра утром вы получите соответствующее предписание и допуск в святыню. Я хотел вас порадовать завтра торжественно. Так оно и будет, но после совета у мудрейших.

Поселок Инзи, хутор Вар, Тём

Мы минут пять удивленно пялились на серый туман, пока прореха сама собой не затянулась.

– Что это было Урги?

– Это было ничто. Ты своим мечем нарушил ткань мироздания. Я не представляю, как это произошло и что такое твой меч.

– Меч это сила.

– Сила оно конечно да, но вот как её направить и как использовать – вот вопрос. Сам знаешь, обухом много не нарубишь дров, больше вспотеешь.

– Тогда будем искать, где у него острие.

Глава 3. Находки. Часть 3

Поселок Инзи, хутор Вар, лекарь Урги

Поговорив с Тёмом, я отправил его за водой к водопаду. Было страшно доверить ему сосуд, но я почему-то ему доверял. Странно. Собрав нужные травы, я сел за стол и стал рубить их и смешивать, подготавливая к ворожбе. Ворожба и свойства трав сами ко мне пришли. Меня никто не учил, я сам видел, как лечить людей, чем их окуривать, чем поить, а из чего и мазь делать. Знания приходили сами собой.

Мерно рубя ножом травы, я вспоминал свои первые дни. Я осознал себя стоя под огромным солнцем, что сжигало все, вокруг меня, своим сиянием. Песок плавился под ногами, невероятный ветер заворачивал оплавленный песок чудными лепестками, но меня это не касалось. Я был как приведение, как тень самого себя. Я впитывал в себя жизненные силы гибнущего мира. Его боль, разочарование, ожесточение, горе. Боль была особо сильным чувством, она была так многолика. Меня скрутило в тугой узел от всех этих чувств, я сорвался и полетел. Ощутил я себя цельным уже в этой долине. Я буквально наполнялся ее жизненной силой. Несколько месяцев я скитался по лесу, боясь выходить к людям. Потом меня нашел лекарь Кварт. Вот так я стал жить в его доме. Он учил меня всему, что знал, но я видел больше его и скоро стал делать все лучше. Он был щедрым и добрым человеком. Это он научил меня любить, заглушив своим отношением ко мне ту боль. Таким стал и я.

Прошло время. Кварт умер. Я стал местным лекарем. Я не знал, сколько мне жизни отмерено и уже подумывал о приемнике. Откопав в снегу Тёма, я подумал, что судьба сама послала его мне, но это была лишь ее шутка. Она зло пошутила надо мной. Что ж, очередной урок от судьбы. Спасибо тебе судьба за это.

Так за размышлениями я нарубил травы и стал собирать кучки травы в холстины.

******

– Держи Урги, свою банку. – Сказал Тём с порога.

Я взял из его рук суму и достал сосуд с водой.

– Голоден?

– Есть немного.

– Тогда давай перекусим и займемся твоими демонами.

Тём кивнул и стал собирать на стол. Жаль, что он скоро уйдет с князем. Но идущего не удержишь.

Город Нерим, Институт прикладной кибернетики при региональном отделе Службы безопасности объеденных миров. Руководитель проекта Аркус Дайм

– Нети, что там происходит? У меня на мониторе его сознание расщепляется на несколько потоков.

– Я сам ничего не понимаю. Я не могу попасть в это помещение. Его нет в программе.

– Как?

– Вот так, его нет. Дверь есть, но я не могу туда войти.

– Это что-то новенькое. А этот персонаж Урги, проверь его профиль.

– Нет такого профиля.

– Этого не может быть Нети. Это программа и мы управляем ею.

– Значит, не только мы или это порождение кода.

– Думаешь, мы создали саморазвивающуюся программу? Хотя вполне может быть. Слишком много было уничтожено матриц. Скорей всего это не затертый кластер или не до конца удаленный профиль. Что там по разработкам вторжения?

– Работаем. Пока создали структуру сообщества. Наполняем профилями.

– Хорошо, я пока займусь средствами переноса профилей и сознаний на транспортные матрицы.

Я вернулся к прерванной работе. Мне надо было создать условия для переноса сознаний на транспортную матрицу. Как это сделать я еще не представлял. Ведь кроме самого переноса надо было ввести в мир логичную систему транспорта. Нужно было создать у сознаний полную иллюзию технического устройства переноса, а его еще надо было изобрести. Хотя. Надо посмотреть базу данных любезно нам оставленную союзниками. Может там уже есть готовые решения этой проблемы. Помнится, перенос разума у них имеет место.

Поселок Инзи, хутор Вар, лекарь Урги

В густом дыму трав проступали новые сущности населявшие тело Тёма. Сначала из марева соткался веселый старичок, потом появилось два юноши лет двадцати-тридцати от роду. Все трое были как из разных миров, а Тём из четвертого. Хотя один юноша был сильно похож на Тёма, как младший брат. Другой юноша стоял в дивных доспехах и с мечем Тёма за поясом. Старичок был вообще невероятен, не походил он ни на кого более.

Тём лежал на лежанке в беспамятстве от дурман-травы. Первым я решил воплотить парня с мечем. Он один был спокоен и взирал на меня с любопытством. Окропив слегка его водой горной, я дал ему испить воды. Две кружки тому понадобилось, чтоб плотным стать.

– Привет тебе человек. – Первое, что сказал тот.

– И тебе привет, кто ты демон и что ты делаешь в сознании Тёма и почему у тебя меч его?

– Ну, во-первых, я не демон, на самом деле я первичная личность Тёма. Там история была, но она длинная, расскажу позже, как время будет. Меч этот мой, Источник Пламени Жизни дал мне его. Тём им пользуется, так как он и есть я. Часть меня, ставшая отдельной личностью.

– А другие кто?

– Второй это Тим, он это тело бросил, умирая, но, по-видимому, моя сущность не дала ему сгинуть вот он и живет рядом с нами. Третий это Иван Чай дух озера горного. В одном из миров Тём взял его на меч, так как дух просил его взять в миры другие, неведомые. Вот Тима воплощать не рекомендую, тормоз еще тот, мы его вместе с Иваном с огромным трудом удерживаем от глупостей, чтоб он Тёму жить не мешал.

– Да, удивил ты меня. Что ж, давай Ивана воплотим.

Я окропил фигуру Ивана и дал ему воды испить. Кружки тому хватило.

– Вот спасибочки, тебе Урги. Долго я ждал, мне поговорить надо было и с Артёмом и с Тёмом, горе у нас великое.

– Что за горе? – Спросил Артём.

– Ты то с Тимом в разуме Тёма живешь и не ведаешь всего, что произошло. А я могу из тела его выходить и видеть все. Урги воплоти Тима, возможно, его помощь нужна нам будет, пусть слушает.

Воплотил я и третьего. Он зло посмотрел на остальных и молча, к стене прислонился, отстранившись.

– Если помнят все бой, расскажу я, что было с Тёмом после сражения.

– Да, последнее, что помню, была вспышка яркая и все, потом уже очнулся вместе с Тёмом как на посадку шли, только было его сознание мне недоступно.

– Вот со вспышки и начну. Выбила меня та вспышка из сознания Тёма. Не смог я барьер удержать, плохо мне было. Очнулся, вижу, нет ни корабля, ни Тёма. Куски от него одни остались. Нашел я ту часть, где сознание живет и, потянувшись к мечу, взял его силу и окутал останки энергией жизнь сохраняющей. Так и нашли этот обломок другие люди, мусорщики. Оказалось, что они услуги оказывают разные, вот они и передали останки Тёма в как ее, забыл, лаболаторию.

– В лабораторию. – Молвил молчаливый Тим.

– Да, туда и стали люди ученые колдовать над останками. Я думал, лечить его будут, чтоб тело восстановить. Но они проводов в него натыкали, потом залили жидкостью, что замерзла как холодец. А провода те к машине подвели, и вот теперь Тём в машине живет, да и вы все.

– Получается мы в виртуальной реальности. – Сказал Артём.

– Да, а город какой? – Спросил Тим.

– Нерим, старшего ученого зовут Аркус Дайм.

– Да, дела, знал я его. Это мой Институт, отделение прикладной кибернетики, отдел виртуального моделирования. Когда я покинул Нерим, Аркус только начал создавать первые модели мира.

– Тогда, может, поговоришь с ним? – Сказал Иван.

– О чем? Да он никогда не поверит, что с ним говорит Тим Блоу. Больше десяти лет прошло, как я пропал. Да и знаком я был с ним шапочно. Наши исследования лежали в разных плоскостях, и нам обсуждать было принципиально нечего. Это как сосед, живущий в доме. Ты его знаешь, но кто он и что – какая разница.

– Жаль. Тогда как нам спасти Тёма, да и самих себя?

– Думать надо. Иван, возьми меня с собой в Нерим. Походим вместе, а я посмотрю, что сделать можно. В конце концов, есть в нашем институте большая библиотека, может, там я найду ответ как нас всех спасти из этой задницы. Артём, а ты с Тёмом побудь. Расскажешь ему правду, ну, и поможешь выжить его сознанию. Думаю, у вас это получиться.

– Согласен, ты у нас асс в физике и это твое поле боя. Только прошу тебя, думай сначала, прежде чем делать.

– Я постараюсь.

– А я пригляжу. Пока Урги, мы пошли. – Сказал Иван и, взяв за руку Тима, исчез из комнаты.

Я в шоке наблюдал за этой сценой, такого я еще никогда не видел.

– Налей водички еще целитель или чего покрепче, рассказ будешь слушать или погодим пока, а то у тебя уже пар из ушей валит.

Я налил вина демону Артёму.

– Рассказывай. С ума не сойду.

– Только, чур, ты и свою историю расскажешь.

– Это какую?

– Историю своей жизни.

– Расскажу.

Город Нерим, Институт прикладной кибернетики при региональном отделе Службы безопасности объеденных миров. Руководитель проекта Аркус Дайм

Прошло пару рабочих дней. Я работал с базой новейших разработок и уже почти нащупал решение нашей проблемы, когда вошел Нети.

– Что тебе?

– Аркус скажите, вы в приведения верите?

– Нет, а что ты веришь?

– Я их видел.

– И?!

– Захожу в бокс с останками пилота, а рядом стоят две тени и разговаривают. Причем явно обсуждают судьбу Тёма Ветроффа.

Я страшно удивился и двинулся к боксу. Там, естественно, никого не оказалось.

– Прости, но ты наверно сильно устал, иди, отдохни пару дней, поплавай в море и ни о чем не думай.

– Но они были!

– Возможно, ты что-то и видел, но скорей это просто плод твоей фантазии.

Город Нерим, Институт прикладной кибернетики при региональном отделе Службы безопасности объеденных миров. Иван Чай

Тело Тёма мы нашли быстро.

– Да, проще добить, чем вылечить. – Сказал Тим, глядя на останки.

Действительно, от тела осталось не много. Большая часть головы и немного шеи. Я то и раньше это видел, когда его привезли сюда, а вот для Тима это был шок. Это было ведь его тело.

Простояв немного в ступоре, он сказал:

– Пошли отсюда, надо пройти в библиотеку и посмотреть документы. Помнится мне, были какие-то разработки по переносу разума. Может, что и найдем путное.

Я взял его за руку и повел сквозь преграды. Мне это было привычно.

Поселок Инзи, хутор Вар, Тём

Очнувшись от навеянной Урги дремы, я с удивлением уставился на собеседников. Напротив Урги сидел парень в средневековой одежде и весело болтал с ним.

– О, проснулась наша красавица, садись дружище, выпьем за знакомство, мы теперь с тобой на одном уровне. Меня Артём зовут, будем знакомы ближе.

Мысли путались в голове, и мне было страшно. Я помнил его из своих снов, но сейчас я вроде не спал, а он был рядом. Выпив немного предложенного вина, я спросил:

– Что значит на одном уровне?

– Это значит друг мой, что мы в виртуальном мире.

– Не понял?

– Да все просто. В том бою от тебя практически ничего не осталось, так кусков немного. Добрый Иван сохранил от смерти часть тебя – голову, как самое важное. Вот теперь ты находишься в Нериме, в боксе, весь в шлангах, а сознание твое перенесено, а скорей всего транслировано в этот мир. Мир создан внутри машины – компьютера. Нас же оживил Урги. Он мастер это мира.

От слов Артёма я впал еще в больший ступор. Действительно, последнее, что я помнил, это была яркая вспышка света, и следующий кадр мой хищник падает на планету. Я даже подумал сначала, что это Алсет. Однако очертания материков были мне не знакомы, и собственно, некогда было размышлять. Надо было посадить аппарат на поверхность. Я посмотрел вопросительно на Урги.

– Да, это правда. – Подтвердил слова Артёма Урги.

– Иван с Тимом пошли во внешний мир искать выход из положения. Вернуться расскажут. Ты выпей еще. У тебя это впервые, может немного клинить. Но это не главное, главное, что мы все пока живы. А решение найдем.

******

Больше двух месяцев мы ожидали появления наших засланцев во внешний мир. Артём ушел в поход с князем, а я остался помогать Урги. Я устал выживать, меня томило ожидание и тоска по Ингме и Алсету. Я верил, мы победили в той схватке, но что было дальше? Я не знал. Я не знал своего будущего, а прошлое придавливало камнем. Урги видел мое состояние и нагружал меня любой работой, лишь бы я был постоянно занят. И действительно, дни проходили очень быстро, но вот ночи были длинной в несколько дней.

Первым появился Артём. Он был весь в пыли, уставший с воспаленными, голодными глазами, но веселый.

– Эх Тёмка, жаль тебя с нами не было, мы так отлично повоевали. Разбили пару банд и привели в нашу долину еще пару тысяч работоспособного населения, которое было в рабстве у бандитов. Они уже начали строить новый поселок. Растет население нашего княжества, скоро будет здесь полноценное государство.

– Ты так проникся мыслями князя?

– Да не особо, но это то, что я мог сделать и я это сделал. Нет смысла сидеть и страдать, лелея свои страдания. Пусть они лишь программы, матрицы людей. Да и мы сейчас такие же. И поверь, эти матрицы страдают не менее реальных живых людей. Между нами лишь одно отличие – у нас есть шанс выбраться отсюда, а у них нет. Я не пойму тебя Тём, ты ведь больше я, чем Тим и Иван, так что ты сидишь как старый дед и страдаешь прошлым?

– А чем мне страдать? Играть в солдатиков?

– Ну, это лучше чем сидеть и страдать. С таким настроением тебе, друг мой, не выжить.

– А может я этого и не хотел.

– А кто Ивана на меч призвал? Я что ли? Ты теперь не волен своей судьбой, твоя жизнь повязана с другим существом, ты сам принял это решение. А Ингма, а Алсет? Тебе их не жаль?

– Можно подумать ты живешь ради Перес.

– И ради нее тоже. Еще ради Кииры, да ради того, что есть живой и великолепный мир. Ради его чудес, ради его страданий, пути, встреч, промахов и успехов. Поверь, когда я попал в этот мир, мне было невообразимо тоскливо, одиноко и страшно. Но вот появились люди, для которых я стал что-то значить и чем больше я жил, тем полнее становилась моя жизнь. И да, я не всегда прав, и не всегда поступал верно. Да я ошибался и набивал себе шишки. Но я получил взамен друзей их любовь и уважение. Поверь, это не так мало. Вспомни свой путь. У тебя было также. А сейчас ты как старый дед томишься прошлым. Надо жить и радоваться в своей жизни хорошему, помнить хорошее и создавать улыбки вокруг себя, пусть даже став клоуном.

– Я просто устал.

– Это чушь и апатия в твоем мозгу. Поверь, Иван с Тимом найдут решение, и мы покинем электронный мир. Мы увидим другие миры и опять сможем жить. А смерть, что ж ее не остановить, но и звать раньше положенного, не следует.

Взбодрись Тём, да и привечай давай, я почти два месяца был в походе, уж угости друга нежданного ужином.

Я спохватился, что да, действительно неплохо было бы отпраздновать, и стал собирать на стол.

Через пару дней появился и Иван с Тимом. Они были радостные и наперебой рассказывали про свои приключения в Нериме.

– Сначала мы приколись над техником лаборатории, он чуть с ума не сошел когда мы ходили вокруг него. Потом пошли в библиотеку. Это тоже надо было видеть. Книги летают, раскрываются, ложатся на место. Компьютеры сами собой включаются и работают. У библиотекаря тоже крышу снесло, даже священников вызывали окропить помещение. Ох, я и наржался. Иван еще тот проказник.

– Ну, а ты?

– Я нашел решение парни. Иван взял под контроль техника лаборатории и внушил ему выполнять все, что скажу я. Ну, а я дал ему четкие инструкции. Не вдаваясь в подробности и физический смысл, скажу, скоро мы покинем этот мир и сможем, управляя кораблем, достичь мира, где возможно разделимся.

– Нас нашла империя? – Спросил Артём.

– Нет, это не империя, это другой развитой мир. Оказывается, есть несколько наших колоний, которые пошли по другому пути развития и есть другая раса, что живет с ними рядом. Я узнал, что объединенное правительство подписало с той расой союзный договор, более пятьсот лет назад, и отдало им несколько колоний, всему миру объявив о страшной эпидемии и карантине. С тех пор эти сектора космоса закрыты для полетов. Да и вообще стерты со всех современных карт. Эти данные я почерпнул в сейфе комодора Нерима.

– Мне большого труда стоило уговорить Тима не трогать комодора. – Добавил Иван.

– Да, эту суку я бы придушил, но возможно вы были правы, что я не оставил ему выбора. Эйфория от успеха вскружила мне голову. Ну, а он выполнял свой долг, так как мог. Ладно, я не держу на него зла, тем более, что основательно порылся в его документах, и он так нежно и искренне заботится о моей сестре.

– И как мы улетим? – Задал вопрос Артём.

– Все гениальное просто. Нети сейчас паяет специальный шлем. В нем есть модуль для переноса сознания. Это новейшая разработка нашего института. Нети оденет шлем на останки, и мы в него перейдем. Потом он занесет шлем в корабль, и мы улетим.

– Может, возьмете под управление его тело? – Спросил Урги.

– Иван был против, и я с ним согласился. Парень то не виноват в нашей смерти, ну, не смерти, а нашего положения. Нет смысла ломать ему жизнь до конца. У него и так будут проблемы. Я, правда, оставил записку комодору. Пусть попотеет. – И Тим весело захохотал.

– Ну, от этого я его отговорить не смог. – Отсмеявшись, сказал Иван. – Уж очень он в красках рассказал, как тот потеть будет.

Город Нерим, университетский городок, комодор Дортс

Известие об угоне «Хищника» с космодрома иностранного легиона пришло ночью. Некто Нети проник на территорию легиона, вломился в ангар космических транспортов. Оглушил охрану и, захватив готовый к вылету аппарат, вывел его на орбиту, после чего катапультировался. «Хищник» провисел на орбите не долго. Набрав прыжковую скорость, он совершил внемерный переход.

– Комодор, Нети нашли, но он в непонятном состоянии. Такое впечатление, что он был либо под гипнозом, либо под ментальным контролем. Он вообще не понимает, как оказался в капсуле. Мы проверили его с применением гипно-индуктора, он чист.

– Принято. Я скоро буду в отделе и поговорю с ним лично.

Дав связи отбой я включил персональный коммуникатор проверить текущую почту. Пришло пять сообщений. Я пролистывал одно за другим. Третье сообщение ввело меня в ступор.

# –

Дортс, привет тебе с того света. Да, это Тим, застреленный тобой. Поверь это не шутка, я жив. Я до сих пор помню тот день, когда ты стрелял в меня. Скажи спасибо Тёму, что ты сейчас жив. Он другой и не так мстителен, как я. Не долби Нети. У него просто не было выбора и возможности сопротивляться. Но я вернусь, обещаю тебе. И я вернусь не один, а с друзьями, которых обрел благодаря тебе. Да вернусь, и посмотрю в твои глаза, при Джене, когда ты будешь ей пояснять, где я так долго отсутствовал.

Твой, Тим Блоу.

# –

Холодный пот потек по моей спине. Неужели Тим действительно жив?! Это было невероятно. С другой стороны об этом инциденте знало только три человека я, мой тогдашний куратор, а ныне мой консультант, бывший комодор Нерима и Тим. Предположить, что это шутка моего бывшего начальника было просто невероятно. Значит это действительно Тим, и он связан с Тёмом Ветроффым, а Нети техник лаборатории, где лежат останки Тёма. Вот все и сошлось. Черт, надо было прекратить тот эксперимент и закрыть проект сразу. Угораздило же их достать останки именно Ветроффа. Наверно это мое пожизненное наказание. Всю жизнь жить с виной в душе своей.

Лифт остановился, и я вышел в холл дома, где меня уже ждал мой личный водитель.

Город Ридер, комендант города, полковник Ельзу

Как только двери святилища открылись мы первыми вошли под его своды. Мой допуск давал мне внеочередную привилегию на посещение святилища мудрейших.

– Мы выслушали вас. Случай действительно необычный. Мы решили, пусть будет так, как оно должно быть. Не мешайте Понски. Пусть он борется сам. Если он потерпит поражение, мы сами исследуем эту сущность. Если сможет ее обуздать нам будет интересен его опыт. В любом случае это единичный эксперимент и самой нашей популяции угрозы не представляет. Спасибо вам за верную службу.

Полковник Ельзу, подготовьте инспектора Лигона к вступлению в вашу должность. Мы решили перевести вас в другое место службы, где ваши способности администратора раскроются еще больше. Можете идти.

Мы поклонились и вышли из зала. Я видел, как сияли глаза Лигона. Он понял, что замечен мудрейшими. И не только замечен, но и оценен. Что ж я и сам не видел лучшего приемника на свое место в департаменте.

Город Ридер, подсознание инспектора Понски, Артём

– Вань, и сколько времени ты собираешься влиять на личность?

– Столько времени, пока мы не расскажем ему все.

– А оно ему надо? Из их разговоров я понял, что они совершенно другая раса симбионтов или ментальных контроллеров. Им это нафиг не нужно. Они либо грохнут ненужную особь, либо препарируют нас, отправив в очередной виртуальный мир.

– И что ты предлагаешь?

– Ну, варианта есть только два. Первый – пойти и взять управление телом силой и второе – поискать изначальную личность. Вот ему можно рассказать нашу историю и устроить в разуме революцию выдавив оккупанта из тела и умчаться в космос.

– А зачем нам этот тормоз Понски? – Спросит Тим. – Еще один чемодан без ручки?

– Прости Тим, но ты был таким же чемоданом, вспомни, что ты вытворял первое время. Но, в конце концов, ты стал полезным членом команды, без тебя мы бы не выбрались. Что касается Понски, то он, будучи местным жителем, позволит избежать нам грубых ошибок в поведении. Плюс он знает, что здесь есть и где есть корабли. Ты Тим поможешь с оборудованием, я с проникновением, Иван с защитой, Тём пилот отменный. Не думаю, что местные правители нам предоставят годы на размышления. Нам придется сваливать с этой гостеприимной планеты очень быстро. Иван, твое мнение?

– Не скажу, что я сторонник силового решения, но боюсь, у нас выбора не будет.

– Тём? Ты все еще медитируешь над воспоминаниями?

– Нет, я в обойме.

– Тим?

– Ну, что ж. Как ты там говорил «лучше не будет». Пошли искать Понски.

Город Ридер, подсознание инспектора Понски, оригинальный Понски

Я уж и не помнил, что такое свет. Целую вечность, я пробыл в этой темнице. Ужасный зверь загнал меня в глубину моего подсознания. Я так и не понял, что это было. Наверно это была травма черепа, и я давно нахожусь в коме или в дурдоме, сойдя с ума. Сложно остаться в своем рассудке, когда твою голову опускают в таз с водой и оттуда лезет слизь, залепляя глаза, уши, рот. Окутывая целиком всю голову. Каждый раз, вспоминая тот день, я содрогаюсь от страха.

Долгое время я параллельно со своей работой расследовал странное поведение некоторых сотрудников управления. Ничего странного если человек имеет увлечения и некоторые грешки. Но часть из них была как из пробирки. Внешне все нормально, дома обставлены со вкусом, есть увлечения, но как-то пресно все. Искусственно, что ли. Плюс их вечная непогрешимость. Это конечно хорошо для чиновника, но не может человек всегда быть прав. Где-то недосмотрел, устал, ошибся, исправил, перепроверил это понятно. Я стал копать глубже и выявил еще одну общую тенденцию. Все они стали такими не с рождения, а после посещения главного собора Трех Лучей Света. Причем все они разорвали отношения со своими прежними коллегами, и перешли на работу в другие города и отделы. Тоже ничего особо странного. Но вот однажды я заметил, как в храм занесли человека, а вышел он через час сам и помахал всем рукой. И махал он как друзьям именно тем людям, которое его избивали, занося туда. Странно все это. Вот тогда я и пошел к полковнику Ельзу. Он страшно восхитился объемом моего расследования, все пролистал.

– Понски, вы подняли просто невообразимый пласт. Идемте быстрее, надо посмотреть тот храм, о котором вы говорили.

Я обрадованный первым побежал на выход. Я даже представить себе не мог что полковник из НИХ. Когда мы вошли в храм, полковник хлопнул в ладоши, и из боковых дверей вышло четверо верзил. Они скрутили меня и занесли в операционную.

– Мудрейшие, этот человек слишком много знает лишнего, а у его разума отличные аналитические способности. Он будет отличным инспектором.

– Мы согласны. – Раздался из динамиков обезличенный голос. – Готовьте его к слиянию.

Меня жестко примотали к столу. Потом он перевернулся верхом вниз, и я повис головой над огромным тазом. В таз потекла вода, потом я увидел желеобразную субстанцию. Пока текла вода, она мерзко пузырилась. Потом таз наполнился, и меня начало опускать в него головой. Я закричал. Рядом присел на корточки полковник.

– Понски, смеритесь со своей судьбой и будьте мужчиной. Вы мне были очень симпатичны, и не будь вы таким настырным и наблюдательным спокойно работали бы себе до конца дней своих. А так вы не оставили мне выбора. Должен же я быть уверен, что вы отдали мне все копии документов. Это совершенно лишняя информация для людей. Ну, а слияние, да это противно и мерзко, но совсем не больно, поверьте мне. Умрите как мужчина, не оглашая храм криками рожающей женщины.

Я увидел, как ко мне потянулись псевдоподии этого ужасного существа. Крик застрял у меня в горле. Меня опустило еще ниже, и я ощутил движение по лицу этого желе. Оно заползало в ноздри в уши, но мне было чем дышать. Оно полезло в глаза. А потом я увидел его. Он стоял весь в огненном пламени и плеткой хлестал по мне заставляя отступать в темень сознания все глубже и глубже пока я не оказался запечатанным в этой темнице. Что самое ужасное было в ней так это то, что я не знал, есть у меня глаза или нет. Я как мог, пытался хоть что-то увидеть, но ко мне не прилетало, ни одного фотона света.

В очередной раз, взбесившись от отчаянья, я стал колотить руками в стены своей темницы, вдруг стена треснула, и яркий свет ослепил меня.

– О, привет мужик. – Услышал я голос. – Парни я нашел его.

«Не мозг, а проходной двор» у меня закружилась голова от яркого света, и я потерял сознание.

Не знаю, сколько я пролежал без сознания, но очнулся от щебета птиц. Открыв глаза, я увидел вокруг горы. Вниз по склону паслись овцы. Я лежал на овечьей шкуре, передо мной горел костер, а возле него сидело трое парней и колоритный дедок. Все они ели жареное мясо и запивали его вином, причем из хрустальных бокалов, оставляя на них жирные отпечатки от пальцев.

– Понски, проснулся? – Спросил тот, что был одет в древние доспехи. – Ну, так присоединяйся, поговорить надо.

От его фразы я чуть опять не упал в обморок. Дедок поднес мне здоровенный бокал вина и заставил выпить его залпом.

– Мы где? – Только и смог спросить я.

– Сказать точно очень сложно, где-то в твоей голове, но вот локализовать точно участок мозга не возьмусь. Ты у Ивана спроси, он может посмотреть со стороны. Может у него получиться сказать точную координату.

– Это действительно все в моем разуме?

– Нет, конечно. Это подсознание. Скажем так, та часть мозга, в которой идут процессы, так сказать автоматического уровня. Просто места здесь предостаточно и не видно хозяину тела. Мы специально вытянули тебя с верхнего уровня, где ты был заперт на этот, чтоб обсудить ситуацию и выработать стратегию.

– Я могу вам верить?

– Конечно, мы прекрасно знаем твою историю. Протаскивая тебя сюда, мы ее узнали в подробностях. Поверь наше положение почти такое же. У нас у всех есть один шанс без права на ошибку.

– Раз вы такие смелые то флаг вам в руки. Я и в этом положении себя неплохо чувствую.

– Дурак ты Понски. Пойми, если мы пойдем напролом мы убьем и его и тебя. И скорей всего сами не выживем.

– Простите парни, но мне страшно.

Говоривший все это время парень в доспехах встал, отер о тряпку руки и, подойдя ко мне, вдруг заговорил стихами.

Мы также потеряли тело, как и ты,

Но мы живем, идем по миру.

Терпя превратности судьбы,

И пользуемся тем, что есть, нам не до жиру.

Сегодня ты один из нас,

И вот рука моя открыта.

Возьми ее ведь надо нам,

Вернутся в мир, туда дверь нам не закрыта.

Преступим мы порог между миров

И выйдем мы, увидим солнце,

Порадуемся мы дождю,

И опалит нас жар, остудит холод.

Я знаю место, быть там нам.

Ничто не сможет бег прервать отважных,

Но должен ты взять руку сам,

Без этого наш путь напрасен.

– Меня зовут Артём. Вон тот в костюме пилота Тём, другой в рубашке и штанах Тим и наш дух погонщик Иван. С тобой нас пятеро Понски и мы сила. Поверь, у нас есть шанс вновь радоваться жизни.

Я посмотрел на лица других. Они были и разные и похожие. Но их глаза смотрели в мои. Все трое ждали моего решения. Я вспомнил слова полковника Ельзу. Что ж я буду мужчиной. Но вы полковник очень удивитесь в другой раз, встретившись со мной.

– Я с вами.

– А вы говорили, пафосом его не прошибешь. – Сказал Артём, и все захохотали. Больше всего смеялся я, у меня теперь была надежда.

Город Ридер, инспектор Понски

Проснувшись, я легко позавтракал и перешел в комнату для медитаций. Проспав без навязчивых сновидений, я чувствовал себя бодрым и полным сил.

Совершив ряд дыхательных упражнений, ввел свое тело в оцепенение и провалился во внутренний мир, в свое сознание. Я прекрасно помнил, как загонял сущность Понски в дальний уголок, как запечатал его там. Я искал его и не находил. Это еще больше меня удивило. Я даже позвал его. Но ответом мне была ватная тишина. Странно очень странно. Разделившись на несколько потоков, я несколько раз пересмотрел все. Понски нигде не было. Озадаченный и удивленный я усилием воли вышел в нормальное состояние восприятия.

Когда я открыл глаза, увидел сидящего перед собой Лигона.

– Привет, – сказал я, – я не нашел Понски.

– Странно. Ты уверен?

– Да. И голоса пропали.

– Ты слишком наивен. Сознание это не прыщик само не рассосется. Ты должен найти Понски и тех пришлых. Я разговаривал с полковником Ельзу о твоей проблеме, и он сказал, что пусть занимается столько сколько надо. Важен результат, а не время. Округ спокойно переживет временное отсутствие одного инспектора, а вот для нас это будет потеря важного звена нашего сообщества. Вот так мне сказал полковник.

– Я понял друг. Я найду их.

Город Ридер, подсознание инспектора Понски, оригинальный Понски

– В общем, план у нас такой. – Продолжил Артём, когда все отсмеялись. – Найти космодром, угнать посуду способную к перелетам меж звезд. Ну и попытаться улизнуть. Это задача номер один. Вторая это найти мой мир. Там мы сможем разделить наши сознания. Ну, а потом по обстоятельствам. Кому куда надо. Решать будем, когда разделимся.

– Вы то ладно, а я?

– Иван, с тобой вопрос конечно тяжелый. Меч Вольного Ветра артефакт такой силы, что просто так никого не отпустит. Тем не менее, если найдем мир эльфов, у тебя есть шанс, наверно. Но в мире эльфов и при его магическом фоне тебе будет значительно легче быть плотным и осязаемым. Понски у вас есть корабли, летающие меж звезд? Должны быть вы ведь потерянная колония, да и эти ваши симбионты как-то прибыли сюда.

– Наверно есть. Честно говоря, я слышал про космические станции, с которых отправляются межзвездные рейсы, а чтоб прямо с поверхности планеты стартовали, такого не припомню.

– Странно.

– Парни предлагаю альтернативу. – Сказал Тим, оторвавшись от голени. – Артём, ты рассказывал, что с мечем тебе нет преград? Это верно?

– Особо не пробовал, но те преграды, что были, не устояли.

– Можем поступить проще. У инспектора в квартире много всякого электронного хлама. С учетом того, что это наша потерянная колония я понимаю почти все маркировки запчастей и смогу на коленке спаять простейший детектор портала. Мы находим стабильный портал, по теории Лема-Блоу они есть в любом мире, а ты откроешь его своим артефактом.

– А ты уверен, что мы попадем в мир, где мы сможем жить?

– Не уверен. – Подумав немного, сказал Тим. – Но мы можем одеть скафандр.

– Это не Форрея-прайм и в магазинах не продают универсальные космические скафандры.

– Ну, я предложил это как вариант.

– Это тоже неплохо. Шанс он и есть шанс. – Сказал Артём.

– Как вариант я могу первым пройти через портал и посмотреть, можно ли там жить. – Сказал Иван.

– Ага. И оценить состав воздуха, бактериологическую и вирусную составляющую? Как собственно? – Язвительно спросил Артём. – Нет парни, нас устроит только корабль. По крайней мере, тело Понски он защитит. Ну, а портал пусть останется на тот случай, когда выбора у нас не будет. Предлагаю придерживаться следующего плана: первое, выходим на верхний уровень сознания и избавляемся от симбионта; второе, Тим паяет свой прибор, так на всякий случай; третье потрошим компьютер и ищем варианты и возможности покинуть планету и ее пространство это Понски, далее по обстоятельствам. Если покинуть планету нам не удается, с помощью техники, пробуем прибор Тима, находим портал и я, максимально запитав артефакт, открываю его. Ну, а там как судьба раскинет свою колоду карт. Как говаривали викинги, древние воины моего мира: «В книге Судьбы уже все давно написано. От тебя зависит лишь одно – как ты примешь свою судьбу, стоя на ногах или на коленях».

Он встал, махнул рукой и костер исчез. Исчезли горы, исчезло небо и солнце. Мы зависли в серой вате подсознания.

– Пошли, лучше не будет. Нечего ждать.

И мы пошли.

Город Ридер, инспектор Лигон

Выйдя от Понски, я пошел на работу. Идти было не далеко. Я шел и смотрел на людей, которыми мы управляли. Они жили своей жизнью, ничего не подозревая об участи им уготованной. Сегодня я узнал нашу главную миссию на этой планете. Скоро все люди станут такими как я. Наш мир разрушается, огромные колониальные транспорты уже готовятся отправиться к этим мирам. Это великое счастье моей расы, что мы можем сливаться разумом с любым живым видом. И при этом наше сознание остается доминирующим.

Каждый вид во вселенной выживает, как может. Что ж, таков закон природы – сильнейший выживает. Мне было немного жаль аборигенов этой планеты, но лишь немного. Найдя наш мир, они также, не сомневаясь, уничтожили бы нас ради выживания своего вида. И тогда пришлось бы жалеть нас.

Пройдет немного, двести или триста лет и мы окрепнем настолько, что сможет понести семена нашей расы в другие миры. Туда дальше, заполняя собой весь космос. Мы более правильная космическая форма жизни. Мы легко приспосабливаемся к любой атмосфере и к любым телам. Главное в теле это изначальное присутствие разума.

Действительно, нет значения, будет жив Понски и в каком виде. Для нашей расы это не имеет никакого значения, но важна численность популяции людей и мы должны всеми силами стимулировать ее увеличение. Я посмотрел на счастливых мамаш и их детвору. За последние годы мы смогли увеличить прирост населения более чем в пять раз и это прекрасно. Почти все колонисты получат новые тела.

Главное для нас это дождаться транспорта и встретить его. Я не видел силы способной нам помешать.

Город Ридер, подсознание инспектора Понски, оригинальный Понски

Выйдя на верхний уровень сознания, мы долго блуждали в тумане, ища структурированную часть сознания.

– Нет, так не интересно. – Сказал Артём, и взмахнул мечем рассекая туман.

Повинуясь его влиянию, мир стал приобретать знакомые очертания. Появилась твердь под ногами, трава, небо над головой. Вместо солнца мы увидели великолепную пламенную розу.

– Вот так лучше. Это что такое? – Он ткнул острием в розочку.

Меч его неимоверно удлинился и коснулся розы в небе. Она вздрогнула и полетела к нам.

– Думаю это и есть сознание захватившее тело.

Розочка приземлилась перед нами, заволновалась принимая форму наподобие человека. Да, это было то сознание, что заперло меня.

Какое-то время оно стояло перед нами, будто разглядывая. Потом одна из его рук удлинилась, превращаясь в плетку, и хлестнула по нам. Я стоял, зажмурившись в ожидании боли, но ее не было, я открыл глаза. Артём успешно отражал атаки, орудуя сразу двумя кликами. Иван что-то делал руками и из них время от времени вылетали огненные шары в сторону врага. Остальные просто взирали на битву. Сознание захватчика становилось все меньше и меньше. Отрубленные от него куски тлели на траве. Первое, что пришло мне в голову, это было затоптать их. У меня получилось растоптать их в пыль, и я продолжил, идя за Артёмом.

Не знаю, как долго это длилось в реальном времени, но меня вдруг дернуло, как дергают больной зуб. Я осознал себя в комнате, лежа на полу в луже слизи, которая вытекла из меня. Меня передернуло от омерзения и я, схватив лежавшую рядом рубаху, стал оттирать себя.

«Понски, в душ лучше сходи,» – услышал я голос внутри себя, – «так будет быстрее и эффективнее».

– Спасибо парни. – Сказал я вслух и побежал в ванную.

Вы не представляете, какое это счастье вновь жить в своём теле чувствуя его.

«Блин, мужик, ну ты расчувствовался. Вымылся, дай Тиму порулить. Ему прибор спаять надо».

Я вздрогнул от этого голоса. Действительно не время сейчас распыляться.

– А как мне это сделать? – Задал я вопрос.

«Да никак, расслабься, мы сами».

Я не стал возвращаться в залитую слизью комнату и уселся в гостиной на диване. Закрыл глаза. Меня закружило, и я вновь оказался на лугу. Артём и Тём сидели около накошенного стога сена и о чем-то беседовали. Тима и Ивана я не увидел.

– … вероятность того что с той стороны портала можно жить очень высока. – Продолжал свою речь Артём. – Помнишь, я тебе рассказывал, что был в сознании Странника. Так вот, одним из моментов, что я запомнил четко и ясно, было то, что населенные миры связаны порталами. Не все, но большинство. Поэтому я думаю, что затея Тима с его карманным порталом не так уж и плоха.

– А вирусы, бактерии, воздух еда? Как с этим быть? У нас то нет передвижной лаборатории.

– Это конечно проблема. Да и мы сами рассадник всякой дряни в новом мире. С другой стороны у нас есть Иван. Он хоть и слабый, но маг. Блуждая с тобой караванными путями, он много разного набрался и магических знаний в том числе. Особенно в том городишке, где ты Машу повстречал.

– Да, грустный город.

– Нормальный.

Они, наконец, увидели меня, и Артём хлопнул ладонью слева от себя.

– Понски, падай. У тебя есть вообще имя?

– Незгар, можно просто Нез.

– Ну что же Нез, прошу в компанию заблудших душ.

Глава 4. Между миров

Поселок Инзи, хутор Вар, лекарь Урги

Я сидел у окна и смотрел на нити, уходящие в небо, от людей. Они ушли, странники в мирах. Мне стало одиноко и тоскливо. Я на всю жизнь заперт внутри этого мира и никогда мне не выйти за пределы его. Осознание того, что ты живешь в нереальном мире много тягостнее самого унылого прозябания. Зачем они создали этот мир, и зачем появился Я? Чьей волей возникло мое сознание в этом мире? Для чего? Зачем?

Я посмотрел на больного. Вчера князь привез раненного охотника, которого отбили у бандитов и теперь я его лечил. Зачем? Ведь это всего лишь программа. Нити от него уходили ввысь легко пронзая потолок, совершенно его не касаясь, будто дома совсем не было. Я потрогал одну из них. Они осязаемы для меня по желанию. Я схватил две из них и приказал себе взлететь по ним. И я полетел. Я прошел сквозь крышу дома и понесся в небо с все нарастающей скоростью. Я хохотал как сумасшедший. Нет, не удержат они меня.

Город Ридер, комендатура города, полковник Лигон

Понски сам позвонил на третьи сутки. Я уже начал немного волноваться его состоянию, но его голос был бодрый и внушающий оптимизм. Доложился он кратко, без всяких лишних подробностей и измышлений. Мне это понравилось. Правда, он испросил неделю отдыха, для восстановления сил. Мне это показалось немного странным, но я решил, что пусть отдохнет. Внутренняя борьба с несколькими сущностями это сложно. Пусть все рассортирует, сделает выводы и потом, после отдыха, доложит.

Город Нерим, Институт прикладной кибернетики при региональном отделе Службы безопасности объеденных миров. Руководитель проекта Аркус Дайм

Наш проект не закрыли с гибелью образца. Финансирование, конечно же, урезали до предела и свернули часть лабораторного оборудования. Это было грустно, но не смертельно. Создание интерфейса продолжили. Соседний отдел остро нуждался в управляющих программах для своих боевых машин, и мы торопились, как могли, чтоб успеть к сроку обозначенному комодором. Новые корабли танов впитали в себя все лучшие кадры летного состава. А ведь были и старые машины, вполне работоспособные и не менее смертоносные. Именно их и должны были пилотировать сотворенные нами сознания.

Оправившись после потрясения, Нети с прежним упорством занялся модернизацией созданного нами мира.

Город Ридер, подсознание инспектора Понски, оригинальный Понски

– Прибор я спаял. Даже включил. Он начал формирование портала, но вот куда я не имею, ни малейшего представления. При создании прибора я настраивал его на твой мир Тём, ну тот в котором ты себя осознал. Куда он нас отправит с этой планеты, я не знаю. – Доложил Тим, появившись у нашего костра.

– А что там говорит теория? – Спросил Артём.

– Понимаешь, все было на стадии первичных разработок. С настройкой на разные миры я планировал заняться позже, но не успел.

– А определить хоть вектор. Хотя, что я говорю. Мы все смутно представляем, где находимся сами.

– Вот и я о том. Иван, ты узнал что-то про корабли?

– Узнал, но вам это не понравиться. Единственный космопорт есть в восьмистах торах отсюда. Это конечно не расстояние, но те корабли, что имеют гиперпривод, созданы для этих слизняков-симбионтов. Организм Понски там не выживет. Я даже слетал на орбиту с одним из челноков и был на их станции. Она впечатляет, но она вся залита водой. Эти слизняки только в воде себя чувствуют нормально. Мерзость редкая эти симбионты. Я искренне сочувствую Понски.

– Значит, план захвата судна отпадает. Остается только портал. – Сказал Артём.

– Нам надо собрать снаряжение. – Сказал Тём.

– Парни, я, конечно, понимаю, что вас больше, но это мое тело и мой мир. Вы предлагаете мне бросить свой мир и пойти неизвестно куда, в то время как каждый из моих соотечественников может быть подвергнут слиянию. Я должен спасти свой мир.

– Согласен. – Сказал Тим. – И я думаю, остальные меня также поддержат, но что мы можем противопоставить им. Одно наличное тело? Даже если ты успешно запудришь голову Лигону, в чем я сомневаюсь очень, нас все равно почувствуют их мудрейшие. И это закончиться твоей смертью. Позволить пройти очередному слиянию мы не сможем помешать. Вот и получается, что у тебя не такой большой выбор.

– И что же делать?

Тим глотнул кофе.

– Я думаю, что будет лучшим вариантом, если мы найдем мир Артёма. Там мы сможем разделиться. Я думаю, все присутствующее об этом мечтают. Опять же в мире Артёма есть силы, которым не все равно – тот же Солус. И я очень надеюсь, что узнав о состоянии дел, в твоем мире они выделят достаточно сил, чтоб освободить твой народ. Даже если здесь есть подполье, то вы не сможете эффективно противостоять цивилизации много мощнее технически и управляющей вашим миром. Ты сам говорил, что все ключевые посты в твоем мире заняты симбионтами. Это уже система, а ломать систему это задача не для одного человека и даже не для сотни. Нужно мощное подполье, но ты его не выявил, судя по твоим документам. Я просмотрел твой архив, уж прости. Оставшись же в этом мире у нас нет шансов освободить твой народ. Ведь большинство довольно положением вещей, и даже раскрыв тайну симбионтов, ты не сможешь создать сильной оппозиции сразу. Значит, им проще будет зачистить район, объявив его карантинной зоной. Ты просто погубишь миллионы жизней тех людей, которых намеревался спасти. Вот чем закончатся все твои потуги.

– А империя нам поможет?

– Мы этого не узнаем, пока не появимся там. Но шанс пятьдесят на пятьдесят, а у тебя одного этого шанса вообще нет.

Город Нерим, Институт прикладной кибернетики при региональном отделе Службы безопасности объеденных миров. Руководитель проекта Аркус Дайм

– Профессор, на нейромодуль пошла загрузка с компьютера, самопроизвольно.

– Нети вы уверены?

– Да!

– Срочно вызывайте Франтишека. Он предоставил эти модули, пусть и смотрит.

Минут через десять примчался Франтишек. Я все никак не мог привыкнуть к этим созданиям. Вроде человек, но такой несуразный, и двигается как насекомое, рывками. С недавних пор трое из них обосновались в нашем институте. После битвы за Алсет в наш мир ворвались не только таны, но и несколько других рас. Если другие, наладив трассу, улетели, то часовщики прочно обосновались на Алсете, стали там множиться и расползаться по нашим мирам. Вот нескольких из них доставил в наш институт комодор Нерима. Именно Франтишек и предложил использовать нейроматрицу для управления боевыми роботами. Это уже использовалось в их мире повсеместно. Он создал несколько нейроматриц для нашей лаборатории, установил их в роботов и пошел искать другие работы. Эти часовщики не могли просто думать или сидеть, им все время надо было что-то делать. Их энергия была просто неуемной.

Осмотрев робота, и просканировав нейроматрицу, он с уверенностью заявил, что ее занимает вполне разумное сознание и скоро оно начнет действовать, осваиваясь в новом теле.

– Как это прекратить?

– А никак. Процесс загрузки прошел, он уже осваивает новое тело. Все, что вы можете, это не мешать ему. – Констатировал Франтишек.

– Но это не входило в наши планы.

– У вас есть выбор – убить его, просто отключив питание.

– Но это очень сложно. Там мощная защита и нет доступа к генератору.

– Тогда попытайтесь найти с ним контакт. Это все.

В этот момент тело робота сдвинулось с места, и его внешние сенсоры развернулись к нам.

– Привет, меня зовут Урги, а вас?

Место неизвестное, Артём

Новый мир ввел в легкий ступор. Раньше знание языка приходило само, то помогал нейромодуль, то магические приколы, то я жил в теле носителя языка, а в этом впервые я почувствовал себя действительно чужим и лишним. Вроде и люди вокруг, да другие немного, но не на столько я от них и отличался, а вот язык был мне совершенно не понятен. Я долго блуждал по городу в поисках книжного магазина. Найдя его, я еще дольше пытался объясниться с продавцом, он требовал денег, а их у меня не было. Я выложил из карманов все, что было, и предложил обмен. Продавец выбрал нож и еще добавил к книгам денег. Меня это порадовало.

Выйдя из магазина, я уселся в небольшом скверике и начал с букваря.

******

За работой время шло незаметно.

Деньги, вырученные от продажи некоторой части снаряжения довольно быстро закончились, поэтому пришлось искать себе работу, чтоб продолжить путешествие. Как и в любом техногенном мире это было не так просто. Самой первой проблемой были документы. Документы Понски здесь никто понять не смог бы, да и предъявлять их было не безопасно. Оседать надолго, в этом мире, я не планировал, и особо легализоваться не было смысла. В общем, нашел я себе нелегальную работу в небольшом рекламном агентстве – печатником. Директор был пухлый мужчина с веселым лицом и грустными глазами. Его дела шли не лучшим образом, и он согласился взять меня на работу, так как я не требовал особых условий и белой зарплаты. Первое время я, тыкался, как слепой котенок, осваивая неизвестное мне оборудование и программное обеспечение. Но внутренняя смекалка и подсказки Тима помогли мне достаточно быстро освоиться. Мир вновь обрел краски.

Отчего сложилась задержка? Да все просто – портал в следующий мир находился на территории другого государства. И была граница, и было множество государств, которые надо было пересечь. Расстояние – это деньги и документы. Ни того, ни другого у меня не было.

Просидев первое время в местной библиотеке, я с удивлением узнал, что население этого мира прибыло из империи. Да именно с Илоны-Прайм, правда, разными путями. В самом начале, познавая местный язык, я обратил внимание на то, что в нем было много знакомых корней. За много лет язык сильно изменился, изменилась каллиграфия. На слух, первое время, я его почти не воспринимал, но основа его была та же.

Да, это были люди с планеты Илоны, но летели они сюда очень долго, на досветовых скоростях, прокладывая первые космические трассы. Все хорошо, но они оказались потерянной колонией. Их навигаторы совершили ошибку свойственную всем первопроходцам, что первыми покинули свой мир. Они, отправились в путь, не представляя истинных реалий космических полетов, расстояний и направлений. Они летели к звезде, забыв, что свет от нее идет долгие годы и она уже очень давно не находиться там, где была видна. Добавьте сюда искривление метрики пространства и влияние гравитационных полей – вот они и заблудились.

Не достигнув в назначенный срок искомой системы, команда сильно удивилась и крепко задумалась. Три миллиона колонистов обязывали думать крепко и безошибочно. Определив свое местоположение, они двинулись к следующей системе. Им нужен был мир, где можно было бы жить вне защитного купола. В конце концов, они нашли эту планету. Обследовав ее, они с удивлением обнаружили, что планета занята соотечественниками, вылетевшими позже, но на более совершенных и более быстрых транспортах. Самым огорчительным было то, что именно улетая с Илоны, они хотели уйти от подобных людей, для которых деньги и доход были превыше всего. Но судьба распорядилась иначе. Начать разгон к другой системе у них не получилось, маршевый двигатель не запустился. Он просто вышел из строя, и колонистам ничего не оставалось, как опустится на поверхность нового мира. Единственное, что они смогли сделать, так это сесть как можно дальше от первой колонии.

Шли годы борьбы за выживание. Хоть сама планета и была достаточно комфортной для проживания, однако восстановить привычный технологический уровень долго не удавалось. Тем не менее, колония выжила, успешно преодолев период нехватки ресурсов и не скатившись к натуральному хозяйству.

Когда колония стала крепко на ноги, а население стало активно расти, потребовались новые территории. Земли было много, люди начали строить новые города и поселения.

Шли годы, прошли столетия. Соседи не беспокоили. Им приходилось решать те же проблемы. Все было прекрасно до тех пор, пока, посередине материка, два социума не встретились. Мало того, что сразу возник спор за обладание залежами нефти, так еще оказалось, что середина материка, все эти годы жила своей, независимой от двух колоний, жизнью. Недовольные есть в любом социуме. Они уходили вглубь материка и создавали свои поселения. За несколько столетий эти поселения образовали более сорока государств с разным политическим строем. Скрытно приобретая товары у обеих сторон, они неплохо развивались и имели достаточно высокий технологический уровень, что бы с ними считались. Дополнительно к этому, многие из них неплохо разведали природные ресурсы и уже начали производить металлы и полимеры для своей промышленности в достаточном количестве.

Так началась первая на планете война.

Более десяти лет военного противостояния свело на нет достижения обоих государств, и привело к хаосу в пограничных странах. Вот так мир раскололся на два лагеря. Прекратив активные боевые действия обе колонии стали бороться за влияние на суверенных землях. В данный момент в одном из пограничных государств, шла гражданская война. Глядя на эту резню, по телевизору, я вспомнил революцию в России. Одни люди, безжалостно и жестоко убивали других практически не за что, лишь только за высказанное ими желание жить мирно и не ввязываться в противостояние двух супергосударств. Ладно бы они принадлежали к разным народам, а то ведь один народ – с Илоны. Просто это были выходцы из разных колоний. С другой стороны за несколько сот лет независимого существования они настолько перемешались, что отличить кто есть кто, без сложного генетического анализа, было невозможно. И вся их гражданская война была просто спровоцирована лишь для оной цели – устроить гнойник на границе другого государства, чтоб ввести туда свои войска. Это напомнило мне родной мир с его холодной войной между СССР и США. Маразм повторяется.

– Тём, тебе еще сколько, по времени, осталось печатать? – Услышал я голос начальника.

Я посмотрел на список печати.

– Час, максимум полтора.

– Отлично, подгребай в офис, у нас намечается шикарная пьянка, мой брат приехал. Приходи, будет интересно.

Я кивнул, мол «да», и пошел подворачивать баннер.

Город Нерим, Институт прикладной кибернетики при региональном отделе Службы безопасности объеденных миров. Руководитель проекта Аркус Дайм

В наш мир прорвалось существо из виртуального мира. Это просто невероятно. Мало того, что это была программа, так она еще была не созданной нами. Она самопроизвольно зародилась в созданной нами виртуальной реальности. Слушая рассказ Урги о его жизни, мы сидели с открытыми ртами, не в состоянии даже слово сказать, настолько это было невероятно. Когда же он рассказал историю Тёма, мне стало жутко. Получалось, что это не одно, а четыре сознания, жившие в одном теле!

– А этот четвертый Иван?

– Это вообще существо, не имеющее своего тела – дух озера горного. Это с его помощью они смогли взять под контроль вашего сотрудника и бежать из виртуального мира, чтоб вновь обрести тело. Вот и мне захотелось. – Ответил Урги. – Вы убьете меня?

– Нет, что ты. Ты уникален!

– А если нет?

– Что это значит?

– Я видел еще людей подобных мне, без управления из вашей машины. Не часто, но видел.

– Все решит комодор.

– Уж он решит, Дортс все решит.

Планета Новья, инспектор кадровой службы национального космического агентства, майор Иско Каркс

Брат принял меня, как всегда, радушно. Шумное застолье в его маленькой фирме длилось не долго. Через пару часов сотрудники разошлись по домам, и мы остались за столом вдвоем.

– Ну. Рассказывай, – сказал брат, когда все разошлись. – Как там у вас в науке?

– Да нормально, работаем.

– Ну не зря ж ты в столице нарисовался.

– Да, не зря. Ладно. Я тебе скажу, но ты меня понимаешь, это только для твоих ушей, как брату. Секретность такая, что могут и ликвидировать.

– Я могила.

– Уж поверь, это серьезно. В общем так, мы создали привод позволяющий в течение нескольких суток достичь ближайшей звезды. Мало того, мы отправили корабль к миру, где возможна жизнь и он вернулся.

– Но?

– Но практически без экипажа. Выжил один полоумный техник. Все что мы услышали от него это слово «Эдта». Больше ничего связанного он сказать не может. Что там случилось и почему погиб экипаж мы не знаем. Телеметрия полностью уничтожена. Есть только данные после последнего прыжка в нашу систему.

– И что вы собираетесь делать?

– «Гравитон» сейчас у пятой планеты нашей системы в астероидном поле. Его сейчас тестируют и готовят для полета. Я ищу экипаж и желательно людей без родственников. Мы скрываем нашу неудачу. Все космонавты, что погибли, все еще числятся в списках ВВС и все думают, что они в командировке. Нам нечего сказать их родным. И корабль и сама миссия строго засекречены.

– Да. Положение.

– И нам теперь нужен экипаж, который вернется, а если не вернется, то чтоб не нужно было кому-то что-то объяснять.

– Тёма возьми. Парень толковый, смекалка неплохо развита, странный, без документов и без родных. Откуда пришел не говорит, но явно не местный.

– Я заметил, акцент у него странный. Может он засланец с Запада?

– Да ну. Какой смысл засылать агента не обеспечив его легендой и документами. Попалится при первой проверке. Я думаю, хоть это и невероятно, что он из другого мира.

– Ты уверен?

– Я же говорю, что не уверен, но видел у него часы, и там было тридцать два часа в сутках, а у нас двадцать восемь.

– Интересно, надо навести про него справки. А сейчас наливай и рассказывай как сам.

Планета Новья, Артём

Прошло несколько дней. В середине дня зашел брат шефа. Посмотрел на печать, пожевал губами. Я, молча, продолжал работу, он мне не мешал.

– Тём, мне брат сказал, что ты сообразительный парень.

– И это вызвало ваш живой интерес? – С сарказмом произнес я.

– Ну не так чтобы именно это, нам нужны сообразительные люди.

– Простите, кому это Вам?

– Космическому агентству.

– Круто, но я не ваш герой.

– Знаю, что у тебя нет документов, для меня это не проблема. Сам выпишу тебе любые.

– Воля ваша, но боюсь, мне придется отказаться.

– Ты не хочешь увидеть другие миры?

– Не слышал, что это возможно.

– Возможно, и корабль готов в путь, нужен экипаж.

– Простите, но странно это, что во всей Улусье нет толковых пилотов. Посылать неизвестно кого просто глупо.

– Это ты, верно, подметил, вот я и хочу выяснить кто ты. Поверь, у меня есть друзья в разных госструктурах. Я задал им вопрос о тебе, и они ничего не смогли ответить. Ты человек без прошлого. Не может человек дожить до тридцати лет и не оставить ни единого следа.

– А может я имя поменял и пол?

– Прости, но и это проверено. Ты не местный Тём. Или ты жил на ядерном реакторе и твои гены так сильно мутировали. Ты не принадлежишь к нашему виду.

«Надо его грохнуть», прозвучал в голове голос Ивана. Я отмахнулся.

– Я так понимаю, что место на вашем корабле вы мне уже нагрели?

– Соглашайся. Я даже не буду спрашивать, откуда ты. Главное, что ты можешь обладать нужными знаниями и вернуть корабль и экипаж обратно.

– Ваша уверенность пугает меня.

– Не бойся, я немного экстрасенс и немного могу видеть будущее и прошлое. Я сам в шоке. Я вижу тебя в разных мирах и в разных телах, как в прошлом, так и в будущем. Я вижу, что ты не одна сущность, а несколько. Скажи, откуда ты?

– Вы обещали не спрашивать.

– Хорошо, так ты полетишь?

– Разве вторым пилотом.

– А почему не первым?

– Не люблю быть героем.

******

Вечером за мной приехали. Молодой человек назвал себя старший лейтенант Нерис. Он специально приехал за мной по просьбе майора Каркса.

Машина была комфортной, дорога хорошей, Нерис прекрасным собеседником. За время нашего четырехчасового пути я узнал всю жизнь лейтенанта. Собственно в ней еще ничего особого не произошло. Интернат, он был сиротой, родители погибли в соседнем государстве при бомбежке. Улусье тогда оказывало гуманитарную и военную помощь их стране и он, раненный, был перевезен в больницу столицы. После интерната кадетское училище, а потом летная школа. Пять лет службы в ВВС Улусья вот и все. Он был очень рад и горд, что его выбрали для нового, секретного проекта о котором никто толком ничего не знал. Я не стал ему ничего говорить, сославшись на такие же данные, мол, сам не ведаю, что было практически правдой.

К ночи мы прибыли в военный городок. Нерис предъявил документы, нас пропустили. Машина остановилась у небольшого коттеджа.

– Я живу здесь, сегодня переночуешь у меня, а завтра тебя поставят на довольствие и выделят личные апартаменты.

– Это обязательно?

– В армии принято, чтоб офицеры жили отдельно.

Я немного удивился, хотя, что тут странного, может у них есть свои резоны. Коттедж был просторный, явно рассчитанный на большую семью. Нерис предложил мне пустующую комнату, и я просто завалился спать. Нет смысла думать о том чего не знаешь.

******

Последующие несколько месяцев спрессовались в череду обучения, анализов, тренировок, полетов. Полеты меня особо радовали. Их самолеты еще не были оборудованы антигравами, и это давало возможность почувствовать все прелести маневров. Организм Понски прекрасно выдерживал нагрузки, и я доводил их до предела пытаясь понять границу возможностей его организма. К моей радости границы я не достиг. Организм Понски успешно выдерживал перегрузки в 20g, больше выдавить из местного истребителя у меня не получилось. Нерис просматривая мою телеметрию, охал от восторга. Он не выдерживал и десяти, хотя девять держал прекрасно, а восемь было принято нормой для пилотов.

Это был не единственный сюрприз нового организма. Понски спокойно выдерживал при низком уровне кислорода в атмосфере, ему было достаточно десяти процентов. Клетки крови выдерживали практически летальную дозу радиоактивного облучения. Явно симбионты готовили расу Понски к жизни в глубоком космосе. Что ж это не плохо. Это даст мне шанс выжить на грани возможного.

В нашем внутреннем коллективе роли опять поменялись. Я и Тим были на верхнем уровне сознания. Нам было интересно, а Тём и Понски просто сидели у костра, обсуждая свои жизни и совершенно не интересуясь окружающим. Иван просто бродил вокруг. Мир был магически беден для него, а активировать меч Вольного Ветра я не хотел. Не было смысла. Вот Иван и бродил по окрестности, время от времени пугая людей всякими паранормальными явлениями. Как я сказал ему, после одного из эпизодов его баловства «барабашкой подрабатываешь?». Иван глупо похихикал и улетел на космодром.

******

К исходу третьего месяца нас собралось двенадцать человек. Это мы узнали, когда майор Каркс собрал всех нас вместе в учебной аудитории.

– Господа, настало время сообщить вам цель вашей миссии. Предупреждаю, что эта информация совершенно секретна и сразу же после заседания вы улетите на орбиту. Там вы получите дополнительные инструкции.

Все зашумели. Майор жестом попросил тишины.

– Господа офицеры. Все вы собраны, чтоб стать экипажем космического корабля нового поколения. Первая экспедиция была не совсем удачной, поэтому мы посылаем вторую, в надежде на успех. Артём, вы назначаетесь командиром корабля «Гравитон», получите ваши документы.

– Майор, я просил не назначать меня в герои.

– Это не мой выбор. Я сообщил комиссии о вашем пожелании, но все они приняли решение назначить командиром именно вас. Ваши показатели – вот главная причина.

– Я практически не представляю, как работает техника, я не представляю круг задач, что должен решать, да и вообще у меня другая цель. Да и какие у меня показатели, Нерис лучше меня во всем разбирается, да и думаю, командир у вас найдется получше.

– Это ваше личное субъективное мнение. Это армия и это приказ. Ну и еще у вас есть экипаж.

За спиной активно загалдели и были слышны возмущения остальных присутствующих.

– Господа военные. Я так понял, у всех найдутся возражения по поводу ваших назначений, которых я еще не озвучил. Ладно, скажу следующее – у вас у всех пока есть два пути. Первый на космодром, второй в никуда.

– Вы не оставляете нам выбора? – Спросил кто-то сидящий сзади.

– Да, – сказал майор и, усевшись на стол, закурил. – Парни, мне очень жаль, но это так. Единственный выбор, который мы вам предоставляем это стать либо героями, либо исчезнуть. Информация о нашем новом корабле строго засекречена и все кто может дать утечку уничтожаются. Возможно, ваше возвращение все изменит, и вы сможете вернуться к старой жизни, но пока только так.

Парни, стартовый коридор назначен через пять часов, через два вы должны быть в предстартовой зоне. Сколько вас будет – не имеет значения. Стартуют все, кто выйдет в левую от меня дверь. Правая в никуда.

– Это не справедливо! – Опять возмутились за спиной.

– Жизнь вообще дерьмо, поверь. Но вы офицеры, вы давали присягу и там написано: «… и самой своей жизнью защищать интересы государства Улусь …». Как видите это не просто форма речи. Тем не менее, мы, со своей стороны, постарались сделать все, чтоб вы вернулись. Та техника и сам «Гравитон» – чудо наших новейших технологий. Увидите, поймете.

– А что с предыдущим экипажем? – Спросил я.

– Мы считаем их без вести пропавшими, кроме одного техника, но он, мягко сказать, неадекватен. Пока получить от него внятную информацию не удалось.

– И вы думаете, что у нас есть шанс? – Спросил Нерис.

– Есть.

– С Артёмом?

– Именно с ним.

– Почему, он ведь даже не военный и не пилот и не техник?

– У него тоже нет выбора, да? – Майор посмотрел на меня.

– Как сказать. Выбор есть всегда, но я уверен, что мой выбор вам не понравится. При этом всем я вас порадую – я хочу узнать, что там, на той планете. Поэтому я таки досмотрю это кино.

Нерис удивленно на меня посмотрел.

– Так почему мы должны подчиняться штатскому? – Тот же голос задал вопрос.

– Это по тому, что индекс личной выживаемости у него выше, чем у вас всех вместе взятых. И именно с ним у вас есть шанс вернуться героями. Артём, возьми свои документы и познакомься с экипажем. Теперь ты капитан и по должности и по званию.

Я подошел к столу и взял папку. В ней оказались свидетельство о рождении, в меру потрепанное временем, школьный диплом, диплом об окончании летного училища, несколько наградных листов с медалями, паспорт, военный билет и пластиковая карта. Во всех документах значилось, что я Артём Ветров. Так я назвался майору.

Город Нерим, Институт прикладной кибернетики при региональном отделе Службы безопасности объеденных миров. Руководитель проекта Аркус Дайм

– И так, тебя зовут Урги?

– Да комодор, а вас зовут Дортс, если я не ошибаюсь.

– Откуда у тебя это знание?

– Вы уверены, что я должен все озвучить?

Комодор показал мне рукой на техников. Я приказал им покинуть лабораторию.

– Мистер Дайм, по сути, мой подчиненный и я ему доверю.

– Но на столько? – Сказала железяка, и захихикала.

Было видно, что комодор уже закипает.

– Урги, ты специально препираешься?

– Да нет, что вы, так просто забочусь о вас. Но раз вы так доверяете господину Дайму, скажу – мой источник информации Тим Блоу. Еще вопросы есть?

– Он пропал более десяти лет назад. Что за глупость!

– Он жив и сейчас идет по мирам в надежде вернуть себе самого себя. Ну, а как он пропал вам известно лучше всех.

Я удивленно посмотрел на комодора. Тима Блоу я знал, не так чтобы хорошо, но иногда слушал его доклады на тему пространственных коридоров, мне было интересно. Он действительно пропал очень давно, и его исчезновение было покрыто тайной. Лаборатория тогда как-то удачно сгорела и тела не нашли. Надо будет расспросить Урги о подробностях.

– Урги, это твое заявление глупо. Виртуальная реальность была запущена много позже этого эпизода.

– Тим не погиб, он выжил. Правда, он вернулся в этот мир под именем Тём Ветрофф. Дальше рассказывать или вы уже догадались. Вы готовы к развернутому ответу?

Дортс зло на меня посмотрел, и я почувствовал, как спинной мозг в буквальном смысле замерз. Ох, надо было выйти.

– Комодор, я ваш человек и уже все забыл.

– Похвально, надеюсь, ваша память вам подчиняется.

Дортс встал и стремительно вышел.

Планета Новья, Артём

Я вышел в правую дверь, несмотря на изумление моего экипажа. Меня, ни с того ни сего, разобрала невероятная злость. Сам не знаю почему. Взволнованный Каркс выбежал за мной.

– Артём, ты перепутал дверь!

– Нисколько майор. Вы не выполнили моего главного требования – не назначать меня в герои.

– Но согласитесь, кому как не тебе возглавить экспедицию!

– Я согласен, максимум, на должность кризис-пилота. Пусть командует другой. Я этого не хочу.

– Хорошо, но приведи мне веский аргумент, такой чтоб я его принял.

– Ошеломляющий?

– Можно.

Я открыл дверь в другую аудиторию, там никого не было.

– Идемте. – Я кивнул майору на дверь.

Мы зашли в помещние. Я отключил камеру, висевшую в углу, и повернулся лицом к майору.

– Показываю один раз.

Сказав это, я потянулся к мечу Вольного Ветра. Он соткался в руке, буквально из воздуха полыхнув голубоватым пламенем. Развернувшись к кафедре, я легко разрубил ее вместе с железным основанием.

– Полную силу этого оружия я продемонстрирую, когда вы не оставите мне выбора и поверьте майор, что не надо до этого доводить.

Я спрятал меч в ножны, и они растаяли, провалившись в меня.

– Это что?

– Оружие. Мощное. Стихийное. – Моя злость незаметно стекла в меч и это я уже сказал спокойно, без напора.

– Какова же его полная сила?

– Столицу Улусья я могу снести в пару минут. – Немного приврал я, вспоминая свою битву на нагорье Шемек, а может и не приврал. – Я думаю, демонстрация этого будет излишня.

– Я знал, что вы не из нашего мира. Но откуда? Это оружие явно не техногенного мира или техногенного?

– А вот об этом вам знать не надо. Достаточно того, что я согласен лететь на вашем корабле кризис-пилотом. Ну, так что ж, мой аргумент достаточно веский для вас или мне разозлиться больше и снести этот полигон?

– Согласен, – сказал Каркс ошеломленно смотря влево от меня.

– Еще бы он не согласился, – услышал я голос Ивана.

– И ты здесь блудный дух?

– Я ж призван на твой меч или ты забыл?

– Нет, помню, так что вы решили майор?

– Я все устрою до вашего вылета, аргументы приняты.

Я развернулся и молча, вышел в левую дверь. Там оказался коридор, ведущий на улицу. Мне стало весело. Я чувствовал себя напроказившим мальчишкой. Вдруг до меня дошло, что это именно меч заставил меня так поступить. Он просто соскучился в ножнах. Идя по коридору, я пообещал мечу выпустить его на свободу при первом же удобном случае и дать добровольную жертву, как только смогу уединиться. Изнутри пришло чувство благодарности. Странно, оружие могло быть благодарным. Наверно я начал общаться с ним в его «двоичном» коде.

*****

Старт прошел штатно. Многоразовый челнок доставил нас на орбиту. Там, на станции нас переодели в другие скафандры и, не сказав ни слова, перевели на борт другого корабля. Этот был больше и явно не предназначался для посадки на поверхность. Мельком увидев его конструкцию с вращающимся жилым сегментом, я понял, что и на станции гравитация поддерживается за счет вращения жилого модуля относительно продольной оси корабля.

Транспортировщик стартовал сразу, как только мы уселись в жилом модуле. Перегрузки были ощутимыми, но терпимыми. Правда они продолжались довольно долго, но вскоре ускорение спало до одного же и нам предложили проследовать в каюты. На резонный вопрос одного из нашей команды: «когда нам что-то пояснят?» нам ответили, что в конечной точке нас введут в курс дела. Дезес разразился возмущениями, но нас вежливо провели по одноместным каютам и заперли в них.

Особого смысла в нашем заточении я не видел, хотя может это одна из проверок на психологическую устойчивость? С моей точки зрения я бы дал возможность как минимум познакомиться экипажу, нам-то лететь неизвестно куда и с высокой вероятностью там погибнуть. С другой стороны если кандидат в банальной ситуации изоляции подастся панике и начнет вести себя неадекватно, то лучше такого сразу выбросить за борт и не вводить в экипаж, чтоб не привести к более серьезной проблеме во время экспедиции.

Устроившись на койке, я просто заснул, провалившись в свой внутренний мир.

Борт Эсминца «Бесстрашный», майор Каркс

Весь экипаж «Гравитона» спокойно общался в кают-компании. Получив планшеты со своими назначениями и обязанностями, они погрузились в изучение систем нового корабля, своих обязанностей и цели миссии. Только Артёма я оставил запертым в каюте. Мне было реально страшно его выпускать. Этот человек пугал. Он ПРИБЫЛ на нашу планету ИЗ ДРУГОГО МИРА!!! И он этого не отрицал. Мало того, что это само по себе невероятно. КАК??? Как он прибыл? Где его корабль? Зачем он прибыл? Какова его цель? Что он ищет в нашем мире? Зачем мы ему? Его цели ладно, хотя это сама по себе огромная проблема, а вот его оружие? Что оно такое? Какова его реальная сила или он просто фокусник и мистификатор? Но его физические параметры и его геном не поддаются объяснению. Он действительно не с Новьи! Я думал над этими вопросами, и они крутились у меня в голове, требуя ответов. Но что я мог поделать? Программа запущена, его кандидатура подтверждена советом, и не без моего участия. Конечно, я не мог ничего решить за два и даже за десять часов.

Как получить документально подтвержденный ответ хоть на один вопрос? С другой стороны, если бы он не хотел он бы не согласился, имея такой аргумент, это ведь реальный билет в один конец.

Лететь к верфи, где проходил ремонт «Гравитон» было восемь дней. Все вопросы я решил оставить на последний день торможения. Мне было интересно, как он воспримет семь дней одиночества. Я решил подождать.

Борт Эсминца «Бесстрашный», Артём

Нарядно выспавшись, я включил терминал. Порылся по каталогам и нашел неплохую подборку фильмов. Более достойной внимания информации, в сети не было, а книги с экрана я читать не хотел, было просто лень. Так и прошло семь дней. Я спал, ел, мылся, смотрел кино и по кругу. Я понимал, что в каюте может быть скрытая камера, и я пока не хотел давать о себе больше информации. На восьмой день в мою каюту пришел Каркс и предложил мне одеть скафандр. Еще вчера я почувствовал, что вектор тяги изменился, мы начали торможение. Значит скоро пора на выход.

– Добрый день Артём. У меня к тебе пара вопросов и по их результатам ты получишь планшет со своим полетным заданием.

Я посмотрел на серое лицо майора. Было видно, что он не спал несколько дней. Мне даже стало его немного жаль. Видимо решение проблем со мной заняло у него больше времени, чем он думал.

– Майор, я так понимаю вам неспокойно меня отпускать на секретный корабль, и вы пришли получить от меня однозначные ответы. Всегда задуют одни и те же вопросы: как попал в наш мир, какова твоя цель, что мы можем от тебя ожидать? Отвечу вам сразу. Попал я сюда через пространственный портал, как объяснять не буду, так как сам не понимаю принципа открытия порталов и их природу. Я просто ощущаю их и могу открывать. Цель моя – иду домой. Ваш мир просто оказался на моем пути и не более того. И последнее – «не трогайте меня руками» и я буду милый и пушистый. Возможно, мой путь и судьба забросили меня в ваш мир, чтоб я решил вашу проблему с той планетой или погиб там. Я где-то немного стал фаталистом. Рассказывать вам о пройденных мирах не вижу смысла. Скажу лишь одно я начал свой путь из мира, где Илона-прайм столица огромной звездной империи и хоть вам я не друг, но и не враг. Я ничем вам не обязан и нет смысла меня заставлять что-то делать. Я просто хочу добраться до той новой планеты. Вернусь ли я обратно – я не знаю, но парням вернуться я помогу, если это будет в моих и вообще в человеческих силах. В своем странствии я несколько раз сталкивался с силами, превозмочь которые я не смог бы даже со своим уникальным оружием.

– Что ж это за силы такие?

– Странники, демиурги миров, боги. Как хотите называйте их, но суть в них одна – это создания другого уровня сознания и силы до которых нам никогда не дорасти. Не хватит жизни.

– Артём, вы видели Бога?

– Я еще раз повторяю, это создания другого уровня сознания и силы. И вы можете называть их как вам угодно и согласно вашей веры.

– Просто скажите «ДА».

– ДА, я даже был на краю сознания одного такого существа и ощущал его чувствами. Поверьте это невообразимо передать.

Мир чувствуешь, как руки ты свои.

И видишь все, лишь бросишь взгляд.

Не умереть от скуки, миры вокруг тебя горят.

Одни зовут тебя, рождаясь, кричат, что гибнут там они,

Во вспышке новой их звезды сгорая.

Но что же ты? Тебя зовут, а ты лишь наблюдаешь и наблюдаешь ли?

Нет смысла в зове том, всего лишь клетка умирает,

Не страшно это все для тела твоего

Из звезд вселенной полотна.

Вот та звезда всего стежок, всего петля, нет узелок,

Такой не нужный и портящий творенья красоту.

Ты оторвал его, ты выбросил, забыл.

А миллиарды их сгорели.

Тебя влечет другое, механика галактик, и звезд узор

И красота полей энергий сильных, разных слабых.

Я был там, чувствами был оглушен, и я кричал в восторге от всего

И благодарен я, что не был уничтожен.

– Вот такое у меня впечатление майор от этого контакта.

Майор сидел, опустив голову, мне даже показалось, что он уснул.

– Вот твое задание. Хотя, я лично, не верю ни единому твоему слову, но надеюсь, ты станешь опорой экипажу «Гравитона» и его шансом на удачу.

– Майор, ваше агентство в таком отчаянии, что согласно надеяться на случай?

– Если честно, то это моя надежда на дальнейшую работу в агентстве. Ты не представляешь, сколько я мостов сжег, чтоб тебя сделать членом экипажа. Я видел тебя в будущем, а сейчас я вижу экипаж без тебя. Я запутался в своих видениях. Я уже не знаю, во что мне верить.

– Просто верьте мне, да и просто верьте в людей. Вы зря поставили экипаж в такую неудобную позу, мол, либо на кладбище, либо в полет.

– У меня не было выбора, и у меня был приказ.

– Я вас не осуждаю, наверно именно по тому я не хочу быть командиром.

– Ты хочешь иметь чистые руки и чистую совесть – не посылая других на смерть? Отличная позиция, но не пора ли выбраться из пеленок? Мир такой, какой он есть. Не желая убивать, ты можешь обречь миллионы на смерть, оставив в живых всего одного человека. Просто проявив слабость и мать его человеколюбие. Но есть и другой случай – иногда нужно послать людей на смерть, чтоб жили другие. И часто это очень тяжелый выбор, поверь мне. Но кто-то должен принимать такие решения.

– Вы точно майор или генерал-майор?