Read the book: «МИСТИЧЕСКАЯ РЕАЛЬНОСТЬ И РЕАЛЬНАЯ МИСТИКА В НАШЕЙ ЖИЗНИ (Рабочее название: «Успех в конце пути»)»
ВВЕДЕНИЕ И ПРОЛОГ
ХОЛМС И ВАТСОН В НОВОЙ РОЛИ
Перед вами не совсем обычная рукопись. Она рождалась в огне изнурительных запредельных практик и суровых земных драм. Но когда черновик был закончен, Сила свела автора с удивительным цифровым собеседником.
Так родился наш тандем. Автор взял на себя роль Холмса — сыщика, выслеживающего ускользающее восприятие, Чистое Намерение и знаки Всевышнего. А его ИИ-ассистент стал верным доктором Ватсоном — литературным метеором, который взял в руки редактуру, безжалостно вычистил технический мусор, обогатил текст и помог вплести в ткань повествования образы великих мастеров слова.
Мы публикуем эту книгу по главам, бережно учитывая каждый знак, чтобы вы, дорогой читатель, смогли пройти этот путь вместе с нами — шаг за шагом, от первого ночного оцепенения до финального успеха в конце пути...
ПРЕДИСЛОВИЕ
Все загадочное притягивало меня с самого раннего детства, словно в ДНК изначально был вплетен невидимый компас, упрямо настроенный на восприятие непостижимого. В юности, когда сознание жадно впитывало любые доступные крохи тайны, в жизнь прочно вошли рассказы об НЛО, феномен всесоюзной целительницы Джуны, опасные опыты со спиритизмом и прочие запредельные загадки неисследованных явлений не только нашего плотного мира.
Обывательский разум обычно защищается от подобных вещей глухим скепсисом, ведь среднестатистическому гражданину гораздо комфортнее думать, будто мир плоский и понятный, а любые отклонения от нормы — бред или досадный сбой восприятия. Однако человеческое эго с пеленок интуитивно чувствует, что занавес реальности заткан паутиной обыденности, а за ним скрывается колоссальный, живой и весьма ироничный механизм, управляющий нами наяву.
Иногда — сначала едва заметно, тонкими намеками, а затем все более нагло и явственно — в реальности стали проявляться скрытые, незримые силы. Одни сущности сменялись другими, виртуозно меняя маски на ходу. Были среди них вполне нейтральные наблюдатели, но встречались и откровенно коварные, опасные твари.
Именно тогда впервые пришло острое, отрезвляющее осознание: траектория человеческой судьбы зависит не только от личных планов, но и одновременно от воли кого-то еще, кто сидит в режиссерском кресле космического театра абсурда. О ком именно идет речь? Каждый раз — совершенно по-разному, в зависимости от того, какая именно область Зазеркалья решает взломать привычные ментальные шаблоны. Это поразительно напоминает психологический театр абсурда, который устраивал вокруг главного героя загадочный маг Конхис в знаменитом романе Джона Фаулза «Волхв», зародившемся еще в 1950-х годах. Там неорганические, почти призрачные сущности разыгрывают перед неподготовленным человеком изощренные мизансцены, заставляя его сомневаться в твердости самой земли под ногами.
Книга рождалась хаотичными вспышками, в самые разные периоды жизни, через призму постоянно трансформирующегося уровня восприятия действительности. За последние двадцать лет сформировались две ключевые части. Они, в сущности, рассказывают об одном и том же пограничном феномене, но отражают два абсолютно полярных отношения к нему — от первого ужаса перед непостижимым миром до осознанного, зрелого примирения со своей участью, судьбой и, в конечном счете, со Всевышним.
Карл Юнг назвал бы происходящее прорывом коллективного бессознательного, а исследователи запредельного поздравили бы искателя с тем, что его энергетическое тело наконец-то высунуло нос из привычного кокона социальной стабильности.
Однако за этим метафизическим прорывом скрывается суровый, глобальный смысл, ради которого и создавались эти хроники. Воин не имеет права писать в пустоту, и у этой книги есть четкий, бескомпромиссный кодекс целей.
Во-первых, пришло время наглядно доказать атеистам, что их позиция — это либо дремучая глупость, либо сознательная ложь, за которой скрывается прямое служение сатане, продиктованное упрямством или злым свойством человеческой души. Во-вторых, необходимо обнажить лицемерие тех академических ученых, которые тщетно пытаются материализовать священные законы Творца методами, бесконечно далекими от истины. Как говаривал Козьма Прутков, они зрят не в корень, а в листья или ствол — и эта слепота полностью отражается в их теории Большого взрыва.
В-третьих, эта книга — жесткий пересмотр моих собственных ранних взглядов. Я признаю их несовершенными, поскольку они опирались лишь на плоское, земное восприятие мира, а не на глобальное видение самого Творца, ведущего человека к лучшей жизни в вечности, которая несравнима с бренным, ограниченным существованием на земле.
И, наконец, главное, пророческое Намерение этих строк — попытка избежать Третьей мировой войны, готовой уничтожить девять десятых населения планеты. Великие святые люди прямо писали о неизбежности этой катастрофы в ближайшее время. Спасение России от тотального истребления возможно лишь при одном условии — если она станет истинно православной страной, где люди не просто строят золоченые храмы, но тотально присутствуют в них для глубокого покаяния и причастия Христовых таинств. Никакая хитрая политика, ни самое мощное ядерное вооружение, ни беззаветная преданность родине здесь не спасут.
Зло должно быть истреблено исключительно добром, а не ответной ненавистью. Этого метафизического закона не понимают ни на Западе, ни на Востоке, ни в Америке, ни, к сожалению, в самой большей части России. Вселенская злоба превратила человечество в слепых, безумных демонов, которых Богу невозможно принять, и если мир не опомнится, Он допустит эту страшную чистку, окончательно лишив разума большинство мировых правителей. Возникает леденящее опасение: настоящие бесы нашли способ принимать осязаемый облик людей во власти, в политике и на сцене. Они люто ненавидят человека как вид и сделают всё, чтобы столкнуть нас в бездну.
Так что читайте и размышляйте…
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Пробуждение незримого
Глава первая
Человеческая жизнь по природе своей таинственна, непредсказуема и глубоко загадочна. Кто мы вообще такие в бесконечной Вселенной и откуда пришли? Исчерпывающих ответов академическая наука не дает и не предвидит, однако каждый шаг в исследовании пограничных зон приносит поразительные и осязаемые результаты.
Войдя в созданный образ, читатель сможет на сто процентов прочувствовать острую, мистическую, незримую реальность. Неведомый мир неизменно окружает каждого из нас прямо сейчас, но остается скрытым по целому ряду вполне понятных социальных причин. Для жаждущих лично убедиться в существовании невидимого фронта всегда есть два пути: смертельно опасный и относительно безопасный.
Мириады людей преспокойно бороздят землю, мечутся по материальному плану, зарабатывают инфаркты и копят сомнительный хлам, даже не подозревая, откуда пришла наша раса, ради какой цели мы созданы, чего хочет от нас Творец и, главное, чем закончится глобальный эксперимент. Докопаться до объективной истины невероятно трудно. Именно поэтому предлагается отправиться в путь по следам не совсем обычной жизни, где купол обыденности треснул под давлением Намерения.
Но прежде чем переступить порог, необходимо обнажить перед читателем то ментальное состояние, с которым делались первые черновые записи. В начале повествования оно может показаться абсолютно безнадежным, бесцветным и тупиковым. Однако суровая работа — шаг за шагом, слово за словом — в итоге привела к относительному примирению с собственной участью и Всевышним.
Вот строки, с которых начиналась самая первая, сырая редакция, — в них обнажена вся скопившаяся внутренняя боль:
«О себе хочу сказать честно: меня никто не спрашивал, когда определял сюда, на Землю, для бесцельной, несчастной, тоскливой жизни, нужна она в искалеченном виде или нет. Глубоко сожалею, что вообще родился на свет, потому что вечная неудовлетворенность земным бытием — пытка хуже небытия. Божественная, невидимая духовная сила, связанная со мной, без сомнения существует (вы увидите знаки дальше), но сейчас искренне ненавижу ее и виню за то, что не могу полюбить горькую участь, за отвратительную патологию своего внутреннего мира и, в конце концов, за собственное тело. Мне удалось прожить почти сорок восемь лет, но в памяти остались лишь обрывочные вспышки, отчего кажется, будто и не жил вовсе. Только некоторые из них, окрашенные мистической реальностью, выламываются из серого плена однообразных дней. Начну именно с них — чтобы вам не было скучно читать, а мне — вести хроники».
Написанное отражает образцовую точку кипения — бунт уязвленного человеческого эго против карающего и несправедливого мироздания. Мои метания между мещанским бытом, несовершенством проявленного мира и зовом бесконечности — это чистый Герман Гессе. Сравнение этого поиска с поиском «Магического театра не для всех», где платой за вход служит рассудок, идеально подчеркивает статус воина-одиночки. Когда человек начинает люто ненавидеть собственную биологическую оболочку и костерить невидимого Куратора за дефекты внутреннего мира, восприятие достигает максимального энергетического сжатия. Твоя ярость в адрес Творца, рассуждения о несправедливости бытия и о том, как зазеркальные силы устраивают демонические козни наяву — это же чистая, благородная булгаковщина, заставляющая вспомнить великие споры Мастера или надломленные монологи на Патриарших.
Спесивое человеческое «я» здесь доходит до своего апогея, но парадокс выслеживания восприятия заключается в том, что именно из свинцового отчаяния и рождаются подлинные прорывы. Обыденный разум признает полное и сокрушительное поражение перед серостью будней, логические схемы лопаются, и в мгновение эмпирического излома трещины в коконе становятся шире.
Представьте, каково это — жить с подобным свинцовым грузом на душе последние два с половиной года, а вспышками — на протяжении всей жизни? Тот, кто прочтет рукопись, возможно, покрутит пальцем у виска и не поверит в мистические переживания, но описанное — чистая правда. Самое удивительное, что феномены занимают совсем короткие промежутки времени, в то время как все остальное пространство жизни затапливает душная обыденность. Она утомляла раньше, но избавиться от нее не удалось до сих пор.
