Read the book: «Сказка о светлом»
Давно ли это было или надысь, долго ли, коротко, а только жил да был в деревне Годюкино, что рядом с селом Новораздолбайкино Срамной области, Илья. Мужик видный, высокий, издалека видать. Да вот только пьющий. А кто не пьет? Покажи? Тем более в деревне, и тем более в Годюкино. А в этой деревне хорошего пойла отродясь не видывали, а среднего то давненько не завозили. Одна бабка, Мара её звали, самогон на всю деревню гнала. Смесь адская, но по мозгам бьющая. Не тройной одеколон, не жижа из под клея БФ и то хорошо. Тута домов двадцать живых то осталось, и все почитай пенсионеры. А с недавнего времени старики как один слепнуть начали. И не понятно, то ли от старости, то ли от самогона.
Но не в этом суть. А суть в том, что проснулся давеча Илюша после вчерашнего, посмотрел на календаришку, а оказывается не после вчерашнего, не после позавчерашнего, и проспал он три дня и три ночи. Не тридцать три конечно и не года, но все же цифра приличная. Руки у него трясутся, ноги не ходят почти, голова раскалывается. Настроение нету совсем. Что делать? А ясно что. Похмеляться. Нет не так. Вот так. ПОХМЕЛЯТЬСЯ!!!
Выходит значит во двор Илюша, смотрит вокруг и настроение ещё ухудшается. Вокруг ни просвета, ни привета. Дом весь облупился у него, выцвел. Когда-то синий был, как небо в летнюю безоблачную погоду. А сейчас? А сейчас стоит серый сарай, скрипит под ветром. Дверь вон покосилась да перекосилась. Щели везде огромные. Надо бы и дверь починить, и щели залатать, да и дом бы покрасить.
Только делает шаг Илюша наш, как под ногой доска то ломается и он кубарем с крыльца падает. Что за гадость гадская! Встает наш добрый молодец, всех святых матеря, отряхиваясь.
– Хорошо же день занимается! – мать-перемать и другие слова далее следуют. – Видать и дальше до вечера не пойдет.
Но что же стоять на одном месте? Нет, была конечно идея умная – крыльцо починить, но нет, это не наши методы. Если вот так на каждый случай реагировать, так вот до главного и не доберешься, вся жизнь на мелочи истратиться.
Плюнул Илюша на крыльцо и пошел себе дальше. Только до ворот доходит, как глядит наш герой, пастух коров гонит по улице. И одна буренка не расчитала своих габаритов коровьих и бочиной своей в забор его ударилась. А забор то бы старенький, иссохший, и он возьми и накренись. Благо не завалился совсем, проволока железная удержала, но повис он на ней изрядно.
Посмотрел мужик на это дело и вздохнул ещё глубже. По-хорошему, нужно было броситься и хоть чем-то подпереть забор. Так смысл? Проще уже новый поставить сразу. Но это дело прямо на несколько дней будет, если не на пару недель, а это только в отпуск он сможет сделать. Если конечно в запой не уйдет. Махнул рукой Илюша и пошел по своим делам дальше.
И тут в кармане что-то трястись начало, вибрировать и издавать глухие звуки. Илья сначала понять не мог, что это, а потом вспомнил.
– Телефон же! – ударил он себя по лбу ладонью. – Вот башка дырявая, чуть слово не забыл.
Вытащил телефон и прочёл сообщение.
– Ты где? Почему не на работе?
Номер принадлежал хозяину фермы.
– Так я выходной же… – написал в ответ Илюша.
– Ты вчера выходной был! – пришло обратно сообщение.
– Я сегодня тоже выходной.
Минуты две не было сообщений, видимо, начальник думал.
– Ты уволен! Я уже нашел нового тракториста.
– Подожди начальник! Я ж завтра вернусь!
– Поздно, ты уволен!
– Да епрст то! – крикнул Илюша и в сердцах с размаху кинул телефон на дорогу.
Телефон сказал дзинь и разлетелся на части. Пришлось собирать и перезагружать его.
Так он дошёл до магазина. Так себе магазинчик, раньше такие называли сельпо. В таких магазинах обычно можно купить все, но не очень хорошего качества. Он как универсальный магазин, почти как торговый центр в городе только в разы меньше и ассортимента мало, но правда цены не очень кусаются. А чего они кусаться то будут? Это в городских магазинах продают брендовые вещи с накрутками разными, а тут такого не хотят даже. Кофточка она же для сельчан кофточка, будь то Гучи, Диор или красная большевика. Вот тут обычно только большевика и продавалась, а если Гучи, то не с запада, а с востока. И алкоголь тут был дешёвым. А что? Тут пьют всё, что горит, несмотря на этикетку и акцизную марку. Фальсификат говорите? Ой, да подумаешь, помрет от этой водицы крепенькой пара человечков в год, и что? Все, переходи на дорогую? А где денег на дорогую взять?
– Привет Зинка, – улыбнулся во весь свой щербатый рот Илюша.
– О, явился, не запылился, – брякнула продавщица, – опять за водкой пришёл?
– А чей-то сразу за водкой? Не только.
– И за пивом? Водка ж без пива деньги на ветер?
– Откуда узнала?
– Так у тебя на морде лица это жирными буквами написано.
– Угадала, дай мне Зин бутылку и три пива.
– Водку стандартную?
– Естественно.
– А пива какого?
– Пива.
– Тёмного, светлого, нефильтрованого?
– Просто пива дай, мне ж не вкушать, а мешать, – заржал Илюша.
– Триста один рубль.
– Не вопрос.
Полез Илья в карман и вспомнил, что деньги дома забыл, наверное.
– Зинуль, – занялся Илюша, – тут дело такое, я кажется деньги дома оставил…
– Даже не сомневалась, – прыснула продавщица, – получка ж две недели назад была, оно ж и понятно, что деньги дома забываете теперь.
– Может, в тетрадку запишем? А я с зарплаты отдам!
– Все, кончилась халява, хозяйка сказала, что тетрадкой на закупках не расплатишься.
– И что теперь? – в глазах Илюши зиял ужас.
– Теперь если пишем в тетрадку, то накидываем ещё десять процентов сверху, типа в кредит.
– Да ты чего Зинка охренела? Это ещё тридцатку запросто так должен буду?
– Так никто никого не заставляет, – елейным голосом произнесла баба, – не хочешь переплачивать так деньги давай.
– Так не взял же с собой, – развел руками Илюша.
– Вертайся домой.
– Ладно, давай, записывайтесь свою тридцатку, – соглашаясь, махнул рукой Илья.
Когда он пришёл домой, то не обнаружил там никого. На пустом столе лежала записка.
"Надоела такая жизнь, копейки собирать и на твою морду пьяную смотреть, с детьми уехала к маме, завтра подаю на развод, Юля".
Илья сел за стол, налил стакан водки, выпил, и открыл бутылку пива. На ней было написано: Пиво светлое.
– Вот, только такое светлое пятно в моей жизни и осталось, – вздохнул Илюша и запил водку пивом.
