Go to audiobook
Весна в этом году выдалась ранняя: шла всего лишь вторая неделя среднего месяца, а уже было так тепло, и все садовые деревья стояли в цвету.
Альдорика спешила по дорожке через луг, успевая наслаждаться хорошей погодой и весенним солнцем: хоть его лучи и были виноваты, что ее нос и щеки раньше обычного украсились веснушками, она не обижалась на светило. Не всё ли равно служанке в латаном-перелатаном платье, красива она или нет? Никакой принц на нее в любом случае внимания не обратит.
Да, это был чудесный денек, и чудесно было на лугу: щебетали птицы, в воздухе носились пчелы и шмели, запахи цветов кружили голову. Дора напевала себе под нос старую прилипчивую песню и иногда останавливалась, чтобы сорвать еще один цветок и добавить его к зажатому в руке букету.
О плохом думать совсем не хотелось. Ей удалось незаметно сбежать из замка – а значит, всё было хорошо. Надо только успеть вернуться до возвращения графини.
Дорога привела ее к Тиорской заставе; Дора свернула на узкую тропинку и направилась вдоль кованой решетки к оврагу. Она шагала мимо пустого двора с казармой и хозяйственными постройками, и молилась, чтобы никто ее не окликнул.
Встречаться с ребятами из гарнизона было вовсе ни к чему. Она знала здесь многих, имелись у нее и приятели. Графиня давным-давно договорилась с начальником заставы, и за небольшую плату он каждый день отправлял в замок караульного, чтобы стоять на воротах – Дора иногда болтала с парнями о разных пустяках, если не видела хозяйка.
Вот только сегодня, она это понимала, лучше ни с кем не сталкиваться – как бы кто по ошибке не сболтнул лишнего, и рассказ о самовольной отлучке не дошел до ушей графини. К счастью, в гарнизоне как раз был обед, и во дворе перед казармой – никого.
Дора еще немного ускорила шаг, прошмыгнула мимо решетки и добралась до оврага, откуда пахнуло на нее прошлогодними прелыми листьями, а там уж спустилась вниз по тропинке, пронеслась по небольшому мостику через ручей, легко взлетела наверх по противоположному склону и наконец остановилась отдышаться. Тропинка привела к старому кладбищу.
Вскоре она вышла к небольшой кладбищенской часовне, обогнула ее и остановилась у неприметной могилы. Опустилась на колени рядом с могильным камнем, смахнула с него ладонью истлевшие травинки и всякий сор, аккуратно разложила принесенные цветы – половину букета. Если графиня решит сегодня навестить могилу мужа, конечно, сразу догадается, кто сюда приходил.
Но графиня не придет, об этом можно даже не беспокоиться. Хозяйка Тиорского замка не любила графа при жизни, а после его смерти еще и перестала это скрывать.
– Вот я и забежала к вам на минутку, ваше сиятельство! – Альдорика улыбнулась могильному камню. – Сегодня ведь день вашей… памяти. О, нравятся вам цветы? Я собрала их на лугу у казарм. Знаете, сейчас весь луг так красиво цветет! Хотя вы, конечно, знаете – сверху же всё видно… Как вам живется в Высших Сферах? Графиня запретила мне приходить к вам, но я всё же решила сбегать, пока ее дома нет. Только надо теперь вернуться незаметно…
Она поднесла руку к лицу и поспешно вытерла слезы, которые уже вовсю самовольно катились по щекам. Дора не помнила, как ей жилось в замке, когда граф был еще жив. Просто откуда-то знала, что он был добр к ней. Что тогда всё было хорошо.
Она еще раз провела рукой по могильному камню, обвела кончиками пальцев выдолбленные на нем буквы – «Любезному супругу, графу Тиорскому» – и поднялась с колен. Подошла к соседней могиле, присела, украсила ее оставшимися цветами. Там была похоронена первая жена графа, которая умерла давным-давно, при родах.
Дора, когда ей удавалось вырваться сюда, всегда делила свой букет на две части – хотелось порадовать обоих. Эти двое, конечно, сейчас вместе там, на небесах, и счастливы. Люди говорили, граф очень любил первую жену и страшно переживал после ее смерти. Люди говорили, много лет он и слышать не хотел о повторной женитьбе – но вдруг четыре года назад взял да женился на вдове с двумя дочерьми. А спустя три месяца после свадьбы умер. Люди говорили, это новая графиня его в могилу свела. Потому что она ведьма.
Альдорика поднялась на ноги.
– Мне пора, господин граф. Я еще обязательно приду.
Бросив последний взгляд на безмолвные надгробия, она поспешила обратно. Миновала овраг, промчалась по тропинке мимо кованой ограды – кажется, обед у солдат еще не кончился, так что ей повезет вернуться незамеченной.
Она как раз повернула на дорогу, ведущую сквозь луг прямиком к замку, и почти вздохнула с облегчением, что никто ее не заметил, когда за спиной раздался знакомый голос:
– Золушка! Эй, Золушка!
Дора вздрогнула, замерла на месте, но тут же мотнула головой, поняв, кто ее окликнул. Помедлила лишь самую малость и обернулась. За ней спешил Зуфик – один из гарнизонных солдат и ее приятель. Можно было не беспокоиться: это парень надежный и не болтливый, он ее не выдаст.
Вот только Зуфик был не один. С ним был молодой мужчина – чужеземец, если судить по одежде. «Какой красивый», – невольно подумала она.
Незнакомец почему-то смотрел на нее так, словно потерял дар речи.
– Итак… – Королева Сельвестина окинула взглядом всех присутствующих. – Есть у кого-нибудь сногсшибательные предложения?
Бонти, секретарь совещания, сидевший чуть в стороне, стряхнул пару невидимых пылинок с камзола, раскрыл толстую тетрадь, обмакнул перо в чернильницу и вывел наверху чистого листа:
«Протокол совещания от 5-го числа среднего весеннего месяца 6325 года от сотворения мира.
Кайсвург, столица королевства Лиата.
Председательствующий: Ее Величество королева Сельвестина.
Секретарь совещания: старший придворный кавалер Бонтилеон, камергер и помощник королевы по общим вопросам.
Присутствуют:
Его Величество король Эдриан Второй.
Его Покойное Величество король Раминальд Первый, земля ему пухом, в облике призрака.
Ее Светлость герцогиня Теллия, помощник королевы по вопросам безопасности.
Его Высокоблагородие полковник Ронан Лестель, начальник дворцовой стражи.
Повестка дня: спасение королевства».
Бонти тихонько скрипел пером, пока остальные тянули время, не торопясь озвучивать свои сногсшибательные предложения. Королева уперлась ладонями в подлокотники и немного наклонилась вперед.
– В молчанку будем играть?
Участники совещания как по команде отвели взгляды и принялись внимательно изучать идеально гладкую поверхность мраморного стола, который, кажется, испокон веков, еще со времен старых королей, стоял в этом зале для переговоров, а сейчас вокруг него расположились они, первые лица королевства – разумеется, соблюдая субординацию и демонстрируя необходимую в общении с монархами деликатность.
– Эдриан? – спросила королева, повернувшись к супругу.
– Мы не можем противостоять аскорской армии, Сельви, – пробормотал он. – Ну… мы просто не можем.
«Его Величество король Эдриан Второй предложил капитуляцию», – записал секретарь.
– С тобой всё понятно. – Королева побарабанила пальцами по столу. – А вы, э-эм, дорогой папа… что скажете? – обратилась она к призраку свекра. – Может, посоветуете, как нам спасти королевство? В конце концов, в эту историю мы вляпались по вашей вине.
Призрак выплыл из-за стола и поднялся к потолку. Он снисходительно улыбался, показывая, что не обижается на резкость, потому что тем, кто познал истину, не пристало отвлекаться на суетное.
– Не по моей, Сельви. Ты же знаешь, не по моей. Это была его судьба.
– Не по вашей вине? – почти спокойно ответила королева и откинулась на спинку кресла. – А разве не вы явились моему сыну с того света…
– Из лучшего мира.
– …когда мальчику едва исполнилось шестнадцать?
– Почти исполнилось семнадцать, не надо драматизировать.
– Разве не вы убедили его бросить родных отца и мать, отказаться от своего долга перед королевством и бежать в Аскор?
– Это была его судьба! – Призрак устало прижал ладонь ко лбу, покачал головой. – Пророчество гласило, что придет тот, кто объединит все Нижние Земли, после чего наступит мир и благоденствие…
– Вы сами придумали, как толковать это никому не интересное пророчество! – рыкнула королева. – Мальчик не имеет ни малейшего отношения к забытым выдумкам!
– Он имеет к ним самое прямое отношение, – упирался старый король. – К тому же, не забывай, он поехал в Аскор учиться. Всем одаренным надо учиться управлять своим даром, а в Лиате учить его было некому. Если бы судьба распорядилась иначе, его учителем мог бы стать я. Но увы, к тому времени, когда моему внуку…
– Моему сыну! Едва исполнилось шестнадцать!
– …почти исполнилось семнадцать, я, как ты знаешь, уже перешел в лучший мир.
– То есть умер.
Повисла неловкая пауза; старый король нахмурился. Король Эдриан виновато посмотрел на отца, потом покосился на королеву Сельвестину и вздохнул. Бонти решил, что он пока ничего не будет записывать.
– Я не люблю этого слова, – сказал призрак.
– Я в курсе, – невозмутимо ответила королева.
Призрак медленно спустился вниз и снова занял свое место за общим столом.
– Что за характер… – пробормотал он.
– Что насчет спасения королевства? – уточнила королева Сельвестина, подавшись вперед.
Старый король покачал головой.
– Я уже всё сказал. Моему внуку нужно было уехать в Аскор. Сейчас он аскорский император, и ему подчиняется сильнейшая армия в Нижних Землях. Еще раз: это была его судьба, понимаешь? Он объединит под своей властью весь цивилизованный мир.
«Его Покойное Величество король Раминальд ответил уклончиво», – подумав, записал секретарь.
– Я-то понимаю, – со злостью прошипела королева Сельвестина. – Я прекрасно понимаю, что скоро мой сын приберет к рукам все наши пока еще независимые государства. Благодетель! Объединитель! Его армия обойдет Нижние Земли из конца в конец, с востока на запад, как там поется в старых песнях – от моря до моря! И никто, заметьте, никто не посмеет ему помешать! В прошлом месяце он присоединил к своей империи соседний Вертен. А дальше? Что будет делать наша маленькая беспомощная Лиата, когда армия Аскора подойдет к границе?
Король Эдриан снова вздохнул.
«Ее Величество королева Сельвестина взволнована международной обстановкой на континенте», – подытожил Бонти.
– Но, говорят, в Вертене обошлось без жертв, – неуверенно заметила герцогиня Теллия. – Аскорцы просто пригрозили разрушить дворец, и их король сразу подписал капитуляцию.
– Просто? – возмутился полковник Лестель.
– Я еще раз всех спрашиваю: какие есть предложения? – мрачным голосом поинтересовалась королева. – Что нам делать?
– Довериться судьбе, – улыбнулся призрак.
– То есть вы полагаете, дорогой папа, что его императорское величество не станет нас завоевывать? – Королева подняла бровь. – Не иначе, по доброте душевной?
– Я много чего полагаю, Сельви, однако будущее неведомо даже призракам, – разводя руками, ответил старый король. – Кстати, мне пора. Обращайтесь, если что, всегда рад помочь.
Призрак помахал всем рукой на прощание и исчез. Королева отчетливо скрипнула зубами:
– Помощничек.
«Его Покойное Величество король Раминальд покинул собрание, растворившись в воздухе», – поторопился записать в протокол секретарь.
– Рони? – Королева посмотрела на начальника дворцовой стражи. – Кажется, ты что-то хотел сказать?
Полковник Лестель встал, откашлялся.
– Я думаю, – начал он, – нам следует стянуть все войска к границе в районе Тиорской заставы. Вероятному противнику, чтобы попасть на нашу территорию, всё равно не миновать этот участок, в других местах им помешают Стена, непроходимые леса, болота и топи. То есть, мы можем хотя бы попытаться задержать их на время. Затем, возможно, нашим шпионам удастся проникнуть в тыл врага и устроить диверсию, которая отсрочит…
«Полковник Ронан Лестель предложил пасть смертью храбрых», – зафиксировал Бонти в протоколе совещания.
– Достаточно, – прервала полковника королева Сельвестина. – Теллия, дорогая, а ты что скажешь?
Герцогиня встрепенулась, сжала руки в замок.
– Я думаю… я согласна с Эдрианом. Нельзя допустить военных действий на нашей земле. Надо капитулировать, не дожидаясь объявления войны.
«Герцогине Теллии понравилась идея Его Величества короля Эдриана сдаться в плен всем королевством», – старательно вывел в тетради Бонти.
– Другого выхода у нас нет? – медленно проговорила королева.
– Да, – ответила герцогиня. – То есть нет. То есть, я думаю, что нам следует отправить императору срочную депешу. Написать, что Эдриан просит принять Лиату в состав Аскорской империи, а сам он готов отречься от престола в пользу его императорского величества.
– Кто, я? – удивился король, потом посмотрел на жену и неуверенно спросил: – Я готов?
– А может быть, я не готова! – повысила голос королева.
– Но тебе и не надо будет! – Герцогиня Теллия всплеснула руками. – Мы поставим условие, чтобы император сделал тебя своим наместником… наместницей. Эдриан, ты же не против?
– Кто, я? – снова переспросил король, но тут же добавил: – Я не против.
– Ну вот. Уладим все формальности, подпишем бумаги, император вернется к себе, а ты будешь править нами, как раньше… ах, да, Эдриан, извини, не хотела тебя обидеть – конечно, вы вдвоем будете править, как раньше, ну, просто подчиняться Аскору для видимости… И Сельви, дорогая, я бы тебе советовала поскорее сосватать сыну невесту из хорошей семьи. На его любовь к родине нам, думаю, рассчитывать не стоит, зато если он женится на лиатанской девушке, наше королевство будет на особом положении в империи. Главное, успеть подсунуть ему подходящую девушку раньше, чем это сделает кто-нибудь другой. Да хоть тот же Вертен – их завоевали, но разве вертенский король так просто откажется от власти и влияния? У него три дочери на выданье – я уверена, его бывшее величество уже вовсю строит подлые планы!
Королева Сельвестина долго молчала. Бонти ждал, не зная, что записать, а перо на всякий случай убрал на подставку – было бы жаль в последний момент посадить кляксу на идеально оформленный протокол. Наконец королева хмыкнула, опустила руку под подлокотник кресла, дернула потайной рычаг, и в широком подлокотнике со щелчком откинулась крышка. Достав из углубления портсигар, она вытащила одну сигарету, щелкнула зажигалкой и закурила. Потом откинулась на спинку и прикрыла глаза рукой.
– Опять контрабанда из Аскора? – недовольно пробурчал король Эдриан. – Когда ты наконец бросишь курить? Это очень вредно для здоровья.
– Не зли меня, – отмахнулась от него королева. – Так, Бонтилеон, пиши. Собрание постановило послать депешу его величеству императору Вардамиану Первому и пригласить его на мирные переговоры в Кайсвург, столицу королевства Лиата. На переговорах мы планируем обсудить вопросы объединения наших земель под управлением аскорского императора. Совещание окончено, все свободны.
Бонти важно кивнул головой и тут же заскрипел пером:
«Ее Величество, как всегда, спасла нас от страшной участи. Боже, храни королеву!»
***
Император Объединенного Аскора Вардамиан Первый сидел за столом в своем кабинете и хмуро смотрел на расположившегося напротив него Мариса Керна – своего первого заместителя и одновременно генерала аскорской армии.
– Зачитай мне еще раз послание, которое доставил курьер, – сказал он.
Керн надел очки, едва заметно пожал плечами и развернул сложенный вчетверо листок бумаги, который держал в руках.
– Мы, Эдриан Второй, король независимого королевства Лиата, – начал громко читать он, – приглашаем Его Величество императора Объединенного Аскора Вардамиана Первого в нашу столицу Кайсвург для проведения переговоров на высшем уровне о вхождении Лиаты в состав государства Аскор, что позволит нашим странам сплотить силы и эффективно противостоять любым внешним угрозам. О времени прибытия просьба сообщить заблаговременно. Королевская грамота для проезда через контрольно-пропускной пункт Тиорский прилагается. С уважением…
– Достаточно, – оборвал его Дамиан и с задумчивым видом облокотился о подлокотник.
– Вот насчет внешних угроз сейчас смешно было, – сказал Керн. – Единственная их угроза – наша армия, и они это прекрасно знают.
– Конечно, знают, – кивнул Дамиан. – Поэтому и хотят объединиться.
– И чего ты теперь изображаешь задумчивость? – спросил Керн. – О чем тут вообще думать, когда соглашаться надо?
– Мне всё это не нравится, – пробормотал Дамиан, закидывая ноги на стол.
– Просто твой папаша понимает – по сравнению с нами у них, считай, вообще нет армии, – фыркнул Керн. – У них даже танков нет, о чем вообще говорить. Наша операция в Вертене произвела на всех очень хорошее впечатление. Уверен, король Лиаты теперь только и думает, как спасти свою шкуру и сохранить подобие власти.
– Королева, – пожимая плечами, ответил Дамиан. – Там всё решает не отец, а мать.
– Ну, допустим, королева. Значит, именно королева постарается выторговать условие, что она останется твоей наместницей.
– Да. Уж она постарается.
– Что тебя смущает, я никак не пойму?
Дамиан шумно вздохнул, опустил ноги, встал из-за стола и принялся ходить по своему кабинету из угла в угол. Он не знал, как объяснить своему первому заместителю – да и не было желания кому-либо в принципе это объяснять – что он просто не хочет больше иметь никаких дел с матерью. Что его вполне устроил бы вариант не встречаться с ней до конца жизни. Что именно поэтому, хоть он и собирается со временем объединить весь цивилизованный мир, как там поется в старых песнях, от моря до моря… у него никогда не было намерений присоединять к своей империи землю, где он родился и вырос. Что, когда он жил в Лиате и был наследным принцем, его постоянно преследовало ощущение – он и не живет вовсе. Что Керн ошибается, считая, будто в Лиате нет танков – один танк там все-таки есть, просто у него женский голос и корона на голове…
– Варди, хватит уже думать. Думать не о чем. Накапай себе валерьянки в лиатанское красное, и вперед, прибирать к рукам родные края.
Дамиан поморщился. Ему не нравилось, как Керн сокращает его имя, однако переупрямить своего заместителя он за несколько лет так и не сумел – генерал оправдывал свою фамильярность тем, что «эти ваши имена» слишком сложные, его аскорский речевой аппарат просто не приспособлен их выговаривать.
– Я пока не буду с ними встречаться, – наконец ответил Дамиан. – На переговоры вместо меня поедешь ты. Никаких соглашений не подписывай и ничего не обещай. Всё разузнай и выслушай все предложения. Возьми с собой Бренту. И отправь в Лиату ответ, чтобы ждали нашу делегацию через неделю.
– А почему ты не хочешь ехать? – удивился Керн.
– Потому что.
Дамиан походил еще немного из угла в угол, потом вдруг добавил, неожиданно приняв решение:
– Нет, на самом деле, я тоже поеду. Но не в Кайсвург, нет. Вы с Брентой отправитесь на переговоры, а я – в один маленький городок по дороге. Там живет моя старая знакомая, надо ее навестить. Кстати, сделай мне паспорт на какое-нибудь дворянское имя для прохождения границы.
Керн поджал губы, посмотрел на него с усмешкой.
– Что? – разозлился Дамиан.
– Старая знакомая? – уточнил этот нахал, поднимая бровь.
– А не много ли ты себе позволяешь? – поинтересовался император обманчиво спокойным голосом.
– Да мне просто интересно. Ты стал таким занудой в последнее время, всё тебе надоело, даже, насколько я знаю, девочек к себе не водишь. А тут надумал тащиться аж в соседнее королевство, чтобы провести целый день не пойми с кем… Что там за девочка-то хоть?
– Еще слово, – медленно проговорил Дамиан, – я использую внушение, и ты будешь бегать по всему дворцу на четвереньках и кукарекать.
– Не используешь, – ответил Керн, слегка побледнев. – Ты не настолько сошел с ума, чтобы ронять мой авторитет перед подчиненными.
– Проверим?
Керн закатил глаза, потом натянуто улыбнулся.
– Ладно, извини, погорячился, был неправ. Пойду, надо еще подготовить ответ твоему отцу и отправить обратно курьера…
Керн выскочил из кабинета, а Дамиан сел в свое кресло, откинулся на спинку и задумался.
На мгновение ему стало смешно – видел бы генерал ту «девочку»! Старой Фритрике, наверное, лет двести, не меньше. Да и что за нелепость предполагать, будто он готов проснуться ни свет, ни заря, потом трястись несколько часов в машине только ради того, чтобы удовлетворить физиологические потребности с какой-то там девочкой. Он, всемогущий император Аскора, будущий властелин мира, которому стоит только пальцами щелкнуть, и любая с разбегу запрыгнет в его постель!
Потом веселость испарилась, на горизонте снова замаячила перспектива переговоров с матерью – если принять ее предложение, то, сколько ни оттягивай, встречи века не избежать… Может, все-таки ну их к черту, эти родные края?
А еще Керн, конечно, был прав – наблюдательный, паразит – девиц император стал водить к себе редко. С некоторых пор будущему властелину мира как-то наскучили постельные забавы. Эти девицы, девушки, женщины, придворные дамы, юные принцессы, которых соседние правители так и норовят выдать за него замуж… все они абсолютно одинаковые: красивые, пустоголовые, слишком стараются угодить. И каждая, абсолютно каждая мечтает обойти остальных соперниц и стать императрицей.
Если бы не его амбиции и великие планы по объединению мира, он бы давно от такой жизни свихнулся.