Read the book: «Ужас Рокдейла. Парад мертвецов», page 3

«Каков удалец, как умело врет, и ведь совершенно даже не краснеет», – думала про себя миссис Керри. Уж она-то прекрасно знала, что мистер Биггс изменял своей жене как минимум трижды за последние пару недель. Она своими глазами видела из окна этих длинноногих разукрашенных девиц. Мистер Биггс водил их к себе домой в те дни, когда его жена была на работе.

– Подлец, мерзавец, ублюдок, наглый обманщик! – отвечала криками миссис Биггс на все увещевания ее мужа.

«Так его, так его!» – подбадривала про себя пухленькую сорокадвухлетнюю дородную женщину девушка.

Примерно через час миссис Биггс поставила окончательную точку в отношениях со своим мужем, спихнув худощавого мистера Биггса пинком под зад вниз с порожек и с грохотом захлопнув за собой дверь.

К радости миссис Керри, семейная сцена Биггсов на этом не закончилась, а просто перенеслась во двор. Когда мистер Биггс с трудом поднялся на ноги после головокружительного полета по ступенькам (мерзавец оказался счастливчиком и отделался только легкими ушибами) и вышел на улицу, с третьего этажа вместе с отборной бранью в него мигом посыпалась градом вся его одежда вместе со всеми личными вещами.

Разумеется, девушка с восторгом досмотрела все это замечательное представление до конца, но уборку так и не закончила. Вскоре молодая миссис Керри почти совершенно забросила все свои домашние дела, весь ее день проходил либо возле окна, либо возле дверного глазка. Ее муж все чаще, приходя домой уставшим, не обнаруживал ужина, а уходил утром на работу в грязном, мятом костюме. Поначалу Патрик старался не обращать внимания на чудачества его благоверной, он думал, что это пройдет, вскоре она потеряет интерес к этому странному развлечению и тогда они вновь заживут счастливо. К сожалению, любопытство миссис Керри день ото дня только росло. На упреки мужа она лишь отмахивалась или вовсе не обращала никакого внимания. Однажды воскресным утром Патрик просто собрал все свои вещи и ушел. Миссис Керри даже этого не заметила, она была слишком занята тем, что высматривала на улице очередную семейную ссору соседей: дочь миссис Дауни, по-видимому, навсегда рвала все связи с матерью. Последующий за уходом мужа развод позволил ей сохранить квартиру и продолжить заниматься своим любимым делом без необходимости зарабатывать самой, Патрик на тот момент был уже директором фирмы и успел сколотить приличное состояние. Ей тогда было всего лишь двадцать девять лет…

Как только Лиза с Майком открыли дверь и вышли на свежий воздух, перед ними предстало улыбающееся лицо женщины с длинным острым носом, на котором покоились большие круглые очки. Мать любителя бороздить просторы луж готова была поклясться, что именно эту женщину она видела сегодня днем в окне.

– Ой, здравствуйте, а вы, конечно же, новые жильцы из двенадцатой квартиры? Очень рада буду с вами познакомиться! Я живу этажом выше.

Лиза Бишоп, прекрасно понимая, к чему идет дело, резко перебила назойливую, любопытную соседку.

– Прошу прощения, но мы торопимся, мой сын очень хочет есть, – прищелкнув языком, ответила она.

Миссис Керри совершенно не растерялась.

– О, ну разумеется, детям в таком возрасте обязательно нужно хорошо питаться, иначе они рискуют не вырасти и навсегда остаться коротышками, – весело сказала она и потрепала Майкла за его кудрявые волосы. – Ну что ж, в таком случае я приглашаю вас к себе в гости. Я как раз сегодня испекла замечательный сладкий яблочный пирог, думаю, ребенку он придется по вкусу. Лучшего способа познакомиться и придумать нельзя! Пойдемте же за мной скорее, я вас мигом накормлю!

– Спасибо, но, может быть, как-нибудь в другой раз. Видите ли, мы хотели бы прогуляться и заодно здесь немного осмотреться.

Тем не менее миссис Керри не собиралась сдаваться.

– В таком случае вам стоит сделать это в другой раз, потому что пешком до ближайшего места, где можно было бы перекусить, голодными не дойти. Все заведения общественного питания в радиусе пяти километров закрылись.

– Тогда мы просто зайдем в какой-нибудь магазин и купим чего-нибудь поесть там. Майкл, пошли. – Щелчки языком Лизы становились все сильнее.

Но миссис Керри с решительным видом встала у нее на пути и не позволила сделать ни шага.

– Милочка, если вы собираетесь кормить ребенка этими отвратительными полуфабрикатами из магазина «Все у Бо» или еще какой-нибудь отравой, которая там продается, а я вас уверяю, так оно и есть, и поблизости других магазинов вам не сыскать, то вы рискуете познакомиться с нашей прекрасной местной больницей и доктором Дастином Коннорсом, который, кстати сказать, является прекрасным специалистом в области острых пищевых отравлений. Могу даже вам заранее дать его номер, чтобы вы вовремя успели ему позвонить и ваш ребенок все-таки остался жив.

– Думаю, что вы преувеличиваете и все не так уж и страшно, – холодно отрезала Лиза.

– Ну что ж, вам виднее, и не говорите потом, что я вас не предупреждала, – разведя руки в стороны, ответила миссис Керри. – Ах, право, будет очень жаль, если такой славный мальчуган проведет несколько месяцев в больнице и ему исколют всю попку этими ужасными уколами, да еще и это каждодневное кошмарное промывание желудка, брр, – вздыхая и поеживаясь, закончила разговор она. После чего отошла в сторону, делая вид, что пропускает их.

Но тут уж Майкл не выдержал и заревел.

– Мамочка, мамочка, я не хочу умирать! Я не хочу в больницу! Давай не пойдем в этот ужасный магазин! Я не хочу, чтобы мне делали уколы и промывали желудок! Пожалуйста, давай поедим у этой тети! Пожалуйста, мамочка! – протяжно выл Майкл и без остановки дергал Лизу за кофту.

– Ладно-ладно, успокойся, мы не пойдем в этот магазин. Все, хватит уже! Я схожу возьму ключи от машины, и мы съездим в другой.

– Не думаю, что это разумная идея, – покачав головой, отозвалась миссис Керри.

– Это почему еще? Только не говорите, что у вас все магазины в городе такие ужасные, а продукты в них полны кишечных палочек и червей!

– О, нет, разумеется, у нас есть замечательные магазины, в которых можно без опаски покупать еду. Но, видите ли, когда дети уже достаточно голодны, их не стоит сажать в машину, потому что тогда существует большая вероятность того, что их может укачать и сразу же начнет рвать.

Тут уж Лизе было возразить действительно нечего. Она и сама прекрасно знала, что такое вполне возможно. Майкл не ел почти весь день, а его и вполне сытого порой тошнило в машине…

Довершил победу миссис Керри вновь включившийся в разговор Майкл.

– Мамочка, мамочка, я не хочу, чтобы меня тошнило, я ужасно хочу кушать, давай скорее пойдем к этой тете и поедим у нее! – вновь протяжно взвыл мальчуган.

Лиза сдалась окончательно.

– Хорошо, хорошо, если эм-м…

– Миссис Керри, – подсказала ей любительница все знать о соседях.

– Если миссис Керри все еще приглашает нас к себе на ужин, то мы с радостью принимаем ее предложение и заранее благодарим от всего сердца за ее щедрость, – с трудом выдавила из себя Лиза и напоследок вяло и устало прищелкнула своим хорошеньким розовым язычком.

– Конечно, конечно, прошу вас, поднимайтесь пока на третий этаж. Я сейчас подойду, – отмахнувшись, ответила миссис Керри совершенно обыденным тоном, в то время как в ее душе играл торжественный марш в честь этой блистательной победы. Сейчас она ощущала себя не иначе как Цезарем, одержавшим очередную блистательную победу в сражении.

Миссис Керри действительно было чем городиться, ведь ее тщательно разработанный план полностью оправдал себя. И этот приготовленный загодя яблочный пирог, и все эти тщательно составленные фразы, направленные главным образом на то, чтобы оказать как можно большее давление на ребенка, были всего лишь частичками в ее грандиозном плане, который, к слову сказать, ей даже не пришлось раскрывать в полном объеме. На крайний случай у нее был припасен также приступ слабости, вызванный внезапным скачком давления, который неизменно привел бы этих двоих к ней домой. Подумать только, на что только не идут люди ради удовлетворения своего любопытства!

Пока раздосадованная мать поднималась на третий этаж, ее счастливый сын топал по ступенькам, находясь в предвкушении вкусного ужина, миссис Керри решила на минутку задержаться на улице, для того чтобы напоследок окинуть взором свои владения. Она должна была быть полностью уверена в том, что поблизости не происходит ничего интересного, прежде чем начинать заниматься этими новенькими. К счастью, кроме кота мистера Крейтона, закапывающего свое дерьмо в детской песочнице, вокруг не было ничего примечательного, и миссис Керри бодрым шагом направилась догонять своих гостей.

Чтобы удовлетворить свое любопытство и разузнать все о новых обитателях двенадцатой квартиры, обладательнице выдающегося длинного шнобеля пришлось сегодня изрядно попотеть. И дело было не столько в составлении самого плана, сколько в его исполнении, а если быть точнее, то сложности у миссис Керри возникли из-за готовки.

Порядок у себя в квартире все эти годы она еще старалась хоть как-то поддерживать, но вот готовить… готовить она перестала уже очень давно. Нет, разумеется, миссис Керри не голодала и кое-что стряпала, если можно было назвать стряпней пару жареных яиц на сковородке или несколько тостов с арахисовой пастой. Она даже не подозревала, что приготовить яблочный пирог, картофельный салат и сделать несколько гамбургеров будет такой нескончаемой мукой. В поварской книге, которую ей подарила когда-то мать Патрика на свадьбу, все эти блюда казались пустяком, но на деле… на деле это оказалось сущим кошмаром. Она провозилась с чертовым пирогом почти четыре часа, салат, слава богу, отнял только полтора, а вот с этими паршивыми гамбургерами пришлось возиться еще два с половиной.

Миссис Керри была измучена, продуктов было переведено немереное количество, ведь все блюда у нее вышли только со второго, а то и с третьего раза. Несмотря на это, женщина была счастлива, поскольку ее цель была достигнута, а она, как известно, оправдывает все вложенные средства. К тому же выбора особого у нее и не было. Как только миссис Керри встретила неделю назад Бэтти и выведала у нее все, что та сама успела узнать из телефонного разговора о своих жильцах, она сразу же поняла – дело будет непростое. Эти бизнесмены и бизнесвумены из больших городов сделаны совершенно из другого теста. В то время как обычный житель Рокдейла, как и всякого другого небольшого заурядного, тихого городка, при встрече сам любезно расскажет вам о себе всю возможную информацию, эти люди в строгих деловых костюмах, которые вечно куда-то торопятся, не столь общительны и обычно не расположены делиться деталями своей личной жизни. Разговорить их можно было только за едой, ибо они привыкли общаться во время своих деловых ужинов. Если вам приходилось бывать в каком-нибудь дорогом, престижном ресторане, вам не могло не броситься в глаза то обстоятельство, что большую часть зала занимают эти самые деловые люди, которые с важным видом сидят за столиками и ведут переговоры. Какого черта, спросите вы, они платят тогда такие бабки за еду, если к ней совершенно не притрагиваются, а если и едят, то едва ли замечают, что они там отправляют себе в рот? Какого дьявола известные на весь мир шеф-повара стараются создавать неповторимые кулинарные шедевры из самых дорогих и лучших ингредиентов, если с таким же успехом они могли бы вывалить на тарелку кучу отборного дерьма, а эти деловые костюмы, ни на секунду не отвлекаясь от беседы, с таким же важным видом отправляли бы все это внутрь своего живота? Но для жителей любого многомиллионного города любой развитой страны такое явление давно стало совершенно обычным делом. Рестораны и кафе вместе со всеми этими обедами и ужинами давно превратились в нечто вроде переговорных пунктов, в которых роль самой пищи, наслаждение ее ароматами и смакованием ее изысканного вкуса уходила на последнее место. Именно поэтому миссис Керри решила, что лучшего способа выведать все об этой парочке у нее не будет. И она ничуть не ошиблась.

Пока голодные мать с сыном уплетали с огромной скоростью с таким трудом приготовленные кушанья, сама миссис Керри удовлетворяла другие свои потребности. Она по очереди перекрестным огнем бомбардировала их вопросами, стараясь полностью насытить свое любопытство. За те двадцать минут, когда со стола успели исчезнуть салат и гамбургеры, миссис Керри удалось выведать почти все, что ее интересовало. Она узнала место рождения матери и сына, их полные имена, возраст, образование, род занятий и занимаемую должность, а также многие другие основные данные. Миссис Керри была настоящим профессионалом в своем деле. Менее чем за полчаса, не слишком напрягаясь, она смогла нарыть об этих людях информации больше, чем успело бы раздобыть Агентство национальной безопасности за несколько дней кропотливой работы.

Когда пришло время десерта и миссис Керри поставила на стол свой яблочный пирог, она решила, что пришло время перейти к более личным вопросам.

– А вот и мое фирменное блюдо, надеюсь, вам оно придется по вкусу, – без тени смущения произнесла лукавая женщина, готовившая сегодня этот самый пирог впервые в жизни.

Надо сказать, что на третий раз пирог вышел действительно отменным. Он прекрасно поднялся, идеально пропекся, и у него была изумительно-притягательная золотистая корочка, которая так и манила скорее отведать хотя бы кусочек, а лучше сразу три-четыре. У Лизы и Майкла при виде такого обворожительного лакомства заблестели глаза, а изо рта чуть не потекли слюнки.

– Ну как, вкусно? – спросила хозяйка квартиры у Майкла.

– Да, очень фкушна, – кое-как ответил ей, причмокивая, с набитым ртом малыш.

– Майкл, не чавкай, пожалуйста, это некультурно, – мигом отчеканила оживившаяся мать.

– Прошти, болше не бубу, – ответил ей сын, уже не чавкая, но все так же с полным ртом, он каким-то образом умудрился засунуть в него целиком огромный кусок.

– Наверное, трудно растить одной мальчика? Вы ведь, если я правильно поняла, живете вдвоем? – осторожно спросила миссис Керри.

– Ничуть. Растить ребенка одной было мое решение. Я рожала его исключительно для себя. И ни разу об этом не пожалела, – резко ответила Лиза, прищелкнув языком.

«О! Вон оно как! Ишь, какая! Ребенка родила только для себя! Ни разу не пожалела об этом! Ну-ну, можешь мне говорить что угодно, но я-то знаю, что ты жалеешь об этом решении каждый божий день. Ох уж эти современные дамочки с их идиотскими новомодными веяниями», – подумала миссис Керри про себя и хмыкнула, а вслух задала еще один вопрос еще более осторожным тоном: – А Майкл хотя бы иногда общается со своим отцом?

– Нет. Он его не знает и никогда не видел, – жестко ответила блондинка. – И вообще, у Майкла нет отца, – заявила она, заметив, что ее сын перестал жевать пирог и с интересом смотрел на мать, вслушиваясь в беседу.

«Ха! Можно подумать, имело место непорочное зачатие! Нет отца, подумать только!» – усмехнулась миссис Керри. Тем не менее она поняла, что нужно срочно переводить тему, иначе она рискует раньше времени распрощаться со своими гостями и так больше ничего не узнать не только сегодня, а может, и вообще уже никогда.

– Так значит, вы говорите, нашли объявление о сдаче этой квартиры аж в газете соседнего штата?

– Да, именно так.

– Удивительно, на что пошла Бэтти, для того чтобы таки сдать ее. Это надо же, дать объявления не только в соседние города, но и в соседние штаты! А может, она и не только на соседние штаты замахнулась. Может, она даже до газеты на Аляске дозвонилась. Ха! Хотя, если подумать, ничего удивительного в этом нет. Скажу вам по секрету: вашей хозяйке не удавалось найти себе новых жильцов целых три года! Да-да, целых три. Она, наверное, вам не рассказывала, но дело в том, что в вашей квартире произошло убийство!

– Нет, напротив, миссис Роуз сразу же меня об этом предупредила по телефону.

– И вас это совсем не смутило?

– Нет. Мне совершенно безразлично, что там когда-то происходило. Люди просто сентиментальные дураки, раз отказывались от такого прекрасного варианта. Мне квартира очень понравилась. Когда я сюда ехала, то опасалась только одного: что внутри будет все совершенно не так, как было написано в объявлении. Но я зря переживала, в реальности все оказалось даже лучше, чем было указано в газете. В общем, меня все устраивает.

– Неужели вас ни капельки не волнует, что там до сих пор может быть еще опасно? Знаете, у нас эту квартиру даже прозвали нехорошей.

– Это еще почему? – удивленно вздернув вверх брови, спросила Лиза.

– Как почему? А как же Ужас Рокдейла?

– Что-что, простите? Какой еще такой ужас, я вас не понимаю.

На этот раз удивленно вздернула вверх брови миссис Керри.

– Вы что, не смотрите телевизор? Об этом ведь говорили почти что на всех телеканалах!

– Нет, не смотрю. Там показывают один только шлак, превращающий людей в дегенератов. А я не хочу, чтобы мой сын вырос идиотом, который, приходя домой с какой-нибудь паршивой, низкооплачиваемой работы, пялился весь вечер в ящик, сидя на диване, потягивая пиво и ржа, как тупой осел.

– Но ведь газеты же вы читаете?! – ответила, всплеснув руками, миссис Керри.

– Да, но только деловые, как «Уолл-стрит джорнэл». Всякие там желтые газетенки я не читаю.

У миссис Керри от удивления съехали ее большие круглые очки к самому кончику носа.

– Милочка, позвольте, я вас просвещу. Чуть больше трех лет назад в нашем городе объявился маньяк. На протяжении нескольких месяцев он держал в страхе весь город, газеты его прозвали Потрошителем Дьявола и Ужасом Рокдейла, но на самом деле его звали Билл Уотс. Это был один местный житель, тихий, безобидный с виду молодой человек, который отправил на тот свет тридцать шесть человек. Конечно, вечно Уотс не мог творить свои злодейства, и в один прекрасный день он попался. Его загнали в угол полицейские под землей, в нашей рокдейлской канализации. Скажу даже больше: его там убили, один детектив пустил ему пулю в лоб. Но вот только он никуда не исчез и не испарился, его дух остался жить в этой ужасной канализации. И спустя три месяца он объявился, в той самой квартире, в которую вы сегодня въехали. Ему нужно было завершить дело, которое он не успел закончить при жизни: убить бедняжку Алису Уолш. Именно она была его последней жертвой, той, с которой он не успел разделаться и которая чудом осталась жива. Он мучил ее около месяца, караулил каждый день в ванной и на кухне в раковине. Бедняжку все считали умалишенной, думали, что у нее поехала крыша после пережитого. Я-то, конечно, так не считала, я единственная сразу поняла, что она говорит правду. Ну, вот однажды она не вытерпела и решила-таки принять ванну. Призрак Уотса, конечно, только этого и ждал, он мгновенно утопил бедняжку, стоило ей только расслабиться. После этого в городе произошел еще ряд убийств. И всегда он убивал только в ванной или на кухне, там, где мог достать до жертвы. По-видимому, его дух был привязан к канализации и не мог покинуть ее пределов. В конце концов, от призрака удалось избавиться с помощью святой воды. Наш местный священник, умничка отец Тадеуш, освятил воду в водохранилище, и ее пустили по всем трубам в городе. После этого Ужас Рокдейла исчез и больше не появлялся. Только вот люди не перестали бояться, многие переехали, потому что опасались того, что он может вернуться. Все боялись и по-прежнему боятся ходить в туалет, принимать душ и мыть посуду в раковине.

Лиза Бишоп сидела и с вытаращенными глазами смотрела на эту женщину. Она ее разыгрывает или говорит это всерьез? Похоже, что всерьез.

«Твою же мать, повезло же ей нарваться на сумасшедшую тетку! Нужно скорее убираться отсюда, пока Майкл не поверил в эти ее бредни!»

Но Майкл уже поверил. Мальчик сидел с открытым набитым ртом, из которого торчала еще не до конца пережеванная пища, и представлял себе ужасного призрака, который явится ему сегодня ночью, когда он пойдет писать в туалет.

– Знаете, пожалуй, нам уже пора. Большое спасибо за ваш теплый прием и эту чудесную пищу, но нам нужно еще успеть сегодня кое-что разобрать из вещей.

– Что? Вы уже уходите? Но как же пирог? Я вижу, что ребенок его еще не доел. Посидите немного, еще ведь совсем не поздно!

– Нет, нам правда уже нужно идти. Еще раз спасибо за ужин, было очень вкусно, – быстро-быстро прищелкивая языком, выпалила молодая мать.

– Ах, ужин, да пустяки, мне было совсем не трудно, я вообще очень люблю готовить. Но постойте, я вижу, что вы мне совершенно не поверили! Уверяю вас, все так и было. Можете спросить любого человека в городе, и он подтвердит вам мои слова. Бога ради, да постойте же вы, послушайте меня и мой вам совет: найдите себе другую квартиру в городе, сейчас в Рокдейле полно хороших, свободных и дешевых вариантов, но не оставайтесь здесь, я думаю, что в этой квартире по-прежнему может быть опасно!

Но Лиза Бишоп не дослушала миссис Керри. Она схватила в охапку Майкла, у которого по-прежнему был раскрыт рот и из него все так же торчал кусок пирога, и, хлопнув дверью, скорее умчалась прочь от этой сумасшедшей.

«Черт подери, вот что делает с людьми телевизор и одиночество. Слава богу, что у нее есть Майкл и ей это не грозит. И она еще, дура, повелась на ухищрения этой чокнутой! Дала затащить себя и Майкла к ней в квартиру! Матерь Божья, да ведь она еще успела рассказать ей чуть ли не всю свою жизнь. Как это могло произойти?!»

Лиза чувствовала сейчас себя так, как будто ее раздели догола. Да что там раздели, просто изнасиловали! Эта безумная тетка знает теперь о них с сыном больше, чем ее собственный отец! Лиза была зла, раздосадована и немного напугана.

Миссис Керри же стояла перед захлопнутой перед ее носом дверью в растерянности и думала. Она тоже не понимала, что на нее нашло. Зачем нужно было рассказывать этой жутко новомодной дамочке про призрака Билла Уотса? Естественно, что девушку это напугало и она сочла ее сумасшедшей. Она ведь не слышала этих ужасных, потусторонних, жутких воплей, доносившихся из всех труб в ее квартире в тот день, когда призрак исчез. И вообще, зачем ей еще вздумалось напоследок давать эти советы, кричать, чтобы они сменили квартиру? Она же сама мечтала, чтобы в эту злополучную квартиру кто-нибудь да въехал! В доме и так осталось не так много жильцов, а она еще сама распугивает последних из них! За кем она тогда станет наблюдать, если в доме не останется никого, кроме нее самой?! Это было совершенно на нее не похоже.

«Может быть, это старость?» – недоумевая, размышляла она.

Но это была не старость, просто ей, возможно, впервые за долгие годы было не все равно на людей, а главное, миссис Керри очень понравился этот мальчуган, и ей не хотелось, чтобы с ним что-то случилось. Может быть, это был долго дремавший в ней материнский инстинкт, кто знает, но миссис Керри действительно боялась сейчас за мальчика, в ее душе поселилась огромная тревога, напрочь убив все это время властвующее там любопытство.