Read the book: «СЕКРЕТЫ СОЛНЕЧНОЙ ПОЛЯНКИ»

Глава 1

Книга первая

Тайна старого колокольчика

Глава 1. Колокольчик после полуночи

В лесу было тихо.

Не просто тихо, как бывает ночью, когда все наконец ложатся спать.

Это была особенная тишина — такая, в которой слышно, как ветер проводит пальцами по верхушкам сосен, как где-то далеко треснула сухая ветка и как маленький ночной жук упрямо стучится в стекло.

За лесом находилась деревня.

Днём по дороге туда иногда проезжали машины, велосипеды и тракторы. Люди ходили в магазин, дети возвращались из школы, кто-то выгуливал собак.

Но о солнечной полянке почти никто не знал.

Она пряталась глубоко между деревьями.

На ней стояли пять маленьких домиков.

И в каждом из них жил один из пятерых друзей.

Рыжий — лабрадор с честными глазами и характером человека, который считал, что если ты сказал «я рядом», то должен действительно быть рядом.

Ёжик — маленький, колючий исследователь, который не верил слухам, пока не проверит их сам.

Жора — попугай, способный рассказать одну короткую историю так, чтобы она через десять минут превратилась в целую пресс-конференцию.

Тедди-БАХ — мягкий медвежонок и лучший повар на всей поляне.

И Генри.

Полное имя Генри звучало так, будто его придумали для герцогского дворца, а не для маленького домика на лесной поляне:

Генриаетта-Антуанета-Маркиза-Ангел-Би Джис.

Но друзья давно поняли, что произносить его целиком можно только в двух случаях: когда Генри особенно хорошо себя вела и когда Тедди звал всех к столу.

Обычно она была просто Генри.

В ту ночь все пятеро спали.

Кроме Рыжего.

Он открыл глаза ровно в 23:59.

Сам не знал почему.

Может быть, ему приснился странный сон.

Может быть, он услышал что-то за окном.

А может быть, его разбудило ощущение, что кто-то смотрит.

Рыжий поднял голову.

В комнате было темно.

Лунный свет лежал на полу длинным серебряным прямоугольником.

Рыжий прислушался.

Ничего.

Он уже собирался снова положить голову на подушку, когда услышал звук.

Динь.

Рыжий сел.

Звук был совсем тихим.

Как будто где-то далеко качнулся маленький металлический колокольчик.

Рыжий подошёл к окну.

За стеклом была поляна.

Пустая.

Он уже хотел отойти, когда смартфон на тумбочке коротко мигнул.

Пришло сообщение.

Рыжий нахмурился.

Он не очень любил сообщения среди ночи.

Открыл.

На экране была фотография.

Солнечная полянка.

Прямо сейчас.

Пять домиков.

Лунный свет.

Деревья.

И его собственное окно.

На фотографии Рыжий стоял у стекла.

То есть фотография была сделана именно в тот момент, когда он смотрел на неё.

Под фотографией было написано:

«Ты первый проснулся».

Рыжий несколько секунд просто смотрел на экран.

Потом написал:

«Кто это?»

Сообщение ушло.

Ответа не было.

Рыжий снова посмотрел в окно.

Никого.

Только лес.

Он уже собирался закрыть телефон, когда услышал второй звук.

Динь.

На этот раз колокольчик прозвучал ближе.

Рыжий взял фонарик.

— Так, — пробормотал он. — Вот теперь мне это совсем не нравится.

Он открыл дверь.

Холодный воздух коснулся морды.

Рыжий посмотрел на лес.

И ему показалось, что между двумя деревьями мелькнула маленькая тень.

Он сделал шаг.

Тень исчезла.

Рыжий закрыл дверь.

— Нет, — сказал он сам себе. — Сначала друзья.

Он быстро написал в общий чат:

РЫЖИЙ:

Просыпайтесь.

Через несколько секунд появился ответ.

ЖОРА:

Если это не пожар, я сплю.

РЫЖИЙ:

Колокольчик.

Три точки.

Потом:

ЖОРА:

Уже иду.

Следующим появился Ёжик:

ЁЖИК:

Какой колокольчик?

Рыжий посмотрел на лес.

И написал:

РЫЖИЙ:

Вот это мы сейчас и выясним.

Через двадцать минут пять друзей сидели у Тедди-БАХа.

На столе стояла тарелка с картофельными пирожками.

Тедди-БАХ считал, что любую загадку лучше обсуждать на сытый желудок.

— Почему картофельные? — спросил Жора, выбирая самый большой.

— Потому что я приготовил их вечером.

— А почему не утром?

— Потому что вечером я уже знал, что утром кто-нибудь обязательно проголодается.

— Ты предвидел наше будущее?

— Нет. Я знаю вас.

Тедди положил рядом чайник.

— Это гораздо проще.

Генри сидела, завернувшись в мягкий плед.

— Я хочу отметить, — сказала она, — что нормальные люди в половине первого ночи спят.

— Нормальные люди не получают фотографий из собственного окна, — заметил Ёжик.

— Очень справедливое замечание.

Ёжик раскрыл свою старую тетрадь.

На первой странице было написано:

«Правда всегда где-нибудь есть».

Он положил телефон Рыжего рядом с тетрадью.

— Итак. Что мы знаем?

— Что Рыжий проснулся, — сказал Жора.

— Это я тоже знаю.

— Что кто-то прислал ему фотографию.

— Верно.

— Что на фотографии был Рыжий.

— Верно.

— Значит, фотограф стоял снаружи.

— Не обязательно.

Жора перестал жевать.

— А где ещё он мог стоять?

Ёжик пожал плечами.

— Не знаю.

— Тогда зачем сказал «не обязательно»?

— Потому что я не знаю.

Жора задумался.

— Иногда мне кажется, что твоя любовь к правде делает разговоры с тобой очень неудобными.

— Зато точными.

Генри взяла пирожок.

— А фотография могла быть сделана заранее?

Ёжик посмотрел на неё.

— Могла.

— Тогда всё проще.

— Не совсем.

— Почему?

Ёжик указал на экран.

— Посмотри на положение луны.

Все посмотрели.

— Ну?

— На фотографии тень от твоего дома находится именно там, где она была сегодня ночью.

Генри нахмурилась.

— То есть фотография свежая?

— Или очень хорошо подготовленная.

Рыжий поднял голову.

— А если это кто-то из нас?

В комнате стало тихо.

Жора медленно опустил пирожок.

Тедди перестал наливать чай.

Генри посмотрела на Рыжего.

— Кто-нибудь из нас стоял бы ночью возле твоего окна?

— Нет.

— Тогда зачем спрашивать?

Рыжий пожал плечами.

— Потому что я предпочитаю сначала подозревать друзей, а потом незнакомцев.

Ёжик задумался.

— Интересный подход.

— Не очень дружелюбный.

— Зато честный.

Тедди поставил перед всеми чашки.

— Предлагаю пока не подозревать никого.

— Согласна, — сказала Генри.

— Я тоже, — добавил Жора. — Но если окажется, что это я, прошу заранее учесть, что я умею очень убедительно отрицать.

Тедди засмеялся.

Рыжий тоже улыбнулся.

Только Ёжик продолжал смотреть на фотографию.

На краю снимка, почти незаметно, между двумя деревьями была тёмная полоска.

Он увеличил изображение.

Потом ещё раз.

И ещё.

— Что там? — спросил Рыжий.

Ёжик не ответил сразу.

— Похоже на человека.

Генри наклонилась ближе.

— Ты уверен?

— Нет.

— Тогда это не человек.

— Я этого не говорил.

Жора встал.

— Вот поэтому журналисты должны работать быстрее следователей.

Он достал телефон.

— Сейчас увеличим.

— Не надо, — сказал Ёжик.

— Почему?

— Потому что если изображение плохого качества, увеличение не сделает его правдивее.

Жора сел.

— Ненавижу, когда он прав.

— Привыкай, — сказал Тедди.

Когда друзья наконец разошлись по домам, Генри не сразу легла спать.

Она сидела у окна.

На столе перед ней лежала старая серебряная брошь.

Бабушкина.

Генри редко кому её показывала.

Сверху брошь была простой: серебро, несколько тонких линий и маленький круглый камень.

Но на обратной стороне находился знак.

Круг.

И три линии, пересекающие его.

Когда Генри была маленькой, бабушка однажды сказала:

— Когда-нибудь ты узнаешь, что он означает.

— А когда?

Бабушка улыбнулась.

— Когда перестанешь спрашивать.

Генри тогда ужасно обиделась.

Теперь она иногда думала, что бабушкины загадки были самым раздражающим способом говорить правду.

Она перевернула брошь.

Вдруг ей показалось, что серебро стало чуть теплее.

Генри замерла.

На мгновение ей почудилось, будто знак внутри круга едва заметно блеснул.

Она моргнула.

Блеска не было.

— Устала, — прошептала Генри.

Она положила брошь обратно.

И легла.

Но через несколько минут снова услышала:

Динь.

Генри открыла глаза.

Теперь она точно знала, что звук идёт из леса.

Она села.

Потом взяла телефон.

В общем чате уже появилось новое сообщение.

РЫЖИЙ:

Я тоже слышал.

Следом:

ЁЖИК:

Я выхожу.

ЖОРА:

Я уже вышел.

ТЕДДИ-БАХ:

Я беру чай.

Генри посмотрела на экран.

— Конечно, — сказала она. — Без чая никак.

Она накинула пальто.

Через пять минут пятеро друзей стояли на краю поляны.

Рыжий держал фонарик.

Ёжик — тетрадь.

Жора — телефон с включённой камерой.

Тедди-БАХ — термос.

Генри — свою серебряную брошь.

— Итак, — прошептал Жора, — если нас сейчас кто-нибудь увидит, будет очень неловко.

— Нас никто не видит, — сказал Рыжий.

Ёжик посмотрел на него.

— Откуда ты знаешь?

Рыжий помолчал.

— Не знаю.

— Хороший ответ.

Они вошли в лес.

Сначала ничего необычного не происходило.

Только мокрые листья под лапами Рыжего.

Тихий ветер.

Запах земли.

Где-то далеко ухнула сова.

Жора включил камеру.

— Если что-нибудь случится, у нас будет запись.

— Если что-нибудь случится, — сказал Ёжик, — надеюсь, запись нам действительно понадобится.

Они прошли ещё несколько метров.

И вдруг Рыжий остановился.

— Здесь.

На земле были следы.

Маленькие.

Очень маленькие.

Будто кто-то прошёл босиком по влажной земле.

Ёжик присел.

— Один человек?

— Похоже.

Он провёл пальцем возле отпечатка, не касаясь его.

— Странно.

— Что?

— Следы идут сюда.

Ёжик показал вперёд.

— А обратно — нет.

Жора оглянулся.

— Может, он ещё не вернулся?

— Может.

Рыжий поднял голову.

— Тогда где он?

Никто не ответил.

Тедди вдруг принюхался.

— Металл.

— Что?

— Пахнет старым железом.

Генри подняла брошь.

Она стала тёплой.

— Ребята…

Впереди между корнями что-то блеснуло.

Они подошли ближе.

На низкой ветке висел старый металлический колокольчик.

Почерневший от времени.

На нём была красная лента.

А на ленте серебряной нитью вышит тот самый знак.

Круг.

Три пересекающиеся линии.

Генри перестала дышать.

— Это… — прошептала она.

— Твой знак, — закончил Ёжик.

Рыжий протянул лапу.

— Не трогай, — быстро сказал Ёжик.

Рыжий остановился.

— Почему?

— Потому что мы пока не знаем, зачем его сюда повесили.

Жора поднял телефон.

— А я знаю.

— Что?

— Чтобы мы нашли.

И в этот момент колокольчик качнулся сам.

Динь.

Все замерли.

В лесу стало совершенно тихо.

Потом из темноты раздался голос:

— Поздно.

Генри вздрогнула.

Рыжий шагнул вперёд.

— Кто ты?

Ответа не было.

Только шорох.

Рыжий включил фонарь.

Луч света метнулся между деревьями.

Никого.

Но на земле лежал маленький кусочек бумаги.

Ёжик поднял его.

На бумаге было написано:

«Пять друзей. Пять сокровищ».

Ниже стоял тот же знак.

Генри медленно посмотрела на свою брошь.

— Почему написано «пять»?

Ёжик не ответил.

Он смотрел на лес.

— Не знаю.

Жора вдруг тихо сказал:

— Ребята…

Он держал телефон обеими лапками.

На экране была новая фотография.

Та же поляна.

Те же пять друзей.

Они стояли возле колокольчика.

Фотография была сделана сверху.

И на самом краю снимка, между деревьями, виднелась маленькая тёмная фигура.

В руке у неё был колокольчик.

Но было кое-что ещё.

Внизу фотографии стояло время:

23:59.

Рыжий посмотрел на часы.

23:59.

Ёжик приблизил фотографию.

— Она сделана сейчас.

— Значит, тот, кто её сделал, всё ещё здесь, — сказал Рыжий.

Тедди крепче сжал термос.

Генри почувствовала, как брошь снова стала тёплой.

А затем из леса донёсся третий звон.

Динь.

Динь.

Динь.

И где-то далеко, за пределами света фонаря, кто-то тихо сказал:

— Первый уже проснулся.

::

Глава 2

Книга первая. Тайна старого колокольчика

Глава 2. Два ключа

Три звонка ещё долго стояли у друзей в ушах.

Первый.

Второй.

Третий.

А потом лес снова замолчал.

Никто не двигался.

Даже Жора, который обычно первым придумывал, что сказать, молчал.

Рыжий смотрел в темноту между деревьями.

Ёжик держал фонарик обеими лапками и медленно водил лучом по земле.

Тедди-БАХ прижимал к себе термос.

Генри стояла чуть в стороне.

Она смотрела на старый металлический колокольчик, который висел на ветке.

На красной ленте серебряной нитью был вышит тот самый знак.

Круг.

И три пересекающиеся линии.

Такой же, как на её старой серебряной броши.

— Никого, — наконец сказал Рыжий.

— Это не значит, что никого не было, — ответил Ёжик.

— Ты опять начинаешь.

— Я всегда начинаю.

Жора поднял телефон.

— Может, проверим камеру?

— Какую?

— У меня есть ночной режим.

— И?

— Если кто-то там есть, мы увидим.

Жора направил телефон в темноту.

На экране появились деревья.

Кусты.

Туман.

Ничего больше.

— Пусто.

— Тогда кто сказал «поздно»? — спросил Тедди.

Никто не ответил.

Ёжик наклонился к земле.

— Здесь что-то есть.

— Следы? — спросил Рыжий.

— Похоже.

Он посветил фонариком.

На мягкой земле действительно виднелись маленькие отпечатки.

Они начинались возле кустов.

Шли к колокольчику.

И заканчивались прямо под веткой.

— А обратно? — спросила Генри.

Ёжик провёл лучом дальше.

Ничего.

— Нет следов обратно.

Жора сглотнул.

— Может, он улетел?

Рыжий посмотрел на него.

— Кто?

— Не знаю.

— Очень полезный ответ.

— Я стараюсь.

Тедди осторожно снял с ветки колокольчик.

Он оказался неожиданно тяжёлым.

— Старый, — сказал он.

Он поднёс его к носу.

— И пахнет металлом.

Ёжик посмотрел на него.

— Просто металлом?

Тедди ещё раз понюхал.

— Нет.

Он нахмурился.

— Тут есть ещё запах.

— Какой?

Тедди задумался.

— Дым.

Рыжий посмотрел на колокольчик.

— Костёр?

— Не совсем.

Тедди снова понюхал ленту.

— Скорее старый дым. Как будто вещь долго лежала рядом с чем-то горевшим.

Ёжик записал это в тетрадь.

— Старый металл. Дым. Следы.

— И записка, — напомнила Генри.

Все посмотрели на маленький листок, который нашли под колокольчиком.

На нём было написано:

«Пять друзей. Пять сокровищ».

— Что это значит? — спросил Рыжий.

— Пока не знаю, — ответил Ёжик.

— А ты когда-нибудь знаешь?

— Нет.

— Тогда зачем тебя спрашивать?

— Чтобы потом знать.

Жора усмехнулся.

— Логично.

Они ещё раз осмотрели поляну.

Ничего нового.

Ни человека.

Ни движения.

Ни второго листка.

Только колокольчик.

И лес.

— Возвращаемся, — сказал Рыжий.

Генри посмотрела на брошь.

Она всё ещё была тёплой.

Совсем немного.

Но раньше такого не было.

Она прикрыла её ладонью.

— Генри?

— Иду.

Она убрала брошь в карман.

И пошла за друзьями.

Утром всё выглядело почти смешным.

Ночью они чувствовали себя героями таинственного приключения.

Утром — пять сонных друзей, один термос, три недоеденных пирожка и гора вопросов.

Они собрались у Тедди.

На столе лежали фотографии, записка, колокольчик и телефон Жоры.

— Я предлагаю начать с фотографии, — сказал Ёжик.

— А я предлагаю начать с еды, — сказал Тедди.

— Ты всегда предлагаешь еду.

— Потому что она редко подводит.

Рыжий взял пирожок.

— С этим согласен.

Генри положила рядом свою брошь.

Ёжик посмотрел на неё, но ничего не сказал.

Он больше не спрашивал про неё.

Это Генри заметила.

И была ему благодарна.

— Смотрите, — сказал Жора.

Он увеличил фотографию, которую получил Рыжий ночью.

На ней была их поляна.

И домики.

И Рыжий у окна.

Время — 23:59.

В углу — маленькая тёмная фигура.

— Я сначала думал, что это человек, — сказал Жора.

— А теперь?

— Теперь не уверен.

Ёжик наклонился к экрану.

— Здесь слишком мало деталей.

— Можно увеличить.

— Можно. Но если увеличить плохое изображение, деталей больше не станет.

— Ты убиваешь во мне фотографа.

— Я сохраняю в тебе здравый смысл.

Тедди рассмеялся.

Генри посмотрела на фотографию.

— Почему там именно Рыжий?

— Потому что он первый проснулся, — ответил Ёжик.

— Но кто это знал?

Никто не ответил.

Жора перестал улыбаться.

— Может, кто-то следит за нами.

Рыжий посмотрел на лес за окном.

— Тогда почему он просто фотографирует?

Ёжик покачал головой.

— Возможно, фотография — это не угроза.

— А что?

— Сообщение.

— От кого?

— Вот это и пытаемся узнать.

Через час Ёжик снова ушёл в лес.

Остальные пошли за ним.

— Куда? — спросил Тедди.

— Проверить следы.

— Мы их уже видели.

— Ночью.

— И?

— Сейчас светло.

Рыжий усмехнулся.

— Иногда мне кажется, что ты можешь исследовать один и тот же лист десять раз.

— Если на нём что-то написано — да.

Они вернулись к тому месту, где нашли колокольчик.

Земля уже подсохла.

Следы стали заметнее.

Ёжик присел.

— Смотрите.

— Что?

— Они старше, чем мы думали.

— Почему?

— Ночью казалось, что их оставили недавно. Но земля внутри отпечатков уже успела затвердеть.

Рыжий нахмурился.

— Значит, кто-то был здесь раньше?

— Да.

— А колокольчик?

Ёжик посмотрел на ветку.

— Его тоже могли повесить заранее.

Тедди вздохнул.

— Значит, кто-то всё подготовил.

— Возможно.

— И ждал нас.

— Возможно.

Жора поднял крыло.

— А можно хотя бы один раз сказать «точно»?

Ёжик посмотрел на него.

— Точно.

— Что?

— Кто-то хочет, чтобы мы что-то искали.

Жора задумался.

— Уже лучше.

Они собирались уходить, когда Генри заметила что-то возле старого пня.

— Подождите.

Она показала рукой.

На влажном мху лежала маленькая деревянная коробочка.

Она была почти полностью закрыта грязью.

Ёжик подошёл первым.

— Не трогай.

— Я ещё не трогаю.

— Ты уже протянул лапу.

Ёжик осторожно очистил крышку.

На ней ничего не было.

— Как она здесь оказалась? — спросил Тедди.

— Не знаю.

Ёжик посмотрел на землю.

Потом на пень.

Потом снова на коробочку.

— Её принесли.

— Откуда знаешь?

— Под ней земля сухая.

Он показал пальцем.

— Здесь она лежит недавно.

Рыжий посмотрел вокруг.

— Значит, кто-то оставил её после нашего ухода.

Ёжик кивнул.

— Или хотел, чтобы мы нашли её утром.

— Это уже начинает раздражать, — сказал Жора.

— Почему?

— Потому что неизвестный слишком хорошо знает наше расписание.

Ёжик открыл коробочку.

Внутри лежал старый металлический ключ.

Он был длинным и тонким.

На круглой головке был выгравирован знакомый символ.

Круг.

И три линии.

Рядом с символом были три насечки.

Одна.

Две.

Три.

Генри ничего не сказала.

Но внимательно посмотрела на ключ.

— Первый ключ, — прочитал Тедди.

На внутренней стороне крышки была прикреплена записка.

Ёжик осторожно развернул её.

Там было написано:

«Первый ключ открывает то, что было закрыто недавно».

Все посмотрели друг на друга.

— Что закрыли недавно? — спросил Рыжий.

— Дверь, — сказал Жора.

— Какую?

— Любую.

— Очень полезно.

— Я стараюсь.

Ёжик снова посмотрел на ключ.

— Здесь три насечки.

— Может быть, номер?

— Или порядок.

— Или количество.

Генри тихо сказала:

— Или три попытки.

Ёжик посмотрел на неё.

— Возможно.

Она убрала волосы за ухо.

— Что?

— Ничего.

— Ты опять смотришь на меня так, будто я сказала что-то неправильное.

— Я просто думаю.

— О чём?

— Почему этот знак появляется именно сейчас.

Генри ничего не ответила.

Она знала, о чём он думает.

О её броши.

Но не хотела снова превращать её в центр разговора.

Поэтому сказала:

— Может быть, ключ связан не со мной.

Ёжик кивнул.

— Вот это как раз разумно.

Вечером они снова собрались у Тедди.

Первый ключ лежал на столе.

Рядом лежали фотографии.

Все ждали чего-то.

И дождались.

Телефон Жоры издал короткий сигнал.

Он взял его.

На экране появилась новая фотография.

Старый деревянный стол.

На столе лежал другой ключ.

Он был похож на первый.

Но меньше.

Рядом лежали старые карманные часы.

Стрелки показывали:

11:59.

На поверхности стола были заметны глубокие царапины.

Три.

Потом две.

Потом три.

3–2–3.

Под фотографией было написано:

«Второй ключ не открывает дверь».

Жора прочитал вслух.

— Ну конечно.

— Что? — спросил Тедди.

— Конечно, не открывает дверь.

— Почему ты так уверен?

— Потому что неизвестный специально написал, что не открывает.

Ёжик забрал телефон.

— Это важно.

— Что?

— Он не просто показывает ключ.

— А говорит, чего от него не ждать.

— Именно.

Рыжий посмотрел на часы.

— 11:59.

— Как вчера, — сказал Тедди.

— Да.

Генри подошла ближе.

На краю фотографии была видна маленькая металлическая деталь.

— Там ещё что-то есть.

Ёжик увеличил изображение.

На столе возле часов была глубокая царапина.

Она напоминала тонкую линию на обратной стороне броши Генри.

Генри почувствовала, как внутри всё неприятно сжалось.

— Может быть…

Она замолчала.

— Что? — спросил Рыжий.

Генри покачала головой.

— Ничего.

Ёжик внимательно посмотрел на изображение.

— Нет.

— Что «нет»?

— Это не твоя брошь.

— Я и не сказала, что это она.

— Но подумала.

Генри нахмурилась.

— Может быть.

Ёжик указал на часы.

— Ключ связан с ними.

Потом на царапины.

— И с этим ритмом.

— А что означает 3–2–3? — спросил Тедди.

Никто не ответил.

В этот момент пришло ещё одно сообщение.

На экране появилась одна строка:

«То, что вы уже потеряли».

Жора перечитал.

— Что мы потеряли?

Рыжий нахмурился.

— Я ничего не терял.

— Я тоже.

— Я потерял сон, — сказал Тедди.

— Ты его не терял. Ты сам его отдал этим приключениям.

Ёжик молчал.

Он смотрел на первый ключ.

Потом на второй.

Потом на часы.

— Возможно, речь вообще не о вещи.

— А о чём?

— О человеке.

В комнате стало тихо.

— Кого мы уже потеряли? — спросил Рыжий.

Ёжик медленно покачал головой.

— Не знаю.

Генри посмотрела в окно.

За лесом уже темнело.

Поздно вечером все разошлись по домикам.

Тедди убрал чашки.

Жора ещё долго листал фотографии.

Ёжик записал всё в тетрадь.

Рыжий несколько раз выходил на крыльцо и смотрел в сторону леса.

Генри осталась одна.

Она достала серебряную брошь.

Положила её на ладонь.

Сначала ничего не происходило.

Потом металл слегка потеплел.

Генри нахмурилась.

— Опять?

Она перевернула брошь.

На обратной стороне был старый знак.

Круг.

Три линии.

Но теперь она заметила кое-что ещё.

Очень тонкую царапину.

Она проходила через край знака.

Генри провела по ней пальцем.

Ей показалось, что царапина совпадает с глубокой линией на фотографии второго ключа.

Она уже хотела позвать Ёжика.

Но остановилась.

Нет.

Не сейчас.

Слишком много совпадений.

Она закрыла брошь ладонью.

Металл постепенно остыл.

И тут из леса донёсся звук.

Динь.

Генри замерла.

Через несколько секунд:

Динь.

И ещё:

Динь.

Она схватила телефон.

В общем чате уже появилось сообщение от Рыжего:

«Вы это слышали?»

Жора ответил первым:

«Да.»

Тедди:

«Да.»

Ёжик:

«Слышу.»

Генри написала:

«Я тоже.»

И почти сразу пришло новое сообщение.

Не от одного из них.

От неизвестного номера.

На экране была только одна строка:

«Три звука. Три шага. Три двери».

Жора написал:

«Кто ты?»

Ответа не было.

Ёжик напечатал:

«Что открывает первый ключ?»

Тишина.

Рыжий:

«Где второй?»

Тишина.

Тедди:

«Зачем мы вам нужны?»

Тишина.

А потом экран Жоры снова загорелся.

Пришло фото.

На нём был тот же старый деревянный стол.

Те же часы.

Тот же второй ключ.

Но теперь рядом с ним лежал ещё один предмет.

Старый металлический свисток.

Рыжий увидел его первым.

Он сразу перестал дышать на секунду.

— Это…

Жора посмотрел на него.

— Что?

Рыжий не ответил.

Он подошёл ближе.

На фотографии действительно лежал свисток.

Старый.

Потёртый.

С небольшой вмятиной сбоку.

Точно такой же, как тот, который Рыжий хранил много лет.

Его собственный свисток.

Он достал его из ящика.

Положил рядом с телефоном.

Они были одинаковыми.

Почти.

На фотографии рядом со свистком была надпись:

«То, что вы уже потеряли».

Рыжий долго смотрел на экран.

Потом тихо сказал:

— Я его не терял.

Ёжик подошёл к нему.

— Значит, дело не в этом.

Рыжий поднял глаза.

— Тогда в чём?

Ёжик не ответил.

Потому что в этот момент часы на фотографии сделали то, чего никто не ожидал.

Их стрелка сдвинулась.

С 11:59.

На 12:00.

И одновременно где-то далеко в лесу прозвенел колокольчик.

Один раз.

Потом второй.

Потом третий.

Но на этот раз звон прозвучал не из леса.

Он прозвучал совсем рядом.

Прямо за окном.

Рыжий медленно повернул голову.

За стеклом никого не было.

Только тёмная поляна.

И маленький след на влажной земле.

Один.

Всего один.

Он шёл от окна.

В сторону леса.

Ёжик посветил фонариком.

И увидел рядом второй след.

Потом третий.

Следы складывались в странный ритм.

3 — 2 — 3.

Ёжик медленно закрыл тетрадь.

— Нам нужно узнать, что произошло здесь раньше.

Рыжий посмотрел на друзей.

— И с чего начнём?

Ёжик поднял фотографию старого стола.

На ней снова были часы.

Ключ.

Свисток.

И царапины.

— С тех, кто уже искал это до нас.

За окном снова прозвенел колокольчик.

Но теперь — только один раз.

И где-то в темноте кто-то очень тихо сказал:

— Второй ключ уже найден.

::

Глава 3

Книга первая. Тайна старого колокольчика

Глава 3. Гараж номер семнадцать

Утро после второй ночи загадок началось совершенно обычно.

И именно это было подозрительно.

Солнце поднялось над лесом, на полянке зашуршали листья, где-то в траве стрекотал кузнечик, а из домика Тедди-БАХа доносился такой аромат свежего хлеба, что даже Ёжик, который обычно предпочитал сначала думать, а потом завтракать, пришёл на кухню на целых семь минут раньше обычного.

— Семь минут, — заметил Жора, сидевший на спинке стула. — Это историческое событие.

— Я просто проголодался, — буркнул Ёжик.

— Записываю: «Ёжик признался в слабости».

— Не записывай.

— Уже записал.

— Куда?

Жора поднял смартфон.

— В заметки.

— Удали.

— Поздно. Это уже архив.

Рыжий фыркнул и положил морду на край стола.

Генри сидела напротив него, аккуратно намазывая джем на кусочек тоста.

Она выглядела так, будто за последние двое суток ничего необычного не произошло.

Но это было только снаружи.

На столе рядом с её чашкой лежал лист бумаги с переписанными словами из вчерашних сообщений:

«Второй ключ не открывает дверь».

И ниже:

«То, что вы уже потеряли».

Тедди поставил перед всеми тарелку.

— Сегодня у нас булочки с корицей.

— Это уже похоже на лечение, — сказал Рыжий.

— От чего?

— От загадок.

— Тогда тебе две.

— А мне?

— Тебе три, — ответил Тедди.

— Почему?

— Потому что ты больше всех тревожишься.

Жора поднял крыло.

— А мне?

— Тебе четыре.

— Я не тревожусь.

— Ты вчера двадцать семь раз проверил, подключён ли телефон к интернету.

Жора замолчал.

— Это была журналистская работа.

— Это была паника, — сказал Ёжик.

Все засмеялись.

Только Ёжик не смеялся долго.

Он снова смотрел на бумагу.

— Есть одна вещь, которая меня беспокоит.

— Только одна? — спросила Генри.

— Пока одна.

Он разложил на столе фотографии.

Первая — фотография лесной поляны с колокольчиком.

Вторая — первый ключ.

Третья — второй ключ на старом деревянном столе.

На ней рядом лежали карманные часы, а на поверхности стола были видны три группы царапин.

3 — 2 — 3.

— Мы всё время смотрим на предметы, — сказал Ёжик. — А надо смотреть на последовательность.

— Какую? — спросил Тедди.

— Сначала колокольчик. Потом первый ключ. Потом фотография второго ключа.

— И что?

— Второй ключ нам не дали.

— Именно, — сказал Жора. — Очень невежливо.

Ёжик не обратил внимания.

— Нам его показали.

Все замолчали.

— Это разные вещи.

Рыжий поднял голову.

— То есть ты думаешь, что он нужен не для того, чтобы мы его нашли?

— Пока не знаю.

— А для чего тогда?

Ёжик постучал карандашом по столу.

— Может быть, чтобы мы поняли, где искать.

Генри посмотрела на фотографию.

— На столе были часы.

— Да.

— И царапины.

— Да.

— И больше ничего?

— Был ещё край чего-то металлического. Но фотография слишком тёмная.

Жора сразу потянулся к телефону.

— Я могу увеличить.

— Только не меняй изображение.

— Я не новичок.

Через несколько секунд фотография появилась на экране крупнее.

Все наклонились.

На краю стола действительно виднелся кусочек металлического предмета.

— Это может быть ручка ящика, — сказал Рыжий.

— Может, — согласился Ёжик.

— Или часть замка.

— Может.

— Или…

— Может.

— Ты сегодня очень полезный.

— Я стараюсь.

Тедди взял фотографию.

— А часы?

— Старые карманные, — сказал Ёжик.

— Чьи?

Никто не ответил.

И тогда Жора вдруг перестал улыбаться.

— Я их уже видел.

Ёжик посмотрел на него.

— Где?

— На фотографии.

Он достал другую фотографию.

Она была старая, выцветшая, с загнутым уголком.

На ней стояли три мальчика.

Старший — серьёзный, с руками в карманах.

Средний — с каким-то инструментом в руке.

Младший — растрёпанный, улыбающийся во весь рот.

Три брата.

Йошка.

Ромка.

Макс.

Фотография была сделана возле старого гаража.

И на шее у старшего мальчика висела цепочка.

На цепочке — небольшие карманные часы.

Генри тихо сказала:

— Те самые.

Жора увеличил снимок.

— Похоже.

Ёжик взял фотографию.

— Где ты её нашёл?

— Вчера вечером.

— Почему не показал?

Жора пожал плечами.

— Потому что ты бы сказал, что это не доказательство.

— Это действительно не доказательство.

— Вот!

— Но это улика.

Жора довольно улыбнулся.

— Я знал, что когда-нибудь ты скажешь обо мне что-нибудь хорошее.

Рыжий посмотрел на фотографию.

— Где этот гараж?

Жора ткнул крылом в нижний угол снимка.

Там едва виднелась цифра.

17.

— Номер гаража, — сказал Ёжик.

Тедди поставил чашку.

— Значит, у нас есть место.

— Возможно, — ответил Ёжик.

— И время.

— Какое?

Тедди показал на экран телефона.

На фотографии второго ключа часы показывали 11:59.

— Вчера ночью было 11:59.

Рыжий нахмурился.

— А если фотографию сделали не вчера?

— Тогда совпадение, — сказал Ёжик.

— А если вчера?

Ёжик посмотрел на него.

— Тогда кто-то хотел, чтобы мы заметили время.

На несколько секунд стало тихо.

Потом Тедди сказал:

— Сначала завтрак.

— Что?

— Я знаю этот взгляд.

Он указал на Ёжика.

— Когда у тебя появляется такой взгляд, ты можешь забыть поесть.

— Я не забываю.

— В прошлый раз ты три часа расследовал след на пне и потом съел бумажную салфетку.

— Я думал, это бутерброд.

— Именно.

Гараж номер семнадцать находился дальше от поляны, чем они предполагали.

Туда вела старая дорога, почти полностью заросшая травой.

Пятеро друзей шли впереди.

Братьев рядом не было.

Пока.

— Ты уверен, что мы идём туда? — спросил Рыжий.

Ёжик посмотрел на старую фотографию.

— Дерево на заднем плане похоже.

— «Похоже» — это не «уверен».

— Поэтому мы проверяем.

Генри поправила сумку.

— А если гараж принадлежит кому-то другому?

— Тогда это будет очень неудобное совпадение, — сказал Жора.

Тедди остановился.

— Подождите.

Все обернулись.

Он присел возле дороги.

— Здесь пахнет дымом.

Ёжик сразу подошёл.

— От костра?

Тедди покачал головой.

— Нет.

Он втянул воздух.

— Старый дым. Как вчера возле коробочки.

Рыжий понюхал землю.

— Я ничего не чувствую.

— Потому что у тебя нос собаки, а не нос Тедди-БАХа, — важно сказал Тедди.

— Это даже не звучит как настоящее достоинство.

— А я и не говорил, что это достоинство.

Жора рассмеялся.

Они пошли дальше.

Через несколько минут лес расступился.

Перед ними стоял старый гараж.

Он был настолько заросшим, что сначала его можно было принять за часть леса.

Деревянные стены потемнели от времени.

На воротах виднелась металлическая табличка.

17.

Никто не произнёс ни слова.

Ёжик достал первый ключ.

Тот самый, который они нашли в коробочке.

С длинным стержнем.

С тремя насечками.

Он поднёс его к замку.

Ключ вошёл.

Но не повернулся.

— Значит, не этот, — сказал Рыжий.

— Возможно.

Ёжик вынул ключ.

— На фотографии второй ключ.

Генри посмотрела на ворота.

— Но второй ключ мы не нашли.

— Зато знаем, что он существует.

— И знаем, что он не открывает дверь.

— Верно.

Жора оглянулся.

— Тогда зачем мы вообще пришли?

Ёжик посмотрел на него.

— Чтобы проверить, что дверь действительно не открывается.

Жора задумался.

— Звучит очень по-твоему.

Рыжий подошёл к замку.

Потянул.

Ворота слегка дрогнули.

— Заперто.

Ромка, который всё это время стоял чуть дальше, вдруг сказал:

— Не заперто.

Все повернулись.

Он подошёл к воротам и провёл пальцами по металлической планке.

— Замок старый.

— И?

— Его давно не открывали.

— Откуда знаешь?

Ромка пожал плечами.

— Пыль.

Ёжик внимательно посмотрел на него.

— Ты разбираешься в замках?

— Немного.

— Насколько немного?

Ромка улыбнулся.

— Достаточно.

Йошка стоял за его спиной.

Спокойный.

Слишком спокойный.

Макс пнул камешек.

Тот покатился по дороге.

Тук. Тук. Тук.

Макс остановился.

— Что?

— Ничего.

Но его пальцы уже начали отбивать по бедру знакомый ритм.

Три. Два. Три.

Рыжий заметил.

Но ничего не сказал.

Пока.

Ромка достал из кармана тонкий металлический инструмент.

— Что это? — спросил Жора.

— Инструмент.

— Очень содержательно.

— Ты спросил, что это.

— А для чего?

— Для работы.

— Какой?

— Такой, где лучше меньше говорить.

Жора открыл клюв.

Потом закрыл.

Тедди тихо хихикнул.

Через несколько секунд раздался щелчок.

Замок не открылся.

Но металлическая планка чуть отошла.

Ромка замер.

— Здесь второй механизм.

Ёжик подошёл ближе.

— Где?

Ромка указал на нижнюю часть ворот.

— Видишь отверстие?

Они увидели.

Маленькое.

Почти незаметное.

Не для обычного ключа.

Скорее для чего-то тонкого.

Ёжик посмотрел на фотографию второго ключа.

— Вот почему он не открывает дверь.

— Что?

— Второй ключ.

Он увеличил фотографию.

На головке ключа действительно была странная тонкая часть.

— Это не дверной ключ.

Ромка впервые посмотрел на Ёжика с настоящим интересом.

— А ты быстро соображаешь.

— Я не люблю, когда меня считают медленным.

Ромка усмехнулся.

Йошка подошёл к воротам.

— Не открывайте.

Рыжий повернулся.

— Почему?

— Потому что мы не знаем, что внутри.

— Поэтому и проверим.

— Не всё, что закрыто, стоит открывать.

— А не всё, что говорит человек, стоит слушать, — ответил Рыжий.

Йошка посмотрел на него.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

— Ты всегда такой?

— Какой?

— Уверенный, что знаешь, что правильно.

Рыжий ответил сразу:

— Нет.

— А выглядишь так.

— Просто я знаю одно.

— Что?

— Если друг оказался внутри, я его не оставлю.

Йошка отвёл взгляд.

На лице у него на мгновение появилось что-то странное.

Будто он хотел ответить.

Но передумал.

Макс перестал отбивать ритм.

Ромка посмотрел на брата.

Только на секунду.

Ёжик заметил.

И записал.

Не в тетрадь.

В память.

Внутрь гаража они всё-таки попали.

Но не через ворота.

Ромка нашёл боковую дверь.

Она была почти полностью скрыта плющом.

За дверью пахло пылью, деревом и старым металлом.

Тедди снова почувствовал дым.

— Здесь кто-то был.

— Когда? — спросил Ёжик.

Тедди огляделся.

— Недавно.

Жора поднял телефон.

— Интернет есть.

— Зачем тебе интернет? — спросил Рыжий.

— Если мы пропадём, я хочу хотя бы успеть выложить последнюю историю.

— Жора.

— Шучу.

Но телефон он всё равно не убрал.

Внутри стоял старый верстак.

На стенах висели инструменты.

На полках — коробки.

Некоторые были пустыми.

Другие давно сгнили.

А на дальней стене висела ещё одна фотография.

Макс подошёл первым.

— Это мы.

Йошка резко поднял голову.

— Что?

Макс смотрел на фотографию.

Там действительно были три мальчика.

Но фотография была ещё старше.

Они были совсем маленькими.

Йошка стоял посередине.

Ромка держал деревянную машинку.

Макс сидел на плечах у старшего брата.

На обороте фотографии кто-то написал:

«Братья не бросают братьев».

Под этой фразой стояли три точки.

А ниже — ещё одна строка.

«Тот, кто хранит ключ, хранит не дверь».

Ёжик медленно повторил:

— Не дверь.

Он посмотрел на первый ключ.

Потом на фотографию второго.

Потом на старые часы на снимке.

— Тогда что?

— Я знаю, что, — сказал Ромка.

Все повернулись.

Он подошёл к верстаку.

В одном из ящиков лежал старый металлический предмет.

Ромка достал его.

Это был небольшой резец.

Старый, потёртый, но хорошо сделанный.

Он провёл пальцем по рукоятке.

— Отцовский.

Йошка молча смотрел на него.

Ромка сжал инструмент.

— Он всегда говорил: «Хороший инструмент не открывает дверь. Он помогает сделать свою».

Тедди тихо сказал:

— Красиво.

Ромка пожал плечами.

— Он редко говорил красиво.

— А часто?

— Обычно ругался.

Макс улыбнулся.

— Особенно когда ты ломал его инструменты.

— Я их не ломал.

— Ты сломал три.

— Один.

— Три.

— Два.

Йошка впервые улыбнулся.

Совсем немного.

Но улыбнулся.

И вдруг в дальнем углу что-то звякнуло.

Все замолчали.

Рыжий мгновенно повернул голову.

Ёжик поднял фонарь.

— Там кто-то есть.

Ромка взял металлический прут.

Йошка поднял руку.

— Спокойно.

Из темноты донёсся звук.

Шаг.

Потом ещё один.

И чей-то голос:

— Я бы на вашем месте не входил.

Из-за старой деревянной перегородки вышел мальчик.

Нет.

Не мальчик.

Подросток.

Тёмная куртка.

Растрёпанные волосы.

Спокойный взгляд.

На шее висела цепочка.

Но не часы.

Ключ.

Тот самый, который они видели на старой фотографии.

Ёжик шагнул вперёд.

— Ты Йошка?

Подросток посмотрел на него.

— А если да?

— Тогда у нас много вопросов.

— Я знаю.

— Откуда?

Йошка перевёл взгляд на остальных.

На Рыжего.

На Тедди.

На Жору.

На Ёжика.

А потом на Генри.

Его взгляд задержался на ней чуть дольше.

Но он ничего не сказал о её броши.

Вместо этого спросил:

— Вы нашли первый ключ?

Ёжик насторожился.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что второй уже ищет первого.

Жора моргнул.

— Это вообще что значит?

Йошка усмехнулся.

— Значит, вы задаёте неправильный вопрос.

— А правильный?

Йошка подошёл к верстаку.

Положил ладонь рядом со старым резцом.

— Не «что открывает ключ?»

Он посмотрел на них.

— А «кто оставил его для вас?»

В этот момент где-то далеко в лесу прозвенел колокольчик.

Один раз.

Потом второй.

Третий.

Три звонка.

Макс застыл.

Его пальцы сами собой отбили по бедру:

3 — 2 — 3.

Йошка услышал.

И впервые за всё время перестал выглядеть спокойным.

Он посмотрел на младшего брата.

— Макс.

— Что?

— Где ты научился этому ритму?

Макс нахмурился.

— Я не знаю.

Йошка медленно посмотрел на старые часы на фотографии.

Потом на ключ у себя на шее.

— А я знаю.

Ромка поднял голову.

— Йошка…

Но старший брат уже смотрел на дверь.

За ней снова раздался колокольчик.

И на этот раз никто не улыбался.

Потому что звук пришёл не из леса.

Он прозвенел прямо за гаражом.

А потом кто-то трижды постучал в дверь.

Тук.

Тук-тук.

И тишина.

Йошка тихо сказал:

— Никому не открывайте.

Ёжик посмотрел на него.

— Почему?

Йошка не ответил.

Он только сжал старые часы в кармане.

И тогда Рыжий впервые заметил:

стрелки на этих часах показывали не одиннадцать пятьдесят девять.

Они двигались.

Очень медленно.

Назад.

Глава 4

Книга первая. Тайна старого колокольчика

Глава 4. Тот, кто пришёл первым

— Второй ключ уже найден.

Голос за окном прозвучал так тихо, что на мгновение всем показалось: они его придумали.

Рыжий первым подбежал к двери.

— Стой! — крикнул Ёжик.

Рыжий замер.

— Почему?

— Потому что неизвестный только что сказал, что ключ уже найден.

— И?

— А мы его не нашли.

— Вот именно.

— Значит, кто-то другой нашёл.

Рыжий посмотрел на него.

— И ты предлагаешь просто стоять?

— Да.

— Очень плохой план.

— Зато безопасный.

Жора осторожно подошёл к окну.

— Никого.

Он поднял телефон.

— Я включу фонарик.

— Не надо, — сказал Ёжик.

— Почему?

— Если там кто-то есть, он увидит нас раньше, чем мы его.

Жора опустил телефон.

— Иногда ты очень портил бы мне карьеру журналиста.

— Иногда?

Тедди тихо рассмеялся.

Но смех быстро исчез.

За окном была только поляна.

Трава.

Тёмные деревья.

Лунный свет.

И три маленьких следа.

Рыжий смотрел на них, не моргая.

— Они появились после слов.

— Или были там раньше, — сказал Ёжик.

— Ты всё время предполагаешь худшее.

— Нет. Я предполагаю разные варианты.

— В том числе худшие.

— Особенно их.

Генри стояла чуть дальше.

Она смотрела на экран телефона.

Фотография всё ещё была открыта.

Старый стол.

Часы.

Второй ключ.

Свисток.

А теперь часы показывали уже не 11:59.

На экране было 12:00.

— Посмотрите, — сказала она.

Все подошли.

— Они изменились, — заметил Тедди.

— Я видела, — сказала Генри.

Ёжик нахмурился.

— Фотография не должна меняться.

— Может, это не фотография.

Жора посмотрел на него.

— Что значит «не фотография»?

— Может быть, изображение передаётся прямо сейчас.

Жора мгновенно оживился.

— То есть кто-то снимает этот стол сейчас?

— Возможно.

— Тогда можно найти источник.

Он быстро открыл настройки телефона.

— Если это обычная отправка, метаданные…

— Жора.

— Что?

— Не надо.

— Почему?

— Потому что тот, кто отправляет нам фотографии, явно знает больше нас.

— И?

— И пока мы не поймём, зачем ему это нужно, лучше не показывать ему всё, что умеем.

Жора немного обиделся.

— Я вообще-то умею много.

— Я знаю.

— Например?

— Говорить без остановки.

Тедди тихо прыснул.

Жора повернулся к нему.

— А ты не вмешивайся.

Тедди поднял лапы.

— Я ничего.

И тут снова прозвенел колокольчик.

Но теперь — далеко.

Из леса.

Один звон.

Тишина.

Второй.

Ещё тишина.

Третий.

Рыжий посмотрел на Ёжика.

— Это приглашение?

— Или предупреждение.

— Как узнать?

— Пойти и проверить.

— Наконец-то разумный ответ.

— Я не говорил, что идти нужно прямо сейчас.

Рыжий вздохнул.

— Конечно.

Они не пошли сразу.

Сначала сделали то, что Тедди считал самым важным делом любого расследования.

Поели.

— Если неизвестный следит за нами, — сказал Тедди, раскладывая на столе горячие бутерброды, — пусть видит, что мы не позволяем тайнам испортить ужин.

— Ты серьёзно? — спросил Жора.

— Абсолютно.

— У нас тут тайный человек за окном, меняющиеся фотографии и какой-то ключ, который уже кто-то нашёл.

— Именно.

Тедди поставил перед Генри чашку чая.

— Поэтому чай.

Генри улыбнулась.

— В этом есть логика.

— Наконец-то кто-то её признал.

Рыжий съел половину бутерброда.

— Мы идём в гараж.

Ёжик поднял голову.

— Почему в гараж?

— Потому что Йошка там был.

— Это не доказано.

— Он сам там был.

— Да.

— И знает про ключ.

— Да.

— И его братья знают про ритм.

— Да.

— И у Йошки часы отца.

Ёжик замолчал.

Рыжий победно посмотрел на него.

— Значит, идём.

— Не значит.

— Почему?

— Потому что слишком много совпадений.

— Именно поэтому и идём.

Ёжик вздохнул.

— Хорошо.

Жора поднял крыло.

— А можно один вопрос?

— Какой?

— Почему у нас теперь всегда есть куда идти ночью?

Тедди задумался.

— Потому что днём всё выглядит слишком нормально.

Гараж номер семнадцать встретил их тишиной.

Дверь была закрыта.

Никакого света.

Никаких голосов.

Никакого Йошки.

— Они ушли, — сказал Рыжий.

Ёжик присел у земли.

— Следы есть.

— Чьи?

— Трёх человек.

Он провёл пальцем рядом с отпечатком.

— Йошка. Ромка. Макс.

— Уверен?

— Нет.

Рыжий улыбнулся.

— Вот теперь узнаю тебя.

Ёжик встал.

— Но размеры совпадают.

Тедди подошёл к двери.

— Здесь запах дыма.

— Снова? — спросил Жора.

Тедди кивнул.

— Тот же.

— Может, это просто старый гараж.

— Может.

— А может?

— Может, кто-то недавно был здесь.

Рыжий потянул дверь.

Она не открылась.

— Заперто.

Жора посмотрел на Ёжика.

— Первый ключ?

Ёжик достал его.

Вставил в замок.

Не повернулся.

— Не подходит.

— Значит, нужен второй.

Генри посмотрела на него.

— Но мы его не нашли.

— Зато кто-то его нашёл.

Рыжий обернулся.

— Ты думаешь, Йошка?

Ёжик не ответил сразу.

— Возможно.

— А если он забрал его?

— Возможно.

— А если он знает, что открывает второй ключ?

— Возможно.

— Ты сегодня особенно разговорчивый.

— Я не хочу строить выводы без доказательств.

Рыжий уже собирался ответить, когда из-за гаража донёсся звук.

Шаг.

Все замолчали.

Ещё один.

Тедди выключил фонарик.

В темноте стало слышно собственное дыхание.

Потом из-за угла показался Ромка.

Он остановился.

— Вы опять здесь.

Жора включил телефон.

— А вы опять здесь.

— Мы здесь живём?

— Иногда мне кажется, что да.

Ромка посмотрел на него.

— Йошки нет.

— Где он?

— Не знаю.

— Макс?

— С ним.

Ёжик шагнул вперёд.

— А второй ключ?

Ромка ничего не ответил.

Это было достаточно.

Рыжий посмотрел на него.

— У вас он.

— Может быть.

— Ты можешь просто ответить?

— Могу.

— И?

— Не хочу.

Рыжий нахмурился.

— Зачем вы всё усложняете?

Ромка пожал плечами.

— Потому что простые ответы иногда самые опасные.

Ёжик внимательно смотрел на него.

— Кто прислал нам фотографию?

— Не знаю.

— Кто знает про часы?

— Не знаю.

— Кто знает ритм?

Ромка посмотрел на Макса.

Тот стоял позади.

Он снова отбивал пальцами по руке:

3–2–3.

Ромка тихо сказал:

— Это знает отец.

Все замолчали.

Рыжий спросил:

— Ваш отец?

Йошка появился из темноты так неожиданно, что Жора чуть не выронил телефон.

— Не надо.

— Что?

— Не задавай этот вопрос.

Рыжий посмотрел на него.

— Почему?

— Потому что ответ тебе ничего не даст.

— А может, даст.

Йошка подошёл ближе.

В руке он держал карманные часы.

Старые.

Потёртые.

Стрелки снова стояли на 11:59.

— Эти часы принадлежали нашему отцу, — сказал он.

Жора тихо спросил:

— Он умер?

Йошка поднял глаза.

— Мы не знаем.

Тишина стала другой.

Уже не таинственной.

Просто тяжёлой.

Тедди осторожно поставил термос на землю.

— Давно его не было?

Йошка кивнул.

— Очень.

— И вы думаете, что он связан с лесом?

Йошка посмотрел на часы.

— Я думаю, что он искал что-то в этом лесу.

Ёжик сразу спросил:

— Что?

Йошка усмехнулся.

— Если бы я знал, не стоял бы здесь.

Рыжий шагнул ближе.

— Тогда зачем вы вообще продолжаете искать?

Йошка посмотрел на него.

— Потому что это последнее, что от него осталось.

Макс перестал отбивать ритм.

Ромка опустил глаза.

И Генри вдруг поняла одну вещь.

Братья действительно чего-то боялись.

Не леса.

Не колокольчика.

Не загадки.

А того, что могли узнать.

Они вернулись внутрь гаража.

Ромка открыл боковую дверь.

На этот раз Йошка не возражал.

— Но ничего не трогайте, — сказал он.

Жора посмотрел на него.

— Почему?

— Потому что некоторые вещи лучше сначала понять.

— Это вы у отца научились?

Йошка посмотрел на него.

— Нет.

— А где?

— На улице.

Жора замолчал.

Внутри гаража было холоднее, чем снаружи.

На верстаке лежали инструменты.

Старый резец.

Несколько металлических деталей.

Деревянные заготовки.

И фотография.

Та самая.

Три брата маленькими.

Макс подошёл к ней.

— Я её помню.

— Ты был совсем маленький, — сказал Ромка.

— Но помню.

— Что именно?

Макс указал на фотографию.

— Папа фотографировал.

Йошка посмотрел на него.

— Ты уверен?

Макс нахмурился.

— Да.

— Откуда?

— Он всегда говорил, что надо оставить память.

Йошка ничего не ответил.

Ёжик заметил, что его взгляд остановился на обороте фотографии.

Там была надпись:

«Братья не бросают братьев».

Ниже:

«Тот, кто хранит ключ, хранит не дверь».

— Кто это написал? — спросил Ёжик.

Йошка ответил:

— Не знаю.

— Но фотография вашего отца.

— Возможно.

— Ты не уверен?

— Я был маленьким.

Ромка вмешался:

— Мы многое не помним.

— А Макс?

Все посмотрели на него.

Макс пожал плечами.

— Я помню ритм.

Ёжик насторожился.

— Тот самый?

Макс кивнул.

3–2–3.

— Отец так стучал пальцами, когда думал.

— Часто?

— Всегда.

Йошка тихо сказал:

— Особенно когда нервничал.

Рыжий посмотрел на часы.

— И сейчас они остановились на 11:59.

— Да.

— Почему?

Йошка покачал головой.

— Не знаю.

— А если это не случайность?

Йошка посмотрел на него.

— Тогда мы уже слишком далеко зашли.

В этот момент Генри заметила небольшую металлическую коробочку под верстаком.

— Там что-то есть.

Ромка быстро наклонился.

— Не трогай.

Он сам достал коробочку.

Пыльную.

С царапинами.

На крышке не было знака.

Только три маленькие вмятины.

3–2–3.

Макс подошёл ближе.

— Это папино.

Йошка взял коробочку.

Попробовал открыть.

Заперто.

Он посмотрел на Ромку.

— Второй ключ?

Ромка покачал головой.

— Нет.

Рыжий сразу спросил:

— Тогда где он?

Ромка достал из кармана небольшой ключ.

Все замолчали.

Он был коротким.

Старым.

Но это был не тот ключ, который они нашли в лесу.

— У меня свой, — сказал Ромка.

— И что он открывает? — спросил Ёжик.

Ромка посмотрел на коробочку.

— Это.

Ключ вошёл в замок.

Щёлк.

Крышка поднялась.

Внутри лежал кусок старой бумаги.

И маленькая фотография.

Ромка взял фотографию.

На ней был их отец.

Лица почти не видно — снимок был повреждён.

Но на шее у него висели те самые часы.

А за его спиной виднелась дверь.

На двери был нарисован круг с тремя линиями.

Генри почувствовала, как брошь в кармане стала тёплой.

Она не достала её.

Не сейчас.

Ёжик смотрел на фотографию.

— Где это?

Йошка ответил:

— Не знаю.

— Но ты видел это раньше.

— Да.

— Где?

— Во сне.

Жора посмотрел на него.

— Серьёзно?

— Когда был маленьким.

Тедди осторожно спросил:

— А что на бумаге?

Ромка развернул её.

Там было написано всего несколько слов:

«Если найдёшь дверь — не открывай её первым».

Ниже стоял один символ.

Не знак.

Не число.

А маленькая стрелка.

Она указывала вправо.

Ромка перевернул бумагу.

Пусто.

Ёжик взял её.

— Это всё?

— Похоже.

— А если стрелка указывает не направление?

— Тогда что?

Ёжик задумался.

— Очерёдность.

Рыжий нахмурился.

— «Не открывай первым».

— Именно.

— Кто должен открыть?

Ёжик посмотрел на братьев.

Йошка ничего не сказал.

Макс перестал улыбаться.

Ромка медленно убрал бумагу.

— Может быть, речь вообще не о двери.

Ёжик посмотрел на него.

— Почему?

— Потому что там написано «не открывай её первым».

— И?

— Значит, кто-то должен прийти раньше.

Они долго спорили.

Но никто не заметил, что Макс отошёл к стене.

Он смотрел на старую фотографию.

Потом на свои пальцы.

Потом снова на фотографию.

И вдруг сказал:

— Я знаю, где эта дверь.

Все повернулись.

— Где? — спросил Йошка.

Макс показал на фотографию.

— Здесь.

— Это не место, — сказал Ромка.

— Я видел.

— Где?

Макс пожал плечами.

— Во сне.

Жора поднял крыло.

— Это уже становится семейной традицией.

Никто не засмеялся.

Макс продолжил:

— Там было дерево.

— В лесу много деревьев.

— Нет. Это было другое.

Он закрыл глаза.

— За ним камень.

Ёжик уже открыл тетрадь.

— Какой?

— Большой.

— Это не описание.

— На нём три царапины.

Ёжик остановился.

— Три?

Макс кивнул.

— И рядом лежал колокольчик.

Рыжий посмотрел на друзей.

— Наш?

— Не знаю.

Макс открыл глаза.

— А за камнем была дверь.

— И ты её открыл? — спросил Ёжик.

Макс покачал головой.

— Нет.

— Почему?

— Потому что папа сказал не открывать.

Йошка резко подошёл к брату.

— Ты помнишь, как он это сказал?

Макс кивнул.

— Да.

— Что именно?

Макс посмотрел на него.

— «Если однажды найдёшь эту дверь, не входи один».

В гараже стало совсем тихо.

Рыжий посмотрел на Йошку.

— Значит, ваш отец знал.

Йошка сжал часы.

— Возможно.

— И искал эту дверь.

— Возможно.

— И теперь мы ищем её.

Йошка посмотрел на него.

— Ты всё ещё хочешь идти?

Рыжий ответил:

— Конечно.

— Даже если это опасно?

— Да.

— Почему?

Рыжий пожал плечами.

— Потому что теперь нас больше.

Он посмотрел на остальных.

Тедди.

Жору.

Ёжика.

Генри.

А потом на трёх братьев.

— И если там что-то есть, никто не должен идти один.

Йошка ничего не ответил.

Но его лицо стало чуть мягче.

Совсем немного.

Они вышли из гаража поздно.

Лес был уже тёмным.

Жора включил фонарь на телефоне.

— По GPS можно отметить гараж.

— Уже отметил, — сказал Ёжик.

— Я тоже.

— Зачем?

— Резервная копия.

— Хорошо.

— Видишь? Я полезный.

— Иногда.

Тедди шёл рядом с Ромкой.

— Ты правда умеешь чинить всё?

— Нет.

— А что умеешь?

Ромка подумал.

— То, что можно разобрать.

— А собрать обратно?

Ромка усмехнулся.

— Это сложнее.

Тедди улыбнулся.

— Значит, как с людьми.

Ромка посмотрел на него.

— Что?

— Иногда человека тоже хочется разобрать, чтобы понять, как он устроен.

— А потом?

— Потом лучше не пытаться собрать без инструкции.

Ромка неожиданно рассмеялся.

— Ты странный.

— Мне часто говорят.

Позади них шли Генри и Макс.

Макс вдруг спросил:

— У тебя правда старая брошь?

Генри посмотрела на него.

— Да.

— От бабушки?

Она кивнула.

— Она красивая.

— Спасибо.

— На ней такой же знак, как здесь?

Генри немного помолчала.

— Похожий.

Макс не стал расспрашивать.

Он просто кивнул.

Это Генри понравилось.

Она уже привыкла, что люди сразу хотят знать всё.

Макс просто принял ответ.

Через несколько минут они остановились.

Перед ними расходились две тропы.

Одна уходила влево.

Другая — вправо.

Ёжик посмотрел на землю.

— Следы.

— Чьи? — спросил Рыжий.

— Не знаю.

Следы были свежими.

Три человека шли по левой тропе.

А один — по правой.

— Братья пошли налево? — спросил Жора.

Ромка посмотрел на отпечатки.

— Нет.

— Почему?

— Наши следы идут сюда.

Он указал направо.

Ёжик нахмурился.

— Тогда кто пошёл налево?

Никто не ответил.

Рыжий посмотрел на Йошку.

— Вы знали об этой тропе?

Йошка покачал головой.

— Нет.

Ёжик присел.

В грязи рядом со следом лежал маленький кусочек красной ткани.

Такой же красный, как лента старого колокольчика.

Он поднял его.

— Кто-то был здесь.

Тедди понюхал ткань.

— Дым.

Жора тихо сказал:

— Значит, тот же человек?

— Или тот же предмет, — ответил Ёжик.

Вдруг вдалеке раздался колокольчик.

Один звон.

Все подняли головы.

Второй.

Третий.

И после третьего звонка кто-то крикнул из леса:

— Не ищите второго!

Рыжий рванулся вперёд.

Но Ёжик схватил его за лапу.

— Стой.

— Отпусти!

— Это может быть ловушка.

— А если нет?

— Тогда мы всё равно не знаем, куда идти.

Рыжий вырвался.

Но не побежал.

Голос больше не повторился.

Через несколько секунд Жора посмотрел на телефон.

На экране было новое сообщение.

«Второй ключ уже у того, кто пришёл первым».

Все посмотрели друг на друга.

Генри первой сказала:

— Но кто пришёл первым?

Ёжик медленно поднял голову.

Он посмотрел на тропу.

Потом на братьев.

Потом на своих друзей.

— Вот это и есть вопрос.

Йошка молчал.

Ромка смотрел в лес.

Макс снова отбивал пальцами:

3–2–3.

А потом вдруг остановился.

— Ребята…

— Что? — спросил Тедди.

Макс показал вперёд.

На дереве висел старый металлический предмет.

Не ключ.

Не колокольчик.

Свисток.

Точно такой же, как у Рыжего.

Рыжий подошёл ближе.

Он узнал его сразу.

Но не свой.

Другой.

Такой же старый.

С такой же вмятиной.

И на нём была выгравирована одна цифра:

9.

Ёжик медленно достал тетрадь.

Но прежде чем он успел записать цифру, из леса донёсся тихий голос:

— Первый пришёл.

Тишина.

— Второй нашёл.

Ещё тише:

— А девятый уже знает дорогу.

И где-то далеко, за деревьями, снова прозвенел колокольчик.

На этот раз — только один раз.

Рыжий смотрел на свисток.

Йошка — на часы.

Макс — на свои пальцы.

А Генри почувствовала, что серебряная брошь в кармане снова стала тёплой.

Но она ничего не сказала.

Потому что впервые за всё время поняла:

возможно, неизвестный следил не только за ними.

Возможно, он ждал, когда они сами приведут его туда, куда ему было нужно.

Глава 5

Книга первая. Тайна старого колокольчика

Глава 5. Ритм из леса

Свисток висел на ветке и едва заметно покачивался от ночного ветра.

На металлической поверхности поблёскивала цифра 9.

Рыжий стоял перед ним неподвижно.

— Это не мой.

Он сказал это так, будто ему самому требовалось убедиться.

Тедди подошёл ближе.

— Я знаю.

— Но он точно такой же.

— Почти.

Ёжик уже рассматривал свисток через увеличительное стекло.

— Не почти.

— Что?

— Они сделаны по одному образцу.

Рыжий нахмурился.

— Откуда ты знаешь?

Ёжик указал на боковую часть.

— Одинаковая царапина. Одинаковая форма отверстий. Даже вмятина похожая.

Жора поднял телефон.

— Сфотографировать?

— Да.

— Уже.

— Тогда зачем спрашивал?

— Для уважения к процессу.

Генри посмотрела на цифру.

— Девять.

Никто не ответил.

Вчера они ещё не знали, что это число вообще может что-то значить.

Теперь оно словно появлялось само.

На фотографиях.

В старых вещах.

В словах неизвестного.

А теперь — на свистке.

Рыжий протянул лапу.

— Можно?

Ёжик осторожно снял свисток с ветки.

Рыжий взял его.

Он оказался холодным.

И неожиданно тяжёлым.

Рыжий перевернул его.

На обратной стороне была ещё одна маленькая надпись.

Не цифра.

Всего три короткие черты.

— — —

— Это что? — спросил Тедди.

Ёжик покачал головой.

— Не знаю.

Ромка, стоявший чуть поодаль, вдруг сказал:

— Это не три черты.

Все посмотрели на него.

— А что?

— Три удара.

— В смысле?

Ромка постучал пальцем по металлической стойке.

Тук. Тук. Тук.

Потом сделал паузу.

Тук-тук.

И снова:

Тук. Тук. Тук.

Макс тут же повторил.

3–2–3.

Рыжий посмотрел на братьев.

— Откуда вы это знаете?

Йошка не ответил.

Ромка пожал плечами.

— Старый ритм.

— Откуда?

— От отца.

Макс снова отбил его пальцами.

На этот раз чуть тише.

Генри заметила, что лицо Йошки изменилось.

— Он так стучал? — спросила она.

Йошка кивнул.

— Когда нервничал.

— Ты уже говорил.

— Да.

— А ещё?

Йошка посмотрел на часы.

— Когда что-то решал.

Тедди спросил:

— И что означает ритм?

— Не знаем.

— Но отец его использовал?

— Да.

— Часто?

— Достаточно.

Ёжик записал:

3–2–3. Отец братьев. Свисток. Часы.

Потом остановился.

— А теперь вопрос.

Жора поднял крыло.

— Я готов.

— Почему этот свисток висел здесь?

— Потому что кто-то его повесил.

Ёжик посмотрел на него.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Рыжий снова посмотрел на свисток.

— Может, это приманка.

— Может.

— Или сообщение.

— Может.

— Или он принадлежал вашему отцу.

Йошка резко поднял глаза.

— Нет.

Все замолчали.

— Почему так уверен? — спросил Ёжик.

Йошка подошёл ближе.

— Потому что у отца был другой свисток.

Рыжий замер.

— Другой?

— Да.

— Какой?

Йошка посмотрел на свисток в его лапе.

— Такой же.

— Тогда почему этот не его?

— Потому что его свисток он забрал с собой.

Ёжик сразу спросил:

— Когда ушёл?

Йошка ничего не ответил.

Ромка посмотрел на брата.

Макс перестал отбивать ритм.

И в этот момент Жора тихо сказал:

— Значит, ваш отец действительно куда-то ушёл.

Йошка повернулся к нему.

— Да.

— И не вернулся?

— Нет.

— А вы его ищете?

Йошка сжал челюсти.

— Иногда.

— Почему только иногда?

— Потому что иногда человеку приходится жить дальше, даже если он чего-то не закончил.

Тедди посмотрел на него.

— А если не хочется?

Йошка ответил не сразу.

— Тогда приходится ещё больше.

Они решили вернуться на поляну.

Но не сразу.

Сначала Ёжик настоял на том, чтобы проверить место вокруг свистка.

Следы были.

Несколько.

Но почти все старые.

Только один отпечаток оказался свежим.

Маленький.

Очень маленький.

Не человеческий.

— Это опять он? — спросил Рыжий.

Ёжик присел.

— Не знаю.

— Похож на прошлые?

— Да.

— Значит, тот же?

— Возможно.

Рыжий вздохнул.

— Ты когда-нибудь скажешь «точно»?

Ёжик посмотрел на него.

— Когда будет точно.

— Скучный ответ.

— Зато честный.

Они пошли обратно.

Тедди шёл рядом с Максом.

— Ты любишь музыку?

Макс пожал плечами.

— Иногда.

— Что именно?

— Рок.

— А рэп?

— Тоже.

Тедди задумался.

— Значит, ты самый универсальный.

— А ты?

— Бах.

Макс посмотрел на него.

— Только Бах?

— Не только. Но особенно Бах.

— Почему?

Тедди улыбнулся.

— Потому что он умел превращать множество разных голосов в одну музыку.

Макс некоторое время молчал.

— А ты знаешь что-нибудь про него?

— Конечно.

— Расскажешь?

Тедди оживился.

— Знаешь, Бах однажды прошёл пешком много километров, чтобы услышать другого музыканта.

— Зачем?

— Потому что хотел учиться у него.

— Пешком?

— Пешком.

— Хотя мог не идти?

— Мог.

Макс подумал.

— Значит, иногда надо идти к тому, кого хочешь понять.

Тедди улыбнулся.

— Именно.

Впереди Жора услышал последнюю фразу.

— А можно записать? Звучит как хорошая цитата.

— Только если не подпишешь её своим именем.

— Я подумаю.

Генри, шедшая рядом, тихо сказала:

— А я бы выбрала Моцарта.

Тедди улыбнулся.

— Конечно.

— Что значит «конечно»?

— Ты любишь всё красивое и точное.

Генри подняла бровь.

— Это комплимент?

— Очень большой.

— Тогда принимаю.

Когда они вернулись на поляну, солнце уже начинало садиться.

Пять домиков светились золотистыми окнами.

Тедди сразу ушёл готовить ужин.

Жора сел на ступеньки.

Ёжик разложил фотографии.

Рыжий положил найденный свисток рядом со своим.

Генри достала брошь.

Братья стояли чуть дальше.

Йошка смотрел на два свистка.

Ромка — на старый резец, который всё ещё держал в руке.

Макс сидел на траве и отбивал пальцами ритм.

3–2–3.

Рыжий посмотрел на него.

— Ты делаешь это специально?

Макс покачал головой.

— Нет.

— Тогда зачем?

— Не знаю.

Ёжик вдруг поднялся.

— Подожди.

Макс остановился.

— Что?

Ёжик взял фотографию колокольчика.

— Здесь.

Он указал на металлическую поверхность.

На увеличенном изображении были видны маленькие царапины.

Не случайные.

Три.

Потом две.

Потом три.

3–2–3.

Жора присвистнул.

— Вот теперь это уже не совпадение.

Ёжик кивнул.

— Нет.

Тедди выглянул из кухни.

— Что нашли?

— Ритм.

— Какой?

Макс ответил:

— Тот самый.

Тедди подошёл ближе.

— Значит, колокольчик и ваш отец связаны?

Йошка покачал головой.

— Не обязательно.

— Но ритм одинаковый.

— Это ещё ничего не доказывает.

Ёжик посмотрел на него.

— Ты слишком быстро это отрицаешь.

Йошка спокойно ответил:

— Потому что знаю, как легко увидеть связь там, где её нет.

Ёжик ничего не сказал.

Но записал это.

Вечером Ромка принёс старый магнитофон.

Он был настолько старым, что Жора сначала решил, что это музейный экспонат.

— Он работает?

— Иногда.

— Отличный ответ.

Ромка подключил его.

Аппарат зашипел.

Потом щёлкнул.

Плёнка зажевалась.

— Ну вот.

Ромка осторожно открыл крышку.

Поправил ленту.

Снова нажал кнопку.

На этот раз послышался голос.

Старый.

Тихий.

С помехами.

— Если… ты это слышишь…

Макс поднял голову.

Йошка замер.

Голос продолжил:

— …значит, я не успел…

Шум.

Пауза.

— Не ищи один…

Треск.

— Сначала найди тех, кто…

Запись оборвалась.

Жора посмотрел на Ромку.

— Всё?

— Да.

— И что дальше?

— Ничего.

Ромка перемотал назад.

Они послушали снова.

Тот же голос.

Те же слова.

И снова обрыв.

Но в самом конце записи, почти незаметно, прозвучало:

тук. тук. тук.

Пауза.

тук-тук.

Пауза.

тук. тук. тук.

3–2–3.

Тедди тихо сказал:

— Это не музыка.

Ёжик посмотрел на него.

— Что?

— Он специально стучит.

— Как сигнал?

— Возможно.

Жора уже записывал звук на телефон.

— Если это код, мы его расшифруем.

Рыжий посмотрел на братьев.

— А вы никогда не слышали эту запись?

Йошка покачал головой.

— Нет.

Ромка сказал:

— Нашли её недавно.

— Где?

— В старом ящике.

— В гараже?

— Да.

— И почему не слушали раньше?

Ромка посмотрел на него.

— Мы слушали.

— И?

— Ничего не поняли.

Ёжик спросил:

— А ваш отец часто записывал голос?

— Иногда.

— На что?

— На старый магнитофон.

— Зачем?

Ромка пожал плечами.

— Он любил сохранять вещи.

Макс тихо сказал:

— Он говорил, что память может понадобиться позже.

Все посмотрели на него.

— Ты это помнишь?

Макс кивнул.

— Да.

Йошка закрыл глаза.

— Я тоже.

Ночью они снова пошли в лес.

На этот раз все восемь.

Пятеро друзей.

И три брата.

Впервые.

Жора шёл впереди с телефоном.

Ёжик — рядом с ним.

Рыжий держался ближе к братьям.

Тедди нёс термос.

Генри — фонарь.

Йошка шёл последним.

Он всё время оглядывался.

— Ты кого-то ждёшь? — спросила Генри.

— Нет.

— Тогда зачем смотришь назад?

— Привычка.

— Плохая?

— Иногда полезная.

Ромка вдруг остановился.

— Тише.

Все замолчали.

Где-то впереди был звук.

Не шаги.

Не ветер.

Музыка.

Тяжёлый рок.

Громкий.

Макс улыбнулся.

— Это наша.

Ромка кивнул.

— Откуда она здесь?

Музыка становилась громче.

Они вышли на небольшую поляну.

Там стоял старый фургон.

Рядом лежали колонки.

А на капоте сидел Макс.

Нет.

Не Макс.

Рыжий резко остановился.

— Макс!

Макс стоял рядом с ними.

Все посмотрели на капот.

Там никого не было.

Но музыка продолжала играть.

Ромка подошёл к колонке.

— Она включена.

— Кто включил? — спросил Жора.

— Не знаю.

Он выключил питание.

Музыка продолжала играть ещё несколько секунд.

Потом исчезла.

Тишина.

Тедди посмотрел на Ромку.

— Это твоя музыка?

— Да.

— Откуда здесь?

— Не знаю.

Жора заметил маленький экран на колонке.

На нём высветилось:

3:23.

— Ребята…

Ёжик подошёл.

— Это время.

— Или ритм.

Макс положил ладонь на колонку.

— Она тёплая.

Ромка резко отдёрнул его.

— Не трогай.

— Почему?

— Не знаю.

Ёжик посмотрел на Ромку.

— Ты испугался?

— Нет.

— Тогда почему?

Ромка не ответил.

Йошка сказал:

— Потому что иногда лучше не знать, откуда пришёл звук.

За фургоном они нашли камень.

Большой.

Почти квадратный.

На нём был вырезан знак.

Не тот, что на броши.

Другой.

Но рядом стояла цифра:

5.

Тедди присел.

— Пять.

— Пять друзей, — сказал Жора.

— Пять сокровищ, — добавил Ёжик.

Рыжий посмотрел на братьев.

— А что тогда означает девять?

Никто не ответил.

Макс подошёл к камню.

Его пальцы снова начали отбивать ритм.

3–2–3.

Тук.

Тук-тук.

Тук-тук-тук.

Камень дрогнул.

Все отступили.

Внутри что-то щёлкнуло.

На его поверхности открылось небольшое отверстие.

Ромка посмотрел на него.

— Вот этого я не ожидал.

Ёжик достал первый ключ.

Он подошёл.

Но ключ не вошёл.

— Значит, нужен второй.

— Который не открывает дверь, — напомнил Жора.

Ромка посмотрел на отверстие.

— Возможно, он открывает это.

— А где второй ключ? — спросил Рыжий.

Йошка ничего не ответил.

Макс вдруг посмотрел на него.

— У тебя.

Йошка медленно повернулся.

— Что?

— Второй ключ у тебя.

Йошка замер.

Ромка посмотрел на брата.

— Йошка?

Старший брат достал из кармана небольшой металлический ключ.

Тот самый.

С фотографии.

Рыжий резко выпрямился.

— Почему ты не сказал?

Йошка ответил спокойно:

— Потому что не доверяю вам.

Тишина.

Генри посмотрела на него.

— Тогда зачем пришёл?

Йошка сжал ключ.

— Потому что не доверяю и тому, кто его оставил.

Он вставил ключ в отверстие.

Повернул.

Раздался щелчок.

Камень открылся.

Внутри лежала тонкая металлическая пластинка.

На ней были выбиты цифры:

3–2–3.

И слова:

«Слушай не музыку.

Слушай того, кто за ней».

Никто не говорил.

Тедди первым нарушил тишину.

— Значит, дело не в песне.

Ёжик кивнул.

— А в том, кто её включил.

Жора посмотрел на тёмный лес.

— Кто-то хотел, чтобы мы пришли сюда.

Рыжий посмотрел на Йошку.

— И ты знал про ключ.

— Да.

— Почему не сказал?

— Потому что хотел понять, зачем он нужен.

Ёжик спросил:

— И понял?

Йошка покачал головой.

— Нет.

В этот момент из фургона раздался звук.

Снова включилась музыка.

Но теперь вместо рока прозвучал тихий голос.

Тот самый.

С записи.

— Если ты это слышишь…

Все замерли.

Голос продолжил:

— …не ищи меня.

Пауза.

— Ищи тех, кто придёт после тебя.

Шум.

Треск.

А потом:

3–2–3.

Макс прошептал:

— Папа.

Йошка закрыл глаза.

Музыка оборвалась.

Когда они вышли с поляны, никто не говорил несколько минут.

Наконец Ромка сказал:

— Отец знал про это место.

Йошка ответил:

— Да.

— И оставил нам ключ.

— Возможно.

— И запись.

— Возможно.

— Ты можешь хоть один раз сказать «да»?

Йошка посмотрел на него.

— Я не знаю, что произошло с ним.

Ромка отвернулся.

Макс шёл между ними.

Рыжий заметил, как младший снова отбивает ритм.

3–2–3.

На этот раз Рыжий сам повторил его пальцами.

Макс посмотрел на него.

— Ты тоже слышишь?

— Теперь да.

— Почему?

Рыжий пожал плечами.

— Потому что слушаю.

Тедди улыбнулся.

— Видишь? Бах бы одобрил.

Генри тихо сказала:

— А Моцарт бы, наверное, попросил сыграть это быстрее.

Тедди рассмеялся.

Даже Ромка улыбнулся.

На несколько секунд всё стало почти обычным.

Восемь друзей шли по лесу.

Тихо.

Рядом.

Но потом Ёжик остановился.

— Стойте.

На земле лежала новая записка.

Он поднял её.

Всего одна строка:

«Если вы нашли часовню, значит, девятый уже начал искать вас».

Жора медленно прочитал.

— Девятый.

Рыжий посмотрел на Йошку.

— Это ваш отец?

Йошка не ответил.

Макс поднял голову.

— Я думаю, да.

Ромка сказал:

— Не знаешь.

— Почему?

— Потому что мы не знаем, кто такой девятый.

Ёжик посмотрел на цифру на свистке.

Потом на фотографию.

Потом на восемь человек, стоявших рядом.

Пять друзей.

Три брата.

Восемь.

Он тихо сказал:

— Тогда почему девятый?

Никто не ответил.

И именно в этот момент часы Йошки впервые за много лет пошли.

Стрелка сдвинулась.

Тик.

Все услышали.

Тик.

Йошка побледнел.

Тик.

Макс перестал отбивать ритм.

А из глубины леса донёсся голос:

— Завтра будет девять.

И вслед за ним раздались три звонка.

Динь.

Динь.

Динь.

Но на этот раз колокольчик звучал не из одного места.

Первый звон пришёл слева.

Второй — справа.

А третий…

Прямо впереди.

Там, где между деревьями начиналась совершенно незнакомая тропа.

Ёжик посмотрел на неё.

На грязи виднелись свежие следы.

Их было восемь.

А рядом — ещё один.

Только один.

Он шёл впереди всех.

Будто тот, кто оставил его, уже давно ждал остальных.

Глава 6

Книга первая. Тайна старого колокольчика

Глава 6. Тропа, которой не было

След был один.

Всего один.

Он уходил вперёд, туда, где между деревьями начиналась незнакомая тропа.

Позади стояли восемь друзей.

Пятеро с поляны.

Три брата.

А впереди кто-то уже прошёл.

Рыжий первым нарушил тишину:

— Я иду первым.

— Нет, — сказал Ёжик.

— Почему?

— Потому что именно этого от нас хотят.

Рыжий посмотрел на него.

— Откуда ты знаешь?

Ёжик указал на записку.

«Завтра будет девять».

— Если неизвестный хотел, чтобы мы пошли по следу, он оставил его слишком заметным.

Рыжий скрестил лапы.

— Может, специально.

— Именно.

Рыжий задумался.

— Тогда кто пойдёт первым?

Ёжик посмотрел на Йошку.

Йошка посмотрел на него.

— Не я.

— Почему?

— Потому что я уже видел, чем заканчиваются такие игры.

Ромка усмехнулся.

— Ты видел?

— Достаточно.

Макс сделал шаг к тропе.

— Тогда я.

Йошка сразу схватил его за плечо.

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты младший.

— Это не причина.

— Для меня — причина.

Макс нахмурился.

— Ты всегда говоришь, что я должен быть самостоятельным.

— Самостоятельность не означает идти в неизвестность первым.

— А что означает?

Йошка замолчал.

Рыжий посмотрел на него.

Впервые он увидел в старшем брате не только осторожность.

Страх.

Не за себя.

За Макса.

— Пойдём вместе, — сказал Рыжий.

Йошка посмотрел на него.

— Все?

— Все.

— Восемь человек по одной тропе?

— Да.

Ёжик поправил рюкзак.

— Так безопаснее.

— Или опаснее, — сказал Ромка.

— Почему?

— Потому что если это ловушка, нас поймают всех.

Тедди вздохнул.

— Спасибо. Очень успокаивает.

Ромка улыбнулся.

— Пожалуйста.

Они двинулись.

Первым шёл Рыжий.

За ним Ёжик.

Потом Тедди и Жора.

Генри держалась рядом с Максом.

Ромка и Йошка замыкали группу.

Тропа была узкой.

Сначала всё казалось обычным.

Деревья.

Кусты.

Корни.

Мокрые листья.

Но через несколько минут Ёжик остановился.

— Странно.

— Что? — спросил Рыжий.

— Здесь не должно быть тропы.

— Почему?

Ёжик достал телефон.

Открыл карту.

— Посмотрите.

На экране была карта леса.

Там, где они шли, была просто зелёная область.

Ни дороги.

Ни тропинки.

Ничего.

— Может, карта старая, — сказал Жора.

— Я скачал её сегодня утром.

— Тогда обновим.

Жора открыл приложение.

Телефон показал:

«Нет подключения».

— Серьёзно?

Он поднял телефон выше.

— Эй!

— Сеть пропала? — спросил Тедди.

— У меня тоже.

Генри проверила свой.

— И у меня.

Рыжий достал телефон.

— Ничего.

Ёжик посмотрел на Йошку.

— У вас?

Йошка проверил.

— Нет.

Ромка покачал головой.

Макс поднял свой.

— Тоже.

Жора нервно усмехнулся.

— Прекрасно.

— Что? — спросил Тедди.

— Мы потеряли интернет.

— Всего лишь интернет.

— Для тебя — всего лишь. А я вообще-то собирался стать известным.

— Без интернета?

— Я рассчитывал на интернет.

Рыжий усмехнулся.

— Теперь придётся рассчитывать на себя.

Жора посмотрел на него.

— Вот это уже страшно.

Они продолжили идти.

Через некоторое время тропа стала меняться.

Сначала исчезли низкие кусты.

Потом деревья стали выше.

Потом вокруг стало так тихо, что друзья начали слышать собственные шаги.

И вдруг Макс остановился.

— Мы уже здесь были.

Ёжик посмотрел вокруг.

— Где?

— Здесь.

— Почему ты так думаешь?

Макс указал на дерево.

На коре была глубокая царапина.

Три линии.

Потом две.

Потом три.

3–2–3.

Ромка подошёл.

— Мы точно здесь не были.

— Но знак тот же.

Ёжик провёл пальцем по коре.

— Он свежий.

— Значит, кто-то был здесь недавно.

Тедди понюхал воздух.

— Дым.

Рыжий посмотрел на него.

— Опять?

Тедди кивнул.

— Тот же запах.

Жора тихо сказал:

— Может, девятый?

Никто не ответил.

Через полчаса они вышли на небольшую поляну.

Посреди неё стоял старый камень.

На камне была надпись:

«Кто идёт первым, тот выбирает путь.

Кто идёт последним, тот отвечает за всех».

Йошка прочитал второй ряд ещё раз.

— Мне это не нравится.

— Почему? — спросил Рыжий.

— Потому что я иду последним.

— Тогда тебе подходит.

Йошка посмотрел на него.

— Не смешно.

— Я не шутил.

Ромка подошёл к камню.

— Здесь что-то ещё.

На боковой стороне была маленькая выемка.

Ромка провёл по ней пальцем.

— Механизм.

— Откроем? — спросил Жора.

— Не знаю.

— Тогда зачем трогаешь?

— Потому что иначе не узнаю.

Ромка достал свой старый инструмент.

Ёжик внимательно наблюдал.

Через несколько секунд раздался щелчок.

Камень слегка повернулся.

Внутри лежала деревянная коробочка.

Ромка достал её.

На крышке было написано:

«Для тех, кто пришёл восемью».

Жора нахмурился.

— Восемью?

Ёжик медленно сказал:

— Мы и есть восемь.

— А где девятый?

Никто не ответил.

Ромка открыл коробочку.

Внутри лежала маленькая металлическая пластинка.

На ней было выгравировано:

«Девятый не должен быть найден.

Он должен быть узнан».

Макс нахмурился.

— Что это значит?

Ёжик ответил:

— Не знаю.

— А ты?

Рыжий посмотрел на Йошку.

— Может, ты знаешь?

Йошка покачал головой.

— Нет.

— А ваш отец?

Йошка сжал часы.

— Может быть.

И тут часы снова пошли.

Тик.

Тик.

Тик.

Ритм был неправильным.

Но через несколько секунд стрелка остановилась.

На 11:59.

Ромка посмотрел на брата.

— Снова.

— Да.

Макс подошёл к Йошке.

— Можно посмотреть?

Йошка протянул часы.

Макс взял их.

Поднёс к уху.

— Они тикают.

— Но стрелка стоит, — сказал Ёжик.

— Да.

Макс нахмурился.

— Значит, они не считают время.

— А что?

Макс покачал головой.

— Не знаю.

Ромка вдруг сказал:

— Может, они считают расстояние.

Все посмотрели на него.

— Откуда ты взял?

— Не знаю.

Ёжик записал и это.

Дальше тропа разделилась.

На этот раз не на две.

На три.

Левая уходила вниз.

Правая — вверх.

Средняя была почти незаметной.

На камне рядом были три символа.

Круг.

Три линии.

И цифра 5.

Генри подошла ближе.

— Пять.

Тедди посмотрел на неё.

— Наше число.

— Возможно.

Ёжик присел.

— Следы.

На левой тропе были следы.

На правой — тоже.

На средней — ничего.

— Значит, идти надо по средней, — сказал Жора.

— Почему? — спросил Рыжий.

— Потому что там никто не был.

— Или потому что там никто не был и поэтому она самая опасная.

Жора задумался.

— Ты умеешь испортить красивую теорию.

Ёжик посмотрел на следы.

— А если мы ищем того, кто прошёл первым, то нам нужна тропа без следов.

Йошка покачал головой.

— Нет.

— Почему?

— Потому что след может быть специально оставлен.

Ёжик замолчал.

— Верно.

Рыжий посмотрел на Йошку.

— Значит, ты тоже умеешь расследовать.

— Иногда.

— А говоришь мало.

— Поэтому и замечаю больше.

Ёжик усмехнулся.

— Это уже похоже на правду.

Они пошли по средней тропе.

Через несколько минут Жора остановился.

— Музыка.

Тедди прислушался.

Из леса доносился тихий звук.

Мелодия.

Очень знакомая.

Генри сразу узнала её.

— Моцарт.

Она сделала шаг вперёд.

Тедди нахмурился.

— Откуда здесь Моцарт?

Мелодия становилась громче.

Потом изменилась.

На смену ей пришёл Бах.

Тедди замер.

— Теперь это моя.

Потом музыка снова сменилась.

Тяжёлый рок.

Ромка поднял голову.

— Наша.

Потом рэп.

Макс улыбнулся.

— Моя.

Жора посмотрел на всех.

— Кто-то специально включает музыку, которую мы любим.

Ёжик сказал:

— Или музыку, которую знает о нас.

— Это ещё хуже, — ответил Жора.

Музыка прекратилась.

Вместо неё раздался голос.

Он был тихим.

Почти шёпотом.

— Каждый услышит то, что хочет услышать.

Генри посмотрела на друзей.

— Кто это?

Ответа не было.

Только музыка.

Снова Моцарт.

Но теперь мелодия звучала совсем иначе.

Тихо.

Медленно.

Почти печально.

Генри вдруг почувствовала странное желание идти дальше одной.

Она сделала шаг.

— Генри!

Рыжий схватил её за лапу.

Она вздрогнула.

— Я…

Она посмотрела назад.

Все стояли на месте.

— Я хотела посмотреть.

— Одна? — спросил Рыжий.

Генри не ответила.

Тедди тихо сказал:

— Значит, музыка тоже может быть ловушкой.

Ёжик кивнул.

— Не обязательно музыка.

— А что?

— Наше желание слушать её.

Через несколько минут лес изменился.

Свет исчез.

Даже луна будто пропала.

Деревья стали плотнее.

Тедди включил фонарик.

Луч света упёрся в чёрный ствол.

Потом ещё один.

И ещё.

— Почему здесь так темно? — спросил Жора.

— Потому что ночь, — сказал Ромка.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста.

Они пошли дальше.

И вдруг Ромка исчез.

Только что был рядом.

А теперь его не было.

— Ромка? — позвал Макс.

Тишина.

— Ромка!

Никакого ответа.

Йошка сразу остановился.

— Никто не двигается.

Рыжий уже хотел бежать.

— Мы должны найти его.

— Да.

— Тогда почему стоим?

— Потому что неизвестно, куда он исчез.

И тут из леса раздался голос Ромки:

— Я здесь!

Макс бросился на звук.

Йошка схватил его.

— Стой.

— Это он!

— Нет.

Все посмотрели на Йошку.

— Откуда знаешь?

— Потому что Ромка никогда не говорит «я здесь» таким голосом.

Тишина.

Жора прошептал:

— А каким?

— Обычно он говорит: «Идите сюда».

И тут голос повторил:

— Я здесь!

Макс застыл.

— Это не он.

Ёжик посмотрел на тёмную тропу.

— Значит, лес умеет повторять голоса.

— Или кто-то умеет, — сказал Ромка.

Все резко обернулись.

Он стоял позади них.

Живой.

Целый.

И очень злой.

— Я отошёл на две минуты.

Макс подбежал к нему.

— Мы слышали твой голос.

— Я не говорил.

Ёжик посмотрел туда, откуда раздавался звук.

— Значит, это ловушка.

Ромка кивнул.

— Да.

Через несколько минут они нашли камень.

На нём было написано:

«Каждый увидит то, чего боится».

Генри прочитала первой.

— Не люблю такие надписи.

— Почему? — спросил Тедди.

— Потому что они обычно правдивы.

Вдруг вокруг стало светлее.

Генри увидела свой дом.

Он стоял на поляне.

Но окна были тёмными.

Дверь открыта.

Внутри никого.

Она сделала шаг.

— Генри?

Она не слышала.

Дом казался пустым.

Она вошла.

На столе лежала её брошь.

Рядом — записка:

«Все ушли».

Генри почувствовала, как внутри стало холодно.

Она обернулась.

На поляне никого.

Она была одна.

— Генри!

Голос Рыжего.

Она моргнула.

Дом исчез.

Перед ней снова был лес.

Рыжий стоял рядом.

— Ты где была?

Генри посмотрела на друзей.

Все были здесь.

Она выдохнула.

— Нигде.

Ёжик ничего не спросил.

Только записал что-то в тетрадь.

Рыжий оказался следующим.

Он увидел человека.

Без лица.

Тот стоял в лесу и держал свисток.

Рыжий сделал шаг.

Человек поднёс свисток к губам.

Три коротких звука.

Рыжий замер.

Он узнал этот ритм.

3–2–3.

Перед ним появилась старая картина.

Кто-то маленький.

Кто-то слабый.

Кто-то, кого он когда-то не успел защитить.

Он сделал шаг.

Но человек исчез.

Вместо него появилась только надпись:

«Ты обещал».

Рыжий закрыл глаза.

— Нет.

Голос повторил:

— Ты обещал.

— Я помню.

— И не смог.

Рыжий сжал лапы.

— Но теперь я не уйду.

Лес затих.

Картина исчезла.

Рыжий снова оказался среди друзей.

Тедди смотрел на него.

— Ты в порядке?

Рыжий кивнул.

— Да.

Но впервые никто не стал спрашивать подробности.

Ёжик увидел дверь.

На ней было написано:

«Ты ошибся».

Он открыл.

За ней была другая дверь.

На ней:

«Ты опять ошибся».

Третья:

«Ты ничего не знаешь».

Ёжик сжал тетрадь.

— Я не обязан знать всё.

Дверь исчезла.

Он оказался в лесу.

И понял, что впервые за долгое время не пытался доказать самому себе, что обязательно должен найти ответ.

Жора увидел сцену.

Огромный зал.

Сотни людей.

Он вышел на сцену.

Открыл клюв.

Но никто не слушал.

Все разговаривали.

Смеялись.

Уходили.

Он говорил громче.

Ещё громче.

Но никто не смотрел.

Потом кто-то сказал:

— Может, сначала послушаешь других?

Жора замолчал.

И сцена исчезла.

Тедди увидел кухню.

Пустую.

Холодную.

На столе стояла чашка.

Никого.

Ни друзей.

Ни смеха.

Ни запаха пирога.

Он посмотрел на плиту.

И понял, чего боялся больше всего.

Не пустой кухни.

А того, что однажды его перестанут звать.

Он закрыл глаза.

— Я всё равно буду готовить.

Кухня исчезла.

Макс оказался один.

Совсем один.

Ни Йошки.

Ни Ромки.

Ни пятерых друзей.

Только фотография в его лапах.

На ней были три маленьких брата.

Он посмотрел на неё.

— Я не хочу снова один.

Фотография стала тёплой.

И вдруг из темноты раздался голос:

— Тогда научись не отпускать.

Макс ответил:

— А если отпустят меня?

Тишина.

Потом:

— Тогда ищи дорогу обратно.

Все вернулись одновременно.

Восемь человек стояли на той же поляне.

Никто не говорил.

Даже Жора.

Ромка посмотрел на братьев.

Йошка — на Макса.

Рыжий — на всех.

Тедди достал термос.

— Чай?

Жора засмеялся.

— Ты серьёзно?

— Конечно.

— Мы только что видели свои страхи!

— Именно поэтому чай.

Даже Ёжик улыбнулся.

Они сели прямо на землю.

Тедди разлил чай по кружкам.

Никто не спрашивал, что именно видел другой.

Это было странно.

Но хорошо.

Через несколько минут Ромка сказал:

— Я кое-что понял.

— Что? — спросил Ёжик.

— Эта штука не показывает нам будущее.

— А что?

— Нас самих.

Йошка посмотрел на него.

— Возможно.

Макс тихо сказал:

— И хочет, чтобы мы боялись.

Ёжик покачал головой.

— Не обязательно.

— Тогда зачем?

Ёжик посмотрел на надпись на камне.

«Каждый увидит то, чего боится».

— Может быть, чтобы проверить, что мы сделаем после.

Рыжий поднялся.

— Тогда я предлагаю идти дальше.

Йошка посмотрел на него.

— Ты опять первый?

— Нет.

Рыжий посмотрел на всех.

— Вместе.

Тропа вывела их к мосту.

Под ним была вода.

Чёрная.

Настолько тёмная, что казалось, будто она не отражает луну.

Они остановились.

— Красиво, — прошептал Тедди.

— Немного жутко, — сказал Жора.

— Немного? — переспросил Ромка.

Они начали переходить.

На середине моста Ёжик остановился.

— Не двигайтесь.

В воде отражались все.

Рыжий.

Тедди.

Жора.

Ёжик.

Генри.

Йошка.

Ромка.

Макс.

Восемь отражений.

Но между ними было ещё одно.

Девятое.

Высокая тёмная фигура.

На руке или возле руки — блеск металла.

Часы.

11:59.

Генри резко обернулась.

Позади никого.

Она снова посмотрела вниз.

Девятое отражение исчезло.

— Вы видели? — спросил Ёжик.

Все кивнули.

Даже Йошка.

Он смотрел в воду.

— Это был он?

Ромка ответил:

— Не знаю.

— Отец?

Йошка не ответил.

Макс посмотрел на воду.

— А если это не человек?

Все замолчали.

Ёжик медленно поднял голову.

— Вот это уже хороший вопрос.

На другой стороне моста стоял камень.

На нём было написано:

«Вы искали девятого.

Но девятый уже был рядом».

Рыжий посмотрел на друзей.

— Рядом с нами?

Ёжик не ответил.

Йошка посмотрел на своих братьев.

Потом на пятерых друзей.

Никто не сказал ни слова.

И вдруг его часы снова пошли.

Тик.

Тик.

Тик.

Но стрелка больше не стояла на 11:59.

Она показывала:

12:00.

Впервые за много лет.

Ромка посмотрел на часы.

— Они исправились.

Йошка покачал головой.

— Нет.

— Тогда что?

Йошка посмотрел на тёмный лес впереди.

— Они начали отсчитывать что-то новое.

Когда они вернулись на поляну, было уже очень поздно.

Тедди первым зажёг свет.

Тёплый.

Жёлтый.

Домик сразу стал казаться безопасным.

На кухне пахло яблоками и корицей.

— Я поставил пирог заранее, — сказал Тедди.

Жора сел за стол.

— Я тебя люблю.

— Я знаю.

Генри сняла пальто.

Ёжик положил тетрадь рядом с чашкой.

Рыжий лёг возле камина.

Братья остались у двери.

— Вы можете остаться, — сказал Тедди.

Йошка посмотрел на него.

— Почему?

— Потому что уже поздно.

— И?

— И друзья не уходят в лес ночью одни.

Йошка усмехнулся.

— Мы не друзья.

Рыжий поднял голову.

— Пока нет.

Йошка посмотрел на него.

Ничего не сказал.

Но вошёл.

Три брата сели за стол.

Впервые.

Без споров.

Без подозрений.

Просто рядом.

Тедди разрезал пирог.

Макс взял первый кусок.

Ромка — второй.

Йошка долго смотрел на свой.

Потом взял.

— Неплохо.

Тедди возмутился:

— «Неплохо»?

— Хорошо.

— Вот теперь нормально.

Жора рассмеялся.

Генри тоже.

На несколько минут лес остался снаружи.

Но потом раздался звук.

Не колокольчик.

Стук.

Три раза.

Тук.

Тук-тук.

Тук.

Смех оборвался.

Все замолчали.

Даже огонь в камине будто стал тише.

Жора медленно поставил кружку.

— Это снова 3–2–3.

Ёжик поднял голову.

— Никто не открывает.

— Я и не собирался, — быстро сказал Жора.

Стук повторился.

Тук.

Тук-тук.

Тук.

Рыжий уже стоял.

— Кто там?

Ответа не было.

Только голос.

Тихий.

Настолько тихий, что сначала всем показалось, будто они его придумали.

— Я пришёл первым.

Йошка побледнел.

Макс поднялся.

— Это...

— Не знаю, — перебил его Йошка.

Ромка посмотрел на брата.

— Ты узнал голос?

Йошка не ответил.

Он смотрел на дверь.

На обычную деревянную дверь маленького домика.

Ту самую, которую они закрывали каждый вечер.

Ту самую, за которой была поляна.

Лес.

Ночь.

Но теперь казалось, что за ней находится что-то гораздо большее.

Генри почувствовала, как нагрелась её брошь.

Она коснулась её.

— Она снова тёплая.

Ёжик резко раскрыл тетрадь.

— Подождите.

— Что? — спросил Рыжий.

Ёжик перелистнул несколько страниц.

— «Первый пришёл. Второй нашёл. Девятый знает дорогу».

Он посмотрел на дверь.

— Но нигде не сказано, что девятый должен войти.

Тишина.

Жора тихо спросил:

— А если он уже вошёл?

Все посмотрели на него.

Жора поднял крыло.

— Я просто предположил.

— Не предполагай, — сказал Ёжик.

И тут ручка двери начала опускаться.

Очень медленно.

Щёлк.

Макс отступил на шаг.

Тедди встал перед ним.

Рыжий напрягся.

Ромка быстро посмотрел на окно.

— Оно закрыто.

— Все окна? — спросил Йошка.

— Все.

— Дверь тоже была заперта? — спросил Ёжик.

Тедди кивнул.

— Я запирал.

Ручка продолжала опускаться.

Ещё ниже.

Ещё.

Щёлк.

Замок открылся.

Но дверь не распахнулась.

Она только чуть-чуть приоткрылась.

Из щели потянуло холодом.

Свеча на столе погасла.

Жора прошептал:

— Может, всё-таки не будем смотреть?

Никто не ответил.

Потому что из-за двери донёсся звук.

Не голос.

Не шаги.

Тихий металлический щелчок.