Read the book: «Мой Ад»

Пролог

Я никогда не боялась тьмы.

В конце концов, это был мой мир.

Мои сапоги гулко ударяли по чёрному камню мостовой, пока я неслась через лабиринт узких улиц. Над головой нависали гротескные высокие башни Адского Города, заслоняя багровое небо, а в воздухе висел запах серой, дыма и приближающейся бури. Каждый вдох отдавался болью в груди.

Кровь стекала по рукаву и рука постепенно немела.

Это уже не первая моя рана.

И совершенно не та, что сможет меня остановить.

Позади вспыхнуло фиолетовое сияние. Каменная стена взорвалась осколками, осыпав улицу градом обломков. Волна хаотической магии пронеслась сквозь меня, оставляя после себя марево искривлённого пространства, будто сама реальность не выдерживала её прикосновения.

Они были близко.

Очень близко.

Но недостаточно.

На моих губах появилась злая усмешка.

За тысячелетия правления Адом я видела восстания, измены и коварство. Я наблюдала, как рушатся империи и рождаются новые миры. Те, кто преследовал меня сейчас, считали, что загнали свою владычицу в угол.

Какая наивная ошибка.

Я свернула в последний проход и увидела их.

Врата.

Огромные, древние, возвышающиеся над городом словно. Их поверхность была покрыта бесчисленными символами, настолько старыми, что мало кто помнит этот язык, на котором они были созданы. Если бы смертный попытался бы прочесть хоть один символ, его разум бы не выдержал. Я обернулась посмотрела на город и сердце сжалось. Не от страха. От понимания. Момент наконец настал.

Ещё один взрыв прогремел за спиной. Ударная волна сбила бы любого другого с ног, но я лишь пошатнулась и продолжила идти вперёд. Бежать больше не было необходимости.

Я достигла цели.

Каждый шаг отдавался тяжестью во всём теле. Сил осталось меньше, чем хотелось бы признать. Мир вокруг расплывался по краям, а кровь продолжала окрашивать чёрный камень под ногами.

Неважно.

Мне хватит.

Я поднялась по ступеням и медленно развернулась лицом к приближающейся тьме. Фиолетовые вспышки озаряли площадь. Тени приближались. Времени почти не осталось, но этого было достаточно. Я расправила плечи и подняла голову. Даже сейчас, стоя на пороге собственной гибели, я оставалась той, кем всегда была - Царицей Ада. И если судьба решила написать сегодня последнюю главу моей истории, то писать её буду я.

На моих губах появилась спокойная, уверенная улыбка. Я посмотрела в глубину надвигающийся тьмы и тихо произнесла:

— Это ещё не конец.

А затем начала действовать.

Глава 1

Ад, должно быть, клевое место,

раз малые, что придумали религию,

так хотели, чтобы туда, кроме них,

никто не попал.

Аль Капоне

3000 лет спустя

Почти каждый день Элины начинался одинаково. Улицы маленького Гринвуда встречали ее одними и теми же витринами, вывесками и пожелтевшими деревьями. Менялись лишь маршруты. Эл специально ходила разными дорогами: иногда сворачивала через парк, иногда через жилые кварталы, а порой выбирала путь, какой навевало ей настроение именно сегодня.

Октябрь только начался, но осень уже прочно правила погодой, и не давала и шанса не замерзнуть. Низкие серые тучи висели над городом тяжелым свинцовым потолком, ветер забирался под одежду и оставлял на коже неприятный холод. Типичная осень городка Гринвуд.

Однако сегодня было кое-что необычное, ведь Элина была в платье. Конечно, в черном, как она и любит, но в катастрофически коротком.

— Да хватит уже его дергать! — простонала Мирабель.

— Мне кажется, половина Гринвуда сейчас любуется моей задницей, - возмущалась Эл и в очередной раз потянула подол платья вниз, но безрезультатно.

— Ты выглядишь потрясающе!

— Я выгляжу как человек, который забыл надеть нижнюю половину одежды.

— Это называется стиль, стройные ножки нельзя прятать, - буркнула Мира и закатила глаза.

— А мои худи и джинсы в чем провинились?

— Они одно большое преступление против моды, не меньше!

— Зато удобно и практично!

— Именно поэтому я выбрала тебе нормальную одежду, ты бы не смогла сделать из себя такую красотку, - Мирабель поправила свои светлые локоны и мечтательно улыбнулась, - Сегодня вечером мы будем самыми неотразимыми девушками на празднике.

— До вечера еще надо дожить. Пока на нас будут пялится все мужское население Гринвуда, а местные бабушки и вовсе проклянут!

— Мой день рождения. Мои правила.

— Ладно. Но мой кулон ты могла мне бы и оставить.

— Опять этот кулон? - Мира поморщилась так, словно речь шла о старом потрепанном значке бойскаута, - Он выглядит так, будто его откопали вместе с динозаврами.

После этих слов спор окончательно потерял смысл. Ну как ей объяснить, что этот кроваво-красный кулон сопровождал ее столько лет, что без него она чувствовала себя странно, будто голой. Но ради подруги, она попыталась взять себя в руки и не обращать внимание на свою внешность.

Кофейня «Тепло Тени» располагалась в Старом переулке, занимая просторную пристройку к древнему зданию музея святого Самаэля, главному и единственному музею в Гринвуде. Оба строения выглядели так, словно выросли из одного фундамента несколько веков назад. Темный камень стен, высокие окна, островерхие крыши создавали ощущение, будто время в этом уголке города застыло со времен его основания.

Часы показывали без пяти восемь утра, еще пять минут до открытия, но внутри уже горел теплый свет и аромат свежемолотого кофе и сдобных булочек чувствовался еще с улицы. Девушки вбежали в кофейню, как из-за стойки донесся знакомый голос:

— Простите, это вечеринка уже началась или вы дверью ошиблись? Ночной клуб через три квартала.

Мира рассмеялась.

— Очень смешно, дядя Том.

Мужчина поднял взгляд и широко улыбнулся.

— С днем рождения, принцесса.

— Спасибо дядя Том, ты, как всегда, душка! - Мира засияла и полезла обниматься.

Томас Вудс, хозяин кофейни, выглядел человеком, которому удивительно шло время. Не смотря на седину и мелкие морщинки, мужчина выглядел свежо и молодо, чем привлекал взгляды всех дам, приходящих в «Тепло Тени».

Высокий, широкоплечий, всегда безупречно одетый, он производил впечатление человека, способного одинаково легко открыть кофейню, победить в драке или договориться с банком о кредите. При этом никто толком не знал, сколько ему лет. В Гринвуде его называли дядей Томом все без исключения, и никто никогда не задавался вопросом, почему. Не смотря на его дружелюбие и открытость, Том был женат только на своей работе, и каждый день самый первый включал кофемашину в своей кофейне.

Девушки только надели фартуки, как Том начал собираться.

— Ты уже уходишь? — удивилась Мира.

— Представь себе, у меня есть дела вне этих стен, - надевая пальто ответил мужчина.

— Как-то рано, ты же так любишь утреннюю суету, иначе не могу объяснить твои ежедневные приготовления за твоих подчиненных.

— Но не сегодня, дорогая, - он направился к двери и добавил, — Сегодня утро будет без меня.

Затем посмотрел на девушек и усмехнулся:

— Выглядите просто волшебно!

Элина автоматически попыталась поправить платье, и кажется, чуть покраснела при очередной неудаче спрятать свои ноги.

— Спасибо, — довольно произнесла Мира.

— Ну я пошел, а Эл остается за главную.

— Это спорное заявление, — немедленно возразила именинница, - Всем известно, кто здесь истинный командир!

— Конечно-конечно, - поспешно пробурчал Том, дверь хлопнула, оставив девушек в одиночестве.

— Я займусь баром. Ты залом и камином, - бесцеремонно взяла на себя бразды правления Мира.

— Есть, командир! - Эл шуточно замаршировала в сторону зала.

Камин находился в самой дальней части кофейни, массивный и потертый временем он выглядел чужеродно среди современных кофе-машин и кассовых терминалов. Будто находился в замке или охотничьем доме, а потом по ошибке оказался здесь. Элине он нравился больше всего в интерьере. Когда вспыхнул огонь, она привычно задержалась рядом, пламя всегда притягивало ее внимание. В детстве это едва не закончилось бедой. Однажды они с Мирой решили помочь взрослым убрать осенние листья и подожгли огромную кучу прямо во дворе. Мира тогда с криками побежала за родителями, а Эл стояла перед огнем и счастливо улыбалась. Ей казалось, что языки пламени танцуют специально для нее. Позже она честно пыталась объяснить взрослым, что огонь хотел поиграть, но почему-то никто не оценил такое объяснение.

Утро быстро набрало обороты. Кофейня наполнилась посетителями. Зазвенела посуда, шипела кофемашина. Запах кофе снова смешался с ароматами выпечки. В какой-то момент Элина даже перестала думать о платье. Почти. Потому что каждый раз, проходя мимо зеркала, она одергивала подол, а Мира снова закатывала глаза.

К середине дня время будто начало двигаться через силу, минуты растягивались, а посетителей становилось все меньше. Настроение начинало ухудшаться, ведь приближалась самая раздражающая часть дня, «Час Кая», так это называла Мира. Каждый день ровно в пятнадцать ноль-ноль в кофейню приходил один и тот же человек. По нему можно было сверять часы! И самое главное Зачем? Зачем ходить в кафе постоянно? Да и пить кофе по расписанию — это как-то странно, по мнению Эл.

Колокольчик над дверью звякнул. Она даже не стала смотреть в сторону входа, не было необходимости.

— Том здесь? - привычный голос раздался от дверей, бархатный, но собранный.

Она подняла взгляд. Ох уж этот Кайден Максвелл. Неестественно белые волосы как у альбиноса, яркие карие глаза, весь одет в черном, даже есть кожанка как у всех плохишей из фильмов, и ежедневный аксессуар - газета под мышкой. Образ самого смазливого парня в городе дополняло спокойное лицо, что делало его скорее статуей античного воина, чем нормальным человеком. Элина не выдержала и фыркнула:

— И тебе привет.

— Привет. Так дядя Том здесь? - все еще в дверях спросил парень.

— Поразительно.

Кай вопросительно поднял бровь.

— Что поразительно?

— Ты смог выучить новую реплику! - Элина даже не пыталась скрыть свой сарказм.

Он почти улыбнулся, но остановился на пол пути и снова его лицо расслабилось.

— Работаю над разнообразием.

«Медленно работаешь» - раздраженно подумала Эл.

Он занял свое привычное место возле стойки, стянул кожанку, бросив ее небрежно за соседний стул, распахнул газету и тут же в ней погряз, игнорируя всё происходящее. Он всегда приходил тогда, когда Тома не было в кофейне, и было странно, что мужчины вообще знакомы, ведь они никогда не пересекались. Но этот Кай стал достопримечательностью кафе, красавчик, на которого каждый день можно пялится и томно вздыхать, но такое постоянство было не у всех, и сегодня кроме него посетителей в средине дня не было.

— Тебе как всегда? - не глядя на него спросила Эл.

— Да, американо.

— Ты когда-нибудь закажешь что-то другое? - Эл посмотрела на него, показывая свое недовольство.

— Когда-нибудь, - сухо отчеканил Кай, не отрывая взгляд от газеты.

— Что же должно такое случится, чтобы это «когда-нибудь» произошло, - захихикала Мира, появившаяся за барной стойкой.

На этот раз парень все-таки улыбнулся, совсем чуть-чуть, но девчонки успели это заметить.

Элина вздохнула, так раздражать ее мог только Кайден. Она снова на него посмотрела. Идеальное лицо парня казалось со стороны каменным и не способным выдавать хоть какую-то мимику, но Эл была уверена, эта все лишь маска. Либо он все-таки был по-настоящему холодным роботом в стильной облегающей футболке.

Пока Мира безуспешно пыталась болтать с Кайденом, который ее даже не замечал, колокольчик снова звякнул и вошел мужчина. Настолько обычный, что через секунду Эл уже не смогла бы описать его внешность. Он быстро пересек зал и сел за дальний столик. Странное ощущение возникло сразу - музыка словно стала тише, воздух стал вязким, а за окнами будто наступил вечер. Элина нахмурилась и подошла к посетителю.

— Добрый день. Что будете заказывать?

Мужчина поднял голову. На мгновение ей показалось, что его лицо ускользает из памяти прямо во время взгляда. Вот нос, вот глаза, вот рот, но стоило отвести взгляд на секунду, и образ рассыпался, словно сознание отказывалось удерживать его черты.

— Капучино. Погорячее, - Голос незнакомца прозвучал странно.

В первый момент Элине показалось, что это всего лишь игра воображения, однако уже через секунду по спине пробежал неприятный холодок. Было ощущение, что слова произносит не один человек, а сразу несколько голосов, звучащих одновременно. Девушка машинально открыла блокнот, чтобы записать заказ, но что-то заставило ее вновь посмотреть на посетителя и тогда она замерла. Лицо мужчины начало меняться прямо у нее на глазах, черты лица расплывались и менялись на неестественные для человека, под кожей словно двигалось что-то живое и чужеродное, пытаясь вырваться наружу, а глаза вспыхнули ярким фиолетовым светом. Улыбка появилась и медленно растянулась, становясь шире, изгибаясь в оскал, из-под губ показались длинные изогнутые клыки, между которыми тянулись вязкие нити густой черной слюны, на лбу начали проступать рога, медленно разрывая человеческий облик. Вместе с этим изменился и воздух вокруг, к запаху свежего кофе примешались сырость, затхлость и тяжелый смрад гнили, настолько резкий и противоестественный, что желудок Элины болезненно сжался. От неожиданности девушка вскрикнула и резко взмахнула рукой, пытаясь отгородиться от кошмарного вида. И в этот момент произошло нечто невозможное. Огонь в камине, который еще секунду назад мирно потрескивал за ее спиной, внезапно ожил, пламя взметнулось вверх с оглушительным ревом и, словно повинуясь невидимому приказу, устремилось вслед за ее рукой. Огненная волна ударила в существо прежде, чем кто-либо успел издать звук. Кофейню сотряс пронзительный вопль. Этот звук не был похож ни на человеческий крик, ни на рев животного. В нем был какой-то неестественный металлический скрежет, от которого кровь стыла в жилах и накатывал первобытный страх. На короткое мгновение зал озарила ослепительная вспышка, а затем все закончилось. Пламя погасло так же внезапно, как и появилось, оставив после себя лишь запах гари и звенящую тишину. На месте, где еще несколько секунд назад сидел посетитель, осталась только небольшая кучка серого пепла.

— Что... это было?.. — хрипло прошептала Мира, выглядывая из-за барной стойки.

Элина не могла ничего ответить, только смотрела на пепел. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось в ушах. Неожиданно рядом раздался бархатный, спокойный голос:

— Любопытно.

Эл резко обернулась. Кай стоял совсем близко, все такой же невозмутимый, не смотря на произошедшее. И тут появилась настоящая улыбка довольного человека, который дождался своего, он снова заговорил:

— Вот и настал этот день, мисс.