Go to audiobook
Его ожидания не оправдались. Дракон хранил сокровища не здесь. В пещере, как и в расщелине, лежали обглоданные кости. Демеральд как раз пытался стряхнуть их с себя, стоя на коленях и ожидая, когда глаза привыкнут к тьме. Поднявшись на ноги, он ощупью двинулся вдоль стены, обнажив один из своих великолепный мечей. Демеральд чувствовал лёгкое дуновение и шёл ему на встречу. Теперь он уже мог более-менее различать предметы перед собой. Ступая осторожно, но, не замедляя шаг, охотник стремился найти выход. Гора Фэрэб, покрытая снегом и льдом, отобрала у него все силы, а дракон всё ещё не был повержен. «О, милая Изотель, дождёшься ли ты меня? Так не терпится тебя обнять» – думал про себя Демеральд. Внезапно яркий свет над головой ударил в глаза охотнику, и он понял, что темноте пещеры пришёл конец. Убрав меч в ножны и собрав оставшиеся силы, охотник подтянулся и начал забираться по камням навстречу свету, пока не добрался до ослепляющего сияния свободы.
Словно тысячи зеркал, отражая лучи небесного светила, рассыпчатые снежные хлопья преломляли свет, рассеивая его во все стороны. Но не солнца свет так будоражил Демеральда, а жёлтый блеск золота, рассыпанного у огромного плоского валуна.
– Вот оно! Лежбище дракона, – тихо проговорил радостный Демеральд. Вокруг глыбы внушительными кучами лежали украшения, золотые монеты, утварь из драгоценных металлов. И если это всё виднелось из-под снега, то сколько было скрыто под ним?
Демеральд не стал бросаться ко всему сверкающему великолепию, а принялся искать место поодаль от драконьей лежанки. Чудовище должно было вот-вот вернуться. Истерзав бедолагу лучника, дракон в скором времени обязательно должен был явиться, дабы надолго не покидать свои сокровища, что он так ревностно бережет. Найдя подходящее место за небольшой грудой камней, охотник скрылся за ними, зарывшись в снег.
Проснулся Демеральд уже в сумерках, вполне отдохнувшим для предстоящей битвы. Осторожно отрыв себя из-под снега, он посмотрел в сторону плоского валуна. Свернувшись калачиком, дракон спал на нём. Осторожно ступая мягкими меховыми сапогами по хрустящему рассыпчатому снегу, охотник подкрался к драконьей лежанке, обойдя её так, чтобы находиться со спины чудовища. В свете луны он видел, как блестит тёмно-синяя кожа дракона. Зверь громко дышал. Демеральд надеялся, что дракон не учует и не услышит его раньше времени. Он оглядел валун, пытаясь решить, где на него взобраться с этой стороны, но здесь камень оказался слишком высоким и гладким. Не оставалось ничего, кроме как начать открытую битву. Охотник дотянулся до свисающего хвоста, словно шипами покрытого роговыми наростами и, что есть силы, дёрнул за него.
От неожиданности рыкнув спросонья, дракон свалился с камня. В эту секунду Демеральд уже оббегал валун, сжимая в обеих руках по мечу. Дракон мотнул головой и посмотрел в сторону хвоста – ничего не заметив, он повернул голову в противоположенную сторону, но лишь успел уловить блеск металла, за момент до того, как два клинка вонзились ему горло. Сделав глубокий вдох и выделив из горловых желёз секрет, дракон хотел пустить перед собой огненный вихрь, но попытка была тщетной. Мечи прорезали мешочки, содержащие рождающую огонь субстанцию, и теперь чудовище смогло лишь выхаркать дымящуюся жижу. Резко развернувшись, дракон принялся выискивать обидчика, который мгновение назад был под ним. Зверь никого не видел. Он резко замотал головой, пытаясь лапами дотянуться до торчащих из горла рукоятей. Внезапно его кто-то окрикнул. На камне стоял человек. Сверкнув свирепым взглядом, зверь стремглав бросился на неприятеля.
***
Демеральд валялся на снегу, растопырив руки и ноги и тяжело дыша. Рядом с ним лежал бездыханный дракон, язык которого вывалился изо рта. Из черепа зверя аккуратно между роговыми наростами, украшающими голову дракона словно корона, торчал чекан. Его острый клюв полностью погрузился в мозг чудовища. Демеральд поднялся. Собрав оружие, он посетовал на то, что дорогие, искусно сделанные мастерами из Экриона мечи придётся-таки отдать в ремонт. Охотник расстегнул верх куртки и достал из внутреннего кармана сложенный холщовый мешок. В него он принялся нагребать золотые монеты, валявшиеся вокруг драконьей лежанки. Набив сколько посчитал нужным, Демеральд завязал горловину мешка и пристегнул тот за ремешок на широком кожаный поясе. Осталось только найти спуск с горы и возвратится в свой уютный дом, в котором его ждала красавица Изотель.
Спустя день, в только-только начавшихся сумерках охватывающих северную часть Раундэйла, усталый Демеральд брёл по улочкам родного Родвайла – небольшого городка, где в основном обитали мастера различных направлений народных ремёсел. Местные жители приветствовали охотника: мужчины угощали шарубейским вином, а женщины выносили горячие пироги. Демеральд был известен как герой, храбрый и справедливый воин, бесстрашный истребитель драконов. А новость о том, что проклятый дракон с горы «Фэрэб», то и дело совершающий налёты на пастбища Родвайла, повержен, прилетела точно к возвращению самого охотника. Демеральду льстило внимание и почёт, он с радостью пользовался ими, чтобы заводить полезные знакомства и выпрашивать самые выгодные уступки, когда собирался что-то купить или же отремонтировать. Сегодня он улыбался всем, кто улыбался ему и махал приветственно рукой. Но мысленно охотник уже был на самом конце улицы, цветущей по весне акациями, в бревенчатом богатом доме, где ждала его Изотель.
С двумя бутылками душистого шарубейского вина в одной руке и сдобным пирогом в другой Демеральд открыл дверь и с порога почуял запах пряностей. Жена что-то готовила. Охотник прошёл к очагу, раздвинув верёвочную штору. У большого чана стояла Изотель. Её густые, чуть волнистые волосы цвета эбена были связаны в конский хвост. Маленькие красивые ушки, хрупкая шея, осиная талия и приятные глазу округлости. Демеральд был очень рад своему возвращению.
Изотель повернулась к мужу и сказала: – Не натопчи мне тут, великан, почему ты не снял мечи, войдя в дом? А ну марш в купель!
– Хорошо, хорошо, – отозвался охотник.
Демеральд послушно направился к купели, оставив вино и пирог на дубовом обеденном столе. Он снял мечи, чекан, отстегнул мешок с золотом, снял опалённую драконьим огнём куртку, стянул меховые сапоги, вылез из стёганых штанов, а после, подойдя к выложенной камнем купели, развёл под ней огонь. Стоя обнажённым перед эресхельмским зеркалом, он ждал, когда нагреется вода.
– От тебя пахнет драконьей смолой, твоя куртка опалена, а на руках новые шрамы. Я рада, что ты вернулся невредимым, хотя видимо тебе досталось, – подойдя к мужу и разглядывая его порезы, сказала Изотель, легонько коснувшись его могучей руки. Макушкой она доходила мужу до груди, хоть и сама не была маленького роста. А он и вправду был высок. Выделялся среди местных мужчин.
Здешние края никогда не славились воинами, но Демеральд пошёл в отца, доблестного солдата по имени Реверальд – ветерана битвы при Харуине, когда армия мятежников под предводительством наместника Освидора решила захватить престол и не допустить к правлению, тогда совсем молодого сына угасающего короля Арэлиана Великого. Реверальд же был воеводой у Аруила, племянника короля, столь же молодого, как и его кузен, принц Арэлиан. Противостоя силам Освидора, они чуть было не потерпели поражение из-за неумелого командования Аруила, но вовремя смогли отбить атаку с помощью плана, предложенного Реверальдом. Но впоследствии, не смотря на победу, Аруил обвинил в первых неудачных сражениях своего военачальника. Поверженный и взятый в плен Освидор был публично казнён как изменник, а Реверальд, лишённый всех регалий, был изгнан с позором. Разбитый и израненный телом и душою Реверальд нашёл покой в здешних краях, где и родился его сын Демеральд, которому было пять, когда зачахла от болезни мать, и шестнадцать, когда его уже не молодой отец отошёл к богам, занимаясь грядками в своём огороде.
Демеральд никогда не покидал здешних краёв, кроме как уходя на драконью охоту. Он любил эти цветущие луга, аккуратные улочки, милые и уютные домики и трудолюбивый люд в них обитавший. Здесь же он встретил Изотель – дочь местного старосты, который недолюбливал Демеральда за его нрав и происхождение. В ответ же Демеральду пришлось со старанием доказывать, чего он стоит и чему научил его отец. Но староста лишь фыркнул, заметив, что сын опального воина и кухарки не сможет стать достойным кандидатом в мужья его дочери, ибо в этих краях ценилось усердие, трудолюбие, а главное владение каким либо полезным ремеслом. Демеральд же с ранних лет умел лишь махать палкой да гонять птиц. Но Изотель, сама по уши влюбившаяся в рослого и красивого юношу, настояла на одобрении отца, и вот теперь, спустя годы, была счастлива возвращению мужа домой, стоя около его крепкого тела и рассматривая свежие раны.
– В этот раз тяжело пришлось? – задала она новый вопрос.
– Дракон попался мелкий и несмышлёный, – улыбаясь, отвечал Демеральд. – Справился с ним за пару взмахов мечами.
– Какой же он по счёту в этом году? – снова полюбопытствовала девушка, игриво проводя пальцами по мускулистой груди партнёра.
– Ммм… – Демеральд призадумался. – Я думаю третий, или пятый, во всяком случае, я уже точно обошёл Дидираса из Эресхельма.
Охотник лукаво заулыбался и лёгким движением поднял Изотель на руки над собой, от чего девушка весело вскрикнула.
– Готовишься к фестивалю? Хочешь снова всех обойти? – положив ладони на щетинистые щёки мужа и смотря сверху вниз, молвила девушка.
Демеральд мягко опустил жену на пол.
– Снова придётся делать вид, что я слишком сильно старался, чтобы добыть всех этих драконов, – бравируя произнёс он.
Изотель улыбнулась его словам: – Залезай в купель, вода уже нагрелась.
Она легонько подтолкнула его, а сама вернулась к чану, где готовила похлёбку.
Демеральд залез в тёплую воду, взял мочалку из резаной на прутики коры лечебного дерева лауры, хорошенько натерся, смывая с себя всё прошедшее приключение. После расслаблено погрузился в воду, откинув голову, и в блаженстве закрыл глаза. Демеральд чуть было не уснул, но всплеск воды вернул его в реальность. Скинув с себя все одеяния, в воду вошла Изотель. Водная рябь от её гладких ног приближалась к его торсу. Он поднял глаза и оценивающе прошёлся взглядом сверху вниз по аппетитной фигуре жены: сильные плечи, выдающаяся ключица, упругий бюст средних размеров, плоский живот, гармонично широкий таз. Демеральд снова поднял глаза. Груди Изотель, ещё не тронутые кормлением и возрастом мягко покачивались в лучах, отбрасываемых огоньками свеч и камина. Тёмные соски набухли, намекая на желание с её стороны. О своём желании Демеральд догадался ещё войдя в тёплый дом. Изотель окунулась и тут же прильнула к мужу, горячо поцеловав его в губы и обхватив лицо руками. Потом легонько отпрянула и пристально посмотрела в глаза.
– Ты меня любишь? – спросила она.
– Ещё как люблю, – ответил Демеральд, ответив таким же пронзительным взглядом.
Глава 2. В штольне Экриона
Лучи восходящего солнца пробивались сквозь льняные шторы, украшающие окно. Оранжевый свет зари с любопытством прыгал по убранству дома, словно рассматривая его. Вот луч скользнул по коллекции мечей, развешанной на одной из стен, после по сундукам с меховыми одёжами, потом медленно перекинулся на пол и почти добрался до спящих людей. Раскинув жилистые руки, на одной из которых удобно расположилась голова Изотель, Демеральд спал крепким безмятежным сном. Пустая бутылка шарубейского вина и половина сдобного пирога, лежащие на дубовом столе, указывали на сытный и весёлый пир. Полумрак, настойчиво прорезаемый солнечными лучами, всё ещё уловимый запах благовоний и истлевающие угольки в стенном камине предавали атмосфере жилища особый уют. Из-под дверной щели слышалось завывание ветра. Мелкие снежные хлопья влетали за порог. Ранняя зима дошла и до Родвайла.
Как и некогда его отец, Демеральд предпочитал спать на полу. В качестве мягкой лежанки он использовал шкуру снежного быка-туррина с очень густой и кучерявой шерстью. Укрытые пуховым одеялом, обшитым замысловатыми узорами, Демеральд и Изотель отдыхали после ночи долгожданной близости. Резкий стук в тяжелую дубовую дверь разбудил их. Демеральд поднялся и, даже не пытаясь чем-нибудь прикрыть свою наготу, подошёл к двери. Снаружи слышался топот копыт и лошадиное ржание. Охотник открыл дверь. На пороге стоял молодой солдат. Герб на его грудном доспехе указывал, что он прибыл из Экриона. За солдатом виднелись два усталых и грязных всадника, которые мерили взглядом фигуру охотника.
– Стража Экриона? – щурясь на ярком свету, промолвил Демеральд, не обращаясь к кому-то конкретно.
– Да. Нас прислал Аруил, сам он уже в Экрионе. Он велел сопроводить к нему Демеральда из Родвайла, – доложил солдат с явным волнением, пытаясь скрыть его за нарочитой ходульностью.
– Интересно, зачем я понадобился ему в Экрионе? – проведя ладонью по своей коротко бритой черепушке, спросил охотник у солдата, а про себя подумал: – «Аруил ещё не расплатился со мной в полной мере за прошлый контракт».
– У нас нет времени обсуждать это. Если вы тот самый Демеральд, то прошу вас одеться… В общем, собраться и немедленно отправится с нами, – повысив голос, твёрдо ответил солдат.
Демеральд вернулся в дом, закрыв дверь перед самым носом солдата. Изотель стояла около купели и держалась рукой за лоб. Демеральд подошёл к ней.
– Красавица моя, что с тобой? – обеспокоенно спросил он.
– Немного закружилась голова, после того как я встала, ничего, пройдёт.
– Тебе нездоровится? – внимательно оглядывая жену, поинтересовался Демеральд.
– Всё хорошо. Тебе снова нужно ехать? – пытаясь улыбнуться, спросила Изотель.
– Да, Аруил ждёт меня в Экрионе. Но я могу с лёгкостью отказать ему, – ответил Демеральд.
– Так, езжай скорей, не заставляй себя ждать! – строго наказала Изотель. Она не хотела, что бы муж пропускал важное поручение из-за её мимолётной хандры.
– Я вернусь очень скоро, обещаю, – приобняв жену, сказал Демеральд.
Он поцеловал Изотель лоб, а после, отойдя вглубь комнаты, открыл один из тяжёлых сундуков и достал походный кожаный костюм. Сидя на предназначенном ему коне, охотник смотрел на жену, стоявшую в дверях в белёсом домашнем платье. Она коротко улыбнулась, он махнул ей в ответ. Прошла лишь ночь, показавшаяся сладостным мигом, и вот он уже снова отправляется в путь. Демеральд желал остаться – он чувствовал, что должен сейчас быть с Изотель. В одно мгновенье он уже подумывал плюнуть на Аруила и ожидающих его солдат, спрыгнуть с коня и, закрывшись в доме, оставаться там сколько душе угодно. Но по взгляду жены он понял – она знала, ему необходимо отправиться туда, где он, возможно, будет нужен больше, чем целая воинская дружина.
Отряд тронулся с места. Изотель смотрела им в след, пока путники не исчезли за поворотом. Затем она скрылась в доме, затворив за собой дверь.
***
На пятый день ничем не примечательного пути в лучах полуденного солнца отряд въехал в Экрион. Их встретила покрытая островками низкого кустарника припорошенная снегом равнина. Снежинки, лёгким вихрем кружащие по степи, окутывали вновьприбывших. Внезапно однообразная своим унынием дорога открыла взору уходящий вглубь земли огромный карьер. Это был город признанных мастеров выплавки и ковки, сталеваров, кузнецов и искусных оформителей. На каждом ярусе карьера, плотно приставленные друг к другу, располагались стройные дома, выдавая строгий вкус и нетерпимость ко всему небрежному. Начав спозаранку, занятые повседневной работой, коренастые и приземистые обитатели Экриона сновали вокруг, неся в руках необходимый им профессиональный инструмент. Точно гигантский муравейник, где каждый знал своё дело и был частью огромного механизма, этот город, покрытый песчаной пылью, и кое-где копотью, являлся примером налаженной и бесперебойной работы во благо всего королевства.
Отряд молча двигался по главной улице, уходящей всё ниже и ниже вглубь города. Отсутствие ветра и духота создавали удушливую среду, в которой ощущулась нехватка свежего воздуха. Порой отряд окутывал бьющий из широких медных труб выхлоп, вырывающийся из мастерских, скрытых ниже уровня земли. Задрав голову, Демеральд увлечённо рассматривал вагонетки, носящиеся туда и обратно по хитроумному сплетению рельс. Уже на подступах к Экриону Демеральд, так же как и лета назад впервой посетив этот город, ощутил, что дышать местным воздухом куда тяжелее, чем в родном лесистом Родвайле. Попутчики Демеральду попались не разговорчивые. За всё время пути ему удалось лишь перекинуться парой фраз с вестником, остальные двое угрюмо молчали. Лишь однажды, ещё не далеко отъехав от Родвайла, проезжая тепловодные источники близ горы Элдор, где окутанные паром купались молодые девушки, один буркнул что-то, а второй усмехнулся – это были единственные звуки, которые охотник от них услышал.
По прибытию в Экрион Демеральд воспользовался случаем и подъехал к знакомой мастерской, вывеска которой сообщала: «Турамнуир – мастер ковки и заточки. Лучшие мечи Экриона».
Не слезая с коня, охотник окликнул работягу, усердно и довольно умело орудующему ножом:
– Эй, скажи своему хозяину, что Демеральд хочет, что бы тот привёл в порядок его мечи! – с этими словами охотник опустил оружие на бревенчатый стол, за которым подмастерья производил обрезку кожи.
Работник поднял глаза и проводил Демеральда взглядом, когда тот возвращался к ожидающим его солдатам. Чем ниже спускался отряд, тем беспокойнее казалась атмосфера. Изредка пробегающие мимо трудяги старались скорее скрыться из виду, порой слышались крики и причитания, будто кто-то горевал в ожидании плохих времён.
Демеральд увидел стремительно приближающегося всадника, пустившего лошадь чуть ли не галопом. Поравнявшись с отрядом, конник, козырёк шлема которого надвинулся на глаза, выдвинул вперёд подбородок и прокричал:
– Наконец-то вы прибыли. Аруил ждёт, прошу следовать за мной.
Развернув лошадь, солдат стремглав помчался вниз. Пришпорив своего коня, Демеральд и другие солдаты последовали его примеру. В самом низу карьера у огромного входа в штольню раскинулся военный лагерь: шатры, на флагштоках которых красовался фамильный герб Аруила, временные загоны для лошадей, костры, вокруг которых расположись копейщики, полевая столовая, откуда чуялся запах варёной телятины, огромное количество сундуков и баулов. Встретивший отряд всадник соскочил с лошади, подав знак Демеральду следовать за ним, приглашая проникнуть в один из шатров. Спешившись, Демеральд вошёл следом за ним. Внутри шатра дышать было ещё труднее, чем снаружи, к тому же в воздухе явно витали хмельные пары. Демеральд стряхнул с себя осевшую в пути пыль и на мгновение оказался окутанным плотным облачком разлетевшихся частиц. Послышался смех.
– О, друг мой, смотрю, в дороге ты изрядно запачкался, – перед охотником возник Аруил, облечённый в боевой доспех, но, как про себя подметил Демеральд, в таком состоянии он навряд ли бы поднял меч. – Проходи, налей вина или медовухи, а после мы обсудим план.
Глупо и напыщенно скалясь, рыжеволосый кузен короля оглядел охотника, которому по росту доходил не более чем чуть выше живота. Демеральд молчал, надменно сверля взглядом своего нанимателя, гордо держа голову. Заметив это и перестав улыбаться, Аруил жестом отправил вошедшего перед охотником солдата восвояси и повернулся к столу, усеянному бумагами и схемами шахт.
– У меня на столе лежит бумага, прибывшая немногим ранее тебя и подтверждающая, что дракон горы Фэрэб повержен, – продолжил свой монолог Аруил, с уже менее приподнятым настоем. – Хвалю! Ты славный малый, отец гордился бы тобой.
Кулаки Демеральда рефлекторно сжались. Теперь он с презрением смотрел на Аруила. В это мгновение с другого края шатра к охотнику быстрым шагом подошёл начальник стражи Экриона, командир пехоты, которого звали Фаддор. С Демеральдом он был давно знаком. Фаддор был лишь немногим ниже охотника, имел чёрные вьющиеся волосы и кучерявую бородку. Он поспешно вывел охотника из шатра, дабы не случись чего нелицеприятного. Демеральд был уже на взводе, а тревожить гору, внутри которой мог зародиться вулкан, не стоило.
– Я знаю, ты его не любишь, да что уж говорить, его и собственные солдаты недолюбливают, да и язык за зубами держать он не мастак, но послушай, случилось неожиданное… – начал начальник стражи, но вдруг запнулся, устремив отсутствующий взор куда-то в сторону покрытых пылью домов.
Окинув озабоченным взглядом всю округу, окутанную лёгким смогом, он так же резко вернулся к разговору: – Глубоко в штольне копали новый туннель, внезапно грунт осыпался, завалив рабочих, но не это самое страшное. За осыпавшейся каменистой стеной оказалось гнездо. Большое гнездо. Одной святой Мерене известно, сколько оно здесь находилось, но городу сотни лет и вот теперь вся его мирная жизнь под угрозой. Мы эвакуировали уцелевших работяг, разбили военный лагерь и послали отряд храбрецов разорить гнездо и провести разведку. Они вот-вот должны вернуться.
Выслушав Фаддора, Демеральд спросил: – А сам дракон, как он выглядит и каких размеров?
– Мы этого не знаем, – с той же озабоченностью ответил Фаддор. – Убегающие забойщики рассказали лишь о гнезде и яйцах, самого дракона они не успели толком разглядеть.
Внезапно из штольни послышался шум. Сидевшие вокруг кострищ солдаты повскакивали с мест, с ужасом схватившись за копья и всматриваясь в арку. Аруил не вышел из шатра. Фаддор и Демеральд, переглянувшись, медленно приблизились к входу. Охотник вспомнил, что из оружия у него с собой лишь чекан, который тоже стоило отдать в ремонт. Теперь Демеральд был рад, что забыл сделать это. Темень штольни разверзлась оранжевым всплеском огня и наружу с жуткими криками высыпала горстка обожженных, изуродованных солдат. Доспехи некоторых из них ещё горели и, обезумившие от нестерпимого жара бедолаги принялись кататься по земле в попытках сбить пламя, в то время как несколько водоносов ринулись их тушить.
– Копейщики, встать в строй! – прокричал Фаддор, пытаясь взять обстановку под контроль.
Солдаты, спотыкаясь, мешая друг другу и меся ногами влажную землю, превращая её в грязь, кое-как сформировали ощетинившийся длинными копьями полукруг. Один из более-менее уцелевших воинов, покинувших штольню, пошатываясь, подошёл к командиру.
– Мы нашли его! – проговорил солдат, глаза которого сверкали нервным возбуждением, а опаленные волосы дымились. – Хотя, не совсем так… Это он нашёл нас! Огромный земляной дракон. Мы лопали яйца, когда он вдруг появился словно бы ниоткуда. Солдаты не выдержали страха и тут же бежали, хоть это и не спасло многих. Простите нас.
– Отправляйся к лекарю, солдат. Вызовите ко мне Исвира! – скомандовал Фаддор.
Сквозь общее смятение и суматоху к командиру подошёл пожилой седовласый воин, на его поясе висел офицерский меч, под мышкой он сжимал шлем.
– Исвир, готовьте новый отряд, нужно изловить дракона, пока он не вылез наружу. Я и Демеральд пойдём с вами.
– Но командир, солдаты… – робко начал Исвир.
– Никаких возражений! Благополучие города и самого королевства зависит от нас. Живо! – уверенно парировал Фаддор.
Исвир удалился. Демеральд, подумав, обратился к командиру пехоты: – Фаддор, я знаю – ты бравый воин, но я наёмный труженик, как же контракт?
– Сам король Арэлиан распорядился, узнав об этой находке и прислав гонца: пятая часть сокровищ тому, кто сразит чудовище, – твёрдым взглядом, глядя в глаза Демеральду, ответил Фаддор. Спустя секунду он продолжил, – да и с тобой плечом к плечу я буду чувствовать себя увереннее, – после чего командор направился к отряду, который неподалёку комплектовал Исвир.
Спустя короткое время Демеральд, Фаддор, Исвир и дюжина солдат вошли в штольню. К удушливому воздуху добавился едкий запах, идущий из глубины штольни. Демеральду понадобилось время, что бы успокоить дыхание и пустить его в ритмичное русло. Освещая дорогу факелами, отряд шаг за шагом углублялся в темень. Свод штольни бын невысок, иногда Демеральду приходилось пригибаться, чтобы не удариться головой. Некогда освещавшие туннель настенные факелы потухли, а стены были измазаны тёмной вязкой субстанцией, от которой шёл клубящийся дымок. Первый труп показался совсем скоро. Бедолага покрылся чёрной коркой под закопчённым доспехом, который намертво прилип к запёкшемуся мясу. Из семнадцати храбрецов, отправившихся вглубь, на поверхность вернулось лишь шестеро – остальные лежали здесь, не добежав до спасительного выхода совсем чуть-чуть.
Демеральд ощущал общую тревогу, солдаты двигались с опаской, поглядывая друг на друга и на обгоревшие тела товарищей, осторожно перешагивая их. Лишь бесстрашие и уверенность Фаддора придавали отряду сил идти за командиром. Хотя со своей стороны Демеральд видел, как за его храбростью скрывается боязнь неизвестного; видел, как в глазах Фаддора мелькает осторожность. Демеральд уважал Фаддора, он знал его с юности. Будучи младше на десяток лет он начинал свой путь как разоритель гнёзд. Однажды Демеральду пришлось бок о бок сражаться с ним против кучки ренегатов, покусившихся на драконье золото. Вдвоём противостоя многочисленным врагам, они смогли отстоять каждый свою честь и не дать отступникам разворовать принадлежащие королю сокровища. Среди воинов короля Фаддор считался искуснейшим тактиком в борьбе с драконами и, несмотря на то, что их дороги давно разошлись, Демеральд всегда был рад встрече с товарищем. И вот они вновь, как и много лет назад, вместе вели отряд против сильного и опасного противника, но в этот раз с ними были не наёмники-добровольцы, а солдаты из Экрионской стражи.
Пробираясь мимо наспех брошенных полных железной руды вагонеток, воины шли по видимым следам присутствия дракона – выгоревшим остаткам вязкой жижи и обугленным трупам солдат. Когда тонели расходились в разные стороны, не было сомнений куда идти – в нужном направлении валялись мечи, копья, шлема. Здесь была паника. Всё ближе и ближе отряд подступал к обвалу, и всё сильнее ощущалась всеобщая тревога. Лабиринт тольни вновь привёл к развилке с уходящими на разные уровни тоннелями. Совсем свежий, уводящий вправо, был как раз тем самым, углубление которого и привело к обрушению стены и обнаружению драконьего гнезда. Шаг за шагом, осторожно ступая по камням и стараясь излишне не шуметь, обнажив мечи, топоры и копья, бойцы продвигались к цели, в любое мгновения ожидая встречи с кровожадным чудовищем. Наконец показался обвал – дыра в человеческий рост приглашала в просторную залу. Фаддор, осветив пространство факелом, первым переступил через низенький барьер. В гнезде дракона не оказалось. На земле лежали растоптанные и забитые дубинками детёныши дракона, валяющиеся среди темно-бирюзовой шершавой яичной скорлупы. Судя по всему, к моменту появления убийц большая часть детёнышей дракона уже вылупилась. Гнездо представляло собой полость с высоким сводом. Демеральду было любопытно, но сложно представить, сколько лет дракон использовал эту каменистую залу под шум исходящий из застенков, пока, наконец, эта часть породы не обвалилась, и за ней не появились испуганные людишки с лопатами да кирками в руках. Под тёплый факельный свет отряд обыскивал гнездо. Исвир поставил часовых у обвала.
– Смотри! – обращаясь к Демеральду, Фаддор привлёк его внимание к небольшой куче песка в углу. – Ты видишь? Там лежали яйца, но теперь их нет и разбитой скорлупы вокруг тоже. Это значит, что где-то должны быть ещё не вылупившиеся детёныши.
– Ты хочешь сказать, что солдаты уничтожили не все яйца до появления дракона? – ответил подошедший к Фаддору Демеральд.
– Так и есть. И с учётом того, что мы здесь видим, очевидно, что дракон унёс их в безопасное место, – продолжил свои умозаключения Фаддор.
– А что, если он спрятал их в глубине шахт? – поинтересовался Исвир.
– Нет, драконы не глупые существа и опасаются людей. Я предполагаю, что дракон перепрятал яйца где-то там, откуда он проник в это место, а значит, нам стоит поискать сюда вход, – с уверенностью в голосе сказал Фаддор.
– Но командир, мы обшарили каждое углубление, просмотрели каждую стену. Здесь нет ничего похожего на лаз, – ответил на это Исвир.
– А знаете, что меня больше всего удивляет? – отвлёк их Демеральд. – Тут нет ничего похожего на золото.
Ещё только-только вступив в гнездо, Демеральд опытным взглядом оглядел всё вокруг, ожидая увидеть горы сокровищ – но кроме разбитых яиц и следов вторжения ничего не обнаружил, что крайне его удивило – такое он видел впервые. Ещё ни разу в жизни, а Демеральд одолел не один десяток драконов, ему не попадались пустые гнёзда без единого намёка на охраняемое золото. Это показалось крайне необычным.
Фаддор и Исвир огляделись, но по их виду стало ясно, что значение этому факту они не предали.
– Меня интересуют не сокровища, а куда делись уцелевшие яйца. Если дракон не утащил их в шахту, что маловероятно, то нам необходимо найти лаз, который должен быть просторным, что бы в него могла протиснуться крупная особь, – сказав это, Фаддор поднял факел над головой и принялся ходить по гнезду, осматривая всё вокруг. В один момент он взобрался на груду камней как раз недалеко от того места, где обнаружил на песчаной куче следы пропавших яиц.
– Исвир, – крикнул Фаддор. – Прикажи солдатам ещё раз обыскать гнездо, где-то должен быть лаз, может он под сводом и мы не видим его? Пошли за лучником, пускай возьмёт зажигательные стрелы.
Отдавая приказы, Фаддор возвышался на камнях, размахивая правой рукой, в левой же руке он держал факел, и его отражение вырисовывало причудливые фигуры на стене за ним. Демеральд наблюдал за этим, пока суетливый Исвир передавал приказ солдатам.
Охотник, стоя недалеко от Фаддора, всё ещё размышлял о том, почему им не открылась привычная картина наполненного драгоценностями драконьего лежбища, как сквозь думы заметил нечто странное в тени, отбрасываемой Фаддором. Вроде как очертания силуэта человека были дополнены чем-то посторонним, что медленно росло вверх и вот уже выросло до уровня головы командира пехоты. Демеральд раскрыл рот, одновременно вынимая чекан, и прокричал: – Фаддор, берегись!
Ошарашенный Фаддор уставился на охотника, потом резко обернулся. В тот же миг груда камней под ним начала движение. Теряя равновесие, Фаддор ухватился за то, что мгновенье назад отбрасывало тень рядом с ним, и тут же был оглушён сильнейшим ударом хвоста. Отлетев, начальник стражи ударился о стену и в беспамятстве рухнул на землю. Началась паника. Исвир выкрикивал приказы, но не все солдаты послушались и часть их, охваченная ужасом, ринулась к обвалу в надежде сбежать от опасности. Мгновение назад безмятежно лежащая в одном из углов гнезда, казавшаяся простой грудой камней бесформенная куча, обернулась земляным драконом, удачно воспользовавшимся своим затейливым камуфляжем. В два прыжка дракон настиг убегающих и вцепился в одного из них острыми зубами. Демеральд, сжимая в руке чекан, что есть сил, бежал к занятому смертоубийством чудовищу. Нацелившись на каменистый коричневатый загривок, охотник надеялся взобраться на шею чудовища и воткнуть туда острый клюв топорика, но внезапно почувствовав, как земля ушла у него из-под ног, провалился в тот самый лаз, который искал Фаддор и который своим телом прикрывал затаившийся дракон.