Read the book: «Край Галактики. Аварийный Губернатор IV»

Глава 1. Доказательства

Гар высунулся, выстрелил по Коррену и снова ушёл в укрытие. Через секунду я увидел его руку со сжатой в пальцах кассетой — Гар перезаряжал карабин. В голове у меня мгновенно сложился план действий — пять секунд на перезарядку, низкая тумба в восьми метрах впереди, от которой можно выйти в бок рептилоиду и закончить всё ещё до подхода остальных.

— Рэн! Назад! — крикнул мне Коррен.

До тумбы оставалось меньше половины пути. Но возвращаться означало снова пересечь открытый кусок улицы, а укрытие впереди было заметно ближе. И я принял решение бежать дальше.

Гар понял мою ошибку одновременно со мной. Он бросил карабин с недовставленной кассетой и рванул ко мне.

От него до тумбы было около десяти метров, но эти метры он проскочил неприлично быстро. Я вывалился вправо из-за тумбы, вскинул карабин, выстрелил навскидку, но промазал — игла ушла в стену над плечом рептилоида. А на второй выстрел дистанции уже не хватило, и карабин превратился в неудобную бесполезную палку между мной и противником.

Коррен поднялся из-за своего AZ-7 и начал смещаться вправо, чтоб не задеть меня при стрельбе. Но было поздно — Гар уже добрался до меня. Он без замаха ударил ладонью по стволу моего карабина, без затей отбросив его в сторону, и всем весом врезался в меня.

Воздух из лёгких вышибло разом. Я отлетел к тумбе, успел упереться ногой и попытался направить карабин на Гара, но рептилоид был слишком быстр и снова оказался рядом. Одна семипалая кисть схватила ремень карабина, вторая перехватила мою правую руку чуть выше локтя. Я ударил рептилоида коленом, попал ему в бедро и, похоже, только разозлил. Гар крутанул меня спиной к себе и рванул руку вверх. В плече хрустнуло так отчётливо, что сначала я успел осознать, что произошло, и только после этого накатила боль. Ноги подломились, карабин сам вылетел из ослабевших пальцев. Гар подхватил меня за грудь и поставил перед собой, закрываясь от Коррена. Его предплечье оказалось поперёк моего горла, а вывернутая правая рука осталась прижата к моей же спине. Я попытался дёрнуться и мгновенно понял, что второй такой попытки плечо мне уже не простит.

— Гар, отпусти его, — спокойно произнёс Коррен. — Ты же понимаешь, что угрожая губернатору, ты себе сейчас столько приговоров подпишешь, что хватит на несколько жизней. Твой байк разбит, наши гвардейцы уже окружили всю базу. Отпусти губернатора, ложись на землю, руки в стороны. Хотя бы до суда дойдёшь живым.

Гар ничего не ответил. Он начал пятиться к ограждению, разворачивая меня вместе с собой. Он не суетился, не тратил силы на ярость или ответы. Он, если мжно так выразиться, работал. Чётко и привычно, просчитывая все возможные варианты — я понимал это по тому, как он всё время держал меня так, чтоб у Коррена не было ни единого шанса выстрелить.

Я ещё раз дёрнулся в надежде хоть как-то ему помешать, но предплечье рептилоида только сильнее вдавилось в моё горло, и перед глазами тут же поплыли тёмные пятна.

И... Старательно обмяк, и хватка немного ослабла. Тогда я сменил тактику и сосредоточился на револьвере, висящем в кобуре на левом боку. Привычно выхватить его правой рукой я, по понятным причинам, не мог, но левую Гар почему-то посчитал бесполезной для сопротивления.

Первая попытка незаметно взяться за рукоять закончилась плохо — пальцы только коснулись рукояти. Гар почувствовал движение и снова усилил давление на моё горло. Я перестал тянуться, сделал вид, что снова пытаюсь вывернуться, дождался, когда он подтянет меня выше, и ударил ладонью вниз по фиксатору кобуры.

Револьвер оказался в моей ладони. Повернуть его так, чтоб выстрелить в морду Гара, казалось не очень реальным, поэтому я использовал свой единственный шанс — опустил руку вдоль собственного бедра, нащупал стволом ногу Гара и нажал спуск.

Выстрел в упор ударил по нам обоим. Но по мне, благо, только отдачей. Гар же дёрнулся от боли и непроизвольно разжал хватку на моём горле. Я с изяществом мешка картошки рухнул на колени, хватая ртом воздух. Гар, прихрамывая, отступил на шаг, посмотрел вниз на быстро темнеющую штанину и тут же потянулся к карабину, который всё это время висел на ремне.

— Не трогай! — Коррен уже держал его в прицеле. — Лицом вниз. Руки в стороны.

Гар схватился за ремень и подтянул оружие выше. Я сидел рядом, кашляли смотрел, как он действует. Даже с простреленным бедром Гар просчитывал все варианты и оценивал, есть ли у него шанс уйти.

Коррен не шевельнулся, держа рептилоида на прицеле. Тот оскалился, а в следующее мгновение отпустил ремень карабина и послушно улёгся на живот, раскинув руки.

Подоспевшие гвардейцы связали его. Один забрал карабин, второй вызвал медика. Я попытался подняться сам, опёрся на левую руку и только тогда заметил, что Коррен смотрит на меня совершенно без сочувствия.

— Я же сказал не лезть вперёд, — голос у Коррена был тихий, и от этого мне стало только хуже.

— Сказал, — признал я, садясь обратно на покрытие. Горло саднило, правая рука висела как чужая, а внутри уже начинало подниматься то мерзкое чувство, которое появляется, когда ты знаешь, что совершил ошибку, и свалить её категорически не на кого. — Мне показалось, что он перезаряжается, и я успею перехватить его сбоку. Ошибся, знаю.

Даже признав неправоту, умнее я себе не показался.

Медик подошёл к Гару, разрезал штанину вокруг раны и наложил кровоостанавливающую повязку. Потом добрался до меня и ощупал. Когда попытался осторожно отвести правую руку, я выругался так, что ближайший гвардеец аж вздрогнул от неожиданности.

— Вывих, — сказал медик. — Пока могу только зафиксировать. Вправлять будет Хенна.

— Великолепно, — не сдержался я. — Хенна не упустит повода рассказать, что я совсем не умею пользоваться собственным телом.