Read the book: «Отчаянный разум. Тень памяти»

Инна Мис

Отчаянный разум. Тень памяти

Забыть боль так трудно — но ещё труднее помнить хорошее.

Счастье не оставляет шрамов. Мирные времена ничему нас не учат.

Чак Паланик

Пролог

— Эй! — женский голос вырвал из мыслей, а щелчок пальцев перед носом заставил вздрогнуть.

— Прости... Задумался...

— Надеюсь, о деле, — ответила капитан Герасимова, бросив на стойку папку, и уверенно открыла материалы дела. — В крови первой жертвы нашли значительную дозу наркотика.

Только теперь Алекс понял — эта женщина сразила его наповал. Словно щелчок давно запыленного выключателя зажгла угасающую искру. Это осознание пронзило, как пуля, и мир на мгновение застыл. Каждый день его внутренний огонь всё слабел, становясь почти незаметным, но один взгляд строгих зелёных глаз поразил так же, как он сам прижимает преступников к стене, чтобы добиться признания и обезвредить. Она подчинила его, как последнего неудачника.

Даже барная стойка здесь выглядела страдающей, словно прикованная к этому опустевшему бару в ожидании спасения.

Лика...

Это имя крутилось в голове уже долгое время, и когда внутренний огонь готов был окончательно погаснуть, в сознание ворвались её уверенные движения, твёрдая походка и несгибаемая решимость, с которой она всегда защищала справедливость.

Алекс медленно поставил стакан с пивом.

— Амфитамин?

— Откуда знаешь? — она нахмурилась, сцепив пальцы в замок над жуткой фотографией погибшей.

— Перестань смотреть на меня так, будто это я её накачал. — Девушка отвела взгляд, нервно сжимая руки.

— Ты не всегда права, — продолжил он. — В ту ночь на пустыре сильно пахло цветами. Сначала я только догадывался...

— Запах фиалки... — капитан Герасимова бросила виноватый взгляд на парня, но быстро отогнала наваждение, смахнув прядь волос с пиджака.

— Может, хватит подозревать меня? Давай уже искать настоящего преступника.

— Я всегда считала, что самая простая версия — самая верная. У меня была надежда...

— Посадить меня в камеру? — возмутился парень.

— Не принимай на свой счёт, — без эмоций ответила капитан. — Я просто хотела проверить свою теорию и успокоить близких девушки. — Алекса будто ударили прикладом. Эта женщина разрушила все его представления о сочувствии, спокойно говоря про заботу о семье жертвы, при этом едва не отправив за решётку собственного напарника. — Ты приехал недавно, и всем известно, что в городе никогда не было проблем с наркотиками. Наркотический отдел уже больше пятнадцати лет разбирается с архивами. Даже всех подростков с марихуаной давно переловили. Я не понимаю... — На чистом, округлом лице Лики отразились разочарование и странное облегчение. — Ты был единственной зацепкой.

— Жаль ломать твои великие планы, но у нас нет времени на догадки.

— Признаю, я ошиблась, — сухо произнесла Лика.

Лейтенант посмотрел на неё с ожиданием, но вместо продолжения она начала хаотично перелистывать страницы дела.

— Засчитаю это за извинение...

Лика с грохотом захлопнула папку, ударив по столу. Извиняться ей всегда было трудно.

— Переживёшь. Сейчас у нас полный провал — самый страшный кошмар шефа подтвердился. Нужно решить, с чего начать.

— С чего же ещё... — Алекс на мгновение задержал взгляд на её зелёных глазах. — С нашей жертвы.

Лика одобрительно кивнула.

— Изучим её жизнь, чтобы понять, как она оказалась на том пустыре.

— И больше не будем сомневаться друг в друге... — Алекс сам не понял, спрашивал он или утверждал.

— Согласна, Алекс. — Парень едва не подавился пивом, осознав, что Лика впервые обратилась к нему по имени. Не лейтенант Гордов, а просто Алекс. — Напарники должны уметь доверять друг другу.

Напарники...

Парень кивнул в ответ, размышляя, что для него значит это слово. Как можно считать кого-то напарником, если до зуда в теле хочется поцеловать?

Он молча протянул руку вперёд и улыбнулся, как улыбается родитель на наивный вопрос ребёнка. Лика посмотрела на сжатый кулак и, откинув волосы назад, легко стукнула по нему своим.

После обнаружения наркотиков в крови погибшей девушки дело приняло новый поворот. Прежде чем продолжить серьёзную работу, Алексу пришлось выслушать целую тираду унижений от Аркадия Борисовича, осознавшего, что его майорские погоны оказались под угрозой. Убийство, да ещё и связанное с наркотиками, в небольшом городке, размером с половину столичного района, грозит увольнением всем сотрудникам. Что уж говорить об ответственности начальника целого отдела.

Сбросив с себя шквал красочных ругательств за закрытой дверью кабинета, Алекс глубоко вдохнул, натянул улыбку и направился в свои владения — общий кабинет своей команды. Помещение, оформленное по всем канонам полицейского участка, включало три стола, расположенные вдоль стен, с зелёными лампами и грудами документов; два стеллажа с пластиковыми папками всех цветов радуги; синий ковёр в центре комнаты и небольшой столик с чайником.

Лика сидела у окна, перелистывая страницы на экране, сосредоточенно водя пальцем по колесику мыши.

— Что-нибудь нашла?

Парень склонился над напарницей, одной рукой держась за спинку её стула, а другой опираясь на стол.

— Алиса училась в другом городе, — Лика вынула ручку изо рта и откинулась на спинку стула, прижав руку парня. — Всегда ездила на одной и той же электричке. По дороге ни с кем не разговаривала.

— Всё верно, — Алекс задумчиво смотрел на изображение с камеры наблюдения и улыбающееся лицо блондинки. — Она была обычной студенткой... Но зачастую вещи не такие, какими кажутся. Может, стоит съездить к её матери?

— С ней уже говорили.

— Разговор — это одно, а увидеть их жизнь изнутри — совсем другое. Возможно, мы что-то упустили.

— Думаешь?

Лика взглянула в серые глаза лейтенанта и, заметив, что придавила его руку, тут же выпрямилась.

Алекс коснулся мышки, прочитал адрес и выключил базу данных.

— Поехали.

Небольшой домик с голубым фасадом и серой, местами поржавевшей крышей порос выгоревшей травой. Со стороны заднего двора виднелись качели, сделанные из каната и старой покрышки, а перед домом, за низким, когда-то белоснежным забором, накренилась деревянная лавочка. Всё вокруг выглядело тихим и заброшенным, словно жизнь давно покинула это место.

Алекс поднялся на крыльцо и постучал в деревянную дверь, в то время как Лика, войдя через хлипкую калитку, внимательно осматривала двор.

— Думаешь, она дома? — капитан обвела взглядом окрестности, и от гнетущей пустоты по её телу пробежала дрожь.

— Она работает бухгалтером в местном офисе, а рабочий день закончился два часа назад, – ответил лейтенант.

Он спустился с крыльца, обогнул веранду и постучал в окно, и через несколько мгновений за белоснежной шторой появилось сонное лицо женщины. Дверь открылась.

– Здравствуйте! – сказал Алекс, показывая хозяйке удостоверение. – Мы из местного полицейского участка. Хотели бы с вами поговорить.

Женщина растерянно взглянула на полицейского, и её плечи опустились.

В доме было много света, проникавшего через три небольших окна. Половину комнаты занимали старенький диван и два кресла, совершенно не подходящие друг к другу. Из уважения напарники согласились выпить чаю.

— Анна Сергеевна, не могли бы вы рассказать, чем занималась Алиса? Куда она ходила в свободное время? — спросил Алекс, сделав несколько глотков чая.

— Вы уже упоминали, что она училась в другом городе, — добавила Лика, и парень бросил на неё понимающий, но слегка раздражённый взгляд.

Женщина тяжело вздохнула. Будто её заставляли вытаскивать иглы из под ногтей.

— Да. Алиса ездила туда и обратно по будням и каждую третью субботу месяца. По субботам в училище были факультативы по иностранным языкам. Она собиралась стать переводчицей. Мечтала путешествовать за границу.

Алекс прочистил горло и быстро записал всё сказанное в блокнот.

— Увлекалась она чем-нибудь ещё, кроме учёбы? — продолжила капитан.

Анна Сергеевна печально покачала головой и пожала плечами.

— Иногда она встречалась с одноклассниками, но это случалось редко. Дочь была не очень общительной. — Она глубоко вздохнула, сжав ткань диванного пледа. Алекс взглянул на Лику, намекая на школьных друзей, но напарница отрицательно покачала головой. Значит, проверили. — Мы общались только с соседкой Леной. Я не знаю никого, кто мог бы сделать такое с моей дочерью.

— Не замечали ли вы рядом с ней кого-нибудь малознакомого... Может, кто-то пытался заговорить с ней? Или, возможно, Алиса делилась с вами чем-то?

Женщина подняла глаза, умоляюще глядя на лейтенанта. Покрасневшие от слёз, они утратили живой блеск. Она молча покачала головой.

– Вы сказали, что Алиса ходила на факультативы по субботам? – внезапно спросила Лика, и Алекс бросил на неё внимательный взгляд. – Два раза в месяц? – Женщина снова устало кивнула. – Понятно. Спасибо. Простите... Можем ли мы осмотреть её комнату?

– Конечно... Если это хоть чем-то поможет.

– Что насчёт суббот? – спросил лейтенант, закрывая за собой дверь небольшой уютной комнаты с белоснежными стенами.

– Алиса каждый день следовала одному и тому же маршруту, но по субботам её не было на станции, – ответила Лика, пробегая взглядом по ящикам стола и тут же закрывая их. – Я проверила записи за последние три месяца до её смерти. По субботам она не покидала город.

— Но мать уверена... — нахмурился Алекс, обшаривая пыльные полки, заставленные мультяшными фигурками и книгами в плотных переплётах.

— Дети часто не всё рассказывают родителям.

— Было бы наивно думать, что ты не уличишь кого-то во лжи.

Лика сердито взглянула на напарника, но не успела возразить — её внимание привлекла карточка, размером не больше спичечного коробка, которую он держал в руках.

— Что это?

Девушка пересекла комнату быстрыми уверенными шагами. Алекс внимательно изучал визитку с чёрной надписью на ярко-оранжевом фоне, зажатую в пальцах.

— Бар «Лориан», — прочитал он. — Вторая западная улица, Баумана, 48.

Оба ощутили странное, почти волшебное чувство, словно тёмная дорога в их мыслях вдруг озарилась светом, открывая ранее скрытые повороты. Взглянув друг другу в глаза, напарники наконец увидели отражение надежды.

Глава 1

Страшный сон

Как бабочка, сердце иглой

К памяти пригвождено.

Федерико Гарсиа Лорка

Вызов поступил около четверти пятого утра, и непривыкшему к внезапным подъёмам лейтенанту пришлось с трудом разлепить глаза. Он поспешно натянул джинсы и толстовку, затем выбежал в холодную дождливую ночь, захлопнув за собой дверь деревянного дома.

Дрожащий от сырой, пронизывающей до костей мороси, лейтенант Гордов сел за руль «Лады Ларгус», предоставленной ему полицейским участком три года назад.

Неожиданный звонок вызвал лишь раздражение и гнев. За последние пять лет жизни в Белозёрске он сталкивался лишь с несколькими несчастными случаями: ДТП, утоплением в озере и падением строителя. Но убийство...

Для этого города подобное событие казалось совершенно невероятным. Поэтому, отъезжая от дома, Алекс мысленно представлял, как вмажет сержанту, зря поднявшему ни свет ни заря. Он не верил, что судьба приготовила ему сюрприз в виде реального дела.

Фары выхватывали из светлеющего утреннего тумана обрывки мокрой дороги. Шоссе уходило вправо после нескольких километров густого леса, прорезанного асфальтированной полосой. Алекс подъехал к мигающим огням патрульной машины. Сержант Коновалов, потирая лоб, стоял, прислонившись к капоту, и нервно курил. Перед ним простиралось заброшенное поле, покрытое выжженными солнцем сорняками. На другой стороне дороги виднелся пустырь поменьше, с остатками леса, обнесённый проволочным забором со старой потёртой табличкой.

Лейтенант попытался осмотреться: сквозь рассеивающийся туман детали не бросались в глаза, поэтому он направился к сержанту, чья непокрытая голова уже успела промокнуть. Взгляд Коновалова ясно давал понять — новость не ошибка и уж точно не шутка. Было очевидно: этот парень впервые увидел труп.

— Где? — спросил Алекс, натягивая капюшон, чтобы укрыться от мелкого дождя.

Сержант попытался что-то сказать, но, похоже, ему было легче молча указать на место преступления, чем заставить язык повиноваться. Лейтенант посмотрел в сторону обрыва под обочиной, куда указал парень, но увидел лишь мокрую, серую мглу, и чтобы рассмотреть хоть что-то в дождливой пелене, спустился вниз, шагнув в липкую грязь, которая противно чавкнула под кроссовками. Алекс невольно поморщился. Присев на корточки, смахнул воду с лица, надел медицинские перчатки и приступил к осмотру ямы, укрытой тенью.

Девушка, на вид около двадцати лет, лежала на земле лицом вверх в неестественной, искривлённой позе, словно её пытались несколько раз сложить пополам, но, не добившись успеха, бросили без всякой заботы. Волосы, некогда белоснежные, теперь напоминали спутанный ком грязного меха. Тонкое платье всё ещё держалось, несмотря на огромные пятна земли, пропитавшие голубую ткань. Более чистая кофта, надетая поверх платья, была расстёгнута, хотя все пуговицы оставались на месте — чтобы проверить это, Алексу пришлось провести по ним пальцами. Взгляд остановился на лице: пустые, раскрытые глаза, устремлённые в никуда, кожа на подбородке и щеке, покрытая кровоподтёками, жуткие синяки обхватывали шею. Серые ноги, даже сквозь слой мутной воды, выдавали царапины и ссадины.

Лейтенант подавил приступ тошноты, поднялся на ноги и окинул взглядом широкое светлеющее поле. О холоде и дрожи он почти забыл — увиденное бросило в жар до самых пяток. Пустырь вокруг места преступления замер, как и дорога, тянущаяся вдоль леса у противоположной обочины. Ни души вокруг, словно сама смерть прошлась по шоссе своей косой.

— Чёрт, дождь все следы смоет, — пробормотал лейтенант, нащупывая карманы, и вынув телефон, приготовился делать снимки.

— Я уже немного поснимал.

Алекс обернулся на голос за спиной — он почти забыл о сержанте, который стоял неподалёку, глубоко потрясённый увиденным. Но нельзя не отдать ему должное — парень смог взять себя в руки и включить голову. — Я сразу понял, что дождь, скорее всего, будет лить долго, поэтому сфотографировал всё, что смог.

Лейтенант одарил парнишку растерянным взглядом и, преодолев секундное замешательство, убрал телефон в карман.

— Никого не заметил? — спросил Алекс, прочистив горло.

— Нет. Ни машин, ни людей. В это время тут даже кошка не пробежит.

— Время запомнил?

— Время…?

— Когда ты её обнаружил, — пояснил лейтенант.

— Ну, я… вроде как…

Алекс тяжело вздохнул, опёрся руками на колени и покачал головой.

— Это ведь самое главное...

— У нас есть фотографии. Я почти сразу начал их делать. Там указано время.

Алекс взглянул на парнишку, как на нашкодившего ребёнка, и откинул мокрые волосы с лица.

— Чувствуешь запах? — спросил он.

Сержант поднял нос кверху и начал жадно втягивать воздух.

— Пахнет... цветами.

— Да, цветами... — повторил лейтенант, внимательно изучая густые заросли.

— В поле много цветов. Дождь их промочил, вот они и пахнут, — предположил Коновалов.

Алекс снова посмотрел на парня, который растерянно втянул подбородок. Поднялся на обочину, подошёл ближе и похлопал Коновалова по плечу.

— Неплохо, сержант.

Через полчаса на место прибыла группа криминалистов, и, покуривая возле машины, Алекс с интересом наблюдал за суетой людей в белых комбинезонах. Одни осматривали местность, другие прочёсывали широкое поле, а третья группа занималась ямой, в которой лежал труп. Среди них находился неизменный главный криминалист отдела, к которому Алекс и направился, бросив окурок на асфальт. В аккуратных движениях Вадима угадывалось облегчение от возможности выбраться из почти пустующей прозекторской.

— Что нашёл?

Алекс наклонился над обрывом, опираясь на выступающую ногу. Вадим поднял нахмуренное лицо, и его первые морщины осветились серо-голубым утренним светом. Криминалист склонился над телом, держа в пальцах пинцет, и жестом подозвал коллегу. Тот недовольно вздохнул, подавив нежелание снова возиться в грязи, и шагнул за обочину.

— У девушки что-то зажато в руке.

— Что именно?

— Посмотри в правой ладони.

Алекс скользнул по мокрой траве. Пришлось снова надеть перчатки, чтобы разжать холодные безжизненные пальцы.

— Что это такое? — он поднял на свет небольшой белый свёрток и покрутил его в руках. — Чайный пакетик?

— Похоже на то... — протянул криминалист. — Только размером меньше и с дополнительным швом.

— Его что, прошили? — брови парня сомкнулись, и пришла мысль, что дело бесспорно обещает быть интересным.

— Пока не могу сказать точно. Укажу в отчёте.

— А что с телом?

Переключив внимание на жертву, Вадим убрал с лица выражение предвкушения работы и с сожалением опустил взгляд.

— Бедняжку сильно избили. Использовали не только кулаки. Видишь эти ссадины на ногах и плечах? — Алекс кивал, внимательно разглядывая тело. — Что-то ребристое, вроде угловатой палки. Следов изнасилования нет, но я окончательно это подтвержу в лаборатории.

— Понятно... Когда она умерла?

Сжав губы, Вадим покачал головой.

— Могу назвать только примерное время.

— Хоть так... — кивнул Алекс. — Нужно по горячим следам опросить местных. Мне нужен хотя бы какой-то временной промежуток.

— С восьми вечера до полуночи.

— Уверен?

Коллега укоризненно посмотрел на лейтенанта.

— Думаешь, я сюда просто посмотреть подошёл? — Алекс поднял руки в жесте капитуляции.

— Тело ещё совсем мягкое. Она точно умерла меньше суток назад. Больше пока сказать не могу.

Задумавшись, Алекс забыл о пакетике, зажатом в пальцах, но через мгновение заметил на них что-то белое — похожее на пепел, и обоняние снова наполнил яркий запах цветов.

— Возьми это. Мне нужно знать, что это такое.

Алекс передал пакетик Вадиму и направился в заросшее поле. Вокруг места преступления собралась толпа в белых костюмах и полицейской форме.

Парень зашёл как можно дальше в высокие стебли растений, смял несколько цветков и принюхался к пальцам, но почувствовал лишь горький запах травы.

— Эй! Сюда! — он щелкнул пальцами над головой, и несколько человек в фуражках обернулись, затем двинулись к нему по протоптанной тропинке. — Нарвите как можно больше растений, — он указал на сорняки и полевые цветы под ногами. — Нужно узнать, что здесь растёт.

***

После чашки кофе в участке Алекса пробрал озноб. Всё, что не проявилось на пустыре, обрушилось на него ледяной волной, заставляя дрожать.

Он закутался в одеяло, но промокшая одежда прилипала к телу, усиливая неприятное ощущение.

Голос начальника за тонкой стеной звучал всё громче с каждым новым телефонным звонком, и заходить туда хотелось всё меньше.

Тем не менее, согласно протоколу, оперуполномоченный обязан был доложить о результатах осмотра места преступления. Когда Аркадий Борисович наконец позвал его в кабинет, Алекс допил остаток остывшего кофе, сбросил с плеч одеяло и поспешил по коридору, морщась от прохладного воздуха, холодившего кожу.

— Гордов! — рявкнул начальник. — Заходи, садись.

Аркадий Борисович был явно на нервах. Это выдавали его резкие движения и напряжённые, слегка дрожащие ноздри. Мужчина среднего роста, не слишком широкий в плечах, всегда сохранял сосредоточенное и уверенное выражение лица. Несмотря на солидный возраст и многолетний опыт работы, седина так и не тронула его густые, местами поредевшие тёмные волосы с залысинами у висков и на макушке.

— Доброе утро.

— Доброе для кого? — ещё более басистым голосом спросил шеф, бросив раздражённый взгляд на лейтенанта. — Докладывай, что увидел!

Алекс сжал кулаки в карманах, пытаясь справиться с дрожью, вызванной промокшей толстовкой.

— Девушка, около двадцати лет... Найдена мёртвой неподалёку от выезда из города. Жестоко избита... Личность пока не установлена. Мы пытаемся...

— Не надо пытаться! — Аркадий Борисович внезапно взорвался, и его хрипловатый голос эхом разнёсся по участку. — Надо работать! — Начальник глубоко вдохнул и прикрыл глаза, стараясь обуздать внутреннюю бомбу. — Как такое вообще могло произойти?!

— Не знаю...

Шеф потёр виски и, немного успокоившись, посмотрел на подчинённого.

— Что думаешь?

— Я?!

— Конечно! Ты же всё там осматривал. Сержанта я уже опросил — слова связать не может.

Ещё бы! Под таким напором!

Алекс в одно мгновение обдумывал всё сразу: детали преступления, дождь, траву, бедную девушку, жестоко избитую кем-то, причину её смерти. Мысли мелькали с такой скоростью, что перед глазами прыгали мушки, и он совершенно не был уверен, стоит ли делиться с начальником своими догадками, пока нет доказательств. Не хотелось получить выговор, подвергнуться унижению или потерять это дело. Почему-то последнее пугало его больше всего, хотя в его провинциальной жизни убийство казалось чем-то совершенно чуждым.

– В руке девушки мы обнаружили пакет с порошком. – Майор внезапно поднял взгляд. На мгновение его зрачки сузились, а затем потемнели. – Думаю, это наркотики. Возможно...

– Что ты несёшь, Гордов? – прорычал Борисович. – Ты что, у нас теперь специалист по веществам? Лучше расскажи мне про убийство.

– Докладываю все обстоятельства, – продолжил Алекс. – Думаю, в крови у жертвы тоже найдётся наркотик.

– Мне не нужны твои выдумки, понял?!

Мужчина с силой ударил по столу, затем провёл руками по взъерошенным волосам.

— Подумайте сами, из-за пакетика с мукой не убивают. А вот ради пары граммов амфетамина...

— Да что ты... — Он запнулся, сжал кулак и поднёс его к губам. Казалось, одно лишь это слово бросало его в панику. — Ладно... Подождём результатов экспертизы... — Теперь его голос звучал отстранённо и устало. — А ты пока выясни всё об этой девочке. Если понадобится, обойди весь город, но найди всех, кто хоть на километр подходил к ней в тот вечер.

Глава 2
Тихая гавань

Остра твоя, конечно, шутка,

Но мне прискорбно видеть в ней

Не счастье твоего рассудка,

А счастье памяти твоей.

Денис Давыдов

Летний ливень сменился солнечными лучами и щебетанием птиц, хлопотавших под окном. Проект строительства дома на недавно купленном участке требовал скорейшего завершения, и Кирилл, погружённый в чертежи, даже не заметил, как подкрался вечер.

Чтобы дать глазам передышку от экрана ноутбука, он поднял взгляд к окну и потянул ноющую спину. Усталость не мешала ощущению внутреннего тепла. Ему нравилось сидеть за столом у окна, наблюдая за переменчивой погодой и переливами закатного неба, с нетерпением ожидая возвращения Алины с очередного дежурства. Мысль о том, как они будут ужинать вместе, а затем укроются под тёплым пледом, согревала его душу.

Привыкая к размеренной жизни, Кирилл всё чаще замечал, что болезнь постепенно перестаёт занимать его мысли. Конечно, он больше никогда не подвергнет сомнению светлую веру в их союз с Алиной и его прочность. Теперь это забывчивое спокойствие означало полное освобождение и гармонию с собственным телом. Кажется, после долгой борьбы они всё же пришли к согласию, и почти ничто больше не вызывало у него тревоги. Почти...

Блондин узнавал её шаги ещё на подходе к голубому деревянному забору и по характерному стуку калитки. Эти знакомые и приятные звуки неизменно вызывали у него улыбку, а в груди разливалась волна нетерпения, чтобы скорее обнять родное тело.

– Привет. – Она всегда вливалась в его объятия, как мёд, словно была создана только для них. – Скучал? – спросила девушка с загадочной улыбкой.

– Ещё бы… – прошептал Кирилл, прижимая жену к себе и целуя чуть ниже уха. – Как прошла смена?

– Отлично, – весело ответила Алина, спеша к забытому на полу пакету с продуктами. – Сегодня долго работала с одной девушкой. У неё психологическая травма после несчастного случая. Доктор Крылов попросил меня лично заняться ею.

Девушка начала выкладывать мясо и зелень на стол, а помидоры и перец сложила в миску и поставила под проточную воду.

– Как твой проект?

– Здорово, – ответил Кирилл, опираясь на дверной косяк и не отводя улыбчивого взгляда от любимой. – Давай помогу.

— А как же работа? Ваня опять будет ворчать? Он же постоянно тебя подгоняет. – На лице девушки промелькнула тень раздражения и беспокойства.

— Для ужина с любимой женой у меня всегда найдётся время. – Кирилл оттолкнулся от стены, подошёл к Алине и обнял её, нежно касаясь её шеи мелкой щетиной.

— Значит, сегодня ты весь мой? – тихо спросила она, прижавшись к его крепкому плечу.

Кирилл довольно улыбнулся, утопая в синих глазах, и усадил жену на стол. От одного простого действия и взгляда по телу разлилось тёплое томление. Каждая клетка взорвалась от желания ощутить его полностью: его тепло, запах, мягкость кожи и твёрдость напряжённого тела. Когда руки парня нежно и уверенно прижали её к горячей груди, Алина невольно развела ноги, и тонкое платье, заманчиво скрывающее изгибы бёдер, слетело с плеч. Сильная рука скользнула под юбку. Их губы соединялись в жадном поцелуе, а молодые тела горели от желания. Парень заметно дрожал, накручивая на пальцы мягкую ткань трусиков, а в животе девушки рос комок, от которого хотелось поскорее избавиться. Нижнее бельё упало на паркет. Блондин прижался губами к упругой груди, и вместе с выдохом из её губ вырвался тихий стон. Он вошёл в неё сладко и плавно, как карамель вливается в ванильный пудинг. Они любили друг друга на кухонном столе, и в этом сладком мгновении все очертания реальности для обоих стирались.

Даже когда жена с восторгом звала Кирилла лучшим любовником и смотрела глазами, полными наслаждения, в глубине всегда мелькала тень сомнения — маленькая птичка, что нашёптывала: ты никогда не сможешь отдаться ей полностью. Из всех людей на земле эта удивительная женщина выбрала влюбиться именно в него — мужчину, которого он сам ни в чём не считал достаточно сильным. Болезнь, подавляемая лекарствами, почти не доставляла неудобств, но всё же имела свои минусы: слабость и рассеянность порой настигали его внезапно, а либидо заметно снижалось. А ведь так хотелось сделать её счастливой — во всех смыслах. И с каждым его отказом, будь то из-за работы или усталости, вера в эту возможность всё больше угасала.

— Здорово... — расслабленно произнесла Алина, зарываясь в одеяло.

— Можно попросить у тебя честный ответ на один вопрос? – вдруг спросил муж, и Алина заглянула в его карие, немного желтоватые от света глаза.

— Да, милый.

— Ты счастлива со мной?

— Конечно... Почему ты спрашиваешь? — Алина приблизилась к парню, нежно коснулась его щеки и направила взгляд на себя. — Перестань думать иначе.

— Я не дурак, понимаю, как мало у нас секса. И дело не всегда в работе. Я... — Кирилл запнулся, отвёл взгляд, — ничего не могу с собой поделать.

Алина слегка приподнялась, села и укуталась одеялом.

— Я не думаю, что у нас есть какие-то проблемы.

— Ты молодая и красивая женщина. Я знаю, что тебе это нужно.

Кирилл часто ощущал себя капризным идиотом. Неприятная дрожь пробиралась под кожу, мешала мыслить здраво и действовать спокойно. Вот как сейчас, когда, казалось бы, всё в жизни складывается прекрасно, и любой мог бы позавидовать его счастью: красивая жена, приличная работа, уютный дом в маленьком тихом городке, где каждый второй житель знает другого в лицо. После всего, что они пережили вместе, это должно было стать вершиной благополучия. Но чувство, поселившееся внутри, не желало уходить, как бы он ни пытался его изгнать. Оно только росло, становясь всё более плотным и невыносимым.

— Перестань! Не делай из меня сумасшедшую, которая не может себя контролировать. К тому же, я слишком занята на работе, чтобы об этом думать. — Кирилл всё равно смотрел на неё с недоверием. Алина так хотела убедить мужа, что случайно затронула запретную в их отношениях тему. — Ты знаешь, что меня беспокоит больше и чего я на самом деле хочу.

Кирилл вскочил так резко, что перед глазами замелькали тёмные пятна.

— Я начну готовить ужин.

Прежде чем Алина успела вернуть его к разговору, он уже натянул штаны и, схватив футболку, умчался на кухню. Когда она присоединилась к нему, Кирилл нарезал сладкий перец с обнажённым торсом, а волосы топорщились в разные стороны, но даже так он выглядел очаровательно. Каким-то образом парню удавалось быть таким в любом состоянии.

— Ты... забыл одеться, — сказала Алина с грустью в голосе.

Она всегда обижалась, когда он отказывался обсуждать самую тревожную тему. Почему ей так сильно этого хотелось, он так и не понял. Ведь они и без того жили прекрасно.

— Неужели… — начала Алина уже не с обидой, а с разочарованием, — ты даже мысли не допускаешь поговорить о детях?

Кирилл перестал нарезать зелень и резко опустил нож.

— Зачем говорить, если их никогда не будет?

Он посмотрел на жену с таким болезненным выражением, что её сердце сжалось, исчезла всякая надежда на нормальную семью.

— Значит… ты уже всё решил… — протянула Алина почти шёпотом.

— Прости… — ответил Кирилл с такой виной в голосе, что она не смогла продолжить разговор.

Чувства Алины дали сбой, что случается крайне редко, но мысль о том, что у неё никогда не будет маленькой копии этого невероятно красивого мужчины, разрывала душу на части. Одна из них понимала, как тяжело будет ему — да и ей самой тоже — если подтвердится самый большой страх. А другая часть безумно хотела убаюкивать маленькое, беззащитное существо с такими же яркими карими глазами или с ослепительно белой шевелюрой.

Слёзы напрашивались на глаза, но она никогда не позволяла себе показывать уныние мужу, ведь на него это влияло в сто раз сильнее. Она должна заботиться о его здоровье, как никогда раньше. Но кто позаботится о ней? С каждым годом этот вопрос мучил всё чаще.

Алина вышла во двор, вдохнула свежий вечерний воздух и уселась на качели. Закат оставил на горизонте тонкую ярко-красную линию, а двор наполнился тенями от садовых светильников. Слёзы стекали по её щекам, а в памяти снова и снова звучали убийственные слова: «Я так решил».

Почему всё так?

Плакала она недолго. Услышав шуршание автомобильных шин и звук мотора, она посмотрела в сторону подъездной дороги, и сердце немного поднялось со дна. Девушка тщательно вытерла лицо рукавом и открыла калитку.

Увидеть сейчас Алекса было как глоток свежего воздуха в изнуряющую жару. Парень улыбнулся, переступая границу двора и держа в руках большой белый пакет.

— Как жизнь молодая? — спросил он, обнимая Алину свободной рукой. Она обняла его за шею и чмокнула в щёку, от чего его кожа мгновенно покрылась горячими мурашками.

— Привет. Почему так долго не приезжал? — спросила Алина, и её голос слегка дрогнул. Вместо того чтобы провести гостя в дом, она вернулась на всё ещё покачивающиеся качели.

— Что-то случилось? — спросил Алекс, оставив пакет на пороге и усевшись рядом. Деревянная перекладина, подвешенная на канатах, заскрипела под его весом. — Поссорились?

Алина молча покачала головой, опустив её, а потом глубоко вдохнула тёплый летний воздух.

— Всё хорошо...

— Я пиво привёз. Хочешь?

Девушка кивнула. Он достал из пакета две бутылки и открыл их с помощью брелока на ключах.

— Как у тебя дела? – спросила Алина, потянувшись, чтобы чокнуться бутылкой о бутылку парня. – Как всегда, много бумажной работы? Кстати, у нас в больнице вчера умер один старик. Я думала, тебя вызовут. Алёна сказала, что родственники не оказывали должного ухода и не отправили его в больницу, когда это было нужно. Она планировала сообщить вам.

— У меня появилось немного другое дело.

— Более важное, чем доведение до смерти? — с интересом спросила она, сделав глоток пива. — Что за случай?

— Ты же знаешь, я не могу рассказать, — ответил Алекс, плотно сжав губы. Он подумал, что, возможно, ему вообще не удастся сообщить подруге новость о жестоком убийстве.

— Лучше расскажи, почему сидишь тут одна, пока муж сам готовит ужин, — усмехнулся парень, заглянув в окно, где Кирилл суетился у плиты. — Чего он натворил?

— Да всё хорошо на самом деле, — девушка ненадолго замолчала. Алекс терпеливо ждал. — Может, это я капризная и требую от него слишком многого?

— Извини, но я не понимаю, о чём ты.

Девушка вздохнула, размышляя, стоит ли открыться другу. С другой стороны, больше у неё никого нет. Он всегда рядом и всегда — сколько она помнит их жизнь здесь — её понимал.

— Он боится говорить о детях. И меня это немного злит…

Алекс округлил глаза и, сделав глоток из бутылки, похлопал по карману в поисках сигарет.

– Это... очень щепетильная тема... Боится, что ребёнок будет таким же, как он? Его можно понять...

– Я знаю... но я к этому готова, понимаешь? А он... нет...

– Нельзя его в этом винить... – Алекс прикурил сигарету, опустил голову и сжал бутылку так, что пальцы побелели. Внутренний голос так хотел сказать, что он может дать ей всё, чего она так желает. Всё, что угодно. Если бы только она полюбила другого друга... Но он должен был поддерживать их обоих.

— Может... вам стоит поговорить с врачами? Пройти обследование... пусть они скажут, какие есть шансы. Хочешь, я попробую его уговорить?

— Он уверен, что есть только один вариант: ребёнок унаследует его болезнь. Честно говоря, скорее всего так и будет. Но... я уверена, что мы справимся.

— Дай ему немного времени, ладно? Он всегда так – убеждает себя в чём-то, а потом внезапно всё в его голове переворачивается.

— Не знаю... сама не понимаю, почему меня это так раздражает… Но… не ждать же нам до старости.

Алекс понимающе посмотрел в глаза девушке, но слова внезапно растворились на кончике языка. Он слишком боялся сказать что-то лишнее – то, что рвётся из его груди и становится всё больше и сильнее.

– Эй! – голос блондина отвлёк Алекса от синих глаз Алины. Кирилл выглядел слишком забавно в клетчатом фартуке, чтобы можно было сдержать смех, и парень начал хихикать, прыснув губами. – Может, зайдёшь поздороваться? Или будешь и дальше флиртовать с моей женой?

Моя жена.

Два простых слова прервали веселье. Алина встала с качелей и медленно пошла за блондином. Алекс занёс пакет с угощениями и пивом и уселся на диван, ожидая, пока друг закончит тушить что-то, разносившее сладковатый запах по всему дому. От аромата мяса и специй его желудок мучительно скрутило, и Алекс попытался вспомнить, когда в последний раз ел. Кажется, это было вчера вечером — как раз перед тем, как поступил вызов. Припоминая весь сегодняшний день, он невольно поморщился.

— Кир, слушай. Ты ведь часто общаешься со строителями?

— Да, когда проверяю, как идёт стройка и сверяю с чертежами, — ответил Кирилл, расставляя тарелки на столе. — И, если возникают трудности в плане, выезжаю на место.

— А где сейчас строится твой шеф?

– На крайней улице, недалеко от озера. И ещё два проекта в центре. А почему спрашиваешь?

– Не знаешь, на каком участке используют деревянные бруски? – Алекс с интересом оперся на колени.

– Пока… только на том, что у озера. Они как раз возводят крышу. Лежни и стойки уже установили. Теперь будут крепить стропила.

– Понятно… – задумчиво произнёс Алекс.

Строительство ведётся у озера… Довольно далеко от места, где нашли тело, но туда вполне можно добраться через поля. Если её тащили, то царапины на ногах это подтверждают.

— …это тебе? Эй! — Голос Кирилла словно вынырнул из глубины, одновременно выталкивая Алекса из мыслей. — Я спрашиваю, зачем это тебе?

— Да так… Появилось одно дело. Нужно кое-что проверить.

— Ух ты! У нашего опера появилось настоящее дело… — с улыбкой произнёс блондин. — Опять шестиклассник украл музыкальную колонку?

Алекс с усмешкой покачал головой и, сжав губы, выдохнул, стараясь скрыть то, что было написано на его лице. Все трое уселись за стол. Алина положила парням по порции пюре и тушёного мяса.

— Что-то серьёзное? — настороженно спросила Алина.

— Он не скажет, — ответил за друга Кирилл. — Ему нельзя.

Алекс приподнял уголки губ.

— Не скажу. Но на самом деле всё очень серьёзно. — Алина и Кирилл переглянулись. — Поэтому мне нужен образец досок, из которых делают крышу. Если бы ты мне помог…

— Можем съездить туда с утра. Я тебе всё покажу.

Глава 3
Наставник

Богатства в мире нет бесценней, чем разум сильный с правой целью.

Джоан Роулинг

Гарри Поттер и дары смерти

Новый день в отделе проходил в тихой суете. Сквозь порывы ветра за окнами доносился шорох бумажек и шипение рации на посту. Все осознавали: последние события принесли в город настоящий хаос. На некогда спокойные улицы спустилась тьма, а в дома прокрался страх.

Алекс ждал разговора с начальником, нервно постукивая пальцем по скреплённым листам отчёта из лаборатории.

Следователь Артём Осипов, с которым Алекс сблизился за последние два года, уже отвечал на вопросы начальника за дверью. Тихий голубоглазый блондин, живущий с женой и сыном и выплачивающий ипотеку, всегда удивлял лейтенанта — несмотря на жизненные обстоятельства, парень явно работал на совесть, а не только ради стабильного заработка. Поэтому-то с ним старший лейтенант Гордов быстро нашёл общий язык.

— Твоя очередь, — сказал Артём, выходя из кабинета. Он наклонился над столом, за которым сидел Алекс, и перешёл на шёпот: — Лучше его не зли. Старик и так в бешенстве.

Поднявшись на ноги, парень аккуратно задвинул стул и без стука вошёл в кабинет. Его встретила тишина светлой комнаты, нарушаемая лишь тиканьем часов. Лейтенант держал в руках несколько листов с неутешительными цифрами, но, заметив начальника, склонённого над таким же отчётом, опустил их чуть ниже кармана джинсов.

— Садись, — произнёс майор Архипов, потирая подбородок.

— Если позволите, я просто присяду.

Аркадий Борисович нервно втянул воздух.

— Всё ещё шутишь? Надеюсь, это потому, что ты ещё не читал отчёт.

— Да нет, прочёл. — Алекс небрежно бросил листы перед собой. Глаза майора и лейтенанта встретились. — У жертвы в руках нашли амфетамин.

Начальник откинулся от стола и с тревогой выдохнул. В полицейском участке хвалить было не принято, зато нагоняи раздавались направо и налево. Но Алексу похвала была не нужна. Ему хотелось лишь услышать: «Веди это дело, Алекс. Ты заслужил». Но нет... Начальник обожал поднимать планку ещё выше, чтобы ты ненароком не возомнил себя великим детективом.

— Девушка умерла вечером, — начал майор. — Я хочу, чтобы вы прочесали всё. — Тон начальника был пропитан злостью, усиливающейся с каждым новым словом. — Узнайте о ней как можно больше, а лучше всю её жизнь мне перескажите. Где и с кем общалась… Кто и, главное, за что… — голос майора надломился, и, немного помолчав, он сказал совсем тихо: — её убил.

— Будет сделано, — вяло ответил Алекс, как будто без указаний не понимал, в какой ворох информации придётся окунуться. — Я думаю, девушку убили из-за наркотиков.

Аркадий Борисович саркастически усмехнулся.

— Алекс... — начал он, подавляя раздражение, — я потому тебя и вызвал сегодня. Пойми, мне не нужны твои нелепые догадки...

— Нелепые? Всё же очевидно... — нахмурился парень.

— Значит, ты во всём уже разобрался... — протянул майор. — Я не намерен слушать всю эту чушь. Молоденькая девочка из нашего города занялась продажей наркотиков? Это твоя версия? У нас в городе нет наркотиков! А твоя задача — найти убийцу.

— Но кто-то всё же привёз наркотики в наш город. И мы должны выяснить, кто это сделал, — начал заводиться лейтенант.

— Ты должен найти убийцу, — сказал майор с нотками успокоения в голосе. — Я хочу, чтобы тебя не отвлекали лишние мысли. Ты нашёл её, и теперь на тебе лежит большая ответственность. А остальным займётся кто-нибудь другой. Поручу это наркоотделу. — Алекс немного расслабился и пару раз виновато кивнул. Начальник ему не доверяет. С тех пор, как он с трудом вылез из зависимости, он бы и сам себе не доверился. Наверное, Борисович прав. Но разделять дела всё равно было неправильно. Так отдел потеряет слишком много времени. — Твоё прошлое… — начальник опустил глаза и откинулся на спинку стула, — может повлиять на это дело, — добавил он.

Алекс снова напрягся и сжал кулаки под столом. Вот уж не ожидал, что Борисович заведёт этот разговор.

— Моя прошлая жизнь... никак не повлияет на расследование. Даю вам слово.

— Надеюсь... — протянул мужчина. — Что не зря взял тебя на службу. Я увидел твой талант и трудолюбие, так что не подведи. Иначе… — он запнулся, но через пару секунд решил закончить фразу, — вышвырну ко всем чертям.

— Есть, товарищ майор.

Это всё, что Алекс смог произнести, хотя на языке вертелось множество возражений. Главное, что его не отстранили — это уже маленькая победа.

Начальник обернулся и оторвал взгляд от окна, заметив намерение парня уйти.

— Я тебя ещё не отпускал.

Алекс замер, а майор нажал кнопку на селекторе.

— Аня, пригласи нового сотрудника.

Несколько минут Алекс пребывал в оцепенении, так и замерев около двери, но вскоре в комнату вошла девушка. Строгие брюки и пиджак поверх тонкой синей рубашки подчёркивали её уверенную походку. Взгляд рубиновых глаз мелькнул на Алексе и быстро переместился к Аркадию Борисовичу. Она подошла ближе к столу и пожала руку мужчине.

— Это капитан Герасимова, — объявил начальник. — Она приехала из столицы, чтобы помочь с нашей проблемой. Лика Романовна будет руководить этим делом. — Алекс не сразу осознал, что продолжает с яростью и интересом смотреть на новую сотрудницу. Капитан? Из столицы? Вот это да! – Ты должен во всём слушаться её. Ясно?

— В чём… собственно… причина такой шумихи? — начал Алекс, явно возмущённый полным недоверием. — Ну, убили девушку. В стране сотни убийств каждый день, и как-то справляются без столичных дамочек.

Майор неловко закашлялся, посматривая на девушку беглыми глазами. Лика опустила взгляд, слегка сжав губы.

— Ты… что себе… позволяешь? — пробубнил майор. — Совсем страх потерял? Имей уважение.

— С этим делом я вполне справлюсь без сомнительных помощниц.

— Ах ты… — майор округлил глаза, тяжело дыша и краснея от гнева и стыда. — Как тебе не стыдно? Заткнись и иди работай, выполняя приказы, иначе… Уволю!

Выкрикнув это, начальник замешкался. Видимо, стало стыдно перед симпатичной новенькой за свои громкие реплики. Его глаза быстро забегали. Ухмыльнувшись, Алекс коротко взглянул на девушку, которая продолжала изучать пол, и, протянув руку, открыл дверь.

— Куда собрался?

Лейтенант остановился в дверях и медленно обернулся.

— Выполняю приказ — иду работать.

Майор моментально позеленел, стараясь подобрать подходящие слова, но к тому времени, как он выплюнул «щенок», парень уже закрыл за собой дверь кабинета. В коридоре он устало прикрыл глаза и выдохнул. Гнев затапливал сознание тёмной пеленой. Первое громкое дело, и он уже встретился с гаммой препятствий: недоверие начальника, надзиратель из столицы, которая обязательно станет следить за каждым шагом, а ещё… полная неразбериха в голове. Но несмотря на свои чувства, лейтенант не переставая думал.

Кирилл позвонил Алексу после обеда и сообщил, что вместе с бригадой строителей осматривает объекты. Также пообещал, что будет ждать его через час в доме у озера. Когда Алекс подъехал к строящемуся дому, друг стоял у деревянной конструкции и делал записи в тетрадь формата А3.

— Привет, архитектор! — Выйдя из машины, Алекс начал внимательно осматривать окружающую территорию. Озеро было видно только вдали, за небольшой рощей из берёз и сосен. В тёмной воде отражались деревья с противоположного берега. Под ногами было много песка и опилок, свидетельствующих о масштабном строительстве. По соседству находилось ещё несколько недостроенных домов подобной формы. В некоторых из них уже жили люди, поэтому в окнах горел свет.

— Выбирай, — сказал Кирилл, глядя на лейтенанта сверху вниз, когда тот присел, чтобы прощупать почву. — Не знаю, какие доски тебе нужны.

Внутри каркаса были разбросаны деревянные бруски. Кирилл внимательно следил за действиями друга, пока тот не перекинул десяток таких досок.

— Так вот какая она… Работа полицейского…

— Заметь, ты тоже сейчас здесь, архитектор.

— Вообще-то проектировщик. И я не копаюсь в мокрых щепках.

— Умничать вздумал?

— Успокойся. На самом деле это здорово, — улыбнулся Кирилл. — Я горжусь тобой.

— Ради бога, замолчи…

— Приятно осознавать, что это я стал причиной.

— Чего? — Алекс обернулся к блондину, перестав разглядывать доски.

— Если бы не спас тебя тогда… Мир бы не увидел такого замечательного полицейского…

Кирилл засиял ободряющей улыбкой и рассмеялся, когда глаза Алекса распахнулись от удивления.

— Вот же засранец… — Алекс нарочно бросил кусок щепки мимо парня, который всё равно попытался увернуться.

Блондин подошёл ближе и начал разглядывать кучу дерева, собранную Алексом.

— Такой доской убили ту девушку? — прошептал Кирилл, наклоняясь над другом. Тот резко обернулся, встретившись с жёлто-карими глазами собеседника.

— Откуда знаешь?! — холодок пробежал по позвоночнику лейтенанта. Блондин выпрямился и с выдохом засунул руки в карманы.

— Сосед сегодня утром сказал, что у его коллеги убили дочь.

— Чёрт… — пробормотал Алекс. Ещё один повод для выговора от майора. — Алина в курсе?

— Мы как раз гуляли, когда встретили соседа. Слушай, скажи честно… Алине нужно быть осторожнее?

— Нет… Нет, что ты… Я бы обязательно сказал. — Алекс старался сделать голос как можно более убедительным. — Вам нечего бояться, обещаю. — Кирилл кивнул. — Как у вас дела?

— Всё замечательно, — отмахнулся Кирилл.

— Когда я заезжал, Алина казалась расстроенной.

Блондин напрягся и провёл рукой по волосам.

— Она что-то говорила?

— Рассказала, что в её отделении умер один дедушка. А ещё ей нравится лечить детей. Сказала, что хочет маленького блондинчика.

Лицо Кирилла потускнело, и он уставился в землю.

— Понятно…

— Думаю, вам стоит серьёзно обсудить эту тему, — сказал Алекс, хотя сердце у него сжималось от напряжения.

— Не могу. Я не знаю, как ей объяснить, что у нас не получится завести ребёнка...

Алекс вздохнул и оглядел пустую улицу. Грудь сдавленно ныла от назойливых, совсем не дружеских мыслей, которые тут же вызывали чувство вины.

— Эй! Ну чего ты расклеился? — Алекс мягко похлопал друга по плечу. — Ты же всегда действуешь решительно. Ты не можешь быть на сто процентов уверен, что ребёнок...

— Подумай, Алекс, и скажи: сколько раз в жизни что-то плохое обходило меня стороной?

Блондин казался подавленным. Это читалось в его глазах, хотя на лице оставалось привычное спокойное выражение.

— Вы справитесь, я уверен, — проговорил Алекс, сам мечтая о том же, но в итоге его мозг рисовал перевёрнутую картину семьи, где по двору бегает темноволосый синеглазый малыш.

— Нет… — выдохнул Кирилл. — Я не боюсь семейных обязательств, но видеть, как страдает мой ребёнок… и, не дай бог, чтобы Алина пережила то, что она испытала со мной… – Кирилл громко сглотнул, – ни за что…

— Понимаю… — пробормотал Алекс. — Но Алина не перестанет этого хотеть. Давай подумаем, что с этим можно сделать…

— Я… в состоянии… подумать о своей жене, — Кирилл внезапно собрался и встал на ноги. — А у тебя и так много дел.

Опять это его «Моя жена». Как будто он мог забыть, что Алина принадлежит другу. Алекс молча достал из кармана пакет для улик и завернул в него одну из досок.

— Спасибо, — сказал лейтенант, спускаясь с возвышенности, на которой строился дом.

— И тебе, — ответил Кирилл, шагая следом. За что — Алекс так и не удосужился спросить. Но что-то подсказывало, что делать этого не стоит.

— Я отвезу тебя домой.

— Нет… у тебя полно дел. Я пройдусь.

— Уверен? — настороженно спросил Алекс.

— Да.

Глава 4
Холодный коридор

На дороге всегда так... всякий, кто едет медленнее вас, — слабоумный; всякий, кто едет быстрее, — псих.

Джордж Карлин

Собрание в кабинете майора всегда начиналось с долгого кашля, которым он, видимо, пытался настроиться на беседу. Новоиспечённая наставница устроилась напротив Алекса и всё то время, пока начальник «настраивался» на собрание, разглядывала небольшую стопку бумажек перед собой. Как назло, у него не оказалось документов, за которыми можно было бы спрятать непослушные глаза, непрерывно устремлённые на аккуратно одетую женщину. Коновалов и Осипов также присутствовали по просьбе майора, который хотел услышать все данные из первых уст.

Прочистив горло и выпив внушительное количество воды, Аркадий Борисович наконец-то начал издавать невнятные звуки. Алекса одновременно удивляло и забавляло его странное поведение. Влияние новенькой красавицы в отделе? От этой мысли лейтенант расплылся в улыбке. Бедняга… Майор, наверное, уже и забыл, когда в последний раз общался с девушками. Без сомнения, все мужчины в кабинете напряглись, но только начальник, казалось, выдавал себя, как школьник, пытаясь скрыть бегающий взгляд и неловкость. Подчинённые с нетерпением ждали его речи, и лишь капитан Герасимова, ничего не подозревая, продолжала изучать отчёты.

— Итак, о докладе по телу найденной девушки... Что у нас там...? — спросил Аркадий Борисович, хотя только что оторвал взгляд от лабораторной папки. Наблюдать за ним становилось всё интереснее.

— Очевидны признаки насильственной смерти, — начала Лика Романовна с усталым вздохом, — без сексуального мотива, избита и убита ударом тупым предметом по затылку. На пальцах, а также в руке был найден пакетик с амфетамином, – сказала она, имитируя чтение, но Алекс заметил её застывшие зелёные глаза. Было ясно, что она наизусть знала отчёт ещё до начала собрания, но не спешила выставлять свой ум напоказ. Интересно...

— Что скажешь, Алекс? — спросил начальник, и парню пришлось оторвать взгляд от Лики.

— Мы провели экспертизу найденного мной бруска на стройке, неподалёку от места преступления. Этот тип дерева совпадает с занозами на теле жертвы, — Алекс выпустил из пальцев лист отчёта и продолжил. — Это позволяет предположить, что убийца как-то связан со стройкой.

— Отлично… — заключил майор, снова прочистив горло.

— Ммм… — вырвалось у Лики, когда она подняла взгляд, будто не отчёт о вскрытии читала, а пробовала на вкус капучино. Все присутствующие тут же посмотрели на неё. — Частиц дерева и орудие убийства на месте преступления не обнаружили. Стоит ли тратить время на… эту версию. В городе несколько строительных компаний и ещё больше строящихся домов. Я думаю, что лучше сначала опросить всех, кто видел девушку в день убийства.

Если бы кожа Алекса не была такой светлой, он бы наверняка побледнел. Эта бесстрашная только что одним предложением разрушила все его версии произошедшего.

— Согласен… — протянул начальник, — есть пробелы. И наша задача их устранить. Очень точно подмечено, Лика Романовна.

Алекс едва не закатил глаза, но поймал пристальный взгляд Лики, надеясь, что она заметит гнев. Однако девушка на его, казалось, явную угрозу лишь слабо улыбнулась, растянув припухлые розовые губы. Лейтенант резко перевёл взгляд на начальника.

— Значит так! — Аркадий Борисович снова сделал глоток воды. — Алекс, первым делом повторно опроси всех соседей, возьми столько людей, сколько нужно, и обойди прилегающие улицы. Ищите зацепки, ясно? Надеюсь, вы с Ликой Романовной сработаетесь и найдёте гада как можно быстрее.

— Если позволите, я помогу лейтенанту. Мне тоже нужны люди. Вместе мы быстрее опросим жителей, а потом… проверим и стройку.

Алекс нахмурился, уставившись на девушку. Начинало казаться, что дамочка не понимает, куда попала, и пытается найти того, кто будет слушать её нелепые догадки. Конечно, и предложение с опросом было верным, но тогда к чему эти игры в первенство? К тому же, она сама отклонила версию с доской... Или что-то затеяла?

Ничего не поделаешь… Парень сжал кулак и промолчал. Придётся смириться с надзором девчонки. Отстранение ему сейчас нужно меньше всего. В конце концов, дело волновало его гораздо больше любых перипетий в отделе, ведь в конечном счёте Алисе уже всё равно, кто именно приведёт следствие к правде.

После собрания все плавно переместились в рабочий кабинет оперативников. На широкой доске были размещены фотографии убитой девушки и брусков, найденных Алексом. От скудного количества улик лейтенант разочарованно сжал губы и присел на край стола с чашкой кофе. Лика стояла в стороне, опираясь на дверной косяк, и слушала майора, который теперь излагал свои мысли у доски с уликами.

— Первая наша локация – стройка у озера. Параллельно нужно опросить всех в радиусе двух километров от дома жертвы. Всё понятно? – Сотрудники, собравшиеся в комнате, внимательно слушали майора, и Алекс заметил серьёзность на их лицах. Обычно любое другое дело в этом отделе сопровождалось перешёптыванием и смешками, но сегодня офицеры смотрели прямо на него, что даже самому майору показалось странным, и Борисович постоянно запинался, долго подбирая слова. Их настрой немного успокаивал. Чувствовалось неравнодушие, хоть и было предчувствие, что оно мало чем поможет. — И главное! Все новости лично ко мне в кабинет, — заключил майор и прикрепил к доске фото того самого дома у озера, где он встречался с Кириллом. Рука машинально сжала горячую кружку. Пальцы побелели, и, почувствовав жар, Алекс пролил каплю кофе на пол, слишком поспешно перехватив его второй рукой.

Алекс прикусил губу, вспомнив о друге, когда почувствовал на себе чей-то тяжёлый взгляд. Он огляделся и столкнулся глазами с Ликой, которая, не стесняясь, пристально рассматривала его фигуру. Лейтенант отсалютовал ей керамической чашкой и вышел в коридор. Проходя мимо поста, он встретил запыхавшегося Артёма с папкой в руках.

— Что с кровью, ничего не известно?

— Я только что из лаборатории, — вздохнул коллега. — Вадим сказал, что с нашим оборудованием он ничего не обещает. Что-то в этом роде…

– Ясно… – Алекс с шумом выдохнул. – Тогда зайду к нему. А ты послушай Борисовича. Он сегодня в ударе.

– Ладно… удачи.

Как обычно, к прозекторской вёл усиливающийся холод. Узкий сырой коридор обдавал ледяной волной и сыростью, будто говоря, что в конце него угасает жизнь. Здесь оказываются те, кому не повезло больше других. Те, кто встретил свой мрачный финал, и чьё тело вскоре безжалостно препарируют. Те, кто хотел бы жить дальше, но просто свернул не туда…

– Здравствуй! – лейтенант Гордов тихо отодвинул пластиковую ширму на входе и заглянул в тёмную холодную комнату, где тени от круглой лампы плясали на стенах. За железным столом сидел задумчивый Вадим, скрестив руки на груди. – О чём так сильно задумался? Поделишься?

Криминалист открыл глаза и медленно поднял голову.

— Думаю, как совершить невозможное... в этом храме смерти. — Вадим устало развел руки в стороны.

— Фу, как грубо. — Алекс подошел к столу, где под простыней лежало стройное, тонкое тело. — Может, это их убежище. — Взгляд Вадима остановился на Алексе. — Что, всё настолько плохо?

Вадим выдохнул. Алекс знал, как Вадим не любил объяснять каждому, что лаборатория не творит чудес, как в американских сериалах, где герои в следующей серии находят убийцу по одному нечеткому отпечатку. Это жизнь... и всем в этом участке придётся из кожи вон лезть, чтобы добыть хотя бы одну улику.

– Что-то я ещё могу, понятно? – сказал криминалист, вставая со стула и подходя к телу. – Но это не будет так быстро, как ты думаешь.

– Честно говоря, я вообще пока ничего не думаю. Голова раскалывается от потока информации.

– Вижу, Борисович вас не щадит… – хрипло усмехнулся Вадим. – Немного завидно, что у него проснулось рвение к великим делам.

– Не вини себя, ты всё-таки работаешь с трупами.

– Раньше его не особо волновали дела города.

– Это точно. Поэтому закрывались за недостатком улик…

– Но не твои… – заметил Вадим, на что Алекс машинально усмехнулся.

– Умоляю, дай мне хоть какую-то надежду…

По сжатым губам криминалиста Алекс понял, что надежды ему не видать, как своих локтей.

– Единственный способ обнаружить наркотические вещества в этом теле — сделать анализ по амилазе крови, и я даю лишь пять процентов вероятности, что мы что-нибудь найдём. Так что, прости, мой дорогой друг, тебе придётся работать по старинке.

– Мы с тобой удачливы. Будем верить, что пять процентов — это половина победы.

– Угу… – саркастически отозвался криминалист. – Эти пять процентов превращаются в два, потому что у нас нет нужного оборудования.

Алекс открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут же его закрыл.

– И как ты собираешься это провернуть?

– Проверну, – уверенно ответил эксперт. – Отправлю образцы в столицу. Чем быстрее мы это сделаем, тем лучше, иначе наши шансы растают вместе с этой бедняжкой.

– Так чего ты ждёшь?

– Всё ещё жду одобрения начальства, умник.

– Отправляй прямо сейчас, а Борисовича и остальных я возьму на себя.

Вадим лишь тихо фыркнул в ответ.

— Хочешь получить по шапке? Или без погон остаться? Товарищ майор вон как себе повышение выбивает, а ты чем хуже?

— Да плевать… — ответил Алекс и положил ладонь на плечо мужчины. — Очень тебя прошу, отправь образцы. Ты же знаешь, вся эта бумажная волокита будет длиться вечно, а ублюдка мы можем уже никогда не найти.

Вадим тихо проворчал себе под нос и отвернулся, полон сомнений.

— Алекс, Алекс… Это не первое твоё и не последнее дело. Ты способен на многое, если будешь придерживаться правил. Ты сможешь помочь многим людям, а не только одной погибшей девушке.

— Погибшей? — почти закричал Алекс, отчего Вадим бросил на него суровый взгляд. Мужчина терпеть не мог громких звуков в своей прозекторской, но, несмотря на возмущение парня, промолчал. — Вот кто она для тебя? Хорошо… — продолжал Алекс уже гораздо тише. — Думаешь, мы ничего не можем изменить? Да, эта девушка скоро станет прахом, и жители забудут об этом ужасном дне. По сути, это мало кого волнует. Люди продолжают жить своей жизнью. Но… Это не может просто так закончиться, не может…

Глаза коллег встретились, и Алекс долго с надеждой ждал реакции на свои слова.

— Я понимаю тебя, но и ты пойми, что одной ошибкой ты разрушишь всё. К тебе уже приставили капитана, а если перестанешь исполнять приказы…

— Я же сказал, что со всем разберусь, — Алекс придвинулся ближе к мужчине, опираясь на край стола. — И с этой столичной штучкой тоже. Но и ты мне помоги. Обещаю, тебе ничего не грозит. Скажу, что это я тебя заставил.

— Не начинай этот детский сад. Я в состоянии отвечать за свои поступки.

— Нужны все улики. Вадим, прошу… Я чувствую, что нужно торопиться. Больше некому. Они думают, что это обычное убийство, но тут точно что-то не так…

— Ты начинаешь меня пугать. Но… ты прав. Борисович будет выдавать всё за обычное нападение или кражу.

— Но мы-то знаем… — продолжал убеждать лейтенант. — Порошок на её пальцах не мог появиться из ниоткуда, верно?

— Верно… — вздохнул Вадим, устало прикрывая глаза. — Чувствую, ты подведёшь нас обоих к краю…

— Я найду этого мерзавца, чего бы мне это ни стоило. — Алекс раздражённо сунул руки в карманы. — Вопрос в том, хочешь ли ты тоже наблюдать его арест, зная, что приложил к этому все усилия.

Вадим улыбнулся и хлопнул Алекса по плечу.

— У меня тоже есть на это ответ.

Глава 5
Мирные жители

Как речь его спокойна и мягка!

Мы ладим, отношений с ним не портя.

Прекрасная черта у старика,

Так человечно думать и о черте.

Иоганн Вольфганг Фон Гёте

«Фауст»

Вадим пообещал сообщить ответ как можно быстрее и как следует выполнить свою часть работы. Весь день лейтенант блуждал по коридорам и кабинетам, снова просматривал записи с камер наблюдения, чтобы потянуть время и незаметно ускользнуть из отдела к Кириллу и Алине. Нужно было предупредить друга о пристальном внимании полиции к дому.

И всё благодаря ему...

Уходя вечером из участка, он до последнего надеялся не попасться на глаза «капитанше», но она поймала его прямо у выхода.

— Лейтенант! — Алекс остановился. Хорошо, что девушка не видела его лица, полного разочарования, со спины. Он медленно обернулся. — Александр Гордов, вы меня избегаете?

– Что вы, товарищ капитан, как я могу? – проговорил парень, с трудом сдерживая раздражение. Давненько его Александром не называли...

– Утром я ждала, что вы проявите инициативу и подойдёте, чтобы вместе поехать на задание. Потом искала вас по всему отделу, но к вечеру поняла, что вы играете со мной в прятки. Очень некрасиво с вашей стороны. – Лика сделала два уверенных шага к парню. – Но я уже привыкла к такому отношению в полиции со стороны мужчин. Так что давайте быстрее пройдём этот момент демонстративного неуважения и начнём работать. Потому что мне всё равно, как вы ко мне относитесь. Я здесь, чтобы выполнять свою работу.

Ого! Она всегда так много говорит?

– Вы ошибаетесь, я к вам никак не отношусь. Я вас не знаю. И независимо от ваших мыслей, я иду работать.

Алекс развернулся и направился к машине, что вызвало у девушки ещё большее недовольство.

– Мы должны работать вместе, – заявила Лика, следуя за ним.

– С чего вы это взяли? – усмехнулся он.

– Хотя бы потому, что Аркадий Борисович…

– Аркадий Борисович искренне верит, что это обычное убийство, – Алекс остановился и обернулся. – Вы тоже так считаете, Лика Романовна?

– Пока не знаю, – честно ответила девушка. – Но хочу это выяснить, и мне бы очень хотелось рассчитывать на вашу помощь.

Лейтенант пытался уловить в изумрудных глазах намёк на её намерения или подвох, но там была лишь непроницаемая профессиональная серьёзность.

– Хорошо… Всё равно нам придётся работать вместе. Но какие у вас мысли по поводу дела? У каждого своя версия. У майора одна, у меня другая…

– Вы не узнаете моих версий, если будете убегать, как мальчишка. Вы ведь это делаете, потому что тоже хотите скрыть свои догадки, не так ли?

Чёрт! – нахмурился Алекс. – Она что, из ФСБ перевелась?

– Как можно работать, если каждый будет расследовать в одиночку? – продолжала Лика. – Лучше объединить усилия, разве нет?

Молча засунув руки в карманы куртки, Алекс посмотрел в сторону горизонта, где виднелись верхушки деревьев. Перед его глазами всплыла недавняя сцена леса и пустыря, где одиноко лежала остывшая и брошенная девушка. В чём-то капитан Герасимова права — отдел тяжких преступлений должен работать, как хорошо отлаженный механизм, иначе преступность вырастет до невообразимых масштабов. Ослушаться капитана он всё равно не может, а вот потерять время запросто.

– И что вы предлагаете, товарищ капитан?

– Мы отправляемся на стройку, – сообщила Лика, найдя нужные адреса в своём блокноте. – А по дороге навестим нескольких соседей, которых я нашла сегодня днём.

– Каких соседей?

– Соседей жертвы. Я решила опросить тех, кто был дома на момент её смерти.

– И как это нам поможет? Ведь девушку убили не дома.

Они подошли к машине Алекса. Лика взялась за ручку пассажирской двери, словно он был её личным водителем. Алекс нарочно слишком долго искал ключи в кармане, медленно нащупывая нужную кнопку, наблюдая за полным спокойствием напарницы. Как только замки на дверях щёлкнули, Лика сразу села внутрь и пристегнула ремень. Осторожно вдохнув свежий вечерний воздух и приподняв брови, лейтенант сел за руль.

– Люди могли бы заметить, если кто-то забирал девочку из дома или приезжал накануне.

– Это понятно. Не нужно думать, что я дурак, – немного обиженно сказал Алекс. – Но почему вы, Лика Романовна, решили, что они нам всё расскажут? Тем более правду. Если это дело, в чём я уверен, связано с наркотиками, они ни слова правды не проронят. К тому же всех жильцов улицы уже опрашивали.

– Они обязаны.

Алекс тихо рассмеялся.

– Мне ли вам объяснять, что не каждый понимает свои обязанности. А чтобы их выполнять, нужно сначала понять...

– Лейтенант… – Лика нахмурилась и повернулась к парню с ещё большей решимостью. – Вы всегда находите отговорки ради безделья? А притворяетесь, что вам не всё равно… - Алекс с трудом сохранял молчание, вспоминая картину изувеченного тела на пустыре. – Для начала нужно выслушать их, а потом уже делать выводы. – Лика немного помолчала, наблюдая, как Алекс крепко сжимает руль. – Если вы хотите найти убийцу и разобраться в деле, вы должны меня слушать, лейтенант. Я вам не враг.

Алекс не стал отвечать на её разглагольствования, но в мыслях, безусловно, послал её к чёрту вместе с сомнительными доводами. Молодой человек завёл двигатель, резко переключил рычаг коробки передач и рванул вперёд.

До первого адреса они добрались примерно через десять минут. Всё это время Лика рассказывала о жильцах: муж и жена Потаповы давно обитают в этом доме. Их сын несколько лет назад уехал учиться в Москву. Дома он бывает редко, но, когда приезжает, подрабатывает на стройке и покупает родителям дорогие вещи — например, новый холодильник или запчасти для отцовской машины.

– Всё это вы узнали, сидя в отделе? – поинтересовался Алекс. Ему всё больше казалось, что капитан Герасимова могла бы работать в разведке.

– Весь день изучала информацию об опрошенных жителях. Вы бы тоже многое успели, если бы не избегали меня, как прокажённую.

Капитан Герасимова произнесла это так, словно читала сценарий. Ни малейшего намёка на обиду. Лишь твёрдые факты.

– И что вы теперь собираетесь у них спрашивать? Какие вопросы планируете задавать? Затрагивать тему сына нельзя, иначе они испугаются и побегут писать жалобу. Да и вообще… Он что, подозреваемый?

– Лейтенант Гордов, когда расследование только начинается, подозреваемыми могут быть все. Даже мы с вами.

Машина остановилась у ухоженного дома, украшенного клумбами. В окне справа зажёгся свет. Лика нажала на кнопку звонка, и дверь тут же распахнулась. На пороге появилась пожилая женщина в домашнем халате и тапочках, с немного испуганным видом. – Здравствуйте! Капитан Герасимова, – представилась девушка, показывая хозяйке своё удостоверение. – Мы приехали поговорить об одном происшествии. Глаза женщины были поистине широко раскрыты от удивления.

Алекс быстро пересёк двор и остановился рядом с напарницей. К хозяйке присоединился её муж, с такими же перепуганными глазами, но чуть более сдержанный.

– С Олегом что-то случилось? Наш сын… с ним всё в порядке?

Лика застыла на пороге, словно окаменев, даже не пытаясь хоть что-то ответить.

– С Олегом всё в полном порядке, – вставил Алекс. – Он всё ещё учится в столице. Женщина громко выдохнула, приложив руку к груди и посмотрев на мужа. Алекса поразил взгляд Лики, которая не дрогнула, несмотря на то что до чёртиков напугала хозяев. Она просто стояла и изучала их эмоции, как маньячка. – Мы хотим поговорить об убийстве девушки, – Хозяйка, прикрыв рот рукой, отошла в сторону. – Вы позволите пройти? – Алекс остановил напарницу, которая уже собиралась войти без разрешения, и только после кивка женщины опустил руку.

Лика беззастенчиво рассматривала мебель, картины на стенах, фотографии на полках и заглядывала в комнаты.

– Но… Я не понимаю, что мы можем сказать. Мы ничего не знаем, – растерянно проговорила женщина.

– Это их работа, – сказал её муж, ободряюще сжав её плечо. Он встал позади женщины, словно телохранитель, когда она уселась на диван. – Приходить ко всем подряд…

– Мы всего лишь зададим несколько вопросов. – Алекс присел напротив хозяев на мягкое тканевое кресло. Лика почти бесшумно передвигалась по комнате, изучая фотографии их сына. – Вы знали убитую девушку?

– Нет… Мы узнали об убийстве только тогда, когда в тот вечер к нам пришли полицейские, – спокойно ответил хозяин. – Можно задать вопрос?

– Да, конечно… — не без растерянности ответил лейтенант, слабо приподнимая уголки губ.

– Сколько раз вы собираетесь приходить? Пока наши ответы не изменятся? Вы ведь задаёте те же самые вопросы, что и ваши коллеги в форме.

– Я понимаю… – кивнул Алекс, – мы вас побеспокоили, и, возможно, нам придётся прийти ещё не раз. Это зависит от того, как будет развиваться следствие. Поэтому прошу вас, расскажите всё, что знаете и что видели, чтобы вас больше никто не тревожил. Как только вы ответите на все вопросы честно, обещаю – мы больше не придём. — Через несколько секунд хозяева дома понимающе кивнули. – Итак… Девушку вы не знали… А может быть, знали её мать? Их дом в конце улицы – с белым забором и ржавой крышей.

– Мы не знакомы, но я часто видела эту женщину в библиотеке. Знаю только, что она работает в каком-то офисе в центре.

– Хорошо...

Алекс наскоро набросал в блокноте слова, сказанные хозяйкой.

– А откуда у вас информация о её работе? – вмешалась Лика, и Алекс одарил напарницу суровым взглядом.

– Я... Уже не помню... – растерялась женщина. Алекс молчал. Ему не хотелось давить на старушку, хотя он и понимал, что хозяева явно что-то недоговаривают.

– Простите, это что, допрос? – вмешался мужчина. – Она же сказала, что не знает.

– Тогда позвольте я вам подскажу, – ответила Лика и показала хозяевам фото их сына вместе с Алисой и ещё одним парнем, и разница в возрасте между их сыном и этой парочкой слишком сильно бросалась в глаза. – Ваш сын был знаком с Алисой?

Честно говоря, Алекс был немного ошарашен. Пробыв в чужом доме меньше пятнадцати минут, капитан Герасимова смогла найти значимую зацепку. Хотелось её остановить, но лейтенант понимал — она действует правильно, пусть и несколько резко.

– Наш сын ничего не знает об Алисе, – теперь мужчина повысил голос. – Уходите!

– Если вы не хотите говорить правду, нам придётся вызвать вашего сына в участок.

– Вот ещё! – рыкнул хозяин прямо ей в лицо, а Лика лишь немного прищурила глаза. – У вас нет на это права!

– Есть, и ещё как, – не менее спокойным тоном ответила девушка.

– Постойте! – Алекс встал между ними, подняв ладонь. – Никто не подозревает вашего сына. И никто не собирается насильно его допрашивать. – Он выхватил фотографию из рук Лики. – Вы знаете этого парня?

– Кажется, они с Олегом дружили… – ответила женщина.

– Молчи! – приказал ей муж. – Мы не знаем, что натворил этот парень. Они всё повесят на нашего сына.

– Спокойно! – сказал Алекс. – Мы ни на кого ничего не вешаем. Я обещаю, вашему сыну ничего не угрожает. Просто скажите, кто этот парень? Он может что-то знать об убитой девушке, вот и всё. Нам просто нужно с ним поговорить.

Мужчина сумел совладать с гневом и выдохнуть.

– Я не знаю, кто этот парень, – ответил он. Его жена от всего происходящего, кажется, уже разучилась говорить. – Сын уже взрослый и давно не посвящает нас в свои дела. Однажды он просто поставил у кровати эту фотографию. Тут полно снимков его одноклассников и друзей. Вы их всех будете проверять?

– Если потребуется, будем, – резко заявила Лика, и Алекс с трудом подавил в себе желание заткнуть ей чем-нибудь рот.

– Когда вернётся Олег? – мягко спросил Алекс. Мужчина, кажется, наладил с ним слабый контакт, потому что отвечал только ему и даже расслабившись присел на диван.

– Обещал приехать в конце недели.

Парень достал из кармана визитку и протянул мужчине.

– Пожалуйста, попросите его позвонить нам. Или пусть придёт в участок и найдёт меня. Прошу вас, это очень важно.

– Я вас понял, лейтенант.

Когда они вышли во двор, на улице уже стемнело. Фонари отбрасывали тени на розы, гнущиеся от ветра.

– И что это было? – первой спросила Лика.

– Да у меня такой же вопрос. – У машины девушка снова ждала, когда откроются двери, но Алекс не спешил доставать ключи. – Вы всегда так допрашиваете людей?

– А вы всегда так заботитесь обо всех? – возразила капитан.

– Это называется простым уважением. Если расположить к себе человека, он сам всё охотно расскажет.

– Да вы, лейтенант, кажется, совсем не знаете людей. Как вас приняли в органы с таким мягким характером? Сейчас эти люди, возможно, покрывают преступление своего сына, а вы дали им шанс помочь ему скрыться.

— Вы решили, что этот парень преступник только на основании одной фотографии? Замечательно… Удивляюсь, как вам удалось стать капитаном с такими поверхностными суждениями. Если каждый второй в городе преступник, то нам скоро придёт конец, и наша работа потеряет всякий смысл.

— Успокойтесь, лейтенант! Я не утверждала, что их сын причастен к убийству. Под давлением и страхом люди охотнее говорят правду. Разве вас этому не учили в академии?

— Меня учили, что каждый человек заслуживает уважения, так же, как и эти люди. Вы не имели права на них давить.

— А разве Алиса не имеет права на справедливость?

Алекс замолчал. В его стальных глазах отражались уличные фонари и глубокая печаль. Лика действительно умела заткнуть рот, но, произнеся последнюю фразу, с сожалением опустила голову.

— Александр… Если мы будем жалеть каждого свидетеля, ваш отдел рискует утонуть в нераскрытых делах, а убийца продолжит разгуливать на свободе. Может, он ещё кого-нибудь убьёт, и не один раз… Нужно действовать решительно и надавить на жителей, пока они напуганы.

— Чтобы все перестали нам доверять? Если это произойдёт, полиция больше никогда не получит помощи от жителей. Тогда отдел точно можно будет закрыть. Если, конечно, вы не собираетесь установить камеры над каждым домом и на каждом дереве. Согласен — в этом случае свидетели нам не понадобятся. Я не позволю выбивать информацию из жителей моего города, понятно?

– Ясно… – коротко ответила Лика, чем ещё больше удивила парня. Казалось, ни одно слово из его яростной речи не дошло до её ушей. Она стояла перед ним неподвижно. В растерянности он не знал, что ещё сказать. Капитан Герасимова также молчала несколько долгих минут. На удивление, благодаря полной тишине, нарушаемой лишь слабым ветром, лейтенант смог успокоиться. – У нас мало времени. Утром нужно ехать на стройку. Люди ложатся спать, и, если вы не хотите разбудить остальных жителей, предлагаю поторопиться.

Отведя взгляд от девушки, лейтенант нашёл в кармане ключи и отключил сигнализацию.

Глава 6
Неверный метод

Покинул я поля и нивы; они туманом облеклись. Душа, смири свои порывы! Мечта невинная, проснись!

Утихла дикая тревога, и не бушует в жилах кровь:

В душе воскресла вера в бога, воскресла к ближнему любовь.

Йоганн Вольфганг фон Гёте

Фауст

За вечер они успели опросить ещё двоих соседей Алисы: эффектную мать-одиночку с двумя детьми семи и восьми лет и шестидесятипятилетнего охранника базы отдыха у озера.

Анна, женщина с пышными формами, без стеснения флиртовала с Алексом, лишь затягивая разговор. Она утверждала, что несколько раз видела Алису с матерью на рынке, но в конце концов напарники поняли, что у неё нет никакого представления о внешности убитой. Когда Алекс показал Анне фотографию, она неискренне извинилась, оправдываясь тем, что перепутала её с другой соседкой, и добавила, что больше обращает внимание на мужчин, чем на женщин.

Старик же был не слишком приветлив, но после десяти минут расспросов всё же рассказал, что видел Алису около леса с молодым парнем её возраста. Взглянув на фото Олега, старик отрицательно покачал головой, нахмурив брови.

— Нет... Тот был совсем молодым. Похож на школьника, да и очень худощавый. — Разговор пары мужчина, конечно, не услышал. — Они прошли мимо, когда я выбрасывал мусор. Вот и всё.

— Вы уверены, что это именно та девушка, которую вы видели? — переспросил Алекс. Было немного странно, что в этот раз Лика позволила ему вести разговор в одиночку.

— Я запомнил её по этим волосам, — он указал на две розовые пряди среди белых волос на фотографии Алисы. — Глупые детишки так стараются привлечь к себе внимание, — заметил старик, и Алекс с Ликой оставили его в покое. К позднему вечеру стало совсем холодно. Фары разрезали темноту на угольно-чёрном асфальте, лишённом света фонарей — освещения на дорогах было мало, а в некоторых местах лампы давно были разбиты. Алекс молча вёл машину к участку, слишком усталый от первого дня расследования, не представляя, что ждёт его впереди. Усталость наваливалась не от работы, а больше от разочарования и пустоты; от неизвестности и бессилия; оттого, что целый день не принёс ничего существенного.

Капитан Герасимова сидела на пассажирском сидении с совершенно спокойным видом и в десятый раз перелистывала материалы дела.

— Думаете, от трения там появится что-то новое? — усмехнулся Алекс. Лика раздражённо захлопнула папку и уставилась в окно на мелькающие деревья. — Мы обязательно найдём зацепки. Завтра с самого утра отвезу вас на место преступления, а потом изучим все маршруты Алисы.

— Нам придётся изучить всю её жизнь... — задумчиво ответила Лика.

— Изучим. А к тому времени как раз приедет Олег и расскажет, откуда он знал Алису и кто этот парень на фото.

— Если расскажет. Лейтенант, вы правда думаете, что он добровольно станет нам помогать?

— Если не захочет... Я его заставлю.

— А как же ваша упорная защита жителей? — с улыбкой нахмурилась Лика. — Кто недавно говорил, что нельзя ни на кого давить?

— Я помню, что говорил, но если парень будет скрывать от нас информацию... Ему придётся заслужить моё доверие.

Девушка усмехнулась, глядя на мелькающие мимо домики с зажжёнными окнами.

— Ты сказал, что не дашь в обиду жителей своего города... — вспомнила Лика, и Алекс посмотрел на неё с интересом. — Так привык к нему? Ведь ты приехал сюда всего несколько лет назад...

— Верно. Пять лет назад.

Алекс внимательно посмотрел в глаза напарнице, стараясь как можно дольше не отводить взгляд на дорогу, и как только он это сделал, Лика снова заговорила.

– Почему... Ты остался здесь... Если не секрет? — добавила капитан. Лейтенант крепче сжал руль и прочистил горло, тщательно обдумывая ответ.

– Здесь тихо и спокойно... Захотелось тишины, знаете ли...

– Значит, ты переехал сразу после учёбы? Не каждый новичок захочет жить и работать в такой глуши. Молодёжь, наоборот, стремится подняться по карьерной лестнице и обосноваться в процветающем месте...

– А вы, Лика Романовна, всех судите по устаревшим стереотипам? Поверьте, не все хотят испытать прелести большого города... — ответил Алекс, не сумев полностью скрыть горечь в голосе. — Мне было достаточно...

– Достаточно чего?

– Всего, — ответил Алекс, припарковав машину на стоянке родного отдела и заглушив двигатель. — Вас отвезти домой?

После нескольких секунд тишины парень посмотрел на ночную парковку и одинокий светильник над входом.

– Нет, спасибо. Мне нужно забрать вещи в кабинете. А вы отправляйтесь. Завтра предстоит долгий день.

– Как и послезавтра...

– Спокойной ночи, лейтенант.

Когда капитан Герасимова, хлопнув дверью, направилась к участку, мысли Алекса переключились на желание поскорее поговорить с Кириллом. Если отдел начнёт проверять работников стройки, приезжий парень с нестабильной психикой может вызвать немало подозрений. Алекс завёл двигатель и поехал по тёмной улице, на которой знал каждый камушек, и которая будто просила его раскрыть страшную тайну, случившуюся с Алисой. Впервые за пять лет он ощутил значительную ответственность за людей, которые никогда не подозревали, что их мирную жизнь нарушит жестокое убийство. Тягучее чувство в груди мешало свободно вдохнуть и словно истощало желание увидеть успокоение скорбящей матери. Хотя, вероятно, ей уже никогда не суждено обрести покой…

За утренней чашкой кофе лейтенант безуспешно пытался проснуться, в сотый раз перечитывая досье жертвы. Тем временем капитан Герасимова уже успела отправить Диму и Ваню на поиск информации с городского вокзала. Сама она изучала имена и фамилии преподавателей и одногруппников Алисы.

– Нашли парня с фотографии? — спросил Алекс, встав у нее за спиной.

– Его нет среди студентов, — устало ответила девушка. — Значит, он не учился в том же техникуме. Вопрос в том, откуда они друг друга знают... Возможно, наше связующее звено — Олег?

– Не знаю... Будь он близким другом, родители не отзывались бы о нём так грубо. Олег давно не школьник, вряд ли посвящает их во все детали. Но лично я не стал бы фотографироваться с малознакомым человеком.

Лика подняла голову и посмотрела на Алекса снизувверх.

– Надо поскорее с ним поговорить. Пока мы медлим, от нас ускользает важная информация.

— Я обещал его родителям, что дождусь, когда он сам явится. Осталось ещё... – лейтенант взглянул на наручные часы. – Двадцать восемь часов.

– Мне нужно объяснять тебе, что эти часы значат вечность в расследовании? – Лика встала с кресла и села на край стола. – За это время можно сделать что угодно: скрыть улики, сбежать, спрятаться...

Алекс подошёл к ней на шаг ближе.

– Или прийти в участок и решить проблемы, сняв с себя подозрения. Так поступают невиновные. Вот мы и проверим.

– Лейтенант, наша задача не проверять каждого на вшивость, а собирать доказательства и находить общий язык со свидетелями и подозреваемыми. Сейчас мы теряем драгоценное время.

– Прямо сейчас мы изучаем профиль жертвы. Разве мне вам объяснять, что это и есть основа любого расследования, а не бесплодные подозрения каждого встречного?

Алекс начал повышать голос, а Лика стала слишком быстро раздражаться. Она глубоко вдохнула и оглянулась на сотрудников, снующих за открытой дверью.

– Мне интересно... Почему ты так переживаешь за этого парня? – Алекс нахмурил брови. – Кажется, ты готов упустить важную зацепку, лишь бы не допрашивать его.

– Если мы начнём допрос сейчас, то потеряем все возможные зацепки, – Алекс старался говорить тише, хотя голос отчаянно рвался наружу. – Потому что вспугнём Олега, и тогда он никогда ничего не расскажет. Сейчас мы должны быть для него друзьями, а не врагами.

– Большей глупости в жизни не слышала, лейтенант Гордов, – бросила Лика, выходя из комнаты. Алекс ударил стул, который с грохотом проскользил по полу, и глубоко вдохнул, стараясь успокоить стук в висках, и всё ещё движимый раздражением, направился в морг.

– Как дела? – спросил он с порога, ворвавшись в прозекторскую. Вадим заметно напрягся, но возражать не стал, лишь слегка дёрнул губами.

– Вижу, работа с новой напарницей внесла разнообразие в твою жизнь...

– Как же она меня раздражает!

Вадим оторвался от микроскопа и посмотрел на коллегу с беспокойными серыми глазами.

– Не нервничай. Успокойся и просто занимайся своей работой.

– Как тут успокоиться? Она как ураган. Ничего не хочет слушать.

– Это неудивительно, вы ведь из разных отделов, с разным опытом работы… Вам нужно привыкнуть друг к другу и попытаться объединить усилия.

– Да она упрямая, как бронепоезд!

– Ничего не поделаешь, она выше тебя по званию.

– Не пойму, ты меня сейчас успокаиваешь или ещё больше злишь?

– Спокойнее, Алекс. Я хочу сказать, что у тебя нет выбора. Придётся прислушиваться к ней.

Алекс сжал зубы и склонился над столом.

– И что, пустить всё дело под откос? Этого я допустить не могу.

– Лика Романовна не последний человек в полиции, – рассуждал Вадим спокойно. Иногда Алексу казалось, что его колоссальный опыт и блестящий ум просто чахнут в этом сыром морге, ведь он мог бы стать отличным следователем. – Не просто так она стала капитаном в таком молодом возрасте, и на такие дела не отправляют бездарностей. – Вадим перевёл полный интереса взгляд на лейтенанта. – Тебе нужно успокоиться.

– Я спокоен, – заявил Алекс, выпрямив спину и сжав кулаки в карманах.

– Только дураки кричат о своих знаниях и планах на весь мир. Понимаю, очень трудно сдержаться, но ты должен взять себя в руки. Если, конечно, действительно хочешь найти убийцу.

– Да, я... хочу увидеть его лицо, когда этот гад поймёт, что проведёт остаток жизни в тюрьме, – прорычал Алекс.

– Тогда тебе придётся работать вдвойне, – пояснил Вадим. – Это очень непросто, и всё зависит только от тебя. Ты готов к этому?

– О, ещё как! – ответил Алекс, расправив плечи, на что Вадим усмехнулся. Этот мужчина редко улыбался, но в последнее время лейтенант замечал это всё чаще в его присутствии. Возможно, именно поэтому часто заходил в морг, чтобы услышать пару ободряющих слов. – Готов протереть асфальт мордой этого выродка!

– Ты ведь не глуп. Не позволяй эмоциям затмить разумные мысли, тогда ты его быстро поймаешь. – Вадим достал из стола папку с документами. – Слушай капитана, но не забывай и о своих мыслях. Глядишь, когда-нибудь эти две дорожки сойдутся...

Немного успокоившись, парень набрал воздуха и, надув щёки, выпустил в холодную комнату облако пара.

– Держи. – сказал Вадим, бросив на стол бумаги. – Отчёт по пакетику, в котором был порошок.

– Ух ты! – Алекс схватил файл и принялся читать мелкий шрифт. Вадим молча смотрел на него, ожидая неизменного вопроса. – И что это значит?

Вадим улыбнулся.

– Это действительно был чайный пакетик, но не обычный, а более плотный – сшитый из ткани.

Лейтенант нахмурился, а затем удивлённо округлил глаза.

– Кто-то сшил чайный пакетик?

– Могу сказать одно – это кропотливая работа. Вероятнее всего...

– Это сделали специально..., – завершил Алекс. – И, возможно, где-то уже налажено целое производство...

Вадим молча кивал, скрестив руки на груди. Алекс тяжело сглотнул, вспоминая свой болезненный опыт с «чаем». Вспышка жара пробежала по его телу, когда в подсознании вспыхнули образы стробоскопов клуба и громкая музыка, смешанная со сладким запахом сценического дыма. Как хорошо, что это давно осталось в прошлом. Алекс зажмурился и потёр глаза большим и указательным пальцами.

– У меня для тебя ещё кое-что, – сказал Вадим. – Посмотри на последней странице.

На этот раз лейтенант попытался сам разобраться в написанном.

– «Козлобородник», «горец почечуйный», «галинсога», «лебеда». Что это такое?

Вадим цокнул языком.

– Ты же сам просил провести анализ растений с места убийства.

– Точно… – Алекс сел на стул с улыбкой. – Так быстро?

– Ну, это ведь не ДНК-анализ и не показатель амилазы в крови трупа… Кстати… – Вадим придвинулся к нему. – Я отправил кровь Алисы в Москву.

– Правда? – Алекс хлопнул коллегу по плечу, его лицо просветлело. – Молодец.

– Скоро мы узнаем, что текло по её венам…

Алекс снова стал грустным. Вадим с сочувствием наблюдал за его реакцией.

– Скажи, среди этих растений есть фиалка? – Алекс потряс бумагами перед собой.

– Кажется, нет. Там всё написано, зачем спрашиваешь?

– Спасибо. Я всё изучу.

Услышав шаги за дверью, Алекс вскочил и, прикрыв дверь, встал за косяком. Несколько голосов пронеслись в сторону лаборатории. Вадим нахмурился и, подойдя к парню, одарил его осуждающим взглядом.

– Собираешься прятаться от неё? Что за детский сад?

– Мне просто надо отлучиться ненадолго. Не хочу, чтобы капитан Герасимова увязалась за мной.

Парень открыл дверь и, высунув голову, осмотрел обе стороны длинного коридора.

– Ещё раз спасибо. Увидимся, – сказал он напоследок и вышел из прозекторской, закрыв за собой дверь и передёрнувшись от холода.

Выходя из здания на свежий утренний воздух, уже слегка прогретый солнцем, Алекс практически столкнулся с Ликой. Девушка раздавала указания подчинённым и перебирала бумаги на столе, не обратив внимания, когда парень промчался мимо кабинета. Слава богу, не придётся придумывать отговорки.

Перед домом Кирилла и Алины травяная живность начинала свою трель в зарослях леса, а вдали, примерно в километре, шумели двигатели автомобилей. Переступив через ворота, лейтенант огляделся: вокруг царила тишина, нарушаемая только посадками пионов и роз, колышущихся на ветру. Он пару раз постучал в дверь и, не услышав ответа, вошел внутрь.

— Кир! Ты дома?

Алекс прошел по мягкому ковру в прихожей и пересек комнату с серым велюровым диваном и компьютерным столом. В кухне тоже никого не было, только из спальни доносился слабый шорох. Алина стояла спиной к приоткрытой двери и медленно вытаскивала из шкафа футболки и рубашки.

— Ты дома? — тихо спросил он, чтобы не напугать. — Удивительно.

Девушка обернулась, и её густой хвост цвета тёмного шоколада слегка качнулся.

– Алекс! – радостно улыбнулась Алина, и в её глазах засияла такая искренняя теплота, что у парня кровь в венах мгновенно закипела. – Наконец-то! Ты с этой своей работой совсем про нас забыл.

– Конечно, нет, – ответил парень, сглотнув комок в пересохшем горле. – У тебя выходной?

– Доктор Крылов мной доволен, поэтому старается лишний раз не вызывать. Да и срочных пациентов пока нет. Наблюдаю только своих, – ответила девушка, бросив оставшиеся вещи на кровать. – Догадываюсь, что ты пришёл не ко мне.

Алекс пригладил волосы на затылке. Обстановка вокруг заставляла тайные, подавленные мысли всплывать на поверхность сознания. Он пытался отвести взгляд от её милого лица с пухлыми розовыми губами, но она, как всегда, сделала неосторожный выпад в его сторону.

– Чтобы впредь заходил чаще! – наказала Алина, приблизившись настолько, что Алекс почувствовал аромат её шампуня, и нежно обхватила его лицо ладонями. – Понял?

На мгновение сердце Алекса замерло. Её небесно-синие глаза были ближе, чем кружащие в голове мысли. Всё вокруг как будто поплыло, пока Алина аккуратно поправляла прядь его волос своими тонкими пальцами.

– Пойдём скорее. Я тебе расскажу кое-что, – она подтолкнула его в кухню и усадила за стол. – Ты голодный?

Включив чайник, она принялась доставать еду из холодильника.

– Спасибо, Аль. Я не хочу.

– Ты похудел, – почти перебила его девушка. – И глаза красные... Алекс, нужно спать хотя бы шесть часов в сутки. Полагаю, с твоей работой больше и не получится. Сейчас... тебе, наверное, тяжело... – произнесла Алина с грустью.

— Это моя работа. Всё в порядке, не волнуйся, — по глазам девушки было видно, что его слова не принесли ей никакого облегчения. Забота Алины всегда ставила его в тупик. Иногда ему казалось, что где-то в глубине её сердца есть маленький уголок, отведённый для него. И ему было сложно напоминать себе о тех обстоятельствах, которые стоят между ними. Вместо ответа Алина лишь глубоко вздохнула. Переключатель на чайнике щёлкнул, и она повернулась, чтобы налить кипяток в чашки. В этот момент Алекс уже начинал чувствовать, что пора уходить.

— Так... Где Кир? Мне нужно с ним поговорить.

— Уехал на объект. У них какие-то расхождения в смете, — ответила она. Алекс кивнул. — Он скоро вернётся.

— У вас всё хорошо? — он сам не знал, действительно ли его интересует семейная жизнь друзей. Но быстро понял, что совсем не хочет слышать ответ.

Алина грустно кивнула.

— Да... О детях мы больше не говорили...

Алекс сжал губы, не зная, что сказать. Он почувствовал облегчение, когда Алина решила сменить тему.

— Я вот что хотела рассказать. Помнишь, я начинала писать книгу? Ещё тогда... В Нижнем.

— Конечно, помню, — Алекс посмотрел девушке прямо в глаза. Он был уверен, что в этот момент в памяти Али вспыхивали такие же воспоминания, как и у него.

— Так вот, я поделилась несколькими страницами на семинаре, и доктор Крылов заинтересовался. Сказал, что поможет опубликовать книгу на сайте и даже договорится с издательством.

– Ух ты. И ничего взамен не попросил? – с опаской поинтересовался он.

– Ты и правда прирождённый полицейский. Надеюсь, не собираешься преследовать моего начальника? – засмеялась Алина. На её пронзительный смех невозможно было не ответить. – Он попросил только упомянуть в книге, что я работаю в его больнице. Наша клиника – это всё, о чём он думает днями и ночами. Он хочет привлечь больше пациентов. Всё больше людей не доверяет нашим врачам и едет в столицу, а мы стремимся к тому, чтобы люди везде могли найти достойную помощь.

– Я тоже пытаюсь заслужить доверие людей... Но пока не очень-то получается.

– Ты обязательно найдёшь его, – уверенно сказала Алина. Алекс поднял вопросительный взгляд. Она смотрела на него с такой глубокой верой и восхищением, что было трудно подавить желание отшвырнуть этот стол и прижаться к ней всем телом. В какой-то момент они оба осознали, насколько долгим был их зрительный контакт, и в комнате повисла тяжёлая неловкость. – Не представляю, кто мог такое натворить... – добавила Алина, опустив взгляд.

Алекс заставил себя отвернуться.

– С новым напарником мне теперь всё нипочем... – саркастично заметил парень.

– Новый напарник? Молодой? Или тебе достался старик со странностями?

– Скорее... Молодая – со странностями. — добавил друг.

– Женщина? – удивилась Алина. – Ничего себе. Она… красивая?

Алекс фыркнул. Этим вопросом Алина ещё больше сбила его с толку. Почему-то рядом с ней было особенно неловко говорить о женщинах.

– Какая разница? Она моя коллега и практически начальник. Я вообще не обращал внимания на её внешность.

Алина рассмеялась так, что Алекс почувствовал, как его уши начинают краснеть, а к щекам приливает тепло. Не дай бог, она заметит румянец на его бледном лице, тогда он точно сорвётся и убежит, как школьник.

— Перестань, Алекс. Мужчины всегда обращают внимание на внешность. Меня не проведёшь, я ведь психотерапевт, помнишь? Просто думаю, может, тебе стоит обратить внимание на неё? А то всё один да один.

— Мне нравится моя жизнь. Нравится быть одному и проводить время с вами.

Алина внезапно нахмурилась.

— Ты не должен оставаться в одиночестве. Мы с Кириллом не можем заменить того человека, с которым ты захочешь разделить свою жизнь. Тебе нужна женщина.

— Аль, я... — Алекс даже сам не знал, что хотел сказать. Возможно, он уже был готов выпустить наружу бушующий внутри него огонь. Но в этот момент входная дверь неожиданно открылась. В комнату вошёл Кирилл.

– Привет, чем занимаетесь? – У Алекса сразу закружилась голова. Он хотел резко встать, но через мгновение осознал, что его охваченное жаром тело может упасть в обморок. Что это? Чувство вины?

– Как продвигается расследование? – Кирилл подошёл сзади и дружески похлопал друга по плечу. Алина подошла к мужу, и он обнял её, поцеловав в губы. Алекс не выдержал, резко вскочил с места и вышел в коридор.

– Подожду тебя на улице. Надо поговорить, – бросил он другу, быстро надевая кроссовки.

Кирилл не заставил долго ждать. Вышел следом, лишь накинув ветровку.

– Что с тобой? Выбежал, будто тебя змея укусила. – Блондин подошёл к приятелю, который сидел на лавочке. – Что-то случилось?

– Стало душно.

Кирилл присел рядом, немного озадаченный поведением приятеля.

– Я имел в виду то, зачем ты приехал.

Алекс поднял глаза, которые бегали из стороны в сторону.

– Насчёт расследования… Мы проверяем сотрудников стройки, так что будь осторожен.

– Осторожен? – нахмурился блондин.

– К тебе могут прийти за показаниями. Либо мы с капитаном, либо другая группа следователей. Просто говори всё как есть, ладно?

– Да мне и незачем что-то скрывать.

– Знаю, просто… отвечай на вопросы и не добавляй ничего от себя, договорились?

– Как скажешь.

– Наша новая капитан подозревает, что есть связь со стройкой. Может потребовать документы по проектам.

– Понял. Если что, у меня всё готово.

– Хорошо. – Алекс встал, сжав плечо друга.

– Опять уходишь? Даже не поел ничего. Алина волнуется.

– Я должен вернуться в участок. Поедим в другой раз.

– Сначала пообещай, что придёшь.

– Приду. Как только хоть что-то станет ясно. Не могу сидеть сложа руки, пока этот урод бродит по улицам.

Кирилл только кивнул в ответ, понимающим взглядом посмотрев на друга. От этого в груди ещё сильнее защемило.

Почему всё именно так? Почему Кирилл такой чистый, неравнодушный человек, всегда стремится помочь с чужими проблемами и переживаниями? Почему он его самый близкий друг? А Алекс — всего лишь жалкий завистник… Почему? Почему это должна быть именно она?

?

Глава 7
Первый допрос

Не доверяйте снам — утро настает всегда.

Дэнни Шейнман

Квантовая теория любви

Когда к вечеру Алекс вернулся в участок, Олег уже час как сидел в допросной. Об этом лейтенант узнал только после того, как спокойно выпил стакан кофе, а затем с трудом сдерживая злость, понёсся по коридорам. Ворвавшись в кабинет, где собралась почти вся команда и где Лика выступала главным зачинщиком, разъясняя план допроса, Алекс тут же поймал её взгляд.

— Что вы натворили?! — Алекс изо всех сил старался сдержать крик. Лика молча положила на стол документы и вывела лейтенанта в коридор, закрыв за собой дверь.

— А в чём проблема? Я выполняю свою работу, а вот где вас носило весь день...

— Вы просто взяли и привезли его сюда? — перебил Алекс. — Зачем??? — Лика прикрыла глаза, стараясь не повышать голос, что у лейтенанта уже почти не получалось. — Дайте мне с ним поговорить.

— Что? — Лика округлила и без того большие зелёные глаза. — Я не перестаю вам удивляться, лейтенант. Пропадали где-то с утра, а теперь думаете, что я отдам вам подозреваемого, да ещё и после того, как вы пытались его выгородить?

Брови Алекса сошлись на переносице, а глаза, полные разочарования, расширились.

— Вы совершили ошибку, — отрезал Алекс. Он обошёл девушку и, открыв дверь, обернулся. — Удачного допроса, — бросил напоследок и, войдя внутрь, так хлопнул дверью, что у Лики на пару секунд заложило уши.

Четыре часа капитан Герасимова задавала Олегу одни и те же вопросы, но подозреваемый упорно молчал. Тем временем дежурные сообщили, что родители парня рвутся в участок, чтобы увидеть сына, применяя к полиции все известные проклятия.

Сидя перед односторонним зеркалом и скрестив руки на груди, Алекс наблюдал за немного нервным, но внешне спокойным парнем, который явно не собирался ничего говорить, отлично зная, что времени у полиции в обрез. Он понимал, что очень скоро им придётся отпустить его.

— Да сколько можно?! — возмущалась Лика Романовна, к удовлетворению Алекса. — Говори, откуда ты знаешь этих людей? — В сотый раз она поднесла к его глазам одно и то же фото, но он продолжал молчать, как рыба, лишь время от времени крепко сжимая кулак.

После ночи в комнате, размером с кладовку, Олег потерял терпение и начал невнятно отвечать.

— Я не знаю этих людей.

— Тогда почему фотографировался с ними? — нервно задала Лика вполне логичный вопрос, но было уже поздно: парень давно понял, что у полиции нет преимуществ.

— Не знаю… Наверное, сфотографировались на какой-то вечеринке. Я часто встречаю там разных людей…

От такой забавной выдумки Алекс даже рассмеялся, и вся команда посмотрела на него с недоумением. После почти двадцати часов допроса, вымотанная и бледная Лика Романовна вошла в кабинет, оставив Олега в одиночестве. Лейтенант молча наблюдал за подозреваемым, пока девушка усаживалась рядом, и как только она выдохнула, плюхнувшись в стул, с деловитым видом взглянул на запястье.

— Ещё сутки, и Олег сможет отправиться домой. Вы ведь не собираетесь его больше задерживать?

Лика устало подняла взгляд, прекратив растирать виски.

— Успокойтесь, лейтенант. Он бы вам всё равно ничего не сказал. Умный, гад. Знает, что нет причин его задерживать. Вы всё ещё считаете его невинной овечкой?

— Да я никогда так и не думал.

— А кто говорил мне, что его нельзя пугать и нужно быть с ним вежливыми? Где теперь ваша снисходительность?

— Сразу было ясно, что ему есть что сказать, но нужно уметь находить общий язык с людьми.

— Хм. Хотите сказать, что я этого не умею?

— По-моему, вы только что это доказали.

Вместо слов от такой явной наглости Лика лишь смогла раскрыть рот от удивления, но Алекс был слишком раздражён, чтобы это заметить. Он молча поднялся, поправляя на себе джинсовку.

— Куда это вы собрались?

Лейтенант, не сказав ни слова, взял со стола конверт и достал несколько бумаг.

— Вот, взгляните.

Лика пробежала глазами по списку фамилий на одном листе и именам с цифрами на другом.

— Что это? — уставший мозг девушки уже с трудом воспринимал информацию. Парень вырвал бумаги из её рук и, взяв карандаш, начал обводить фамилии.

«Завьялов Олег», «Терентьева Алиса», «Евдокимов Станислав».

— Эти трое забронировали номер в доме отдыха за неделю до смерти Алисы.

Лика не смогла скрыть своего удивления. С широко раскрытыми глазами и приоткрытыми губами она выглядела одновременно забавно и немного мило.

— Ты нашёл того парня?

— После визита к старику я подумал, что молодая пара не просто так была возле базы отдыха. Вот и решил заглянуть в администрацию. — Лика прикрыла рот рукой и посмотрела на Олега. — Сотрудники базы отдыха «Сокол» также сообщили, что у них есть камеры хранения, и одна ячейка до сих пор числится за этой компанией. А для открытия замка необходим код.

— Чёрт… — выругалась капитан. — Ты хотел…

— Я хотел, чтобы Олег её открыл. Ждал его приезда, чтобы установить слежку, но теперь… Он даже близко к этой камере не подойдёт. И уж точно ничего не скажет.

– Значит, вся эта чушь про дружбу... – Лика, сама не замечая, повысила голос. Хорошо, что из кабинета в допросную не могло проникнуть ни единого слова. – Ты хоть понимаешь, что ввёл в заблуждение старшего по званию?

– А вы бы отказались от идеи привезти его сюда? Вам же людей допрашивать, как воды глотнуть. Скажи я всё, о чём думаю – вы бы ещё раньше его достали.

– Вот дурак. – Лика оперлась руками о стол, тяжело дыша от гнева. – Какой же замечательный напарник мне попался. Может, пожаловаться на вас, лейтенант? Пусть вас отстранят. И больше никто не будет мешать нормально раскрывать дело.

– Вижу, как у вас «нормально» идут дела. Время уходит, а подозреваемый молчит. Чувствуете, как оно ускользает сквозь пальцы? Жалуйтесь кому угодно, но вы прекрасно знаете, что одним допросом тут не обойтись.

Алекс повернулся к двери, но Лика удержала его за рукав.

– Куда это ты собрался?

– Успокаивать родителей. Что-то мне подсказывает, что вы сейчас не в состоянии исправлять свои промахи. – После этих слов Лику затрясло. Она так посмотрела на лейтенанта, что у того похолодело под лопатками. – Отдохните. – сухо бросил он, захлопнув дверь.

Пока поднимался по лестнице, почти собрался с духом, но глаза разгневанных родителей Олега вернули его в реальность, в которой он ощутил лишь сожаление и вину за случившееся.

– Вот он! – начал отец издалека. – Добренький полицейский... Верните мне сына, иначе я на вас всю областную прокуратуру натравлю!

– Где наш сын? – поддержала его жена.

– Прошу вас, успокойтесь, – начал Алекс, протягивая руку вперёд. Мужчина подошёл почти вплотную, и лейтенант вынужден был отшатнуться, но всё же выдержал суровый взгляд старика. – Мой сын ни в чём не виноват! – голос мужчины эхом разнёсся по всему участку.

– Олега скоро отпустят, — заверил Алекс, глядя тому в глаза.

– Когда? – вмешалась женщина.

– По закону его должны отпустить менее чем через сутки. Не волнуйтесь, ваш сын в полном порядке. Это просто недоразумение.

– Недоразумение? – вспыхнул отец Олега. – Недоразумение – это ваша полиция. У вас не было никаких оснований арестовывать моего сына!

– Возможно, вы правы, – сказал Алекс усталым голосом. – Но, если будете здесь кричать, появится повод задержать вас. – Алекс бросил взгляд в сторону дежурного поста. – Они это сделают, могу поспорить.

После этого мужчина нервно выругался, но заставил себя сесть.

— Вы нас обманули, лейтенант, — заявил старик уже более спокойно.

— Знаю… Ваша ненависть вполне оправдана, но иногда у полиции просто нет выбора…

Мужчина долго вглядывался в задумчивое лицо парня.

— Олег — наш единственный сын, — сказал мужчина с дрожью в голосе. — Он не мог пойти на преступление… Я его знаю… Он не мог.

Лицо мужчины вдруг отразило весь страх и боль, которые за ребёнка.

— Я вам верю, — сказал Алекс, взглянув на плачущую мать. — Идите домой. Олег скоро вернётся.

— Нет... Мы останемся здесь.

— Как хотите. Только прошу вас, без лишнего шума.

Алекс покинул пару только после того, как мужчина одобрительно кивнул. Войдя в кабинет, он сел за компьютер, и пока искал адрес по данным переписи населения за прошлый год, Лика подошла сзади.

— Теперь следить за Стасом не получится, — сказала она.

— Конечно, — ответил лейтенант. — Будем надеяться, что после громкого ареста Олега он не успел скрыться.

Стас жил вместе с матерью в стареньком доме возле железной дороги. Их бедность была видна издалека: прогнивший забор и облупившаяся побелка сразу бросались в глаза. Лика и Алекс припарковали машину неподалеку, стараясь не привлекать внимания, и направились к калитке, за которой виднелся небольшой дворик. Парень аккуратно перекинул руку через калитку и тихонько отодвинул засов, стараясь избежать скрипа. Он поднялся на крыльцо и постучал. Было позднее утро, и холодный воздух проникал под куртку, заставляя дрожать, поэтому он постучал снова, на этот раз более настойчиво. Спустя несколько минут тишины и без каких-либо признаков движения внутри, они начали искать способ попасть в дом. Алекс, словно руководимый шестым чувством, повернул голову вправо и заметил медленно открывающуюся дверь сарая. Он жестом попросил Лику соблюдать тишину и осторожно пошел по сырой траве. Утренний туман почти рассеялся, но видимость ещё была ограниченной. Лейтенант осторожно и тихо ступал по мягкой земле, пока дверь продолжала открываться. Из-за створки показалась русая голова. Светлые глаза на мгновение блеснули в тёмном пространстве сарая, и худенький парнишка кинулся бежать. Алекс был готов к этому. Он рванулся с места, не обращая внимания на заборы и разросшиеся кусты соседской смородины. Они пробежали через несколько огородов и пересекли улицу с брусчаткой. Парень мчался через чужие клумбы и веранды, сбивая и разбивая цветочные горшки. Когда вдалеке, примерно в пятистах метрах, показалась чья-то машина, полицейский собрался с силами и приготовился к решающему рывку. Как только парнишка взобрался на капот и поскользнулся на его глянцевой поверхности, лейтенант ринулся вперед и сбил его с ног, при этом сам упал на пыльный асфальт. Парень тоже с глухим хлопком приземлился на пыльную дорогу. Пока он катался по земле и стонал от боли, Алекс медленно поднялся, шатаясь подошёл и заглянул ему в лицо.

– Привет, Стас.

Спустя минуту подоспела Лика. Лёгкие горели. Крепко удерживая Стаса и подавляя кашель, лейтенант надел на него наручники.

Подозреваемого доставили в участок и усадили за стол в комнате для допросов. Следов побоев на нём не было, но он выглядел как отбитый кусок мяса: лохматый, поникший, в изрядно перепачканной одежде, а глаза словно залиты красным соусом. Вёл себя как одна большая нервная клетка: время от времени дёргался, как перепуганный зверёк, а оказавшись на стуле, затряс коленом так сильно, что Алекс даже через стену слышал звон наручников.

Дверь была приоткрыта. Шаги Лики Романовны раздались в коридоре, и Алекс выглянул из кабинета.

— Товарищ капитан! Можно на пару слов?

Лика посмотрела на дверь допросной и, немного подумав, последовала за лейтенантом.

— Что случилось?

— Я хочу присутствовать на допросе.

— Лейтенант, пожалуйста… Не до твоих выходок сейчас. У меня за стеной подозреваемый.

— Обещаю, я не скажу ни слова.

Голова шла кругом. Измученная сегодняшним днём, Лика не могла спорить, да и знала, что это бесполезно. Она молча вошла в допросную, ничего не ответив. Алекс и Лика сели за стол. Стас продолжал трясти коленом, уставившись в пол. Капитан протянула парню фотографию, которую вынула из папки. С мучительным вздохом задала вопрос, который, казалось, уже резал язык.

— Стас, ты знаком с этими людьми? — Парень даже не взглянул на фото. Так и продолжал сидеть с закрытыми глазами. — Ты знал Алису? — Прикрыв глаза, подозреваемый прерывисто вздохнул, как будто его сейчас стошнит. Но продолжал упорно молчать. Алекс достал из кармана куртки телефон и, подперев локоть руки, в которой был зажат гаджет, уставился в экран. – Это ты убил её?

После этого вопроса парень отшатнулся и побледнел. Казалось, его стошнит в любой момент. Он склонил голову, словно собирался освободить желудок, но опираясь на колени всего лишь тяжело выпустил из лёгких воздух.

– Расскажи, что произошло, и мы постараемся тебе помочь, – продолжала Лика. – Она отвергла тебя? На фотографии ты обнимаешь Алису. Возможно, она сказала «нет», и ты рассердился? – Услышав это предположение, Стас медленно поднял голову и посмотрел на Лику так, словно готов был вгрызться зубами её в горло. – Что Алиса такого сделала, что ты убил её?

В одно мгновение все нервы Стаса стали ощутимы, когда он с силой дёрнул наручники, чуть не сломав себе запястья, и громко, протяжно закричал. Затем он начал плакать, склонив голову, и биться головой о стол.

– Это я! Это я! – закричал парень, ударяясь лбом о железную поверхность. Лика и Алекс бросились к нему, чтобы остановить, но когда дежурные офицеры вбежали в комнату и схватили молодого человека под руки, он начал ещё сильнее вырываться и кричать. – Это я во всём виноват! Я во всём виноват! Я виноват!

Парня скрутили на полу, хотя, возможно, это было излишним, так как после нескольких выкриков его тело обмякло и, обессилев, упало, продолжая сотрясаться от рыданий.

– Он не убивал… – заключил Алекс, уставившись на уже мирно сидящего подозреваемого, уткнувшегося лицом в стол. Лика стояла рядом и они оба наблюдали за бледным и худым парнем, из которого будто высосали все силы.

– Откуда такая уверенность? — её брови взлетели вверх в насмешливом выражении.

— Посмотрите на него… — Лейтенант уставился на Лику, словно всё происходящее до невозможности очевидно. — Он же сам сейчас умрёт только от одной мысли об этом. — Вздыхая, Алекс потёр лицо — всё-таки сутки без сна давали о себе знать. — Он худой и ростом почти такой же, как Алиса. Чтобы взять кусок дерева и забить человека, нужно как минимум четверо таких, как он.

— Ну знаешь, человек и на большее способен. Я видела многих, кто с виду не похож на преступника, а на самом деле… — Алекс обратил взгляд к девушке. Впервые стало интересно, над чем же она работала раньше. — Может… его накрыло сильное чувство вины, когда понял, что натворил?

Алекс усмехнулся и повернулся к Лике, качая головой.

— Думаете, тому, кто так убивает, знакомо это чувство?

— И что теперь с ним делать?

Алекс посмотрел в окно.

— Разрешите мне поговорить с Олегом.

— Какой в этом смысл? Его выпустят через пару часов. Зачем ему сейчас говорить?

— У каждого есть причина молчать, как и причина говорить.

Лика нахмурила брови.

— О чём ты?

— У нас всё равно нет других вариантов. Позвольте мне попробовать.

— Просишь разрешения? — улыбнулась девушка. — Я думала, ты сам себе хозяин.

— Иногда бываю... Но… теперь обещаю, что впредь обо всём буду докладывать.

– Ну раз так – разрешаю.

Когда лейтенант вошёл в комнату, Олег тут же бросил на него удивлённый взгляд. Конечно... Он уже мечтал поскорее отправиться домой, но Алекс не был готов так просто отпустить его.

– Привет, Олег! – лейтенант уселся за стол, доставая из кармана телефон. – Поговорим?

Прежде чем ответить, парень сделал скучающий вид.

– Я же сказал – ничего не знаю.

– Понятно… – Алекс понимающе кивнул. – Я просто подумал, вдруг ты что-то вспомнил и захотел нам помочь…

– Он что, ему денег должен? – не выдержал майор, стоя по другую сторону зеркала. Лика, стоявшая рядом, глубоко вздохнула, почти пожалев о своём решении. – Что это за допрос?!

– Нет, ничего такого... – сказал подозреваемый.

– Хорошо. Раз ты не хочешь говорить, придётся мне поболтать. Тебе ведь всё равно ещё полтора часа тут сидеть, а потом тебя отпустят. Кстати, твои родители ждут внизу. Я немного их успокоил. Знаешь, твой отец уверен, что ты не мог сделать ничего плохого. Так хочется ему верить... – Олег старался сидеть прямо и не показывать волнения, но по его напряжённым скулам и горящему взгляду было видно, как он напрягся. Алекс подался вперёд. – Как думаешь, каково будет им, если выяснится, что ты причастен к ужасному преступлению?

В тёмных глазах Олега мелькнула искра вины, но он быстро собрался и вернул себе самообладание.

— Я ничего не знаю, — усмехнулся парень. — Они, типа, прислали доброго полицейского? Если я не виноват и у вас нет улик, это не поможет.

Алекс слегка усмехнулся.

— Лично я себя добрым не считаю.

— А какой ты тогда, крутой?

— Нет... — ответил Алекс. — Крутая была передо мной, — после этих слов Олег подавленно засмеялся. — Просто у неё не было того, что есть у меня.

Алекс взял в руки телефон и медленно разблокировал экран.

— Снова будете показывать дурацкие фото?

– Нет, кое-что получше. Видео.

Алекс нажал на кнопку «Плей» и повернул экран к собеседнику. В пустом помещении крики Стаса звучали особенно громко. Все присутствующие едва не отпрянули от стекла, когда Олег с громким звоном наручников вскочил с места, перевернув стул. Его глаза полыхали гневом и беспомощностью, и лейтенант впервые ощутил гордость за свою интуицию.

– Почему так испугался? Радоваться должен. Мы нашли убийцу, и он даже признался, так что можешь передать своим родителям — всё в порядке. Пусть спят спокойно. – Олег задышал прерывисто, не в силах найти слова, а лейтенант спокойно поднялся на ноги. – Сейчас позову патрульных, чтобы сняли наручники. Внизу тебе отдадут твои вещи. Ты свободен, – сообщил он, задвигая стул.

— Что он себе позволяет??? — возмутился Аркадий Борисович, а Лика с напряжением оперлась о стол. — Он пошёл заявить, что его отпустят? Они что, давние знакомые?

— Стас тут ни при чём, — неуверенно сказал Олег.

— Что? — переспросил Алекс, делая вид, что собирался уйти.

— Стас никого не убивал. Пожалуйста, отпустите его!

— Так… значит, вспомнил парня?

Глаза Олега метались в отчаянии.

— Я всё расскажу, только… пожалуйста, отпустите Стаса.

Алекс вернулся к столу и взялся за спинку стула.

— Это зависит от того, что именно ты расскажешь.

Глава 8
Откровение

Не жалей умерших. Жалей живых, и в особенности тех, кто живёт без любви.

Джоан Роулинг

Гарри Поттер и Дары Смерти

– Кто убил девушку?

– Не знаю! – ответил Олег, взглянув на Алекса с раздражением и ноткой мольбы в глазах. – Я не знаю, кто это сделал. Но у меня есть догадки, почему.

– И почему?

По выражению его лица было видно, как сильно он не хотел раскрывать правду. Его губы плотно сжались, как и руки в кулаки.

– Кажется…, она связалась с нехорошими людьми.

– Что за люди?

– Я не знаю. Знаю только, что она продавала их продукцию. Кажется, это был какой-то интернет-магазин. Был только один человек, который однажды объяснил ей условия работы, а потом исчез.

– Скажи, а что вы оставили в камере хранения?

Олег поднял испуганные глаза и быстро заморгал, пытаясь скрыть растерянность.

– Какую камеру?

– Я знаю, что ты занял ячейку в доме отдыха. Ты ведь можешь её открыть?

– Послушайте, я всё расскажу, – голос Олега задрожал. Он нервно потёр лицо. – Только пообещайте отпустить Стаса.

Алекс нахмурился.

– Я не могу давать такие обещания. Но сделаю всё возможное. Если он действительно невиновен, его сразу отпустят домой. Почему ты так за него переживаешь?

– Он… – фыркнул Олег, – просто глупый парень, который влюбился. Я не знаю, что конкретно произошло у них с этой девушкой, но он был готов ради неё даже на смерть пойти. Совсем обезумел.

– А ты...

– А я обещал его брату присматривать за ним, – в глазах Олега появился печальный отблеск. – Мы с Андреем вместе учились и служили в армии, да и всё детство бок о бок провели. Когда он уезжал в столицу, я пообещал помогать его семье. Потом Стас и Алиса начали встречаться. Они хотели уехать куда-то, поэтому Стас брался за любую работу, какую только мог найти, чтобы накопить денег. Но... он был слишком беден.

– Алиса передумала ехать с ним?

– Да нет же... – возразил Олег, – как раз наоборот. Она тоже старалась заработать. Даже хотела устроиться официанткой в ночной бар, тайно от него, потому что видела, как ему трудно. Однажды она пришла ко мне и попросила спрятать коробку с чаем.

Алекс поднял глаза на собеседника, и по его спине внезапной волной пробежали мурашки.

– Что ещё за чай?

– Она сказала, что устроилась курьером в интернет-магазин и должна была доставить товар. Заказчик должен был передать ей деньги, и половина из них предназначалась ей. Но на месте доставки никого не было. Там оказался просто пустой заброшенный дом. Она испугалась и приехала ко мне. Согласно правилам сайта, за несвоевременную доставку и порчу товара предусматривался штраф, поэтому она боялась, что что-то случится с товаром. Она хотела его вернуть, но на её сообщения никто не отвечал. И человек, который её консультировал, тоже оказался недоступен.

– Хочешь сказать, что Стас ничего об этом не знал? – усмехнулся Алекс. – Тогда почему он пытался убежать от меня?

– На следующий день мы встретились с Алисой, чтобы спрятать коробку в доме отдыха. Я снял там номер на сутки, но нас заметил Стас. В общем, он занервничал и приревновал. Пришлось всё ему рассказать. Алиса подозревала, что с этой коробкой что-то не так.

– Вы её открывали?

– Нет. Просто оставили в камере хранения. Решили, что сразу отдадим, если кто-то объявится. Но никто не позвонил и даже не написал.

– Ты знаешь, что это был за сайт? – спросил Алекс, вырывая листок из ежедневника и протягивая его Олегу вместе с ручкой.

— Она не сказала. Тогда я не придал этому значения, думал, что на сайте просто ошиблись. Не понимал, почему она так переживает, пока не узнал о её смерти. Самое страшное было смотреть на Стаса...

Олег выдохнул с облегчением и выпрямил спину, словно сбросил с плеч мешок цемента.

— Пароль от ячейки? — сказал Алекс, пронзая парня требовательным взглядом.

Олег быстро кивнул и написал на листке несколько цифр. Лейтенант тут же взял запись и постарался запомнить, перечитав несколько раз.

— Лейтенант, — позвал парень, и Алекс поднял на него взгляд. — Это я спрятал коробку, и отвечаю за неё тоже я.

Их глаза на несколько секунд встретились в молчаливой схватке.

– Уверен?

– Уверен, – ответил Олег, с тревогой взглянув на наручники, сжимающие его запястья.

После успешного допроса Алекс отправился в комнату отдыха и попросил сержанта Коновалова сходить в ближайший магазин за свежими булочками. Утренняя прохлада проникала в приоткрытое окно, где синева медленно растворялась в солнечном свете. Лика подошла и оперлась на небольшой столик, пока Алекс ждал, когда кофеварка наполнится крепким напитком.

– Это было впечатляюще. Сегодня ты всех удивил.

На её явно восхищенный тон парень ничего не ответил, а лишь продолжал стоять, опершись о стол и сверлить взглядом чёрную столешницу. В его голове крутились беспорядочные мысли, пока что никак не желающие связываться воедино. Почему Алиса так боялась? Она с самого начала знала что ей нужно доставлять? Кто-то её подставил? Но кто и зачем? И почему, если она хотела вернуть товар, её убили?

Он протёр сонные глаза и наконец поднял взгляд.

— Ты молодец. — повторилась Лика.

– Я просто делаю свою работу. Вот поймаю убийцу – тогда будет повод для радости.

– В чём дело, – улыбнулась девушка. – Не любишь, когда тобой восхищаются?

– Да нет… — слабо улыбнулся парень, — Кто не хочет славы? Да и повышение не помешало бы.

– У тебя, оказывается, грандиозные планы… Есть талант. Но если не будешь слушать старших по званию, они тебе не помогут.

Не успела Лика закончить фразу, как в комнату, распахнув дверь, вошёл Коновалов с бумажным пакетом в руке и подойдя к лейтенанту возбужденным шагом, хлопнул того по плечу.

— Молодчина… круто ты его расколол. Весь отдел на ушах. Даже старший кажется в хорошем настроении, впервые за несколько дней.

Ещё пара ребят, войдя в кухню, одобрительно улыбались Алексу, а один даже уважительно кивнул.

Алекс дёрнул уголком губ, нахмурился и отвернулся, чтобы налить чашку кофе. Он не чувствовал облегчения. Он вообще не чувствовал ничего хорошего. А лишь растерянность и беспомощность. Чувствовал, что ничего не может, что он слишком глуп, чтобы разобрать в случившемся. От напряжения мозг почти кипел, а в голову так и не пришло ни единой верной идеи.

Когда все разошлись, взяв с собой по чашке кофе, Лика сбросила с лица задумчивость.

– Кажется, тебя тут уважают.

– Не понимаю, за что…

– Как ты догадался, что Олег защищает парнишку?

– Только дурак станет молчать, когда его обвиняют в убийстве. Или тот, кто не хочет подставить близкого. Сначала подумал, что он боится за родителей, но, когда я говорил про них, он не подал виду, хоть и нервничал. Тогда понял, что дело в троице с фото. Тем более, что остались только двое. – Алекс хрипло вдохнул. – А по правде говоря, я просто перебирал варианты.

– Ты уверен, что Олег говорит правду?

– Проверим. У нас есть код от камеры.

– Как думаешь, что там?

Алекс задержал взгляд на стакане с кофе, сжимая его дрожащими пальцами.

– Боюсь, что там вовсе не чай, – произнёс он тихо, словно опасаясь, что его мысли могут стать реальностью. – Надо ещё раз поговорить со Стасом. Он должен знать об Алисе больше.

Парнишка лежал, положив голову на стол и подложив под неё руки. Он не шелохнулся, когда лейтенант поставил перед ним кофе и пакет с булочками.

– Эй! – Алекс сел напротив и пару раз ткнул пальцем в неподвижную руку. – Я принёс поесть.

Парень медленно поднял голову. Его глаза стали ещё краснее, взгляд расфокусировался, и он протёр их грязным рукавом толстовки.

– Можно мне простой воды?

Алекс махнул в сторону одностороннего зеркала, за которым команда привычно наблюдала за происходящим.

– Сейчас принесут, – сказал лейтенант, прочистив горло и сцепив руки в замок. – Слушай, Стас…, помоги себе, расскажи что случилось? — На лице парня мгновенно проявилась гримаса горя и боли. Он вдохнул так глубоко, что его кожа стала ещё более бледной. — В чём ты там виноват?

В комнату вошёл патрульный со стаканом воды, и Стас буквально выхватил его из рук полицейского. Выпив всю воду, поставил стакан дрожащими, исцарапанными руками.

– Постой! – лейтенант остановил дежурного и указал на руки задержанного. – Сними-ка.

Патрульный недоумённо взглянул на Алекса, но всё равно медленно отстегнул наручники. Стас болезненно поморщился от прикосновений к красным полосам на запястьях.

Как только патрульный ушёл, парень поднял взгляд с застывшими в них слезами.

– Её… правда убили? – в мутном взгляде читалась отчаянная надежда, словно он ждал, когда развеют его кошмар последних дней. Алекс кивнул, глядя прямо в его пасмурные серо-голубые глаза, которые тут же медленно опустились.

– Она… мечтала уехать со мной в столицу… и поступить в институт. – Подбородок парня задрожал. – Она ездила сдавать экзамены, пока я пытался заработать денег на переезд. Я обещал ей, что всё будет хорошо…

– Она что-нибудь говорила о своей работе?

– Молчала. Знала, что я не позволю ей работать за копейки в этом вонючем баре. Но… ей оставался один экзамен. Времени было мало. – Стас вытер рукавом крупную слезу. – Если бы я зарабатывал больше, ей не пришлось бы искать деньги.

– Значит, про сайт ты ничего не знаешь?

Стас покачал головой.

— Я узнал о нём от Олега. Дурак…, думал о ней плохо. Думал, что они…С ума сошёл, когда увидел её с тем мужиком возле бара.

— С каким мужиком? — нахмурился Алекс.

— Это было пару месяцев назад, когда она хотела устроиться официанткой. Какой-то мужик подвозил её домой. Она сказала, что это владелец бара и что они уже договорились о её первой смене. Но я сразу запретил ей туда устраиваться, и она пообещала, что не станет.

— Как назывался бар, помнишь?

— Эмм… недалеко от рынка, в конце центральной улицы. Великан… вели… «Виллиан». Да, так он назывался.

Алекс сделал запись в тетради.

– Тот владелец бара. Как он выглядел?

– Честно сказать, я не особо его разглядел. Тогда я был очень взволнован. Помню только, что он был высокий и крепкий.

– Понятно… А Алису ты в тот день видел? – Стас поднял вопросительный взгляд. – В день, когда она... — попытался уточнить лейтенант. Казалось, если договорит, то Стас упадет замертво. Настолько сильно тот побледнел. Парень задумался, затем нервно вздрогнул и покачал головой. Алекс выдохнул, внимательно разглядывая его дрожащие, потрескавшиеся губы.

– Стас, понимаешь, если ты расскажешь всё как есть, мы быстрее найдём убийцу. Ты ведь этого хочешь?

– Я всё уже рассказал. В тот день мы не виделись, только созванивались.

— А ты знал про пустой дом? Неужели Алиса пошла туда одна и ничего тебе не сказала?

— Я же говорю, что узнал обо всём только в доме отдыха.

— Ну ладно... скоро откроем камеру хранения... — Стас заметно напрягся. — Олег дал нам код. Только вот не пойму, почему Алиса так боялась, если кто-то перепутал адрес?

— Я не знаю...

– Послушай, Стас! Твою девушку убили. – Алекс сглотнул, мысленно готовясь стать безжалостным. Не хотелось опускаться до такого, но работа требовала решительных действий. Если сейчас он позволит парню скрыть даже малейшую деталь, всё расследование может легко рухнуть. – Кто-то взял огромную доску и забил её до смерти. – Стас чуть не захлебнулся вдохом, подняв мокрые глаза, его губы затряслись. – Он бил её, пока она не утратила способность кричать. А когда перестала двигаться, разбил ей череп. – Парень скривился и, согнувшись пополам, издал сдавленный вопль. Он начал горько плакать. – По-моему, сейчас не время выбирать правду, которая удобнее. – продолжал Алекс.

Через несколько минут Стас, немного успокоившись, ухватился за стол, словно опасаясь потерять сознание.

— Да, мы вместе ездили в тот дом, — сообщил он, с трудом сдерживая слёзы. — Мы искали заказчика, но нашли много коробок с таким же чаем, как и в той, что была у Алисы. Но там… были не чайные листья, а таблетки.

Лейтенант тяжело выдохнул.

— Вы их открыли? — Стас кивнул.

— Только одну. Всё было странно, и мы решили проверить что внутри. Поэтому Алиса так боялась, — закончил парень. По его щекам без перерыва катились слёзы. Алекс медленно встал. В голове снова замелькали мысли, вызывающие волну тревожных и зловещих чувств. Тех самых чувств, которые он годами старательно пытался забыть. То, что произошло несколько лет назад не могло просто так вернуться спустя годы, ведь это казалось невероятным, но с другой стороны — в его работе такие дела — рутина. Возможно, он себя накручивает. Возможно…Но не обязательно.

Глава 9
Ошибка или выход

Но там, где все горды развратом,

Понятия перемешав,

Там правый будет виноватым,

А виноватый будет прав.

Иоганн Вольфганг фон Гёте

Фауст

К сожалению, Олегу так и не удалось вернуться домой. Алекс вместе с экспертом и следователем открыли камеру хранения. После тщательной проверки коробки и снятия отпечатков пальцев, у Олега не было шансов. И всем теперь было плевать, что на самом деле он хотел помочь несмышлёной парочке, и теперь сидит в камере. Всем, кроме Алекса. Он не готов был мириться с таким ходом событий, но как исправить положение пока не представлял. На первый взгляд, в небольшой картонной коробке, размером с обувную коробку, действительно был чай: белые, аккуратно уложенные пакетики с ярким цветочным ароматом. Все склонились над предметом, как над бомбой, и по грустным, смущённым лицам коллег было ясно – никто не хочет верить в подобный нонсенс. Только Алекс понимал, насколько это реально, прекрасно зная, как легко можно достать даже самые запрещённые вещества. Главный фактор их существования – налаженная система, которую обязательно должен контролировать умелый делец. Вся картина вырисовывалась в подсознании, как серое пятно, оставляя приторный осадок в горле: поставщики, дилеры, курьеры, планы встреч и переговоров.

Подавить в себе желание верить в реальность собственных догадок было непростой задачей. Едва успел Алекс сбежать и почти забыть о наркотиках, как они вновь обрушились на него ледяным облаком.

Что ж, это его работа. Он ведь с самого начала понимал, на что идёт, верно?

Во время обыска лейтенант старался найти как можно больше доводов для самоуспокоения. Работа отлично отвлекала, и он брал на себя максимум дел. Опрос персонала и осмотр помещений он завершил за пару часов, после чего присоединился к знакомому креминалисту.

— Что скажешь?

Вадим отвлёкся от дактилоскопической кисти, которой водил по глянцевой поверхности стойки ресепшн. Его рука замерла в воздухе, когда он поднял взгляд к лейтенанту.

– Что тебе сказать?

– Есть догадки, что в пакетиках?

– По первоначальным признакам тот же порошок, что был на пальцах трупа. – Алекс поморщился, услышав, как Вадим назвал Алису. – Ты разве не почувствовал запах?

– Почувствовал... — он грустно склонил голову и нахмурился.

– Думаю, после экспертизы я смогу точно сказать, что дело связано с наркотиками. – Уложив рабочие материалы в синий чемодан, Вадим снял перчатки и оперся спиной о косяк двери. – Чего ты так раскис? Радоваться должен – ты оказался прав. Думаю, Борисович будет доволен.

Представив, как начальник его нахваливает, Алекс немного усмехнулся.

– Да я... вообще-то теперь не знаю, хотел ли быть правым.

— Надеюсь, ты не боишься вернуться к прошлому? — Ответа не последовало. — Не думаю, что ты забыл старый урок. Тебе просто нужно делать свою работу. — наказал коллега. У него было взволнованное выражение на лице, как будто приходилось отпускать в дальнюю дорогу собственного ребёнка.

Выйдя из размышлений, Алекс криво улыбнулся и оторвался от стены с заметной усталостью.

— Я в порядке.

— Езжай домой и поспи. — Понимая, сколько ещё работы впереди, Алекс надул щеки. — Постараюсь подготовить отчёт к завтрашнему вечеру. — Вадим, взяв рабочий чемодан, посмотрел на дверной проём и, похлопав коллегу по плечу, направился к выходу, уступая дорогу вошедшей Лике Романовне.

— Другие две смены ничего нового не сообщили. Почти никто не помнит эту троицу, — начала девушка с порога. — Говорят, слишком много людей проходит за день. Сезон отдыха...

– Алиса с ребятами сняли номер всего на сутки. Вряд ли кто-то из сменщиков их заметил. — Алекс медленно прошёлся по комнате. На бледном лице проступили нотки волнения.

– Записи с камер уже предоставили. Нужно ехать в отдел и изучать.

– А что будет со Стасом?

Лика подняла усталый взгляд, не менее покрасневший, чем у напарника.

– Он не помнит адрес заброшенного дома, так что ему придётся показывать место наглядно, а затем сможет отправиться домой. Нужно дождаться результатов отпечатков. Олег возьмёт вину на себя… – неуверенно добавила девушка. Алекс разочарованно покачал головой. На самом деле всё довольно просто: Олег слишком заботится о мальчишке. Настолько сильно, что готов провести не один год в тюрьме. Но как же быть со справедливостью? Как Алекс должен поступать, когда человеческие чувства берут верх над ситуацией? В который раз он поражался, насколько сильные люди живут в этом городке: участливые, стойкие и смиренные. От этого понимания сердце сжималось от боли, и нужно было срочно его унять, иначе Алекс не будет готов работать дальше.

На мгновение могло показаться, что Лика ждёт от парня одобрения или подтверждения своих слов, но, стряхнув невидимую завесу, ответила так, как и должна была ответить капитан:

– Номер снял именно Олег. Он спрятал коробку, и если он хочет отвечать за всё сам, мы не имеем права мешать.

Злоба нахлынула на Алекса, как если бы машина без фар вывернула из-за угла.

– Вот только некому было бы помочь Алисе и Стасу, – преодолевая в себе пламя, Алекс перевёл дыхание. – Я обещал его родителям…

– Первое правило в нашей работе — никому ничего не обещай. Любое дело может так изменить твоё восприятие, что ты сам себе перестанешь верить. Тебе ещё многому нужно научиться, лейтенант.

— Что ж… тебя обыграли… – усмехнулся про себя Алекс.

– Только вот в этой ситуации нет правильного решения, – ответил лейтенант. – Если на коробке обнаружат отпечатки Стаса, нам придётся отправить за решётку двоих парней, которые просто хотели помочь девчонке. Но всё равно никому из нас не удалось её защитить…

После того как Стас немного отдохнул дома, разумеется, под присмотром патрульного, команда СОГ отправилась на поиски дома. В нескольких километрах от выезда из города находился старый, малонаселённый район, который администрация обещает перестроить уже несколько десятилетий. Однако на новых, ровных участках земли ежедневно возводились постройки, в то время как на старых территориях разрушались вековые, заброшенные дома. Конечно, здесь были и жилые бараки, и Алекс ещё из машины заприметил несколько из них для опроса.

Стас попросил остановиться у поворота, ведущего к лесному массиву с небольшой возвышенностью, там, где начиналось поле, скрывающее межгородскую трассу. Пройдя несколько сотен метров и неспешно осматривая покосившиеся избушки, парень вышел на открытое пространство и огляделся вокруг. Вся команда последовала за ним к узкой улочке между двухэтажным домом и деревянной хижиной. Пыльное покрытие улицы скрипело под ногами. Миновав прогнивший деревянный забор, Стас свернул за густую рощу сирени.

– Это здесь, – едва слышно произнёс юноша. Алекс заметил ещё у отдела, что из его поведения исчезли любые эмоции. С момента допроса он стал безжизненным, словно камень. Алексу казалось, что даже тюрьма не смогла бы ещё сильнее сломать беднягу.

– Уверен? – спросил Алекс, прищурившись и взглянув на небольшое здание с высоким чердаком, окно которого было наглухо заколочено.

– Заходим! – скомандовала капитан, когда Стас утвердительно кивнул.

Стас, отказавшись от ожидания в машине, вызвался помочь осмотреть комнаты, показать таблетки и подробно описать день, когда он и Алиса сюда пришли. Ведомый, вероятно, последним порывом, Стас рассказал, что они с Алисой вошли в дом, немного испугавшись его состояния. Он прошёл по коридору в самую большую комнату, где у стены стояли коробки, похожие на спрятанные в камере хранения. Нарушив его просьбу ждать на улице, Алиса вошла следом. Осознав, что в доме никого нет, они решили распечатать одну из коробок. Увидев там пакеты с таблетками, они быстро ушли. Всё было ясно и достоверно. Даже их нетронутые следы на пыльном полу подтверждали сказанное, вот только никаких таблеток там не оказалось. Группа обошла каждый угол, обыскала чердак и даже погреб во дворе, но не нашла ни малейшего намёка на таблетки.

– Ты уверен, что не перепутал дом? – спросил Алекс, отведя парня в сторону, пока криминалист и следователь продолжали свою работу.

– Уверен. Это точно было здесь, – на потемневшем лице Стаса застыло тягучее безразличие. Хотя иногда в его глазах мелькала боль, основное каменное выражение не покидало его ни на секунду. – Я помню, как скрипела дверь и этот отломанный угол ступеньки...

– А таблетки? Может, тебе показалось? – выдохнул Алекс, прикуривая сигарету. – Может, никаких коробок и не было? — Впервые за этот день Стас посмотрел на лейтенанта с легким возмущением. Он стоял, опустив голову, расслабленно и безэмоционально, словно этот обыск лишил его всех сил, как будто это был его последний рывок. — Так... – сказал Алекс, положив руку на плечо Стаса. – Тебя могут еще вызвать для дачи показаний, так что будь на связи. А пока поезжай домой. Патрульная машина останется рядом. Как только придут результаты по отпечаткам, думаю, тебя оставят в покое.

Стас продолжал стоять не двигаясь, и не поднимая головы.

– Олега… посадят? — выдавил он.

Алекс очень хотел промолчать, но что-то внутри заставляло его говорить, несмотря на навалившуюся усталость и стук в висках.

– Мы обязательно во всём разберёмся.

Парень, опустив голову в прощальном кивке, медленно направился к машине. Только теперь, наблюдая за неуверенной походкой Стаса, Алекс понял, насколько тот измотан, неминуемо ощутив это на собственной шкуре.

Ноги подгибались, а перед глазами мелькали тёмные пятна. После долгих уговоров Лика всё же смогла уговорить лейтенанта поехать домой и немного поспать, что оказалось для него настоящим испытанием. Он долго не мог успокоить свой разум, ворочаясь на подушке и перебирая в голове сотни сценариев произошедшего и десятки подозреваемых из окружения Алисы. Так всегда ведётся любое расследование, и он отлично знал, что статистика свидетельствует: в большинстве случаев убийцу находят среди знакомых жертвы. Но что-то глубоко внутри, словно маленький паразит, удерживало мысль о том, что всё не так просто. В жизни Алекса ничего не бывает просто. Возможно, в городе действительно появился кто-то чужой, и пока следствие усердно копается внутри, снаружи будет продолжаться хаос. Размышляя о том, как направить расследование в нужное русло, лейтенант всё-таки заснул. И хотя он проспал всего пару часов, проснулся он с гораздо лучшим самочувствием. Ещё немного подумав, держа в руке телефон, Алекс окончательно отбросил сомнения и набрал старый, почти забытый номер, выудив его из самого конца списка контактов.

Приятель из прошлого не сразу ответил. Несколько минут заставил поволноваться. Пару раз сбросил вызов, но Алекс умел быть настойчивым.

— Алло, — раздался вялый голос в трубке.

— Привет, Стасик, — сказал лейтенант, прекрасно осознавая, что этот разговор не обещает ничего хорошего. Общение с наркоманом, а возможно, и с дилером, было не только неправильным, но и печальным. Однако Алексу было уже не до здравомыслия. Если это поможет раскрыть дело, он не станет бояться прошлого. — Это Алекс.

На другом конце линии воцарилась тишина. Несколько минут Стас, видимо, обдумывал, как ему реагировать, а может, и размышлял, что ему сулит этот разговор.

– Алекс? – переспросил парень. — Гордов?

– Да… Гордов. Ещё помнишь меня?

– Как тебя не помнить, приятель, – печально произнёс голос в телефоне. – Что… тебе нужно?

– Как ты вообще?

– Все супер… — протянул парень вялым тоном. Ты…позвонил чтобы узнать, как у меня дела? — он хохотнул.

— Извини, но нет. Мне нужна твоя помощь. Не волнуйся, это не потребует от тебя больших усилий.

– Прости, чувак, я не общаюсь с ментами. Пока.

– Стой! Подожди! – вскрикнул Алекс. – Не вешай трубку. Ты же знаешь, если потребуется, я всё равно тебя найду. Давай не будем доводить до этого. Мне просто нужна информация. Совсем немного.

Стас притих, а затем с напряжением выдохнул в трубку.

– Чего ты хочешь?

Глава 10

Жестокий конец

Увы, проходит жизнь, что нам дана, Прошедшее никто вернуть не может, Пусть будет пред тобою цель ясна.

В том, что рожден ты, не твоя вина,

Ты виноват, что жизнь напрасно прожил.

Мирза Шафи Вазех

После тревожной ночи в ожидании результатов обыска в доме отдыха, Алекс уселся в Ладу и поехал к участку по знакомой извилистой дороге. Из короткого разговора с приятелем он убедился, что о старых делах отца ничего не слышно. Все его партнёры и соратники либо сбежали, либо давно отбывали срок. Папин побег подкосил многих. А его схемы позволили полиции поймать мелких сошек, среди которых, к сожалению, были хорошие ребята, втянутые в опасную игру. Но в урагане выживает сильнейший, а в тёмном бизнесе — тот, у кого больше власти и денег. Все главные фигуры, как и отец, благополучно избежали наказания, оставив зависивших от них на произвол судьбы.

Конечно, можно было бы выдохнуть и сосредоточиться на деле, не отвлекаясь на посторонние мысли. Вернее, хотелось бы выдохнуть и успокоиться, но тревога никак не покидала разум. В голове роились вопросы, и пока что ни один из них не находил ответа.

Почему именно чай? Почему всё закручивается вокруг невинных ребят? Почему именно он ведёт это странное дело? Кто-то решил сыграть с Алексом в игру? Или это просто паранойя?

Почти успокоившись, он припарковал машину у входа. Чёрные кроссовки быстро промчались по бетонным ступенькам, и стеклянная дверь участка открылась перед ним. Лейтенант стремился как можно быстрее получить результаты экспертизы, а Лика с самого утра изучала записи об осмотре дома, закинув ноги на край стола и почти уложив папку с бумагами на живот.

— Результатов ещё нет?

Лика покачала головой и, переведя взгляд на напарника, приподняла брови. Сегодня он выглядел более человечно: в чистой белой рубашке и джинсах, глаза всё ещё немного красные, но цвет лица уже не такой бледный на фоне чёрной шевелюры, которую он, казалось, не считал нужным расчёсывать. Блестящие в свете жёлтой лампы волосы торчали в разные стороны. Это выглядело довольно мило, но Лика строго-настрого запретила себе улыбаться, глядя на его привлекательные черты.

— Сегодня выглядишь неплохо, — заметила девушка. — Новостей пока нет. — Алекс посмотрел в сторону лаборатории и задумался было пойти к Вадиму, как Лика перебила его мысли. — Не торопись. Скоро мы всё узнаем.

Задумавшись, Алекс присел на край стола.

– Лика Романовна, можно задать вопрос?

– Конечно.

– Вы так и не упомянули, какая у вас версия по этому делу.

– Почему это тебя интересует?

Алекс пожал плечами.

– У вас большой опыт, вы раскрыли множество дел. Мне любопытно.

– Хочешь сравнить наши мысли, чтобы понять, ошибаешься ли ты? – Алекс промолчал. – Не стоит подстраивать чужие догадки под свои. У каждого свои мысли. Ты должен оставаться объективным и уверенным в своей логике.

– Я понимаю. Но иногда кажется, что я слишком уверен, даже чересчур.

Лика нахмурилась, но глядя на его потемневшее лицо, не стала задавать вопросов.

– Хорошо, я поделюсь... – Убрав ноги на пол, Лика положила папку на стол и оперлась локтями на подлокотники кресла. – Думаю, Алиса и двое парней планировали заработать, но не ожидали, что всё зайдет так далеко. А осознав, что связались с опасной организацией, парни решили свалить всю вину на погибшую девушку. Ведь ей уже ничто не угрожает.

– Пф! – Алекс не смог сдержать эмоций, не веря, что такая привлекательная женщина может быть настолько циничной. – Не ожидал такого, да? – усмехнулась Лика, заметив недовольный взгляд парня. – У меня даже была версия, что Алиса нашла себе богатого покровителя и пыталась подставить ребят ради денег, а они убили её, когда узнали об этом.

– Боже мой… – пробормотал лейтенант. — По твоему все люди безжалостные звери.

– А если бы я заподозрила, что это сделал ты? – вдруг спросила капитан. Алекс повернул голову и немного растерянно встретился с её зелёными глазами. – Никогда не полагайся на чужие догадки. Доверяй своим. Даже если они кажутся невероятными.

Юноша притих, понуро уставившись в пол. Даже отчасти понимая, что он, возможно, прав, в свои догадки ему верить очень не хотелось.

— Выслушав Вас, теперь понимаю — мои версии адекватные. Спасибо…

В комнату быстрым шагом вошёл Вадим. На его лице застыло сосредоточенное выражение, но в движениях, когда он отодвигал стул, проступал явный энтузиазм. Все насторожились и оторвались от компьютеров и бумаг. Лейтенант первым поспешил к нему и не дав сесть, выхватил отчёт из его рук. Зная, сколько времени Алекс обычно тратит на разбор записей, эксперт ухмыльнулся, и, немного помедлив, решил озвучить результаты.

— На коробке с наркотиками найдены отпечатки Олега, — произнёс он. Перестав листать бумаги, Алекс поднял глаза. Они блестели от угасающей надежды и разочарования. — В коробке тот же наркотик, что был обнаружен на пальцах убитой.

Лейтенант сглотнул тяжёлый ком в горле.

— Ты... уверен, что только его? Больше никаких других отпечатков нет?

— Да, я уверен, лейтенант, — ответил Вадим с раздражением. Только злясь на Алекса, эксперт так его называл.

– Но Олег сказал, что сначала коробка была у Алисы и Стаса. Они ведь оба говорили одно и то же… На ней должны быть и их отпечатки. — проговорил парень с надеждой.

– Да, должны.., но их там нет. – выдохнула Лика, уставившись на напарника. — Он не глупый парень, скорее всего вытер коробку.

— Тогда почему оставил свои…? — окончательно потеряв все силы, Алекс медленно осел на стул.

– Нужно позвонить Стасу и сообщить, что он свободен. – Лика взяла телефонную трубку и набрала номер патрульного. Алексу казалось, что все клетки его мозга зазвенели, отчаянно пытаясь придумать спасение для Олега. В душе будто медленно угасал свет, который ещё несколько минут назад слабо мерцал, будто провода передавали ток на последнем издыхании. Вадим тихо подошёл к парню и дотронулся до его плеча.

– Эй, успокойся. Ты тут не виноват.

– Да знаю я, – ответил лейтенант, раздражённо поднимаясь на ноги.

– Что??? – внезапно вскрикнула Лика, и все присутствующие замерли от неожиданности. Её черты лица потемнели и заострились, а руки чуть заметно задрожали. Девушка медленно положила трубку. В её глазах повис ужас.

Когда тормоза «Лады» заскрипели у дома Стаса, на месте уже находились две полицейские машины и скорая помощь. Лейтенант, выйдя из автомобиля, неуверенно направился к дому, где его коллеги опрашивали плачущую соседку. В домах напротив громко лаяли собаки, а солнце медленно клонилось к горизонту. У Алекса в ушах гулко билось сердце. Жар подступал к горлу, а по затылку пробегал холодный озноб. Он вбежал на крыльцо и осторожно двинулся к дальней комнате, где мигал свет от телевизора, и чем ближе он подходил, тем сильнее чувствовал, как кровь приливает к голове. Напряженные глаза жгло, а дыхание учащалось, готовя мозг к неприятной картине.

Лейтенант, сделав шаг за порог, опустил голову, давая себе последнюю секунду на подготовку, затем медленно поднял глаза и продолжил идти по скрипучему полу. Стас висел в петле под потолком, подвешенный к деревянной балке. Как бы он ни готовился морально, к некоторым вещам привыкнуть просто невозможно. Даже если видишь их слишком часто, даже если они часть твоей жизни. Сердце Алекса упало. Он застыл на пороге. Комната словно начала сужаться. Его сбившееся дыхание вырывалось хрипами. Тело в неестественной позе, с упавшей набок головой, белое и застывшее висело над головами полицейских и криминалистов. Вокруг мигали вспышки фотоаппарата, пахло пылью и чем-то сладковатым и приторным. Рядом с телом стоял и патрульный, который последние несколько дней наблюдал за домом. Лика, как только влетела в комнату, тут же отвернулась от тела. Вадим подошел к трупу и поставил свой чемодан на деревянный комод. Он с трудом удержал Алекса, когда тот неосознанно рванулся к погибшему.

— Стой! Тихо, тихо… Он уже мертв. — сказал Вадим, глядя прямо в глаза, в которых бушевала серая гроза. А ведь Алекс даже не понимал, на кого злиться. Он зажмурился от отчаяния и, тяжело дыша, оттолкнул от себя руки криминалиста. Посмотрев вглубь комнаты, пропустив полное отвращения лицо напарницы и взволнованного друга, он пересек комнату двумя неровными шагами и схватил патрульного за воротник полицейской формы. Тот испуганно отпрянул. Его глаза наполнились слезами и страхом, округлившись до предела.

— Куда ты смотрел? — взревел лейтенант рычащим тоном. — Я тебя спрашиваю!

Он стал трясти перепуганного парнишку, пока тот в отчаянии искал глазами спасения у присутствующих. Двое полицейских в форме наконец бросились к Алексу и стали оттаскивать от бедолаги.

— Я… всё время следил… даже не спал почти всю ночь, а потом… задремал уже под утро… я думал он спит. Свет даже не включал. — пролепетал полицейский , прижимаясь к стене, и дрожа всем телом, словно стоял посреди вьюги.

— Выспался?! — крикнул Алекс, разворачиваясь и ударяя тяжелую дверь со стеклянными вставками , отчего одна из них моментально осыпалась на пол. От трескающегося звука вздрогнул даже Вадим. Никто не рискнул сказать хоть слово.

Не слыша собственных шагов, вышел на улицу и согнулся пополам, жадно вдыхая вечерний воздух. Во все увиденное ему не верилось. Казалось, смерть окружала со всех сторон, и как бы он ни старался, забыть свою настоящую жизнь и судьбу ему не под силу.

После пары выкуренных сигарет он заметил у ворот того самого невнимательного патрульного и пересек асфальтированный двор.

– Что случилось? – спросил Алекс, подходя к полицейскому. Тот выглядел виновато, и казалось, что ещё немного, и он расплачется. Лицо у него было мрачное.

– Я заметил, что парень не выходит курить, – начал патрульный сбивчивым голосом. – Обычно он выходил почти каждый час, а тут... полдня прошло.

Алекс цокнул языком, пытаясь подавить желание как следует врезать коллеге. Он так сильно сжал кулаки, что заскрипели пальцы. Нервы бушевали, требуя немедленно найти виновного. Но тонкий голосок где-то в глубине говорил: не могли же они привязать Стаса... Да и, к сожалению, лейтенант понимал, кто на самом деле заслуживает обвинений.

– Соседка в шоке. – сообщила Лика, подойдя сзади. – Его мать ещё не вернулась с работы. Позвонили, она уже едет.

Сотрясаясь всем телом, лейтенант прикрыл глаза и вдохнул побольше воздуха, стараясь себя успокоить. Лика подошла к нему на расстояние в полметра, когда он до боли растирал лоб и глаза, налившиеся солью.

– Эй! Соберись! У нас много работы. – сказала Лика.

Алекс молча шагнул назад и, развернувшись, побрёл к машине.

По телу вновь пробежала волна холодных мурашек, когда за лобовым стеклом мать увидела носилки с безжизненным телом сына. Только из машины можно было хоть как-то вынести происходящее. Сейчас Алекс чувствовал себя жалким мальчишкой, который уже никогда не сможет отмыться. У бедной матери за один миг изменилась вся жизнь, уместившаяся в одном взгляде. Дрожащая от крика, она с надеждой искала глазами утешения у каждого сотрудника. Хотелось бы отключить слух хотя бы на минуту и укрыться от крика, рассекающего улицу. Кого ещё она могла винить? Ненависть была её единственной эмоцией, дающей хоть каплю утешения.

Смерть Стаса странным образом повлияла на весь отдел. До вечера все молча сидели за своими столами, стараясь отвлечься работой. Однако новых зацепок не появлялось. Казалось бы, с одним делом разобрались — Олег всё ещё находился в камере, ожидая, когда сможет подписать признание в распространении и хранении. Каждый раз, когда лейтенант думал о том, что ему предстоит поговорить с Олегом, его тело покрывалось мурашками, а кожа пропитывалась холодным потом. Возможно, он действительно слишком неопытен и ошибочно полагает, что его истинное место в этом отделе? Слишком самоуверенный и самонадеянный. Если такая деталь, как смерть подозреваемого, способна выбить из него весь дух, то как он собирается найти и наказать убийцу? Вопросов становилось всё больше с каждым часом, а дело всё так же не двигалось с места.

Алекс, словно из сна, вынырнул из своих мыслей и поднял покрасневшие глаза, когда Аркадий Борисович вошёл в общий кабинет и громко хлопнул в ладоши.

– Так, внимание! – прогремел начальник. – Что за разброд? Вы полицейские или кто? Собираетесь и дальше устраивать детский сад? Вы должны работать ещё усерднее и с большей решимостью! Понятно? Всё! Хватит разводить тут сопли. Люди делают, что им вздумается. Вокруг полно идиотов и неадекватных. Этот парень сделал свой выбор. Никто в этом не виноват.

Пообещав себе дослушать до конца и не вести себя, как безмозглый школьник, Алекс всё же поднял взгляд, и посмотрев на начальника с вызовом, презрительно усмехнулся, спрыгнул с подоконника и, не говоря ни слова, вышел из отдела. Он сел в машину и поехал вперёд, не имея чёткого представления, куда направляется. Дома он мог бы напиться до беспамятства и не проснуться утром на работу. Мог бы всю ночь смотреть в пустой потолок, потому что всё окружающее вызывало лишь горечь и боль. Перспектива погрузиться в депрессию не внушала оптимизма.

На перекрёстке, разделяющем центральный и южный районы, он свернул влево, в последний момент вспомнив о друзьях. В его памяти всплыла картина их последней встречи: Алина смотрела на него с добротой, а Кирилл отпускал свои шутки, которые часто казались нелепыми, но здорово заряжали и поднимали унылый настрой со дна.

Свет всё ещё горел в окне гостиной. Наручные часы показывали без пятнадцати двенадцать. Пустую улицу освещали жёлтые фонари, а во дворе горел маленький светильник над дверью. Передумав, Алекс хотел снова завести машину, но внезапно ворота открылись. Из них вышел блондин и помахал рукой, натянув приветливую улыбку. Кирилл подошёл к машине и постучал по стеклу, пока Алекс, словно зачарованный, наблюдал за его действиями, так и держа ключ в замке зажигания.

– Что случилось? – спросил блондин, вопросительно кивая, когда стекло опустилось. – Приехал и не заходишь. Что-то серьёзное?

Алекс наконец отвернулся, прогнав задумчивость, и крепко сжал ключ в ладонях.

– Как ты меня заметил?

– Сидел во дворе, дышал свежим воздухом. Твои тормоза даже из дома слышны. Тебе бы их проверить.

Алекс кивнул, опустив голову.

– Пойдём, поговорим. Бумаги есть для тебя. – предложил блондин, заглядывая в салон.

– Какие? – хриплым голосом спросил Алекс, не поднимая головы.

– Что, уже забыл? Работничек… – усмехнулся Кирилл. – Я же обещал раздобыть списки поставщиков дерева. Вчера в офисе я их скопировал.

Алекс медленно повернулся к другу, не веря, что действительно забыл даже об этом. Наверное, он прав: какой из него полицейский?