Go to audiobook
Дублёр или Звезда земная
Твори в позитиве
Рейс «Анталия – Санкт-Петербург» подходил к концу. Туристы, отдохнувшие и счастливые, возвращались домой в родные пенаты. Группа молодых людей в конце салона всё время шумела и громко шутила. Старшему бортпроводнику даже пришлось сделать им замечание.
– Всё, остался последний рывок. Вот защитим дипломные работы, тогда оторвемся.
– Да, но говорят, последний курс – самый сложный.
– А, чего сложный-то? Вон кого-то уже на роль утвердили, – парень похлопал друга по плечу, – Главную роль, прошу заметить! И как, вживаешься ты в роль пилота?
– Ага, вживаюсь. Летаю во сне.
Парни громко захохотали.
– Вообще режиссёр – крутой чувак. Он мне сказал, что нельзя сыграть небо, стоя обеими ногами на земле. И… и отправил меня в лётную школу!
– Да, ладно?!
– Серьёзно!
– И что ты уже летал? Сам летал?
– А… мне бы хотелось сказать: «Да! Я летал!» Но, если честно, то скорее держался за штурвал.
– Самолёт легонько качнуло. Потом тряхнуло сильнее. Борт немного наклонился вправо. По салону быстро пробежала бортпроводница.
– Что происходит? – молодой актёр заметил, что-то не так. Бортпроводники попросили пассажиров с первых сидений пересесть дальше. Из кабины пилотов вынесли мужчину в кителе и уложили на кресла.
– Это кто? Наш пилот?! – взволнованно перешептывались ребята, – Что с ним?
– Минуту внимания, пожалуйста. Среди пассажиров есть медицинские работники? Нужна помощь.
В салоне стояла полная тишина.
– Я – доктор, – наконец раздалось в конце салона.
– Слава Богу! Пожалуйста, проходите. Командиру экипажа стало плохо. Он потерял сознание, – как можно тише говорила девушка, – Аптечку уже несут.
Доктор принялся осматривать пилота. Тут самолет тряхнуло снова, уже сильнее, и он наклонился на другой борт. Люди запаниковали. По коридору весь красный прошел быстрыми шагами второй пилот.
– Я сейчас, – бортпроводница последовала за ним, – Без паники. Оставайтесь на своих местах. Пристегните ремни.
«А кто же за штурвалом?» – промелькнуло в голове молодого актера, – Автопилот? Нам же снижаться через несколько минут». Он прошел к отделению бортпроводников и услышал разговор.
– Второй пилот не может сажать самолет. Это его первый полет. Он только после летного училища. У него истерика. И его тошнит в туалете. Что делать? – кратко излагал старший бортпроводник.
По спине парня прокатился холодок. Он прошел через салон в кабину пилотов. Она была пуста. На панели управления лежали наушники, из которых надрывно орал диспетчер.
– Прием, прием! Борт триста семьдесят пять! Меня кто-нибудь слышит? Доложите ситуацию! Да куда вы все подевались?!
Парень повернулся к выходу. На минутку задумался. Потом взял наушники и сел в кресло пилота.
– Прием. Говорит борт триста семьдесят пять. Первому пилоту стало плохо. Второму… тоже.
– Кто это говорит? Кто за штурвалом? – скороговоркой говорил диспетчер.
– Я – пассажир. За штурвалом… никого.
На другом конце провода воцарилась тишина. Было слышно, что они что-то громко выясняют.
– Прием, – парень с ужасом смотрел в лобовое стекло и видел перед собой только небо.
– Прием, – наконец послышалось из наушников, – Парень, ты как оказался в кабине пилотов? У тебя есть лётный опыт?
– Просто зашел. Да, лётный опыт есть небольшой.
– Опыт посадки воздушного судна?
– Два раза я это делал, – честно отвечал он, до сих пор не понимая, однако к чему все эти вопросы.
– Значит, сейчас будет третий. Приготовиться к снижению. Парень, будешь сажать самолет, – отозвался голос в наушниках.
– Подождите, подождите! Как сажать самолет?! Я – нет! Я – не пилот! Тут же люди! – молодого человека бросило в жар от услышанного.
– Вот именно! Будешь сажать! – истошно заорал диспетчер, – Спокойно, парень, я буду говорить тебе, что нужно делать. У тебя всё получится.
В этот момент в кабину зашел старший бортпроводник.
– С нами связались из командно-диспетчерского пункта. Среди пассажиров нет никого с летными навыками. Мы передали нашу ситуацию. Сажать самолет придется тебе, – старался как можно спокойнее говорить он.
– А как же второй пилот? – актера охватила паника, – Он же в норме. Ну, вколите ему что-нибудь успокоительное! – его руки дрожали, лицо раскраснелось от волнения.
– Да, пойми ты! Мы пытались привести его в чувства! Доктор сказал, что он не сможет. Истерика у него.
– Так, я-то вообще не могу! Я не умею! Чего я летал-то? Несколько раз на легком самолете! С инструктором рядом. И без никого. Без людей в салоне!
Парень попытался встать из кресла, но рука бортпроводника тяжело опустилась ему на плечо.
– Я знаю, что ты боишься. Но ты сможешь, – сказал он тихо, – Иначе нельзя. Мне в салон нужно к пассажирам. Удачи тебе, мальчик.
– Слышишь меня? – снова послышался голос из наушников.
Молодой человек глубоко вздохнул, взял себя в руки и решительно посмотрел вперед.
– Я слышу.
– Отлично. Отключи автопилот. Выровняй линию горизонта. Знаешь, как?
– Да, – коротко ответил он.
Он крепко взял штурвал и слегка потянул на себя. Он почувствовал, как машина послушно отреагировала.
– Всё, выровнял.
– Отлично. Теперь сбрасывай мощность. Потяни дроссель. Он находится справа. Белого цвета.
– Да, нашел, – он уверенно надавил на рычаг, – Готово. Жду переключения, – он замолчал, прислушиваясь к звуку двигателей. Они загудели глуши.
– Хорошо. Начинай понемногу снижаться.
Самолет неожиданно затрясло.
– Мы попали в турбулентность. Жду прохождения воздушной ямы и приступаю к снижению.
Он только крепче сжал штурвал.
– Хорошо. Плавно опускай нос судна.
Парень надавил на штурвал. Самолет медленно пошел вниз.
– Хорошо, – четко командовал авиадиспетчер, – Веду тебя. Будем сбрасывать топливо.
– Что? Зачем?
– Садимся в аварийных условиях. С топливом в баках очень рискованно. Велика вероятность взрыва.
– Но без топлива я не смогу при необходимости уйти на второй круг, – голос актера дрожал, но руки уверенно держали штурвал.
Сотрудники аэропорта, собравшиеся в центре управления, переглянулись. Они понимали, что при таких летных навыках, а точнее практически при их отсутствии, уйти на второй круг он всё равно не сможет.
– Спокойно, тебе не понадобится. Погодные условия идеальные, – диспетчер тоже нервно сжимал микрофон, словно это был штурвал.
– Какая ветреность? – неожиданно для самого себя вспоминал парень важные для посадки параметры.
– Нулевая, – ободряюще произнес диспетчер, – Справа блокировка топлива. Деактивируй её. Нашел?
– Да. Нажал. Загорелась красная лампочка.
– Всё правильно. Теперь в верхнем углу переключи рычаг в сторону сброса.
– Готово, – он быстро выполнял все указания.
Послышался свист вытекающего топлива.
– Теперь плавно заходи на глиссаду. Когда увидишь взлетно-посадочную полосу, ровняй машину на неё.
Парень усиленно всматривался в картинку проявляющегося ландшафта, пытаясь рассмотреть среди множества зданий и дорог взлетную полосу.
– Я не могу найти полосу! Захожу на глиссаду. Где полоса? Не могу определить, где полоса!
Однообразные линии дорог внизу образовывали неразборчивую сетку.
– Спокойно. Я веду тебя. Ты правильно идешь!
Он неуверенно определил среди этой сетки очертания взлетно-посадочной полосы, отмеченной фонарями.
– Кажется, я её вижу, – вдруг закричал он, – Да, точно! Это полоса, полоса! – облегченно кричал молодой человек.
– Держи штурвал. Ровняй машину строго посередине полосы. Высота сто метров. Выпускай шасси. Жди касания. Знаешь, как гасить скорость?
– Реверсом тяги? – на автомате отвечал актер.
– Умничка! Знаешь, где на панели управления?
Он быстро искал нужные переключатели.
– Да! Нашел! Колесное торможение тоже вижу. Выпускаю шасси. Иду по глиссаде. Выпускаю закрылки. Выравниваю авиагоризонт, – громко и четко докладывал он, будто делал это уже много раз.
– Молодец! Приготовься к приземлению. Есть касание?
– Касание! – почувствовал он резкий и сильный удар шасси о бетон.
– Теперь опусти нос! – кричал голос в наушниках.
Самолет коснулся шасси взлетной полосы и понесся вперед.
– Гаси скорость реверсом тяги!
На удивление парень четко выполнял эти профессиональные указания. Машина стала замедлять ход.
– Теперь колесные тормоза!
В салоне уже раздались оглушительные аплодисменты и радостные крики. Молодой актер ничего этого не слышал. Он помнил слова инструктора, пока продолжается движение, посадка не закончена. Наконец самолет остановился. Послышались сирены скорой помощи. Быстро подогнали трап.
– Молодец, парень! Умница! Просто герой! – слышался восхищенный голос из наушников.
Молодой человек отклонился на спинку кресла и позволил себе отпустить штурвал. По его виску текла струйка пота, вся рубашка была мокрая. Дверь в кабину открыли врачи скорой помощи.
– Герой! Поздравляю! Ты как?
Он устало поднял глаза, попытался встать.
– Никто не пострадал?
– Никто. Можешь встать?
– Нет, – ноги были словно ватные.
– Понятно. У него шок. Поднимайте его.
Его взяли под руки и отвели в машину скорой помощи. Пока он шел по салону, десятки глаз с благодарностью смотрели на него. Этот момент он будет помнить всю свою жизнь: десятки благодарных глаз, десятки спасенных им жизней.
Прошло двенадцать лет.
– И где эта Кристина? Уже без двух минут восемь, – разводила руками молоденькая провизор.
– Да вон она бежит, – громко прихлебывая горячий чай, махнула в сторону окна санитарка.
В дверях показалась девушка.
– Ой, чуть не опоздала, – быстро скинула она легкий плащ, – Маргариты Сергеевны ещё нет?
– Ещё нет. Ты где ходишь?! Заведующая придет с минуты на минуту! Я принесу твой халат.
– Спасибо, Светик. Я спешила, как могла!
– Ага, спешила она. Как же! Опять, небось, до ночи свой сериал смотрела? – покачала головой санитарка.
– Тётя Катя! Ну, как же оторваться?! – Кристина приобняла женщину за плечи, – Самое же интересное!
– Ох, уж! Самое интересное! Замуж тебе надо, Кристинка. А то всё на своих нарисованных героев любуешься!
– Обязательно надо! – не возражала Кристина, одевая принесённый подругой халат, – Выйду, когда найду такого, как капитан Торин!
– Вот и глупая же ты, девочка! Зря только, что старший провизор. Хоть и умная, и образованная. Так и не девочка уже. А всё в сказки веришь! Они же там все ненастоящие.
– Так глупая или умная?! – весело подхватила Кристина.
– Так девочка или не девочка, – подмигнула Света.
– Да, ну, вас! Работать мне надо, – тётя Катя встала из-за стола и направилась в подсобку.
– Главное, чтобы не мальчик! Мальчик, думаю, капитану Торину точно не понравится! – смеясь, продолжала Света.
– Хохочут они, – вернулась тетя Катя и начала обычную уборку, – И чего в нем особенного? Красивый, что ли?
– Всё. Всё в нем особенное! – мечтательно отклонилась Кристина на спинку стула, – Высокий, красивый, сильный, умный, смелый, добрый. Самый лучший! А какой у него взгляд… Такой долгий с милым прищуром…
– Ой, не могу. Слушаю тебя, сама в него влюбляюсь, – протянула Света, – Правда, ни одной серии не смотрела.
– Так, девки, хватит уже! Вон Маргарита Сергеевна идет. Кристинка, ты журнал заполнила?
– Ой, забыла, – Кристина подскочила, как ошпаренная, и побежала к столу заполнять журнал.
– Вот сейчас будет вам и прищур, и защур, – не унималась санитарка.
– Я всё успею. Всё успею, – торопилась Кристина, – Ой, нет, не успею, – засуетилась она, – Тётя Катя, спасите, помогите! Задержите её, пожалуйста! А то сейчас разнос мне устроит!
– Ну, вот пусть тебя капитан Торин спасает! Это же он тебе ночью спать не давал!
– Ему некогда, он мир спасает, – быстро продолжала заполнять Кристина.
– Конечно, а тётя Катя помоги! У тёти Кати времени полно! Позови своего Торина помочь! Может он тебе журнал заполнит! – разглагольствовала она.
– Нет, тётя Катя, – серьёзно сказала Кристина, – Он всё равно не может. У него уважительная причина. Он – художественный персонаж, – и она от души рассмеялась.
– Очень смешно! А то я не знаю! Да я уже про вашего командира воздушного судна слышать не могу! – возмутилась тётя Катя.
В эту минуту в дверях показалась заведующая аптекой.
– Доброе утро! – хором поздоровались сотрудницы, – С выходом из отпуска!
– Доброе утро! Рада всех вас видеть! – по-хозяйски осматривая свои владения, проговорила Маргарита Сергеевна, – Как тут у вас дела?
– Всё хорошо. Всё в порядке. Работаем в обычном режиме, – вышла вперед Кристина, прикрывая за спиной недописанный журнал.
– Да, всё отлично, – пробубнила в полголоса тётя Катя, – Кто лекарство продает, а кто летает. Кто в небе, а кто в облаках, – и громко добавила, – Ничего не в порядке. По моей части, я имею в виду. Пойдемте-ка со мной на кухню, – она подмигнула Кристине и увела за собой заведующую.
«Спасибо!» – беззвучно одними только губами прошептала девушка. Несколько минут ей хватило. Она была очень рада своему маленькому дружному коллективу. Заведующая вскоре снова ушла, оставив Кристину разбираться с графиком работников.
– Светик, ты завтра работаешь с Ольгой, а послезавтра моя смена с Мариной.
– Я с Ольгой? Бли-ин! – протяжно проговорила Света, – Не люблю с ней смены. Она опять будет весь день ныть. Никакого позитива! Давай с тобой поменяемся. Я послезавтра с Мариной, а ты завтра с Ольгой.
– Ага? А я, значит, люблю весь день нытьё слушать?!
– Ну, пожалуйста – пожалуйста – пожалуйста! А я потом для тебя тоже что-нибудь сделаю. Например, всё, что угодно! Ну, ты же старшая по смене, ты должна нивелировать конфликтные ситуации в коллективе! – умоляюще смотрела на подругу Светка.
– Ох, и хитрющая ты! Ладно, уговорила. Тогда вечерний товар разбираешь ты!
– Согласна, – обрадовалась девушка.
На следующее утро Кристина пришла на работу пораньше. Она хотела успеть поработать с документами. В последнее время всю документацию вела она. Ходили слухи, что Маргариту Сергеевну планируют перевести в московский филиал, а Кристину назначат заведующей здесь. Она легко разобралась со всей отчетностью за время отпуска начальницы. Вскоре пришла её напарница Ольга.
– Кристина, привет! Какая же на улице отвратительная погода! – с порога стала возмущаться она.
– Привет, Оля! Что дождь начался?
– Ветер такой сильный, прямо неприятный, – поёжилась Ольга.
– Разве? Я не заметила, – отстраненно отозвалась Кристина.
– Ты документы в офис готовишь?
Кристина утвердительно кивнула головой.
– Как тебя это не раздражает? Делаешь работу Маргариты Сергеевны. А она, между прочим, зарплату за это получает. И в Москву скоро поедет.
– Ничего. Я люблю учиться новому.
– Ну-ну, тащи-тащи всё на себе. Кто везёт, на том и едут. Чаю хочу. Ты чайник ещё не ставила?
– Нет, хочу закончить отчет.
На часах было ровно восемь часов. Входной колокольчик мелодично зазвонил. В аптеку зашел пожилой человек.
– Кого там уже несет с утра пораньше? Не дадут чаю попить, – недовольно закатила глаза Ольга.
– Оля, аптека открыта, пришел покупатель, пожалуйста, будь вежлива, – Кристина любила людей, ей нравилось помогать и очень не нравилось такое отношение Ольги.
Ольга посмотрела в дверной проем, не спеша выходить в торговый зал.
– Он ничего не смотрит. Наверное, просто зашел от скуки, думаю, автобус просто ждет, дедок.
– Ну, Оля! – возмутилась Кристина, закрывая отчет, – А ты не думай, а просто выходи к человеку. Сама выйду, – поспешила Кристина.
– Доброе утро! Я могу вам чем-нибудь помочь? – с улыбкой обратилась она к посетителю. Мужчина не ответил, только тяжело опустился на стул возле стола с тонометром. Он тяжело дышал.
– Что с вами? Вам плохо? – подбежала к нему она.
– Дочка, сердце, – еле слышно сказал мужчина.
– Сердце? – разволновалась Кристина, – Осторожно. Я расстегну вам пуговицу на воротнике. Не двигайтесь. Сейчас я принесу вам лекарство, – она побежала к стеллажам с препаратами, – Ольга, Ольга, скорее принеси воды! – Кристина трясущимися руками достала таблетки. Наконец в зал вышла Оля со стаканом воды.
– Чего так долго?! – Кристина подбежала к мужчине, – Вот держите. Пейте. Сначала эту таблетку. Хорошо. Теперь нужно померить давление. Если высокое, то вот эту нужно положить под язык.
Она измерила давление. Оно действительно оказалось высоким.
– Возьмите вторую таблетку. Не двигайтесь. Оля, что ты стоишь? Быстро вызывай скорую.
Ольга с привычно недовольным видом набрала номер неотложки.
– Не волнуйтесь. Всё будет хорошо. Это очень хорошее лекарство. Скорая помощь уже едет.
Девушка не отходила от него ни на секунду. Врачи приехали быстро.
– Большая удача, что он зашел к вам. Приступ удалось купировать. Иначе… не успели бы, – сухо проговорил седовласый доктор.
Машина скорой помощи скрылась за поворотом. Кристина долго не могла прийти в себя. Теперь было самое время отпаивать валерианкой её саму.
– Ни одной спокойной смены! У нас тут аптека, а не травмпункт.
– Оля, как ты можешь быть такой бесчувственной?! Как можно так говорить?! – не выдержала Кристина, – Мы же давали клятву Гиппократа!
– Я – не давала. Я училась на другом отделении.
– Заметно! Тогда, что ты тут делаешь?!
Кристина всегда хотела быть врачом, но, к сожалению, боялась крови. Поэтому, закончив медицинский институт, она пришла работать в аптеку.
Прошел месяц. Кристина, как всегда, была очень занята в своей любимой аптеке. Было ещё рано. Тут в дверях появился уже знакомый ей пожилой человек.
– Здравствуй, дочка! – широко улыбаясь, поздоровался он.
– Ой, доброе утро! Рада вас видеть! Как вы себя чувствуете? – девушка сразу вспомнила своего случайного пациента.
– Теперь уже хорошо. Спасибо тебе, милая, спасла меня.
– Ну, что вы! Не за что, – ответила она, – Вы только, пожалуйста, следите за своим здоровьем. А-то вы мужчины совсем не хотите по врачам ходить!
– Это точно. По врачам ходить так скучно. Скажи лучше, как я могу тебя отблагодарить за твою доброту?
– Ничего не нужно. Я же уже сказала. Я рада, что у вас всё хорошо.
Тут у Кристины зазвонил телефон. Рингтон из любимого сериала разливался по всему залу, пока она доставала завалившуюся в кармане трубку. Звонила заведующая, чтобы дать очередные указания.
– Начальство, – обреченно вздохнула Кристина, положив трубку.
– Распоряжения начальства надо выполнять, – добродушно сказал он, – А как тебя зовут? Я даже не знаю, как зовут мою спасительницу.
– Кристина.
– Очень приятно. А я – Семён Петрович. Тебе нравится сериал про капитана Торина?
– Очень нравится, – улыбнулась она.
– А знаешь, что Родион Зотов, который играет Торина, на следующей неделе приезжает к нам на съемки?
– Как приезжает? Сам Родион Зотов? – Кристина остолбенела, блистеры с шумом посыпались из её рук на прилавок.
– Ну, так, приезжает. И останавливаются в нашем театре. Я же работаю вахтером в театре. Если хочешь, то я могу тебя к Зотову провести. Сейчас как раз для них гримёрки готовят. Сегодня же узнаю, какая будет для Зотова.
– Вы проведёте меня в гримёрку к Родиону Зотову? – не верила Кристина.
– Конечно. Позже я узнаю, где именно будут съемки. Тогда можешь и на съемки прийти посмотреть.
Кристина не могла вымолвить ни слова. Она увидит Родиона Зотова? Или даже будет с ним говорить? Как это возможно?! Всё это казалось ей сном.
– Это правда?
Старичок по-доброму усмехнулся и утвердительно покачал головой.
– В конце недели я зайду к вам и всё подробно расскажу. Готовьте блокнот для автографов. До свидания!
– До свидания! – еле слышно ответила шокированная девушка.
В аптеку вбежала запыхавшаяся Светка.
– Ой, опоздала? В пробку попала. Маргарита Сергеевна здесь?
Кристина не отвечала.
– Крис, ты чего молчишь? Заведующая тут, нет, спрашиваю?
– Ты видела, старичок сейчас выходил от нас?
– Ну, видела. И что?
– Это тот человек, которому стало плохо с сердцем. Помнишь, я рассказывала?
– А, конечно, помню! Так это он? Поблагодарить зашел?
– Ага. Ты знаешь, где он работает?
– Где? Хозяином нефтяной вышки и дарит её тебе? – шутила Светка.
– Круче, Светик, круче! Он работает в театре. И на следующей неделе к ним приезжает… Кто? Кто к ним приезжает?
– Кто к ним приезжает?
– Зотов! Зотов! Сам Родион Зотов! – закричала Кристина, – Сам Родион Зотов приезжает в наш город!
– Да, ладно?! На гастроли, что ли? – удивилась девушка.
– Нет, у них где-то тут съемки. И Семён Петрович меня к нему проведёт! – заговорнически добавила она.
– Проведет тебя к Зотову?! Не может быть!
– Сама в шоке!
Тут в зал вышла тетя Катя.
– Девчонки, что опять сидим, не работаем?
– Мы работаем, работаем. Мне иногда кажется, что это она тут заведующая, – тихо сказала Света.
Кристина согласно подмигнула.
– Что собираетесь делать? – продолжала санитарка.
Девушки переглянулись.
– Идти платье покупать! – в голос засмеялись они.
– Ко мне сестра завтра приезжает из Питера. Она модельер. Пойдет с нами и подберёт тебе самый классный лук. Твой Торин из телевизора выпрыгнет!
– Опять этот Торин! – ворчала тетя Катя, – Что его в штат к нам взяли? Каждый рабочий день с него начинается! И чего в нём нашли? А вот мне он вообще, как мужчина, не нравится, – многозначительно добавила она и ушла в дальнее помещение.
– Вот Торин-то расстроится, – хихикнула Светка.