Read the book: «Грузчики против Системы. Накладная номер 32»

Глава 1. Закон сохранения массы и лом Галилея

Пятница на оптовой базе «ПромСнаб-Опт-2000» начиналась как обычно — с мата, запаха дешевого кофе и ощущения, что жизнь повернула куда-то не туда.

Пройдет всего пятнадцать минут, и привычный рабочий график полетит в тартарары вместе со всей известной науке физикой, здравым смыслом и мирозданием в придачу, но пока об этом никто не подозревал.

Бригадир грузчиков Валера сидел на своем законном месте — перевернутом пластиковом ящике из-под пива возле склада 3, который специализировался на сухих строительных смесях. Он не спеша затягивался крепкой «Явой», созерцая, как лучи солнца лениво пробиваются сквозь серую дымку металлургического комбината на горизонте. Валера был мужчиной за сорок, жилистым, сухим, со следами вечной складской усталости вокруг глаз и мозолями, которые могли бы послужить отличным наждаком. Вся его фигура выражала покой человека, видевшего в этой жизни три девальвации, пять смен руководства и один потоп в отделе сантехники.

Рядом, на таком же ящике, сидел Стас. Ему было семнадцать, и природа, явно обделив его тягой к тонким материям и квантовой физике, щедро компенсировала это в физическом плане. Двухметровый детина с плечами шириной с хорошую межкомнатную дверь меланхолично жевал огромный, сочащийся маслом пирожок с капустой. На лице Стаса блуждала та легкая, безмятежная улыбка, какая бывает только у людей, в чьей голове прямо сейчас царит качественный белый шум. Стас работал на базе первое лето и относился к окружающему миру с полным доверием. Если Валера говорил «тащи», Стас тащил. Если Валера говорил «бросай», Стас бросал. Законы природы, общества и логики Стаса не волновали просто потому, что он о них никогда не задумывался.

— Хорошо пошло, — пробасил Стас, кивая на пирожок и утирая подбородок тыльной стороной ладони, которая размерами напоминала совковую лопату. — Валер, а баба Галя сегодня капусты не пожалела. Уважает.

— Баба Галя коммерцию знает, — не поворачивая головы, ответил Валера, выпуская аккуратную струю сизого дыма. — Ты ей вчера помог мешок с луком до ларька допереть? Помог. Вот тебе и инвестиции в основной капитал. Взаимовыгодный обмен в условиях развивающегося капитализма. Учись, пока я живой.

Стас согласно моргнул, собираясь укусить пирожок, но не успел.

Воздух вокруг них странно звякнул. Звук не был похож ни на что приличное — словно в пустой оцинкованный таз с большой высоты уронили связку ржавых ключей, но раздался этот скрежет не снаружи, а прямо внутри черепных коробок. У Валеры на секунду заложило уши, как при взлете самолета, а Стас удивленно замер, так и не донеся пирожок до рта.

— О, — сказал подросток, ковыряя пальцем в ухе. — Комар, что ли, большой пролетел?

— Не комар, — Валера нахмурился, чувствуя, как внутри зашевелилось нехорошее предчувствие, обычно предшествующее внезапному визиту налоговой инспекции или проверке по охране труда. — Это на подстанции опять фаза упала. Точно тебе говорю. Сейчас трансформатор сдохнет, и кукуй тут без света до понедельника.

Но додумать эту вполне здравую мысль ему не дали. Со стороны главного административного корпуса, где обитал коммерческий отдел и бухгалтерия, раздался дикий вопль. Из стеклянных дверей, спотыкаясь и размахивая руками, выскочил Костик.

Был он классическим тридцатилетним продуктом современной цивилизации: менеджер по продажам мелкого крепежа, фанат латте на овсяном молоке, человек, способный часами рассуждать про «тайм-менеджмент» и «лидогенерацию», но падающий в обморок при виде ржавой гайки. Костик несся по асфальту, вылупив глаза так, словно за ним гнался лично генеральный директор с приказом о лишении премии за весь квартал.

Но самое паскудное было не в беге Костика. Прямо над его прилизанной головой, в воздухе, примерно в тридцати сантиметрах от волос, плавали и яростно пульсировали неоновым светом полупрозрачные сиреневые буквы и цифры. Они двигались синхронно с его прыжками, не отставая ни на миллиметр.

[ Константин. Человек. Класс: Маг-Ученик. Уровень 1 ]

[ Очки Здоровья: 100/100 ]

[ Мана: 50/50 ]

[ Статус: Возбуждение, Легкая паника ]

— Пацаны! — заорал Костик, на полной скорости влетая в зону склада 3 и тормозя перед ящиком Валеры так, что подошвы его модных кроссовок жалобно заскрипели по асфальту. — Вы это видели?! Оно появилось! Интерфейс! Прямо перед глазами! Система пришла! Мир изменился, мы теперь в Игре! Понимаете?! Настоящее РПГ! Я — Маг! У меня ветка стихий открыта, я проверил! В мыслях нажал!

Валера медленно, с расстановкой выпустил изо рта остатки дыма, не мигая посмотрел на прыгающие в воздухе буквы, затем перевел взгляд на покрасневшее лицо Костика, у которого от возбуждения мелко тряслись колени. Потом Валера снова посмотрел на буквы. Текст не исчезал. Более того, под полоской маны медленно крутился маленький трехмерный значок в виде искрящегося кристалла.

— Костян, — тихо, с глубоким сочувствием произнес Валера. — Ты если из бухгалтерии опять клей для линолеума таскаешь, ты потом хоть лицо водой умывай. У тебя вон, матрица над макушкой коротит, аж читать больно. «Маг-Ученик»… Ты саморезы «двадцать пятые» три дня отгрузить не можешь клиенту, какой из тебя маг, прости господи?

— Да нет же! Это у всех! Это глобальная инициализация! Посмотрите на меня! — Костик завел руку за спину, затем резко выбросил её вперед и выставил указательный палец в сторону пустой бочки из-под масла.

На конце пальца с сухим треском и запахом тухлых яиц загорелся крошечный синеватый огонек. По размерам и мощности он сильно уступал китайской зажигалке «Крикет» на исходе газа, но действительно висел над кожей Костика и слабо покачивался. При этом полоска маны над головой менеджера мгновенно дернулась и показала 49/50.

— Я могу повелевать искрами! — с фанатичным блеском в глазах прошептал Костик. — Я покорю этот мир! Я буду топ-дотером этой реальности! Серые неписи сгинут в горниле апокалипсиса, а мы, игроки, поднимемся на вершину пищевой цепочки! Ну же, нажмите «Статус» в своей голове! Что у вас там?! Какой класс?!

Стас, который всё это время завороженно смотрел на синюю искру, наконец засунул в рот оставшуюся половинку пирожка, шумно прожевал её, сглотнул и глухо произнес:

— Валер, а у меня в мыслях только про то, что надо бы чаю погонять. И пирожок с капустой. Никакого «Статуса» нет. И букв у тебя над головой тоже нет. Чисто прича и кепка.

Валера замер. Он прищурившись посмотрел на Стаса. Покрутил головой, присматриваясь к пространству над собственными плечами. Ничего. Никаких линеек здоровья, никаких очков маны, никаких уровней. Проверил отражение в большой дождевой луже у стеллажа — из грязной воды на него смотрел всё тот же сорокалетний грузчик Валера в поношенной робе, без каких-либо неоновых спецэффектов.

Будучи человеком, который вместо тупых сериалов на ночь предпочитал смотреть на Ютубе каналы вроде SciOne, Utopia Show и лекции по квантовой механике, Валера соображал быстро. Если у Костика есть плашка, а у них со Стасом нет, значит, произошел системный сбой. Программа, накрывшая планету, просто не распознала два физических объекта в глубине промзоны. Для этой их «Системы» Валера и Стас были частью ландшафта. Элементами интерьера. Неинтерактивными текстурами, вроде бетонного забора или ржавого листа арматуры.

— Потому что работать надо, а не в облаках летать, — отрезал Валера, вставая с ящика и демонстративно туша бычок об подошву старого кроссовка. — Костян, твоя искра мне инвентаризацию не закроет. Иди синергируй в свой отдел продаж, пока я тебе этот твой статус в товарно-транспортную накладную задним числом не завернул. И потуши костер на пальце, от тебя проводкой горелой воняет на весь двор.

Костик оскорбленно фыркнул, буквы над его головой обиженно налились багровым цветом [ Статус: Обида, Классовое превосходство ], и он гордо удалился в сторону офиса, по пути запутавшись в собственных ногах и едва не пропахав носом асфальт.

— Топ-дотер, мать его... — проворчал Валера, поправляя кепку. — Наберут по объявлению эффективных менеджеров, потом законы термодинамики в курилке плачут. Пошли, Стас. Нам фуру с ротбандом надо раскидать до конца смены, пока туча с запада не пришла. Если цемент намокнет, Тамара Ивановна нас самих в этот цемент закатает, без всяких магических интерфейсов.

Они развернулись и вошли под высокие своды склада 3. И вот тут даже монументальное спокойствие Валеры дало глубокую трещину.

Посреди склада, ровно в центральном проходе между стеллажами с сухими смесями и гидроизоляцией, творилось противоестественное непотребство. Прямо в воздухе, на высоте полутора метров от бетонного пола, висел стандартный деревянный поддон. На поддоне аккуратной стопкой лежали тридцать мешков с сухой штукатурной смесью «Ротбанд». Каждый мешок, согласно ГОСТу и заводской фасовке, весил ровно тридцать килограммов. Общий вес конструкции составлял без малого тонну.

Поддон висел в пространстве абсолютно неподвижно. Он не качался, не вибрировал, вокруг него не было видно никаких силовых полей, тросов, магнитов или скрытых гидравлических поршней. Он просто плавал в пустоте, словно бетонный пол под ним внезапно перестал существовать.

— О, — сказал Стас, останавливаясь как вкопанный и приоткрывая рот. — Валер, глянь. Левитация. Как в том кино, помнишь, где зеленые человечки корову в тарелку засасывали? Красивое.

У Валеры ритмично задергался правый глаз. Как человек, искренне уважающий науку и здравый смысл, он почувствовал физическую боль в районе высшего образования.

— Какая, к черту, левитация, Стас? — голос Валеры стал тихим и зловещим. — Это сопромат полетел. Или гравитационная постоянная решила взять неоплачиваемый отпуск в отдельно взятом помещении. Тонна груза висит в воздухе без опоры. Ньютон сейчас в гробу такую скорость вращения развил, что можно всю область электричеством снабжать. Стас, ну-ка подведи подкатной домкрат. Рохлю тащи сюда, быстро.

Стас послушно развернулся, и громко топая притащил старую гидравлическую тележку-рохлю. Закатив её под висящий поддон, он ухватился за ручку и сделал несколько интенсивных качков. Гидравлический узел послушно поднялся, но верхняя металлическая часть рохли просто прошла сквозь пустоту под деревянными досками поддона. Они не встретили никакого сопротивления. Поддон даже не шелохнулся, продолжая гордо игнорировать планетарное притяжение.

— Так, — Валера потер переносицу, лихорадочно вспоминая всё, что он знал о физическом устройстве вселенной. — Физика — наука точная. Если объект массой под тысячу килограммов не падает, значит, на него действует сила, равная силе тяжести, но направленная противоположно. Либо... либо Системный код просто отключил у этого конкретного поддона координату веса по оси Z. Масса осталась, веса нет. Стас, подойди. Сними верхний мешок. Проверим плотность материи.

Стас подошел к поддону, выставил свои могучие руки, ухватился за край бумажного мешка с цементом и потянул его на себя.

— Не идет, Валер, — натужно пропыхтел Стас.

— В смысле «не идет»? Ты здоровый как лось, тридцать килограмм от поддона оторвать не можешь? Тяни сильнее!

Стас уперся ногами в бетонный пол, его бицепсы натянулись так, что порвали старый шов на футболке, подошвы кроссовок с противным визгом заскользили по пыльной поверхности. На лбу подростка вздулись вены, но мешок сидел на поддоне так, словно был единым целым с деревянной конструкцией.

— Не-а, — выдохнул Стас, сдаваясь и вытирая пот. — Намертво. Будто его туда на «Момент» приклеили. Или приварили электросваркой.

Валера нахмурился еще сильнее. Ситуация становилась всё более интересной с научной точки зрения. Магия магией, но у любого программного кода должны быть свои физические триггеры и ограничения. Если Система наложила на этот поддон статус «Статический объект», то у этого статуса должна быть точка слома. Галилей бросал шары с Пизанской башни, чтобы доказать ускорение свободного падения. Валера собирался сделать нечто противоположное — проверить, как ведет себя аномальная материя при механическом воздействии.

Он подошел к верстаку, стоявшему в углу склада, и взял оттуда тяжелый, проверенный временем строительный лом — кусок граненой стали весом в добрых восемь килограммов.

— Стас, отойди на безопасное расстояние, — скомандовал Валера, перехватывая лом поудобнее. — Сейчас будем проверять закон сохранения импульса.

Валера широко замахнулся и со всей дури врезал концом лома по углу деревянного поддона.

Бум!

Звук удара металла о дерево разнесся по складу, и результат превзошел все самые смелые ожидания. Поддон мгновенно потерял свой статус «недвижимости». Но вместо того, чтобы по всем законам природы рухнуть вниз и раздавить Валере ноги, он с легким, едва слышным шуршанием плавно поплыл по горизонтали. Ровно на той же высоте в полтора метра. Поддон двигался в сторону выхода из склада, аккуратно сохраняя идеальный баланс, словно воздушный шарик, подгоняемый легким сквозняком.

— Ёптыть... — только и смог выдохнуть Валера, быстрым шагом следуя за летящей тонной штукатурки. — Вектор силы передался идеально! Но гравитация по-прежнему заблокирована. Масса осталась, инерция осталась, а веса — ноль! Стас, лови его, лови! Он же сейчас из склада вылетит и неизвестно куда уедет, мы потом замучаемся его ловить!

Стас, сообразив, что пахнет жареным, бросился наперерез летящей конструкции. Он выставил вперед свои огромные ладони, приготовившись принять на себя страшный удар тонны летящего цемента, зажмурился...

Поддон ткнулся ему в ладони. Произошло чудо складской механики: Стас даже не покачнулся. Тонна груза остановилась от легкого нажатия его рук, словно это был не цемент, а пенопластовый муляж. Стас удивленно открыл один глаз, потом другой. Нажал пальцем на край поддона — тонна «Ротбанда» послушно покатилась по воздуху в обратную сторону, вглубь склада.

— Валер! Прикольно! — заржал Стас, катая конструкцию туда-сюда, как подвешенную на веревке боксерскую грушу. — Глянь, я этот... как его... маг воздуха! Из мультика! Я теперь могу вообще фуры руками разгружать!

— Ты дебил, а не маг воздуха, — Валера уже лихорадочно листал в уме формулы из школьного курса физики, совмещая их с обрывками лекций по квантовой механике. — Если веса нет, но инерция сохраняется, значит, сила действия по-прежнему равна силе противодействия. Но сопротивление среды минимально. Это же... это же идеальные условия для логистики! Стой, Стас. Не трогай его пока. Давай проведем контролируемый эксперимент. Скорость тела прямо пропорциональна приложенной силе. Если я врежу по нему сильнее, импульс увеличится?

Валера поудобнее перехватил стальной лом, прицелился точно в центр торцевой доски поддона, замахнулся так, что хрустнули плечевые суставы, и выдал максимальный удар, на какой был способен.

Хрясь!

Поддон сорвался с места со скоростью хорошего спортивного болида. Воздух вокруг него свистнул.

— Стас, шухер, ложись! — заорал Валера, понимая, что немного переборщил с кинетической энергией.

Тонна сухой смеси на скорости около шестидесяти километров в час неслась по центральному проходу склада прямо к выходу. Тормозить эту махину руками сейчас было равносильно попытке остановить поезд «Сапсан» силой мысли.

Именно в этот трагический момент в дверях склада снова появился счастливый Костик. Менеджер времени зря не терял: он уже успел раздобыть из актового зала старую бордовую штору с золотыми кистями и повязать её вокруг шеи на манер плаща супергероя. В правой руке он гордо сжимал деревянную швабру без тряпки, имитируя посох мага. Над его головой по-прежнему сияли неоновые буквы, а статус обновился до [ Статус: Гордость, Величие ].

— Трепещите, смертные! —провозгласил Костик, вставая ровно посреди дверного проема и раскидывая руки. — Я распределил свободные очки характеристик после инициализации в Мудрость! Теперь моя мана восстанавливается на десять процентов быстрее, и я могу активировать заклинание «Магический щит учени...»

Договорить Костик не успел.

Поддон на полной скорости вылетел из темноты склада и влетел точно в новоиспеченного мага стихий. Произошло эпическое столкновение двух абсолютно полярных мировоззрений — виртуального пафоса Системы и суровой отечественной механики. В воздухе вокруг Костика на долю секунды действительно вспыхнул слабоватый, полупрозрачный шестигранный барьер магического щита. Но против кинетического импульса летящей тонны строительной смеси системная магия первого уровня продержалась примерно ноль секунд.

Раздался громкий звук лопнувшего мыльного пузыря, совмещенный с хрустом ломающейся швабры.

— А-а-а-а-а! — истошно заорал Костик.

Так как поддон не имел веса, он не раздавил и не расплющил несчастного менеджера о бетон. Вместо этого сработал закон передачи импульса при упругом столкновении. Костика буквально намотало на передние мешки с цементом, а бордовая штора обернулась вокруг конструкции, и менеджер, беспорядочно перебирая ногами в воздухе с истошным ором улетел верхом на поддоне наружу. Скоростной космолет из «Ротбанда» пронесся через весь внутренний двор базы и воткнулся в огромную кучу песка у дальнего забора.

Над головой Костика, которая теперь торчала из песка, яростно и тревожно замигала ярко-красная системная надпись:

[ Внимание! Вы получили критический урон от тупого тяжелого предмета неизвестного типа. ]

[ Здоровье: 12/100 ]

[ Наложен дебафф: Потеря лица (Снижение харизмы на 80% на 24 часа) ]

Валера и Стас не спеша вышли из склада и прогулочным шагом направились к куче песка. Костик лежал на спине, штора была в песке, верная швабра превратилась в две бесполезные щепки, а неоновая плашка здоровья зловеще мигала красным цветом.

— Ну что, Костян, — Валера оперся на лом, как на трость, и с глубоким удовлетворением посмотрел на поверженного чародея. — Записывай в свой системный интерфейс результаты первого контролируемого физического эксперимента на базе «ПромСнаб-Опт-2000». Закон сохранения импульса работает даже при полной ликвидации гравитации Системой. Скорость движения тела в пространстве прямо пропорциональна величине звездюлины, полученной этим телом от обычного строительного лома. Мудрость твоя, может, в циферках и выросла, но против тонны сухой смеси физика шестого класса всё равно выигрывает всухую.

Костик что-то жалобно промычал, пытаясь отплеваться от песка.

— Стас, — Валера повернулся к подростку. — Разворачивай наш цементный космолёт и толкай обратно к стеллажам. Раз веса нет, мы сегодня норму до конца смены в три раза перевыполним, а спина завтра болеть не будет. А ты, Костян, ползи в каптерку к кладовщикам. Там у них на столе подорожник сушеный в банке лежит. Работает он по старинке, чисто на народной медицине. Умывайся и марш крепеж считать, маг недоделанный.

Валера достал из пачки следующую сигарету, чиркнул спичкой и довольно ухмыльнулся, глядя на то, как Стас легко, одним мизинцем толкает тонну цемента обратно под крышу склада. Кажется, эта новая Система была не такой уж и плохой штукой. Главное — правильно применить законы механики.

Глава 2. Биология системных грызунов

Утро на оптово-розничной базе «ПромСнаб-Опт-2000» выдалось на редкость паршивым. Ночная гроза, которая должна была быть обычной грозой с громом и молниями, из-за багнутой Системы превратилась в какое-то неоновое светомузыкальное шоу. Полнеба заливало фиолетовым, из туч вместо нормального дождя периодически сыпались мелкие, безвредные, но дико раздражающие пиксельные блестки, а старый дизельный погрузчик «Балканкар», стоявший у навеса, после удара молнии вообще перестал заводиться в штатном режиме.

Валера, по локоть в черном мазуте, торчал под капотом этого болгарского чуда техники. Погрузчик не просто сбоил — он предал свои дизельные корни. Каждые пять секунд из его выхлопной трубы с тихим звуком «пуньк» вылетало маленькое розовое облачко, которое пахло не благородной соляркой, а лавандой и немного освежителем воздуха.

— Слышь, Валер, — раздался из-за спины густой бас Стаса. — А «Балканкар»-то наш, кажись, трансформировался. Он теперь этот… экологический. Его Грета Тунберг похвалила бы.

Валера выронил рожковый ключ на тринадцать, грязно выругался и высунул из-под капота потное лицо. Кепка его была сдвинута на затылок.

— Какая тебе Грета, шкаф ты двухметровый? — Валера вытер лоб засаленной ветошью, оставив на нем живописный черный след. — У него ТНВД полетел к чертям, а вместо выхлопа — девчачий парфюм. Система, чтоб её создателей налоговая до конца дней проверяла, переписала плотность топлива в баке. Там теперь какая-то «Эссенция маны низшего качества». Я её на язык попробовал — чистый лимонад «Колокольчик», только вяжет. Нам через час фуру с гипсокартоном принимать, а у меня тягловая сила лавандой пердит! Ты, кстати, чё там прячешь?

Стас, сидевший рядышком на перевернутом ведре из-под шпатлевки, стыдливо завел огромные руки за спину. На его простодушном лице отразилась сложнейшая внутренняя борьба, сравнимая с попыткой первоклассника скрыть от мамы съеденную без спроса килограммовую пачку конфет.

— Да ничего, — фальшиво пробасил Стас, глядя куда-то в район крыши склада 1. — Так, камушек нашел. Красивый. Светленький.

— Стас, твою дивизию, — Валера угрожающе поднял испачканный палец. — У тебя из-за спины фиолетовое сияние бьет такое, что у меня тень на капот падает. А ну показывай!

Подросток тяжело вздохнул, шмыгнул носом и медленно вытянул вперед свои лопатообразные ладони. В правой руке лежала гладкая фиолетовая сфера размером с крупное яблоко. Сфера не просто светилась, внутри неё лениво переливались искры, а прямо в воздухе над ней висела аккуратная неоновая плашка с описанием предмета:

[ Малое зелье восстановления здоровья. Качество: Обычное. ]

[ Описание: Восстанавливает 50 ОЗ. Обладает приятным вкусом дикой черники и легким послевкусием магии. ]

[ Внимание! Предмет принадлежит к категории «Лут». Продажа неигровым персонажам заблокирована. ]

— О как, — Валера прищурился, вчитываясь в парящие строчки. — «Неигровым персонажам», значит? Это мы с тобой, получается, неписи по их паспорту. Граждане второго сорта без права на медицинское обслуживание. Где взял?

— Да в ящике с крепежом лежало, — шмыгнул Стас. — Я «шестидесятые» саморезы искал, а оно там на самом дне светится. Думал, лампочка светодиодная, а оно теплое. И черникой пахнет. Настоящей, лесной. Валер… а у меня чё-то изжога после вчерашнего чебурека от бабы Гали. Аж в горле печет. Может, это… может, я лизну разок? Вдруг отпустит?

— Положи на место, экспериментатор малолетний! — рявкнул Валера, возвращаясь к мотору погрузчика. — Мало ли какую заразу эти менеджеры из коммерческого отдела туда занесли. Вон, Костик вчера довыпендривался со своими искрами, теперь в каптерке сидит, лицо подорожником обклеил, потому что магия магией, а ударная волна от тонны штукатурки системными щитами не лечится. Не трогай, говорю! Чистая химия там, концентрат какой-нибудь китайский с красителями.

Стас уныло опустил голову. Изжога у него, судя по всему, действительно была знатная — он периодически шумно сглатывал и прижимал ладонь к району желудка. Некоторое время в складе стояла относительная тишина, нарушаемая только кряхтением Валеры и лавандовым попёрдыванием «Балканкара».

Хрусь!

Валера резко выпрямился, едва не ударившись затылком о капот.

— Это что сейчас было? — спросил он, медленно поворачиваясь к Стасу.

Тот сидел с набитым ртом и яростно работал челюстями. На его лице застыло выражение граничащего с религиозным шоком гастрономического экстаза. Фиолетовой сферы в его руках больше не было. На бетонный пол упало лишь несколько мелких, светящихся осколков, которые тут же растаяли без следа, как лед на сковородке.

— Ты… ты его сожрал?! — у Валеры округлились глаза. — Прямо со стеклом?!

Стас судорожно сглотнул, издал протяжную отрыжку, от которой по складу пронесся густой, плотный аромат спелой лесной черники, и блаженно зажмурился.

— О-о-о-о… — протянул шкаф, поглаживая свой необъятный живот. — Хорошо-о-о. Валер, прямо как рукой сняло. Внутри так тепленько стало, будто чаю горячего с вареньем бахнул. И изжога прошла. Совсем. Только запить бы чем-нибудь холодненьким, а то во рту сладко, аж зубы сводит. А стекло… оно не стеклянное было. Как карамелька «Взлетная», только мягкая.

Валера застыл с ветошью в руке, глядя на Стаса как на оживший экспонат музея антропологии.

— Приехали, — выдохнул он, доставая из кармана блокнот и огрызок карандаша. — Запишем для истории. Суббота, утро. Подопытный объект «Стас» в количестве одной единицы употребил внутрь концентрированный системный медикамент неизвестного происхождения. Результат: моментальное купирование симптомов гастрита, побочные эффекты в виде черничного перегара. Вывод: системная медицина основана на экспресс-нейтрализации кислотной среды. Анатомия неписей совместима с игровым лутом, несмотря на запреты в описании. Стас, если у тебя к вечеру хвост вырастет или уши станут как у эльфа, я лично тебя сдам на кафедру биологии, понял?

— Не вырастет, — уверенно басил Стас, подбирая с пола рожковый ключ и протягивая его Валере. — Я здоровый, у меня дедушка в деревне подковы гнул. Мне эта черника — как слону дробина.

Договорить они не успели. Из глубины территории, со стороны склада 1, где хранились метизы, гвозди и упаковочная лента, раздался истошный крик. Звук был такой, словно кого-то очень старого и заслуженного пытались насильно заставить пройти курсы повышения квалификации.

Через секунду из дверей первого склада выскочил Андреич. Пожилому кладовщику было далеко за шестьдесят, он носил бессменный синий халат, помнивший еще съезды КПСС, и отличался феноменальной способностью материться на трех языках одновременно, включая старославянский. Сейчас Андреич несся по пандусу со скоростью молодого спринтера, сжимая в руках на манер кавалерийской пики деревянную швабру с обломанным концом. Его лысая голова яростно блестела на солнце от пота и праведного гнева.

— Валера! Стас! Мать вашу за ногу! Мужики, полундра! — задыхаясь и кашляя, проорал Андреич, тормозя около погрузчика и опираясь на швабру как на костыль. — Там… там у меня на первой секции… грызуны! Но они, сука, неправильные! Не наши это крысы! Наши серые, тихие, сало жрут и под порогом дохнут. А эти… эти, твари, током бьются! Я пошел кабель силовой проверять — фаза-то горит, а тока нет. Гляжу в угол — а там сидит эта волосатая падла, кабель КГ четыре на шестнадцать в пасть зажевала и искрит! Я её шваброй ткнул, а меня как шарахнет! Аж зубы зачесались!

Валера медленно отложил ключ. Научный азарт, дремавший в нем со времен вчерашнего эксперимента с летающим «Ротбандом», проснулся и затребовал активных действий.

— Так, — Валера задвинул кепку обратно на лоб. — Током бьются, говоришь? Интересно. Система, значит, фауну нам подвезла. Стандартный стартовый набор для начинающих придурков. Пошли, посмотрим на биологические образцы. Стас, вставай, выдвигаемся.

Они втроем быстрым шагом направились к складу 1. Внутри помещения, как обычно, пахло сухим картоном и машинным маслом. Но сейчас, едва переступив порог, Валера уловил отчетливый, едкий аромат паленой шерсти, озона и почему-то дешевой китайской пластмассы, которую слишком долго держали рядом с плитой.

В самом конце первого пролета, прямо на куче разорванных коробок с оцинкованными гвоздями, сидело существо. Сказать, что это была крыса, мог только очень нетрезвый человек с буйной фантазией. Размерами тварь не уступала упитанному английскому бульдогу. Её спина была покрыта не обычной шерстью, а жесткой, напоминающей металлическую проволоку щетиной. Между короткими толстыми ушами существа периодически с сухим треском проскакивали мелкие синие молнии, а длинный голый хвост ритмично постукивал по бетону, высекая крошечные искры.

Как вишенка на этом торте, прямо над головой грызуна в воздухе ярко горела неоновая вывеска Системы:

[ Электрическая крыса-мутант. Животное. Уровень 1 ]

[ Очки Здоровья: 30/30 ]

[ Мана: 15/15 ]

[ Статус: Агрессивность, Острая нехватка меди в организме ]

— Матерь божья… — прошептал Андреич, крестясь шваброй. — Глянь, Валер, у неё над башкой бегущая строка, как в обменнике на вокзале. Класс животное… Уровень один… Она чё, блин, дрессированная?

— Она системная, Андреич, — меланхолично ответил Валера, доставая блокнот. — Продукт цифровой эволюции. Обрати внимание на статус: «нехватка меди». Она наш кабель не из вредности сожрала, она им питается. Ей для поддержания внутреннего электролитического баланса нужны тяжелые металлы. Стас, видишь цель?

— Ага, — Стас сделал шаг вперед, и его кулаки размером с качан капусты сжались. — Жирная какая. Валер, давай я её поймаю? Я Сане в автосервис отнесу, он у нас крыс любит, у него такса дома живет, они с ней на охоту ходят. Эта таксу, правда, сама сожрать может, но Саня парень крепкий, разберется.

Крыса замешкалась, услышав человеческие голоса. Она медленно повернула к грузчикам свою морду с длинными желтыми резцами. Искры между её ушей стали ярче, треск громче, а полоска маны над головой угрожающе дернулась.

— Стоять, шкаф! — Валера резко выставил руку, останавливая Стаса. — Не ломай объект без предварительного научного анализа. Нам нужно проверить законы проводимости и сохранения энергии в условиях аномальной биологии. Если эта тварь генерирует электричество биологическим путем, значит, у неё есть предел емкости. Андреич говорит, шваброй её ткнул — швабра деревянная, дерево ток не проводит, если сухое. Андреич, ты швабру где брал?

— Так это… в туалете за баком стояла, — замялся кладовщик. — Там капало немного… Она сыроватая была, наверное.

— Вот тебе и первый закон физики, — удовлетворенно кивнул Валера. — Влажная древесина как проводник второго рода. Системе зачет, Андреичу — двойка по технике безопасности. Теперь исследуем объект на предмет полной изоляции. Стас, бегом в щитовую! Тащи оттуда резиновые сапоги сорок шестого размера и диэлектрические перчатки. Которые толстые, бесшовные, до тысячи вольт, в которых электрики на подстанции рубильники дергают. Понял?

— Понял, — пробасил Стас и растворился в полумраке склада.

Пока Стас бегал, крыса-мутант решила перейти в наступление. Она издала противный писк, напоминающий скрежет напильника по стеклу, и медленно переставляя толстые лапы, начала спускаться с кучи коробок. Над её головой статус сменился на [ Статус: Атака, Генерация заряда ].

— Валер, может, это… бахнем её ломом? — нервно предложил Андреич, пятясь к выходу. — У тебя же лом вчера знатно поработал.

— Лом железный, Андреич. Железо — идеальный проводник, — наставительно произнес Валера, даже не шелохнувшись. — Если я её сейчас ломом ткну, мы с тобой тут вдвоем чечетку станцуем на бетоне, а Система нам над головами напишет «Трупы обыкновенные, уровень ноль». Ждем Стаса. В науке главное — правильная подготовка подопытного инвентаря.

Стас появился вовремя. Он на ходу натягивал огромные серые перчатки из толстой технической резины, которые делали его руки похожими на водолазные. На ногах красовались такие же монументальные диэлектрические сапоги.

— Готово, Валер, — доложил подросток, растопырив резиновые пальцы. — Как в космос лететь. Чё делать?

— Инструкция по препарированию системной фауны, — Валера выпрямился и указал карандашом на крысу. — Объект проявляет агрессию. Скорее всего, попытается совершить прыжок с последующим выбросом электрического потенциала. Стас, твоя задача — сработать как заземление. Ловишь её прямо в воздухе. Руками. Резина ток не проводит, заряду деваться будет некуда, и по закону короткого замыкания вся энергия уйдет обратно в её же биологический аккумулятор. Понял алгоритм?

— Понял, — кивнул Стас. — Поймать и держать.

Крыса, не выдержав такой затянувшейся научной дискуссии, прыгнула. Она сорвалась с места с неожиданной для её жирного тела скоростью, превратившись в серый летящий комок, окруженный яростным коконом синих электрических разрядов. Воздух в складе громко хлопнул, запахло чистым озоном. Целилась крыса прямо в незащищенное горло Стаса.

Андреич зажмурился и тихо заскулил. Валера замер с блокнотом, внимательно фиксируя траекторию.

Стас даже не шелохнулся. В его голове, свободной от страха, паники и лишних мыслей, сработал простой рефлекс грузчика — если что-то летит, надо поймать, пока не разбилось. Огромная рука в толстой перчатке быстро выбросилась вперед.

Трах!

Звук был такой, словно в складее взорвался мощный автомобильный аккумулятор. От крысы во все стороны брызнули веером ветвистые молнии. Они ударяли в бетонный пол, рикошетили от железных стеллажей, заставляя гвозди в коробках мелко и мелодично звенеть. Стаса буквально окутало сияющим синим облаком. Короткие светлые волосы на секунду встали дыбом, превратив голову в подобие испуганного ежа, но сам он даже не поморщился.

Стас стоял монументально, как памятник самому себе, намертво сжав кулак вокруг толстой шеи грызуна. Крыса судорожно извивалась, её лапы молотили по воздуху, а искры между ушами начали бледнеть и гаснуть.

— Валер, — глухо пробасил Стас сквозь электрический треск. — Она это… щекочется. Будто батарейку «Крону» на язык прислонил, только в ладошке. И буквы у неё над башкой моргают, как бешеные. Было тридцать ХП, уже пятнадцать осталось. Она чё, сама себя током бьет?

— Что и требовалось доказать! — Валера кивнул, лихорадочно делая записи в блокноте. — Заряд встретил диэлектрический барьер перчатки, отразился от резины и ушел обратно по замкнутому контуру в нервную систему самого источника! Записываю: «Эффект отраженного импульса мутантов». Полная аннигиляция внутреннего потенциала за счет собственной дурости объекта. Стас, держи крепче! Дожимай до полного обнуления системной шкалы! Посмотрим, как тут у них работает этот хваленый круговорот веществ в природе.

Стас послушно сжал резиновый кулак чуть сильнее. Крыса издала последний, жалобный писк, полоска ОЗ над её головой мгновенно упала до нуля, и… произошло то, что окончательно похоронило остатки классического здравого смысла в голове Валеры.

Существо не умерло в обычном биологическом понимании. Оно не превратилось в труп. Раздался отчетливый звук «Плик!», напоминающий уведомление о пришедшей СМС-ке, и тело огромной крысы растворилось в воздухе. Оно буквально растаяло, оставив после себя лишь быстро исчезающее облачко серого дыма.

А на грязный бетонный пол склада с характерным металлическим звоном упали несколько предметов.

Валера медленно подошел, опустился на одно колено и аккуратно, кончиком карандаша, пошевелил упавшие трофеи. Андреич осторожно открыл один глаз, высунулся из-за спины Валеры и вылупился на пол так, словно там лежал клад Степана Разина.

На бетоне лежали три блестящие желтые монеты с непонятным чеканным профилем какого-то бородатого мужика в короне и новый, пахнущий заводской смазкой рожковый гаечный ключ из хромованадиевой стали. На боку ключа отчетливо читалось клеймо: «14х17. Сделано в России».

— Так… — Валера поднял ключ, повертел его перед глазами, попробовал на вес. Ключ был настоящим. Тяжелым, холодным и металлическим. — Это уже не просто сбой физики. Это полный крах материализма. Стас, Андреич, смотрите сюда. Живая органика крысы весом примерно в двенадцать килограммов аннигилировала без выделения тепловой энергии, превратившись в кусок высокоуглеродистой стали весом в сто пятьдесят граммов и три куска цветного металла неизвестной пробы. Закон сохранения массы официально вышел из чата и закрыл за собой дверь.

— Валер… — Стас присел рядом, разглядывая инструмент. — Ключ-то на четырнадцать. Хороший. Нам как раз в тринадцатый набор нужен был взамен того, который Костик в смотровую яму уронил три недели назад. Слышь, а там за стеллажом с гвоздями… там еще шуршит. И искры светятся. Там их целое гнездо, походу.

Валера медленно поднялся с корточек. В его глазах, обычно циничных и усталых, зажегся нехороший огонек. Он перевел взгляд на синий строительный мешок для мусора, валявшийся у стены, потом на гнездо за стеллажами, откуда доносился отчетливый металлический шорох.

— Так, мужики, — Валера поправил кепку и засунул блокнот в карман робы. — Эксперимент окончен, начинается промышленный шпионаж и импортозамещение. Если из этих системных тварей выпадает дефицитный слесарный инструмент первого класса, то мы тут на базе филиал «Леруа Мерлен» откроем без всяких закупок и логистики. Андреич! Монеты собирай в карман, потом бабе Гале занесем, проверим плотность металла на её весах. Стас, бери синий мешок для мусора. Будем складывать туда готовую продукцию. И тащи кувалду. Ту, которая восьмикилограммовая, на длинной ручке. Будем исследовать плотность гнезда методом направленного механического давления. Раз у нас тут Игра, значит, пора фармить!

Глава 3. Бесконечный четвертый ряд

Воздух внутри склада 2 пах сыростью и пластиком дешевых китайских сифонов. Запах лаванды из неисправного погрузчика сюда еще не добрался, но утреннее солнце уже выхватывало из полумрака странное зрелище.

Обычный проход между рядами стеллажей, где испокон веков хранились смесители, гофры и белые фаянсовые унитазы, изменился до неузнаваемости. Четвертый ряд, имевший в длину от силы метров пятнадцать, теперь уходил вдаль, напоминая бесконечную взлетную полосу аэропорта. Конца этой бетонной дорожки видно не было. Серая перспектива растворялась в фиолетовом неоновом мареве, дрожащем прямо над гладким полом. Коробки на верхних полках казались крошечными точками, улетающими в космическую пустоту.

Любитель научпопа сидел на корточках перед самым началом аномальной зоны, нервно крутил в пальцах незажженную сигарету и хмурился. Рядом стоял Стас. Юный великан меланхолично дожевывал остатки утреннего пирожка, посыпая бетон крошками.

– Ну что там, Валер? – поинтересовался Стас, сдувая крошку с широкой нижней губы. – Разгружать-то куда будем? Машина через сорок минут припрется. Водила ждать не любит, опять орать начнет про неустойку.

– Заткнись, Стас, – негромко, но веско попросил Валера, не отрывая взгляда от бесконечной перспективы труб. – Не мешай думать. Здесь классическая механика Ньютона только что подала заявление на увольнение по собственному желанию. Надо проверить массу и метрику.

Огрызок красного строительного карандаша привычно перекочевал за ухо бригадира. В руках появилась видавшая виды лазерная рулетка Bosch в потертом синем корпусе. Прорезиненные кнопки устройства были густо заляпаны старым силиконом.

Палец нажал на кнопку пуска. Яркая красная точка послушно вырвалась из излучателя, устремилась внутрь прохода, но вместо того, чтобы отпечататься на дальней стене а, повела себя совершенно непотребно. Луч пролетел около десяти метров, внезапно вильнул в сторону, заложил крутую дугу под самым потолком и бесследно растворился в неоновом тумане.

Экран рулетки мигнул три раза, издал жалобный писк и выдал порцию системного бреда.

[ Ошибка 404: Конечная координата оси X не найдена в текущей топологии пространства. Проверьте целостность мировых текстур или обратитесь к Системному Архитектору. ]

– Криворукие программисты, – процедил сквозь зубы Валера, зло сплевывая на пол. – Набрали по объявлению индусов, а те даже геометрию Евклида в код ровно зашить не смогли. Координаты осей у них коротит. Стас, доедай. Работа появилась.

Остатки выпечки мгновенно исчезли во рту подростка. Тяжелые шаги великана отозвались гулким эхом под высокими складскими сводами.

– Чего делать-то? – Стас вытер пальцы о рабочие штаны, оставив на брезенте широкие темные полосы. – Опять крыс ловить?

– Хуже. Будешь работать живым геодезическим маяком, – Валера поднялся, хрустнув коленями и подошел к куче складского хлама. – Нам нужно вычислить скорость расширения этой мини-вселенной. Магия магией, а законы сохранения импульса и фазовые переходы никто не отменял. Если есть пространство, значит, его можно измерить.

Из кучи металлолома на свет божий извлеклась тяжелая связка чугунных фланцев, стянутых ржавой проволокой. Весила эта конструкция добрых килограммов двадцать. Валера безжалостно водрузил железо на широкое плечо парня.

– Это зачем еще? – удивленно моргнул Стас, даже не поморщившись от веса.

– Для массы, – наставительно пояснил бригадир, разматывая моток толстого капронового каната. – Чтобы тебя системным ветром не унесло, если у них там еще и гравитация сломается. Конец веревки вяжи к поясу. Будешь идти вперед ровным шагом. Ровно один метр в секунду. Шаг – секунда. Понял?

– Понял, чего не понять, – Стас послушно завязал канат вокруг талии тугим узлом. – Как в армии, только без автомата и со штуковинами для труб.

– Иди, – Валера щелкнул кнопкой секундомера на старых электронных часах Casio. – Каждые десять метров дергай за канат. Будем фиксировать погрешность.

Тяжелые ботинки Стаса глухо застучали по бетону. Великан шагнул через невидимую границу аномалии. Фиолетовый свет тут же лег на его широкую спину странными бликами. Внутреннее пространство четвертого ряда встретило парня звенящей тишиной. Звуки работающей вентиляции и далекий шум промзоны отрезало моментально, словно захлопнулась дверь тяжелого сейфа.

По бокам потянулись бесконечно уходящие в заоблачную высь стеллажи. На полках аккуратными рядами лежали коробки со смесителями, блестели хромированные гайки, тускло отливали серым боком пластиковые трубы. Все это выглядело бы совершенно обычным, если бы не масштаб. Проход между полками, казавшийся снаружи шириной в два метра, внутри раздвинулся до размеров хорошего городского проспекта.

Валера остался стоять на границе, внимательно следя за разматывающимся канатом. Белая веревка, натянутая, как струна, уходила вглубь ряда. Старшой достал огрызок карандаша и принялся чертить расчетную таблицу прямо на пыльном боку картонной коробки из-под чешских унитазов Jika.

– Десять метров, – негромко зафиксировал Валера, когда веревка резко дернулась в его руке.

Секундомер показывал ровно десять секунд. Скорость движения Стаса оставалась стабильной. Однако лазерный луч, направленный вслед парню, теперь упирался прямо в его широкую спину и выдавал совершенно сумасшедшие данные. На одиннадцать метров каната рулетка показывала всего семь метров физического расстояния.

– Эффект складского наблюдателя, – пробормотал Валера, записывая цифры на картоне. – Пространство расширяется именно тогда, когда на него никто не смотрит, или когда внутри происходит движение массы. Скорость расширения – примерно тридцать метров в минуту. Закон относительности Эйнштейна, переписанный пьяными геймдизайнерами.

– Валера! – донесся из глубины прохода искаженный эхом голос Стаса. – Тут это... коробки как-то странно лежат. Словно на волнах качаются. И пахнет морской свежестью. Ну, как в туалете после уборки.

– Иди вперед, маяк, не отвлекайся! – крикнул Валера, прикладывая ладони рупором к губам. – Заначку твою с пирожками в каптерке пока не задело, так что шагай!

Канат продолжал разматываться, уходя в фиолетовую мглу. Тридцать метров, сорок, пятьдесят. Белая линия веревки казалась бесконечной. Валера едва успевал делать отметки карандашом на коробке, как вдруг капрон в его пальцах резко ослаб, а затем снова натянулся.

В глубине аномального ряда раздался странный, ни на что не похожий звук. Это было мерзкое влажное хлюпанье с отчетливым бурлением неисправной канализации.

Стас остановился на отметке в шестьдесят метров. Фиолетовое сияние вокруг сгустилось, превращаясь в плотный, почти осязаемый туман. Прямо перед парнем с верхней полки стеллажа, где хранились гибкие подводки, медленно сползло нечто огромное.

Живая масса состояла из текучего синего геля. Существо напоминало гигантскую каплю воды размером с хорошую бочку для дождевой воды, внутри которой лениво перекатывались пузырьки воздуха и плавало несколько гаек. От твари разило ядреным запахом освежителя воздуха «Океанский бриз». Прямо над верхней частью этого студенистого тела пылала неоновая надпись.

[ Агрессивный сантехнический слайм 2-го уровня. Статус: Голод ]

– Оп-па, – удивленно произнес Стас, разглядывая плавающие внутри монстра гайки. – А ты еще кто такой? На кисель похож. Только синий.

Слайм ответил громким яростным бульканьем. Синее желеобразное тело внезапно сжалось, аккумулируя кинетическую энергию, а затем резко распрямилось, прыгая вперед и растопырив в прыжке склизкие ложноножки. Тварь целилась прямо в лицо.

– Стас! Назад! – долетел из далекого начала прохода далекий крик Валеры.

Юный грузчик предупреждение услышал, но отступать не подумал. В голове парня, свободной от лишних мыслей и знаний о компьютерных играх, отсутствовало понимание того, что слаймы обладают стопроцентным иммунитетом к физическому урону. Поэтому Стас действовал на чистых складских рефлексах. Если что-то летит в лицо, это надо встретить тяжелым предметом.

Широкое плечо резко дернулось. Связка чугунных фланцев, до этого мирно покоившаяся на стыке шеи и плеча, оказалась в мозолистых ладонях. Стас не стал размахивать железом, а просто со всей дури, используя массу собственного тела, швырнул двадцатикилограммовую металлическую конструкцию прямо в центр летящего синего студня.

Законы классической механики, в которые так свято верил Валера, сработали безупречно. Огромная кинетическая энергия тяжелого куска чугуна встретилась с мягкой, податливой плотью системного монстра. Фланцы с мокрым, чавкающим звуком вошли внутрь синего геля, пробили его насквозь и ударили точно в небольшое, светящееся зеленым светом ядро, прятавшееся в самой глубине слайма.

Раздался отчетливый хруст, словно разбилась стеклянная бутылка. Синее желеобразное тело прямо в воздухе потеряло форму, брызнув во все стороны каплями освежителя «Океанский бриз».

Туша слайма с уже знакомым звуком «Плик!» растворилась в фиолетовом тумане. Тяжелая связка фланцев с грохотом рухнула на бетонный пол, выбив сноп искр. На месте исчезнувшей твари на полу остался лежать небольшой пластиковый тубус, окруженный легким золотистым свечением.

Тяжело дыша Стас подошел ближе и поднял предмет. Над пластиковым цилиндром тут же зажглась жирная информационная плашка.

[ Силиконовый герметик высшего порядка. Качество: Редкий. ]

[ Описание: Обладает бесконечным объемом. Намертво склеивает любые физические плоскости, включая дефекты текстур и базовые законы термодинамики. Внимание! Использование не по назначению может привести к локальному коллапсу пространства. ]

– Валер! – зычно проорал Стас, бережно пряча редкий трофей под мышку. – Я тут кисель синий сломал! Из него клей выпал! Бесконечный!

Валера на входе в проход облегченно выдохнул. Палец нажал кнопку остановки секундомера.

– Молодчик, Стас! Сматывай удочки, вали обратно! – скомандовал бригадир, начиная быстро выбирать веревку на себя. – Пространство стабилизировалось, скорость расширения упала до нуля. Живее давай, у нас фура у ворот!

Стас развернулся и побежал назад, тяжело топая по бетону. Канат послушно ложился кольцами у ног Валеры. Однако аномалия не собиралась отпускать героев так просто. Как только великан пересек невидимую отметку, стены склада 2 глухо задрожали. Звук был такой, словно где-то под землей тронулся тяжелый товарный состав. Бетонный пол под ногами пошел мелкой, неприятной дрожью.

Стеллажи по обе стороны прохода, только что стоявшие неподвижно, внезапно начали медленно сдвигаться обратно. Пространство, расширившееся до размеров проспекта, схлопывалось, возвращаясь к своим законным пятнадцати метрам длины. Коробки на верхних полках начали сыпаться вниз, разбиваясь о пол и засыпая проход осколками пластиковых гофр и латунными смесителями.

Стас прибавил ходу, работая локтями и прижимая к груди редкий герметик. Канат, привязанный к его поясу, внезапно натянулся в сторону. Конец веревки, оставшийся далеко позади в глубине ряда, оказался зажат между стремительно сдвигающимися текстурами бетонной стены и тяжелой металлической стойки стеллажа. Капрон натянулся, затрещал и с резким хлопком лопнул, укоротившись ровно на три метра. Текстура склада намертво вплавила в себя кусок строительного инвентаря.

Последний прыжок вынес Стаса из фиолетового марева прямо на руки к Валере. Сзади с металлическим грохотом сомкнулись последние ряды полок. Четвертый ряд снова стал обычным, забитым коробками складским проходом. Фиолетовый неон погас, оставив после себя лишь удушливый запах освежителя воздуха.

– Успел, – выдохнул Стас, усаживаясь прямо на бетон и бережно протягивая бригадиру светящийся тубус. – Вот. Клей. Редкий.

Валера взял трофей в руки, внимательно изучил плашку и удовлетворенно хмыкнул, пряча герметик в синий строительный мешок, где уже лежали три желтые монеты и рожковый ключ.

– В хозяйстве все сгодится, – буркнул Валера, пряча карандаш за ухо. – Силикон на базе всегда дефицит. Тем более высшего порядка. Будет чем дыры в каптерке замазать, а то оттуда сквозит постоянно.

В этот момент со стороны входа в склад раздался полный драматизма крик.

– Я чувствую это! – в проходе появился Костик.

Тридцатилетний менеджер по продажам крепежа выглядел живописно. На плечах у него была криво повязана тяжелая штора песочного цвета, сорванная из кабинета директора. Лицо Костика было густо, в несколько слоев обклеено зелеными листьями подорожника, из-под которых виднелись страшные серые пятна засохшей строительной штукатурки – последствия вчерашних магических экспериментов. Над головой парня по-прежнему уныло горели системные маркеры, показывающие первый уровень и полную ману.

– Астральный резонанс! Великая магия струится сквозь эти стены! – Костик завел руку назад, пытаясь вызвать на ладони свой фирменный синий огонек. – Я пришел, чтобы возглавить этот поход в глубины подземелья! Система зовет меня!

Валера даже не повернул головы в сторону мага. Рука бригадира отработанным до автоматизма движением перехватила тяжелый черенок от старой лопаты, стоявший у коробки с унитазами.

Хрясь!

Глухой, увесистый удар пришелся точно по хребту Костика, прямо по бежевой шторе. Менеджер коротко ойкнул, потерял равновесие и кубарем покатился по бетонному полу.

Над головой поверженного мага тут же вспыхнуло новое системное уведомление.

[ Внимание! Вы получили критический урон от тупого тяжелого предмета неизвестного типа. ]

[ Здоровье: 16/100 ]

[ Наложен дебафф: Прострел в пояснице на 24 часа ]

– Какое еще подземелье, Костян? – устало спросил Валера, опираясь на черенок лопаты. – Подорожник свой сними, смотреть тошно. Марш в каптерку, пока я тебе второй критический урон не прописал за нарушение техники безопасности в зоне проведения замеров.

Костик, тихо поскуливая и придерживая рукой пострадавшую спину, пополз в сторону выхода, волоча за собой песочную ткань шторы. Защитные листья подорожника уныло отваливались от его щек один за другим.

– Ну что, Валер, – Стас поднялся с пола, отряхивая мощные колени. – С этим разобрались. Что дальше?

Валера посмотрел на часы. До прибытия машины оставалось ровно пятнадцать минут. Погрузчик «Балканкар» по-прежнему стоял у стены, испуская тонкую струйку фиолетового лавандового дыма и категорически отказываясь заводиться на системной «Эссенции маны». Двадцать тонн листового гипсокартона нужно было перетаскать руками.

Бригадир открыл рот, чтобы отдать команду, но договорить не успел.

Снаружи, со стороны главных ворот логистического комплекса «ПромСнаб-Опт-2000», раздался оглушительный гудок тяжелого грузовика. Машина пришла раньше времени. Но самым страшным был не гудок.

Вслед за звуком клаксона раздался исполненный первобытного ужаса крик бабы Гали, чья палатка стояла как раз у въезда на базу. А затем земля под складом 2 ухнула вниз на хороших полметра. Экран лазерной рулетки Bosch в кармане Валеры сам по себе включился выдал паническое сообщение.

[ Внимание! Локальный дефицит пространства преодолен. Зафиксировано прибытие эпического объекта класса «Внешний поставщик». Обнаружена системная ошибка в накладной 32. Начинается принудительная перепрошивка текстур зоны разгрузки. ]

Стены склада начали медленно покрываться светящимися зелеными символами, а ворота базы с грохотом заклинило.