Read the book: «"Рита скрыта" и другие истории на ночь»

Рита скрыта.

Все персонажи и события являются художественным вымыслом. Любые совпадения с реальными людьми и событиями случайны. Произведение не содержит призывов к совершению каких-либо противоправных действий. Предназначено для лиц старше 18 лет.

– Знаете доктор, Рита никогда не любила цветы. А что случилось с ней в последние два года до всей этой истории-я ума не приложу. Её как подменили.

– Рита исчезла… – сказал молодой светловолосый доктор Марк Ирвинг и посмотрев с недоверием на Теодора Твердика – бывшего полицейского который сейчас стал пациентом его психиатрической клиники продолжил.

– …я хочу вам помочь, мистер Твердик, но для этого мне нужно знать правду. А то как вы объяснили исчезновение вашей жены объясняет почему вы оказались в нашей больнице, так как это…

– Безумие? – закончил Твердик и доктор подумал в этот момент, что этот человек не похож на сумасшедшего. Но ведь сколько «не похожих на сумасшедших» сумасшедших знал и ещё узнает этот мир?

– Ваши бывшие коллеги обыскали – сказал доктор Ирвинг – весь участок, дом и всю территорию ваших владений в «Блэкривере» и ничего не нашли. Скажите, куда вы дели тело ? Кислота?

– Я не убивал свою жену, док. И мне кажется, что вы нарушаете регламент, этикет, правила поведения и Бог знает, что ещё – задавая мне все эти вопросы. Вы должны помочь мне, а не обвинять меня в том, что я не делал.

Марк Ирвинг вновь подумал, что этот человек явно нормален и посмотрел на улицу где шёл холодный октябрьский дождь, а его подмастерье-ветер нещадно срывал остатки жёлтых листьев с деревьев росших в аллее ведущей к психиатрической больнице имени Святого Франциска.

– Вы правы – сказал Ирвинг отводя взгляд от окна с вечереющей осенней картиной за ним – кому как не вам знать регламент и закон.

Улыбка на долю секунды обозначилась на губах доктора, но тут же исчезла как только гром за окном напомнил о себе.

– Так как я могу вам помочь?

– Вы должны мне поверить – сказал бывший полицейский так быстро как будто ждал этого вопроса.

– Хорошо – произнёс Ирвинг. Допустим, что я поверил…

Теодор Твердик устало улыбнулся и посмотрев на доктора сказал.

– У полиции нет доказательств того, что я её убил, док. Тела, как вы знаете, так и не нашли. В кислоте я её не растворил как могли и как уже вы подумали, но…

– Что «но»? – спросил доктор и подумал, что надо уже вызвать санитаров и избавить себя от этой головной боли. Ведь он слышал эту историю от сошедшего с ума полицейского уже много раз. Но было одно обстоятельство не позволявшее перелистнуть страницу. Пропавшую без вести Риту Твердик он – Марк Ирвинг, знал когда-то очень хорошо. И если бы не некоторые жизненные обстоятельства, то вполне возможно, что Рита Твердик была бы Ритой Ирвинг. Но как мы помним – история не терпит сослагательных наклонений.

– Я дам вам шанс увидеть всё это собственными глазами, док. Но должна быть ночь, тишина и никто кроме вас и меня не должен узнать об этом. Когда вы увидите это сами – вы должны никому не говорить об увиденном иначе…вы станете пациентом своей собственной, этой, то есть, больницы.

Сказав это Твердик улыбнулся и Марку Ирвингу показалось, что этот, некоторое время назад подозреваемый в убийстве своей жены человек берёт его «на слабо»

– После выкидыша Рита стала заниматься разведением цветов. Розы… Этим проклятым цветам она стала отдавать всё больше времени и я сначала думал, что это выводит её из депрессии. Но как мы с вами знаем, док, безумие почти всегда очень стремительно развивается стремясь к своему абсолюту…

Доктор Ирвинг внимательно слушал этого нервного человека с взъерошенными черными волосами и запавшими глазами тогда как часы на стене его кабинета уже показывали 7 вечера, а мрак за окном вступал в свои законные права. Дождь не прекращался и всё настойчивее стучал в окна. Ирвинг не боялся этого странного человека с его странной историей, но ему был неприятен сам факт присутствия Теодора Твердика в его кабинете. Но не сам ли Марк Ирвинг как один из ведущих специалистов в области психиатрии инициировал всё это? Мог ли он поступать иначе? Наверное да, но если бы он не был лично так вовлечен в эту историю…

– Цветы были повсюду – продолжал Твердик и доктор вспомнил, что кажется в Чехии был некогда какой-то буйно помешанный с фамилией Твердик.

– Она постоянно что-то записывала и становилась всё более задумчивой. Мы почти не общались, а потом…

– Что…потом? – спросил Ирвинг

– Она заговорила о том, что её цветы нужно рыхлить.

– Рыхлить? – переспросил Ирвинг чувствующий, что теряет связь с реальностью.

– Да, рыхлить – сказал Твердик не моргая смотря впалыми темными глазами на доктора. – И ещё она в один из зимних вечеров тогда мне сказала, что с этой задачей могут хорошо справляться…черви.

Доктор Ирвинг откинулся в кресле и выдохнул смотря на человека сидящего напротив с другой стороны его рабочего стола. За спиной у этого человека окно в которое настойчиво стучал, требуя войти как будто, осенний дождь и завывал холодный ветер.

– Черви… – повторил Твердик и в этот момент доктор вспомнил, что Твердик из Чехии убил тёщу и кажется пытался убить жену и детей. Марк Ирвинг не понимал почему он вдруг вспомнил этого маньяка из Праги. Но сейчас смотря на этого человека с немигающими глазами и рассказывающего ему про червей Ирвингу виделось, что Твердика из Чехии мог бы очень убедительно сыграть в кино этот Твердик – сидящий перед ним сейчас.

– Что было дальше? – тихо спросил доктор и пациент моргнув наконец глазами сказал.

– Появились черви. Они были везде. Я не знаю где она их брала. Может заказывала где-то. Может сама их выкапывала. В какой-то момент, док, мне стало казаться, что она уже разводит не розы, а этих чёртовых червей…

*****

Спустя два часа Марк Ирвинг в своём зелёном джипе чероки проехал по древнему, каменному мосту через реку «Блэк» из-за которой этот маленький городок и получил своё название «Блэкривер» ещё в те далёкие года – когда Америка была разрываема гражданской войной между Севером и Югом. Проехав мимо кладбища, которые по старым обычаям люди всегда устраивали где-то за городом(и это кладбище не было исключением), доктор наконец подъехал к своему дому. За одноэтажным, ничем не примечательным в этих местах строением – протекала неспешно река «Блэк» и так же неспешно теперь Ирвинг вышел из машины и посмотрел на тёмные окна своего дома.

Пол Маккартни в его машине продолжал объясняться в любви давно умершей от рака Линде и доктор сел в свою машину снова. Сначала он хотел просто выключить магнитолу и зайти в дом пустив в его пределы хоть какой-то уют своим присутствием, но сегодня он этого не сделал. Он ещё не знал, что домой он не войдёт больше никогда. И от этого скромного строения, где прошло всё его детство, он отъезжал теперь в последний раз.

Дождь прекратился и ночь под покровительством луны холодно, равнодушно смотрела как машина отъезжала от дома и ехала теперь в обратном направлении. Фары джипа выхватили из мрака ограды старых могил – на которых вальяжно расхаживали вороны и повернув Ирвинг миновал и старый мост.

«Безумие… То, что ты хочешь сделать – чистое безумие» говорил он сам себе «но… Ведь никто не узнает…»

– Никто не узнает – сказал он вслух и посмотрел на себя в зеркало заднего вида.

– Кроме меня – произнёс на заднем сидении его машины Твердик в смирительной рубашке. В его безумных глазах на миг блеснула луна и Ирвинг зажмурившись ударил по тормозам. Чероки взвизгнул шинами и остановился на пустынной дороге немного не доехав до мигающего фонаря. В машине был только Марк Ирвинг. Зеркало заднего вида в кое он снова посмотрел открыв глаза – было тому свидетелем. Посмотрев на часы на приборной панели он увидел цифры:21:30. Для него сейчас это были ничего не значащие цифры, но для сорокапятилетнего пациента психиатрической больницы Святого Франциска Теодора Твердика это было то самое время, когда он вот уже 5 минут был мёртв.

Никто из персонала психлечебницы и прибывшей вскоре полиции так и не понял как он воплотил свою больную затею в жизнь, но Твердик покончил с собой. Бывшие коллеги обнаружили его тело в палате. Примерно 2 часа отделяло сие событие от его последнего разговора с доктором.

Не зная всего этого, Марк Ирвинг – остановившийся на пустынной дороге и смотрящий теперь как загипнотизированный на мигающий уличный фонарь, вновь завёл двигатель джипа и направился к дому Твердиков, возвращаясь мысленно то к разговорам с Твердиком, то к истории их с Ритой отношений.

Она была голубоглазой блондинкой с вьющимися волосами. Одной из тех беспечно – милых, симпатичных девчушек, которые поддерживали бейсбольную команду «Блэкривера» своими танцами в коротких красных юбках и незамысловатыми кричалками. Словом «несерьёзная». Так по крайней мере отозвалась об избраннице Ирвинга его мать однажды, добавив также, что:

– Мой мальчик, она тебя не достойна.

В том же разговоре мать его проронила, что «послушай, бейсбол – это не твоё»

Марк Ирвинг не знал теперь по прошествии более чем десяти лет, могло ли всё сложиться иначе тогда, но слова его матери касательно спорта подтвердил диагноз. Из-за обнаружившихся проблем с сердцем врачи посоветовали ему не строить планов на бейсбол и вообще спорт оставить другим. Так, мать его – вскоре умершая от рака лёгких ибо всю жизнь дымила как паровоз, удивительно совпала в своём мнении с врачами. И Ирвингу ничего другого не оставалось, кроме как последовать их совету.

С Ритой же Марк Ирвинг встречался лишь несколько месяцев. Он очень удивился когда, узнал, что она играет на пианино (так в нём преобладали стереотипы, семя которых зародила мать считавшая, что в группах поддержки бейсбольных команд богопослушные девушки не пляшут)

Однажды Рита по-детски заливаясь смехом, отчего её щеки краснели являя контраст с белым личиком, пыталась объяснить Ирвингу правила музицирования, но у Ирвинга были «деревянные пальцы»

– Извини, малышка – сказал он ей тогда – я не виноват, что мои пальцы такие.

Он улыбнулся ей, пожав, при этом плечами, а она опять залилась своим звонким как колокольчики смехом и обняла его. Они сидели в гостиной её дома возле чёрного рояля на котором когда-то училась играть ещё мама Риты. В окно украдкой за ними подсматривал своими шелестящими листьями старый дуб и был прекрасный летний день. Который был ещё прекраснее из-за поющих птиц, чьи голоса слышались тут и там. Вся жизнь тогда им казалась светлой и чистой полосой, где просто не может быть ничего плохого, но спустя несколько месяцев родители Риты погибли в автокатастрофе вылетев за ограждение моста. Машина упала в воду в том месте, где и глубины то особой не было, но всё произошло так быстро, что отец Риты не успел сообразить. Оба они были пристегнуты ремнями безопасности и это спасло их жизни в тот момент когда машина упала в воду. Но когда они оказались в воде и в так сказать, статичном положении, те же самые ремни безопасности которые секундами ранее спасли-теперь сделали родителей Риты своими заложниками ибо отстегнуть их из-за заклинившего механизма у них не вышло. Следствие по этому делу в конечном итоге пришло к выводу, что отец Риты смог отстегнуть себя и попытался отстегнуть мать., но не успел. Оба захлебнулись. И руки отца, так же как и руки матери – трупным окоченением были зафиксированы на том злополучном ремне.

Спустя пару недель Рита сказала Ирвингу, что ей нужно побыть одной, а спустя некоторое время он узнал, что она встречается с полицейским Теодором Твердиком. Который был старше её на девять лет и который часто захаживал в забегаловку, где Рита подрабатывала официанткой.

Когда заболела мать Ирвинга, буквально сгорая на его глазах, он в качестве средства терапевтического и спасительного, увлекся чтением статей и книг известнейших психиатров, особенно выделяя для себя Виктора Франкла-прошедшего через нацистские концлагеря в годы второй мировой войны. Прочтя несколько его книг, некоторые из которых были написаны буквально в концлагере, где в то же самое время когда Виктор Франкл продумывал предложения и структуру своей книги, умерщвляли по конвейерному принципу тысячи людей: женщин, детей, всех, Марк Ирвинг понял, что уж если Франкл пережил все те ужасы достойно, то для него всё это сделать будет ещё проще. Ведь что случилось в его жизни? Заболела мама и бросила девушка? Что ж…в такие моменты он говорил сам себе:

«У тебя проблемы и беды, приятель? А ты вспомни, что пережил Виктор Франкл?»

Похоронив мать, он всерьёз стал готовиться к поступлению в Йельский университет, решив уже окончательно связать свою жизнь с психологией. Денег на обучение не было и он поклялся сам себе, что во что бы то ни стало поступит бесплатно. Мать, кроме дома на краю «Блэкривера» по соседству с кладбищем и нескольких тысяч долларов-ничего ему не оставила. Но Ирвинг всегда знал, что она любила его. И он любил её понимая, что она делала всё от неё зависящее. Отец ушёл из дома когда Ирвингу было три года. И он очень смутно помнил его. Мать не любила говорить об этом естественно. Но как-то она сказала Марку, что он просто вышел за сигаретами. И не вернулся.

– Ну и ладно, без него даже лучше – сказала она с улыбкой тогда, смотря на утиное семейство плавающее в речушке возле их дома и зажигая трясущимися руками очередную сигарету.

Когда Марк Ирвинг уезжал в Нью-Хейвен, поступив таки в университет, он был уверен, что не вернётся в «Блэкривер» никогда. Но дом не продал как будто знал, что спустя время заскучает по родным местам. Так и случилось. Тоска съедала его в чужом городе. Поэтому закончив обучение, он много лет спустя вернулся в родное гнездо. Его без проблем взяли на работу в психиатрическую клинику имени Святого Франциска и жизнь его постепенно стала налаживаться. На выходных он ремонтировал дом, стараясь сделать его таким же уютным, коим он был в годы когда мама была жива. Её всегда смущала близость к кладбищу. Из-за этого она никогда не оставляла мыслей продать этот дом, но мало кто хотел его покупать по той же причине. Теперь же всё в прошлом и она сама уже лежит на том кладбище – от которого всегда хотела уехать.

Около 22:00 часов Марк Ирвинг приехал на другой конец «Блэкривера.»

Твердики жили в двухэтажном доме, который теперь был полностью во власти мрака. Из-за крыши дома выглядывала любопытная луна, мимо которой спешно неслись по своим важным делам обрывки туч, подгоняемые сильным ветром. Забора, как и положено в Америке, не было и здесь. Поэтому функцию охранников придомовой территории выполняли небольшие гномики с красными колпаками, которые были установлены по обе стороны с фасада дома. В импровизированной аллее между двумя рядами сказочных этих существ можно было легко проехать машине. Видимо смысл их был именно такой, что они должны были встречать всех приезжающих к этому дому. Это странно конечно, учитывая, что приехать мог и Чарльз Мэнсон со своей отмороженной бандой.

Ирвинг чиркнул спичкой и закурил сидя в машине в полнейшей тишине. Курил он редко, а именно только тогда когда сильно нервничал. Его джип стоял на другой стороне дороги и там, где он ещё не нарушал неприкосновенности чужого жилья и закона. Мимо проехала машина и Ирвинг зажмурившись от яркого света фар этой машины подумал, что надо было взять свой кольт 45 калибра спрятанный им у реки за его домом, но секунду подумав решил, что это было бы слишком.

Два месяца прошло с того времени как бившегося в истерике Твердика поместили в психбольницу под фактическое наблюдение Марка Ирвинга. Свою сумасшедшую историю и версию куда делась его жена – Теодор Твердик настойчиво повторял и врачам и полиции не особо путаясь в деталях. Полиция не могла арестовать его так как тела Риты найти не могли. И признательных показаний он не давал. Отпустить же из больницы его также не могли по той простой причине, что он явно тронулся умом, хотя иногда и производил впечатление здорового человека.

То, что рассказывал Твердик не укладывалось в голове так как некоторые вещи в этом мире находятся за гранью нашего понимания. Тот факт, что Марк Ирвинг намеревался сегодня войти в дом Твердиков по сути своей не являлось доказательством того, что Ирвинг поверил сумасшедшему полицейскому. Скорее наоборот. И сейчас он был здесь именно для того, чтобы доказать себе в первую очередь, что всему есть разумное объяснение. Это объяснение может быть ужасным по сути своей, но лежать всё же в спектре реальных причин объясняющих причины исчезновения человека. Допустим, что у Твердика мог быть сообщник, который где-то удерживает Риту сейчас… Или Рита действительно мертва и растворена в кислоте например, или… Все эти и многие другие причины неожиданного исчезновения молодой женщины – жуткие да, но каждая из этих причин может быть потенциально верной, так как мы все живём в вероятностном мире. Версия же Твердика не укладывается ни в какие рамки и в здоровом рассудке такое объяснение не могло появиться никогда. Именно для того, чтобы доказать себе, что Твердик просто сошёл с ума и нет ни слова правды в его словах, Марк Ирвинг и приехал сюда сейчас.