Read the book: «Дневник Курьера»

Дневник курьера, или Как я научился любить дождь, пробки и чужие подъезды.

Глава 1. Первый заказ, или Добро пожаловать в ад

Электровелосипед я купил на «Авито» за тридцать пять тысяч. Продавец, мужик с уставшими глазами, сказал: «Бери, не пожалеешь. Я на нём два года отпахал, квартиру почти выплатил». Я тогда подумал: «Ну да, конечно, сказочник». Сейчас, спустя полгода, я понимаю: он не врал. Просто не договорил, что выплачивал он не квартиру, а ипотеку за эту самую квартиру, и что «почти» — это ещё лет двадцать.

Первый заказ пришёл в понедельник, в восемь утра. Я надел жёлтую куртку, которую мне выдали на складе (размер XXL, хотя я ношу M — но выбора не было), прицепил термосумку к багажнику и почувствовал себя супергероем. Ну, знаете, как в фильмах: музыка, замедленная съёмка, герой мчится по городу, спасая людей от голодной смерти.

Реальность оказалась прозаичнее.

Первая точка — ресторан «Вкусные истории» на Ленинском. Я подъехал, припарковался, зашёл. Девушка на кассе посмотрела на меня как на таракана:

— Заказ 4587? Ещё не готов. Ждите.

Я сел на скамейку у входа. Ждал двадцать минут. Потом ещё десять. На экране телефона таймер неумолимо тикал: «До клиента 12 минут. Опоздание — минус к рейтингу».

— Девушка, а долго ещё?

— Я сказала: ждите.

Я ждал. В итоге заказ вынесли через сорок минут. Сорок минут моей жизни, которые я никогда не верну. Я схватил пакет, запихнул в сумку, прыгнул на велосипед и рванул. Адрес — ЖК «Ривер Парк», это через мост. Восемь минут в пути по навигатору. Я доехал за шесть. Парковка, подъезд, консьерж:

— Кто? Курьер? Звоните, пусть встретят.

Я позвонил. Клиент — мужчина с уставшим голосом — сказал:

— Оставьте у консьержа.

— Но я должен передать лично, у меня в приложении…

— Оставьте, я сказал. Я на совещании.

Я оставил. Отметил заказ. Сел на велосипед. И тут понял, что за два часа заработал сто восемьдесят рублей. С учётом бензина (то есть электричества), амортизации велосипеда и морального ущерба — рублей пятьдесят чистыми.

«Ну ничего, — подумал я. — Это первый день. Разгонюсь».

Я не разогнался.

Глава 2. География подъездов, или Как я стал специалистом по домофонам

Через месяц я знал город лучше, чем проектировщики, которые его строили. Я знал, что в доме на Садовнической улице домофон сломан уже три года, и нужно звонить в квартиру 47 — там живёт бабушка Зина, которая всегда открывает. Я знал, что в ЖК «Сердце столицы» консьержка тётя Люда не пускает курьеров через главный вход, но есть служебная дверь со стороны парковки, и если сказать ей «от Олега», она пропустит. Я знал, что в доме на Пятницкой лифт работает только до восьмого этажа, а девятый — это технический, и туда надо подниматься пешком по лестнице, которая пахнет кошками и сыростью.

Я стал экспертом по подъездам. Мог по запаху определить, в каком доме недавно делали ремонт, а в каком — только что вынесли ёлку. Мог по звуку домофона сказать, исправен ли он. Мог по количеству кнопок на панели вызова понять, элитный это дом или обычная хрущёвка.

Однажды я привёз заказ в дом на Наметкина. Клиент написал в комментариях: «Поднимитесь на 14 этаж, квартира 142, звоните, я открою». Я поднялся. Позвонил. Тишина. Позвонил ещё раз. Тишина. Написал в чат: «Я на месте, не открываете». Ответ: «А вы точно в том подъезде? У нас два подъезда, я в первом». Я посмотрел на номер подъезда, в который зашёл. Второй. Спустился, перешёл в первый, поднялся на 14 этаж. Позвонил. Открыла женщина в халате:

— Ой, а вы кто?

— Курьер. Еду привёз.

— Какую еду? Я не заказывала.

Оказалось, я перепутал дом. Клиент жил в соседнем, с точно таким же номером, но на другой улице. Навигатор меня подвёл. Я извинился, спустился, поехал в правильный дом. Опоздал на двадцать минут. Рейтинг упал с 4.9 до 4.7.

Глава 3. Дождь, снег и другие радости

Москва — город контрастов. Летом здесь плюс тридцать, и ты плавишься в жёлтой куртке, как сыр в микроволновке. Зимой — минус двадцать, и ты превращаешься в сосульку, которая пытается не упасть с велосипеда на обледенелой дороге.

Но хуже всего — дождь.

Дождь в Москве — это отдельный вид искусства. Он начинается внезапно, застаёт тебя где-нибудь на Третьем кольце, и ты понимаешь, что дождевик ты забыл дома. Капли барабанят по шлему, по сумке, по лицу. Очки запотевают. Дорога превращается в реку. Машины обдают тебя грязной водой из луж. Ты едешь, стиснув зубы, и думаешь: «За что? Я же просто хотел заработать на хлеб».

Однажды я попал в ливень на Ленинградском проспекте. Заказ — суши, клиент — девушка по имени Аня, ждёт на Профсоюзной. Я ехал двадцать минут вместо десяти. Приехал мокрый, как мышь. Аня открыла дверь, посмотрела на меня и сказала:

— Ой, бедненький. Заходите, обсохните.

Я зашёл. Она дала мне полотенце и чай. Мы разговорились. Оказалось, она тоже когда-то работала курьером, но не выдержала и ушла в офис. «Знаете, — сказала она, — я вам завидую. У вас свобода. А я сижу в четырёх стенах с девяти до шести».

Я не стал ей говорить, что свобода — это когда ты можешь выбрать, в какой пробке стоять и под каким дождём мокнуть. Что твой график — это не «с девяти до шести», а «с восьми утра до последнего заказа», и что последний заказ может прийти в полночь. Что «свобода» — это когда ты не знаешь, сколько заработаешь завтра, и будешь ли вообще.

Я допил чай, поблагодарил и поехал дальше. На следующем заказе клиент поставил мне одну звезду, потому что я привёз еду холодной. Я не стал спорить. Просто принял.

Глава 4. Люди, которые делают эту работу