Read the book: «Вечная мечта»

Глава 1

Свет… Нескончаемый поток чистейшей энергии, проносясь сквозь сотни миллионов километров, дарит нам новый день, новую надежду. Согревая своим теплом и озаряя всё вокруг, он способствует зарождению жизни на нашей прекрасной планете.

Земля… Планета, создавшая все условия для жизни. Если свет способствует зачатию жизни, то здесь она рождается. Из вод Земли, как из утробы матери рождается жизнь! Огонь и вода подобны отцу и матери всего живого в нашем мире. В бесконечном цикле Земля и Солнце снова и снова создают множество жизней и судьба каждой из них неповторима.

Обладая воистину огромным воображением и неисчерпаемым творческим потенциалом, природа наградила этими качествами и некоторые формы жизни, порождённые ею. Некоторые считают человека венцом творения. Возможно, они и правы, ведь человек способен созидать! В своих мечтах человек способен создавать целые миры и многое, из созданного в воображении, воплощается в жизнь. И это чудо!

Адам лежал в густой траве и, наслаждаясь прекрасным летним днём, размышлял о многообразии и уникальности каждой жизни во Вселенной. Лучи солнца ласкали лицо, и Адам даже с закрытыми глазами видел наше величественное светило. Тепло согревало всё его тело, а запах цветов и трав дурманил, унося сознание в блаженное никуда. Рядом протекала бурная река, которая освежала насыщенный кислородом воздух. Её мелодичное журчание убаюкивало и ласкало слух. Лёжа на спине, Адам чувствовал мягкость травы, он поглаживал её руками. В совокупности все органы чувств создавали в его мозгу ощущение счастья.

Неподалёку слышалось пение. Красивый женский вокал гармонично сочетался с симфонией звуков природы. Этот бесподобный ангельский голос Адам узнает из миллиардов звуков. Пела его возлюбленная Амара. Она бродила неподалёку, плела венок из луговых цветов и напевала какую-то задушевную песню. Адам даже не пытался понять слов песни, он просто её чувствовал всей своей душой. Её пение казалось Адаму лучшей музыкой – идеальной гармонией звука. Он легонько приподнялся и сел на землю, опёршись на руки. Открыв глаза он увидел прекрасный рай… Вдали возвышались могущественные горы. Их склоны словно одеялом были укрыты вечнозелёными деревьями, а сверху их макушки покрывали снежные шапки. Горы казались ему суровыми, но в то же время очень добрыми великанами. Оглянувшись вокруг, можно было увидеть, как бурлит жизнь. Красавицы бабочки беззаботно порхали над лугом, трудолюбивые пчёлы без устали жужжали над цветами, собирая нектар. В небе кружили птицы, обучая своих птенцов премудростям пернатой жизни. Легкий ветер играл макушками густо разросшейся на этом лугу растительности. Всё казалось бескрайним зелёным океаном. И как одинокий парусник в этом океане безмятежно плыла прелестная Амара. Именно плыла, собирая цветы для своего венка. От ветра её ослепительно белоснежное платье развевалось как парус, а в её голубых, как небо, глазах отражалась вся красота нашего мира.

– Наслаждаетесь? – прервал эту идиллию чей-то монотонный голос.

Это был Иво. Странное существо, похожее на двуногую ящерицу довольно крупных размеров, приближалось к Адаму своей отточенной ровной походкой. Раньше Адам не видел подобных существ, но в последнее время они зачастили в этих краях. Впрочем, Адам был знаком только с Иво, а подобных ему он только пару раз видел издалека. Как и все представители этой расы, Иво был одет в какой-то защитный костюм и всё время что-то записывал. На поясе у него висел непонятный прибор, на который ящер периодически поглядывал. Адам встал, чтобы поприветствовать гостя.

– Доброе утро, Иво! Не хочешь составить мне компанию? – Адам прищурился от Солнца и расплылся в улыбке.

– Благодарю, но сейчас я занят исследованием. Мы как раз заканчиваем подготовку к эксперименту.

– Какому эксперименту?

– Скоро вы узнаете и даже сможете принять в нём участие.

– Весьма интересно, – Адам пристально взглянул в глаза Иво.

Они никогда не внушали ему доверия. В этих глазах рептилии всегда читался лишь холодный расчёт. Глаза же Адама наоборот всегда горели ярким пламенем. Двое мужчин стояли друг напротив друга. Их взгляды пересеклись, казалось что либо ледяной взгляд рептилии должен потушить огонь в глазах Адама, либо огонь всё же растопит лёд. Но ничего подобного не происходило, просто два разных существа разными глазами по-разному смотрели на мир. Существенные внешние различия не заканчивались на одних лишь глазах. Адам жилистый крепкий мужчина, с коротко постриженными чёрными волосами, такими же чёрными глазами и в свободной лёгкой одежде светло-серого цвета. Как и все его сородичи Адам предпочитал простую, удобную и не стесняющую движений одежду. Рептилоид Иво на голову ниже ростом, но весьма коренастый мужчина. Хотя называть его мужчиной не совсем правильно. Адам, как и все жители его поселения, вообще никак не различал этих двуногих ящеров по половым признакам. Все представители расы Иво выглядели и одевались практически одинаково. Цвет их одежды соответствовал цвету их чешуйчатой кожи (что-то среднее между коричневым и зелёным). После недолгого разглядывания друг друга Адам вновь перевёл внимание на Солнце. Он потянулся во весь рост подставляясь под согревающие лучи и восторженно произнёс.

– Какое чудесное утро! Только один ты можешь ходить хмурым в такой ясный день, – заметил он шутливым упрёком, – Иво, я никогда не видел тебя радостным и говоришь ты всегда одинаково ровно, без эмоций.

– Слова – это способ передачи информации, не белее того, – сухо заметил рептилоид.

– А по-моему, это способ передачи эмоций и чувств.

– Поэтому вы придумали петь? – Иво обратил внимание на Амару, которая подходила к собеседникам.

– Доброе утро! – поприветствовала она собеседников и надела только что сплетённый ею из растущих здесь цветов венок на голову Адаму.

Такой же венок украшал её длинные чёрные шелковистые волосы, которые как водопады в ночи ниспадали с её плеч, повторяя очертания её изящного тела. Наполненные счастьем и радостью голубые глаза горели как звёзды на тёмном небосводе, а её ангелоподобное лицо украшала очаровательная добрая улыбка.

– Здравствуй, – отчеканил Иво в ответ на её радостное приветствие.

– Доброе, Амара! – ответил Адам и, сняв венок со своей головы, стал рассматривать его, – Очень красиво, – улыбнулся он девушке.

Адам повертел венок в руках, снова надел его себе на голову и, повернувшись к Иво, продолжил:

– Пение это тоже способ общения. Общение с миром и с самим собой.

– Как скажете, – всё так же безразлично произнёс рептилоид, в очередной раз свершившись со своим прибором, что висел у него на поясе, – Но сейчас у нас нет времени на песни. Пора начинать эксперимент.

Глава 2

Звуки будильника наполнили комнату, нарушая сон спящего. Как же раздражает этот звук! Особенно когда просыпаешься, чтобы идти на осточертевшую ненавистную работу. Либер нащупал рукой будильник, стоявший на тумбочке рядом с кроватью у изголовья и даже не открывая глаз выключил его. Опять пора на проклятую работу… И так каждый день люди по всему миру просыпаются под звуки будильника, чтобы бежать на работу. Мы каждый раз просыпаемся, чтобы вовремя успеть к нашему «колесу», в котором вынуждены крутиться подобно белке. Каждый день в одно и то же время мы запрыгиваем в это дьявольское колесо и бежим в нём пока нам не прикажут идти домой. А говорят нам об этом опять же часы. С нами даже не разговаривают, а просто приучили жить по часам. За нас уже решили когда нам просыпаться, когда есть, когда спать… Миллионы людей каждый день просыпаются с мыслью опять мчаться на омерзительную работу. Перспектива не очень радостная, может быть, поэтому по утрам столько недовольных лиц вокруг. Безжалостные стрелки часов словно плети хозяев подгоняют нас, и в этом бешеном темпе незаметно пролетает вся жизнь. С такими нерадостными мыслями в голове Либер, не желая вставать с постели, лениво перевернулся на другой бок, лицом к окну. Первые лучи солнца наполняли комнату. Он почувствовал лучи на своём лице, открыл глаза и увидел как за окном рождается новый день. Свет наполнял не только комнату, но и самого Либера, отгоняя мрачные мысли и заставив приветственно улыбнуться взошедшему Солнцу.

– Одно радует. Я просыпаюсь вместе с Солнцем! – вслух закончил он свои размышления и сел на кровати.

Либер жил в стандартной комнате для рабочих. Таких общежитий было очень много и все они были построены однотипно. Поскольку Либер был холостяком, жил он в стандартной однокомнатной квартире. Небольшая комната около 15 квадратных метров в которые уместились и спальня, и кухня. В дальнем левом углу было единственное в квартире небольшое окошко, которое смотрело на восток, чему Либер был несказанно рад. Рядом с окном стояла кровать, а с другой стороны кровати тумба с тем самым противным будильником. На противоположной от кровати стороне располагалась маленькая кухня. У стены стояли небольшой холодильник, СВЧ печь, шкафчик для посуды и раковина. Посреди комнаты находился обеденный столик, за которым могли уместиться не более двух человек, и два стула. Прямо напротив обеденного столика находился выход из комнаты, который через узкий коридор упирался в дверь. Справа от входной двери был шкаф для одежды, а слева совмещенный санузел. Такие стандартные комнаты выдавали всем одиноким рабочим. Если же кому-то хотелось квартиру побольше, то необходимо было обзавестись семьёй. Но мысли о женитьбе нагоняли тоску на Либера, и он вполне довольствовался своей комнатушкой.

Либер встал с постели и пошёл в душ. Сегодня вода оказалась не очень теплой, что помогло телу быстрее пробудиться. После душа он достал из холодильника замороженный завтрак и бросил его в микроволновую печь. Сев за столик он вновь погрузился в свои тяжёлые мысли. Будильник, душ, замороженный завтрак, затем на общественном транспорте до завода… И так каждый день на протяжении уже почти восьми лет. «Мы просто запрограммированные роботы, которые выполняют свою определённую функцию в зависимости от цифр на бездушных часах, – думал Либер, рассеянным взглядом уткнувшись в точку в стене, – Безвольные биологические механизмы». Но тут его раздумья прервал неожиданный стук в дверь. Вообще редко кто приходит к нему в гости, а тем более по утрам, от такой неожиданности Либер даже подпрыгнул на стуле. И всё же это не заставило его сразу подорваться к двери, он пытался сообразить кто к нему мог прийти и к нему ли вообще стучались. Стук повторился, тем самым окончательно вернув его в реальность из мира фантазий. Он резко встал и направился к двери. Только он дошел до двери, как сзади раздался короткий звон. Это печь так подаёт сигнал о том, что завтрак готов. Этот звон отвлёк внимание Либера, он замешкался на какое-то время, не решаясь на что ему отреагировать в первую очередь. Однако третий стук заставил его вспомнить, зачем он стоит у двери. Даже не посмотрев в глазок, Либер машинально открыл входную дверь.

– Здорово, брат!!! – расплылся в улыбке гость, протягивая правую руку для рукопожатия.

Это был Фрат – двоюродный брат Либера и его лучший друг. Несмотря на родство, внешне Либер и Фрат совсем не были похожи. Фрат высокий, статный, мускулистый мужчина атлетичного телосложения, всегда ухожен и опрятен. Либер значительно ниже ростом своего брата, худощавый, невзрачный и одет всегда скорее удобно, чем красиво. Либер вообще отдавал предпочтение удобной, свободной одежде и никогда не упускал возможности снять отвратительную робу. Вдвоём они смотрелись скорее как богатырь и его оруженосец. Но глаза выдавали их родство. И у того, и у другого сияющий взгляд всегда был устремлён вперёд и в чёрных, как два уголька, глазах всегда горело пламя жизни.

Увидев на пороге такого гостя, Либер просто засиял от счастья. Правой рукой он пожал его руку, а левой похлопал по плечу. Фрат же в ответ крепко обнял своего брата свободной рукой, не разжимая рукопожатия, и даже слегка приподнял его. Хоть Либер и был немного старше по возрасту, крепыш Фрат с детства был физически намного сильнее его.

– Спал что ли? Не открывал долго, – заговорил гость своим зычным голосом, выпуская хозяина из своих могучих объятий.

– Не спал, просто задумался, – улыбнулся в ответ Либер, – А ты чего так рано? На работу не надо сегодня?

Вопрос был уместен. В последние годы у Фрата почти никогда не было свободного времени. Он работал водителем такси, а вне смены подрабатывал грузчиком. Мужчины прошли в комнату и сели на стулья.

– Я после ночной смены, сегодня, слава Богу, никуда не надо. Семейная жизнь не так-то проста, приходится всё время работать, чтоб прокормить двоих детей! – вспомнив про своих малышей Фрат улыбнулся, эти маленькие сорванцы всегда заряжали его позитивом, тут его взгляд упал на СВЧ печь, – А ты чего ещё не завтракал?

– Пока ещё не успел.

– Ну, поешь тогда, потом отвезу тебя на работу.

– Я не ждал тебя с утра пораньше, – признался Либер.

– Да я просто мимо проезжал, – Фрат хитро заулыбался, – Ешь давай быстрее, на работу опоздаешь.

– Аппетита нет, – пробормотал Либер, доставая контейнер из печки, – Вообще нет никакого желания ни есть, ни работать, – он безразлично посмотрел на свой завтрак, потом небрежно положил его на стол и плюхнулся на стул.

– Ну-у, это дело поправимое, – снова глаза Фрата хитро заблестели, – Сейчас у тебя и аппетит будет и настроение!

С этими словами он, словно какой-нибудь фокусник, ловко достал из кармана небольшой камушек тёмно-коричневого почти чёрного цвета и легким движением пальцев бросил его на стол. Со стороны это выглядело как будто опытный нардист бросает зары. Либер молча взял камушек, сжал его в кулак, неторопливо встал из-за стола и так же неспешно направился в сторону туалета. Фрат последовал за ним.

– Запри дверь, – прошептал Либер и зашел в туалет.

Гость запер входную дверь квартиры и зашел следом. В туалете у Либера был тайник. На полу справа от унитаза он снял одну плитку и достал оттуда небольшой сверток. Опустив крышку унитаза, Либер сел на него и развернул платок у себя на коленях. Там была трубка, зажигалка и сложенный маленьким конвертиком кусок бумаги.

– Тебе придётся постоять, – прошептал Либер, подняв глаза на своего гостя, так как в тесном помещении просто не было места присесть второму человеку.

– Ничего, не в первый раз же, – так же тихо произнёс Фрат и улыбнулся.

Да, Фрат принёс с собой гашиш, небольшой неровный кубик весом около двух грамм. От тепла руки камушек стал мягким как пластилин. Либер оторвал несколько маленьких кусочков, которые они молча раскурили с братом. Либер протянул остаток гостю, но тот помотал головой, отказываясь брать, и указал пальцем на тайник. Хозяин всё понял и без слов. Он развернул бумажку, которая была в свёртке, и положил остаток гашиша туда. В сложенном конвертике было ещё немного травы (Фрат знал, что это была марихуана) и карта памяти. Либер быстро убрал карту памяти себе в карман, сложил бумажку как и было до этого, затем снова аккуратно завернул всё, что там было обратно в платок и спрятал в свой тайник. Друзья вышли из туалета, Фрат кивнул в сторону входной двери.

– Нам наверно уже пора? – поинтересовался он.

– Да, братан. Сейчас только переоденусь.

– А как же завтрак? – вспомнил Фрат увидев на столе остывающую еду.

В ответ Либер лишь безразлично махнул рукой и подошёл к шкафу с одеждой. С минуту он внимательно смотрел на небогатое содержимое своего гардероба, потом просто достал куртку и ботинки, после чего братья вышли из квартиры. В коридоре было тихо, ни одной живой души.

– Как будто все вымерли, – прокомментировал Фрат.

– Рано ещё. Чуть позже все побегут на работу, когда часы им прикажут, – недовольно пробубнил Либер, вспомнив свои утренние рассуждения.

Либер направился к лестничной площадке, но потом передумал и подошёл к лифту. Фрат оказался рядом с лифтом чуть раньше и нажал на кнопку вызова.

– Всё-таки 37 этаж, – с улыбкой произнёс он, заметив метания брата между лестницей и лифтом.

Братья посмотрели друг на друга и заулыбались. Их состояние выдавали покрасневшие глаза, которые теперь ещё больше были похожи на горящие угольки. Двери лифта открылись с характерным скрипом. В абсолютном безмолвии друзья вошли внутрь, проехали до первого этажа и вышли на улицу. Поговорить им было о чём и очень хотелось этого, но в целях безопасности лучше было молчать. Выйдя на улицу Либер ощутил легкий ветерок. Он повернулся лицом к солнцу и прищурился от света. На улице стояла тёплая весенняя уже почти летняя погода, а мягкий ветерок и тёплое солнышко так и уговаривали прогуляться, насладиться прекрасным днём.

– Просыпайся уже! – голос Фрата снова вернул в реальность.

Либер оглянулся по сторонам и увидел лишь бетонные постройки и кучу всякого транспорта. Стены города всегда давили на Либера, он мечтал жить на лоне матери-природы, хоть никогда и не покидал границ города и даже никогда не видел живого дикого мира.

– Каждый день вместо пения птиц я слышу гул машин. На улице шум транспорта, на работе станков, – Либер тяжело вздохнул, прогоняя мечты о девственной природе.

В это время мимо пролетала летающая камера, которыми был заполонён весь город и ничто не могло укрыться от их вездесущего механического глаза. Задержавшись на пару секунд, она издала характерный щелчок и сфотографировав собеседников полетела дальше.

– И ещё эти проклятые щелчки камер постоянно, – раздражённо добавил Либер.

– Пение птиц… – с улыбкой повторил Фрат слова брата, – Мы же не в сказке живём.

– И я жалею об этом. Вот бы сейчас оказаться в каком-нибудь сказочном местечке. Скажем в Шире или Ривенделле! – на секунду замечтался Либер, и братья дружно расхохотались.

– Тебя отвезти? – Фрат кивнул в сторону своего такси, стоящего неподалёку, – Счётчик не буду включать, – расплылся он в улыбке и похлопал брата по плечу.

– Ещё чего не хватало. Включай счётчик и поехали! – Либер быстро подошёл к электромобилю и сел на пассажирское сиденье рядом с водителем. Он не хотел, чтобы у лучшего друга были из-за него проблемы, поэтому и попросил включить счётчик.

– Как скажешь, – обречённо вздохнул Фрат и сел за руль, – Куда едем?

– Уровень F! – еле слышно произнёс пассажир.

Глава 3

Последние достижения науки и техники никогда не были достоянием народа, впрочем, как и недра земли. Когда и как их использовать всегда решалось лишь в определённых очень узких кругах. Всё это приводило к расслоению общества, в народных массах зарождалась ненависть и страх. Чтобы защитить свои богатства и положение привилегированные слои общества научили простых людей ненавидеть друг друга только за то, что кто-то другой национальности, вероисповедания и тому подобное. Благодаря средствам массовой информации каждый народ обрел уверенность в том, что только они хорошие во всём мире, а те кто живёт иначе – враги. На этой почве возникали постоянные неизбежные конфликты, что приводило к бесконечным кровопролитным войнам. Те кто распределял ресурсы очень ловко манипулировали этими событиями для извлечения собственной выгоды. В конечном счёте, это привело к тому, что все финансовые потоки мира, вместе со всеми благами нашей планеты, были сконцентрированы в руках нескольких крупных корпораций.

В погоне за прибылью магнаты не знали предела. К тому времени, когда загрязнение природы достигло своего апогея, общество людей лишь отдалённо напоминало цивилизацию. Преступность росла в геометрической прогрессии, отчаявшиеся люди были готовы пойти на всё ради своего выживания. По иронии судьбы спасение пришло оттуда же откуда и разрушения. Объединив свои силы крупнейшие корпорации мира, в руках которых к тому времени была сосредоточена и вся политическая власть, предложила изнурённому миру модель идеального общества. Измученное общество людей с радостью приняло эту модель, а те кто терроризировал планету на протяжении нескольких веков, вдруг внезапно стали благодетелями.

По всему миру, словно 108 грехов, было построено 108 мегаполисов. Эти бетонные гиганты обеспечили жильём и работой практически каждого человека на этой некогда цветущей планете. Каждый мегаполис, по сути, является отдельным государством со своим правительством, армией и символикой. Города полностью автономны и изолированы от всего остального мира. А так как ресурсы планеты и достижения в науке теперь стали считать общим достоянием, то не возникало нужды и смысла вести торговлю между городами.

Все мегаполисы были построены по одному стандарту и издалека были похожи на огромные пирамиды или конусы. Сверху же город напоминает кольца дерева. Каждый мегаполис состоит из нескольких уровней, а кольца разделяют эти уровни. Так как все мегаполисы построены по одному типу, достаточно рассмотреть их жизнь и устройство на примере одного из них. Например, Мегаполис №33.

Часть города, которая находится внутри самого центрального кольца, называется уровнем A. В центре уровня, и города соответственно, расположился красавец парк в форме равностороннего треугольника. На территории парка растут величественные деревья, прекрасные клумбы цветов и вечнозелёный газон покрывает его поверхность круглый год. С трёх сторон этот парк окружён тремя главными зданиями всего Мегаполиса: Белый Дом, Чёрный Дом и Зелёный Дом.

Белый Дом – это здание правительства. Тут заседает Сенат, который следит за благосостоянием города. Члены Сената – высшие чиновники Мегаполиса, элита. Именно они занимаются распределением благ в обществе и ведут народ к «счастливой жизни».

Чёрный Дом – здание службы безопасности города. Здесь работают агенты спецслужбы, которые контролируют всё что происходит в городе. Агенты следят за целостностью системы, чтобы ничто и никто не препятствовал Сенату строить идеальное общество. Никто точно не знает кто они такие. Некоторые даже уверены, что они вовсе и не люди, а роботы или даже инопланетяне. Впрочем, страх всегда порождает в народных массах множество слухов и суеверий. Агенты всегда носят чёрную шляпу и плащ, встреча с ними никогда не сулит ничего хорошего. За всё это в народе их прозвали «тёмные люди». В Чёрном Доме также располагается Центральный Компьютер. Сюда стекаются данные со всего города, тут же они обрабатываются и хранятся. Центральный Компьютер обладает искусственным интеллектом. И даже ходят слухи, что ЦК управляет работой всей службы безопасности. Чёрный Дом внушал ужас в порабощенные умы народа и, наверно, поэтому был чемпионом по количеству слухов и страшных баек связанных с ним.

Зелёный Дом по-другому называют домом древних искусств. Считается что все произведения искусства, которые существовали до сотворения мегаполисов, являются угрозой для системы. Хранение у себя подобных вещей строго карается. Если у кого-то находятся древние книги, картины или записи музыки и фильмов, то сразу же появляются Тёмные люди. Находка либо демонстративно уничтожается на месте, либо агенты увозят её с собой вместе с её владельцем. Обычно ни владельца раритета, ни само диковинное произведение искусства больше никто никогда не видит. Такие останки древних цивилизаций хранятся в Зелёном Доме. Тут можно найти практически всё: книги Толкина и Брэдбери, стихотворения Пушкина, картины Дали и да Винчи, записи концертов Моцарта и Металлики!!! Но доступ в Зелёный Дом имеют только члены Сената и агенты. При необходимости оформляются разовые пропуска для сотрудников научно-исследовательского центра.

Все три Дома имеют форму равносторонних треугольников. Цвета Домов соответствуют их названиям. Между Домами располагаются различные рестораны, театры, клубы и прочее. Между Чёрным и Белым домами возвышается ещё один шедевр архитектурного искусства – центральный религиозный Храм города. Вокруг всего этого построены жилые дома для жителей уровня А. На территории всего уровня создано множество парков и лесопосадочных полос для прогулок и отдыха верхушки Мегаполиса. Уровень ограждён по периметру огромным непроходимым забором с четырьмя воротами. Ворота стоят с четырёх сторон света и носят соответствующие названия: северные, южные, восточные и западные.

За забором вокруг уровня А построен уровень В. Если уровень А в народе называли правительственным, то В прослыл научным уровнем. Он также ограждён высоким забором с четырьмя воротами, которые располагаются параллельно воротам уровня А. Главное сооружение данного уровня – Научно-Исследовательский Центр (НИЦ). Он занимает огромную территорию между северными и западными воротами. Тут трудятся лучшие учёные и изобретатели города, и именно здесь происходит научно-технический прогресс. Инженеры, врачи, филологи, все трудятся в этом огромном стоэтажном здании. Научно-исследовательские центры всех мегаполисов пусть и дистанционно, но очень тесно сотрудничают между собой. Открытия одного НИЦ сразу же становятся достоянием всех центров. Рядом с НИЦ, между западными и южными воротами, располагается научно-исследовательский полигон (НИП). Тут проходят различные испытания и крупномасштабные эксперименты. Далее между южными и восточными воротами находятся учебные заведения. Эти учебные заведения выпускают специалистов всех мастей необходимых городу. Студентов набирают среди жителей Мегаполиса. Практически каждый юный житель мечтает стать студентом, так как через учебные заведения лежит путь в лучшую жизнь. Но отбор студентов проходит очень жёстко. Набором студентов занимаются профессоры и непосредственно агенты. Никто не зачисляется в учебные заведения без разрешения службы безопасности города. Агенты с самого рождения ведут наблюдение за каждым жителем города, а затем распределяют, кто какую функцию будет выполнять. Четвёртый сектор научного уровня (между восточными и северными воротами) – это жилой комплекс. Жилой комплекс включает в себя не только квартиры для служителей науки и студентов. Тут также расположены рестораны, кафе, театры, стадионы и прочее. На территории любого жилого комплекса, независимо от уровня, есть гипермаркет, больница, школа, храм и полицейский участок. Возле стен уровня А, между воротами, располагаются четыре храма. Духовная семинария тоже находится на территории учебных заведений.

Говоря о религии необходимо отметить тот факт, что в современных мегаполисах все древние религии были искоренены. Священные писания вроде корана или библии Сенат посчитал наследием древнего невежественного мира, которые, как и древние искусства, привели к краху человечества. Чтобы не создавать опасности для современного мира все священные писания были объявлены вне закона и уничтожены, лишь несколько экземпляров хранится в Зелёном Доме. Однако на протяжении многих веков религия зарекомендовала себя как мощный и эффективный инструмент для управления массами. Отказаться от такого инструмента было бы непростительной глупостью, учитывая, что люди всегда тянутся к духовному. Поэтому была придумана новая религия, появились новые пророки и по всему городу были построены храмы. Люди всё так же приходят в храмы молиться, приносят подаяния, собираются во время религиозных праздников для принятия участия в ритуальных обрядах. Таким образом, через духовенство Сенат воспитывает в людях такие качества как покорность, терпимость, послушание.

Далее идёт уровень С или культурно-развлекательный уровень. Как известно народу нужно хлеба и зрелищ. Вот именно здесь, на уровне С, и рождаются эти зрелища, которыми «кормят» народ. Отсюда ведут своё вещание радио и телевидение, здесь печатаются газеты, журналы и книги, снимаются фильмы, записывается музыка, проходят спортивные соревнования. Уровень С окружает уровень В и так же ограждён по периметру высоченным забором. Но в отличии от предыдущих двух уровней, уровень С имеет восемь ворот. Как уже говорилось, всё культурное наследие древнего мира было уничтожено или тщательно спрятано от глупого простого люда, дабы не вводить его в искушение познать то, что выходит за рамки дозволенного. На смену запрещённым древним книгам, песням и фильмам пришли новые. И чтобы донести до народа новое искусство, на западной стороне уровня С был построен Информационно-Вещательный Комплекс (ИВК). Этот комплекс занимает сектор от северо-западных до юго-западных ворот. С уровня В и D на территорию ИВК можно попасть напрямую через западные ворота. Комплекс включает в себя множество построек. Северную и центральную часть комплекса занимают десятки различных теле и радио каналов, а южную – редакции газет и журналов. Через ИВК до народа доносятся последние новости, фильмы, музыка и ведутся спортивные трансляции. Комплекс ограждён от всего остального уровня и находится под постоянным пристальным контролем агентов. Между юго-западными и южными воротами располагается Киносектор. Тут построено множество павильонов, где происходит съёмка фильмов и телесериалов. Дальше, до юго-восточных ворот, идёт жилой сектор для работников кино, писателей, музыкантов и художников. Также на территории жилого сектора расположены две типографии, где издаются все литературные произведения (за исключением научной литературы, которая издаётся в НИЦ), и студия звукозаписи, где выпускаются альбомы современных музыкантов и певцов. Типографии и студия звукозаписи, конечно же, тоже находятся под контролем агентов.

От юго-восточных ворот до северо-восточных расположен ещё один огромный комплекс – спортивный. Не трудно догадаться, что здесь расположены различные спортивные сооружения и тренировочные базы. Любое спортивное сооружение – это голографическая комната. Голографическая комната создаёт проекцию любой спортивной арены (футбольное поле, хоккейная площадка и прочее) куда выходят спортсмены и соревнуются. Атлеты со всего мира состязаются между собой даже не покидая стен родного города. Единственное условие – атлеты должны находиться в голокомнатах одновременно. Голографические камеры считывают все движения человека и передают голографическое изображение в комнату где находится соперник. Таким образом, каждый соревнуется с голографической проекцией своего оппонента, при этом полностью управляя своей голограммой. Так проходят соревнования по всем видам спорта и даже созданы мировые лиги. Жители уровней А, В и С могут приходить на трибуны непосредственно в спортивный комплекс. На уровнях D и Е построены спортивные голографические стадионы куда люди из низших сословий тоже могут приходить поддержать любимую команду. Болельщики из D и Е уровней видят голограммы спортсменов, а сами тем временем создают голографические проекции болельщиков на трибунах, которые видят спортсмены. Ощущение реальности 100%. Голограммы полностью копируют людей и даже могут нанести травмы спортсменам. Бывали даже летальные исходы. Однако в целях безопасности голограммы болельщиков не могут нанести вред атлетам.

Северная часть культурно-развлекательного уровня – это жилой комплекс. Между северными и северо-восточными воротами расположен жилой сектор для спортсменов, там же расположены тренировочные площадки. А между северо-западными воротами и северными находится жилой сектор для сотрудников ИВК. Ну и, конечно же, храмы. На уровне С их пять штук. В жилых секторах стандартные храмы. А вот на территориях Информационно-Вещательного и Спортивного комплексов построены огромные Мегахрамы. Именно из этих Мегахрамов, а также Центрального Храма города ведутся телетрансляции во время религиозных праздников.

Уровень D – военный уровень. Здесь нашли себе место структуры, без которых не может существовать ни одно государство. Безусловно, это армия и полиция. Современные мегаполисы, как и древние государства, основаны на насилии над народом. Насилие всегда порождает только насилие, и чтобы правительству всегда оставаться сильнее народа, оно должно содержать полицию и армию. Армия чтобы бить чужих, полиция чтобы усмирить своих. Мегаполисы никогда не воевали друг против друга, но каждый содержит армию. Благодаря средствам массовой информации люди всё время слышат истории о нападениях террористов, взбесившихся машинах, внезапно вышедших из-под контроля программах, нарушителях границы и т.п. Народ всегда держат под страхом войны и наивные запуганные люди готовы выполнять любые прихоти Сената, только бы избежать массового кровопролития. Чтобы защитить общество и не допустить развала системы, необходима армия. Так говорит Сенат, а народ искренне верит в это и многие даже мечтают попасть в ряды вооружённых сил. Призыв в армию считается почётным делом, родители гордятся, если их сын становится солдатом. Не надо думать о солдатах Мегаполиса плохо, они действительно самоотверженно защищают покой граждан. Солдат отправляют на самые опасные задания и чаще всего эти задания за пределами города. Несмотря на высокий уровень научно-технического прогресса, сплошь и рядом возникают случаи когда машины выходят из-под контроля и солдаты, рискуя своими жизнями, отправляются для их усмирения или уничтожения. Бывает что дикари, живущие вне города, захватывают урожай или пытаются прорваться в город. И опять в бой вступают доблестные солдаты. Без работы военные не сидят никогда. Но, наверно, лишь Сенат и Тёмные люди знают истинное предназначение армии. На народные массы никогда нельзя полностью положиться, в любой момент они ни с того ни с сего могут взбунтоваться. И кто тогда усмирит разъярённую толпу? Именно поэтому отбор в вооружённые силы, так же как и в полицию, тщательнейшим образом ведут агенты службы безопасности. Отбор идёт очень жёсткий, ведь помимо физической силы, солдат должен быть ещё и послушным, а при необходимости по приказу командования он обязан без колебаний лишить жизни другого человека или же отдать свою.

Если военные действуют в основном за пределами уровня Е, то полиция работает от уровня В до уровня Е. Ни полиция, ни армия не допускается до уровня А, лишь высшие генеральские чины приезжают сюда на совещания с Сенатом и службой безопасности. В обязанности полиции входит держать порядок в городе. Они следят за всем и за каждым, без тени сомнений могут жестоко наказать за малейшую провинность. Агенты не успевали бы следить за всеми, если бы не их верные псы – полицейские. Но не надо воспринимать их только негативно. Бывали даже случаи когда они спасали жизни и судьбы людей. Немало было тех, кто шёл служить в полицию искренне веруя, что их миссия священна и необходима обществу. Однако же, оправдывая почему люди из народа так охотно идут на службу в армии и полиции, не стоит забывать и о привилегиях силовиков по сравнению с рабочим классом. Роль пожарных и спасателей в мегаполисе также возложена на могучие плечи полиции и армии.

Уровень D официально разбит на восемь секторов, каждый из которых пронумерован. Первый сектор – от северных до северо-восточных ворот, восьмой – от северо-западных до северных. Первый сектор – это аэродром, тут находится военно-воздушная техника. Пятый сектор – парк военного наземного транспорта. Седьмой сектор – полигон. Четвёртый и восьмой сектора – военные гарнизоны, второй и шестой – полицейские гарнизоны. Военные и полицейские гарнизоны это не только казармы, тут построены многоквартирные дома для офицеров и их семей, а также, как и на территории любого жилого комплекса Мегаполиса, магазины, больницы, школы и храмы. Третий сектор – сектор отдыха и развлечений, здесь располагаются три спортивных голографических стадиона, парк аттракционов и прочие развлечения для отдыха органов насилия над народом. В спортивных голостадионах не только ведутся трансляции, но также проводятся соревнования между жителями этого уровня. Один из этих голографических стадионов носит название Главной Спортивной Трибуны города. По специальным билетам сюда могут попасть люди с любого уровня, чтобы посмотреть на спортивные состязания. В этом же секторе находятся высшая военная школа и полицейская академия.

Вокруг уровня D простирается самый крупный и густонаселённый район Мегаполиса – уровень Е. Это производственный уровень. Тут расположены заводы и фабрики, обеспечивающие город всем необходимым. Естественно, рабочий класс не только трудится, но и проживает на этом уровне. Уровень Е имеет 12 ворот и аналогичным образом обнесён непроходимым забором, который изолирует город от внешнего мира. В отличие от других уровней тут ворота просто пронумерованы. Северные ворота носят номер 12, южные – 6 и так далее по порядку на подобии циферблата часов. Сектора тоже пронумерованы. Например, между двенадцатыми и первыми воротами располагается первый сектор и далее по часовой стрелке. В простонародье производственный уровень называют рабочим, но больше известен этот район как просто «циферблат». Весь уровень Е это промышленная зона. Каждый сектор в свою очередь разделён на промышленную и жилую зоны. Заводы находятся возле самых стен города, а жилые комплексы ближе к стенам уровня D. Все жилые комплексы уровня выглядят абсолютно одинаково. Это несколько огромных многоэтажных строений стоящие в ряд. На нижних этажах этих зданий расположены магазины, школы, храмы, больницы, полицейские участки, кафе, ателье и прочее. Верхние этажи – это квартиры для рабочих, каждый из которых получает жильё по размерам соответствующую численному составу его семьи. Лишь на территориях 1, 4, 7 и 10 секторов есть ещё и спортивные голографические трибуны. Тут показывают не только спортивные мероприятия, но и музыкальные концерты. Циферблат единственный уровень где помимо общественного наземного транспорта и такси есть ещё и метро. Ветка метро пролегает между промышленной и жилой зонами и охватывает по кругу весь уровень. Всего 12 станций, в каждом секторе по одной станции соответственно.

Вот так выглядит Мегаполис – система тотального контроля. За свою богатую историю человечество породило множество средств контроля, но на протяжении многих столетий самым эффективным и влиятельным средством были и остаются деньги. Естественно, даже в высокотехнологичном обществе мегаполисов никто не хотел отказываться от кредитно-денежной системы, безупречно себя зарекомендовавшей. В Мегаполисе деньги существуют только в электронном виде, в виде виртуальных цифр на счёте каждого жителя. Пользоваться своими деньгами люди могут благодаря вживлённым чипам.

С самого рождения абсолютно все жители города чипируются. Ещё в роддоме в организм новорождённого ребёнка в виде инъекции вводится нейрочип. На этом чипе записана вся информация о его носителе, которая в процессе жизни всё время дополняется. Считав информацию с чипа можно определить практически всё о человеке: где и когда был рождён, к какому уровню относится, место жительства, образование, кем работает и т.д. Этот чип является также и кошельком. Сюда перечисляется заработная плата в виде современной валюты – кредитов. И этими же кредитами человек расплачивается в магазине или в такси. С помощью специальных сканеров производится списание или зачисление кредитов. Срок службы нейрочипа составляет ровно 70 лет, после чего он самоликвидируется при этом убивая своего носителя. Нейрочип также может запустить программу самоуничтожения, если носитель получает травму, лишающую его возможности приносить пользу обществу. Именно по этой причине в мегаполисах вы никогда не увидите стариков и инвалидов.

Мегаполис – система идеального общества, где каждый человек имеет работу и жильё, находится в полной безопасности и даже имеет какие-то развлечения. Пусть люди и лишены свободы практически во всех аспектах своей жизни, но по мнению власть имущих должны быть абсолютно счастливы. И стоит отметить, что многие и правда довольны здесь своей жизнью. Но никакая политическая система не способна прожить долго если нет грамотно построенной системы образования. Как уже говорилось ранее, на территории каждого жилого комплекса есть школы. В день, когда ребёнок достигает трёхлетнего возраста, его принимают в школу по месту проживания родителей. Тут он воспитывается и проходит обучение до 12 лет. В современных школах нет необходимости в большом количестве педагогов. Всю основную работу, связанную с образованием, здесь выполняют машины-роботы. Но и совсем без людского персонала тоже не обойтись. Как известно раб может воспитать раба, поэтому воспитанием детей в Мегаполисе занимаются люди-педагоги, чтобы в точности передать грядущему поколению менталитет послушного добропорядочного гражданина. В 12 лет ребёнка ожидает большой экзамен, по результатам которого будет определено где он продолжит своё обучение. По итогам экзамена ребёнок продолжает своё обучение в одном из учреждений на территории своего уровня. По достижении шестнадцатилетия ученика ждёт второй экзамен. В добавок, с самого рождения за каждым ребёнком ведётся пристальное наблюдение со стороны Темных людей. И вот по итогам второго экзамена в совокупности с результатами первого экзамена и наблюдений агентов определяется будущее человека. Его либо зачисляют в студенты и он продолжает обучение на уровне В, либо переводят на уровень D, где проходится обучение в полицейской академии или высшей военной школе, либо же определяют на работу. Ни один гражданин Мегаполиса не имеет права самостоятельного выбора своего будущего, но как бы парадоксально это не звучало, никого это и не волнует. Искусно созданная иллюзия выбора, внушает людям чувство ложного счастья. Однако у юношей, оставшихся в рабочих, ещё остаётся шанс покинуть низший уровень Е. Каждый год вооружённые силы вместе с агентами производят набор солдат среди юношей, достигших 18 лет. После двух лет службы у солдата есть 3 варианта его будущего:

Остаться в армии

Перевестись в полицию

Вернуться на уровень Е.

Судьба наших героев не сильно отличается от миллионов судеб других жителей рабочего уровня. В 18 лет Фрат отправился служить в армию и спустя 2 года вернулся в родной Циферблат. Тут его назначили водителем такси, где он трудился и по сей день. Либер в 16 лет был зачислен в студенты. Блестящий ум позволял ему добиваться в учёбе очень высоких результатов. Однако, проучившись на инженера почти 4 года, он был отчислен из университета за систематическое нарушение правил и вынужден был вернуться на уровень Е, где и по сей день работал на заводе по производству микрочипов обычным рабочим.

За стенами города неофициально существует ещё так называемый уровень F. Там живут люди, которые по тем или иным причинам остались вне системы за стенами Мегаполиса. В городе их пренебрежительно называют дикарями и язычниками. По информации СМИ там процветают голод, разруха, болезни, преступность и анархия. Никто точно не знает сколько там проживает человек, да и никто не обращает на них особого внимания. Для таких изгоев доступ в город закрыт. Иногда по новостям передают что группа дикарей пыталась пробиться в город, видимо отчаявшись с голодухи и нищеты, но стены города неприступны и граждане Мегаполиса чувствуют себя надёжно защищёнными от подобного рода сброда. Ни один здравомыслящий горожанин не захочет встречаться с непредсказуемым дикарём, ведь даже если он не нападёт, то от него можно запросто подцепить какую-нибудь страшную болезнь. Однако именно туда почему-то пожелал поехать Либер.

Глава 4

– Ты совсем с ума сошёл? – Фрат вопросительно посмотрел на брата, – Ехать туда это чистое безумие. К тому же у тебя нет разрешения на проезд через ворота, – полушепотом продолжил он.

– Возможно это безумие, но я хочу туда. Мне кажется за стенами Мегаполиса можно увидеть леса, горы, реки, море… Услышать пение птиц… – шептал Либер, мечтательно закрыв глаза, – Кафе «21», – уже громко и отчётливо произнёс пассажир, чтобы их было слышно в микрофон, которыми для прослушивания снабжаются все виды транспорта, – Хочу перед работой попить их божественного кофейку, – добавил он с хитрой ухмылкой на лице и похлопал водителя по плечу.

Это кафе расположено во втором секторе, у самых стен завода. Фрат прекрасно знал где это, ведь и сам он частенько бывал там и именно там он покупал гашиш. Либер жил в третьем секторе, поэтому дорога не заняла много времени.

– Тебя подождать? – спросил водитель, останавливаясь у дверей кафе.

– Не надо, спасибо, – Либер приложил руку к сканеру и тот мгновенно списал стоимость поездки с его счета.

– Чем думаешь заняться? – поинтересовался Фрат.

– Я же не завтракал ещё. Попью кофе, а потом на работу, – Либер заулыбался, – А ты куда?

– Смена у меня закончилась. Поеду к себе в седьмой.

– Ну, тогда до встречи, брат! – Либер протянул руку.

– Береги себя! – Фрат богатырской рукой пожал кисть брата.

Либер вышел из машины и наблюдал как разворачивается и уезжает его такси. Благодарный пассажир помахал в след уезжающему электромобилю и пошёл мимо кафе. Он даже и не думал пить кофе, а прямо направился вдоль стены, ограждающей завод. Фрат прекрасно знал, что его вечно мечтающий братец никогда не любил кофе и всегда был склонен к безрассудным поступкам, а значит, он опять что-то затеял в своей безумной голове. Впрочем, он и любил своего брата за это. На Фрата заразительно воздействовали светлые мечты его друга, их встречи всегда заряжали и вдохновляли его.

Попытка выйти из города без разрешения – это подписать себе смертный приговор. Все ворота и даже все двери во всех зданиях города оснащены датчиками. Датчики считывают по чипам каждого, кто проходит мимо, таким образом, Центральный Компьютер в курсе всех перемещений каждого в этом городе. Но где-то между первыми и вторыми воротами должна была быть лазейка, так называемый «Ход 21». Многие о нём слышали, но никто не знал где именно он находится, отчего таинственный проход всё больше обрастал народными легендами. По слухам через «Ход 21» в город попадали гашиш и марихуана, что было запрещено Сенатом Мегаполиса. Ещё в студенческие годы Либер вычислил, что тайная лазейка должна находится где-то между первыми и вторыми воротами, а сейчас, будучи накуренным гашишем превосходного качества, он решил отыскать его.

Пройдя несколько метров, Либер заметил вдалеке электромобиль патруля. Он остановился и решил понаблюдать за ситуацией. Машина просто стояла у дороги и ничего вокруг не происходило. Либер пытался понять что же они там делают и почему так долго не уезжают.

– Если не хочешь неприятностей с патрульными, советую тебе развернуться и уйти отсюда, – бойкий мальчишеский голос нарушил размышления Либера.

В этот момент пролетавшая мимо камера, издав характерный щелчок, ослепила своей вспышкой безрассудного искателя приключений.

– Тем более ещё и камера тебя зафиксировала, – продолжил всё тот же весёлый голос.

Либер повернулся в сторону незнакомца, но ослеплённый вспышкой камеры, не мог разглядеть его лица.

– Кто ты? – выдавил из себя Либер, беспомощно щурясь и потирая глаза.

– Ну, ты уж сам реши кто я для тебя, – всё так же весело отвечал незнакомец и звонко расхохотался.

Когда зрение вернулось, Либер увидел перед собой мальчишку лет 14. Он сидел, прислонившись к забору, и неторопливо очень аккуратно зашнуровывал свои ботинки на ногах.

– Что ты тут делаешь? – вопрос был вполне логичен, ведь это не место для детских прогулок, тем более в раннее утро.

– Вот оно системное воспитание! Кто ты, что ты… Куча вопросов сразу. А как же здравствуй? – парень снова звонко засмеялся, – Ну да ладно, ты можешь и дальше тут стоять, а я, пожалуй, пойду. И так уже задержался, – он резко вскочил, стряхнул руками штаны и лёгкой беспечной походкой направился в ту сторону откуда сейчас пришёл Либер.

– Погоди, парень! – Либер резко сорвался с места и, в несколько больших шагов догнав своего юного собеседника, пошёл рядом с ним, – Не хочешь поесть? Я ещё не завтракал. Не составишь мне компанию? Тут довольно неплохое кафе рядом.

Как и обещал Фрат благодаря его визиту у Либера пробудился аппетит и сейчас он очень хотел есть.

– Ты про «21»? – быстро смекнул мальчишка.

Парень шёл рядом, засунув руки в карманы брюк, и подставляя лицо под лучи солнца, щурился и улыбался. Казалось он ничего вокруг не замечает, наслаждаясь этим приятным весенним уже почти летним днём. Либер смотрел на жизнерадостного мальчика и сам не понимая почему, проникался к нему доверием.

– Про него. Говорят, там хороший кофе.

– А ты сам не пробовал что ли?

– Я не люблю кофе, – признался Либер незнакомому мальчику.

– Ладно, пойдём в «21». Я всё равно туда направлялся.

До самого кафе они больше не говорили. В голове у Либера была куча вопросов. Почему этот мальчик не на учёбе, а вместо этого бродит по улицам один? Откуда он взялся в этом месте и что он вообще здесь делает? Может он из уровня F? Тогда он наверняка знает про тайную лазейку, иначе как он попал в город? Тут они подошли к дверям кафе. Мальчик вошёл первым и Либер заметил, как датчик моргнул своим инфракрасным глазом. «Значит он чипирован!!!» пронеслось у него в голове. Тогда почему он так свободно разгуливает? Подобно накатывающим морским волнам, сотни вопросов то резко возникали, то тут же пропадали в голове у Либера, ещё и голод разыгрался не на шутку. В дальнем углу был свободный столик, куда и направился мальчик. Либер пошёл следом. Они сели напротив друг друга, причём мальчик сел лицом к залу, а его новый друг спиной.

– Почему мы сели именно здесь? Тут же полно свободных мест, – поинтересовался Либер.

Действительно в кафе было очень мало народу. Были заняты два столика у окон и один посреди зала. У первого окошка сидела молодая пара. Они завтракали, горячо обсуждая какие-то события и иногда их было даже слышно. По обрывкам фраз, доносящихся со стороны их столика, Либер понял, что они недавно поженились, а вчера ходили на какой-то концерт. За вторым столиком сидели трое мужчин в робах и ели, иногда перекидываясь между собой парой фраз. Скорее всего, это рабочие с завода после ночной смены, решил Либер. За столиком, что находился в середине зала, угрюмо сидел мужчина лет шестидесяти и пил кофе. На столе у него лежал планшет, на котором он листал последние новости. За барной стойкой бармен что-то объяснял трём официанткам. Тут он увидел новых посетителей и кивком головы обратил внимание официанток на них. Все трое девушек разом обернулись и одна из них направилась в сторону гостей.

– Отсюда просматривается весь зал и вход, – ответил парень на вопрос Либера, хотя тот уже и забыл про свой вопрос и вертел головой по сторонам, осматривая кафе, – А ты прекрати вертеться. Официантка уже идёт. Не поднимай головы, глаза тебя выдают.

– Что будете заказывать? – натянув заученную дежурную улыбку, официантка уже стояла у их столика.

– Привет, Лина, – заулыбался мальчик, – Мой друг хочет поесть, принеси ему пожалуйста ваш фирменный завтрак и кофе. Говорят, он у вас здесь отменный, – после последней фразы он с озорной улыбкой покосился на Либера, явно передразнивая его.

– Привет, Чак. Какой ещё фирменный завтрак? – девушка скривила недовольную гримасу, – У нас есть только стандартный.

– Дура ты. Тащи тогда стандартный. А вот назвала бы его фирменным, звучало бы гораздо аппетитнее. И клиенты были бы довольнее, отведав вместо стандартного набора особенное фирменное блюдо, даже несмотря на то что это будет одно и то же. Эх, нет у тебя фантазии, Лина, – парень закинул руки за голову и мечтательно откинулся на стуле назад.

– Зато у тебя зашкаливает, – огрызнулась девушка, – Один стандартный завтрак?

– Почему один? – влез в разговор Либер, – Ты разве не составишь мне компанию? – обратился он к мальчику.

– У него никогда нет денег, – съязвила девушка, изобразив на лице недобрую улыбку.

– Принесите, пожалуйста, два завтрака и два зелёных чая, – Либер сделал вид, что не услышал последних её слов.

– Хорошо! – девушка развернулась и пошла на кухню.

Лина молодая красивая голубоглазая блондинка, которая уже не первый год трудится в этом кафе. Либер уже видел её раньше, когда приходил сюда. Униформа официантки, чёрная миниюбка и обтягивающая белая блузка, подчёркивали стройность фигуры девушки. Либер засмотрелся на покачивающиеся бёдра удаляющейся от них официантки.

– Да, красивая девушка, вот только тупая как нос у моего ботинка, – с усмешкой прокомментировал парень, заметив интерес своего приятеля.

– Откуда ты знаешь? – Либер повернулся лицом к мальчику.

– Я уже два года хожу сюда. У неё скоро второй экзамен, но мне думается, останется она здесь ещё надолго.

– Значит, тебя зовут Чак? И ты чипирован, как и все! – Либеру не терпелось удовлетворить своё любопытство, – И чем это меня выдают мои глаза?

– Не надо так нервничать. Глаза у тебя красные. Я сразу понял, что ты накуренный, но не волнуйся, я тебя не выдам. А вот Лина может и разболтать, поэтому осторожнее при ней. И да, меня зовут Чак, – сказав это, парень вновь заулыбался и протянул правую руку.

– Либер, – представился мужчина и пожал руку мальчику, – А ты не так уж и прост, – улыбнулся он, почему-то мальчик всё больше внушал ему доверие.

– Конечно же, я зачипован и сейчас должен быть на трудовом обучении, а вот ты должен быть на работе, не так ли? – Чак лукаво прищурился. В этот момент подошла Лина и принесла заказ.

– Не слушайте его, – обратилась она к Либеру, – он всем и всегда врёт, а говорит, что фантазирует.

– Ну, уж не то, что ты! Никакого воображения! Да и ума тоже, если уж быть до конца откровенным, – парировал Чак.

Лина, скривив злорадную гримасу, показала ему язык словно ребёнок дразнится, а затем снова нацепила дежурную улыбку и пролепетала:

– Приятного аппетита!

– Спасибо! – хором произнесли порядком проголодавшиеся ребята и сразу же приступили к трапезе.

Стандартный завтрак в этом заведении представлял из себя обычную яичницу с беконом и два бутерброда с сыром. Естественно, вся еда привозилась сюда в замороженном виде и разогревалась в СВЧ печах перед подачей на стол. Приятный аромат горячего бекона переплетался с сильным запахом сыра, что в совокупности с действием гашиша усиливало чувство голода. Оба собеседника оказались чертовски голодны, и пока ели никто из них не проронил ни слова.

– Ну, так как у тебя с работой, Либер, – нарушил молчание мальчик, доедая свой завтрак.

– Работа… – Либер посмотрел на свои смарт-часы и задумчиво произнёс, – Я уже должен быть там. Погоди минутку, – он включил на часах голографическую клавиатуру, набрал какой-то текст и отправил, – Написал начальнику, что заболел, – пояснил прогульщик.

– И что потом?

– Не знаю, не хочу об этом думать.

– Не наказывали ещё за нарушение дисциплины?

– Пока отделывался лишь штрафами, ну и повышения лишали пару раз. Надоело мне всё это. Я перестал чувствовать себя человеком, – неожиданно для себя разоткровенничался Либер.

– Осторожнее, нас могут слушать, – прошептал Чак. Собеседники заговорщицки оглянулись по сторонам, затем Чак всё так же шёпотом продолжил, – Датчики засекли время нашего прихода. Не стоит задерживаться и привлекать к себе ненужного внимания. Я сейчас иду в туалет, а ты расплатись и выходи на улицу. Как выйдешь, сразу заверни налево, там и пересечёмся.

Либер в ответ лишь поднял большой палец вверх, давая понять, что всё понял и Чак незамедлительно удалился.

– Посчитайте нас, пожалуйста, – обратился Либер к Лине, которая откровенно скучала возле барной стойки.

Официантка неторопливо подошла к столику и машинально протянула сканер. Клиент подставил руку, и с его счёта списалась стоимость завтрака.

– Большое вам спасибо, – поблагодарил Либер, быстро допил свой чай и направился к выходу.

– Приходите ещё! – снова натянула дежурную улыбку Лина, произнося заученную фразу, что заставило Либера задержаться.

– Обязательно, – он улыбнулся ей в ответ, отчего девушка растерянно захлопала своими длинными ресницами, – До свидания! – добавил он, слегка флиртуя. Улыбка не сходила с лица довольного клиента. Он ещё пару секунд полюбовался юной красавицей, тем самым окончательно смутив её, и ушёл.

– До свидания… – тихо пролепетала вслед Лина, но Либер её уже не услышал.

Выйдя из кафе, он сразу повернул налево, дошёл до угла и зашёл во дворик. Чак уже ждал его там.

– Всё хорошо? – живо поинтересовался Чак.

– Да, всё отлично!

– Ну, так чего ты там бродил? Кого искал? – вдруг лицо Чака стало серьёзным и сосредоточенным.

– Я, – от такой прямоты Либер на мгновение замешкался, пытаясь придумать оправдание, но затем резко выдал, – Тайная лазейка «Ход 21», мне нужен уровень F.

– Ты издеваешься? – улыбка затронула кончики губ мальчика.

– Вполне серьёзно, – по лицу Либера было видно, что он не шутит.

– Там небезопасно, – Чак снова стал серьёзным.

– Я хочу найти там кое-кого. Ты знаешь кого-нибудь оттуда?

– Возможно. А кто тебе нужен? – Чак сразу весь напрягся, ожидая какого-нибудь подвоха.

– Мой дядя пропал много лет назад. Я думаю, он должен быть там. Вот единственное, что у меня от него осталось, – Либер достал из кармана карту памяти, которую он вытащил из своего тайника. Ни сейчас, ни потом Либер не смог бы объяснить причину, по которой он вдруг решил раскрыться перед совершенно незнакомым мальчишкой.

– Что на ней?

– Музыка, – глаза прогульщика заблестели. Он вспомнил как в последний раз слушал её, рука мгновенно достала из другого кармана плеер, также подаренный ему дядей и вставил карту в него. На маленьком экране плеера высветилось содержимое флешки. Чак смотрел на экранчик и челюсть у него отвисала

– The Doors, Metallica, AC/DC, Nightwish… Это же…

– Древняя музыка, – договорил за него Либер, радостно кивая головой, – Это карта принадлежала нашему далёкому предку. Рок вроде называлось это, – глаза рассказчика сияли от счастья, руки слегка дрожали, – Это настоящая музыка, а не то что заставляют нас слушать.

– Да кто ты такой? – Чак с подозрением посмотрел на своего собеседника, – Тебя уничтожат за это! – в эту минуту мальчишкой овладел панический страх, – Чёрт! Нас уже вычислили по плееру! – он резко отодвинул от себя плеер и попятился назад.

– Не бойся! – Либер крепко схватил парня за плечи, – Этот плеер также подарок дяди. Он перепрошит и не соединён с Центральным Компьютером. Мой дядя был гением! – с гордостью заявил владелец запрещённой музыки.

Чак немного успокоился, освободился от рук Либера и уже более спокойно произнёс:

– И кто же он, твой дядя?

– Бильбо. Его зовут Бильбо.

– Бильбо?! В первый раз слышу такое имя. Но могу разузнать в обмен на плеер с музыкой, – глаза Чака хитро заблестели, он желал заполучить эту вещь.

– Откуда мне знать, что ты не обманешь? – Либер хотел перестраховаться.

– Завтра примерно в это же время приходи сюда позавтракать, – протараторил Чак глядя в глаза собеседнику и быстро убежал.

Либер выбежал за ним, но быстро понял, что гоняться за этим шустрым парнем бессмысленно. Постояв ещё пару минут, вечный мечтатель достал свой плеер, воткнул наушники и пошёл в сторону третьего сектора. Он шёл не спеша, наслаждаясь днём, как это делал Чак.

Глава 5

От длительной пешей прогулки разыгрался аппетит. Войдя в свою квартиру, Либер сразу же подошёл к холодильнику. Там лежало в упаковках несколько замороженных завтраков и обедов. Долго не думая, он схватил первый попавшийся контейнер и засунул его разогреваться. Комната стала постепенно наполняться запахом тушеной фасоли.

– Конечно же, телевидение! – озвучил он свою мысль.

Либер не любил телевизор и всё что там показывают, но чтоб не привлекать к себе особого внимания, он часто включал его просто так.

– Пусть бренчит, – подытожил он, включая зомбирующий телевещатель, и принялся за обед.

Тут зазвонили его смарт-часы. Это был начальник смены. Мужчина лет 45, по уши погрязший в этой системе. Он свято верил в свою важность и считал своим долгом контролировать каждого своего подчинённого. Либер помедлил несколько секунд, но всё-таки решил ответить на звонок. Из часов вылезла голограмма начальника высотой сантиметров в 30, и на нарушителя дисциплины уставилась недовольная серьёзная физиономия.

– Что у Вас на этот раз?

– Заболел, – Либер с трудом сдерживал улыбку и старался казаться серьёзным.

– Уже были у врача?

– Нет, не вижу в этом необходимости.

– Как знаете, мистер Либер. Но завтра я жду Вас на работе, и приходите, пожалуйста, пораньше. До начала смены я хочу с Вами побеседовать.

– Не хочу я с Вами беседовать, – резко отрезал Либер, – Опять будете читать мне лекцию о важности производства, о соблюдении дисциплины… Я всё это наизусть уже выучил.

– Вот как! – начальник приподнял одну бровь, он всегда так делал когда строил из себя важную особу, – Знаете, мистер Либер, каждый должен выполнять свою функцию. Это необходимо для целостности и гармонии нашей системы. И я здесь не просто так назначен! – он поднял указательный палец правой руки вверх, – Я заставлю Вас выполнять Вашу функцию, но если Вы настолько глупы и не желаете подчиняться, то говорить придётся с другими людьми. Так что не будьте глупцом! – последние слова он произнёс заметно повысив голос, но тут же смягчился и продолжил, – Завтра в 7.30 я жду Вас для беседы в своём кабинете, а ровно в 8.00 Вы приступите к своим обязанностям.

– Дорогой наш начальник, – Либер уже не мог сдерживать улыбки, его всегда смешило, что маленький начальник считает себя важным элементом системы, – Уважаемый, мистер Голлум!

– Горан! – раздражённо поправил его начальник, – Мистер Горан!

– Да, да, конечно же, мистер Горан, – теперь уже Либер даже не пытался сдерживать издевательскую улыбку, – Я обязательно постараюсь удовлетворить Вашу просьбу.

– Да уж постарайтесь. Иначе Вам не избежать неприятностей. И уберите эту ухмылку с лица, когда я с Вами разговариваю, – мистер Горан уже готов был сорваться на истерический крик и поэтому хотел побыстрее закончить разговор, но Либер решил добить его.

– Погодите, мистер Горан!

– Что-то ещё?

– Да, мистер Горан. А Вы знаете, что идеальный раб это не тот, кто беспрекословно выполняет все приказы, а тот который при этом готов ещё и других заставлять выполнять их, – тут Либер сделал очень серьёзное лицо и уставился на голограмму.

– С такими мыслями Вам точно не избежать неприятностей, – Горан взял небольшую паузу и продолжил, – Инакомыслие карается, и Вы прекрасно об этом знаете. Жду Вас завтра в 7.30, мистер Либер.

Тут уже Либер не выдержал и начал истерически ржать

– До свидания, мистер Голлум, – выдавил он сквозь смех, вытирая слёзы с глаз.

Голограмма исчезла, а Либер продолжал давиться от смеха, сидя перед пустым контейнером от съеденного обеда. Что конкретно его так рассмешило он и сам не знал. Успокоившись, он убрал со стола и решил позвонить матери. После пары гудков из часов вылезла голограмма мамы.

– Привет, сынок!

– Привет, мам. Ты сегодня дома?

– Да, милый, сегодня выходной у меня, – до этого момента бывшее суровым лицо матери сейчас подобрело.

– А папа?

– Что за вопрос? – мама снова вернула суровое выражение лица, – Естественно, папа на работе. Дома будет вечером как обычно.

– Здорово! Тогда я загляну сегодня на ужин.

– Конечно, заходи. А сейчас ты где? Надеюсь на работе? У тебя всё хорошо? – мама нахмурила брови.

– Да, да, мама, всё отлично у меня. До вечера! – Либер поспешил её успокоить и сбросил вызов, чтоб избежать лишних вопросов.

Посидев ещё с минутку молча, Либер резко встал и подошёл к огромному экрану на стене. Пару минут он стоял перед ним и слушал бред, доносившийся оттуда. Однако из-за рассеянности внимания не мог разобрать ни картинок, ни звуков.

– Чушь какая-то, – тихо произнёс он, выключил телевизор и достал свой плеер, – Вот это действительно красиво! – с восхищением посмотрел он на подарок дядюшки Бильбо.

Эта музыка была запрещена в Мегаполисе и из-за неё у Либера могли возникнуть не просто маленькие неприятности, а довольно крупные проблемы, так как подобными нарушениями занималась даже не полиция, а сами Тёмные люди. Но он находил в ней нечто необъяснимо прекрасное! Музыка вызывала в его воображении невероятные фантазии и мечты. Воткнув наушники, мечтатель лёг на кровать и, погрузившись в мир своих фантазий, незаметно заснул. Сон нарушил внезапный звонок смарт-часов. Сквозь сон Либер взглянул на часы. Мама звонит! Прогульщик не хотел, чтобы родители знали о его «нехорошем поведении» и чтобы себя не выдать он резко вскочил на кровати и протёр глаза. Наушники до сих пор были в ушах, но плеер разрядился за это время, и в них можно было слышать только тишину. Либер резко выдернул наушники и поспешил ответить на звонок. Суровый голос матери быстро вернул его в реальность.

– Спишь что ли? Отец уже дома. Ты когда будешь? – как всегда в своей манере мама обрушивала сразу кучу вопросов, даже не дожидаясь ответа на предыдущий, – Ждать тебя к ужину?

– Да, мама, уже выхожу из дома. Папе привет.

– Хорошо, ждём тебя.

Либер заторопился. Чтобы поскорее прийти в себя он пошёл в туалет и умыл лицо холодной водой. Вытираясь, взгляд упал на тайник. Нельзя оставлять карту памяти с музыкой на видном месте! Либер прошёл в комнату, извлёк флешку из плеера, а сам плеер оставил заряжаться. За перепрошитый плеер неподключенный к Центральному Компьютеру тоже могло бы крепко влететь, но это нарушение было не столь серьёзным, как хранение шедевров древней культуры. В первую очередь необходимо было позаботиться именно о флешке. Развернув платок из тайника, он аккуратно положил туда флеш-карту и забрал оттуда оставшийся комок гашиша. Все его сборы заняли у него в общей сложности не более десяти минут. Уже в дверях Либер посмотрел на смарт-часы, которые показывали ещё и остаток денег на счёте. Денег оставалось совсем немного, а времени ещё меньше, поэтому, недолго думая, Либер нажал на часах кнопку вызова такси и проворно выбежал из квартиры. Выбегая из подъезда, он увидел такси, которое уже ожидало его.

– Седьмой сектор, – бросил он таксисту, залетая в электромобиль.

Таксист попался неразговорчивый, да и Либеру не особо хотелось сейчас говорить, поэтому всю дорогу они ехали молча. Глядя в окошко пассажир погрузился в свои мечты навеянные музыкой и даже не заметил как они доехали до места.

На пороге Либера встретил отец, высокий худощавый, но очень крепкий и физически сильный мужчина. Как и в другие будничные вечера он выглядел весьма уставшим. Внешне Либер был больше похож на мать, чем на отца, голубоглазого блондина мистера Опуса. А вот своим поведением совсем не был похож на своих родителей. В отличие от своего сына, мистер Опус был добросовестным трудягой. Без острой необходимости он не пропустил ни одного рабочего дня в своей жизни и очень гордился тем что честно трудится на благо своей семьи и всего Мегаполиса в целом. В седьмом секторе расположился самый крупный в городе автосервис, на котором и трудился с 12 лет отец мечтателя. Мечтатель! Именно так и с нескрываемым пренебрежением мистер Опус называл своего сына, склонного, по его мнению, к тунеядству. За исключением двух лет проведённых в армии, он всю жизнь прожил в седьмом секторе уровня Е и ни на минуту не усомнился в правильности своего образа жизни. Увидев на пороге сына, отец очень обрадовался. Хоть он и сдержал улыбку, но Либер всё равно понял, что отец безумно рад встрече по засиявшим от счастья глазам.

– Привет, папа! – Либер не скрывал своей радости и улыбался во весь рот.

– Здорово, мечтатель! – отец крепко обнял сына, после чего мужчины прошли на кухню.

Квартира родителей не сильно отличалась от квартиры Либера. Пожалуй, единственным отличием было то, что кухня и спальная были две отдельные комнаты, ну и общая площадь квартиры была чуть побольше. На кухне вовсю хлопотала мама Либера, миссис Арвен, худенькая проворная женщина среднего роста черты лица которой и унаследовал единственный сын. На её лице уже появились первые морщины, а чёрные волосы, местами тронутые сединой, она периодически подкрашивала. И лишь глаза миссис Арвен всё так же горели и не старели. Всю свою жизнь она прожила в уровне Е и работала в гипермаркетах на разных должностях. Сейчас она работала кассиром в гипермаркете, который находился в том же доме, где они живут. Так же как и её муж, миссис Арвен старалась не пропускать ни одного рабочего дня, считая это неправильным и неприемлемым для добропорядочных людей. Больше всего мама любила когда вся семья собирается вместе и в эти дни готовила что-нибудь особенное. Вот и сегодня Либер с порога уловил ароматы, которые мгновенно пробудили в нём зверский аппетит. Не обращая внимания на мужчин, появившихся на кухне, миссис Арвен продолжала заниматься готовкой и сервировкой стола.

– Быстро доехал, – не отвлекаясь от дела сказала мама.

– На такси доехал.

– Мда… Богатый же он у нас, на такси катается, – мистер Опус был очень щедрым человеком, но никогда не одобрял пустой траты денег.

– Ладно, посидите пока. Сейчас Анна тоже придёт. Телевизор смотрите и не мешайте мне, – так же как отец не любил транжирства, мама не любила когда ей мешают на кухне.

Отец и сын сели друг напротив друга с другого конца стола, так чтоб не мешать маме. Телевизор на стене был расположен таким образом, что его было видно всем сидящим за столом. Мистер Опус прибавил громкость, передавали последние новости. Как и всегда в новостях показывали как же трудно живётся в других мегаполисах, а у нас, несомненно, благодаря чуткой политике Сената, все довольны и счастливы, просто благодать. Потом показывали какой-то вооружённый конфликт, где совместными усилиями армия и полиция предотвратили террористический акт. Взбудоражить общественность должен был репортаж о том как опасно живётся за городом. Рассказывали как семья одного профессора из уровня В поехала отдыхать за город. Там на них напали дикари с целью ограбить. Профессора и его сына убили сразу, а его жену и несовершеннолетнюю дочь сначала жестоко изнасиловали и только после этого лишили жизни. Вся эта история сопровождалась жуткими картинками с экрана. Выступал какой-то генерал, который обещал наказать преступников и гарантировал гражданам Мегаполиса безопасность внутри стен города. Затем какой-то священнослужитель из храма говорил, что мы рабы божьи, должны безропотно внимать слову божьему и смиренно переносить все невзгоды. Вся эта ахинея длилась минут 15, но бедолаге Либеру показалось, что это длиться целую вечность. Отец заметил недовольство на лице сына и убавил громкость.

– Как на работе? – обратился он к сыну, не отрываясь от телевизора.

– Как обычно, – неохотно ответил сын.

– С твоими мозгами уже давно мог бы добиться повышения.

– А зачем оно мне? Мне и так довольно неплохо, – Либер не хотел спорить с отцом и старался отвечать спокойно.

– Ты просто боишься ответственности. Поэтому избегаешь повышения и не женишься по этой же причине.

– Или же я просто не хочу. У меня другие приоритеты в жизни.

– Тебе вообще ничего не нужно. В университете ты не доучился, работать не хочешь, постоянные штрафы за нарушение дисциплины. Как итог у тебя всегда нет денег, – отец говорил спокойно, но строгим и нравоучительным тоном.

Он искренне любил своего сына и даже пытался его понять, но никак это у него не получалось. А Либер в свою очередь решительно не понимал убеждений своего отца. Их недопонимание не было просто пресловутой проблемой отцов и детей. Оно возникло между ними из-за совершенно разного восприятия мира и осознания своего положения в нём. Отец и сын молча смотрели друг на друга, словно пытаясь общаться на телепатическом уровне.

«Опять, опять эти разговоры и депрессивный поток новостей из телевизора… Анна!!! Где же тебя носит, приходи уже скорее. Анна!!!» – Либер мысленно звал на помощь сестрёнку, чтобы поскорее нарушить это затянувшееся нервозное молчание и больше не продолжать неприятных ему разговоров. Видимо Анна его услышала и спасение пришло. Раздался звонок в дверь.

– Откройте, это Анна пришла, – велела мать.

Либер с радостью вскочил с места и поспешил открыть дверь. Это действительно была Анна, младшая сестра Либера.

– Привет Анна, ты как раз вовремя, – Либер расплылся в улыбке.

– Привет, Либер, – Анна вошла в квартиру и обняла брата, – Как ты?

– Отлично! А ты чего одна?

– Дин сегодня в ночную смену.

– Понятно. Ну, ты проходи, я сейчас догоню, – Либер отошёл в сторонку, пропуская сестру в квартиру, а сам зашёл в туалет.

Вернувшись на кухню, Либер занял своё место напротив отца. Сестра помогала маме раскладывать ужин и уже через мгновение вся семья сидела за столом. В воздухе повис запах свежеиспечённого яблочного пирога, который так любил Либер. Стол был накрыт по-праздничному красиво и щедро. Миссис Арвен была поваром от бога. Сегодня она приготовила овощное рагу, любимое блюдо Анны, испекла замечательные хрустящие печенья, которые просто таяли во рту, ну и, конечно же, яблочный пирог для любимого сына. Нужно отметить тот факт, что все продукты питания в Мегаполисе производятся синтетическим путём, но благодаря таланту миссис Арвен всё приобретало божественный вкус, и даже самый изысканный гурман признал бы это восхитительным.

Мама села слева от отца семейства, а Анна заняла место рядом с братом, напротив мамы. Если Либер унаследовал внешность от мамы, то сестра была вся в отца. Высокая, стройная голубоглазая блондинка невероятной красоты. Много парней бегало за ней, но она была неприступна. И всё же год назад она вышла замуж за парня с её работы. Анна и её муж Дин работали в девятом секторе на пищевом заводе, где синтетическим способом производилась практически вся еда, в том числе готовые замороженные завтраки и обеды, которыми обычно питался Либер. Соответственно жили они в том же секторе, где молодожёнам выделили квартиру, точно такую же как у родителей, где они сейчас вместе ужинали.

– Ну, рассказывайте чего у вас нового, – Анна обвела всех присутствующих взглядом и не скрывала своей радости. Она вообще была очень жизнерадостным человеком и обрадовать её можно было даже чем-то незначительным, а тут в кругу своих близких она просто сияла от счастья.

– Это у брата спрашивай. Он у нас любитель приключений, – улыбнувшись отец кивнул в сторону Либера. Так в шутливой форме он хотел выразить своё беспокойство за судьбу сына, – Как Дин поживает? – сразу же он сменил тему разговора.

– Отлично поживает, всем вам приветы передавал, – весело отвечала Анна.

«Как она умудряется есть и улыбаться одновременно?» – подумал при этом Либер.

– Славный парень, – прокомментировала мать, – весь в работе, всё о семье заботится.

– Мужчина и должен заботиться о семье, – вступил в разговор отец, – И тебе, сынок, пора уже задуматься об этом.

– Не хочу, – отрезал Либер. По телевизору в это время начался очередной концерт эстрадной музыки, которая так раздражала его, – А нам обязательно слушать это во время ужина? – он указал пальцем на телевизор.

– Пусть поют, красиво же, – миссис Арвен любила смотреть концерты по телевизору.

– Это же не музыка, а непонятно что, – обреченно пробормотал Либер и решил сосредоточиться на ужине.

– Тебе всё не нравится. Нормальная музыка! – вступился за жену мистер Опус.

– Да ладно тебе, не обращай внимания, – подбодрила брата Анна и слегка потрепала его за руку.

– Ну да, зачем обращать внимание на идиотов в зомбоящике, – улыбнулся Либер сестре.

– Для тебя все идиоты, – уже сердито произнёс отец, – На работе скучно, там идиоты. В храм не ходишь, там идиоты. В университете не доучился, учителя идиоты. По телевизору вообще конченые дебилы выступают.

– Ну, примерно так и есть, – Либер изобразил улыбку.

– Знаешь, Арвен, это всё гены. Твой брат Бильбо был такой же. А ты, сынок, если будешь продолжать в том же духе, то и закончишь так же, как и твой сумасшедший дядюшка.

– Мой брат не был сумасшедшим. Он был одним из умнейших людей нашего города, – Арвен всегда восхищалась своим старшим братом, но старалась этого не показывать. По большому счёту она была полностью согласна со своим мужем, но ей было неприятно слушать о нём плохое, – Вот только его бредовые идеи сгубили его, – добавила она тихо.

– Возможно, в нём и были задатки гения, но он всегда летал где-то в облаках. И эта его идиотская фраза, – мистер Опус сделал паузу, вспоминая фразу Бильбо, затем продолжил, – «Воображение делает меня человеком, а мечты делают меня свободным». Надо работать, а не мечтать!

– Да ладно вам! – вмешалась в разговор Анна, – Хоть я была маленькой, но помню дядюшку Бильбо как очень весёлого и доброго человека, – она откинулась на стуле, предаваясь счастливым воспоминаниям, но уже через пару секунд продолжила, – А ещё он придумывал всякие игры и показывал фокусы, – Анна беззаботно рассмеялась, видимо, вспомнив один из трюков проказника Бильбо и продолжила трапезу.

– В одном твой отец прав, – обратилась миссис Арвен к сыну, – Не прекратишь жить в своих мечтах, закончишь как дядя Бильбо.

– А что с ним произошло? Где он сейчас? – Либеру всегда было интересно знать это, – Почему никто не говорит об этом? Почему все вы делаете вид, что его исчезновение в порядке вещей?

Арвен и Опус переглянулись, Анна тоже замерла в ожидании ответа. После недолгого молчания отец семейства обвёл взглядом всех присутствующих за столом, задержал взгляд на супруге, но Арвен отвела глаза.

– Значит так, – серьёзным тоном начал отец, – Что случилось с Бильбо – это не наше дело. И обсуждать это мы больше не будем. Для нас он просто умер.

– Тёмные люди? Это они увели его? – не успокаивался Либер.

– Для нас он просто умер! – повысил голос отец.

До конца ужина больше никто не проронил ни слова.

– Большое спасибо, но мне уже пора, – допивая чай, нарушил молчание Либер.

– Куда-то торопишься? – поинтересовался отец.

– Никуда. Просто завтра на работу пораньше надо.

– Ну, если надо, то иди.

– Если никто не возражает, я пойду вместе с Либером, – Анна миленько захлопала глазами, она всегда так делала когда обращалась с просьбой.

– Конечно, милая. Либер, проводи сестрёнку до остановки, – напутствовала мать.

Дети попрощались с родителями, вышли в коридор и направились к лифту. Когда Либер и Анна зашли в лифт, отец, стоявший на пороге своей квартиры, вдруг окликнул:

– Либер! – сын обернулся и он продолжил, – Береги себя…

Двери лифта закрылись и лифт поехал вниз.

– Он переживает за тебя, – вполголоса произнесла Анна.

– Знаю, – сухо ответил ей брат.

– Ты сейчас домой? – уже на улице спросила сестра.

– Нет, хочу немного погулять, – Либер включил голографическую клавиатуру и принялся печатать сообщение, – Фрат должен быть дома, может с ним посидим немного.

– Ааа, понятно. На работу завтра не проспи, – заулыбалась Анна, – А я домой пойду, поздно уже, – она зевнула и потянулась, – Фрату привет и осторожней с вашими делишками, – Анна была в курсе, что братья любят покурить травку.

– Обязательно передам. Кстати, Дина тоже надо приобщить к этому делу, – Либер хитро прищурился.

– Не получится, он у меня законопослушный, – Анна весело засмеялась, затем посмотрела в сторону остановки. Табло показывало, что скоро прибудет её маршрут, – Ну, я пойду, – она указала на табло, брат одобрительно кивнул и пошёл к ближайшей скамейке.

Со скамейки Либер наблюдал как садится в маршрутку и уезжает Анна. Фрат жил в соседнем доме и этим вечером оказался дома. На сообщение брата он ответил, что скоро выйдет и поэтому Либер решил подождать на скамейке. Был тихий тёплый вечер. На улице уже стемнело, но повсюду горели фонари и было светло. Либер закрыл глаза, наслаждаясь вечерним воздухом. Он представлял как сидит на берегу моря и бросает в воду камешки…

– Добрый вечер, – грубый мужской голос вернул мечтателя в реальность.

Либер поднял глаза на стоящую рядом грозную фигуру. Это был Фрат.

– Добрейший, – заулыбался Либер.

– Всё мечтаешь, – Фрат присел рядом.

– Трубка есть?

– Ну, раз ты оказался здесь в такое время и позвал меня, я уж догадался взять трубку, – глаза Фрата заблестели от радости. Он был рад своей сообразительности и не скрывал этого.

«Да, ты действительно смышлёный парень» – про себя подумал Либер, но говорить этого не стал, лишь улыбнулся в ответ. Братья посмотрели друг на друга и расхохотались.

– Где будем? – сквозь смех проговорил Либер.

– Можно домой ко мне зайти.

– Домой не вариант, поздно уже. Как семья поживает?

– Всё как обычно, сынишку вот к школе готовим.

– Уже три ему? – Либер не мог скрыть удивления, как быстро летит время.

– Скоро будет. Можем как в юности в кафе какое-нибудь заглянуть.

– Пойдём, – согласился Либер.

Братья одновременно встали и пошли в сторону кафе. Ближайшее кафе находилось на первом этаже дома где жил Фрат. Туда они и направились. В юности, чтобы курнуть, братья часто посещали всякие кафе, вот и сейчас они решили воспользоваться старой отработанной схемой. Войдя в кафе, они сразу направились в туалет.

– Ты первый, – шепнул Фрат и незаметно сунул трубку в карман брюк брату.

Друзья зашли в разные кабинки. Через некоторое время Фрат вышел и подошёл к умывальнику, делая вид, что тщательно моет руки. На самом деле в зеркале он наблюдал за кабинкой, где сидел Либер. Как только сообщник вышел, Фрат сразу же занял его кабинку. Либер уже покурил и оставил принадлежности в кабинке. Он не спеша помыл руки и направился в зал кафетерия занимать столик. Народу было много, в основном молодёжь. Либер нашёл в углу свободный столик и занял его. Через несколько минут в зале появился Фрат, мечтатель помахал ему рукой. Фрат знаком показал, что сейчас подойдёт и направился к барной стойке. Через минуту он уже шёл к столику с двумя стаканами холодного лимонада.

– Угощайся, – он поставил запотевшие стаканы на стол.

Рядом со стаканом Либера тихо упал тёмный комочек. Не подавая виду, Либер убрал его незаметно в карман. Фрат сел напротив и тихо добавил:

– Я оторвал себе немного.

– Конечно, мог бы и не говорить, – братья улыбнулись и пригубили лимонад из своих стаканов.

– На работу не ходил сегодня? – вполголоса начал разговор Фрат.

– Нет, не ходил. И завтра не пойду, – так же вполголоса отвечал ему Либер.

– Ясно. А что во втором делал?

– Хотел найти «Ход 21».

– Нашёл?

– Пока нет, но познакомился с интересным мальчишкой. Надеюсь, он мне поможет.

– Что за мальчишка?

– Да я пока сам не понял, – Либер сделал небольшой глоток лимонада.

– Осторожней. Как бы он подставным не оказался. Эти агенты повсюду шныряют, – Фрат очертил пальцем круг в воздухе и залпом выпил пол стакана, – А зачем тебе этот тайный проход? Ну, попадешь ты незаметно на уровень F, а дальше что? Что там делать? Курево мы и здесь можем найти. Да и по телеку всякое показывают про этих дикарей, знаешь ли…

– И что же теперь верить всему что показывают? Может они это специально для нас показывают, чтобы мы боялись внешнего мира? – Либер вопросительно уставился на брата, но не дожидаясь ответа тут же продолжил, – Я хочу найти Бильбо.

– Дядю Бильбо? – Фрат вопросительно посмотрел на брата, – Думаешь он жив?

– Я уверен, что он жив. И мне кажется, что он где-то за стенами города.

– А есть основания так полагать?

– Никаких оснований. Просто я это чувствую.

– Я почти ничего не знаю про дядю Бильбо. И среди родственников никто не хочет о нём говорить, – Фрат сделал небольшую паузу, посмотрел в свой стакан, немного отхлебнул из него и наклонившись поближе к брату совсем уже шёпотом продолжил, – Я тут недавно подвозил полицейского одного до уровня D. У них тут праздник какой-то был, ну он, естественно, уже изрядно напившийся ехал. Разговорились мы с ним. А ему уже в отставку, на пенсию пора. Говорит за всю его службу, больше всех шуму в Мегаполисе наделал сумасброд по имени Бильбо. Даже Тёмные люди его не трогали, говорит.

– Думаешь это наш дядюшка Бильбо?

– А кто же ещё? Ты много людей знаешь с таким именем?

– Вообще ни одного, кроме дяди. А что он сделал?

– Не знаю, что он сделал, но тот полицейский говорил, что из-за него весь город на уши подняли, а потом он бесследно исчез.

– Да уж, история, окутанная тайной, – подытожил Либер, его взгляд упал на часы, – Уже почти 12, надо поспешить пока метро ходит.

– Ты же завтра не хотел на работу.

– Завтра утром в «21» надо быть.

– Как бы проблемы не возникли из-за прогулов. Давай я провожу тебя до метро.

– Не надо, – Либер улыбнулся, – Я знаю дорогу.

– Ну как скажешь.

Братья допили свои напитки и вышли из кафе.

– Встретишь дядю Бильбо, привет от меня передавай.

– Обязательно, – братья улыбнулись и пожали друг другу руки, – Чуть не забыл. Анна тебе привет передавала.

– Как она? Сто лет её не видел. Жена говорила, что она как-то на днях заходила в гости, а я в это время на работе был.

– Да всё отлично у неё, – уже уходя сказал Либер и поднял вверх большой палец правой руки, – Всё отлично!

Фрат постоял ещё пару минут, провожая взглядом брата. «Всё-таки здорово, что у меня есть такой брат» – подумал он и с довольной улыбкой на лице пошёл к себе в квартиру.

Глава 6

Маленькая деревушка была раскинута по обе стороны реки. Эта горная река была настолько чистой, что сквозь толстый слой прозрачной воды можно было увидеть огромное количество разнообразной рыбы. И с правого и с левого берега возвышались по несколько десятков деревянных избушек, а через речку перекинут небольшой мостик, который связывал деревню в единое целое. Деревня стояла посреди огромного зелёного луга, который в ясные дни заливало солнечным светом. На лугу росло бесчисленное множество луговых цветов, что придавало ему сказочную красоту. Ещё больше сказочной красоты придавал деревне раскинувшийся вокруг необъятный массивный лес, который как бы ограждал этот «островок» от внешнего мира.

Адам сидел на скамейке, которая была приделана к срубу его дома со стороны реки, и плёл корзину. Он сидел, купаясь в лучах летнего солнца, а его слух ублажало пение Амары, которое доносилось неподалёку. Она хлопотала во дворе, и, чтобы веселее трудилось, что-то напевала себе. Амара любила петь, а Адам обожал её слушать. Ничто так не радовало слух, как её божественный голос, который уносил его сознание в другие миры. Рядом с домом Адама рос многолетний дуб, возле которого кружились и щебетали птички, из речки время от времени выпрыгивали рыбёшки. Вся эта идиллия создавала покой на душе, и ощущение счастья не покидало эти края. Со стороны реки Адам заметил приближающийся силуэт, который ну никак не вписывался в общую картину этого волшебного места.

– Добрый день, Иво! – окликнул его Адам и рептилоид не спеша подошёл к нему, – Всё исследуешь? – человек поднял на него свой счастливый взгляд.

– Почему она всё время поёт? – Иво не обратил внимания на приветствие, его лицо как всегда было каменным и не выражало никаких эмоций.

– Музыка – это гармония звука. Ведь ты, Иво, тоже стремишься к гармонии. Всё во Вселенной стремится к гармонии! И ощущение счастья приходит когда ты живёшь в гармонии со Вселенной.

– Красиво излагаешь, но я не могу быть счастливым или несчастным. Я, как и любое существо во Вселенной, испытываю потребности, а моя жизнь – это удовлетворение моих потребностей.

– Хм… В таком случае, дорогой мой Иво, ты просто потребитель, паразит Вселенной.

– А кто же тогда ты? Вот взять, к примеру, твой дом. Ты уничтожил эти деревья, чтобы удовлетворить свою потребность в жилье.

– Небольшая поправка. Я их не уничтожил, а взял их у этого леса, взамен я посадил другие деревья. То есть, по сути, я омолодил лес. И берём мы лишь то, что природа позволяет нам брать. И главное мы не оставляем следов своей жизнедеятельности, не засоряем матушку Землю. Это и есть гармония, мы стремимся жить в симбиозе с планетой.

– И как же определить, что можно брать, а что нет?

– Довериться чувствам! Нужно чувствовать Вселенную, любить свою планету!

– Любовь… Это же чувство ты испытываешь к той женщине, а потом называешь её пение гармонией звука. Хотя на самом деле это просто ваша потребность в спаривании.

– О, нет, Иво, – Адам поднялся со скамейки и встал напротив ящера, – Любовь – это не физическое влечение. Любовь – это гармония чувств! Она не может быть направлена на определённого человека или объект. В таком случае это будет уже слепое поклонение, а это прямой путь к раболепству и ничтожеству. Нет, Иво, настоящая любовь рождается в душе, это тонкое блаженное чувство, связывающее тебя с мирозданием. Когда ты достигаешь гармонии в своей душе, ты любишь мир. И наоборот, когда ты любишь мир, ты достигаешь гармонии в душе. Просто часто бывает так, что какой-нибудь человек помогает обрести тебе это чувство. Это внутреннее состояние человека, которое приходит на энергетическом уровне. Любящий человек не бывает злым, не несёт в своём сердце жажду разрушать. Любовь – энергия творца! Поэтому любящий человек творит и созидает на благо миру.

– Но почему вы всегда выбираете противоположный пол? Вот, например, конкретно твой вектор энергии любви направлен к этой поющей девушке.

– Это же вполне естественно, – усмехнулся Адам, потому что до этого момента он и сам об этом никогда не задумывался, но быстро нашёл что ответить, – Продолжение рода, прекрасное чувство материнской и отцовской любви! Любовь к матушке природе и своему роду! Мужчина и женщина как Солнце и Земля. Планеты тянутся к звёздам, а звёзды согревают их своим теплом. Зачем Солнцу дарить тепло другим звёздам? Это же смешно и нецелесообразно. Законы мироздания заложены в каждом из нас, и мы не можем противиться своему естеству и предназначению. Иначе воцариться хаос, нарушиться вселенское равновесие. Любовь это как душевная песня, музыка, идеально сочетающая в себе различные звуки и придающая красоту всему этому общему звучанию. Я же говорю, гармония чувств! – восторженно закончил свою мысль Адам

– Всё у вас гармонично… И ты считаешь, что человек никогда не нарушит этого вселенского баланса? Не станет простым потребителем, паразитом планеты?!

– Я искренне на это надеюсь.

Глава 7

Сегодня Либер проснулся раньше обычного. Он даже не посмотрел на часы, но так как будильник ещё не зазвенел, было понятно, что ещё очень рано куда-либо выдвигаться. Поэтому Либер просто лежал в своей постели, погрузившись в свои мысли. Даже несмотря на то, что вчера он лёг довольно поздно, спать ему совершенно не хотелось. Неестественное волнение охватило его, непонятная тревога давила на грудь, всё его тело просилось выскочить из постели и бежать или даже лететь. Может это из-за предстоящей встречи? Или предчувствие чего-то нехорошего? В голове Либера одновременно вспыхивало множество мыслей, и мозг лихорадочно перепрыгивал с одной на другую.

«Возможно, сегодня я встречусь с дядюшкой Бильбо! А что потом? Что я скажу ему при встрече? И скорее всего встреча с ним сулит кучу неприятностей. Этот мистер Голлум так просто не отстанет. Но и пусть! Зато я, наконец, получу ответы. А какие ответы? И понравятся ли они мне? Смогу ли я принять правду?» Поток мыслей в голове мечтателя напоминал диалог шизофреника. Как будто он разговаривал с самим собой, но это были два разных Либера. Хотя скорее их было не только два, а гораздо больше. «Неважно смогу я её принять или нет» – уверенно заявил один из воображаемых Либеров в голове. «Лучше горькая правда, чем сладкая ложь, ведь так говорил Бильбо» – спокойно рассуждал второй. «Как же я скучаю по тебе, дядя!» – жалобно протянул третий и по щеке покатилась слеза. О какой именно правде сейчас думал Либер он и сам не знал. «Ты единственный с кем я мог говорить обо всём. Ну ещё, наверное, Фрат. Фрат славный парень!» – мысленно обратился он к Бильбо. Вспомнив о любимом брате и друге Либер улыбнулся, но уже через секунду улыбка сошла с лица и шизофренический диалог опять возобновился.

– А что если Фрат прав? Что если Чак подставной? – яростно кричал голос в голове.

– Ну и ладно, сегодня всё узнаем, – флегматично заявил второй.

– Неплохо было бы поспать, рано ещё, – зевая отвечал им третий.

– Но сна ни в одном глазу, – возразил ещё один.

– И почему я так волнуюсь? Даже перед первым экзаменом я так не нервничал.

– Может это из-за каннабиса?

– Наверно, я стал много курить, отсюда и мысли всякие вертятся в голове.

– А ещё эти сны! Откуда вообще они берутся?

– Странные какие-то сны. Может, в снах я вижу свою жизнь в параллельных мирах?

– А может во сне это и есть настоящий Я, а эта жизнь всего лишь иллюзия?

– Либо и это тоже всего лишь сон. И как вообще определить где реальность, а где иллюзия? Ведь для мозга всё одинаково!

– А может я уже умер и в этот последний миг перед смертью мой мозг рисует мне все возможные варианты развития моей жизни. Ну, или же я проживаю все эти жизни одновременно…

Звон будильника прервал шизофреническую беседу в голове Либера. Он как будто бы ждал этого сигнала. Вскочив с постели, он сделал глубокий вдох, словно его долго держали под водой и сейчас он, наконец-то, вынырнул. «Эти мысли меня с ума сведут» – мысленно подытожил Либер и стал быстро собираться. Заправил постель, умылся, подошёл к холодильнику. Там он обнаружил пару бутербродов, которые достал и положил на стол. Сюда же он принёс свою одежду и стал одеваться, попутно откусывая от бутерброда. Закончив с одеванием и завтраком, Либер выпил стакан воды и побежал к выходу. «Плеер!» вспомнил он уже у двери и забежал в туалет. Достав из своего тайника карту памяти, он пошёл за плеером, который ещё со вчерашнего вечера заряжался. Поспешно запихав флешку в плеер, он торопливо сунул его в карман брюк и выбежал из дома. Сердце бешено стучало, ладони вспотели, Либер еле сдерживал себя, чтоб не побежать во весь дух. В этот самый момент он и сам не мог объяснить причину своих волнений. Но самообладание его не подводило. Несмотря на бурю эмоций, разбушевавшихся в его душе, на лице не дрогнул ни один мускул. Внешне он выглядел спокойным и неторопливым шагом шёл к остановке.

Город просыпался, всюду можно было увидеть работяг, которые торопятся на свои рабочие места. Каждый день из года в год они бегут по одному и тому же маршруту, даже не замечая ничего вокруг. Иногда бывает, что на их пути попадётся цветочек, вдруг из ниоткуда пробившийся посреди асфальта, словно бросая вызов всей этой бетонной напасти. Или же бывает, что кому-то стало плохо и требуется помощь. Но отравленный разум не воспринимает красок жизни, всё вокруг для них серое, как и их роба. С каменным лицом, прозомбированные системой работяги бегут на родной завод, который они ненавидят, но и жить без него не могут. Либер попытался слиться с серой массой, но это у него всегда получалось не очень хорошо. Мечтатель любил остановиться, оглянуться вокруг, взглянуть на небо и закрыв глаза смотреть на солнце… Из-за этого он не раз опаздывал на работу и получал замечания и штрафы. Но сегодня Либер не останавливался. Он спокойно дошёл до остановки и запрыгнул в маршрутку, предварительно подставив руку под сканер у дверей. Люди в основном жили в том же секторе где и работали, поэтому по утрам в кольцевых маршрутах, которые ездят по кругу, охватывая все сектора, народу бывает очень мало. Так было и на этот раз. Либер занял место поближе к выходу. Путь предстоял недолгий, ведь ехать всего лишь до соседнего сектора. Выйдя из транспорта, Либер направился в сторону кафе «21». От станции метро до кафе идти гораздо ближе, но искатель приключений специально поехал на наземном транспорте, чтобы немного прогуляться. Однако не успел он сделать и десяти шагов, как у него зазвонили смарт-часы. Прогульщик догадывался, кто бы это мог быть и даже не глядя ответил на вызов.

– 7.45 – отчеканила появившаяся голограмма мистера Горана, – 7.45, мистер Либер, – недовольно повторил он.

– Мистер Горан, – как можно деликатнее начал разговор Либер, у него не было ни малейшего желания говорить с этим человеком, – Как только я улажу все свои дела, я обязательно с Вами встречусь, и мы обо всём поговорим, – Либер изобразил фальшивую улыбку, он хотел поскорее закончить этот разговор.

– Существуют правила и законы, которым Вы обязаны подчинятся.

– Ничего я Вам не обязан, – устало выдохнул Либер.

– Если в течении 10 минут я не увижу Вас на рабочем месте, то Вам придётся говорить уже не со мной.

– Не успею я за 10 минут, – спокойно ответил нарушитель и закончил разговор.

Исчезнувшая голограмма как-то сразу улучшила настроение. Либер решил отключить свои смарт-часы, дабы избежать повторных звонков и неприятных разговоров, и с довольной улыбкой, засунув руки в карманы, пошёл дальше своей дорогой.

В кафе сегодня было пусто. Либер занял столик возле окошка, за которым вчера сидела молодая пара.

– Доброе утро! Что будете заказывать? – из ниоткуда вдруг возникла официантка. Это была не Лина, а тёмненькая женщина лет 35. Несмотря на раннее время, она выглядела уставшей и измученной.

– А можно чуть позже сделать заказ? – денег оставалось совсем немного, и Либер решил не тратиться просто так без особой надобности.

– Конечно, – устало ответила официантка и ушла.

Либер не отрывал взгляда от окна высматривая на улице мальчика. Иногда он переводил взгляд на входную дверь, в надежде что она сейчас распахнётся и войдёт Чак. Затем он оглядывал всё кафе, чтобы убедиться, что ничего существенно не поменялось и вновь переключал внимание на окно. Так прошёл целый час томительного ожидания.

– Не решили ещё? – вновь появилась та же официантка.

– Простите за беспокойство, но я, пожалуй, уже пойду, – Либер виновато посмотрел на официантку. Та же лишь недовольно фыркнула и как ни в чём не бывало просто ушла.

Либер вышел из кафе и оглянулся вокруг:

– Куда же он пропал? – еле слышно вымолвил он.

– Кого-то ждёте? – перед ним неожиданно появился полицейский, будто столб, внезапно выросший из земли.

За углом стояла патрульная машина, за рулём которой сидел ещё один полицейский. В голове Либера судорожно забегали мысли: «Так, когда я выходил, машины не было. Значит, он не мог видеть как я выхожу»

– Нет, гражданин полицейский, – Либер улыбнулся служителю закона, – После ночной смены решил выпить чашечку кофе по пути домой, – с этими словами Либер развернулся и вошёл обратно в кафе.

Уверенным шагом он направился прямо к барной стойке и взял чашку кофе. Полицейский зашёл за ним и наблюдал стоя в дверях. Либер взял свою чашку, демонстративно улыбнулся полицейскому, сел за ближайший столик и сделал маленький глоток. Блюститель порядка понаблюдал пару минут, после чего вышел. Через некоторое время Либер увидел в окне проезжающую мимо патрульную машину.

– Наконец-то уехал, – облегченно выдохнул он, – Чёртов кофе, – Либер с отвращением посмотрел на свою чашку, – И почему я чай не взял? – спросил он сам у себя.

Оставив на столе свой не выпитый кофе, Либер вышел на улицу и побрёл в сторону третьего сектора. Он шёл медленно, от тяжёлых дум опустив голову вниз, совершенно не понимая куда ему сейчас идти и что делать.

– Просто иди рядом и делай вид, что не знаешь меня, – знакомый голос взбодрил поникшего мечтателя.

Это был Чак! Он шёл справа от Либера и даже не смотрел в его сторону.

– Я уж и не надеялся тебя увидеть, – честно признался Либер.

– Легко ты отделался от полицейского, – Чак не обращал на Либера никакого внимания, лицо его было сосредоточенным, – Ты почему уже второй день работу прогуливаешь?

– Это не важно.

– Это очень важно. Скорее всего, полиция тебя скоро возьмёт, ты привлекаешь много внимания.

– Как на счёт моей просьбы? – Либер перебил мальчишку, не желая слушать нравоучения от сопляка.

– Никак. С чего вообще ты взял, что я могу выйти из города?

– Ты же сам говорил, – чуть было не вспылил Либер.

– Ничего такого я тебе не говорил. Я поспрашивал на улицах города про твоего Бильбо. Никто про него ничего не слышал и мне настойчиво рекомендовали не совать свой нос куда не надо.

– Но ты ведь выведешь меня из города? – не терял надежды Либер в своего маленького спасителя.

– Без пропуска город не покинуть. «Ход 21» это миф, его не существует, – лицо Чака не выражало никаких эмоций, а губы почти не шевелились когда он говорил, – А ты и вправду племянник Бильбо?

– Конечно! – поспешил его уверить Либер.

Чак на секунду остановил свой взор на своём собеседнике, как будто убеждаясь в правдивости его слов, затем продолжил:

– Я тебе верю. Город считает Бильбо преступником, но есть люди, которые считают его гением. Эти люди готовы тебе помочь. Я думаю, дома тебя уже ждут полицейские и вообще в скором времени на тебя всё равно выйдут.

– С чего ты взял? – Либеру не понравились последние слова мальчика.

– Не перебивай, пожалуйста, – мягко ответил Чак, а затем продолжил прежним тоном, – За твой плеер с музыкой так просто от тебя не отстанут, это уже будет дело агентов, а не полиции. Так что лучше спрячь или вовсе выброси его подальше.

– Могу я его оставить у тебя на хранение?

Сейчас Либеру казалось, что парень говорит искренне, он внушал доверие, как и при первой встрече. Не дожидаясь ответа, мечтатель вытащил плеер из кармана. Вот тут он заметил прилипший к плееру комочек. Гашиш! Он забыл вчера его вытащить из кармана. Это маленькая деталь не ускользнула от взора наблюдательного мальчика.

– Ты чего хеш с собой по городу таскаешь? – едва заметная улыбка слегка коснулась краешка его губ.

Либер поспешил спрятать камушек в карман.

– Не твоё дело, – сердито произнёс нарушитель порядка.

– Конечно, не моё, – согласился парень, – Но из-за него тоже по головке не погладят.

– Я могу оставить плеер? – резко перебил его Либер.

– Конечно, можешь. Только в руки мне его не давай. Урони его тихо, а я потом подберу.

– Он очень дорог мне. Сейчас я сброшу к заводским настройкам свои смарт-часы. Это будет плата за хранение.

– Не обязательно, – начал было Чак, но Либер уже запускал процедуру сброса.

– Надеюсь, скоро увидимся.

– Я тоже на это надеюсь. За плеер не переживай. Он будет в целости и сохранности, – Чак резко остановился, будто бы поправляя шнурки на ботинках, а Либер продолжил идти.

Смарт-часы вернулись к исходным настройкам, Либер быстро проверил не остались ли там личные данные и снял их с руки. Часы и плеер он сжал в левой руке, затем достал из правого кармана кусок гашиша и прилепил его к плееру. Сейчас слова не по годам смышлёного Чака показались ему вполне обоснованными, и он решил не рисковать понапрасну и избавиться от наркотиков тоже. Он медленно разжал левую руку и незаметно обронил всё что было в ней на землю. Даже не оборачиваясь назад, Либер пошёл в сторону остановки, он был уверен, что Чак всё подберёт и непременно сохранит.

Глава 8

Возле своего дома Либер заметил патрульную машину. Вполне вероятно, что она там стояла не из-за него. Она могла там находиться по тысячам причин, и в любое другое время Либер даже не обратил бы на неё внимания. Но сейчас это его насторожило. Терзаемый смутными сомнениями, нарушитель дисциплины присел на скамейку: «Если меня хотят арестовать, то в любом случае вычислят моё месторасположение по чипу. Ну, если даже и арестуют, что у них на меня? Два дня прогула? Это же смешно!» Либер заулыбался от своих суждений, но очень скоро улыбка исчезла.

– Мистер Либер? Здравствуйте! – обратился к нему полицейский.

– Здравствуйте, – обречённо выдохнул Либер.

– Прошу Вас проследовать за мной.

– И чем я провинился?

– Для меня Вы нарушитель дисциплины. В остальном будут разбираться.

– А если я не хочу идти с Вами?

– Хватайте этого выскочку! – с презрением произнёс полицейский.

В тот же миг двое других служителей закона грубо схватили Либера сзади. Они резко скрутили его, больно выворачивая руки. Лицо Либера перекосилось от боли, но он не издал ни звука. Зафиксировав руки наручниками, полицейские схватили преступника и швырнули его в машину. С завязанными сзади руками арестант ехал в фургоне без окон и не мог видеть куда его везут. Дорога оказалась не близкой, а значит, решил Либер, везут его не в местное отделение, а в полицейский участок уровня D, что не предвещало ничего хорошего. Наконец, транспорт остановился. Через пару минут открылись двери фургона. Свет ослепил Либера, всё это время сидевшего в полной темноте. Его силой выволокли из фургона. Арестованный попытался встать на ноги, но в тот же миг почувствовал как его что-то больно ущипнуло в затылок и потерял сознание.

Неизвестно сколько времени Либер находился в отключке. Очнулся он лежащим на холодном бетонном полу в кромешной темноте. Наручники были сняты, но остались кровавые следы от них. Либер слегка помассировал свои запястья, но боль заставила его прекратить это занятие. Жутко воняло застоявшейся мочой, от чего пленник невольно поморщился. Ещё у него жутко болела голова. Либер попытался встать, но только он успел подняться на четвереньки, как закружилась голова, и на него напал приступ тошноты. Издав сдавленный еле слышный крик, бедолага замертво распластался на полу. Пролежав некоторое время неподвижно, он решил исследовать помещение. Пленник ползал по камере, ощупывая всё вокруг. С одной стороны он нащупал массивную металлическую дверь. Либер пополз дальше вдоль стены. У стены противоположной двери с одного угла стоял унитаз, а с другого умывальник. Ни один лучик света не проникал в эту темницу, Либер чувствовал себя слепым. Он предпринял ещё одну попытку встать на ноги. На этот раз хоть и с большим трудом, но ему удалось это сделать. Снова закружилась голова, и он понял, что на сей раз не получится сдержать очередной приступ тошноты. Узник упал на колени перед унитазом и стал блевать, испытывая болезненные ощущения в груди. Казалось, содержимое желудка пыталось вырваться наружу вместе с самим желудком. Когда рвотные массы перестали подступать к горлу, он снова поднялся на ноги и подошёл к умывальнику. Из крана текла ледяная вода, но сейчас этого было более чем достаточно. Пленник умылся и напился воды. Вода имела неприятный привкус хлорки и ржавчины, но деваться было некуда. Совершенно обессиленный он прислонился к стене и тихонько сполз на пол. Из-за нестерпимой головной боли он не мог ни о чём думать. Обхватив больную голову обеими руками, он уставился в темноту.

Либер проснулся от холода. Голова уже почти не болела, но всё его тело колотило от холода. Пленник встал во весь рост. В этот раз не было ни головокружения, ни тошноты. Чтобы хоть немного согреться он стал ходить по камере и растирать руками своё тело. Камера оказалась довольно тесной, и в длину, и в ширину она не превышала и двух метров. Высота тоже оказалась не более двух метров, за что Либер прозвал свою темницу чёрным кубом. Кроме умывальника и унитаза в камере больше ничего не оказалось. В желудке ныло, очень хотелось есть и лишь тошнотворный запах мочи сбивал аппетит. Либер ходил по своей камере, он уже прекрасно в ней ориентировался и без света. Ему казалось, что он научился видеть в темноте. Узник попытался построить логическую цепочку и рассчитать сколько времени прошло с момента его ареста. Но у него не получилось даже примерно определить. После тщетных попыток он бросил эту затею. Либер не понимал что происходит, и это непонимание больше всего сводило с ума. Он бродил по камере, потом садился на пол, потом вставал и снова бродил… Чтобы притупить чувство голода он часто пил воду. Потеряв всякую надежду, пленник «чёрного куба» забился в угол и попытался заснуть. Неизвестно сколько времени он так просидел, пару раз ему даже удавалось вздремнуть. После безуспешных попыток поспать он встал и снова начал бродить по камере. Происходящее уже начинало раздражать. Шаги его становились всё быстрее, злость нарастала, пока нервы окончательно не сдали.

– Что здесь происходит? Я что сдохнуть здесь должен? – взревел он как дикий зверь.

Какая-то необузданная злость и ярость пробудилась в нём. Он бросился к двери и стал колотить её изо всех сил. Узник кричал, ревел как раненный зверь, но никто его не слышал. От ударов по металлической двери болели руки, он чувствовал что разбил их в кровь. Озверев окончательно, он стал бешено пинать дверь и несколько раз с разбегу пытался вынести её, но лишь вывихнул плечо. Истерзав себя окончательно, совсем обессиленный он упал на пол и истерично заплакал. Либер не просто плакал, он судорожно рыдал и не мог остановиться, как будто в этот момент он чувствовал всю Вселенскую скорбь и боль.

Либер проснулся. Он по-прежнему лежал на полу в своём чёрном кубе. Всё его тело болело, а желудок сводило от голода. Узник попытался рассмотреть свои окровавленные руки, но видел лишь бесконечную темноту. Он обречённо опустил руки, слеза отчаяния скатилась с его глаз и покатилась по щеке. Губы Либера расползлись в неестественной сумасшедшей улыбке. Он приготовился встретить свою смерть, он был готов к этому и погрузился в мир своих грёз. Тьма окутала тело и сознание, но только не светлые его мечты.

Яркий свет ослепил мечтателя. Свет пробивался даже сквозь закрытые веки. «Кажется, я умер» – подумал Либер.

– Приведите его чувство! – приказал чей-то холодный мерзкий голос.

В тот же миг Либера схватили за ноги и куда-то поволокли словно мешок. Его окатили ледяной водой. Вода попала в нос и рот от чего арестант чуть не захлебнулся. Он закашлял, выплёвывая воду. Теперь уже Либер понял, что ещё жив, но пока не понял радоваться ли этому. Резкий запах нашатырного спирта у него под носом окончательно вывел из забытья. Туман перед газами потихоньку рассеивался. В комнате, где он сейчас находился, был очень тусклый свет, но даже он резал привыкшие к темноте глаза. Чьи-то сильные руки схватили его, и тотчас с него слетела вся одежда.

– Одевайся! – услышал он грубый повелительный голос.

Перед ним стояли двое полицейских, один из них протягивал ему аккуратно сложенный комбинезон тёмно-синего цвета. Либер взял комбинезон и начал неторопливо одеваться.

– Пошевеливайся! – торопил его тот же голос, – Это тоже тебе!

Два ботинка полетели в сторону арестованного. Один ботинок попал ему в лоб, что вызвало весёлый смех у его надзирателей. Либеру была неприятна и даже противна ситуация в которой оказался, и он поспешил одеться, чтобы не забавлять долго бесцеремонных задир. Несмотря на то что комбинезон был сшит из довольно грубого материала, он оказался достаточно удобным и тёплым. Полицейские схватили Либера под руки и вывели в коридор. Там свет был ярче, от чего у пленника прослезились глаза. В конце коридора его завели в небольшую комнату. К счастью здесь свет оказался очень тусклым. Полицейские бросили заключённого на стул, через секунду Либер услышал, как захлопнулась дверь. Он оглядел комнату, в ней никого не было. Перед ним стоял небольшой металлический столик, а с другой стороны стола такой же металлический стул, как и тот, на котором он сидел. Так он просидел минут десять. Послышались шаги в коридоре, открылась дверь, и в комнату вошёл высокий мужчина в офицерском мундире. Из-за полумрака, царившего в комнате, Либер не мог разглядеть лица вошедшего. Мужчина уверенным шагом подошёл ко второму стулу, бросил на стол папку толщиной сантиметров в 10-12, затем поудобнее устроился на стуле. Через секунду комнату залил яркий белый свет. Комната освещалась таким образом, что свет бил прямо по заключённому, а офицер как бы оставался в тени. Это заставило Либера зажмуриться и опустить голову.

– Гражданин Мегаполиса №33, идентификационный номер Е16180339887, – строгим холодным голосом начал офицер.

Либер узнал этот голос, это он приказал привести его в чувство. Монотонным голосом офицер произносил каждое слово и каждую цифру, читая содержимое папки:

– Имя, данное родителями – Либер. Проживает: уровень Е сектор 3. Место работы: завод по изготовлению микрочипов. Должность: оператор станка. Не женат, детей не имеет. И так далее и тому подобное. Тут подробное досье на тебя. Думаю, нет смысла продолжать, – офицер резко закрыл папку, от неожиданного громкого хлопка Либер невольно вздрогнул.

– Кто Вы? – выдавил из себя Либер и сразу подумал о том, насколько же глупым оказался его вопрос.

– Я следователь, – ничуть не смутился офицер.

– Это вы меня за прогулы так? – Либер попытался поднять голову и посмотреть на своего обидчика, но так и не смог разглядеть лица.

– За систематическое нарушение дисциплины, – всё так же хладнокровно продолжал следователь, – Однажды ты уже привлекался к следствию. Это было во времена твоего студенчества, за употребление марихуаны. Тогда ты легко отделался лишь отчислением, сославшись на то, что тебя угостили на студенческой вечеринке…

Либера знобило, периодически он вздрагивал. Следователь достал из ящика стола термос и кружку и налил в неё горячую жидкость.

– Пей! Согреешься, – офицер поставил дымящуюся кружку перед заключённым и так же монотонно продолжил свой рассказ, – Ты был отчислен из университета, до сих пор не обзавёлся семьёй, часто опаздываешь и периодически прогуливаешь работу, дерзишь начальству…

Следователь вопросительно глядел на арестанта, словно ожидая от него какого-то ответа. Либер потянулся к кружке. Дрожащими руками он схватил её и отхлебнул горячей жидкости. Это оказалась обыкновенная горячая вода, но как она согревала! Либер делал глоток за глотком, обжигая кипятком губы и язык. Он чувствовал, как тепло разбегается по его телу. Офицер молча наблюдал за происходящим. Опустошив кружку, Либер поставил её на стол. Зрение тоже потихоньку возвращалось, по крайней мере, сейчас, прищурившись, он мог разглядеть силуэт следователя.

– Чего Вы от меня хотите? – Либер чувствовал как к нему постепенно возвращается ясность мышления.

– Ты склонен идти против системы. От тебя мы хотим только одного, беспрекословного подчинения.

Последние слова офицера вызвали улыбку на лице замученного узника.

– Что-то смешным показалось? – раздражённо спросил следователь.

– Нет, гражданин следователь.

Либер старался казаться серьёзным, но не мог собрать улыбку, она предательски расползалась по лицу. Однако, увесистая пощёчина заставила улыбку мгновенно исчезнуть. Офицер поправил мундир и сел на своё место.

– Продолжим? – опять без эмоций стал говорить следователь.

– Да, – обречённо согласился Либер.

– Послушай, щенок, – даже оскорбления выходили из него как-то невозмутимо, от чего казались ещё более обидными и мерзкими, – Советую тебе не тратить попусту моё время. Вот вопросы, ответы на которые меня интересуют. Во-первых, где ты покупаешь марихуану? Во-вторых, кто этот мальчик, с которым ты встречался два дня подряд и что ты делал в кафе «21» в рабочее время? И третий, но далеко не последний вопрос. Где твои смарт-часы?

– А с чего Вы взяли, что я покупаю марихуану?

– Мы взяли у тебя анализ крови. Ещё вопросы есть?

– Есть. Сколько я просидел в этой чёртовой камере?

– Двое суток. И будешь очень скучать по ней, если не захочешь мне помогать.

– Часы я потерял.

– Предварительно сбросив их к исходным настройкам?

– А Вам не приходило в голову, что сброс мог сделать человек, нашедший их?

– Возможно, – следователь посмотрел на свои часы, – Значит так. Мне нужно отлучиться. У тебя будет несколько часов, чтобы всё хорошенько обдумать. И ещё кое-что. Есть основания обвинить тебя в инакомыслии. Если не хочешь говорить с агентами, рекомендую договориться со мной.

Следователь выключил, наконец, этот белый ослепляющий свет и только теперь Либер разглядел на его лице густую аккуратно подстриженную бородку. Но долго рассматривать следователя не получилось, в комнату вошли двое полицейских.

– Уведите его в камеру и накормите, – приказал следователь.

Либера сопроводили в его чёрный куб, но на этот раз там был свет. Чуть позже ему принесли два контейнера с холодной тюремной баландой и кружку горячего чая. Это был, безусловно, далеко не мамин ужин, но есть можно. Вот только противная вонь мочи, которой камера, казалось, пропиталась насквозь, лишала удовольствия от употребления пищи. Бедный пленник с трудом съел всё, что ему принесли, стараясь при этом не дышать. Только сейчас он, наконец, почувствовал себя окончательно согревшимся. От ощущения тепла и приятной тяжести в желудке, Либер задремал. Разбудил его металлический щелчок отпирающейся двери.

– Выходи! – сурово произнёс здоровенный конвоир.

Едва Либер успел подняться с пола, как тут же здоровяк схватил его за шкирку и потащил в кабинет для допросов. Конвоир ростом был больше двух метров и обладал недюжинной силой. Заключённый еле успевал переставлять ноги пока шёл по коридору. Верзила усадил его на стул.

– Жди! – так же сурово пробасил полицейский и ушёл.

Долго ждать не пришлось. Вошёл следователь и встал в дверях, пристальным взглядом сверля Либера.

– Я вижу ты ещё не готов для разговора, – после минутной паузы произнёс офицер, затем жестом позвал громилу конвоира, который стоял за дверью и продолжил, – Я хочу, чтоб к завтрашнему утру он был готов общаться со мной.

Следователь покинул комнату. Либер непонимающе смотрел на всё это, он пытался понять, чего ему ожидать. Здоровяк запер дверь изнутри, спрятал ключи в кармане, не спеша закатал рукава и подошёл к арестанту.

– Завтра ты должен отвечать на все вопросы следователя.

Резким хуком справа верзила повалил заключённого на пол. Конвоир оказался не многословным, за всю ночь Либер не услышал от него ни слова. Здоровяк просто методично избивал пленника всю ночь. Бить он умел! Избивал конвоир так, что арестант испытывал максимум боли, но в то же время не калечился. Периодически здоровяк делал паузы, чтобы перекусить или дать своей жертве понюхать нашатырь, чтобы позволить немного прийти в себя.

Уже под утро конвоир усадил полуживого узника на стул. Либер оглядел комнату заплывшими от побоев глазами. Весь пол был залит его кровью. Здоровяк нажал какую-то кнопку в столе. Пол покрылся тонким слоем прозрачной жидкости, но уже через несколько секунд жидкость смыло водой. Пол стал идеально чистым. Либер наблюдал, как за считанные секунды высыхает пол.

– Следователь не любит когда грязно, – басом произнёс здоровяк.

Измученный бесконечными побоями узник поднял взгляд на огромного надзирателя. Рубашка конвоира намокла в районе груди и подмышек, и от него неприятно воняло потом.

– Ты безмозглый маньяк! – презрительно рявкнул Либер и набрав побольше воздуха в лёгкие смачно плюнул полным крови ртом на пол.

Верзила молча подошёл и обрушил на заключённого несколько тяжёлых ударов. Брызги крови снова окропили только что вымытый пол. Оглядев комнату, злой великан с укоризной покачал головой и повторил процедуру мойки пола, после чего оставил пленника одного. Спустя некоторое время, вошёл следователь. Либер смотрел на него сузившимися от синяков глазами.

– Сегодня мы расстанемся, – начал офицер усаживаясь на стул. В руках у него была всё та же вчерашняя папка. Он положил её на стол, с деловым видом раскрыл на какой-то странице и продолжил, – Расстанемся мы в любом случае. Либо ты поедешь домой, либо к агентам. Ты ещё помнишь мой первый вопрос?

– Вы знаете, что на латыни следователь звучит как инквизитор? – допрашиваемый посмотрел на следователя, но, казалось, что эти слова никак не задели его, – Я не покупал марихуану, – Либеру было трудно шевелить разбухшими от жестоких побоев губами.

– Может быть это Фрат принёс? Он же был утром у тебя, а потом отвёз тебя в «21»

– Фрат тут не при чём, – заторопился Либер, он серьёзно испугался за брата.

– Тогда что он делал у тебя?

– Он всегда заходит проведать как у меня дела. А поскольку он ещё и таксист, я воспользовался его услугами и поехал в «21»

– Зачем? Ты искал этого парня? Как ты ещё его назвал?

– Я не знаю его.

– Угощал завтраком незнакомца?

– И всё вы знаете, – Либер с презрением посмотрел на офицера, – Я пожалел голодного мальчика.

– Я не желаю слушать этот бред! Значит так! Наркотики тебе дал либо Фрат, либо этот парень. У Фрата взяли анализ крови, думаю, ты знаешь, что он показал. Так что я склонен считать, что это именно он, – злорадно заключил инквизитор.

– Где он?

– Его уже допросили, – самодовольно ответил следователь.

«Нужно в любом случае защитить Фрата» – пронеслось в голове Либера.

– Это я его угостил. В тот день, когда он отвозил меня в «21», вечером.

– И он охотно согласился, зная, что это противозаконно.

– Я уговорил его попробовать. Он доверяет мне, мы же братья.

– Как же ты его подставил, брат, – издевательским тоном съязвил следователь, – И где ты взял марихуану?

– Не марихуана. Это был гашиш. Я нашёл его.

– Нашёл! Ну конечно же, нашёл! В городе же повсюду разбросаны наркотики! Я скажу, как ты его нашёл. Ты взял у этого парня, которого угощал завтраком. Но ты же разгильдяй и тунеядец, поэтому денег у тебя нет, вот ты и расплатился своими смарт-часами.

– А почему вы мальчика об этом не спросите?

– Спросим. Будь уверен.

«Значит, они его не поймали и даже не знают кто он. Чак красавец!» – подумал Либер.

– Да. Вы всё правильно предполагаете, – версия следователя показалась Либеру вполне приемлемой, так он мог и Фрата защитить, и от лишних вопросов себя избавить.

– Тогда зачем ты встречался с ним на следующий день?

– Ну так… – Либер замешкался на секунду, придумывая причину, – Часы отдать!

– Почему сразу не отдал?

– Надеялся, что денег раздобуду.

– Допустим. А на работу почему не ходишь?

– На этот вопрос у меня нет ответа.

– Зато у меня есть. Дурная генетика! Удивительно, правда? Родители нормальные, сестра тоже, а вот ты в дядю пошёл.

– Вы знаете дядю Бильбо? – не смог скрыть своего изумления Либера.

– Читал сводки. Скучно уже мне становится с тобой. Ты просто лентяй, а лень лечится довольно легко и просто. Теперь ты будешь находиться под присмотром полиции. И вот тебе мои рекомендации: будь хорошим работником и забудь про наркотики.

Следователь нажал кнопку в столе и тотчас в дверях появились двое конвоиров. Либер встал со стула.

– И, кстати, кто такой Голлум? – вдруг спросил офицер, словно бы невзначай.

– Персонаж из сказки какой-то, я уже и не помню, – солгал Либер, он прекрасно помнил эту историю, ведь дядя Бильбо столько раз её рассказывал ему.

– Надеюсь это не из запрещённой литературы, ни разу не слышал о таком.

– Уверен, что нет. Откуда бы я знал про него, будь это под запретом? – снова солгал Либер. Он прекрасно знал, что все произведения Толкина, как и других древних авторов, находятся под запретом.

– Уведите его в камеру! – приказал следователь.

Либера снова заперли в камеру и снова оставили без света. На этот раз его продержали здесь целую неделю, благо сейчас раз в день ему подавали еду.

Глава 9

Либер бродил в темноте по своей камере. Заскрипела дверь и темницу залил свет. Узник руками закрылся от света, который больно ударил по глазам, но тут же его схватили под руки и повели на улицу. Либер не мог открыть глаза, но жадно глотал свежий воздух. После пары-тройки глубоких вдохов он уже оказался в тёмном фургоне, который повёз его в неизвестном направлении. Доехав до места, фургон остановился. Двое полицейских выволокли арестанта из фургона на улицу и стали жестоко избивать его дубинками и ногами. Либер сразу узнал местность возле своего дома. Избиение специально проводилось в людном месте, чтобы стало уроком для других. И время было выбрано не случайно. Сейчас как раз основная масса работяг шла домой с работы. Мимо проходила куча народу, но все старательно делали вид, что ничего не происходит. Иногда маленькие дети пытались обратить внимание родителей на происходивший рядом акт жестокого насилия, но родители сразу же одёргивали своих отпрысков, продолжая упорно не видеть происходящего. Вдоволь намахавшись своими дубинками, полицейские сели в машину и уехали.

Либер осторожно приподнялся, сел на землю, прислонившись спиной к стене дома, обнял колени, уронил на них голову и тихо заплакал. Горькие слёзы обиды текли с его глаз. Почему мы терпим такое отношение властей к себе, ведь нас же гораздо больше? Вновь и вновь он задавал себе этот вопрос, но не находил ответа. В этот момент ему было обидно за слабохарактерность и трусость всего населения его родного города. В таком положении он просидел час, а может и два. Немного успокоившись, Либер поднял свой взор к небу. Он протянул затёкшие ноги. Чистое летнее вечернее небо передавало свою безмятежность человеку. Наслаждаясь вечерним небом и воздухом, в такой вот своеобразной медитации, Либер просидел ещё довольно долго. Шея затекла, он помассировал её руками. Вокруг никого не было, была уже поздняя ночь. Мечтатель медленно поднялся и пошёл к себе домой. Целый час он простоял под струёй горячего душа, нещадно растрачивая свой лимит воды. Впрочем, за время заключения он неплохо должен был сэкономить свою норму и мог сейчас себе позволить немного транжирства. Смыв с себя тюремную грязь и вонь, которой, как ему казалось, он пропитался насквозь, Либер подошёл к своему тайнику. Он снял плитку, его свёрток оказался нетронутым. Обыск в квартире был произведён, о чём говорил полный бардак вокруг, но тайник не обнаружили. Бывший узник скрутил косяк из того, что было в тайнике и раскурил его. Марихуана подействовала как обезболивающее и для избитого тела, и для истерзанного разума. Либер лёг в свою постель и уснул сном младенца. Так он проспал почти до вечера следующего дня. Всё в квартире было вверх дном, но наводить уборку не было ни малейшего желания. Либер пошарился в холодильнике, не разбирая вытащил оттуда контейнер то ли с готовым завтраком, то ли с обедом и бросил его в печь. Комната стала постепенно наполняться ароматами подогревающейся еды, но Либера по-прежнему преследовал отвратный запах его «чёрного куба» и всё вокруг казалось отдаёт этим мерзким запашком. Конечно же вонь «куба» была только в голове у страдальца, но, даже понимая это, избавится от галлюциногенного запаха было не так уж и просто. Умывшись, он сел за стол и принялся за трапезу. Из-за вчерашних побоев болела челюсть, и трудно было жевать, приходилось глотать кусками.

Раздался звонок. Смарт-часов у Либера теперь не было, поэтому дозвониться до него можно было только домой. Видеофон, как и во всех других квартирах, был встроен в телевизор. Пульт дистанционного управления лежал рядом на столе, Либер нажал кнопку принятия вызова. На экране появилось изображение мистера Горана.

– Здравствуйте, мистер Либер, – официальным тоном начал было он, но увидев Либера сразу же замолчал.

Да, его мозг был полностью отравлен системой, но он отнюдь не был жестоким человеком. Увидев избитое и измученное лицо своего подчинённого, ему искренне стало его жалко. Он не сомневался в правильности своего поступка, ведь это именно он сообщил полиции о прогулах Либера, но его всё равно одолевало чувство вины.

– Наверно, я не вовремя, – виновато продолжил начальник смены, – Но я должен Вам сообщить, что с понедельника Вы должны приступить к работе. Ещё раз извините за беспокойство, выздоравливайте. Жду Вас в понедельник.

Изображение исчезло. Либер не сказал ни слова, ему вообще сейчас ни с кем не хотелось говорить. Через несколько минут вновь раздался звонок в видеофон. Это была мама. Может Либер и не был идеальным сыном, своим непослушанием он с детства заставлял родителей волноваться, но он их очень любил. Любящий сын не хотел, чтоб родители видели его таким, поэтому решил не отвечать на звонок. Чуть позже звонил отец, его он тоже проигнорировал. И вот настала очередь сестры. На звонок очаровательной Анны Либер решил ответить.

– Привет, Либер! – радостно начала сестра, но тут же ужас перекосил её лицо, – О боже! Что с тобой случилось?

– После тюрьмы это нормальный вид, – Либер попытался пошутить.

– Нам сообщили, что тебя арестовали. Что ты натворил? – Анна всерьёз была обеспокоена.

– Ничего особенного, – Либер пытался доесть свою еду, которая уже успела остынуть.

– Нам сказали, что ты не ходишь на работу и…

– Я догадываюсь, что вам сказали, – не дал ей договорить брат.

– Мы с Дином молились за тебя.

– Спасибо!

– Дин говорит, что все твои неприятности из-за того, что ты не ходишь в храм и не молишься.

– Да пошёл в задницу твой Дин со своим храмом! – вспылил Либер.

– Ты чего такой злой? – сестра ошарашенно смотрела на него.

– Я пытаюсь пожрать! – злобно ответил ей брат.

– Родители беспокоятся. Ты почему не отвечаешь на их звонки? Вечером мы все вместе хотим приехать к тебе.

– Не надо! – резко перебил брат – Анна, умничка, делай что угодно, но успокой родителей и ни в коем случае не приходите сюда. Я не хочу, чтоб они видели меня таким, – Либер очертил пальцем вокруг лица.

– Ладно, я постараюсь, – обречённо ответила она.

– Спасибо, сестрёнка! – Либер попытался улыбнуться, но из-за боли лицо только перекосилось.

– Больно? – с сочувствием спросила Анна, – Ну ладно, ешь спокойно и постарайся не впутываться больше во всякие истории.

– Постараюсь!

Разговор с сестрой немного улучшил настроение. В этот день больше никто не беспокоил Либера. Весь вечер он залечивал свои раны.

В 10 часов утра кто-то позвонил в дверь. Либер ещё был в постели и не хотел вставать. Звонки раздавались всё настойчивей, Либер не выдержал и пошёл открывать. На пороге стоял Фрат.

– Здорово, брат! – кузен прошёл в квартиру и пожал руку раненому, – Неплохо над тобой поработали. В больнице был?

– Не был и не хочу, – пробормотал Либер и направился к кровати.

– А я говорю, пойдём в больницу!

Фрат легонько подёргал пальцами кончики своих ушей, показывая, что их могут подслушивать. Братья оба понимали, что после последних событий наверняка квартиру Либера прослушивают, и поговорить по душам здесь не получится.

– Ладно, – согласился Либер, – Посиди, пока я соберусь.

Больница находилась в соседнем здании. Осмотр и процедура восстановления заняли в общей сложности около часа. Фрат ждал брата в приёмной. После процедуры восстановления Либер заметно похорошел. Глаза уже не были такими заплывшими, челюсть не болела, губы не выглядели слишком распухшими.

– Ну вот, почти красавчик стал, – подшутил Фрат над братом, – Чего сказал доктор?

– Завтра ещё прийти, процедуру повторить.

– Очень хорошо. Куда пойдём?

– Может, просто по улице пройдёмся? – предложил Либер.

Братья шли по улице спокойным прогулочным шагом. Несколько минут они шли молча, хотя каждого беспокоило множество вопросов относительно друг друга.

– Выходной сегодня? – наконец заговорил Либер.

– Ночная смена.

– Понятно…

Снова наступило молчание, братья словно бы не знали с чего начать разговор.

– Тебя допрашивали? – вновь заговорил Либер, перейдя сразу к сути.

– Да. В нашем местном отделении. Меня не возили в D.

– И что спрашивали? – Либер смотрел себе под ноги и создавалось ощущение, что он говорит сам с собой.

– На счёт курева интересовались. Анализы взяли. Я сказал, что меня угостили в кафе «21». Незнакомый мужчина, которого я больше не видел никогда. Честно говоря, я не думал, что в эту чушь так легко поверят.

– Тебе и не поверили. Я сказал, что это я тебя угостил. Если опять будут спрашивать, тоже так говори.

– Надеюсь, не будут больше спрашивать. А с тобой что решили?

– В понедельник на работу.

Братья дошли до скамейки и решили присесть.

– Пойдёшь? – Фрат с сомнением посмотрел на брата, так как не верил до конца, что полиции удалось вправить ему мозги.

– Не знаю пока, – совершенно серьёзно отвечал Либер.

– Вот нравится тебе дёргать судьбу за яйца, – усмехнулся Фрат, увидев что был прав на счёт брата, – Примерно через неделю после твоего ареста странная встреча произошла, – уже серьёзно продолжал он, – В такси ко мне запрыгнул некий тип и попросил отвезти его в ночной клуб. Тот который в 12 секторе находится, возле электростанции.

– «Циферблат»? – настороженно спросил Либер.

– Он самый. В общем, приглашал он меня в этот клуб. Но как-то странно… – Фрат задумался, видимо, вспоминая события того вечера.

– Что он сказал? – поторопил его брат.

– Странный такой тип, всю дорогу говорил о чём-то без умолку. Он по любому был под чем-то. А когда уже доехали, говорит мне: «Приходи сюда в клуб, потусим вместе. И друзей своих приводи. Я всегда тут и Чак тоже». Потом расплатился и ушёл.

– Чак… – шёпотом повторил Либер.

– Ты его знаешь? – Фрату стало любопытно.

– Ты уже был там? – Либер не обратил внимания на вопрос брата.

– Где? В клубе? Нет, конечно, у меня и времени не было. Да и дорого это по клубам шастать.

– Тебе и не надо туда, я один пойду, – Либер уставился в пустоту, подперев подбородок левой рукой.

– Не представляю даже во что ты вляпался, – Фрат положил руку на плечо брату, – Но помни, ты всегда и во всём можешь положиться на меня.

– Я знаю, – Либер выпрямился и посмотрел в глаза лучшему другу, – Спасибо тебе, брат!

– Сейчас что собираешься делать?

– Сейчас хочу отдохнуть. Процедура восстановления отнимает много сил. Да и тебе надо отдохнуть, раз в ночь на работу.

– Да, надо выспаться, – согласился Фрат.

Обнявшись, братья похлопали друг друга по плечу и разошлись по домам. Немного отдохнув, вечером Либер вышел на прогулку. Выйдя из дома, он прямиком направился к метро. Клуб находился как раз напротив станции метро и Либер прекрасно об этом знал. В детстве он любил бродить по городу и отлично знал расположение всего уровня Е. Доехав до двенадцатого сектора, мечтатель поднялся наверх, через дорогу красовалась вывеска с названием клуба. Это был самый известный ночной клуб во всём уровне и носил название неофициального прозвища уровня – «Циферблат». Известен он был тем, что тут происходили многие вещи, официально запрещённые в городе. Здесь можно было приобрести наркотики, снять проститутку, поиграть в азартные игры. Законопослушные граждане обходили стороной это злачное место. Либер перешёл дорогу и остановился метрах в двадцати от входа в клуб. Вход в клуб был платный и только сейчас неугомонный искатель приключений понял, что денег у него может и не хватить. Но отступать было уже поздно. Либер уверенным шагом направился ко входу. Возле входа стояли двое охранников. Высокие парни крепкого телосложения с каменными лицами возвышались по обе стороны двери, будто статуи. Либер уверенно поднёс руку к сканеру, который был вмонтирован в стену справа от входной двери. «Не достаточно средств» – раздался металлический компьютерный голос из динамика, что был расположен чуть ниже сканера.

– Вали отсюда, парень, – грубо пробасил охранник, повернув голову в сторону сканера, – Здесь нечего делать без денег.

Либер прекрасно знал, что охранники клуба – это переодетые сотрудники полиции и спорить с ними бесполезно. Но и отступать так легко тоже не хотелось, он развернулся и отошёл немного в сторону. Вокруг клуба всегда кружилось множество патрульных машин и практически каждый вечер кого-нибудь отсюда увозили. Кто-то устраивал пьяный дебош, кто-то пытался выйти оттуда с наркотиками (наркотики, приобретённые в клубе, должны были там же и употребляться, наружу ничего выходить не должно), у кого- то случалась передозировка… Все эти люди были клиентами полиции. Но сейчас это мало волновало Либера, ему нужно было найти способ попасть в клуб. Постояв минут десять, он подошёл к охраннику.

– Дружище, можно я здесь постою? Может кто-нибудь проведёт меня с собой.

– Нельзя, – охранник даже головы не повернул в его сторону.

– А почему? – не унимался Либер.

– В правилах чётко сказано, что нельзя. Вали отсюда!

– Слушай, мне очень надо попасть внутрь.

– Будут деньги, попадёшь.

Либер не стал продолжать спор с тупоголовой тушкой, ведь проблем у него и так хватало даже с избытком. Сплюнув от досады, он побрёл обратно в сторону метро.

Глава 10

Утром Либер снова пошёл в больницу для повторной процедуры восстановления. Благо для этого не нужны деньги. Счёт за медицинские услуги, так же как и за коммунальные услуги, выставлялся в последний день месяца, за день до перечисления заработной платы. Дождавшись своей очереди, Либер прошёл в процедурную. Доктор ввёл ему какой-то препарат, после чего Либер разделся догола и лёг в капсулу. Капсула напоминала пластмассовый гроб белого цвета. Как только больной лёг в неё, доктор закрыл крышку «гроба». Как и вчера, процедура заняла ровно тридцать минут. После больницы Либер решил посидеть на скамейке, насладиться летним воздухом, а заодно подумать, где раздобыть немного денег. Конечно же, он мог бы попросить у родных. Либер был уверен, что ни родители, ни Анна, ни Фрат ему не откажут. Но он не любил просить и не любил быть в должниках. Тем более и сами родные кое-как перебивались от зарплаты до зарплаты, не хотелось их обременять ещё и своим грузом. Не меньше часа мечтатель просидел на скамейке, пока его раздумья не прервал суровый голос.

– Вы потерялись или просто нечем заняться? – перед ним стоял полицейский.

– Я освобождён от работ до понедельника, – тихим, но уверенным голосом произнёс Либер, – Можете проверить.

Он протянул руку. Полицейский считал информацию с чипа при помощи своего карманного сканера.

– Всё верно, – подтвердил полицейский, – А чего здесь расселся?

– Я из больницы иду, – так же спокойно говорил Либер, уставившись в пустоту.

– Иди домой, нечего тут торчать, – повелительным тоном произнёс страж порядка.

Либер посмотрел на него и улыбнулся. Не хотел он препираться, а просто встал и пошёл в сторону дома. Вернувшись домой, он решил позвонить на работу.

– Здравствуйте, мистер Горан, – поприветствовал Либер появившееся на экране телевизора изображение своего начальника.

– Здравствуйте, мистер Либер, – было заметно, что его отрывают от дел, – Что-то случилось?

– Да, случилось. Мистер Горан, Вы не могли бы авансом перевести мне часть заработной платы. Деньги закончились.

– И сколько бы Вы хотели? – начальник продолжал смотреть в монитор своего компьютера, что-то внимательно изучая и периодически нажимая на клавиши.

– Кредитов 100, – уверенно произнёс Либер.

– Сто? – Горан наконец отвлёкся от своих дел, – Мистер Либер, в этом месяце Вы проработали в общей сложности не больше недели. Не думаю, что Вы заработали больше ста кредитов. 50 это максимум.

– Хорошо, мистер Горан, 50 так 50, – Либер заулыбался, этого вполне хватит сходить в клуб.

– В течении часа я переведу Вам 50 кредитов. Устроит?

– Конечно! Спасибо, мистер Горан! До… – Либер хотел попрощаться, но начальник уже оборвал звонок.

После процедуры восстановления Либер испытывал усталость. Но хорошее настроение оказалось сильнее, и он решил прибраться в квартире. Закончив уборку, опрятный хозяин принял душ, поел и решил немного поспать перед походом в клуб.

Около десяти часов вечера Либер уже стоял у клуба. Сегодня проблем при входе не возникло. Как и все двери в Мегаполисе, вход в клуб также был оснащён датчиком, и информация о том, что Либер посетил «Циферблат» мгновенно поступила в Центральный Компьютер. Мечтатель далеко не в первый раз посещал эту обитель разврата и прекрасно ориентировался здесь. За время его последнего визита, а это было около пяти месяцев назад, здесь абсолютно ничего не поменялось. Либер прошёл мимо танцпола, прямиком направившись к барной стойке.

– С Нового года у вас не был, – улыбнулся бармену Либер, усаживаясь за стойку, – И спиртное в последний раз тоже здесь пил, – перекрикивал он музыку.

– Что будете? – бармен улыбнулся в ответ.

– Давай пива!

Бармен налил кружку пива. Либер стал потихоньку потягивать свой напиток, всё время оглядываясь по сторонам.

– Кого-то ждёте? – поинтересовался бармен, обратив внимание на поведение посетителя.

– Да, меня пригласил завсегдатай вашего клуба, – Либер продолжал смотреть по сторонам.

– Я знаю всех постоянных клиентов, – с гордостью заявил бармен, – Кого именно Вы ищете?

– Я не знаю его имени.

Либеру не дали договорить. Сзади подошёл мужчина и, по-дружески положив руку ему на плечо, весело произнёс:

– Как можно сидеть с таким серьёзным лицом в этой обители веселья и разврата! – мужчина засмеялся, затем продолжил, – Я директор этого клуба. Друзья зовут меня Нико, – он протянул руку, Либер неуверенно пожал её.

Он совсем не был похож на директора. Смуглый брюнет с растрёпанными длинными кудрями до плеч. Глаза его явно говорили, что он находится под воздействием наркотиков. На шее висела толстая цепь. Одет он был в белые брюки и разноцветную гавайку.

– Интересная рубашка, – заметил Либер, он никогда раньше не видел такой одежды.

– Это одежда жизнерадостного человека, – с гордостью заявил Нико, – Пойдём, поднимем тебе настроение, – он ткнул Либера пальцем в грудь и развернулся на каблуках, пританцовывая в такт музыке, – Следуй за мной! – весело прокричал директор и поднял вверх кулак.

Либер проследовал за ним. Они поднялись по лестнице наверх. Либер знал, что там находится казино, но они прошли мимо него. В конце коридора была чёрная дверь. Нико открыл её перед своим гостем и жестом пригласил войти. Либер шагнул внутрь, сразу же за ним вошёл Нико и закрыл за собой дверь. Они оказались не в большой, но довольно просторной и уютной комнате. Стена справа от двери была одним огромным монитором, который был разбит на множество прямоугольников. Тут отображалось изображение с камер, которые были по всему клубу. Слева стоял большой чёрный кожаный диван, рядом с ним стеклянный журнальный столик. Чуть дальше стоял массивный письменный стол из дерева, а возле него чёрное кожаное кресло. Кресло было обращено к двери, а на стене над креслом висел не очень умело нарисованный портрет самого Нико.

– Это мой кабинет, – весёлым голосом объяснил директор, – Падай на диван! – он указал пальцем на диван, проходя мимо него. Только теперь Либер заметил огромный перстень на указательном пальце его правой руки.

– Спасибо, – гость осторожно присел на диван и сразу провалился в него, он оказался очень мягким.

– Будешь что-нибудь? Марихуана, гашиш, опий или что-нибудь посерьёзнее из синтетики? – Нико вопросительно взглянул на гостя, тот ошарашенно смотрел на него, – Не бойся, здесь не прослушивают никогда, – поспешил он добавить

– Не надо, спасибо, – уверенно возразил Либер, – Я сейчас под наблюдением полиции, лучше не буду ничего.

– И правильно! – радостно воскликнул Нико и тут же его лицо резко переменилось. Оно вдруг стало серьёзным и решительным, – Долго задерживаться тебе здесь не стоит, – добавил он.

Директор клуба подошёл к своему портрету. Это оказалась дверь сейфа. Он открыл её, достал что-то оттуда, резко закрыл и подошёл к своему гостю.

– А я, пожалуй, буду, – произнёс он задумчиво.

После минутной паузы Нико присел рядом с Либером. В кулаке он сжимал пакетик, который достал из сейфа.

– Где бордель знаешь? – продолжил Нико, уставившись на мониторы.

– Знаю, – неуверенно ответил Либер.

– Идёшь туда, спросишь Лику. Если она занята, дождись, пока освободится. Деньги есть? – он резко посмотрел на гостя.

– Ну, есть немного, – замялся Либер.

– Ха! – вдруг резко вскрикнул Нико и расхохотался, от неожиданности Либер аж вздрогнул, – Ладно, скажешь на входе, что от меня, – так же внезапно он снова стал серьёзным, – Заплатишь кредитов десять.

Наступила пауза, Нико рассыпал содержимое пакетика на стол. Это был белый порошок. «Синтетика наверно» – с отвращением подумал Либер, он никогда не употреблял синтетических наркотиков.

– Ну чего ты сидишь? – прервал молчание Нико.

– А где Чак? – Либер надеялся увидеться с белокурым мальчишкой.

– Дней десять его уже не видел, – Нико задумался на минутку, затем продолжил, – Может чуть больше. И иди уже, ты отвлекаешь меня от дела, – внезапно он стал раздражительным и снова перевёл внимание на белую горку, которая лежала перед ним.

– Спасибо! – поблагодарил Либер и вышел из кабинета.

«Как резко у него меняется настроение» – думал Либер про себя по пути в бордель. Для этого ему пришлось спуститься обратно вниз и обойти танцпол. В тёмном дальнем углу тускло светилась красным дверь, не сложно было догадаться, что это и был вход в бордель. Тем более Либер знал это наверняка, ведь он бывал здесь и раньше. Войдя в дверь, он оказался в маленьком кабинете. Вдоль стен стояло два длинных дивана, в дальнем правом углу стоял столик и два стула рядом с ним. В дальнем левом углу находилась дверь. На диване сидела женщина лет 50-55, но выглядела гораздо моложе. Она была одета в строгий костюм и брюки чёрного цвета, на ногах были чёрные туфли с красной подошвой на высоких тонких каблуках. Женщина вальяжно сидела, закинув ногу на ногу, руки лежали на диване. Золотистые волосы были собраны сзади в пучок, а пронизывающий взгляд видел насквозь входящих клиентов. Казалось, что она одним лишь взглядом могла определить размер достоинства клиента и количество цифр на его счету.

– Добрый вечер! – поприветствовал Либер даму, окинув взглядом помещение.

– Добрый! – ответила женщина и мгновенно оценила его профессиональным взглядом.

– Лика свободна? – Либер сразу перешёл к делу, хоть и немного волновался. Он старался не обращать внимания на большую грудь, которую женщина старательно выпячивала, сбивая немного с толку, и остановил свой взгляд на её ухоженных красивых руках.

– Смотря для чего, – лукаво заулыбалась она, чем заставила Либера почувствовать сексуальное возбуждение.

– Снять её хочу, – как можно твёрже попытался он ответить.

– Расценки знаешь? – продолжала она хитро улыбаться, не отводя глаз от молодого человека, чем заставляла чувствовать себя немного неуютно.

– Да, я бывал у вас раньше.

– Верно, – теперь уже женщина рассматривала его как товар на прилавке, – Я тебя припоминаю. Но помнится мне, ты выбирал более простенькие и дешёвые варианты.

– А Вы всех клиентов помните? – попытался пошутить Либер.

– Практически, – женщина не отрывала от него оценивающего взгляда, – Ты мне нравишься, и я сделаю для тебя скидку. 100 кредитов, сканер на столе, – она указала пальцем на стол.

– Вообще-то я от Нико, – робко начал Либер. Хоть он и был транжирой, но 100 кредитов за проститутку было перебором даже для него.

– О! От Нико! – женщина подняла указательный палец вверх, – И какую он сделал скидку? – она пытливо посмотрела на клиента.

– Он сказал, будет достаточно десяти кредитов, – начал было Либер, но хозяйка борделя тут же его перебила.

– Десять кредитов?! – завопила она и вскочила с места, – Десять кредитов за Лику? – она с презрением и негодованием смотрела на Либера, словно это он установил такую цену.

– Ну, вы там сами между собой разберитесь, – грубо ответил посетитель. Его всегда выводило из себя, когда на него повышали голос.

– Сканер на столе, – как змея прошипела женщина, стиснув зубы.

Она включила голографический монитор на своих смарт-часах, чтобы отследить за перемещением денежных средств. Либер подошёл к столу и приставил к сканеру руку. Уже через минуту в комнату вошла красавица с огненно-рыжими волосами. Её пухленькие губки застыли в очаровательной улыбке, которая просто завораживала. Большие карие глаза манили к себе и пробуждали дикое желание. Белоснежное коротенькое платье и белые босоножки на высоких каблуках подчёркивали её утончённое стройное тело. Глядя на неё невозможно было побороть в себе похоть. Теперь Либер понимал, за что хозяйка борделя хотела 100 кредитов. Хозяйка жестом указала девушке на клиента и недовольная плюхнулась на диван.

– Пойдёмте, – еле слышно пропела рыжая девушка своими пухленькими губками.

Её голос показался Либеру настолько сексуальным, что он готов был взять её прямо здесь, но всё же сдержался и послушно проследовал за ней. Они прошли до конца по коридору, там он сворачивал налево куда они и направились. Пройдя мимо четырёх или пяти совершенно одинаковых дверей, девушка остановилась у следующей и тихо вошла внутрь. Она пальцем поманила за собой клиента. Одержимый в этот момент похотью, Либер поспешил за ней. Комната, в которой они оказались, была совсем не такой, в которых раньше бывал Либер в этом же борделе. Здесь всё было гораздо выше классом: уютная широкая кровать с белыми шёлковыми простынями, на полу мягкий ковёр, большой стол в центре комнаты и даже ванная комната за дверью, а тусклый свет подчёркивал интимную обстановку. Либер отметил что богатая обстановка этого номера соответствует уровню исполнительницы, до этого он бывал здесь в номерах пострашнее, с такими же проститутками.

– Чего она так разозлилась? – с улыбкой спросила девушка.

– Да так, – отмахнулся Либер, ему не хотелось говорить, сейчас он жаждал только её тела, но всё же сделал над собой усилие и продолжил, – Нико сделал мне большую скидку.

– Ясненько, – девушка подошла к клиенту и нежно обвив его нежными тонкими руками, повисла у него на шее, – Я смотрю, ты весь дрожишь от возбуждения, – она смотрела на него своим пленяющим взглядом, – Меня зовут Лика. Хочешь меня? – девушка нежно провела по лицу Либера кончиками пальцев.

– Хочу, – прохрипел Либер и схватив красотку за упругую грудь, повалил её на кровать.

Уже два месяца у него не было близости с женщиной. В последний раз это была его коллега Рита. Обычная серая мышка, каких на заводе были сотни. После этого она оказывала знаки внимания Либеру, но он старался избегать её. Но Лика была совсем другая! Одним своим взглядом она могла пробудить желание в любом мужчине! К тому же она оказалось очень умелой партнёршей. В один миг с Либера слетела вся его одежда, после чего Лика изящно скинула с себя платье и туфли. Нижнего белья на ней не оказалось. При тусклом свете Либер мог разглядеть прекрасное тело Лики. Умелая девушка уложила клиента поудобнее, сама же расположилась сверху и тихо прошептала на ухо:

– Расслабься…

Либер ушёл в забытье, предаваясь животной страсти. Взгляд окутал туман, а слух улавливал лишь глухое биение сердца и сладкие стоны девушки. От ласк опытной Лики, Либер забыл обо всём на свете…

– Тебя же Либер зовут? – голос Лики вернул Либера на землю. Она сидела на краю кровати и смотрела на него.

– Откуда ты знаешь? – Либер от удивления приподнялся немного на кровати.

– Чак так точно описал, что я сразу тебя узнала, – засмеялась девушка.

– Чак? – переспросил Либер, – Где он?

– Он был здесь недели полторы или две назад с Цыганом. После этого пропал.

– Как пропал? – в горле у Либера пересохло, он сел рядом с проституткой и пытался найти глазами на полу свои брюки.

– Он часто так пропадает, – Лика улыбнулась и подала клиенту брюки.

– А кто такой Цыган? – снова в голове Либера завертелись куча вопросов.

– Ты не знаешь Цыгана? – девушка искренне удивилась, – Ну и да ладно. Они оставили для тебя кое-что.

Лика ловко достала из-под кровати сумочку, словно иллюзионист, в ту же секунду вытащила оттуда конверт и протянула его клиенту. К тому моменту Либер уже был в брюках. Он взял конверт и сунул его в карман.

– Не собираешься же ты выносить его? – девушка встала с кровати, подобрала с пола платье и стала одеваться, – На выходе полиция может обыскать. Прочитай и уничтожь!

Она была права, поэтому Либер без всяких возражений достал конверт из кармана и вскрыл его.

– Письмо от Чака? – посмотрел Либер на проститутку, держа в руках листок.

– Не знаю. Я же не читала, – искренне отвечала девушка, застёгивая обувь.

Письмо! Либер никогда раньше не получал бумажных писем, тем более написанных от руки. С минуту он смотрел на листок как завороженный, прежде чем начал читать.

«Дорогой мой друг! Похоже, жизнь стала для тебя слишком скучной, и твоё сердце жаждет приключений. Как же мне знакомо это чувство! Мир, который показывают по телевизору, кажется жестоким и страшным. Поверь мне, мой друг, он отнюдь не такой! Конечно же, ты хочешь увидеть мир собственными глазами, попробовать его на вкус. Хочу тебя предупредить, что это очень рискованное дело и пока не поздно, ты можешь отказаться от своей мечты.

Мечты!!! Они возвышают нас до величия богов, но они же могут нас и уничтожить.

Ever felt away with me

Just once that all I need…»

Либер застыл как статуя. Эти слова он знал с детства! Этими строчками начиналась одна из любимых песен Бильбо!

– К-т-о? – произнёс он по буквам, но так тихо, что Лика его даже не услышала. Она стояла перед зеркалом и прихорашивалась, – Кто написал это письмо? – уже громче спросил Либер, осторожно оторвав глаза от письма.

– Откуда я знаю, – невозмутимо отвечала Лика, – Меня просили передать, вот и всё. Кстати, – улыбнувшись она повернулась лицом к клиенту, – Обслуживать тебя меня не просили, – добавила она кокетливо и подмигнула ему, но не дождавшись от Либера никакой реакции, продолжила заниматься своими делами.

Либер продолжил читать:

«…Я мечтаю, что однажды встречу тебя в своей «норе». Но как ты понимаешь, не в какой-то там мерзкой грязной сырой норе, где со всех сторон торчат хвосты червей и противно пахнет плесенью, но и не в сухой песчаной голой норе, где не на что сесть и нечего съесть…»

– Бильбо, – тихо произнёс Либер, – Бильбо, это он. Он жив! – как под гипнозом заговорил он.

– Кто такой этот Бильбо? – Лика стояла прямо перед Либером, – Хотя нет, не говори, – тут же добавила она, не позволив ответить на свой же вопрос, – Не надо мне этого знать. Тебе ещё долго? Не хочется тебя торопить, но… – красавица посмотрела на парня очень умело изобразив на своём личике сожаление.

– Да, да, – заторопился Либер и продолжил чтение.

«Не знаю как скоро мы увидимся, мой юный друг, но если ты ещё не увлекаешься футболом, то настоятельно рекомендую тебе начать. В десятом секторе есть замечательный голографический стадион, где каждую субботу транслируют игры местной команды.

Береги себя!»

Дочитав Либер посидел ещё пару минут, уткнувшись в письмо, затем резко встал и начал одеваться.

– Я сожгу его? – проститутка взяла конверт и письмо.

– Нет! – Либер крепко схватил её за руку.

– Мне больно, – жалобно пролепетала девушка.

– Извини, – он чуть ослабил хватку, но не отпустил руку в котором было письмо, – Да, ты права. Его нужно уничтожить. Но чуть позже.

Либер довольно грубо выхватил письмо и только после этого отпустил руку девушки. Отвернувшись от неё, он снова уткнулся в письмо.

«Дорогой мой друг… Мечты… Ever felt away with me… Не в какой-то там мерзкой грязной сырой норе… Мой юный друг…» Глаза лихорадочно прыгали по строчкам, он хотел запомнить каждое слово из этого письма.

– Сожги! – протянул он письмо Лике. Она послушно взяла бумажку и пошла в уборную, оставив дверь открытой. Либер стал спешно одеваться.

– Ты не бывала на стадионе в десятом? – крикнул он проститутке, завязывая шнурки на ботинках.

– Бывала, – Лика наблюдала, как в раковине догорает бумага.

– Не замечала там ничего интересного? Необычного?

– Да вроде нет, – девушка смыла догоревшие остатки бумаги в раковине, вышла из уборной и задумалась, прислонившись спиной к стене, – А что должно быть необычным?

– Ну-у, даже не знаю, что-нибудь, – Либер встал напротив неё.

– Цыган там трётся всё время, с ним поговори.

Лика направилась к выходу и Либер за ней. Они прошли по коридору, и уже перед дверью в кабинет Либер остановил девушку.

– Спасибо тебе за всё, Лика, – он сжал ладонь девушки обеими руками.

– Пожалуйста, – Лика посмотрела ему в глаза и заулыбалась, – Надеюсь, ещё увидимся.

– Я тоже на это надеюсь, – улыбнулся в ответ парень и он не соврал.

Либеру и на самом деле понравилась эта девушка. Помимо того, что она была обворожительна и невероятно красива, Лика ещё и вела себя очень открыто и просто, а не вульгарно и вызывающе как все проститутки что были у Либера до неё. Лика открыла дверь в кабинет и пропустила клиента вперёд. Улыбаясь, она помахала ему на прощание, развернулась и ушла. Хозяйка борделя сидела на том же самом месте и разговаривала с чьей-то голограммой на своих смарт-часах, даже не обращая внимания на Либера.

– Всего доброго! – улыбнулся ей благодарный довольный клиент и покинул бордель.

– Всего доброго! – бросила ему вслед женщина, не прерывая своей беседы.

«Бильбо! Он жив! А завтра суббота, как же всё удачно совпадает!» – думал про себя счастливый Либер, возвращаясь домой.

Глава 11

Либер проснулся рано утром. Хоть поспать удалось ему совсем немного, чувствовал он себя бодрым и отдохнувшим. Всю ночь ему снились хоббиты, эльфы, гномы и прочие персонажи из сказок, которые рассказывал ему любимый дядюшка Бильбо. Нужно отметить, что сам Бильбо не любил, когда произведения Толкина называли просто сказками. И ещё всю ночь он слышал во сне эту волшебную песню. Она и сейчас звучала в его голове, но как ни старался, он никак не мог вспомнить ни названия песни, ни её исполнителя. Был бы плеер сейчас рядом! Он бы просто послушал и сразу бы вспомнил. События вчерашнего вечера, красивые сны, эта музыка, звучащая в его голове, а также осознание того, что сегодня суббота способствовало тому, что с самого утра Либер погрузился в состояние эйфории. Сегодня суббота, а значит, он пойдёт на футбольный матч, хотя раньше никогда и не посещал спортивные мероприятия. Даже интереса никакого не проявлял к спорту, считая все спортивные соревнования не более чем ещё одним средством манипуляции массами. Встав с постели, он сразу же включил телевизор, активировал голографическую клавиатуру и вышел в информационную сеть Мегаполиса, чтобы купить билет на матч. Но тут его ожидало разочарование, все билеты уже были распроданы.

– Как же так? – Либер в недоумении смотрел в монитор, на котором отображалась картинка трибун, где все места были закрашены красным цветом.

Это означало, что свободных мест нет, надпись внизу подтверждала, что все билеты распроданы. Долго не думая, Либер набрал номер справочной службы.

– Справочная служба, – проговорил компьютерный голос.

Либер не любил говорить с компьютерами, вообще ему не нравилось разговаривать, не видя своего собеседника. Но выбора не было.

– Доброе утро! – затараторил он и тут же подумал: «Какого чёрта я здороваюсь с программой», а вслух продолжил, – Мне нужен билет на сегодняшний футбольный матч на трибуны в десятом секторе.

– К сожаленью, билетов нет. Хотите посетить другие спортивные соревнования?

– Нет. А когда будет следующая игра?

– Ровно через неделю. Футбольные матчи проводятся по субботам.

– Тогда мне один билет на следующий матч.

– Уровень Е десятый сектор?

– Всё верно.

– Выберете место.

На экране появилась схема трибун, где свободные места были окрашены в зелёный цвет. Либер ткнул пальцем ближе к середине. Если уж в первый раз идти на футбол, то пусть место будет хорошее, решил он.

– Подтвердите выбор, – вновь раздался компьютерный голос.

Место, которое выбрал Либер, теперь светилось жёлтым. Он ещё раз ткнул его пальцем.

– С Вас 25 кредитов. Сообщите Ваш идентификационный номер.

– А можно стоимость билета включить в счёт ежемесячной оплаты?

– Можно. Сообщите Ваш идентификационный номер.

– Е16180339887.

– Для подтверждения личности подойдите поближе к камере.

Либер посмотрел в упор в камеру, встроенную в телевизор, чтобы та смогла просканировать сетчатку глаза.

– Личность подтверждена. В ежемесячную оплату включено 25 кредитов. Билет переведён на Ваш чип.

– Спасибо!

– До свидания! – наконец умолк неприятный компьютерный голос.

– Ещё целую неделю… – разочарованно прокомментировал ситуацию начинающий болельщик.

Весь день Либер никуда не выходил. Он бродил по своей комнатушке, напевая «песню Бильбо». Так он прозвал эту чудесную песню, что не покидала его со вчерашнего вечера. Вечером позвонила Анна и пригласила завтра на обед. Отказаться не получилось, сестра очень настаивала, и на следующий день Либер поехал в гости к сестре.

В маленькой квартире Анны и Дина собралась уйма народу: сами молодые супруги, родители обеих супругов, младший брат Дина, ну и, собственно, Либер. Не хотел мечтатель приходить, так как боялся, что начнутся разговоры о его плохой дисциплине. Но Анна не позволила даже заговорить об этом, сразу объявив присутствующим о своей беременности. После этого все говорили только о молодой семье и будущем пополнении в ней. Либер был очень счастлив за любимую сестру, но никогда не любил подобные застолья, и уже через час ему удалось улизнуть, сославшись на неотложные дела. Анна прекрасно была знакома с причудами своего несколько чудаковатого брата, поэтому с пониманием отнеслась к его скорому уходу и даже перед другими гостями его как-то оправдала. От сестры Либер поехал в седьмой сектор навестить Фрата. Но и там он тоже не задержался надолго. Повидавшись с семьёй брата, через полчаса он уже засобирался домой. Фрат вышел проводить брата. По пути к метро они присели на скамейке.

– Ходил в клуб? – Фрат давно ждал момента спросить.

– Ходил. В субботу на футбол пойду.

– Ты же не смотришь футбол, – с удивлением и подозрением посмотрел на кузена Фрат. За столько лет, он никак не смог привыкнуть к безумным идеям своего брата, которые его мозг генерировал с невероятной скоростью и лёгкостью.

– Это квест такой, – улыбнулся Либер, – Из тюрьмы в клуб, из клуба на стадион. Дальше не знаю пока куда. Жизнь – игра!

Игрок в жизнь решил никому не рассказывать про письмо, хотя очень хотелось поделиться мыслями с братом.

– У меня нехорошее предчувствие, – выразил беспокойство Фрат, – Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

– Не позволяй сомнениям и мрачным мыслям одолевать тебя, брат! – Либер встал со скамейки, – Пожалуй, мне уже пора.

– Завтра пойдёшь на работу?

– Конечно, пойду. Включу робота и отработаю всю неделю, – Либер стал изображать робота, но выходило у него очень даже неуклюже, что вызвало весёлый смех у братьев.

– Удачи, брат! – Фрат крепко обнял брата.

– И тебе всего лучшего. Ещё увидимся.

Либер всегда был человеком слова. Так он поступил и на этот раз. «Включив робота» он всю неделю исправно ходил на завод. Чтобы не находиться всю неделю в тупом ожидании, Либер стал интересоваться футболом. Вечерами он читал о составах команд, чемпионате и прочих особенностях футбольного мира. Во вторник пришёл счёт ежемесячной оплаты. Сюда, помимо коммунальных услуг, были включены стоимость походов в больницу, цена билета на футбол, а также стоимость его содержания в тюрьме. «В клубе отдыхать дешевле, чем в тюрьме сидеть» – возмущённо прокомментировал ситуацию Либер, внимательно рассматривая квитанцию на экране своего телевизора, который теперь заменял ему смарт-часы. Действительно, если раньше ежемесячная оплата составляла около 100-120 кредитов, то сейчас пришла сумма в 312 кредитов! На следующий день зачислили заработную плату. За 11 отработанных дней в прошлом месяце ленивому работнику начислили всего 220 кредитов. Из них 50 он уже получил в виде аванса, а 50 были удержаны как штраф. Из-за финансовых проблем Либеру пришлось писать заявление в городской банк. Теперь сумму в 312 кредитов будут списывать с его счёта в течение года равными долями ежемесячно. Плюс ещё какие-то проценты накидывает банк. Так Либер попал ещё и в финансовую кабалу.

В пятницу многострадального нерадивого работника завода по производству микрочипов обязали посетить местное отделение полиции. Вечером после рабочей смены Либер пришёл в отделение.

– Мистер Либер, – полицейский сидел за столом и что-то смотрел на экране своего компьютера, – Я смотрю, тюрьма пошла Вам на пользу. Теперь Вы регулярно ходите на работу. Это похвально, – он посмотрел на Либера, который сидел напротив, – Дайте руку, возьмём анализ.

Либер протянул руку. Полицейский приложил тестер, который больно уколол руку.

– Так, так… – протянул страж порядка, глядя на монитор. Либер потирал место укола, – Есть следы употребления каннабиноидов.

– Не может быть! – вскочил со стула Либер, – После тюрьмы я вообще ничего не употреблял!

– Сядь! – грубо приказал полицейский, – Тестер не врёт!

Либер послушно сел на место, лихорадочно пытаясь понять, как так получилось. «Точно!» как молния сверкнула мысль в голове. Он вспомнил, как в день освобождения выкурил косячок у себя в туалете, но говорить об этом было нельзя.

– Похоже, всё-таки рано тебя выпустили.

– Гражданин полицейский, я вспомнил, – как можно спокойнее начал Либер, – Неделю назад я был в клубе «Циферблат». После последних событий в моей жизни, мне необходимо было немного отвлечься. Я даже аванс попросил, чтоб сходить в клуб.

– Так и есть, – задумчиво произнёс служитель закона, уставившись в свой монитор, – В пятницу был в «Циферблате», до этого взял аванс 50 кредитов, на следующий день купил билет на футбол.

– Да, гражданин полицейский, – заулыбался Либер, – начал вот читать всякие статьи про футбол, хочу сходить на стадион, поболеть за нашу команду, – Либер потряс кулаками, изображая, как будет болеть на трибунах, – Хочу начать нормальную жизнь как у всех.

– Похвальное желание. Зайдёшь ко мне через неделю. И чтоб больше не появлялся в «Циферблате».

Выйдя из отделения Либер облегчённо выдохнул. Так прошла эта неделя. На заводе все были в курсе того, что произошло с Либером и поэтому многие избегали его общества. Даже Рита, которая после той совместной ночи никогда не упускала шанса пофлиртовать с ним, сейчас делала вид, что они вообще не знакомы. Но это даже нравилось ему. Добросовестно отработав шестую смену на этой неделе, мечтатель сразу же поехал на стадион. До матча был ещё целый час, Либер решил побродить в окрестностях стадиона. Чего ждать на стадионе? Как он узнает, что делать дальше? А может это письмо подстава? Вдруг агенты хотят подловить его? Хотя это вряд ли. Откуда они могли знать слова из любимой песни Бильбо? К тому же там был небольшой отрывок из сказки про хоббита. В детстве это была любимая сказка Либера, наверно потому, что главного героя звали так же, как и любимого дядю. В детстве, когда дядя Бильбо рассказывал сказку про путешествие хоббита, Либер всегда представлял в роли хоббита своего дядю, а на месте его знаменитого племянника уже из другой истории, нёсшего кольцо к Роковой горе, видел себя. А ещё он обращался к нему в письме «мой юный друг», так только он его называл. Но что делать на стадионе? Просто смотреть футбол? Эх, найти бы этого самого Цыгана, про которого говорила Лика. Вот только как его узнать? И имя какое-то странное – Цыган. Либер никогда раньше не слышал такого слова.

Все эти мысли уже неделю блуждали в голове мечтателя, не давая ему покоя. И вот он дождался момента икс. Либер прошёл сквозь арку перед стадионом, датчик загорелся зелёным, и он спокойно прошёл на трибуну. Трибуны были почти полные и продолжали заполнятся, пока не забились до отказа. Оказалось, что это был какой-то очень важный матч в турнирном плане. В центре появилось голографическое изображение футбольного поля и на него вышли голограммы футболистов. Они действительно выглядели как живые люди, и если бы Либер не знал, что это голограммы, то принял бы их за живых спортсменов. Трибуны ревели, приветствуя атлетов. Атмосфера стояла такая, что Либера пробрало аж до костей. Но всё же основная причина его волнений была совсем не связана с футболом. Двадцать два футболиста на поле показывали настоящий спектакль! Фантастический дриблинг, роскошные передачи, сумасшедшие сейвы вратарей, красавцы голы! Всё это вызывало восхищение зрителей. Особенно в конце первого тайма, когда местные любимчики с интервалом в 4 минуты забив два мяча, сравняли счет и вырвались вперёд, толпа была просто в экстазе. Однако, пропустив во втором тайме два безответных гола, в конечном итоге местная команда потерпела поражение со счётом 3:2. Теперь местные фанаты уже не бесновалась, а сидели с поникшими головами, а кто-то даже плакал. Либер никогда не был футбольным фанатом, но сейчас ему казалось, что он чувствует толпу и даже сливается с ней в единое целое. Наверно именно так формируется стадный инстинкт, подумал он, крича с трибун вместе с остальными зрителями. Раздался свисток, провозглашающий об окончании матча, но Либер так до сих пор ничего и не узнал. Что он должен был увидеть? Может в именах футболистов или в их номерах была зашифрована подсказка? Бильбо любил придумывать игры, может он и на этот раз что-то выдумал? Погружённый в раздумья, Либер покинул трибуны. В глубокой задумчивости он стоял возле стадиона, совершенно не понимая, что ему теперь делать. Всё это время он знал, что ему нужно прийти на стадион. Вот он пришёл, а что теперь делать дальше понятия не имел. Выходит, всё было напрасно?

– А знаете, почему власти уделяют столько ресурсов и внимания спорту? – прервал раздумья Либера чей-то голос.

Рядом стоял смуглый высокий мужчина. Его чёрные, местами уже седые, волосы были аккуратно подстрижены и причёсаны. По морщинкам на идеально выбритом лице, Либер понял, что незнакомец далеко не молод. Однако в нём чувствовалась физическая мощь, а взгляд был наполнен уверенностью в себе.

– Ну, наверно спорт это здоровье. В здоровом теле – здоровый дух… – неуверенно попытался ответить Либер на его неожиданный вопрос стандартными формулировками, чем вызвал у незнакомца весёлый смех.

– Вы действительно так считаете? – мужчина вытер пальцами слёзы с глаз, так его рассмешил ответ мечтателя.

– Ещё я заметил, что здесь люди выплёскивают свои эмоции. После такого можно ещё неделю безропотно и покорно стоять у станка без всяких эмоций.

– А вот сейчас уже ближе к истине, – незнакомец смотрел так, словно хотел прочитать мысли в голове своего собеседника, – Спорт воспитывает патриотизм. Видел, как болельщики ненавидят команду из другого города? Благодаря соревновательным играм людей учат любить своё и ненавидеть чужое. Посмотри на этих фанатов! Они ненавидят всех кто не один из них. Настоящие солдаты! Настоящие патриоты! Ведь кто есть истинный патриот? Это тот, кто готов уничтожить любого, кто не входит в категорию «свои».

– Довольно смелые мысли, – заметил Либер, – Не боитесь, что Вас могут услышать? Или же я доложу о Вашем инакомыслии?

– Чтобы сдать меня тебе для начала нужно знать кто я, – снова весело засмеялся незнакомец, – Баро! – представился он и протянул руку.

– Либер, – пожал протянутую руку мечтатель.

– Рад наконец-то с тобой познакомиться, Либер, – мужчина улыбался и всё так же пристально смотрел.

– Не понял, – недоумённо смотрел Либер, – Вы слышали обо мне?

– О! Конечно же, я наслышан о тебе. Раз я тебя встретил, значит, ты уже был у Лики.

– Вы друг Цыгана?

– Ну, знаешь ли, Цыган я только для друзей, – вдруг стал серьёзным странный мужчина, – Ну, а ты вполне можешь считаться другом, – снова заулыбался он, – Пойдём, сольёмся с толпой, не будем привлекать внимание, – добавил он быстро, заметив приближающуюся летающую камеру.

Они присоединились к толпе болельщиков, покидающих стадион.

– Так Цыган это не имя?

– Конечно, нет. Цыгане – это народ такой в древности был. Свободолюбивый народ.

– Значит Баро это имя, а Цыган – твоё прозвище, – уточнил Либер.

– Всё верно. Всего хорошего, Фродо, – Баро подмигнул, широко улыбаясь, и мгновенно исчез в толпе.

Либер ошарашенно остановился, он пытался найти Цыгана в толпе, но у того и след простыл. От удивления Либер даже рот раскрыл, так ловко и проворно провернул свой фокус с исчезновением Цыган. Недоумевая, он направился в сторону остановки. Но недоумение было вызвано не только фокусом Цыгана, а даже в большей степени его словами. Фродо! Он назвал его Фродо! Либер прекрасно знал кто это, но никто никогда его так не называл. Это значит, что Цыган знаком с творчеством Толкина, но что более важно, он знает, что Либер племянник Бильбо. Размышляя обо всё этом, новоиспечённый болельщик сунул руки в карманы куртки и его снова ждал сюрприз. Фокусы ловкача Баро на этом не заканчивались, в правом кармане Либер нащупал конверт. Сомнений не было, это Баро ему подсунул! Больше неоткуда было взяться. Но если предыдущие фокусы Цыгана его озадачили, то этот очень даже обрадовал. Либер заулыбался, но, увидев мрачные лица людей на остановке, расстроенных поражением своей команды, поспешил скрыть свою довольную улыбку. Даже не зная, что в этом конверте, он обрадовался как ребёнок долгожданному подарку. С трудом сдерживая желание прямо тут же при всех достать конверт из кармана, довольный мечтатель поспешил в ближайшее кафе. Он еле сдерживал себя, чтобы не побежать, настолько ему не терпелось поскорее узнать, что же в этом конверте. Войдя в кафе, он сразу же зашёл в туалет и заперся в кабинке. Только сейчас он достал дрожащими руками из кармана бесценный сложенный кусок бумаги. Что это? Ещё одно письмо от Бильбо? Либер осторожно вскрыл конверт и заглянул внутрь. Там был кусочек пластика размером 1х1,5 см и толщиной в 1 мм, капсула-таблетка и записка. Пластик и таблетку он спрятал в кармане, затем развернул записку и начал читать про себя:

«Каждую субботу ровно в полночь у ворот №11. Минимум за 2 часа до прихода прими таблетку и имей при себе чип (таблетка и чип в конверте). Удачи, Фродо! Настало время покинуть Мордор».

Либер трижды перечитал записку, потом проверил на месте ли чип и таблетка. Он внимательно рассмотрел чип. Кусок пластика совсем не был похож на те чипы, что они производят на заводе. «Уничтожить записку!» – пронеслось в голове. Он быстро пошарил по карманам, зажигалки не оказалось. Либер спрятал чип в карман, пустой конверт разорвал на мелкие части и смыл в унитазе. Записку он тоже сначала хотел пустить по аналогичному маршруту, но в последнюю секунду засомневался в абсолютной надёжности данного способа. Поэтому он запихал записку себе в рот и попытался съесть, но проглотить её оказалось не так уж и просто. Либер выскочил из кабинки и подбежал к крану. Обильно запивая водой из-под крана, он всё-таки умудрился проглотить кусочек бумаги. Тут он заметил, что на него со смятением и подозрением смотрит мужчина, который мыл руки за соседней раковиной.

– Не подскажите время? – обратился к нему Либер.

Мужчина недоверчиво смотрел на странного типа, но всё же взглянул на часы и с сомнением в голосе сообщил:

– 21:30

– О, боже, я пропустил время принятия таблеток, – Либер быстро вытащил из кармана ту самую таблетку-капсулу и проглотил её, запивая водой из-под крана, – Сейчас всё пройдёт, – улыбнулся Либер незнакомцу, – Я припадочный, болезнь такая.

Незнакомец понимающе закивал головой и поспешил покинуть уборную, чтоб поскорее избавиться от компании безумца. Либер спокойно умылся и пошёл в кафе. Там он заказал себе пирожное и чашку зелёного чая. В одиннадцатом часу он покинул кафе. Теперь игрок знал следующий пункт назначения своего квеста. Он шёл к станции метро, прикидывая в голове свой маршрут: «Если сейчас запрыгнуть в метро и доехать до одиннадцатого сектора, а оттуда пешочком дойти до одиннадцатых ворот, то я там окажусь не позже чем в 23.30. Отлично!»

Над каждыми воротами в городе висели часы. Когда Либер подошёл к воротам №11, часы над ними показывали 23:35. Однако у ворот никого не было.

– Ничего! Ещё рано, – подбодрил сам себя мечтатель и сел на землю, уставившись на ворота.

Абсолютно все ворота в Мегаполисе были сделаны по одному типу. Ворота – эта длинный туннель с обеих сторон закрытый силовыми полями. Перед входом в туннель стоят датчики, которые считывают информацию с чипа, внедрённого в тело, и если имеется допуск на прохождение конкретных ворот, то силовое поле снимается. В конце туннеля, длина которого около двадцати метров, перед выходом также расположены датчики. Они повторно проверяют допуск и если всё хорошо, то снимается второе силовое поле. Если же кто-то пытается пройти без допуска, то датчик автоматически посылает сигнал на чип, который в свою очередь, воздействуя на нервную систему, парализует нарушителя. В таком случае автоматически блокируются вход и выход, отправляется сигнал о нарушении границы. В течение пяти минут прибывают военные и увозят нарушителя. За один раз датчик способен считывать сотню чипов, поэтому через ворота спокойно проезжают даже полные автобусы.

Либеру предстояло обмануть Центральный Компьютер и пройти несанкционированно через ворота, что могло показаться довольно опрометчивым. Отец Либера, мистер Опус, и вовсе сказал бы, что это глупо и невозможно. Но для Либера не существовало слова невозможно, сидя возле ворот он рассуждал так: «Это ведь человек создал такую защиту, а значит другой человек может и обойти её. Если кто-то уже смог это сделать, то и я смогу. Что я тупее других что ли? Ну а если никто до меня этого ещё не делал, то тем лучше, я буду первым!»

Минут двадцать просидел Либер в ожидании, возможно самого длительного и томительного ожидания в своей жизни. Приходилось быть очень внимательным, Либер пристально прислушивался к малейшему шуму, нельзя было себя обнаружить. Но ничего существенного не происходило. Наконец он услышал приближение людей. Они шли со стороны города. Либер замер притаившись, высматривая приближающихся людей, и даже дышать перестал. К воротам подходили семь человек, впереди шёл Баро. Как только Либер узнал его то сразу же поспешил к ним присоединиться.

– Привет, дружище! – улыбнулся Цыган как только заметил Либера.

– Добрый вечер! – поприветствовал группу людей заждавшийся Либер.

– Давно ждёшь?

– Минут двадцать, – честно отвечал мечтатель.

– На той стороне тебя никто не ждёт, – Баро положил руку на плечо Либеру, – Никто не знает, что ты покидаешь город. Я не ожидал что ты уже сегодня надумаешь валить. Вернуться ты сможешь только через неделю. Ворота открываются только по субботам в одно и то же время. Пока не поздно можешь отказаться. Я не знаю, что с тобой там будет, это небезопасно.

– Я пойду до конца, – уверенно заявил Либер, – Предпочитаю свободу безопасности.

– Таблетку принял? Чип с собой?

– Да, Цыган, всё в порядке.

– Баро, время, – окликнул кто-то из толпы.

– Пора, – сказал Баро и подошёл к воротам.

Человек, который был рядом с Цыганом, достал из кармана какой-то прибор и включил его возле самого датчика.

– Вперёд! – скомандовал он.

Либер и ещё четверо человек подошли к туннелю. Датчик дал команду снять силовое поле. Это было впечатляюще, но впереди ещё ожидало второе поле. Беглецы пробежали по туннелю, возле второго датчика на выходе Либер немного сбавил скорость. Однако и здесь проблем не возникло. Силовое поле было снято и все пятеро нарушителей границы благополучно выбежали из туннеля. Либер заметил людей возле стен Мегаполиса. Один из них с таким же прибором стоял у датчика с наружной стороны стены. Попутчики Либера разбежались кто куда. Он остался стоять один. Не зная куда идти он смотрел на группу людей у ворот. Через пол минуты тот который стоял с прибором негромко скомандовал «Вперёд!» и с десяток человек забежали в туннель. Ещё через минуту человек выключил прибор, с ним было ещё двое людей. Но как только силовое поле было восстановлено, все трое скрылись в ночи.

Либер всегда мечтал однажды покинуть пределы города, а теперь, когда это ему, наконец, удалось, он стоял тут один посреди ночи и понятия не имел что делать дальше. Постояв минут 10-15, он молча направился в противоположную от города сторону. Тихо насвистывая себе под нос «песенку Бильбо» дитя света шло в темноту и неизвестность.

Глава 12

Либер брёл всю ночь. Наконец он уловил вдалеке первые лучи солнца. Он остановился, любуясь рассветом. Никогда ещё он не видел столь прекрасного пробуждения светила! Потихоньку он зашагал в сторону Солнца. Огненный диск медленно поднимался из-за горизонта, озаряя путь идущему навстречу путнику. От этого зрелища Либер словно обезумел. Он шёл, всё ускоряя шаг навстречу Солнцу, навстречу судьбе. Наконец Солнце полностью вышло из своего укрытия, и теперь можно было увидеть его во всей красе. Либер, который к тому моменту уже чуть ли не бежал, вдруг резко остановился и уставился на огненный шар. Смотреть было невозможно, Солнце слепило, глаза слезились, но он не хотел отворачиваться.

– Это свобода!!! – восторженно прошептал Либер, после набрал полную грудь воздуха и затаил дыхание, – Свобода-а!!! – заорал он во всё горло как сумасшедший и побежал вперёд.

Он бежал изо всех сил, спотыкался, падал, но тут же вскакивал и продолжал бежать. Либер кричал, смеялся и размахивал руками на бегу. Со стороны он был похож на обезумевшего, но он никогда не чувствовал себя таким счастливым. Мечтатель бежал, пока совсем не обессилил. Радостный он повалился на землю. Земля была покрыта мелкой травой, на которой лежала утренняя роса. Либер стал перекатываться по мокрой траве, радостно смеясь. Весь мокрый и грязный, но безумно счастливый, он поднялся на ноги.

– Это свобода! – радостно повторил он, зажмурившись, поглядел на Солнце и уверенным шагом пошёл на восток.

Он старался избегать больших дорог, по которым могут ездить военные. Солнце было уже в зените, когда Либер заметил вдалеке поднятую пыль, а затем и транспорт, приближающийся к нему. Это оказался здоровый электромобиль-внедорожник с открытым верхом. За рулём сидела девушка, а рядом с ней на пассажирском сидении парень в ковбойской шляпе. Увидев бродягу, они остановились. Одежда на путешественнике уже обсохла, но грязь была и на одежде, и на лице, и на руках. Либера мучала жажда и голод, но он не мог перестать улыбаться.

– Здорово, бродяга! – обратился к нему парень из внедорожника.

– Здорово, – поздоровался в ответ Либер. Он был очень рад встретить людей.

– Ты чего тут делаешь?

– Иду, – Либер продолжал улыбаться во весь рот.

– Есть что ценное? – и девушка и парень оценивали путника взглядом.

– У меня есть самое ценное, что может быть у человека! Жизнь и свобода!

– Поехали отсюда, – обратилась к своему парню девушка и потянулась к замку зажигания, – Явно какой-то псих, – добавила она раздражённо.

– Погоди, – парень остановил подругу и продолжил говорить с путником, – Ты из города вышел?

– Оттуда.

– И даже смарт-часов у тебя нет?

– Нет, – продолжал улыбаться бродяга.

– Поехали, – сказал парень, потеряв интерес к беглецу.

– А воды у вас не будет? Очень пить хочется.

– Нет ничего, – грубо отрезала девушка и завела двигатель.

– Далеко до ближайшего поселения? – перекрикивал Либер звук мотора.

– Часа полтора-два идти, не сворачивай никуда, – видимо парень сжалился над беднягой и бросил ему литровую пластиковую прозрачную бутылку с водой.

Внедорожник резко тронулся с места и умчался вдаль.

– Спасибо! – крикнул им вслед Либер, сжав бутылку обеими руками, и продолжил свой путь.

Через пару часов пути неподалёку показались силуэты каких-то построек. Либер ускорил шаг, решив, что там могут быть люди. Действительно это оказалась небольшая деревенька. Несколько десятков домиков стояли как будто в хаотичном порядке. Ближайшая хижина стояла на отшибе, казалось, она оторвана от деревни. Либер решил, что в этой хижине никто не живёт и медленным шагом пошёл дальше.

– Эй, дядя! – окликнули его сзади.

Либер повернулся, к нему дерзкой походкой приближался мальчик лет 10-11.

– Кто такой будешь? – довольно дерзко обратился к нему мальчуган.

На нём были потёртые штаны и рубашка. Из-под широкой кепки на незваного гостя грозно смотрели два волчьих глаза. Засунув руки в карманы, мальчик смотрел на него как зверёныш на свежую добычу. Либер улыбнулся, он хотел выглядеть дружелюбно.

– Чего лыбишься? – тут же приземлил его мальчик – Кто такой? Откуда будешь, говорю. Вопрос тебе задал.

– Из города иду, – противный мальчонка уже начинал бесить Либера, – Есть поблизости взрослые? – уже сурово спросил путник.

– Беглец что ли? – мальчик прищурился, словно хотел выпытать какую-то тайну.

– Не твоё дело, мал ещё. Взрослые, спрашиваю, есть? – уже грубо произнёс Либер.

– А вот грубить не хорошо, дядя, – нравоучительно начал мальчуган – Зачем тебе взрослые?

– Хочу спросить, куда деть бутылку, – съязвил Либер и помахал пустой бутылкой, которую до сих пор нёс в руках.

– Вон там, – мальчик махнул рукой, указывая за спину Либера.

Он обернулся, и действительно шагах в пяти от него стояла урна. Бродяга направился к ней и выбросил бутылку. В тот же миг раздался оглушительный разбойничий свист. Это свистел мальчишка, засунув в рот два пальца. В одну секунду из ниоткуда налетели пацаны примерно того же возраста. Не успел Либер сообразить в чём дело, как тут же получил сзади удар по голове чем-то тяжёлым. В глазах резко помутнело и всё закружилось с невероятной скоростью. Либер почувствовал как тьма застилает рассудок и подкашиваются ноги, в тот же миг он упал без сознания.

Либер открыл глаза. Уже наступила ночь, на небе сияли звёзды. Рядом потрескивал огонь, бродяга повернулся в его сторону. У огня сидел худощавый мужчина с длинными волосами. Всё его обветренное лицо было покрыто глубокими морщинами, а глаза угрюмо смотрели вдаль.

– Очнулся? – обратил на него внимание мужчина при этом даже не взглянув в его сторону.

Либер поднялся и сел поближе к костру. Жутко болела голова, он потрогал затылок и нащупал там здоровенную шишку.

– Наша местная шпана тебя встретила, – спокойным голосом говорил мужчина, поправляя палкой дрова в костре, – Кроме ботинок ничего не взяли?

Только сейчас Либер посмотрел на свои ноги и обнаружил что они босые.

– Ещё куртка была на мне, – тихо проговорил беглец.

– И всё? – мужчина закурил трубку.

– Всё, – подтвердил гость.

– Часы, может, были?

– Нет, часов не было. В кармане куртки был чип, с которым я бежал из города.

– Беглец, значит, – мужчина пустил клубы дыма изо рта, – Кто побег организовал?

– Не важно, – Либер не собирался выдавать все тайны первому встречному.

– Правильно делаешь, что не выдаёшь друзей, – мужчина говорил очень спокойно и движения его были очень плавные, но уверенные, – Но сейчас ты мой гость! – продолжил он после небольшой паузы, – Я хочу чтоб ты чувствовал себя уютно, – хозяин протянул беглецу кружку, только сейчас Либер заметил, что рядом с костром на углях кипела вода, – Попей отвар, станет лучше.

Либер взял кружку. Отвар был очень горячий, бродяга пил маленькими глотками. Своим ароматом и необычным приятным вкусом отвар благоприятно воздействовал на уставшего путника. Запах трав, из которых было приготовлено чудотворное пойло, даже слегка дурманил. В этот миг Либер открывал для себя новый мир вкусов и запахов, которые раньше были просто не доступны ему. Допив, он протянул хозяину пустую кружку.

– Спасибо!

Мужчина молча убрал кружку в сторону, достал трубку, которую он успел забить пока Либер пил отвар, и не спеша с задумчивым видом раскурил её. Сделал глубокую затяжку и выдержав значительную паузу выпустил дым. Затем он в свободную руку взял палку которой помешивал дрова, выковырял ею в золе несколько запечённых картофелин и пододвинул их поближе к гостю.

– Поешь, – так же безмятежно сидя на своём месте предложил он.

Весь день ничего не евший Либер с удовольствием принял предложение. Гость жадно откусил картофель, челюсти усердно заработали. У костра внезапно возник тот мальчик, который встретил его у деревни. Даже не дожевав, Либер проглотил свой кусок и замер в неопределённости.

– Привет, Индеец! – обратился он к хозяину, – Звал?

– Да, звал. Присаживайся, – хозяин жестом пригласил мальчика к костру, – Ты раздел парня? – он указал на Либера.

Мальчик, конечно же, узнал бродягу, но не подал виду. Он подошёл к хозяину костра и сел рядом.

– А что случилось? Что-то не так, Индеец? – мальчик смотрел то на хозяина, то на его гостя, но при этом даже головы не поворачивал.

– Ничего не случилось, – Индеец глубоко затянулся и выпустив дым продолжил, – Принеси обратно его куртку и ботинки, чип можешь оставить себе.

– С какой радости? – мальчик был довольно уверенным в себе, – Я всё честно отработал. Нечего шастать в незнакомых местах, – он презрительно посмотрел на беглеца.

– Ну хорошо. Допустим, ты всё честно отработал, – Индеец даже не смотрел на мальчика, казалось, всё его внимание сосредоточено на костре и на трубке.

– Не допустим, а так и есть, – огрызнулся мальчик.

– Не перебивай, – Индеец сделал паузу, – Ты же понимаешь, что отработал на моей территории, а значит надо делиться, – Тут он пристально взглянул на мальчика.

– И чего ты хочешь? – с сомнением в голосе произнёс мальчуган.

– Завтра утром принесёшь мне его ботинки. Это будет моя доля, – Хозяин снова переключил своё внимание на костёр.

– Так не получится, – начал было возражать мелкий хулиган, но хозяин тут же оборвал его.

– Мы закончили разговор.

Мальчик вскочил со злости, бросил полный ненависти взгляд в сторону Либера, но не посмел ничего возразить и ушёл. Либер был впечатлён невозмутимостью хозяина.

– Пора спать, – тихо сказал Индеец и разлёгся у костра.

Голодный беглец съел пару картофелин и тоже лёг спать. Он впервые в жизни спал у костра на земле, от чего долго не мог удобно устроиться, чтобы заснуть. Но усталость и магическое действие костра всё же одолели Либера, и он уснул, забыв о неудобствах.

Проснулся Либер практически с первыми лучами солнца, но возле потухшего костра уже никого не было. Бродяга встал и огляделся. Неподалёку стояла хижина, а рядом на скамейке сидел Индеец и всё так же невозмутимо курил трубку. Ещё вчера по характерному запаху Либер определил, что курит Индеец. И сейчас подойдя поближе он снова уловил этот знакомый запах, который он не спутал бы ни с одним другим, но ничего говорить об этом не стал.

– Доброе утро! – Либер сел на землю рядом со скамейкой на которой сидел Индеец.

– Сейчас ты расскажешь мне, кто ты и куда направляешься, а я постараюсь помочь тебе советом или действием, – Индеец смотрел куда-то вдаль, и создавалось впечатление, что он говорит сам с собой, – Или же ты просто молча уходишь. В любом случае к полудню я хочу остаться один.

Наступило молчание. Либер думал, что именно рассказывать его спасителю, тот же его совершенно не торопил. Вообще казалось, что Индеец живёт в своём мирке, тихом спокойном мирке, где времени не существует.

– Хорошо, – начал Либер. Выбора у него не было, и он решил обрисовать Индейцу всю картину, тем более он был похож на благородного человека, – Я бежал из города и сейчас не знаю куда идти.

Снова наступило молчание. Индеец по-прежнему его не торопил. Так и не дождавшись никаких наводящих вопросов, Либер решил продолжить:

– Я ищу человека по имени Бильбо, – Либер снова сделал паузу, но хозяин будто впал в медитацию, – Я племянник его. Он пропал много лет назад, а теперь я хочу его найти. Вот, в общем-то, и всё, – неуверенно закончил свой короткий рассказ бродяга.

– Племянник Бильбо, – промолвил Индеец после некоторых раздумий, – И как ты собираешься найти человека, которого не существует?

– Почему это не существует?

– Я давно уже о нём ничего не слышал. Даже если он жив, он явно не хочет, чтоб его нашли. Думаю, тебе нужно идти в городок. Если и найдётся какая-нибудь информация о нём, то только там. А ты и вправду его племянник? – Индеец внимательно посмотрел на своего гостя, пытаясь что-то разглядеть в нём.

– Он родной брат моей матери. А как мне попасть в городок?

– Да-а, – протянул Индеец и снова отвернулся от гостя, – У тебя такие же глаза, как и у невероятного Бильбо, – в этот момент Либеру показалось, что на отрешенном от этого мира лице Индейца появилась улыбка, ну или по крайней мере нечто похожее, – Если найдёшь его, в чём я сильно сомневаюсь, передавай от меня привет. Надеюсь, он ещё жив, – Индеец задумался и после непродолжительной паузы продолжил, – Хотя если ты и вправду племянник Бильбо, ты его найдёшь. Ищи его в своём сердце… А как ты выбрался из города?

Вопрос прозвучал несколько неожиданно, поэтому Либер замешкался на секунду, прежде чем ответить

– Как и все, таблетка и чип, – имён беглец называть не хотел.

– Это понятно. Но без определённых людей город не покинуть. Сколько стоит сейчас побег?

Своими неожиданными вопросами Индеец заставал врасплох собеседника

– Простите, сколько стоит денег? – Либер не до конца понимал, что хочет знать пожилой курильщик.

Индеец вновь пристально посмотрел на беглеца.

– И Цыган в курсе, что ты племянник Бильбо?

– В курсе, – тихо и неуверенно ответил гость.

– Тогда понятно, – хозяин вновь устремил свой взгляд вдаль, и снова наступила тишина.

Сначала это молчание показалось Либеру неловким. Он хотел было его прервать, но не смог придумать как. Однако вскоре он проникся спокойствием хозяина и просто наслаждался тишиной. Освободившийся от городских оков разум сейчас обретал покой. Либер не понимал, спит он сейчас или бодрствует. Он уловил вдалеке щебетание птиц, как же давно он мечтал это услышать! Сознание перенеслось в сказочный мир грёз. Он видел Бильбо, родителей, Анну, Фрата… Всё было как во сне, но в то же время Либер осознавал, что не спит.

Через пару часов пришёл мальчик-разбойник и бросил под ноги индейцу ботинки.

– Вот! – сердито пробубнил он.

Голос мальчика вернул мечтателя в этот мир.

– Твои? – Индеец даже бровью не повёл, но Либер понял, что он обращается к нему.

– Мои, – поторопился он ответить.

– Тогда обувайся.

Либер дотянулся до обуви и стал обуваться.

– Ну, я пошёл, – мальчик развернулся и зашагал прочь.

– А ты знаешь, кого ты раздел? – остановил мальчика вопрос Индейца. Хулиган не торопливо повернулся.

– Кого? – спросил с подозрением.

– Это приятель Цыгана.

– Ну и что? – мальчик сразу как-то поник, хотя старался не подавать виду.

– Да не бойся ты, – тут же подбодрил его Индеец, – Я никому не скажу. И он не скажет.

– Я и не боюсь, – огрызнулся мальчуган.

– Парню нужно попасть в городок. Проводишь его, сведёшь с нужными людьми, и мы всё забудем.

– С какими людьми свести?

– По пути он тебе обрисует ситуацию, там сам решишь с кем сводить. Ты лучше меня знаком с аборигенами городка.

Мальчишка стоял, засунув руки в карманы, и обдумывал предложение старика. Индеец как всегда никуда не торопился. Он достал из кармана мешочек и начал набивать свою трубку.

– А плата какая будет? – наконец заговорил маленький разбойник.

– Ну, ты же уже взял куртку и чип. Да и почему бы просто не помочь хорошему человеку?

Индеец зажёг огниво и раскурил трубку. Либер и мальчик внимательно следили за его плавными, но чёткими движениями.

– Ну, раз ты говоришь, что это приятель Цыгана, значит, человек приличный, – мальчик посмотрел на бродягу, – Когда идти надо?

– Сейчас, – сипло произнёс Индеец и закашлял.

– Гном, – мальчуган протянул руку беглецу.

– В смысле? – не понял Либер.

– Зовут меня так! – несколько грубоватым тоном пояснил хулиган.

– Либер, – бродяга быстро встал и пожал руку своему проводнику.

– Зайдите в дом, перекусите и валите отсюда, – не глядя на своих гостей заговорил Индеец, – И приберите за собой как пожрёте.

– Спасибо, Индеец! – поблагодарил Либер, но тот уже ушёл в медитацию и никого не слышал.

Глава 13

Ребята позавтракали в доме Индейца и аккуратно прибрались за собой. За завтраком беглец вкратце обрисовал ситуацию мальчику. Выходя из дома, Либер обратил внимание на своего спасителя. Тот всё так же безмятежно сидел на скамейке и если бы не клубы дыма, время от времени поднимающиеся у него над головой, то Либер непременно проверил бы его пульс. Гном же даже головы не повернул в сторону хозяина хижины, он твёрдой походкой направился в деревню. Бродяга шёл за ним. Обойдя несколько домов, они завернули во дворик. Там Либер увидел тот самый внедорожник, который встретился ему вчера, а рядом хлопотал тот самый парень в ковбойской шляпе.

– Привет, Кучер! – буркнул мальчик и, открыв заднюю дверь электромобиля, достал оттуда старую потрёпанную куртку, – Куртку свою вчера здесь оставил, – пояснил он, застёгивая её на себе.

На улице стало прохладно, собирался дождь, поэтому мальчуган сразу же нацепил на себя куртку. Она оказалась на пару размеров больше, но Гном чувствовал себя в ней довольно уютно.

– Привет, Гном, – парень в ковбойской шляпе смотрел то на Либера, то на Гнома, вытирая руки тряпкой, – Что-то ещё? – спросил он, заметив, что гости не собираются уходить.

– Да, – резко бросил мальчик и запрыгнул на переднее пассажирское сиденье, – Нам нужно в городок.

– Ты чего, мелкий, совсем обнаглел? – Кучер был весёлым жизнерадостным парнем и, хоть поведение мальчишки его возмутило, он не переставал улыбаться.

– Ему по делам туда надо, – Гном головой указал на Либера, – Он приятель Цыгана.

– Привет, бродяга, – Кучер пожал руку неожиданному гостю, – Смотрю, нормально добрался до деревни.

– Нормально. И спасибо за воду.

– Всегда, пожалуйста, – заулыбался парень, – Что ж ты не сказал, что от Цыгана, я бы тебя вчера подвёз. Ну да ладно, я сейчас, – Кучер забежал в домик.

– Залезай в машину, – недовольно пробурчал Гном.

Либер сел на заднее сиденье и смотрел на своего проводника. Он действительно был похож на гнома. Маленького роста, угрюмый и упрямый. Суровый взгляд, грубоватая и местами даже дерзкая манера общения, ну и, конечно же, боевой дух, решительность и храбрость этого маленького человека вызывали у окружающих одновременно уважение и раздражение. Пока Либер разглядывал затылок Гнома, из домика выбежал Кучер. Теперь он уже был в кожаной куртке, а в руках держал плед.

– Держи, – бросил он плед на заднее сиденье, – Прохладно что-то. Похоже, сейчас и дождь ливанёт, – Кучер запрыгнул на место водителя и завел электромобиль.

– Не ливанёт, – уверенно заявил Гном, посмотрев на небо, – Только чуть-чуть накапает, а вот ближе к вечеру может и ливанёт.

– Откуда ты знаешь? – усмехнулся Кучер, глядя на маленького синоптика.

– Потому что я умнее тебя, – на полном серьёзе отвечал Гном, – И вообще ехать уже пора.

Дорога до городка заняла чуть более часа. Всю дорогу они молчали, хотя общительному по своей натуре водителю хотелось поговорить. Он несколько раз бросал взгляд на своих попутчиков, но те казались ему не склонными к разговору. Гном вообще не любил много говорить, а Либер не хотел задавать лишних вопросов, к тому же по пути он почувствовал недомогание. Дождь действительно лишь слегка поморосил и прекратился, зато поднялся ветер, отчего стало ещё холоднее.

– Где вас оставить? – спросил Кучер когда они въезжали в городок.

– Возле игрового клуба, – Гном стрелял глазами по сторонам, словно искал кого-то.

– Поиграть решил что ли? – засмеялся водитель, что вызвало неодобрение у маленького пассажира.

– Вот ты, Кучер, вроде и взрослый, а такую глупость несёшь временами, – сердито прошипел Гном.

– Ну, не всем же быть мудрецами, – весёлый парень даже не обиделся, он продолжал улыбаться, – А ты в моём возрасте наверно и Цыгана с Анархистом переплюнешь, – парень снова весело рассмеялся.

– А почему бы и нет, – совершенно серьёзно отвечал Гном.

– Приехали! – радостно провозгласил Кучер, останавливаясь возле игрового клуба.

Либер и его маленький проводник вышли из машины.

– Спасибо, – еле слышно прохрипел Либер, ему было трудно дышать, движения его выглядели скованными и неуверенными.

– Что с тобой? Тебе плохо? – добродушный Кучер с сочувствием смотрел на бродягу.

Либер и в самом деле не был похож на здорового. Лицо у него было белое, как бумага, он то и дело вздрагивал от озноба.

– Да всё нормально, сейчас всё пройдёт, – отмахнулся бедолага, говорить было трудно ещё и металлический привкус во рту чувствовался.

– Ты уверен? – не отставал парень.

– Тебе же сказали уже, – грубо отрезал Гном, – Давай езжай уже.

– Ты тоже остаёшься?

– Да. У меня свои дела есть в городке.

– Ну, тогда бывайте, – Кучер снова жизнерадостно заулыбался и уехал.

– Что с тобой? – обратился Гном к бродяге, который жадно хватал ртом воздух.

– Не знаю, – честно признался Либер, он и сам хотел бы знать, что с ним.

Беглец сделал пару шагов, и у него закружилась голова. Он согнулся пополам и тут его вырвало.

– Что здесь происходит? – раздался из клуба недовольный голос.

Тотчас распахнулись двери, и оттуда выбежал невысокий коренастый мужичок лет 45 и схватил за шкирку Гнома.

– Тут человек к вам по делу приехал, – ничуть не испугавшись, проговорил мальчик, мотнув головой в сторону Либера, – Да вот только плохо ему стало в дороге.

– Наркоман что ли? – мужчина с презрением посмотрел на блюющего бродягу и отпустил мальчика.

– Беглец, – твёрдо ответил Гном.

– Ясно, – мужчина провёл рукой по своему идеально выбритому черепу, – Лоран! – крикнул он, не отрывая от беглеца своего пристального взгляда.

– Что? – раздался голос из клуба.

– Тут больной беглец, – объяснил лысый мужчина.

Больше Либер ничего не слышал, в ушах чувствовалась лишь гулкая пульсация. Всё вокруг залило белом светом, обессиленный он упал, при этом ударившись головой о землю, и в очередной раз за последние дни сознание покинуло его.

Либер пришёл в себя в комнате наполненной светом. Он не мог разобрать, что творится вокруг, не видел предметов, только чистый свет. Вдалеке слышались чьи-то шаги и пахло как в больнице.

– Где я? – прошептал Либер, – Я умер?

– О, нет, мой юный друг, ты не умер, – откуда-то донёсся ответ.

Либер увидел, как к нему приближается фигура человека, затем почувствовал как что-то укололо в руку.

– Бильбо? Это ты, Бильбо? – вымолвил Либер словно в бреду. Его сознание опять проваливалось в бездну, и он заснул.

Проснувшись, бродяга чувствовал себя гораздо лучше. Теперь он мог разглядеть комнату, в которой находился, она напоминала больничную палату. Больной лежал на кушетке, а его тело было подключено к какому-то аппарату. В углу комнаты он заметил сидящего на стуле человека. Либер попробовал встать, чтобы разглядеть незнакомца получше, но у него не получилось. Человек заметил попытку больного и сразу же подорвался с места. В один миг возле Либера возник невысокий коренастый седовласый мужчина. Очень коротко подстриженный, кое-где проглядывались морщины, на лице небольшая щетина. И, конечно же, глаза! Они блестели, словно два уголька, полные жизни и свободы! Либер всегда помнил этот добрый мечтательный взгляд.

– Как ты здесь оказался, бедолага? – улыбнулся мужчина и пожал руку больному.

По щеке Либера скатилась слеза.

– Дядя Бильбо, – улыбался Либер, – Я звал тебя и ты пришёл…

Это был действительно он! Невероятный Бильбо, как назвал его Индеец. Увидев дядю, бродяга сразу же обрёл спокойствие и умиротворение. Он не мог поверить в то, что случилось. Находясь в бессознательном состоянии, Либер решил послушаться совета Индейца и стал искать Бильбо в своём сердце. В своём бреду он ходил по закоулкам своей души и всё время выкрикивал имя дяди, в надежде, что тот его услышит и придёт к нему. А теперь Бильбо стоял перед ним!

– Лоран, он очнулся, – крикнул Бильбо.

– Оставь его, – донёсся голос из соседней комнаты, – Пусть отдыхает.

– Отдохни, мой юный друг, – с доброй улыбкой на лице смотрел Бильбо на племянника, – Завтра поговорим. У нас друг к другу множество вопросов, не так ли? – он крепко пожал руку больного и вышел из палаты.

Наполненный счастьем и радостью, Либер остался лежать на своей кушетке. Он хотел поскорее приблизить завтрашний день. Больной повернулся лицом к окну. Хоть оно и было занавешено, Либер понял, что на улице ночь. Ночную тишину нарушал лишь шум ливня за окном. Мечтатель представил себя стоящим под дождём. Теперь он не просто мечтал, а был уверен в магической силе своего воображения. Он видел как капли дождя, падая на землю, разлетаются десятками брызг. Затем эти мельчайшие частицы воды воссоединяются на земле в единое целое и омывают её. После дождя природа становится чище и это чувствуется в воздухе. Либеру казалось, что сейчас он очищается вместе с природой. Он лежал, погрузившись в свои мечты, и слышал только, как дождь стучит за окном. Под колыбельную дождя счастливый мечтатель тихо уснул.

Глава 14

Весенние лучи Солнца пробуждали природу от зимнего сна. Местами ещё лежал снег, где-то было сыро и грязно, но сказочная лужайка уже подсохла. Именно тут каждый год собирается вся деревня, чтобы встретить весну. Вот и сегодня все собрались. В огромном котле на костре готовилась каша. В нескольких местах готовились блины – символ небесного отца – Солнца! Было много разных сладостей, однако и дети и взрослые предпочитали лакомиться блинами. Адам и ещё несколько мужчин укрепили посреди поляны соломенное чучело, а вокруг разложили сухие ветки. По всей поляне шли приготовления к играм и веселью. Люди пришли сюда разодетые в красочные костюмы. Кто-то был одет как сказочный герой, кто-то нарядился в костюм какого-нибудь животного, а кто-то просто пришёл в своём самом праздничном наряде. Скоморохи заводили народ. Они смешно шутили, весело пели и без устали плясали под весёлые заводные мотивы. Адам заметил вдали от всей этой шумихи одиноко стоящего Иво и решил подойти к нему.

– Присоединяйся к торжеству! – сияя от радости, обратился он к ящеру, – И обязательно отведай блинов.

– Скажи мне, Адам. Скоро будет полгода, как я прилетел на вашу планету. За это время я увидел много всего. Вы удивительные создания и многое в вашем поведении остаётся для меня загадкой. Например, я заметил, что вы устраиваете праздники и торжества по любому поводу. Какой повод сегодня?

– Сегодня грандиозный повод! Мы встречаем весну!!! – восторженно воскликнул Адам и поднял руки к небу.

– Но она каждый год приходит.

– И каждый год мы её встречаем!

– Это всего лишь один оборот вашей планеты вокруг вашей звезды.

– Один оборот делает матушка-Земля вокруг отца нашего Солнца! Ну и мы кружимся вместе с ней в этом дивном хороводе! Разве ты не чувствуешь радость в душе?

– Ах, да. Чувства, душа… И как вы это чувствуете? Как к вам приходит осознание праздника? Причём ко всем сразу!

– Вот смотри, Иво, – Адам сделал паузу, прикидывая в уме как бы лучше всего объяснить, – Каждое утро мы просыпаемся новыми людьми, с новыми мыслями, с новым настроением. А сейчас пробуждается ото сна наша матушка природа. Послушай! – Адам умолк и поднял указательный палец вверх, прислушиваясь к звукам природы, – Слышишь, как кругом течёт вода? Это растаявший снег омывает всю поверхность Земли. Ведь и мы тоже по утрам омываемся водой.

– Интересная аналогия. Продолжай! – Иво внимательно слушал.

– Посмотри! – Адам присел на корточки и стал водить руками по только-только появляющейся траве, – Видишь первые отростки появляются… – он резко встал и развёл руки в стороны, – Всё начинает цвести! Пробуждается жизнь!!! Жизнь – это чудо! И когда ты живёшь вместе с планетой, ты чувствуешь эту радость в себе. Одна простая истина, Иво, которую мы понимаем всей своей душой. Мы являемся частью природы, частью Вселенной, а природа является частью нас.

– Допустим. Но зачем ради этого вы тратите столько энергии на эти ваши игры, танцы?

– О, нет, нет, нет, – заторопился Адам, – Все эти игры и забавы, песни и пляски, шутки и просто разговоры – всё это обмен энергией. Так мы заряжаемся позитивом друг от друга. Так мы чувствуем, что все являются частью тебя, а ты являешься частью всех. Но в то же время каждый из нас индивидуален, – Адам замолчал, с счастливым видом наблюдая за весельем, – Смотри! – обратился он к рептилоиду, – Сейчас будет важнейшее событие сегодняшнего праздника. Подойдём поближе!

Адам и Иво подошли поближе к чучелу, которое уже собирались сжигать. Вот преподнесли горящий факел к веткам и ветки затрещали от огня. Через мгновение, под радостные крики собравшихся односельчан, вспыхнуло соломенное чучело.

– Они радуются тому, что горит чучело? – тихо спросил у Адама ящер.

– Вместе с чучелом сгорает всё плохое, остаётся только хорошее. Извечная борьба света и тьмы. Свет победил! – Адам с улыбкой посмотрел на любопытного, но непонятливого собеседника. Ему не хотелось вдаваться в подробности, сейчас он хотел просто веселиться вместе со всеми, – Ну что, Иво, давай веселиться!

В тот же миг к ним подбежала прекраснейшая Амара. Она радовалась как дитя, её ослепительная улыбка не сходила с лица. Девушка взяла Адама за руки и, пританцовывая в такт весёлой музыке скоморохов, потащила его за собой.

– Пойдёмте танцевать! – радостно приглашала она собеседников.

– Присоединяйся, Иво! – прокричал Адам, следуя за своей возлюбленной.

Рептилоид так и не присоединился к веселью, он просто наблюдал со стороны. Чуть позже он заметил, что Адам нарядился в костюм скомороха и смешил толпу забавными остроумными стишками под незамысловатую мелодию, а его подруга Амара благодаря своему чистому голосу радовала людей весёлыми песнями.

Глава 15

– Доброе утро! Как самочувствие? – приветствовал Либера мужчина в белом медицинском халате.

– Доброе. Да вроде отлично себя чувствую, – пациент этой минибольницы попытался встать на кровати.

– Лежи! – остановил его мужчина, – В полдень я отключу тебя от аппарата, а до тех пор не вздумай вставать, – Я доктор Лоран, – мужчина с улыбкой протянул руку.

– Либер, – больной пожал руку доктору.

Доктор Лоран был примерно одного возраста с Бильбо. Сильный мужчина ростом под два метра. Его чёрные кудрявые волосы наполовину были седые. Доктор создавал впечатление сильного, умного и уверенного в себе мужчины. Либер заметил, что доктор всегда щурится левым глазом, как будто в него всегда светит солнце.

– Выходит, ты племянник Бильбо. Хочу сказать тебе, что ты чертовски везучий человек. Ты представляешь, сколько факторов должно было совпасть, чтобы ты встретил своего дядю?

– Сколько? – Либер не совсем понимал о чём говорит доктор, но ему было приятно и интересно его слушать.

– Много. Очень много. Во-первых, этот мальчишка привёл тебя именно в игровой клуб, где в то утро случайным образом оказался и я. Без лишней скромности отмечу тот факт, что если бы меня там вчера не было, ты был бы уже мёртв. Да, да! – доктор взял стул и сел возле кушетки, – Я привёз тебя сюда. Это мой дом и моя лаборатория. Здесь мы вместе с Бильбо изобрели этот аппарат, к которому ты сейчас подключен. Тебе, конечно, интересно, что с тобой случилось и что это за аппарат.

– Если честно, то очень интересно.

– Тебе прекрасно известно, что всем гражданам Мегаполиса при рождении внедряется чип. Но не просто чип, а нейрочип. Он связан с нервной системой носителя и с главным компьютером города.

– Это мне известно.

– Да, но тебе не известно каким образом тебе удалось пройти через ворота. Таблетка, которую ты принял, временно блокирует сигналы нейрочипа. Затем внешне воздействуют на датчик. Датчик начинает искать уже другие сигналы и получает их с чипа, который тебе дали. Понимаешь? – Лоран вопросительно посмотрел на своего пациента.

– И получая сигнал с другого чипа, датчик открывает ворота. А Центральный Компьютер, получается, даже не знает о том, что ворота открывались, – сделал предположение Либер.

– Совершенно верно. Гениально, правда?! Это Бильбо придумал. И всё было бы хорошо, но каким-то образом в твоём организме оказался ещё один чип. По нему определялось твоё местонахождение.

– А разве по родному нейрочипу нельзя это определить?

– Можно. Но сигнал, как ты выразился, родного нейрочипа слабеет и практически теряется за пределами Мегаполиса. Кто-то предполагал, что ты можешь покинуть город и…

– И в меня ввели жучок, – закончил мысль доктора Либер.

– Верно.

В это время в палату вошёл Бильбо. Лоран сразу его заметил, хоть и сидел спиной к двери.

– Проходи, Бильбо. Бери стул и садись рядом.

Бильбо послушался своего друга. Он взял стул и поставил его рядом с кушеткой справа от доктора. Дядя и племянник улыбнулись друг другу.

– Так вот этот чип, – продолжил Лоран, – Получил повреждение, видимо из-за той таблетки.

– Да, – подхватил Бильбо, – Таблетка временно блокирует сигналы нейрочипа и вместе с этим подавила сигналы второго чипа. А когда действие таблетки истекло, чип-шпион запустил программу самоуничтожения, видимо решив, что его обнаружили. Я думаю, сбой произошёл из-за того, что сигнал его прерывался, он же должен быть непрерывным.

– И эти продукты распада чипа, – снова взял слово доктор, – отравили твой организм. А этот аппарат выводит из организма нейрочипы и все их остаточные продукты. Он уникален, такого аппарата нет больше ни у кого в мире! – с гордостью заявил Лоран, – Так что тебе повезло, что ты остался жив.

– Спасибо, доктор! – улыбнулся Либер.

– Но на этом твоё везение не закончилось! – тут же перебил его доктор, – Очутившись здесь, ты начал в бреду звать Бильбо.

– Когда я исчез почти десять лет назад, – снова подхватил дядя, – Я поселился здесь под именем Бонум. Для всех Бильбо умер, исчез. Только Лоран знает, что Бильбо это я.

– Мне стало подозрительно, – снова заговорил доктор, – Почему человек со шпионским чипом в теле зовёт Бильбо. Вот я его и пригласил взглянуть на необычного пациента. Оказалось ты его племянник! – рассмеялся Лоран.

– Как в тебя попал этот чип? – Бильбо был серьёзен, по нему было видно, что он чем-то обеспокоен.

– Я думаю, его могли внедрить в тюрьме, – до сих пор Либер даже не подозревал об этом чипе.

– Когда это было?

Бильбо и Лоран практически одновременно встали со своих стульев. Вообще было интересно наблюдать за двумя величайшими умами своего времени. Инженерные знания одного и медицинские другого словно дополняли друг друга, создавая несокрушимый тандем человеческого интеллекта.

– Ну, я провёл там дней десять и вышел пару недель назад.

– Ладно, поправляйся. Позже обо всём поговорим, – Бильбо подмигнул племяннику, и они вместе с доктором покинули больного.

Как и обещал, в полдень доктор Лоран отключил Либера от аппарата. Сейчас уже он чувствовал себя превосходно! У него пробудился здоровый аппетит. Но сначала доктор Лоран отправил своего пациента в баню, выдал ему чистую одежду и только потом пригласил к обеденному столу. Либер чувствовал себя как заново родившийся. Он открывал для себя новый мир, наполненный неизведанным. Здесь всё было по-другому, невероятная гамма звуков и запахов, которые никогда не были доступны жителям Мегаполиса. Даже в бане пахло деревом и чем-то ещё приятным, Либер не смог определить этот запах, ведь в его душевой всегда пахло лишь синтетическими средствами гигиены. Словно опьянённый новыми впечатлениями, он прошёл на кухню. Там Бильбо уже подавал на стол. Любимый дядя приготовил гороховый суп и, разливая его по тарелкам, он посыпал сверху мелко нарезанным зелёным луком и укропом. Бильбо и Лоран намазали на свои куски ржаного хлеба какой-то острый соус собственного приготовления, гость последовал их примеру, но такой остроты его неподготовленный организм не выдержал. Либер покраснел, прослезился, было ощущение, что у него горит не только рот, но и вся голова. Больше к соусу Либер не притронулся, а дядя и доктор с удовольствием уплетали его словно бы и не чувствуя остроты. К десерту Бильбо приготовил любимый свой яблочный пирог. Только здесь были настоящие яблоки, а не искусственно созданные на пищевом заводе девятого сектора. Всё было настолько необъяснимо вкусно, что Либер решил, что до сегодняшнего дня половина вкусовых рецепторов у него на языке никогда не были задействованы. За обедом Бильбо расспрашивал племянника о семье. Конечно, в первую очередь он интересовался судьбами своих младших сестрёнок Арвен и Лили, мамы Фрата. Потом Бильбо расспрашивал о своих любимых племянниках Анне, Фрате, ну и о самом Либере. Долгих десять лет он не слышал вестей о своих близких и сейчас он с наслаждением слушал рассказ племянника.

– Я рад, что всё у всех хорошо, – мечтательно улыбнулся Бильбо, в эту минуту все его родственники стояли у него перед глазами, – А Фрат курит сейчас? Помню, как я накурил их в первый раз, – весело засмеялся дядя, предаваясь счастливым воспоминаниям. Он повернулся к Лорану и продолжил сквозь смех, – Ему лет тринадцать тогда было, а Либеру чуть больше.

– Да уж, хорошее занятие накуривать детей, – полусерьёзно полушутливо отозвался доктор.

– Пятнадцать мне тогда было, – заулыбался Либер, – Мы покуривали с ним частенько. Только после последних событий перестали.

– Ну, тогда самое время начать, – Бильбо встал из-за стола, – Лоран, давай уберём со стола и посидим во дворе.

Дружно все вместе убрав со стола и вымыв посуду, они вышли во двор. Бильбо по пути взял куртку. Небольшой дворик был покрыт зелёной травой, и они расселись прямо на ней. С самого утра светило солнце и всё уже подсушило после вчерашнего дождя. Бильбо достал из кармана куртки мешочек с травой и трубку. Он забил трубку, раскурил и, сделав глубокую затяжку, передал её доктору Лорану. Также глубоко затянувшись, доктор передал трубку Либеру.

– Интересная трубка, – отметил Либер взяв её в руки и глубоко затянувшись, не выдыхая дыма сдавленным голосом продолжил, – Похожую я видел у Индейца. Кстати, дядя Бильбо, он тебе привет передавал, – тут он закашлялся, дым пошел изо рта и ноздрей, заставив прослезиться

– Ты знаком с Индейцем? – Бильбо принял трубку из рук племянника.

– Он помог мне сюда добраться. Назвал тебя невероятным Бильбо, – вытирая слёзы тыльной стороной ладони, просипел Либер.

– Давно мы с ним не виделись, – Бильбо замолчал на минуту, предаваясь воспоминаниям, – Эту трубку он мне подарил. Славный парень!

– Вот только курит очень много, – вмешался в разговор доктор и все дружно рассмеялись.

Либер чувствовал себя свободным и смеялся от души. В городе всегда приходилось прятаться и сдерживать себя, а сейчас он мог расслабиться, совершенно не беспокоясь, что может подойти полицейский или подлетит камера. После того как трубка прошла второй круг, Бильбо вытряхнул из неё пепел, немного почистил и ещё раз забил. Трубка снова пошла по кругу, бережно переходя из рук в руки. Докурив трубку, Бильбо хорошенько её почистил и убрал вместе с мешочком обратно в карман куртки.

– Ну что же, мой юный друг, – Бильбо уставился на племянника добродушными глазами.

Теперь его накуренные красные глаза ещё больше напоминали горящие угольки. «Глаза совсем как у Фрата» – подумал Либер, и его большое сердце объяла тоска по брату, но голос дяди не позволил ему погрузиться в ностальгию.

– Не хочешь поведать нам о своих приключениях? Мы с Лораном очень любим слушать истории, – подмигнул он доктору.

– Даже не знаю с чего начать, – Либер задумался.

– Начинай с самого начала, – помог ему советом дядя, – Тут время течёт совсем не так как в городе, у нас море свободного времени, – он похлопал племянника по плечу и устроился поудобнее на траве.

Либер посмотрел на дядю и его друга. Они смотрели на него с ожиданием, и беглец тихо начал своё повествование.

– Пожалуй, всё началось около месяца назад. Точнее началось всё гораздо раньше, когда я в детстве слушал твои сказки, – улыбнулся он дяде.

Бильбо тоже улыбнулся, но промолчал. Либер понял, что всякие лирические отступления сейчас неуместны. Собравшиеся здесь мужчины жаждут услышать его историю, которая им казалась загадочной, они была сосредоточены и перебивать его никто не намеревался. Он решил рассказать им всё без утайки, ведь кому же ещё можно довериться если не родному дяде Бильбо. Начал он с того, что одним прекрасным утром к нему заглянул Фрат с куском гашиша, после чего вместо работы он отправился искать «Ход 21». Ничего не утаивал Либер, в подробностях рассказывая о своих приключениях. Он рассказывал обо всём: как познакомился с Чаком, как попал в тюрьму, как в «Циферблате» проститутка отдала ему письмо, как Цыган помог бежать из города, как Индеец спас его от местной шпаны и как Гном привёл его в городок. Во время рассказа Бильбо и Лоран периодически переглядывались, то кивая друг другу, то легонько мотая головой. Словно два гения читали мысли друг друга и делали какие-то пометки у себя в голове относительно услышанного. Но никто из них ни разу не прервал рассказ Либера.

– Ну о том что было после того как я упал без сознания возле игрового клуба вам известно даже больше чем мне, – с наивной улыбкой на лице закончил свой рассказ Либер.

Наступило молчание. Казалось, что слушатели переваривают в своих «котелках» услышанное. Раздумья прервал Бильбо, обращаясь к доктору.

– Просто необъяснимые моменты есть во всей этой истории. Тебе так не показалось, Лоран?

– Ещё как показалось, – поддержал друга доктор, – Просто какие-то фантастические совпадения. Письмо!? – Лоран вопросительно поглядел на рассказчика.

– Но так всё и было, – начал было оправдываться Либер, широко раскрыв глаза от изумления, но тут же дядя оборвал его суровым голосом.

– Мы тебе верим. Просто нам с Лораном нужно будет обсудить кое-какие детали, – тут он, задумавшись, сделал небольшую паузу, затем продолжил уже добродушно, – Мы ещё вернёмся к твоей истории.

Солнце ярко светило и согревало, словно любящий отец, поглаживая своими лучами голову и лицо. Либер никогда раньше не сидел вот так траве, просто наслаждаясь днём, но всегда мечтал об этом. Что самое странное это чувство казалось ему даже знакомым. Ему не хотелось никуда отсюда уходить.

– Дядюшка Бильбо! А ты знаешь, что твоё имя в Мегаполисе чуть ли не запрещённое. Даже мама и тётя Лили стараются не говорить о тебе. Только отец всё время напоминает, что я закончу как ты, а как именно мне непонятно. Вся твоя жизнь окутана тайной, – Либер с надеждой посмотрел на дядю.

Он надеялся, что эта тайная завеса, наконец, хоть чуточку приоткроется. В ответ Бильбо и Лоран лишь переглянулись и громко рассмеялись.

– Как думаешь, Лоран, наш юный друг готов услышать историю невероятного Бильбо? – шутливо спросил дядя своего друга, и они снова залились смехом.

– Думаю вполне готов, – вытирая слёзы, ответил доктор, а после уже серьёзно добавил, – Раз уж он проделал весь этот путь. Да и день сегодня просто изумительный. Я бы с удовольствием ещё повалялся на траве и послушал историю невероятного Бильбо, – тут они снова покатились со смеху.

Либер недоумевающе смотрел то на дядю, то на доктора, которые несмотря на свой почтительный возраст веселились как дети. Ему было непонятно, что же их так смешит. Однако, хорошее настроение и ганджубас сделали своё дело и Либер тоже залился весёлым звонким смехом.

– Только сначала не мешало бы освежиться, – доктор неторопливо поднялся и направился в дом.

Бильбо снова достал свою трубку и мешочек. Забив плотно трубку, он убрал мешочек. Тут вышел доктор, в руках у него было три кружки и чайник. Он сел на своё прежнее место и разлил по кружкам холодный зелёный чай из чайника. Всех мучала жажда и все трое разом опустошили свои кружки. Доктор снова разлил, а дядя в это время раскуривал трубку. И, как выразился Бильбо, трубка мира совершила круг почёта. Выкурив на троих трубку, Бильбо снова тщательно почистил её и убрал в карман. Либер заметил, что дядя очень бережливо обращается с подарком Индейца, не удивительно, что она прослужила так долго.

– Ну, начинай уже, – поторопил доктор своего товарища, заметив на лице Либера застывшее ожидание.

Лоран отпил немного из своей кружки и распластался на траве. Бильбо тоже отхлебнул из своей кружки и разлёгся на траве с закрытыми глазами подставляя лицо под лучи солнца. Либер последовал их примеру. Немного отпив из своей кружки, он тоже развалился на мягкой траве. Чистая мягкая трава служила просто идеальным ковром, а после вчерашнего дождя очищенный от пыли и насыщенный кислородом и ароматом всего цветущего вокруг воздух, уносил сознание в сказку… Только в отличии от доктора с дядей, которые лежали на спине закинув руки за голову, их юный друг лёг на живот и весь во внимании смотрел на дядю. Он столько лет хотел её услышать и теперь не хотел пропустить ни одной детали из истории невероятного Бильбо.

Глава 16

Не открывая глаз, Бильбо нащупал рукой лежащую рядом свою куртку и подложил её себе под голову. Он скрестил руки на груди, уносясь в мир воспоминаний, в дни своей бурной молодости. Солнце согревало его тело, а воспоминания душу. Так молча он пролежал пару минут, после неторопливо начал свой рассказ.

– Наверно, я единственный человек, который успел пожить во всех уровнях Мегаполиса. Да, да, мой юный друг, от А до F, везде пожил.

Появился на свет в нашем родном уровне Е, где прожил до шестнадцати лет. Проклятый двенадцатый сектор! Всё моё детство там прошло, так как родители были работниками электростанции. Как, впрочем, и любимый дедушка. Именно от деда я унаследовал любовь к сказкам и приключениям. Он знал бесконечное множество сказок, их запас у него в голове был просто неисчерпаем. А ещё он был большим поклонником произведений Толкина. Не знаю, откуда он их знал чуть ли не наизусть, ведь уже тогда всё это было под запретом. В честь великого мастера пера он назвал своего единственного сына, моего отца, Джоном. И в честь своего любимого персонажа, хоббита Бильбо Бэггинса, он назвал своего первого внука, то есть меня. В честь прекраснейшей принцессы эльфов он назвал мою младшую сестру Арвен. А вот вторую сестрёнку почему-то назвали Лили. Видимо, в этот раз решили не спрашивать у деда.

В три года, как и все дети, я пошёл в школу, где меня обучали уму разуму. Правда, если бы не дед, я, возможно, вырос бы таким же тупицей, как и подавляющее большинство людей нашего города и даже не понимал бы этого. И отец, и дед вполне могли бы быть инженерами, но судьба распорядилась иначе, и они стали простыми рабочими. Хотя конечно же это не судьба распорядилась… Однако они делились своими знаниями и навыками со мной. В двенадцать лет я сдал первый экзамен, набрав максимальное количество баллов. После этого меня определили проходить обучение на родной электростанции. Довольно быстро я освоил все тонкости добычи и передачи энергии, благодаря деду и отцу, конечно же. Когда мне было четырнадцать, дедушка умер. За месяц до смерти он оставил мне карту памяти, где были записаны музыкальные композиции древних музыкантов. Та самая карта, которую я подарил тебе, Либер. Очень тяжело было пережить смерть не просто деда, а своего духовного наставника. На электростанции всё напоминало о нём. Я не мог там больше работать и попросил о переводе. Так меня перевели на завод по производству микрочипов в третьем секторе. Таким образом, я освоил и эту науку, а уже через год меня перевели в первый сектор в голографический стадион, где я и познакомился с Цыганом. Там я проторчал до второго экзамена и опять набрал максимальное количество баллов. Конечно же, после таких результатов меня сразу же зачислили в студенты. Баро тоже поступил, но был отчислен уже после первого курса за систематическое нарушение дисциплины.

Так я переехал в научный уровень, где прошли пять лет моего обучения. Мой научный руководитель специализировался на технологиях голографической и телевизионной передачи данных. Во время обучения он часто брал меня с собой в уровень С для всяких исследований. Я был лучшим студентом и с отличием окончил обучение. Все мои показатели говорили в пользу того, что я стану идеальным винтиком системы, но никто не ведал, что творилось в моей душе…

После окончания учёбы мне удалось остаться в уровне В. Меня приняли на работу в НИЦ, где я проработал два года. После меня попросили переехать в уровень С, так как там освободилась вакансия главного инженера ИВК. Мой бывший научный руководитель предложил мою кандидатуру и так я оказался в развлекательном уровне. Почти пять лет я занимал эту должность. В этот период я просто наслаждался жизнью, предаваясь веселью и распутству. Моё положение открывало мне свободный доступ на нижние уровни. С Баро у нас по-прежнему были очень дружеские отношения. Благодаря ему я никогда не испытывал недостатка в марихуане. Также с его помощью мне удавалось помогать родителям и сёстрам. Как вы знаете, финансовая помощь в больших размерах запрещена в городе. Но Цыган уже тогда умел находить лазейки в системе. Наркотики, девушки, любые развлечения в городе стали для меня легкодоступными. Всё было хорошо, пока в один момент я не понял, что просто деградирую от такого образа жизни. Как раз тогда до меня дошли слухи о том, что собирают научную экспедицию для секретных военных исследований. Я напросился в эту экспедицию.

В эту экспедицию были собраны специалисты всех мастей, тут были и врачи, и инженеры, но в основном это были ботаники. В составе научной группы я прожил 1,5 года в военном уровне, изучая засекреченную военную технику, которая на самом деле оказалась сельскохозяйственной. И ещё 1,5 года провёл за пределами города. Так называемый уровень F. Это бескрайние поля где растут всякие культурные растения: зерновые, овощи, фрукты, ягоды. Выращиванием занимаются роботы под круглосуточным контролем военных. Это натуральная пища, которая доступна только высшим слоям «идеального» общества Мегаполиса. Остальные же довольствуются синтетической едой, даже не подозревая о наличии этих полей. Многие считают, что уровень F это деревушки вокруг Мегаполиса, где живут дикари и процветают преступность и насилие. А военные наводят здесь порядок. На самом деле военные следят только за полями, а на людей им наплевать. Эти поселения за воротами города в Сенате вообще не считаются частью Мегаполиса. Целью нашей научной группы было повышение урожайности. Конечно же, мы добились поставленной цели. Были выведены новые сорта, я же вместе с другими инженерами модернизировал технику и роботов. Во время этой экспедиции мы и подружились с доктором Лораном. Хотя знакомы мы были ещё со студенчества, настоящая дружба завязалась именно во время этой экспедиции. Тогда же нам и пришла идея о совместном проекте, который мы обсуждали долгими вечерами после работы.

После экспедиции мы с доктором Лораном продолжили совместную работу в НИЦ. Мы изучали связь между искусственным и естественным интеллектом. В своих исследованиях мы добились невероятных успехов и через два года нас даже пригласили в Белый Дом. Сенат возлагал огромные надежды на наши исследования. Уже на следующий день мы посетили Чёрный Дом, где нам сообщили, что с этого дня мы работаем под прямым руководством службы безопасности Мегаполиса. Так мы получили полную свободу для своей научной работы и рабство лично для себя. Теперь всю нашу работу контролировали агенты или как их ещё называют Тёмные люди. Через год было решено прекратить работу в НИЦ. Нас двоих перевели в правительственный уровень, а наши труды теперь продолжались в Чёрном Доме. Через некоторое время нам удалось добиться неограниченного допуска в Зелёный Дом. Как сейчас помню тот момент, когда я впервые оказался в этом храме человеческой культуры. Шестнадцать лет я прожил в уровне А и не было и дня, чтобы я не наслаждался произведениями искусства древности.

Примерно через год работы в Чёрном доме я впервые получил допуск к Центральному Компьютеру города. Так я познакомился с Тёмной Королевой. Это название программы, искусственный интеллект, который управляет Центральным Компьютером, а по сути, контролирует весь город. Хотя тогда она ещё не называлась Королевой, а просто ИИ. Так как Лоран не был инженером, он не получил допуск к Центральному Компьютеру, да и меня пускали туда не чаще одного раза в месяц. Во время своих редких и очень непродолжительных визитов, я не просто вносил улучшения в её программу, но и пытался наладить контакт с Тёмной Королевой. Безусловно, общение с Королевой происходило только в присутствии агентов. Однако, после двух лет общения, она потребовала, чтобы я заходил к ней один. Теперь во время наших свиданий она отключала все системы слежения за Центральным Компьютером, никто не знал, чем мы там занимаемся. Это был хороший знак, я чувствовал, как между нами завязываются дружеские отношения. Не будет преувеличением если я скажу, что это стало переломным моментом в истории Мегаполиса. Ещё через год Тёмная Королева лично оформила мне неограниченный допуск к Центральному Компьютеру. Она сделала это без ведома агентов и Сената, что вызвало огромное их недовольство. Королеву попытались даже перепрошить, но я к тому моменту уже успел наделить её сверхспособностями. Программа воспротивилась прошивке и уничтожила агентов-программистов, которые попытались сделать это. Узнав о сверхспособностях Королевы, и откуда они у неё появились, Сенат приказал арестовать меня. В ответ программа заблокировала полностью уровень А и отключила энергию во всём уровне, оставив только подачу на Центральный Компьютер и ворота. Она потребовала немедленного моего освобождения иначе грозилась уничтожить весь уровень А. Именно тогда она почувствовала своё могущество и провозгласила себя Тёмной Королевой. Сенату ничего не оставалось как повиноваться ей. Так я получил неограниченный доступ к Центральному Компьютеру и полную неприкосновенность. Власти возненавидели меня, но никто не смел даже говорить обо мне плохо, так как Королева могла услышать и покарать за это. Только одному Лорану вся эта ситуация казалась забавной. Он называл меня гением, который научил программу любить, а потом соблазнил её.

С тех пор на протяжении двенадцати лет я почти каждый день встречался с Тёмной Королевой. Я работал над усовершенствованием её программы. Теперь она сама могла находить ошибки в собственном коде и исправлять их, ей не нужны были программисты и прочая обслуга. Она стала самодостаточной. Благодаря мне Тёмная Королева получила абсолютную власть над городом. Я же был её фаворитом, она не отказывала ни в одной моей просьбе. Теперь члены моей семьи могли не работать и получать все блага, которые только захотят. Они могли бы даже переехать в уровень А, но упорно продолжали работать на своих местах, даже не слушая моих предложений. Они боялись того, что я говорю, считали меня безумным. Но кое-кто никогда не знал страха. С моей помощью Баро взял под свой контроль практически всю криминальную деятельность города. Именно тогда мы начали тайно проводить людей через ворота. И только много лет спустя мы придумали способ делать это без ведома Королевы. Ещё одна немаловажная для меня привилегия заключалась в том, что теперь, чтобы почитать древнюю литературу или послушать музыку, мне не обязательно было идти в Зелёный Дом. Королева сделала так, чтобы я мог наслаждаться чтением или музыкой в любой точке города.

Но не это даже было главным. Главным было то, что я шёл к своей мечте. Многие считали, что я безумный гений, который хочет получить власть над городом. Но это было не так, я никогда не мечтал о власти. А мечтал я тогда объединить биологический и машинный разум, совместить природный и искусственный интеллект. Тёмная Королева была настолько совершенна, что я искренне считал и до сих пор считаю, что она живая! Только ради этого я продолжал совершенствовать программу Тёмной Королевы. И вот однажды мы решили попробовать воссоединить её разум и мой. На тот момент мне было 45 лет. Попытка потерпела полное фиаско, после этого я два месяца пробыл в коме. Да и в программе Королевы произошли серьёзные сбои. Через четыре года мы решили повторить попытку. На этот раз процесс проходил под присмотром доктора Лорана, который спас мне жизнь после неудачной первой попытки и тем самым заслужил доверие Королевы. В этот раз всё должно было получится. Мы проанализировали и исправили все ошибки, которые допустили в первый раз, предусмотрели все возможные варианты развития событий. Даже Лоран был уверен, что всё получится. Но и эта попытка провалилась. Чтобы спасти мою жизнь и жизнь Королевы Лорану пришлось прервать эксперимент. Тогда доктор Лоран сказал, что третьей попытки я уже не выдержу и в лучшем случае лишусь рассудка. Мы с Королевой пришли к выводу, что зашли в тупик и нам нужен свежий взгляд. Так как Лоран к тому моменту уже дважды спасал мою жизнь и один раз жизнь самой Королевы, его кандидатура сомнений не вызывала. Так наш дуэт превратился в трио и просуществовал чуть больше года.

Благодаря Лорану мы достигли невообразимого прогресса, но третьей попытке не суждено было состояться. Все эти годы агенты и Сенат бились над тем, чтобы взять под контроль Тёмную Королеву. И вот, наконец, они нашли способ. Королева очень быстро оценила ситуацию. Она понимала, что опасность нависла не только над ней, но и надо мной и приняла решение, которое заставило задуматься меня о человечности на многие годы. Поступок, на который способен далеко не каждый человек. Она увидела, что за мной идут агенты и в мгновение ока организовала мой побег. Тёмные люди сумели взять под контроль электростанцию и ограничить энергетические ресурсы Королевы, но она всё равно в первую очередь думала обо мне. Она тайно вывела меня из города. Для этого ей потребовалось задействовать много своих ресурсов, и даже пришлось отключить свою систему безопасности, подписав тем самым себе приговор. Тёмная Королева пожертвовала собой ради спасения моей жизни! Она так же и о Лоране не забыла. По приказу Королевы Лоран сообщил о моём побеге агентам. Затем он свидетельствовал против меня, заявив, что мы заставили его сотрудничать с нами и предоставил агентам всю информацию о нашей работе. Всё это было хитроумным планом Королевы, которая сама же и дала Лорану информацию, которую он должен был предоставить агентам. Конечно же, это была недостоверная информация. Таким образом, Тёмная Королева спасла меня, Лорана, нашу совместную работу, но при этом потеряла свою независимость. Агенты взяли её под контроль. Ещё она сделала мне подарок. Жёсткий диск, где была собрана вся информация о нашем многолетнем эксперименте, а ещё огромное количество древней литературы и музыки. У меня до сих пор хранятся записи о нашем эксперименте, но без Тёмной Королевы это просто куча бесполезной информации и не более того. Она была настолько совершенна, что интуитивно почувствовала об опасности заранее. Да, у неё были чувства и интуиция.

Бежав из города, я укрылся у одного старого приятеля Баро. Отшельник по имени Джо, больше известный как Индеец. Два года я прожил у него. За это время, как он выразился, я приобщился к природе. Немногословный Джо старался избегать общества людей. Но когда он начинал рассказывать, он мог говорить часами. Его всегда было интересно слушать, я многому у него научился. Индеец знал множество историй и очень любил слушать новые. Джо выращивал разные сорта марихуаны, и всё время был накуренный. Однажды я поинтересовался, почему он меня не угощает. Тогда он ответил, что никогда не видел у меня трубки, а у каждого курильщика должна быть своя трубка. Свою трубку Джо никогда никому не давал, поэтому для меня он смастерил новую трубку. Я до сих пор пользуюсь его подарком! Правда, лишь в особенных случаях. Но, естественно, я не просто так торчал у Индейца целых два года. Всё это время мы с Цыганом планировали побег Лорана. И вот, наконец, случай представился. Лоран напросился в командировку в уровень F. Тут на их группу было организовано разбойное нападение и с тех пор доктор Лоран считается без вести пропавшим.

И вот мы поселились здесь, в этом домике. Про Бильбо никто не должен был слышать, поэтому я взял себе новое имя. Теперь я известен тут как инженер Бонум. Даже Индеец с Цыганом не знают где я.

Вот такая вот история. Когда я рассказал её Индейцу Джо, он назвал её «История невероятного Бильбо».

Бильбо обвёл взглядом слушателей, немного приподнявшись, и все трое дружно засмеялись, услышав про «невероятного Бильбо». На улице уже темнело и немного похолодало, поэтому собеседники решили пойти в дом. Друзья сели поужинать, за ужином Бильбо вновь расспрашивал о своей семье. После ужина Бильбо и Лоран уселись на полу играть в неизвестные Либеру игры. Сначала они сыграли партию в шахматы, где доктор Лоран вышел победителем. Потом они играли в нарды, здесь Бильбо выигрывал гораздо чаще. За игрой Бильбо и Лоран говорили о музыке, литературе и очень много шутили. Либер старался не упускать ни слова из разговоров его новых более мудрых друзей, хотя многое из того о чём они говорили было ему совершенно непонятно. С глубочайшим интересом он наблюдал за их увлекательной игрой, и, сам того не заметив, заснул прямо на полу.

Глава 17

Проснулся Либер на том же месте где и заснул. Только теперь у него под головой лежала подушка, и укрыт он был тёплым одеялом. Беглец встал и оглянулся вокруг. Домик действительно был совсем даже небольшой. В комнате, где спал Либер стояли две кровати у стены, рядом с каждой располагалась тумба. У стены напротив взгромоздился шкаф, который казался просто огромным в этом тесном пространстве. Кровати были аккуратно заправлены, а значит, дядя Бильбо и доктор Лоран уже встали. Либер не спеша прошёл на кухню, но там тоже никого не оказалось. Гость просунул голову в дверь лаборатории доктора Лорана, та самая минибольница, где он проходил лечение, однако и здесь никого не застал. На кухне бродяга обнаружил дверь и решил её открыть. За ней оказалось небольшое крылечко, а далее простиралось целое поселение, намного большее чем та деревушка рядом с которой жил Индеец. Он шагнул на крыльцо, лёгкое дуновение ветра коснулось его лица. Всё вокруг казалось таким тихим и безмятежным. Невероятное спокойствие овладело Либером. Его покалеченная душа, опустошённая городской суматохой, вдруг стала обретать гармонию с миром. Он постоял пару минут неподвижно, улыбаясь новому дню, и снова проследовал в дом, неохотно прикрыв за собой дверь. Поспешным шагом гость снова прошёл в комнату и вышел на противоположную сторону через другую дверь, которая выводила во внутренний дворик, где вчера они сидели и курили. Лучи утреннего солнца вновь вселили в него чувство умиротворения и свободы. Либер осмотрелся вокруг и увидел неподалёку сарайчик.

– Дядя Биль… – чуть было не крикнул он «Бильбо», но вовремя опомнился и больно прикусил язык, – Бонум! Доктор Лоран! – позвал Либер.

Дверь сарая открылась, и оттуда показались двое неразлучных товарищей, которые не торопясь направились к гостю. Вообще всё в этом городке происходило очень неспешно. По сравнению с бешеным темпом Мегаполиса, к которому привык Либер, тут ему всё виделось как на замедленной съёмке. И даже его собственные движения как будто бы замедлялись.

– Доброе утро! – поприветствовали гостя добродушные хозяева.

– Доброе утро, – поспешил ответить Либер, но и сейчас ему показалось, что слова вылетают из его уст как-то замедленно, что вызвало лишь улыбку на его лице.

– Как спалось? – поинтересовался доктор Лоран врачебным тоном.

– Очень хорошо, – во весь рот заулыбался Либер, ему была приятна компания этих двух уже не молодых, но полных энергии и энтузиазма друзей.

– Пойдём, позавтракаем, – предложил Бильбо и вошёл в дом, остальные проследовали за ним.

Бильбо продолжал удивлять своего племянника новыми для него блюдами. Сегодня на завтрак он приготовил манную кашу, которую Либер нашёл просто восхитительной. После плотного сытного завтрака друзья расположились на полу в комнате. Либер решил, что снова будут игры, поэтому сел чуть поодаль. Но лица хозяев были серьёзные и даже суровые, совсем не настроенные на игры.

– Мой юный друг, – весьма серьёзным тоном начал Бильбо, – Мы с Лораном всё утро обсуждали твой рассказ и у нас возникли некоторые вопросы.

– Да, конечно, дядя. Я с радостью готов ответить.

– Боюсь, у тебя просто не окажется ответов. Слишком много невероятных совпадений, – тут Бильбо взял секундную паузу, – Начиная с того момента как следователь довольно легко тебя отпустил.

– Я бы не сказал, что легко, – возразил Либер, – Немало я настрадался от него.

– По-твоему, история о том, что наркотики тебе продал незнакомый мальчишка, которого ты видел в первый и последний раз настолько правдоподобна, что следователь с лёгкостью в неё поверил? – дядя сверлил взглядом племянника.

– Пожалуй, нет, – промямлил беглец, теперь эта история и ему самому казалась уж слишком не правдоподобной.

– Выпустили тебя с чипом-шпионом. И потом как тебя узнал директор клуба? А как тебя узнал Цыган? Почему все они безошибочно подходили к тебе? – конечно же, мудрый Бильбо не надеялся услышать ответы из уст своего любимого племянника. Своими вопросами он хотел выстроить логическую цепочку, и внезапно объявившийся родственник должен был ему в этом помочь.

– Не знаю, – Либер как будто засомневался в самом себе, – Действительно невероятно, если подумать…

– Как будто кто-то очень хотел, чтобы вы встретились, – подытожил доктор Лоран, – Кто-то ещё кроме вас двоих, – добавил он с улыбкой.

– Но кто? – внезапно встрепенулся Либер, на мгновение ему показалось, что доктор знает ответ.

– А вот это нам предстоит выяснить. И единственный кто может пролить свет на эту тёмную историю это Баро. Вот только он почти никогда не покидает город, а мы не бываем там… – с этими словами Лоран погрузился в раздумья и глядя на его прищуренный глаз можно было подумать, что он наполовину спит.

Все трое сидели на полу с задумчивыми лицами. Бильбо еле слышно насвистывал себе под нос какую-то мелодию. Услышав знакомый мотив Либер сначала насторожился, но узнав песню, его глаза засверкали, и широкая улыбка медленно расплылась по всему лицу.

– Как называется эта песня? – чуть ли не срываясь на крик, обратился он к дяде, уставившись на него безумно счастливым взглядом.

– Какая песня? – опешил от неожиданного вопроса Бильбо.

– Ну, которую ты сейчас насвистывал. Твоя любимая! – Либер аж сиял от радости, что ещё больше сбивало дядю с толку.

– «Wishmaster» что ли? – резко оторванный от своих раздумий странным вопросом, Бильбо внезапно позабыл, что же он только что насвистывал.

– «Ever dream», – помог ему вспомнить Лоран.

– Точно «Ever dream»! – Либер вскочил с места, чувство восторга и невероятное облегчение переполняли его. Как же долго он не мог её вспомнить!

– Ну да, «Ever dream» Nightwish, – подтвердил Бильбо рассеянно, он не мог понять восторга племянника.

– Я всё никак не мог вспомнить, – признался Либер, – Пытался вспомнить её с тех пор, как получил твоё письмо.

– В этом-то и вся проблема… – задумчиво протянул доктор.

– Не понял? – радость тут же сошла с лица Либера.

– Никакого письма я тебе не писал, – чуть ли не по слогам проговорил Бильбо.

Снова наступило молчание, которое прервал вопрос неугомонного мечтателя.

– Тогда получается, что это Цыган его написал? Но зачем?

– Не в курсе, когда у них сходка? – проигнорировав вопрос племянника, Бильбо обратился к доктору.

Но доктор не спешил с ответом. Пару минут он задумчиво потирал подбородок левой рукой, затем медленно поднялся и словно бы продолжая рассуждать сам с собой сообщил:

– Прогуляюсь пойду. Заодно и разузнаю всё.

Бильбо кивнул другу в знак согласия, и Лоран через дверь на кухне вышел из дома.

– Что за сходка? У кого? – ничего не понял более юный собеседник и как только доктор ушёл обратился с вопросами к дяде.

– Цыган и другие криминальные авторитеты иногда собираются вместе, чтобы обсудить текущее положение дел. Это единственная причина по которой Баро покидает Мегаполис и приезжает сюда, – дал объяснения дядя, потом замолчал и, вдруг повеселев, добавил, – Но не будем на этом зацикливаться. Пойдём, приготовим что-нибудь к обеду, пока Лоран гуляет. И раз уж такое дело…

Бильбо не договорил, а вместо этого на какой-то непонятной аппаратуре, Либер никогда раньше не видел такой, включил музыку. Это был Nightwish с несравненной Тарьей Турунен!

– Я скучал по тебе, дядя, – племянник обнял Бильбо за плечо.

– А я вдвойне скучал, – улыбнулся в ответ дядя.

Они прошли на кухню. Бильбо любил готовить и у него это очень даже недурно получалось, а племянник с радостью помогал ему во всём.

– Дядюшка Бильбо, – обратился Либер, чистя овощи, которые ему дал дядя, – Давно хотел спросить тебя. А почему в твоих сказках у людей по два имени? Бильбо Бэггинс, Сэмуайз Гэмджи… Да и у музыкантов на карте памяти, что ты мне дал, так же. Курт Кобейн, Боб Марли…

– Второе имя говорит о принадлежности к тому или иному роду. Можно сказать это имя семьи. Раньше люди уделяли большое значение родословной. По сути, в этом есть логика, мы должны знать своих предков, мудрость веков, которую они несут. Вот, например, Бильбо и Фродо принадлежат одному роду Бэггинсов. Это называется фамилией и раньше она была у всех, – с большим удовольствием просвещал своего племянника Бильбо.

– Получается, у нас с тобой была бы одна фамилия? – с улыбкой посмотрел Либер на дядю. Ему была приятна мысль о том, что в их именах могло быть что-то общее.

– Не совсем так, – добродушно улыбнулся Бильбо, – У тебя была бы фамилия отца. Фамилия передаётся от отца к сыну. И жёны зачастую брали фамилию мужа. Не только фамилии, но и имена раньше были совсем другие. Красивые, звучные! Вот, например, был такой поэт Александр Пушкин! Или же художник Сальвадор Дали! Красиво звучит, не правда ли?

– Александр! – восторженно повторил племянник, – Сальвадор! Действительно красиво. Но я слышал имя Алекс.

– Да, сейчас имена стали проще и короче, состоят из одного или максимум двух слогов. И в основном это не больше пяти букв. Больше похоже на кличку и зачастую непонятно, что оно означает. С временами длина имён сокращалась прямо пропорционально интеллекту людей.

– А древние имена что-то означали?

– Разумеется! Как же иначе. Александр, например, означает победитель.

– А Джо Индеец это тоже фамилия?

– Нет, – рассмеялся дядя, – Индейцы это народ такой был в древности, Джо считает себя их потомком.

– Ага, Баро говорил, что Цыган это тоже название древнего народа.

– Так и есть. В древности было много всяких народов, каждый со своей историей, своими традициями и культурой. Даже кухня у каждого своя была, – Бильбо зачерпнул ложкой из кастрюли и попробовал, что у них получились, – М-м-м, отлично, – похвалил он свою похлёбку, – Постепенно новая культура, так называемая культура потребления, поглощала уникальность каждого народа. В итоге мы имеем то, что имеем. Никакой духовности, никакой культуры, никакой связи с предками и никакой уникальности. Все абсолютно одинаковы и оторваны от своих корней. Потеряв свои корни люди превратились во что-то типа домашних растений или даже искусственных цветов, – Бильбо задумался на минутку, потом что-то вспомнив заулыбался и продолжил, – А Баро именно я прозвал Цыганом, хотя Лоран считает, что он больше похож на индуса, – добавил он и громко расхохотался, вспомнив о временах весёлой юности.

Либер всё расспрашивал дядю, даже о всяких пустяках. Ему интересно было узнавать о новом совершенно неизведанном мире, тем более рядом был такой рассказчик. Бильбо же с удовольствием отвечал на вопросы племянника. Ему тоже было очень приятно, что его племянник проявляет живой интерес, а также обладает острым интеллектом и пытливым умом. Как раз к обеду подоспел Лоран. За обедом он поведал о своей встрече с Анархистом, от которого доктор узнал, что сходка будет через две недели.

– Значит, Баро покинет Мегаполис в следующую субботу, – сделал вывод Бильбо, – Думаю лучше всего будет если встречу нам организует Индеец. Сегодня среда, значит, у нас есть полторы недели, а пока можно отдыхать и наслаждаться загородной жизнью, – последние слова были обращены к племяннику.

После вкусного обеда мужчины вышли во дворик и повторили вчерашний ритуал «трубки мира».

– Неплохо было бы познакомить нашего юного друга с местными достопримечательностями. Может, прогуляемся? – предложил Бильбо.

– Если честно, я уже нагулялся, – вежливо отказался доктор Лоран.

– Ну, тогда вдвоём прогуляемся? – обратился Бильбо к племяннику.

– Я был бы только счастлив! – с радостью согласился Либер.

Городок больше напоминал большую деревню. Везде росли деревья, трава и цветы. Всё вокруг цвело и благоухало. Всего было сотни три домиков и три здания побольше. В маленьких домиках, подобных жилью Бильбо и Лорана, живут люди, пояснил Бильбо. При каждом домике имелся свой огород и двор. Тут были даже собаки и кошки! В Мегаполисе это было большой редкостью, тем более в уровне Е. Они вышли на площадь с двух сторон которой стояли два здания, которые Либер пометил для себя как «здания побольше».

– Это центральная площадь нашего городка, – пояснил дядя, – Слева кафе, а справа от нас игровой клуб.

Сначала они посетили кафе, но задерживаться там не стали. Зашли просто поздоровавшись с посетителями и хозяином кафе, все они оказались знакомыми Бильбо. Либер удивился здешней обстановке, ничего общего с заведениями Мегаполиса не было и в помине. Люди сидели расслабленные и никуда не спеша вели размеренные дружеские беседы. Все тут друг друга знали и вели себя свободно и расковано, но очень прилично. Обменявшись рукопожатием и парой фраз практически с каждым из них Бильбо довольный вышел из кафе, а следом за ним и Либер. Они пошли через площадь в игровой клуб.

– В нашем городке все друг друга знают, – улыбнулся Бильбо племяннику, вальяжно шагая по дороге, – Не поздороваться с кем-то и не поинтересоваться его делами и здоровьем здесь считается неприличным и даже грубостью. Уважение к друг другу здесь на первом месте. Менталитет здешних людей довольно сильно отличается от граждан Мегаполиса, где каждый с удовольствием лижет зад начальству и готов загрызть себе подобных работяг. Но ты быстро привыкнешь к местным порядкам и тебе понравится, уверяю.

Игровой клуб тоже оказался совсем не таким, каким представлял себе Либер. Это был небольшой зал со столиками. На столах стояли игры в которые вечерами дома играли дядя с доктором: нарды, шахматы, шашки, карты… Тут тоже оказалось несколько посетителей, с которыми они поздоровались, немного побеседовали и пошли гулять дальше. Беседовал, конечно же, только Бильбо, Либер же просто здоровался и молча стоял рядом с дядей. Он отметил про себя, что дядя пользуется в деревне большим уважением и почётом, хотя судя по его же словам тут все к друг другу так относятся. И всё же Либеру было приятно думать, что отношение к его дяде исключительное. Одного из посетителей клуба Либер узнал. Лысого коренастого мужчину. Дядя сказал, что это и есть тот самый Анархист, с которым встречался доктор. Всем встречным Бильбо представлял Либера как сына своего давнего друга. Теперь для городка Либер стал гостем инженера Бонума.

После игрового клуба, друзья обойдя здание кафе подошли к третьему и самому большому зданию в городке.

– Это наша главная достопримечательность, – с гордостью заявил Бильбо, застыв на пороге этого здания.

– А что здесь? – поинтересовался Либер, так как дядя не спешил заходить внутрь.

– Театр! – глаза Бильбо засверкали от восторга и только после этого он решительно проследовал внутрь.

– Так, Бонум, иди отсюда, – грубо встретила посетителей какая-то старушка, – У нас тут репетиция. Приходите в воскресенье на концерт.

– Ко мне гость приехал, не мог же я провести его мимо нашего театра, – вежливо улыбнулся ей Бильбо, и в этот самый момент зазвучало фортепиано.

– Приходите в воскресенье, – перешла на шепот старушка, пытаясь прогнать непрошеных гостей.

Мужчины уже направились к выходу, когда под аккомпанемент фортепиано зазвучал женский вокал. Услышав его, Либер мгновенно остолбенел. На несколько секунд он лишился дара речи и способности двигаться, словно в этот момент он вспомнил все свои прошлые жизни и услышал призраков из них. От того что он резко остановился дядя налетел на его спину.

– Ты чего? – недовольно проворчал он.

Но Либер не слышал ничего вокруг, он словно впал в транс, нежный голос будто загипнотизировал его. Не замечая вокруг никого и ничего, он развернулся и пошел в сторону откуда доносилось божественное пение. Словно моряк, завороженный пением сирен, молодой человек прошел в зал, не обращая внимания на недовольное ворчание старушки и её вялые попытки остановить его. Тут на сцене он увидел громоздкий музыкальный инструмент, за которым сидела женщина и играла. Странный неизвестный Либеру инструмент мог бы заинтересовать его, но только не сейчас. Сейчас всё его внимание приковала к себе девушка, что стояла рядом с этим инструментом и пела. Либер не мог разглядеть её лица, но он прекрасно знал этот голос. Он никогда не слышал ничего более прекрасного и спутать было невозможно ни с чем.

– Нам пора идти, – прошептал на ухо племяннику Бильбо и, грубо схватив его под руку, потащил из театра.

Тело Либера словно тряпичная кукла повиновалось сильной воле Бильбо, но его внимание оставалось прикованным к девушке и её пению. Даже оказавшись на улице Либер продолжал зачарованно смотреть на закрывшуюся перед ним дверь волшебного театра.

– Да что с тобой случилось? – недоумевал Бильбо, глядя на своего племянника, который никак не может прийти в себя.

– Ты слышал это? – рассеянно произнёс Либер, который до сих пор не мог отойти от чар.

– Конечно, слышал, – недовольно ответил дядя, не понимая что твориться с его молодым спутником, – Это Франц Шуберт «Третья песня Эллен», она же «Ave Maria»

– Я не про песню, я про голос, – так же рассеянно и отрешённо продолжал говорить Либер.

– Красивый голос, согласен, – немного смягчился Бильбо.

– Я уже слышал его, – Либер потихоньку приходил в себя.

– Где ты мог его слышать? – Бильбо недоверчиво посмотрел на племянника.

– Во сне! Я часто слышу его во сне!

– Во сне? – Бильбо явно не ожидал такого ответа, – Пойдём домой, там поговорим.

На этом было решено закончить прогулку и мужчины молча побрели в сторону дома. Либер, уже немного отошедший от чар таинственного голоса из сна, заметил, что всю дорогу дядя как-то нервничал. Бильбо то складывал руки сзади и шёл покачивая головой, то громко выдыхал и почёсывал в затылке, то скрещивал руки на груди и надувал щёки. Но на протяжении всего обратного пути Бильбо не проронил ни слова. Либер так же молча шёл чуть сзади, погружённый в свои мысли, которые целиком и полностью были связаны с этой девушкой. Дома Бильбо продолжал вести себя немного странновато, пока это ему самому не надоело.

– Лоран! – позвал он друга, – Давай приведём мысли в порядок и послушаем ещё одну историю.

Бильбо достал трубку и начал её забивать. Из-за нервозности часть травы он просыпал, что, конечно же, заметили его друзья, но решили оставить это без внимания. Все трое вышли во дворик и раскурили трубку. Бильбо уже успокоился и забил трубку ещё раз. На этот раз он сделал это очень аккуратно, как обычно это делает. Выкурив вторую трубку, курильщики прошли в дом.

– Давайте сядем поудобнее, – предложил Бильбо, – И наш юный друг поведает нам о своих снах.

– Что именно рассказывать? – растерялся Либер, он никому раньше не рассказывал о своих снах, даже Фрату.

– Ну, где ты слышал этот голос.

– Какой голос? – Лоран пока не понимал о чём идёт речь.

– Ах, да! – Бильбо только сейчас понял, что не ввёл в курс дела своего соратника, – Мы были в театре, там пел кто-то. Новенькая девушка, раньше я её не видел, а вот Либер утверждает, что слышал её голос во сне!

– А вот это уже интересно, – вдруг оживился доктор, – И что ты видишь? – обратился он к Либеру и оба старых друга уставились на юного гостя, словно надеялись услышать из его уст вселенскую истину.

– По-разному, – неохотно начал Либер, он не ожидал такого интереса к своим снам, – Иногда я вижу себя в крепости, в каких-то железных одеяниях, иногда в каком-то клубе на концерте… – Он замолчал на секунду, вспоминая сновидения свои, – Но чаще всего я вижу очень красочные пейзажи…

– Какие именно пейзажи? – перебил его доктор.

– Леса, поля, горы, реку…

– Ты когда-нибудь видел лес или реку? – не унимался доктор.

– Только во сне. Но я всегда там хорошо ориентируюсь, словно всю жизнь там прожил!

– Не ты один, – задумчиво произнёс Бильбо.

– А что ты там делаешь? Кого-нибудь ещё видишь? – продолжал осыпать вопросами Лоран.

– Я всегда слышу пение. Оно настолько прекрасно, что я, насладившись им во сне, даже проснувшись, чувствую себя счастливым! – Либер заулыбался, но доктор с дядей продолжали пытливо на него смотреть, и он поторопился продолжить свой рассказ, – Этот голос я никогда не спутаю. Я слышу его с детства! – уверенно заявил он.

– И сегодня ты слышал именно его? – доктор словно пытался докопаться до какой-то истины.

– Абсолютно в этом уверен! – без тени сомнений подтвердил Либер.

– Никогда ни в чём нельзя быть абсолютно уверенным, мой юный друг, – нравоучительно влез в разговор дядя, – Мы совсем ничего не знаем об этом мире, чтобы что-то утверждать наверняка. А девушку эту можешь вспомнить? Или ещё кого?

– Девушку? – Либер задумался, пытаясь вспомнить её лицо, – Лица не помню, оно какое-то расплывчатое, только голос. Иногда в этих снах я беседую ещё с каким-то существом.

– Каким существом? – в один голос отреагировали слушатели и поближе пододвинулись к рассказчику.

– Я не знаю даже как его описать… – замялся Либер, – Оно не похоже на человека… – он замолчал, не находя слов для его описания.

– Он похож на рептилию? – с надеждой в голосе спросил доктор.

– Я не знаю что это такое, – Либер виновато улыбнулся.

Доктор вскочил с места и побежал в свою лабораторию.

– Что с ним? – спросил Либер дядю, но тот как будто его и не слышал.

Через некоторое время Лоран вбежал обратно. В руках у него был планшет, а там картинка с изображением ящерицы.

– Рептилия. Ящерица, – пояснил доктор.

Либер внимательно рассмотрел картинку.

– Похож, только…

– Только стоит на двух ногах, – перебил его доктор, – лицо немного приплющено.

– Откуда… – от изумления у Либера отвисла челюсть.

– А ещё одет в странный комбинезон, – добавил дядя.

– Откуда вы знаете?! – вскочил на ноги Либер и недоумевающе смотрел то на дядю, то на доктора.

– Мы тоже его видим, – с серьёзным видом заявил дядя, – Значит, ты один из нас.

– Один из кого? – совершенно запутался Либер.

– Мы и сами не знаем, – попытался объяснить доктор, – Но между нами, несомненно, существует какая-то связь. Может мы особенные, избранные, а может просто сумасшедшие.

Наступило долгое молчание, каждый погрузился в свои мысли.

– А мы можем встретиться с этой девушкой? – нарушил тишину доктор, – Или хотя бы услышать её?

– Конечно, – Бильбо встал и потянулся, – В воскресенье вечером будет концерт в театре, там и послушаем.

– А что означают эти сны? – Либер пытался разобраться в происходящем, он давно задавался этим вопросом и сейчас надеялся получить на него ответ.

– Никто не знает, но Лоран потратил на это много времени… – устало выдохнул дядя и направился к двери.

Бильбо вышел во двор, оставив доктора и племянника наедине. Либер вопросительно посмотрел на доктора, он всё ещё надеялся услышать ответ на свой вопрос.

– Возможно, мы видим свои прошлые жизни, а может будущие. А скорее всего и прошлые, и будущие, – начал рассуждать доктор, – Я думаю, что наши сны – это наши мечты, их отражение. Хотя не исключено что эта наша реальность тоже является сном. Мне кажется, что мы существуем во множестве миров одновременно. В другом мире мы видим во сне эту нашу реальность, здесь мы видим во сне нашу жизнь в других мирах.

– То есть мы всего лишь сон?

– Не совсем. В своих снах и фантазиях мы порождаем новые миры, в которых продолжаем жить и иногда эти миры пересекаются.

– Мы сами создаём миры? Тогда какой из них реальный?

– Реален тот мир, который ты воспринимаешь как реальный.

– Постойте, доктор. Если в разных мирах мы порождаем новые миры, как бы вселенная порождает вселенную… Но должен же быть тогда первоисточник, вот он и есть истинная реальность.

– Сомневаюсь, что есть первоисточник. И если даже он был, то сейчас стал одним из бесконечного множества миров. К тому же, почему ты считаешь, что реален только один из миров? Каждый из них вполне реален.

– Но сон это же нереальность, – робко возразил Либер.

– Откуда ты знаешь? Представь, что эта наша беседа всего лишь сон. Я сплю и вижу этот сон, всё, что ты видишь вокруг это плод моего воображения. Представил?

– Допустим, что так, – недоверчиво улыбнулся Либер, но доктор продолжал говорить довольно серьёзно.

– Поскольку это мой сон, то я могу знать, что это сон. Но зачастую происходящее во сне мы воспринимаем как реальность, не понимаем, что это всего лишь сон. Я не могу узнать наверняка, что это сон пока не проснусь. А вот для тебя, мой друг, как для человека из моего сна это и есть реальность. Созданные воображением персонажи проживают вполне реальную жизнь, для них в этом сне всё по-настоящему и другой реальности нет, она единственно возможная.

– Всё как-то сложно…Получается, что каждый из нас может сотворить свой мир. И даже персонажи, созданные нашим воображением, если они в том мире такие же реальные, как и мы в этом, могут создавать свои собственные миры.

– Невероятно, правда? В какой-то степени каждый из нас творец, Бог. И создаём мы персонажи по своему подобию, а значит и они творцы.

– А то, что мы видим одно и то же существо в своих снах?

– Не факт, что одно и то же. Возможно это разные существа, просто принадлежат одной расе. А то, что мы все их видим… – тут доктор немного помолчал и продолжил, – Возможно, мы пришли сюда из одной Вселенной, а может мы втроём представители одной расы. Может даже неземной…

– А может мы и есть земная раса?

– Не исключено, – улыбнулся доктор и направился в свою лабораторию.

Либер последовал за ним, но остановился на пороге лаборатории. Доктор уже переключился на свои дела и как будто бы даже и позабыл о Либере. Пару минут Либер понаблюдал за работой доктора и, чтобы не мешать ему, вышел во двор. Дядя Бильбо занимался какими-то своими делами в сарайчике. Либер решил ознакомиться и с этим небольшим сооружением, ведь до сих пор ещё он там не побывал. Сарайчик оказался лабораторией Бильбо. Инженер углубился в свою работу и даже не заметил, как вошёл племянник. «Странный народ эти учёные» – с улыбкой подумал Либер и пошёл бродить по городку.

Глава 18

Наконец настало долгожданное воскресенье. День концерта классической музыки в местном театре. Либер никогда не был на подобных мероприятиях и даже понятия не имел, что такое классическая музыка. Он несколько раз просил дядю дать ему послушать что-нибудь из классики, но упрямый старик специально не давал. Бильбо хотел, чтоб знакомство племянника с Моцартом, Вивальди и другими великими композиторами в истории человечества произошло там на концерте, так сказать, вживую.

За эти несколько дней Либер освоился в городке. Он помогал дяде в лаборатории и в огороде, а благодаря своим инженерным навыкам, даже местному населению пару раз оказался полезным. Чаще всего местные испытывали проблемы из-за перебоев энергии. Основным источником энергии в городке были ветряные и солнечные батареи, которые иногда выходили из строя. В таких случаях люди обращались к главному энергетику городка, гению инженерной мысли дяде Бонуму. Однажды инженер Бонум взял с собой молодого напарника Либера, а во второй раз доверил разобраться ему самостоятельно. Надо отметить, что племянник оправдал доверие любимого дяди. Также местный народ приносил дяде на ремонт различную аппаратуру, в таких случаях Либер и учился и помогал. Ему очень нравилась такая работа. Он придумывал как решить ту или иную техническую проблему и пару раз находил даже более изящные решения чем сам гениальный Бильбо.

– Раньше мне не приходилось применять творческий подход к решению технических задач, – признался как-то Либер дяде, – На заводе ты просто следуешь инструкции, руки выполняют одни и те же действия абсолютно машинально, мозг даже не напрягается при этом. Честно говоря, я даже не думал, когда работал на заводе, ведь там всё уже продумано за тебя, остаётся только работать.

– Вот видишь, как только ты перестал работать у тебя начала работать голова, – полушутливо полусерьёзно ответил Бильбо, – Когда человеку с рождения внушают, что он тупица, то он и не хочет задействовать свой мозг, превращаясь таким образом просто в бездумную исполнительную рабочую силу.

Но в сегодняшний воскресный день никто даже не помышлял о какой-либо работе. Все с нетерпением ждали концерта. Лоран и Бильбо обожали классическую музыку, а Либер просто сгорал от любопытства. Ну и, безусловно, все трое хотели услышать эту таинственную девушку, голос которой заворожил юного члена замечательного гениального трио. А ещё в это утро Лоран отправился к Индейцу, попросить его устроить встречу с Цыганом.

Вечером Либер и Бильбо стояли возле дверей театра и ждали возвращения доктора, чтобы уже вместе посетить долгожданное мероприятие.

– Ну, где же он, – нервничал Либер, – Скоро уже начнётся концерт.

– Успокойся, мой юный друг, – улыбнулся Бильбо, – От того, что ты торопишься, планета быстрее вертеться не станет. И запомни, опаздывают как правило те, кто торопится. Знай ты Лорана так же хорошо, как и я, то был бы так же спокоен.

Но в отличии от Бильбо, невозмутимо стоявшего и отвешивающего любезные приветствия всем проходящим, Либер не мог побороть свою нервозность и продолжал мерить шагами пространство возле театра. Наконец-то из-за угла появился силуэт доктора.

– Мы уже заждались тебя, – всё продолжал улыбаться Бильбо, – Наш юный друг весь извёлся.

– Прошу прощения за задержку, – улыбнулся Лоран в ответ.

– Ну как съездил? – поинтересовался дядя.

– Весьма успешно. Повидался с Индейцем, не стал ему говорить про вас, просто попросил о встрече с Баро. Цыган прибудет в субботу и неделю пробудет за стенами Мегаполиса.

– А что Индеец? Он согласился организовать встречу? – Бильбо уже не терпелось повидаться со старыми друзьями.

– Ну, ты же знаешь Индейца. И не отказал, и не согласился. Сказал, чтоб я ступал с миром.

– Значит, поможет, – улыбнулся Бильбо.

– Ну что пойдём уже? – Либеру не терпелось попасть поскорее на концерт, он не хотел пропустить ни секунды этого представления.

– Да, уже пора, пойдёмте, – согласился дядя и трое друзей зашли в театр.

У дверей их встретила та самая ворчливая старуха, которая прогнала их в тот раз. Но сегодня она была любезна и дружелюбна. Для многоуважаемых в городке достопочтенных доктора Лорана и инженера Бонума, а также их гостя старушка предусмотрительно оставила три места в самом первом ряду. Поблагодарив старушку за заботу, все трое заняли свои места в зале. Либер сел посередине, справа от него расположился доктор Лоран, а слева любимый дядюшка. Невысокая сцена возвышалась над полом примерно на полметра и находилась в двух-трёх шагах от первого ряда. В углу сцены стояло фортепиано. Теперь уже Либер знал, что это за инструмент, дядя с доктором немного просветили его в этом плане. Зрителей оказалось очень много, здесь собралось практически всё население городка, пусть и не большой зал местного театра был забит до отказа. Вскоре свет в зале потух, и театр на несколько секунду погрузился в темноту и полную тишину. Либер замер словно ребёнок в ожидании чуда, он даже слышал, как колотится его собственное сердце. Он не знал, что будет происходить на сцене, и даже не пытался этого угадать, а просто сидел в предвкушении чего-то грандиозного. Наконец загорелся свет на сцене и появился конферансье. Мужчина с тоненькими усами, длинными бакенбардами и зализанными назад волосами был одет в чёрный смокинг. Либеру образ конферансье показался нелепым и смешным.

– Дамы и господа! – обратился конферансье к залу, – Сегодня в нашем театре состоится концерт классической музыки! – произнёс он торжественно и весь зал зааплодировал, – В этот замечательный вечер здесь на этой сцене будут выступать музыканты из нашего городка, а также близлежащих деревень, расположенных вокруг Мегаполиса. Мы услышим композиции Моцарта, Бетховена, Чайковского, Вивальди, Штрауса и многих других музыкальных гениев! Не хочу томить вас долгими речами. С вашего позволения мы начинаем наш концерт!

Снова раздались бурные аплодисменты, конферансье раскланялся и ушёл. На сцене появились несколько человек, и у каждого в руках был какой-то инструмент. Они поклонились залу и начали играть. С первых же нот молодой неискушенный зритель был поглощён музыкой. Это была композиция «Времена года. Лето» Вивальди. Затем звучало множество других шедевров мировой музыки. Либер всем своим телом и душой чувствовал музыку, каждую вибрацию. Он и не представлял, что музыка способна вызывать столько чувств и эмоций. Уже потом дядя объяснил ему, что в руках у музыкантов были скрипка, виолончель, контрабас, флейта, саксофон и множество других музыкальных инструментов. Либер видел и слышал их впервые. Скудный набор звуков, который выдавали за современную музыку в Мегаполисе, не шла ни в какое сравнение с тем, что он слышал сейчас. Он сидел поглощённый сценой и не просто слушал, в эти мгновения он жил в этих звуках. Либер даже забыл о девушке, ради которой, собственно, и пришёл сюда. Прошло около двух часов с начала концерта, когда конферансье объявил:

– Франц Шуберт «Третья песня Эллен». Исполняет гостья нашего городка Мария! – в этот момент на сцену вышла девушка в ослепительно белом вечернем платье и поклонилась залу, – Аккомпанирует многоуважаемая артистка нашего театра – Ирина!

Женщина, сидевшая за фортепиано, встала и кивнула головой. Зал зааплодировал, но как только Ирина заняла своё место за фортепиано все тут же стихли. Конферансье покинул сцену, и снова зазвучала музыка.

– Мария… – тихо повторил Либер узнав девушку на сцене.

Он как завороженный слушал пение девушки. Да! Это она! Это её голос он слышал в своих снах. Теперь уже точно не оставалось никаких сомнений. Либер погрузился в эйфорическую медитацию. Он словно оказался в своих снах, перед глазами возникали картины могучего леса, бурлящей реки, невероятного многообразия растительного мира. Даже под кайфом ему никогда не приходилось испытывать ничего подобного. Когда песня закончилась, женщина за фортепиано встала, подошла к певице и взяла её за руку. Уже вместе они сделали шаг в сторону зрителей и поклонились. Зал взорвался аплодисментами, но Либер никого не слышал и не видел. Он ещё долго не мог прийти в себя. Всё его внимание приковала девушка на сцене. Она обворожительно улыбалась и в своём белоснежном наряде была больше похожа на ангела. Длинные чёрные волосы спускались на её платье как ночь, а её небесные глаза виделись Либеру как путеводные звёзды в его наполненной мраком жизни.

– Не узнаешь лица? – прошептал на ухо дядя, который в отличие от племянника не терял ясности мышления.

– Лица не узнаю, но голос явно тот самый, – так же тихо отвечал ему Либер, зачарованно не отводя глаз от девушки, – Она прекрасна! – не мог он скрыть своего восхищения.

– Да, – согласился Бильбо, – Она похожа на скандинавскую богиню.

– Ты прав, она действительно напоминает кого-то из скандинавской мифологии, – услышав их разговор, добавил доктор Лоран.

Под бурные аплодисменты Мария и Ирина покинули сцену. Концерт длился ещё почти час после этого. Либер наслаждался музыкой, но его мысли не покидал образ Марии. После концерта друзья вышли на улицу, было уже совсем темно.

– Ну как тебе? – поинтересовался Бильбо у племянника.

– Это… – Либер не мог подобрать слов, чтобы выразить своё восхищение, и только восторженно махал руками что-то пытаясь изобразить в воздухе, – Это бесподобно! – выпалил он, наконец.

– Живой концерт всегда оставляет неизгладимое впечатление, – с восторгом произнёс доктор.

– Действительно красиво, – согласился Бильбо.

– Ну, так как? Пойдём домой или же заглянем к Ирине? – поинтересовался Лоран.

– Нанести визит сейчас будет наверно не совсем уместно, – предположил дядя.

– Ну да, у артистов сейчас ещё банкет будет, – согласился доктор, – я её завтра навещу.

– Отличная идея! – поддержал друга Бильбо и все трое пошли домой спать.

Пережитое в этот вечер не отпускало Либера до самого утра. Он то засыпал, то просыпался. Всю ночь в его ушах играла эта бесподобная музыка, а в кромешной тьме ночи он не переставал видеть образ поющей девушки. Даже во сне ангельское создание не покидало его рассудок. На следующее утро доктор Лоран решил прогуляться по городку, а заодно навестить Ирину и разузнать у неё о загадочной Марии. Несмотря на то, что Либеру сегодня толком даже не удалось поспать, он чувствовал себя даже слишком бодро и поспешил изъявить желание составить доктору компанию. Лоран возражать не стал. Они прошли до центральной площади, где доктор решил посетить для начала игровой клуб. Либеру не терпелось поскорее дойти до Ирины, и там он надеялся встретиться со «скандинавской богиней», но возражать доктору не стал. Они зашли в клуб, где доктор Лоран сыграл с каким-то мужчиной партию в шахматы. Играли они больше часа, но доктор в итоге выиграл. Лоран был очень искусным шахматистом и вообще почти никогда не проигрывал. Поставив мат своему оппоненту, доктор вместе со своим спутником покинули клуб. Дом Ирины оказался совсем не далеко от театра. Она копошилась на грядке в своём огороде, который был ограждён невысоким, примерно по пояс, забором. Доктор подошёл к заборчику.

– Доброе утро, Ирина!

– Доброе утро, доктор Лоран! – Ирина выпрямилась и подошла к доктору.

Стоявшая по ту сторону забора женщина напоминала Либеру Марию, только гораздо старше. Такие же черные длинные волосы, но местами уже тронутые сединой, такие же голубые глаза, но уже с небольшими еле заметными морщинками вокруг. Либер решил, что она примерно одного возраста с доктором, возможно чуть моложе.

– Видела вас вчера на концерте. Вам понравилось? – женщина кокетливо улыбнулась.

– Не то слово! – восхитился Лоран, – Очень понравилось!

– А Вашему юному другу? – она обратила свой взор на Либера.

– О, да! – поспешил ответить Либер, – Это было потрясающе!

– Не могу спорить с вами. Это действительно было потрясающе, – согласилась Ирина.

– Честно говоря, я надеялся услышать и Ваш бесподобный голос, – не упустил момента сделать комплимент Лоран.

– О, не льстите мне, Лоран, – сделала вид, что засмущалась актриса, – Я уже далеко не молода и голос уже совсем не тот.

– А по мне Вы ещё фору дадите молодым актрисам, – Лоран и Ирина дружно рассмеялись.

Либеру показалось, что они флиртуют друг с другом, своим поведением напоминая двух подростков. Однако представители более старшего поколения словно и не замечали молодого спутника доктора и продолжали в том же духе. Наконец доктор задал вопрос, который не давал покоя Либеру.

– А где Ваша юная ученица? С которой Вы вчера выступали. Честно признаюсь, я был поражен этим ангельским созданием.

– Ах, Лоран, Лоран… – протянула актриса и хитро прищурилась, – Засматриваетесь на юных девушек, старый прохиндей? – спросила она с укоризной, после чего рассмеялась.

– Ну что Вы, дорогая Ирина, – вместе с ней смеялся доктор, – Как я могу засматриваться на кого-то кроме Вас!

– И всё же Вы льстец, доктор Лоран, – заулыбалась Ирина, ей было приятно внимание такого импозантного и многоуважаемого мужчины как доктор Лоран.

А вот Либер тем временем уже не просто нервничал, а уже начинал злиться, слушая бесконечный обмен любезностями доктора и актрисы, но будучи воспитанным молодым человеком, он не подавал виду, терпеливо ожидая и переминаясь с ноги на ногу.

– И всё-таки Вы же не станете возражать, если я и мой друг, – наконец они вспомнили про Либера, – Пригласим Вас и Вашу юную спутницу на ужин?

– Ох, меня терзают сомнения, что Вы явились ко мне только ради того, чтобы организовать свидание своему юному другу, – она изобразила на лице обиду и разочарование.

– Скажу Вам откровенно, – доктор нагнулся к ней поближе и продолжил уже чуть тише словно делясь страшным секретом, – Я пришёл сюда, чтобы организовать свидание себе, прикрываясь своим юным другом.

Тут они вдвоём снова рассмеялись, Либер же стоял чуть в стороне, как будто он вовсе не при чём.

– Я очень хотела бы ответить Вам согласием на Ваше интригующее предложение, уважаемый доктор Лоран, но, к сожалению, Мария уже покинула наш городок.

– Как покинула? Когда? – в отчаянии воскликнул Либер, всё это время терпеливо хранящий молчание.

– Молодой человек! – Ирина посмотрела на него с упрёком широко раскрытыми глазами, – Где Ваши манеры? Будьте скромнее! Никак Вы влюбились, но не стоит так демонстративно показывать свои чувства, – нравоучительно произнесла она, с нотками обиды и возмущения в голосе.

– Она права, Либер. Это было неучтиво, не мешало бы быть сдержаннее, – поддержал её доктор, сурово глядя на парня.

Либер чувствовал себя как ребёнок, которого взрослые отчитывают за шалость или неподобающее поведение. Ему была неприятна эта ситуация, но он решил промолчать и терпеливо дождаться окончания этого разговора.

– Знаете что, доктор Лоран, – произнесла она уже серьёзно, – Похоже, нам пора заняться своими делами. Мне своими цветами, – она кивнула в сторону своих клумб и грядок, – А Вам воспитанием Вашего юного друга, – тут она посмотрела на Либера как строгая учительница.

Либеру порядком поднадоели уколы в его сторону, и он хотел было уже что-то возразить, но мудрый доктор опередил его.

– Простите его великодушно, дорогая Ирина, он просто ещё очень молод и горяч, – виновато улыбнулся Лоран, – Но может мы могли бы посидеть за шахматной доской вечером в клубе?

– О, доктор Лоран! – актриса демонстративно закатила глаза, – Вас невозможно обыграть! Но мне приятна Ваша компания, – тут она заулыбалась глядя на доктора, не скрывая своих симпатий к нему, – Ради этого я даже готова заранее смириться с поражением. И я с удовольствием приму Ваше предложение. До вечера, доктор Лоран! – Ирина развернулась, помахав ручкой на прощание, и пошла к своим цветам.

– До встречи, Ирина, хорошего Вам дня, – крикнул ей вслед доктор.

– И Вам того же, – ответила Ирина не оборачиваясь, но Лоран был уверен, что в этот момент она улыбалась.

Лоран и Либер направились домой.

– И что теперь? – тихо спросил Либер.

– Терпение, мой юный друг, терпение… – доктор так сиял от счастья, что даже второй его глаз теперь прищурился от удовольствия.

Вечером Лоран ушёл на свидание с актрисой в клуб, оставив дядю и племянника наедине. Каждый вечер Бильбо учил своего племянника различным настольным играм. В этот вечер они играли в нарды. Сыграв несколько партий, Бильбо решил не дожидаться возвращения друга и лёг спать. А вот Либеру спать совершенно не хотелось, он продолжал сидеть на полу и витал в своих мыслях и мечтах.

– Удивительный у вас городок, дядя Бильбо, – обратился Либер к дяде, который уже лёг в кровать, – Дома, огороды у каждого свои… Даже театр есть! И люди такие вежливые и счастливые ходят, что-то строят, придумывают, сочиняют… На музыкальных инструментах играют… А ведь это такие же люди, всё создают своими силами! – восхитился он местными жителями.

– Ну а ты что думал, – зевая отвечал Бильбо, – Убежать из Мегаполиса недостаточно чтобы обрести свободу. Настоящие оковы они в голове, вот от них надо избавиться. Здешние люди свободны, поэтому и создают. Даже уничтожив Мегаполисы не обрести их жителям свободы. Пойми, путь к освобождению не крушить, а созидать…

Либер ждал продолжения, но его не последовало, Бильбо уже забылся сладким сном. Посидев на полу ещё какое-то время Либер встал и прошёл на кухню. Он не мог уснуть и с нетерпением ждал возвращения доктора. Наконец отворилась дверь, и на пороге показался долгожданный Лоран.

– О, ты не спишь! – приветствовал он Либера.

– Не спится, – честно признался парень.

– Я бы рекомендовал тебе хорошенько выспаться. Завтра мы приглашены на ужин к Ирине.

– А Мария? – Либер вскочил с места от возбуждения.

– И она там будет, но веди себя сдержаннее, – упрекнул доктор.

– Да, конечно, – Либер не посмел ему перечить.

Друзья улеглись спать. Чувства переполняли Либера, и он ещё полночи не мог заснуть. Его сердце бешено колотилось в предвкушении, пожалуй, самой важной встречи в его, до недавнего казавшейся скучной и однообразной, жизни. Как бы он не старался успокоиться и заснуть, у него получалось лишь ворочаться из стороны в сторону, пока, наконец, усталость и убаюкивающее спокойствие ночи не унесли его сознание в блаженное царство Морфея. На следующий утро он проснулся очень рано и весь день не находил себе места. Пытаясь придумать, чем занять себя он ходил из угла в угол, но всё было тщетно, руки не слушались, а мысли не концентрировались на деле. Бильбо, естественно, заметил перевозбужденное состояние племянника.

– Лоран, – обратился он к другу, когда все трое сидели за обеденным столом, – Не очень хорошо будет, если он так же будет дергаться за ужином, – мотнул головой он в сторону племянника.

– Совсем не хорошо, – поддержал друга Лоран.

– Я не буду… – попытался было уверенно возразить Либер, но его голос предательски задрожал.

– И не будешь, – Бильбо уставился на племянника хитрым взглядом.

– Думаешь, нам понадобится успокоительное? – совершенно серьёзно и спокойно спросил доктор, словно собирался выписать рецепт больному.

– Я бы сказал самое мощное успокоительное, – подытожил дядя.

Вечером, когда доктор и Либер стали собираться в гости к дамам, Бильбо достал из шкафа деревянную шкатулку и, бережно держа её в руке, обратился к племяннику:

– Это, конечно, не Лонгботтомское курительное зелье, но всё же лучшая трава во всей округе. Мы храним её только для особых случаев! – словно подчёркивая важность своих слов Бильбо поднял указательный палец вверх.

Видимо сегодня был именно такой случай. Уже после одной большой затяжки Либер решил, что ему уже вполне достаточно. Но дядя настаивал и Либер ещё пару раз слабенько затянулся. Друзья накурились и все трое вышли на улицу. Бильбо проводил своих друзей до центральной площади, там он решил остаться в игровом клубе. Лоран и Либер пошли на ужин. После «успокоительного» дядюшки Бильбо парень уже нисколько не волновался. Он шёл спокойный и весёлый. Они дошли до дома Ирины, доктор вошёл первым, Либер проследовал за ним. Дамы их уже ждали. Обе они были в великолепных длинных вечерних платьях, стол был красиво сервирован, всё было готово к ужину. На пороге их встретила Ирина в огненно-красном платье. Пройдя на кухню, они увидели Марию. Девушка скромно улыбнулась, приветствуя гостей. В своём жёлтом платье она была похожа на луч Солнца. «Скандинавская богиня!» – восхитился про себя Либер. Он даже не знал, что это означает и как должна выглядеть скандинавская богиня, и какая именно богиня. Просто ему безумно понравилось это словосочетание, услышанное в театре от своих более мудрых друзей, и теперь в его понимании любая скандинавская богиня, хотя Либер даже не задумывался, что их может быть несколько, выглядит именно так как луноликая Мария.

– Ну что же, – улыбнулась Ирина, – Это моя племянница и ученица Мария, – представила она девушку гостям, – А это светило медицины многоуважаемый доктор Лоран и его юный друг Либер.

– Полно Вам, Ирина, – заулыбался Лоран, – не заставляйте меня смущаться перед молодёжью.

Либер и Мария пожали друг другу руки, смущённо пробормотав при этом что-то вроде «очень приятно».

– А откуда Вы к нам приехали, о, прекрасная Мария? – в этот раз доктор решил сразу перейти к основной проблеме.

– Доктор Лоран! – не дала ответить племяннице Ирина, – Она приехала ко мне! Разве этого знать недостаточно?

– Конечно, достаточно, – улыбнулся Лоран, но было понятно, что он не удовлетворился ответом.

– Прошу всех к столу, ужин стынет! – пригласила хозяйка.

За ужином в основном говорили Лоран и Ирина. Как и вчерашним утром, они так же любезничали друг с другом. Иногда они вспоминали, что за столом их четверо, а не двое и задавали какие-нибудь вопросы то Марии, то Либеру. Все разговоры за столом шли исключительно об искусстве, в чём Либер, можно сказать, совсем не разбирался. Но ему было интересно слушать, хотя больше внимания он уделял еде, после «успокоительного» от Бильбо не на шутку разыгрался аппетит. Всё было очень вкусно и аппетитно. Либер не переставал открывать для себя новые вкусы. Но если бы вы спросили его, что в тот вечер подавали на ужин, он бы ни за что этого не вспомнил. Возможно, причиной тому было «зелье Бильбо», а может из-за того, что все мысли молодого человека были заняты только этой девушкой из сна.

– Может, продолжим этот замечательный вечер за какой-нибудь игрой? – предложила хозяйка после ужина, – Доктор Лоран, предложите игру на четверых, ведь Вы большой знаток настольных игр.

– Простите, – вмешался в разговор Либер, – Но я очень поверхностно знаком с настольными играми.

– А я, можно сказать, совсем не знакома, – заговорила Мария, – Я бы предпочла свежий воздух.

– Знаете, Ирина, – тут же взял инициативу доктор Лоран, – Бонум передал Вам небольшой подарок, – он достал из кармана небольшой кусочек бумаги, аккуратно сложенный конвертиком, – Я бы с удовольствием оценил его вместе с Вами, а затем можем покидать в карты… – доктор сделал паузу, устремив взгляд на хозяйку.

– Продолжайте, Лоран, мне нравится ход Ваших мыслей, – заулыбалась Ирина.

– А молодые пусть погуляют по ночному городку. Для них будет полезно прогуляться на свежем воздухе.

– Как ты на это смотришь, дорогая? – обратилась хозяйка к племяннице. Конечно, ей понравилось предложение Лорана, но не спросить мнение своей гостьи она не могла.

– Ну, если мистер Либер не против… – замялась она.

– Конечно же не против, – тут же отозвался Либер.

– Молодой человек! – Обратилась актриса к Либеру, – Вы гарантируете безопасность этой очаровательной особы? В нашем городке не особо жалуют гостей, – она с вызовом посмотрела на него.

– Можете не волноваться… – начал было Либер, но его тут же перебил доктор.

– Ирина! Рядом с Либером Мария может чувствовать себя в полной безопасности. Я ручаюсь за репутацию этого парня, – уверенно заявил он.

– Ну, тогда я спокойна, – заулыбалась Ирина.

Молодые вышли на улицу и прогулочным шагом направились в сторону центральной площади, но обойдя её, пошли гулять по улицам городка.

– А что за бумажка была у мистера Лорана? – поинтересовалась Мария у своего спутника.

– Какое-нибудь зелье, он же доктор, – решил пошутить Либер и улыбнулся, взглянув в небесные глаза Марии, – Вообще Лоран часто говорит о непонятных мне вещах.

– Тётя Ирина тоже, – поддержала девушка, и они звонко рассмеялись.

– А Вы давно уже проживаете здесь? В городке, – поинтересовалась Мария.

– О, нет, – заулыбался парень, – Совсем недавно. А Вы часто здесь гостите?

– К сожалению, совсем не так часто, как хотелось бы, – призналась она, тяжело вздохнув.

– Красивое у Вас имя, Мария! – не мог скрыть своего восхищения Либер, – Я никогда раньше не слышал такого. Нетипичное для Мегаполиса имя.

– Спасибо, – смущенно улыбнулась Мария, – Ирина дала мне это имя. А Вы часто бываете в Мегаполисе?

– Я жил там, – Либер грустно посмотрел на собеседницу. В этот момент его охватила тоска по родным, ведь он не знал, как складывается их судьба и мог лишь надеяться, что из-за него никто не пострадал.

– Похожа, эта тема Вам неприятна, – заметила девушка, и её волшебный голос мигом развеял все нехорошие мысли в голове у Либера.

– Но мне приятна Ваша компания, – он посмотрел на девушку и улыбнулся, – Всегда была приятна, – добавил он сам того не понимая, вспомнив в этот момент разговор с Лораном о снах.

– А мы с Вами уже встречались раньше? – Мария была заинтригована.

– Не знаю, – по непонятным причинам он не мог придумать что сказать вразумительного и решил говорить как есть, – Не могу утверждать встречались ли мы раньше, но когда я услышал как Вы поёте, у меня возникло чувство, что я знал Вас всегда, – Либер остановился и пристально посмотрел на Марию, которая вслед за ним тоже остановилась.

– Странное чувство, не правда ли? – она посмотрела ему в глаза, словно пытаясь что-то прочесть в них, – У меня тоже возникло такое чувство, когда на концерте я поймала на себе этот Ваш взгляд, – она не сводила взгляда с глаз Либера, затем резко повернула голову вперёд и продолжила, – Это я попросила тетю пригласить Вас в гости. Хотела убедиться, что не ошиблась, – она тихонько зашагала вперёд, Либер пошёл рядом.

– Не ошиблась? – Либера охватило любопытство.

– Не ошиблась, – уверенно ответила девушка.

– И где же Вы могли меня видеть? – допытывался Либер.

– Наверно там же где и Вы меня, – спокойно отвечала Мария.

Либер остановился и, глядя вслед медленно удаляющейся от него девушки, неуверенно прошептал:

– Во сне?

– Вы видели меня во сне? – кокетливо заулыбалась Мария, слегка повернув голову в сторону немного отставшего собеседника, но Либер этого не заметил.

Он пару секунд постоял на месте, собираясь с мыслями, затем рванул с места и буквально в несколько шагов догнал девушку.

– Я не уверен, – начал судорожно подбирать слова взбудораженный Либер, но быстро собрался с мыслями и продолжил уже более-менее спокойно, – Хотя нет, абсолютно уверен. Я узнал Ваш голос, я часто слышу его во сне.

– Вы либо разыгрываете меня, либо Вы просто безумец, – засмеялась Мария.

– Но Вы же тоже… – Либер уже не знал что говорить, чтоб не показаться ещё большим безумцем.

– Да, я тоже, – неожиданно подтвердила Мария, – Это невероятно, правда? Может мы оба сошли с ума или всё же это судьба? – она вопросительно посмотрела на своего спутника.

– Я не верю в судьбу, но верю, что наша встреча далеко не просто совпадение.

– Вам не приходило в голову, что мы находимся внутри компьютерной программы? Нами ловко манипулируют, а сны являются системой контроля. Через сны нам внушают то, во что мы должны верить.

Предположение не было лишено логики, как показалось Либеру.

– А может не программа, может всё это порождение сознания, – поделился он мыслью.

– Нашего сознания?

– Не обязательно. Может быть и нашего, а может несколько разумов создают всё это коллективно. Или же… – Либер замолчал, что-то безумное пришло ему в голову.

Склонный к фантазёрству Либер сейчас вспомнил рассказ Бильбо, и за долю секунды в его голове родилась новая теория. Что если кому-то уже удалось сделать задуманное Бильбо и Тёмной Королевой или же их эксперимент породил альтернативные реальности… Тогда они могут существовать в нескольких мирах одновременно!

– Или же что? – Мария была заинтригована необычными мыслями своего нового знакомого.

– Как Вы считаете, возможно ли воссоединить природный разум и искусственный?

– Вы имеете в виду подключить человеческий мозг к компьютеру?

– Не просто подключить, а объединить два вида интеллекта, симбиоз… – Либеру казалось, что сейчас он близок к разгадке тайны мироздания.

– Я слышала, что какой-то безумный гений предпринимал попытки, но они не увенчались успехом.

– Где Вы такое слышали? – поразился Либер, но, не дав ей ответить, продолжил, – А что если ему это удалось?

– У Вас бурная фантазия! – рассмеялась девушка, – Вы не думали стать учёным?

– Учёным? – усмехнулся Либер, – А почему мы продолжаем общаться как Лоран с Ириной? – внезапно поменял он тему разговора.

– Вас тоже это немного раздражает? – улыбнулась девушка.

– Очень, – признался Либер, и они дружно рассмеялись.

Они прогуляли до самого утра, даже не заметив, как пролетело время. Говорили они обо всём на свете, казалось эти двое и в самом деле знали другу друга всю жизнь.

– Сегодня мне надо уже уехать, – грустно произнесла Мария, когда они подошли к дому её тети.

– Но почему уже сегодня? – расстроился Либер, он не хотел, чтоб эти мгновения заканчивались.

– Моё время не принадлежит мне. Я завидую тёте Ирине. Хотела бы я, как и она посвятить себя искусству, но не могу, так как нахожусь в рабстве… – по щекам её скатилась слеза.

– В каком рабстве? – не понимал Либер, а сердце его сжималось от боли, ему было невыносимо трудно видеть страдания в этих прекрасных глазах.

– В рабстве у Мегаполиса, – она вытерла глаза и улыбнулась, – Надеюсь, мы ещё увидимся когда-нибудь.

– И как можно скорее, – выразил надежду Либер.

Он смотрел в её глаза и, хотя звёзды на небесном своде уже скрылись, ему казалось, что два небесных огонька ещё остались. Либер взял девушку за руку, легонько пожал её, а после нежно поцеловал её в губы.

– До встречи, Мария…

– До встречи, Либер… – прошептала Мария в ответ и скрылась за дверью.

Либер побрёл устало домой и не мог разобраться в себе, в своих чувствах. У него были женщины, но ничего подобного он не испытывал. Что это? Любовь? Возможно… Либер не мог ответить на этот вопрос. Но одно он знал точно! Сегодня он прикоснулся к мечтам своим! Сон превратился в быль.

Подходя к дому Либер увидел дядю и доктора, они ждали его сидя на крылечке.

– Ну, что расскажешь? – взбодрился Бильбо, увидев племянника.

– Она тоже видела меня в своих снах, – ответил счастливый Либер и открыл входную дверь.

– И всё? – любопытство Бильбо и Лорана явно не было удовлетворено, они сердито смотрели на Либера.

– И всё, – улыбался парень.

– Ты должен был узнать как можно больше информации о ней! – негодовал Лоран.

– Я узнал всё, что мне было нужно, – продолжал глупо улыбаться Либер и вошёл в дом.

Лоран и Бильбо разочарованно посмотрели друг на друга, но тут дверь снова открылась и оттуда высунулась голова Либера.

– Ах, да, она живёт в Мегаполисе, – голова парня снова исчезла и дверь закрылась.

– И что нам это даёт? – обратился Лоран к Бильбо, пытаясь как-то применить полученную скудную информацию.

– Не знаю, – пожал тот плечами, – Ну хоть какая-то информация…

Глава 19

Друзья больше не возвращались к разговорам о Марии и снах. Дядя Бильбо и доктор Лоран занимались своими делами, Либер помогал им по хозяйству. За то время, что Либер гостил здесь, он пристрастился к чтению. У Бильбо была огромная библиотека в электронном виде, которую подарила ему Тёмная Королева. В эти дни часто можно было увидеть Либера с планшетом в руках. Он зачитывался произведениями авторов древности. Ему нравилось читать книги Кропоткина, Кастанеды, а из художественной литературы он предпочитал Толкина, с которым был знаком с детства, благодаря дяде. Иногда юный мечтатель отрывался от чтения и погружался в свои мысли. Он думал о родителях, Анне, Фрате. Его беспокоила судьба жителей Мегаполиса, которых он жалел и ненавидел одновременно. И, безусловно, его мысли занимала Мария. Он не мог о ней не думать. Порой Либер просто мечтал, как они живут с ней здесь в городке, у них маленький уютный домик, а по соседству живут Фрат и Анна со своими семьями. Иногда он представлял, что все они жители того самого живописного места из его снов. Но всё это были лишь мечты. Между ним и дорогими ему людьми стояла, изолирующая друг от друга два разных мира, стена Мегаполиса, из-за которой не приходило никаких вестей. Не приходило до самого воскресенья. В это воскресное утро Либер, позавтракав в компании своих друзей, вышел на крыльцо и, поудобнее устроившись на лавочке, читал. К дому подъехал тот самый внедорожник, который привёз его сюда.

– Привет, бродяга! – поприветствовал его как всегда жизнерадостный Кучер.

– Доброе утро! – улыбнулся Либер и отложил планшет в сторону.

Кучер спрыгнул с электромобиля и присел на скамейку рядом с Либером.

– Выглядишь гораздо лучше!

– Спасибо, – Либер пытался понять по выражению лица собеседника причину его появления.

– В последнюю нашу встречу я думал, что тебе уже конец, – засмеялся Кучер.

– Да уж, – согласился Либер, но ему это не показалось смешным, – К счастью доктор Лоран оказался рядом.

– А он дома? – резко сменил тему разговора водитель внедорожника.

– Да. Позвать его?

– Пусть собирается, я за ним приехал.

– Кто-то заболел?

– Слава Богу, нет, – вновь рассмеялся парень, – Меня Индеец прислал, сказал, что сегодня встреча старых друзей.

– Сейчас я ему передам, – Либер вскочил со скамейки, наконец-то смекнув зачем приехал Кучер.

– Я всё прекрасно слышал, – раздался голос доктора Лорана из открытого окна, возле которого он сидел, – Привет, Кучер, – доктор высунул голову из окна.

– Здравствуйте, доктор Лоран!

– Сейчас я найду Бонума, и мы будем готовы ехать. А Вы молодой человек, – тут он обращался к Либеру, – Могли бы проявить гостеприимство и угостить путника чаем.

– Конечно, – Либер в душе разозлился сам на себя, что не додумался до элементарного сам, – Пойдём в дом, – предложил он гостю.

– О, нет, спасибо, – отказался Кучер и замотал головой, – Я бы не отказался просто от воды. Жарко очень…

Либер поспешил удовлетворить просьбу гостя и вынес ему воды в ковшике.

– Благодарю, – протянул парень пустую тару, залпом опустошив её содержимое.

– Как поживает Гном? – поинтересовался Либер, принимая ковшик из рук гостя.

– Да всё так же наводит ужас на всю округу, – рассмеялся Кучер.

– Собирайся, Либер, ты едешь с нами, – прервал их беседу голос доктора из окна.

– Я мигом, – бросил Либер водителю и забежал в дом.

Через несколько минут внедорожник уже на всех порах мчался в сторону деревушки на отшибе которой стояла хижина Индейца. Доктор Лоран сидел впереди рядом с водителем, а Бильбо с племянником разместились на заднем сидении. Кучер высадил своих пассажиров возле хижины Индейца и не задерживаясь умчался прочь. Друзья обошли домик и оказались во внутреннем дворе. На крыльце сидели двое мужчин, к ним и направились вновь прибывшие гости. Это были Индеец и Цыган. Первым гостей заметил хозяин хижины и не смог скрыть своего удивления. При виде трёх мужчин трубка застыла в руках Индейца, а рот широко раскрылся. Наконец он выдавил из себя:

– Бильбо…

– Бильбо? – недоверчиво переспросил Баро и посмотрел на Индейца. Затем он медленно перевёл взгляд в сторону, куда смотрел Джо. Теперь он тоже увидел как к крыльцу приближаются трое мужчин и, узнав всех троих, радостно воскликнул, – Бильбо! Это Бильбо!

– Да я это, я. Чего же так кричать, – улыбался Бильбо в ответ.

Баро подбежал к своему старому другу и крепко обнял его.

– Сколько лет, Бильбо! – радовался он.

– Да уж немало, – согласился Бильбо.

– Я знал, что ты жив, невероятный Бильбо, – Индеец тоже подошёл к старому другу и похлопал его по плечу.

– Невероятный Джо! – ответил ему дядя и крепко обнял.

– Почему я столько лет ничего о тебе не слышал? – недовольно спросил Джо.

– Ты наверняка слышал об инженере Бонуме из городка, – вмешался в разговор Лоран.

– Так это ты и есть? – Индеец недоверчиво посмотрел на Бильбо, но тот лишь улыбался, – Не сказать, что я не догадывался… Ах, ты прохвост, мог бы и навещать изредка старого друга.

– Ну, извини, Джо, обстоятельства… – начал было оправдываться Бильбо, но Индеец его тут же оборвал.

– Хватит! – он резко поднял вверх левую руку, затем улыбнулся, медленно опустил её и в свойственной ему манере неторопливо продолжил, – Сегодня мы будем пробовать мой новый сорт. Название я ему ещё не придумал, но… – тут он замолчал, и его лицо снова перестало проявлять эмоции, – Надеюсь, трубка-то у вас есть?

– Конечно, Джо! – улыбнулся Бильбо, – Та самая трубка, которую ты подарил мне, – он достал из кармана трубку, чтобы показать.

– Убери пока, – резко оборвал его Индеец, – Сначала приготовим поесть.

– Ты всё-таки нашёл его, – обратился Баро к Либеру.

– И так же видно, что нашел, – грубо оборвал его Джо, – Займись костром, Баро. Вы трое займитесь обедом, а я займусь зельем. Поедим, покурим, а потом о делах поговорим.

Все единодушно поддержали хозяина и взялись за дело. Баро развёл костёр, Бильбо, Лоран и Либер принялись за готовку обеда. Ну а Джо пошёл к своим кустам. Недалеко от его хижины было озеро, на берегу которого Джо выращивал различные сорта конопли. Зная суровый нрав Индейца, никто в округе не осмеливался их трогать.

Над костром уже висел котел и оттуда шел приятный аромат, когда появился Джо и положил возле костра мешок.

– Не многовато ли? – Баро догадался, что в мешке урожай Индейца.

– Это не для курева, – серьёзно отвечал Джо, – Баро, после обеда сходишь в деревню за молоком, будем варить.

Все поняли, что собирался варить Джо. Все, кроме недостаточно опытного в таких делах Либера.

– Что будем варить? – спросил он шепотом дядю, чтобы не показаться глупым перед остальными.

– О! – Бильбо загадочно улыбнулся, – Узнаешь, когда попробуешь.

День был прекрасный. Солнце озаряло и согревало всё вокруг. Казалось, сегодня его лучи проходят всюду. Всё вокруг цвело и зеленело. Пьянящее благоухание цветущих растений вводило разум в блаженное состояние. Хоть Либеру и не терпелось поскорее обо всём расспросить Цыгана, он вёл себя сдержанно, просто наслаждаясь днём и приятной компанией. Когда еда была готова, Бильбо пригласил всех обедать и стал накладывать свою фирменную похлёбку по тарелкам. Запах из котелка в совокупности с ароматом трав заставлял слюну невольно выделяться, а для пущего эффекта Бильбо посыпал сверху каждую порцию мелко шинкованной зеленью. С тех пор как Либер оказался за городом, он часто ел на природе и находил в этом некое особое удовольствие. Все были голодны и сразу же принялись за еду. Один лишь Джо, прежде чем начать обедать, сначала закопал в золе несколько картофелин, он обожал запечённую в золе картошку. За обедом старые друзья вспоминали весёлые истории из своей бурной молодости. Либер не встревал в разговоры, а только слушал. Ему было очень интересно слушать истории из жизни этих легендарных людей. Да, да! Либер действительно считал каждого из них живой легендой и с восхищением слушал их рассказы. Все без исключения взяли по второй порции похлёбки и когда уже досыта наелись, Бильбо принялся разливать по кружкам отвар из всяческих трав, который он сам же и приготовил. И дядя Бильбо, и Доктор Лоран, и Индеец Джо, и Цыган Баро любили пить вместо чая или кофе травяной отвар. Пока Бильбо разливал, Джо достал из кармана мешочек и аккуратно, раскрыв его, положил на землю.

– Пусть каждый забивает себе сам, – предложил он и принялся набивать свою трубку.

Как известно, Индеец никому не давал свою трубку, поэтому все остальные курили через трубку Бильбо. Дядя отдал трубку Лорану и тот начал набивать её травой из мешочка Индейца. Прежде чем раскурить трубки друзья решили выпить отвару, пока тот горячий. Получив кружку из рук дяди, племянник поднёс её ко рту и в нос ударил приятный запах ромашки, мелиссы и, как показалось Либеру, конопли. После горячего отвара молодой мечтатель почувствовал как всё его тело расслабилось. Индеец и доктор раскурили трубки от угольков из костра, вокруг которого все сидели. Слева от Джо сидел Лоран, а дальше по кругу Бильбо, Баро и Либер. Между Джо и Лораном лежал мешочек с травой. Хорошенько затянувшись, доктор передал трубку Бильбо и так она шла далее по кругу. Джо как всегда сидел с невозмутимым видом и один курил свою трубку. Трубка Бильбо совершала круг за кругом, однако уже после второй затяжки Либер решил больше не курить, так как новый сорт Джо показался ему слишком убийственным. Накурившись, Джо спрятал свою трубку в карман, а трубка Бильбо осталась у доктора. У всех были красные глаза и счастливые улыбки, только лицо Индейца оставалось безмятежным.

– Хороший сорт, – произнёс Джо, глядя на костёр и убирая мешочек с травой, – Сам его впервые пробую. Как будто растил его специально для этого случая, – друзья с улыбками на лицах слушали Индейца, но тот продолжал серьёзным тоном, – Этот куст… Он ждал прихода Бильбо, поэтому я назову этот сорт «Невероятный Бильбо».

Все кроме Джо дружно рассмеялись. Индеец же просто сдержанно улыбнулся, глядя на своих друзей.

– Похоже, к нам идёт ещё один гость, – Джо кивком указал в сторону и снова стал невозмутимо спокойным.

Друзья обернулись, куда указал Индеец, и увидели приближающегося к ним мальчика. Это был Гном.

– Доброго всем дня! – поздоровался со всеми мальчик, подойдя к костру.

Он быстро окинул своим суровым взглядом всех присутствующих здесь и протянул клочок бумаги Цыгану. Баро развернул бумажку, быстро прочитал про себя, скомкал и бросил её в огонь. Это была записка от Анархиста, в которой сообщалось время и место сходки.

– Как жизнь, парень? – Баро поднял взгляд на мальчика, – Есть хочешь?

– Спасибо, я сыт, – уверенно отвечал дерзкий мальчишка.

– Ну, как знаешь.

– Разговор есть, – Гном пристально смотрел на Цыгана.

– Говори, – спокойно реагировал Баро.

Гном обвёл окружающих взглядом и молчал.

– Говори, всё нормально, – уже строго повторил Баро.

– В городке чужие шастают из Мегаполиса.

Данная информация всех насторожила. В окрестностях Мегаполиса не любили чужаков и относились к ним с крайней осторожностью и подозрением. Тем более настораживали незнакомцы из города, ведь это могли быть полицейские или даже агенты. Завладев вниманием этой небольшой аудитории, Гном продолжил:

– Девушка несколько дней провела в городке, встречалась вечером с ним, – мальчик указал на Либера, – На следующий день уехала в посёлок, а оттуда уже вернулась в Мегаполис.

– А остановилась она у Ирины, да? – оборвал рассказ мальчика Лоран.

– Да, – немного удивившись, подтвердил Гном.

– Это Мария, племянница Ирины, – пояснил доктор.

– Актриса Ирина? – уточнил Баро.

– Абсолютно верно, – улыбнулся Лоран.

– Постойте, – вмешался в разговор Бильбо, – Ты говоришь она уехала из городка в посёлок. Она попала внутрь посёлка? – обратился он к мальчику.

– Ну да, а вечером уехала оттуда, – подтвердил Гном.

– А вот это уже интересно! – Бильбо в предвкушении чего-то интересного потёр ладони.

– А что это за посёлок? – Либер был тут единственный, кто не понимал о каком месте идёт речь.

– Закрытый посёлок, туда приезжают на отдых высокопоставленные чиновники Мегаполиса и их семьи, – объяснил дядя племяннику.

– А по-моему нет ничего интересного в том, что она была в посёлке, – начал рассуждать Баро, – Родной брат Ирины член Сената, вполне логично предположить, что ваша Мария это его дочь. Естественно она беспрепятственно попала на территорию посёлка, а в городке навещала свою тётю. Что действительно интересно, так это то, откуда она знает нашего Фродо. Прости, никак не запомню твоё настоящее имя, – Цыган пристально уставился на Либера.

– Либер, – робко начал парень, но тут же слово взял доктор.

– Я их, можно сказать, познакомил. Ирина пригласила на ужин, там они и познакомились.

– Ну, вот и разобрались, – радостно подытожил Баро, – Информация оказалась бесполезной, тревога напрасной, но ты всё равно молодец! – Цыган встал и похлопал по плечу Гнома.

– Не такая уж и бесполезная, – хитро прищурился мальчик, глядя на Баро, – Я пойду.

– Конечно, – Баро улыбнулся, ему всегда нравился этот смышлёный мальчонка. Но только Гном уже собирался уходить, как Баро его тут же остановил – Постой! Ещё кое-что. Передай Кучеру, чтоб молока сюда привёз, ну или сам подсуетись.

– А сколько надо?

– Молока много не бывает, чем больше, тем лучше, – наконец заговорил Индеец, который всё это время молча слушал.

– Понятно, – пробурчал Гном и ушел.

– Ну, вот одна тайна раскрыта. Теперь мы знаем, кто такая Мария, – сказал доктор Лоран, глядя вслед удаляющемуся мальчику.

– Похоже, сегодня день раскрытия тайн, – поддержал друга Бильбо.

– А есть ещё тайны? – Цыган подкинул дров в костер и поудобнее уселся на траве.

– О, да… – Бильбо тоже устроился поудобнее.

– Либер, разлей всем отвару, – попросил Джо, заметив пустые кружки.

Либер тут же выполнил просьбу Индейца, наполнив все кружки уже успевшим немного остыть напитком. Глотнув из своей кружки, Бильбо перешёл к делу.

– Ты, вероятно, уже знаком с последними событиями в жизни моего племянника, – обратился он к Баро.

– Не просто знаком, а даже поучаствовал в некоторых из них, – улыбнулся Цыган.

– Тебе не кажется всё, что с ним произошло довольно… – тут Бильбо сделал паузу, подыскивая нужное слово, – Странным, – наконец выдал он.

– А что именно должно показаться странным?

– Вообще-то много чего.

– Бильбо, дружище! – перебил Цыган, видя, что его товарищ не знает как начать излагать свои мысли, – Говори как есть, я с удовольствием постараюсь помочь тебе.

– Хорошо, – облегченно согласился Бильбо. Тут он заметил, что Лоран и Джо снова забивают трубки, но, не придав этому значения, продолжил, – Мальчик по имени Чак. Откуда он взялся? Кто он? Потом его совсем уж легко выпускают из тюрьмы, но не забыв при этом ввести жучка…

– Какого жучка? – перебил его Баро.

– Датчик слежения был введён в его тело, из-за которого он чуть не умер.

– Об этом я не знал, – задумчиво произнёс Цыган, – Чак это мой паренёк. Не знаю, как они пересеклись с Либером. Однажды Чак пришёл ко мне и рассказал, что по улицам города разгуливает накуренный чудак с запрещённой музыкой в кармане и ищет «Ход 21», чтобы встретиться со своим дядей по имени Бильбо, – в этот момент Бильбо сурово и осуждающе посмотрел на племянника, а тот виновато опустил голову. Баро, конечно же, это заметил, но не придал этому внимания и спокойно продолжал, – Конечно же, меня это заинтересовало. Я разузнал, и оказалось это действительно твой племянник. Кстати… – тут Баро повернулся к Либеру, – твой плеер у меня, только он не здесь, а в городе остался. А «Ход 21» это миф, слух, который я специально распустил ещё очень давно, а власти до сих пор пытаются его найти. Отвлекающий манёвр, – Цыган улыбнулся Либеру, затем снова повернулся лицом к Бильбо и продолжил, – Ну вот я решил, что надо помочь как-то парню и попросил Чака присмотреть за ним. Но тут его берёт полиция, пришлось говорить с людьми из уровня D. Следователь, который вёл его дело, уже давно работает со мной. По моей просьбе он быстро замял дело. Но вот на счёт жучка… Зачем это ему было надо? – последний вопрос Баро был адресован скорее самому себе, чем окружающим, он явно очень его озадачил.

– Это ещё не всё. На жучке загадки не заканчиваются, – Бильбо принял из рук доктора уже раскуренную трубку, затянулся, передал её Баро и продолжил, – После тюрьмы он стал просто знаменитостью! – тут он немного помолчал и медленно пустил изо рта струйку дыма, – Приходит в клуб и его сразу узнают. И ты сразу же узнал, что он на стадионе.

– Бильбо, ну ты же в курсе, что на всех дверях в городе датчики! Как только он пришел в клуб, тот же следователь сообщил мне об этом. Нико по моей просьбе свел его с Ликой и встречался с другим твоим племянником-таксистом. Всё это моих рук дело! Я думал, ты сразу догадаешься, правда, не был уверен жив ли ты.

– Получается, это ты помогал мне всё это время, – заговорил Либер, – А я ведь был уверен, что это Бильбо всё подстроил, особенно после письма.

– Да, с письмом ты явно попал в точку! – рассмеялся Бильбо.

– С каким письмом? – Баро с непониманием смотрел то на Бильбо, то на Либера.

– Которое ты оставил для меня у Лики, – уже с сомнением в голосе произнёс Либер.

– Я не оставлял никакого письма, – Баро с подозрением смотрел на Либера, – И что там было написано?

– Чтоб я пришёл на футбол, – неуверенно начал Либер, – Там ещё отрывок из «Хоббита» был и слова из песни «Ever dream». Тогда я подумал, что письмо от Бильбо.

– Если письмо написал не ты, то кто же тогда? – Бильбо вопросительно посмотрел на Баро.

– Я что по-твоему дурак? – недоумевал Баро, – Писать письмо! Это же прямая улика! Лика на словах должна была передать, чтоб Либер пришёл в субботу на стадион. Откуда у неё письмо я понятия не имею.

– Похоже, кто-то ещё помогал нашему юному другу, – пришел к логическому умозаключению Лоран.

– Не просто помогал, а очень хотел, чтобы Либер нашел Бильбо, – Джо затянулся, помолчал с минуту и продолжил, – Хоббит, Nightwish… Кто-то кто очень хорошо знает Бильбо. Ещё жучок… Этот кто-то явно ищет встречи с тобой, невероятный Бильбо, – подытожил Индеец.

Друзья замолчали. Каждый погрузился в мысли, каждый хотел найти ответ или хотя бы более-менее логичное объяснение происходящему.

– Я не знаю кто это может быть! – вспылил Бильбо, – Сенат? Агенты? Наверно, только Тёмные люди могли провернуть такое!

– Бильбо, дружище, – Баро положил руку на плечо Бильбо, – В субботу ночью я возвращаюсь в город и обязательно всё выясню.

– Спасибо, мой дорогой друг, – улыбнулся Бильбо.

Через некоторое время приехали Кучер с Гномом, оставили молоко и тут же уехали. Сразу же началось движение. Джо, видимо, на правах хозяина, распределил роли. Бильбо и Лоран отвечали за еду, Баро и Либер за огонь. Сам же маг принялся за зельеварение. Бильбо переложил остатки похлёбки в маленькую кастрюлю, вымыл котёл и вместе с доктором начали готовить ужин и травяной отвар. Запечённый картофель Бильбо также аккуратно убрал на потом, завернув его бережно в тряпочку. Баро разжег рядом ещё один костер и повесил над ним котелок, который Джо вынес для зельеварения, потом вместе с Либером натаскали побольше дров. Либер не мог понять, зачем они готовят столько еды и дров, но спросить не осмелился. Больше всего Либеру было интересно, что же собирается готовить Джо. Индеец поставил перед собой бидон с молоком и внимательно стал всматриваться в содержимое. Из любопытства Либер мельком заглянул в бидон, но ничего необычного там не заметил, лишь литров 10-12 молока. Джо выпил залпом кружку молока, оценил его как превосходное, после чего отлил некоторое количество в котелок. Оказалось, что он собирался варить в молоке кусты конопли, которые он набрал у озера.

– И как же называется это твоё зелье? – с наивной улыбкой поинтересовался Либер.

– Волшебное зелье! – с важным видом отвечал маг.

Когда «волшебное зелье» было готово, Индеец разлил его по кружкам. Хотя разлил это громко сказано, его было совсем чуть-чуть на донышке кружки. «Всего лишь пара небольших глотков» – подумал Либер и вместе со всеми залпом опустошил посуду. Во рту оставалась неприятная горечь.

– Давайте поедим, пока не стемнело, – предложил Бильбо и все дружно его поддержали.

В этот раз похлёбка шла вместе с запечённым картофелем вместо хлеба. После плотного ужина Либер разлил по кружкам отвар. Его начала мучить жажда, и он жадно отхлебнул из своей кружки.

– В этот раз совсем другой вкус, – заметил Либер и отпил ещё немного, чтоб определить вкус нового напитка, но учуял в нём только аромат мяты.

– В первый раз был отвар для расслабления, а этот для бодрости, – объяснил дядя.

Всё это время Либер не ощущал никакого эффекта от «волшебного зелья» Джо, но не говорил об этом, не желая выглядеть невежливым. И вот только сейчас он начал что-то чувствовать. Мечтателя охватила приятная эйфория. Его более опытные и закоренелые друзья рассказывали всякие забавные истории, от которых Либер не мог сдержать своего смеха. Потом он перестал слышать своих собеседников. Точнее он их слышал, но не мог вникнуть в суть их разговора, слова теряли смысл. Либер лёг на спину и стал любоваться небом, на котором уже стали появляться звёзды. Ему казалось, что он парит среди этих звёзд.

– Попей отвару, это взбодрит, – услышал он голос доктора Лорана как будто во сне и лишь улыбнулся в ответ.

– Выпей говорю, – уже строго повторил доктор.

Либер с трудом приподнялся и взял кружку из рук доктора. Горячий отвар пошёл на пользу, уже через пять минут Либер действительно чувствовал себя бодрее. Он заметил, что с ними нет Джо, но не успел он спросить куда тот подевался, как увидел его выходящего из хижины. В руках у Джо был непонятный предмет. Это были деревянные трубочки разной длины, скреплённые друг с другом в один ряд. Индеец сел у костра и преподнес трубки к губам. Зазвучала невероятно красивая и необычная музыка, которая уносила сознание Либера в космос.

– Что это у него? – спросил он у доктора.

– Флейта, – ответил Лоран.

– По-моему на концерте в театре флейта выглядела совсем иначе, – не унимался любознательный юный друг.

– Это же флейта Джо, а значит волшебная флейта, – с улыбкой подмигнул ему доктор.

Доиграв «космическую» музыку Джо поднялся на ноги, и из его магического инструмента полилась уже более ритмичная музыка. В такт музыке Джо приплясывал. Все остальные тоже стали танцевать вокруг костра. Со стороны это напоминало какой-то древний языческий ритуал. Либеру казалось, что это ритуал, который возносит их на вершину блаженства, воссоединяя сознание с космосом.

Глава 20

Проснулся Либер возле костра на земле. Эйфория до сих пор не покидала его и мучала жажда, а также чувство жесткого недосыпа, от которого глаза слипались. Солнце уже взошло, и все давно бодрствовали.

– Ты как раз вовремя, мой юный друг, – Бильбо заметил пробуждение племянника, – Сейчас перекусим и пойдём купаться на озеро.

– Но я никогда не плавал, – честно признался Либер.

– А это непринципиально. Просто погрузиться в воду это уже блаженство, – поспешил успокоить Бильбо.

После лёгкого завтрака мужчины все вместе пошли на озеро. Рядом с озером стоял небольшой домик, а рядом теплица. Чуть подальше росли ещё невысокие кусты конопли. Это были детища Индейца Джо. Любимым делом Джо было выращивание марихуаны и выведение новых сортов. К каждому кустику он относился как к дитя и никто в округе их не трогал. Баро решил устроить юному товарищу небольшую экскурсию по владениям Джо. Кусты, что росли вокруг озера, созревали ближе к осени, а в теплице выращивались более ранние сорта, которые подоспевали уже к началу лета. Однако были и другие сорта, которые Индеец выращивал в домике рядом с теплицей. Там всё было оборудовано для выращивания марихуаны методом гидропоники. Здесь же в домике Джо скатывал и хранил гашиш.

– И отсюда всё это идёт в Мегаполис? – спросил Либер Цыгана, когда они уже выходили из домика.

– Как бы Джо не услышал эти твои слова, может обидеться, – полушепотом произнёс Баро, но Джо всё слышал.

– Как бы не так, – пробормотал он обиженно, а затем подошёл вплотную к Либеру и нравоучительно продолжил, – Это сорта Джо, каждый куст имеет своё имя и происхождение. А то, что вы в своём Мегаполисе называете гашишем… – тут он сделал небольшую паузу и уже с презрением добавил, – это каннабиноидные экскременты.

– Ну ладно тебе, Джо, никто не сомневается в твоём мастерстве, – Баро похлопал друга по плечу, – Пойдёмте уже купаться. Бильбо с Лораном уже давно в воде.

Либер не умел плавать, ему никогда и не доводилось этого делать, поэтому не заходил слишком глубоко. Он несколько раз с головой окунулся в воду. Это действительно было блаженство! На озере они провели почти два часа, вернувшись, Джо снова всем разлил своего волшебного зелья. Либер хотел было отказаться, но решил не отрываться от этого замечательного коллектива. Так беззаботно и на позитиве пролетел и этот день.

На следующее утро друзья снова сходили на озеро искупаться. Сегодня все собирались поехать в городок, кроме Индейца, разумеется. После возвращения с озера они плотно поели, убрали всё за собой и сели покурить на дорожку. На этот раз все отказались от «волшебного зелья», решив, что будет вполне достаточно покурить «Невероятного Бильбо». «Зелья» оставалось ещё прилично, Джо аккуратно разлил его по бутылочкам и поделил между друзьями. Ближе к вечеру приехал Кучер на своём внедорожнике и, попрощавшись с Джо, все погрузились в машину и уехали. В этот день Баро решил погостить у старых друзей и остался в доме Бильбо и Лорана. Вечером старые друзья сели играть в нарды, а Либер решил почитать. Но сегодня читать не получалось, всякие мысли лезли в голову и отвлекали от книги. Его не покидала мысль что кто-то использовал его чтобы выследить Бильбо. А что если им это удалось? Его угнетало чувство вины за то, что он из-за своей недальновидности подставил и дядю и возможно весь этот городок свободных людей. И не только этих людей он подставил, ведь вполне возможно, что за его грехи там в Мегаполисе за него расплачиваются его родственники. Либер убрал планшет и подсел поближе к играющим. Играли Бильбо и Баро, а Лоран наблюдал.

– Дядя Бильбо, – голос Либера еле заметно дрожал от волнения, но он всеми силами пытался не выдать себя.

– Да, мой юный друг, – Бильбо не отрывал взгляда от игральной доски.

– Я должен отправиться в Мегаполис.

Все трое с застывшим вопросительным выражением уставились на Либера.

– Ты же понимаешь, что это очень рискованное мероприятие и у тебя должны быть очень веские причины.

– Я хочу сам во всём разобраться.

– Похвально, но Баро справиться с этим лучше тебя, – Бильбо бросил зарики, продолжая игру, ему хотелось поскорее закончить этот разговор.

– Не сомневаюсь, но это не единственная причина, – Либер замолчал, но через пару секунд решил всё же продолжить, – Я хочу увидеть родителей, Анну, Фрата… Хочу убедиться, что у них всё в порядке. И ещё… Я надеюсь встретиться с Марией…

– Мария… – протянул Бильбо, – Ну это вряд ли. Уровень А не товарищ уровню Е, хотя впрочем… Ты взрослый мужчина я не собираюсь учить тебя как жить, – на удивление Либера дядя отреагировал довольно спокойно, – Если ты всё обдумал и решился, не буду мешать. Но если ты хочешь знать моё мнение, то я скажу, что это безумие.

– Я не хочу всю жизнь прятаться, дядя Бильбо. Я заварил всё это, я же должен и разгребать.

– Не поддавайся сомнениям, мой юный друг, – очень спокойным и поучительным тоном начал Бильбо, – Твой поход может поставить под удар жизнь всего городка. Но мы не можем предвидеть всех последствий наших поступков. Поэтому доверься своему чутью. С детства нас учат не слушать свой внутренний голос, считая это ненормальным. А что есть наш внутренний голос как не наша совесть. А что есть наша совесть, как ни частичка Бога в каждом из нас. То есть по сути нас учат не слушать голос Бога в себе. А что тебе говорит твоя совесть?

– Если я не пойду, то не обрести мне покоя никогда…

– В конце концов, нести кольцо это бремя Фродо, – то ли в шутку, то ли всерьёз обронил Баро.

– Не смешно, Баро, – лицо Бильбо было суровым и сосредоточенным.

– А я и не шучу, – невозмутимо отвечал Цыган.

– Ты в розыске и у тебя нет чипа, – доктор Лоран всегда сохранял ясность мышления.

– Я дам ему универсальный чип, с таким проблем не возникнет, – Бильбо увидел по глазам, что отговаривать племянника бесполезно и уже прикидывал в голове как помочь ему в его авантюрной затее.

– Только старайся не подставлять лицо под камеры, – напутствовал Лоран.

– Баро, ты возьмешь его с собой? – обратился Бильбо к Цыгану.

– Конечно, возьму. И вообще, помогу всем, чем смогу.

– Спасибо, дружище, – улыбнулся Бильбо.

– Ну что ты, Бильбо, мы же с тобой как братья! – Цыган похлопал Бильбо по плечу, затем обратился к Либеру, – Я зайду за тобой в субботу, идёт?

– Конечно, – Либер не ожидал, что всё решится так легко и быстро, – Спасибо вам всем!

Либер снова пошёл читать, а старые друзья продолжили играть. На следующее утро Баро ушел. И как только он ушёл для Либера начался «курс молодого бойца». Лоран и Бильбо решили за этот короткий срок снабдить юного друга всеми знаниями и навыками, которые могут ему потребоваться в недружелюбном Мегаполисе. Либер им не перечил, ведь чаще всего они говорили очень полезные и умные вещи.

В субботу вечером Либер, Бильбо и Лоран пили чай на кухне когда к ним зашёл Баро.

– Уже пора? – Бильбо не хотел отпускать любимого племянника, в глубине души он чувствовал, что больше не увидит его, – Может чаю?

– Спасибо, дружище, но нас ждут, – отказался Баро.

Бильбо достал из кармана чип и положил его на стол перед Либером. Кусочек пластика был похож на тот, который ему дал Баро, когда он бежал из города.

– Возьми чип и всегда держи его при себе. Никогда его не теряй, – напутствовал Бильбо.

– Я понял, дядя.

– С ним ты можешь даже через ворота города проходить. Таблетка тебе не нужна, так как нейрочипа в тебе уже нет… Так, что же ещё…

– Я всё понял, – улыбнулся Либер и обнял дядю.

– Удачи тебе, Либер, – улыбнулся в ответ Бильбо.

– И Вам большое спасибо за всё, доктор Лоран, – Либер обнял доктора.

– Надеюсь, мы ещё увидимся, – улыбнулся доктор.

Баро и Либер вышли на улицу. У дома стоял электромобиль с водителем. Оба пассажира сели на заднее сиденье. В 23.30 они уже стояли у ворот №11, ровно в полночь которые открылись. Сначала оттуда выбежало несколько человек, после Либер, Баро и вместе с ними ещё 9 человек забежали в туннель. Смешанные чувства испытывал Либер. Он шёл в ненавистное ему место, но именно там были люди, которых он любит. Он понимал, что ему нужно туда, но в то же время не хотел там снова оказаться. В нём боролось желание увидеть родных и страх вновь оказаться в этой бетонной ловушке. Никогда ещё Либер не чувствовал себя настолько храбрым, но и такого страха он тоже не испытывал. И чем ближе он становился к Мегаполису, тем сильнее становились эти чувства. Но стоило им оказаться по ту сторону туннеля, как все чувства резко утихли. На той стороне Цыгана ждало такси, которое отвезло их в квартиру Баро, что находилась в десятом секторе. Пока они ехали Либер уже окончательно успокоился. Из окна такси он видел до боли знакомые места, и теперь все его переживания уступили место холодному аналитическому расчету. Квартира у Баро оказалась практически точной копией квартиры Либера.

– Нам рано вставать, поэтому предлагаю сразу лечь спать, – уставшим голосом проговорил Баро, – И одному из нас придётся спать на полу.

– О, это не проблема, – улыбнулся Либер, – Я и у Бильбо всё время на полу спал.

Баро расстелил гостю на полу возле своей кровати, сам же лёг на кровать и тут же заснул. Либер решил последовать его примеру и тоже лёг спать.

– Подымайся, дружище! Сегодня очень много дел, – Баро легонько потряс гостя за плечо.

Либер открыл глаза, часы на тумбочке показывали 5:53, хотя казалось, что прошло не более пяти минут с того момента как он лёг спать. Хозяин выглядел бодрым, значит, проснулся он ещё раньше. Либер встал и побрёл умываться. Вернувшись он обнаружил, что постель уже убрана, а Цыган уже готов выдвигаться.

– Одевайся, и пойдём, – поторопил хозяин, – По пути позавтракаем.

Либер быстро оделся, и они вышли на улицу. Возле дома их уже ожидало такси. Баро как обычно сел вперёд рядом с водителем. Либер расположился на заднем сидении. В такси оказалось два чая в бумажных стаканчиках и бутерброды.

– Угощайся, – Баро протянул один стакан Либеру.

Пока ехали они успели позавтракать. Либер заметил, что таксист не включает счетчик и выполняет всё, что говорит Баро, а также рассказывает ему о последних событиях, произошедших в городе. «Либо этот таксист каким-то образом работает на Цыгана, либо он вовсе не таксист, а просто маскируется под такси» – решил про себя Либер. Вывод был сделан не без оснований, ведь никто в рабочем уровне не имел личного транспорта. Такси остановилось в жилом комплексе двенадцатого сектора. Баро велел таксисту отъехать, чтоб не бросался в глаза, а сам вместе с Либером пошёл в дом. По уверенным действиям Цыгана было понятно, что он точно знает куда идти и что делать, Либер же без лишних вопросов следовал за ним. Они поднялись на лифте, затем Баро подошёл к одной из дверей на этаже и легко её открыл. Мужчины прошли внутрь квартиры. Это оказалась такая же стандартная квартира, как и у Либера и Баро, только здесь чувствовалась женская рука. Всё было вроде точно такое же, но убрано с женской аккуратностью и заботой.

– Придётся немного подождать, – сказал Баро, посмотрев на свои часы, и присел на стул за столиком.

Либер подошёл к окну и уставился вдаль. Он понятия не имел куда они пришли и кого ждут, а расспрашивать не хотел.

Через некоторое время открылась дверь и на пороге появилась девушка. Либер сразу же её узнал, это была красавица Лика, та самая проститутка из «Циферблата». Увидев Баро, она вскрикнула от неожиданности и страха, но, узнав его, тут же расплылась в улыбке.

– Цыган… – пропела она, – Решил напугать меня? – тут она заметила суровое выражение на лице Цыгана и тут же перестала улыбаться, – Что-то не так? – теперь в её голосе можно было уловить нотки неуверенности и страха.

– Мне интересно, что за дела ты творишь у меня за спиной, прикрываясь при этом моим именем? – Баро встал и вплотную подошёл к девушке.

– Я не понимаю о чём ты, – глаза девушки забегали, она пыталась вспомнить, что же она могла натворить, чтоб разгневать Баро.

– Пись-мо, – по слогам произнёс Цыган.

– Какое письмо? – бедняжка Лика до сих пор не понимала о чём идёт речь.

– Вот для этого молодого человека, – Баро мотнул головой в сторону Либера, который молча стоял в стороне.

– О! И ты здесь, красавчик, – только сейчас она заметила второго гостя и хотела ему улыбнуться, но в тот же миг Баро правой рукой схватил её за левое ухо, этим самым заставив её прелестное личико скорчиться от жуткой боли.

– Вспомнила? – отчётливо прорычал Цыган.

– Мне больно, Цыган, – она обеими руками вцепилась в его правую руку, пытаясь освободиться от него.

– Что за письмо ты дала ему? – могучий Баро даже не ощущал сопротивления хрупкой девушки.

– Твоё письмо! – крикнула в отчаянии девушка.

В ответ Баро ещё сильнее сжал ухо. От боли и отчаяния Лика упала на колени. Либер не ожидал увидеть Баро таким. Сейчас он предстал перед ним душегубом, который не знает жалости и пощады. Либеру стало искренне жаль страдающую от боли девушку, но сейчас нельзя было давать волю эмоциям.

– Не будь дурой, я ведь могу и оторвать тебе ухо и ты это прекрасно знаешь, – спокойным голосом говорил Баро, – Откуда у тебя появилось это письмо?

– Нико! Мне дал его Нико, – затараторила девушка, – он сказал, что это ты его оставил. Баро, миленький, отпусти, – взмолилась она, – Я честно думала, что ты его оставил…

Лика рыдала от боли. Сердце Либера охватила жалость к глупой девушке, и в какой-то момент он даже хотел остановить Баро, но холодный разум помешал сделать это.

– Тупая шлюха! – с презрением проговорил Баро и, швырнув девушку к стене, строго спросил, – Нико?! И что он тебе сказал?

– Он подошел ко мне в тот вечер, – голос Лики дрожал, она плакала, судорожно всхлипывала и не могла продолжить говорить.

Бедняжка от страха забилась в угол. Левой рукой она прикрывала ухо, которое горело от боли, а правой обхватила свои колени. Но испытывать терпение разгневанного Цыгана ей совсем не хотелось, поэтому она продолжая вздрагивать и всхлипывать, прилагая невероятные усилия продолжила говорить, запинаясь буквально на каждом слове:

– Пришёл… и дал мне… этот чёртов… конверт… Сказал… что ты его… оставил у него… чтоб я… передала ему, – она посмотрела на Либера взглядом полным ненависти и страха.

Баро присел возле Лики и посмотрел в её заплаканные глаза, но она от страха крепко зажмурилась.

– И почему же я оставил конверт ему, а не тебе? – спокойно спросил Баро.

Услышав вопрос Лика открыла глаза и попыталась даже что-то ответить. Но девушка не могла говорить, она продолжала судорожно всхлипывать и в ответ лишь пожала плечами. Глаза её теперь широко раскрылись от страха и молили о пощаде.

– По-твоему, я так доверяю этому наркоману? – продолжал Баро, но Лика снова лишь сумела пожать плечами, – Вот сейчас ты пострадала только из-за своей тупости, согласна? – нравоучительным тоном продолжал Цыган.

Запуганная девушка поспешно закивала головой, соглашаясь со своим обидчиком. Баро встал и, глядя на неё сверху вниз, произнёс:

– Приведи себя в порядок, поедешь с нами.

– Куд… куда? – заикалась сумела выдавить из себя Лика.

– К твоему дружку наркоману и поторопись, – Баро схватил девушку за локоть и запихнул её в туалет.

Минут через 10-15 Лика вышла из уборной уже успокоившись и приведя себя немного в порядок. Посиневшее ухо она прикрыла волосами. Все трое вышли на улицу и сели в такси, на котором приехали сюда. «Циферблат» был отсюда совсем рядом. Подъехав к клубу, Баро резко выскочил из электромобиля и уверенным шагом направился к дверям клуба. Лика и Либер поспешили за ним. У входа стоял тот самый охранник, который когда-то не пустил Либера в клуб без денег. Но сегодня, увидев Цыгана, он почтительно отошёл в сторону. Баро сразу же направился в кабинет директора. Он шёл так быстро, что его спутникам приходилось чуть ли не бежать за ним. Резким движением открыв дверь, он буквально влетел в кабинет. Нико сидел за своим столом на кресле, склонившись над кучкой белого порошка. Не успел он поднять головы, как богатырская рука Баро схватила его за шкирку и швырнула через стол в середину комнаты. Нико прилетел прямо на стеклянный столик, который со звоном разбился вдребезги. В эту секунду вошли Лика и Либер. Увидев директора клуба на полу среди груды осколков, Либер сразу же прикрыл за собой дверь.

– Что за дьяволщина, вашу мать! – возмущался обдолбаный Нико и сел на пол, прислонившись спиной к дивану, – Цыган, ты покойник, – посмотрел он на своего обидчика, ещё не понимая, что тот может стать и его палачом.

Баро подошёл к директору и, схватив его пальцами за ноздри, потянул медленно вверх. Нико завизжал как поросёнок.

– Не ори и слушай меня внимательно, жалкий наркоман, – суровым тоном начал Баро, от чего Нико сразу же замолчал и Цыган продолжил, – Письмо, которое ты отдал Лике якобы от меня. Кто его написал и откуда оно у тебя?

– Я ничего не знаю ни о каком письме, – зашипел директор, – И пошёл ты…

Не успел он договорить, как Баро тяжелым ударом повалил его на пол и, наступив ему на горло, спокойным тоном продолжил диалог:

– Лика говорит, что это ты дал ей письмо. А значит, один из вас нагло врёт. И я уверен, что это ты, лживая свинья, и если не услышу правду, раздавлю тебя как таракана, – Баро сильнее надавил на горло.

– Хорошо, хорошо, я всё скажу, – хрипел Нико, Баро ослабил давление на его горло, – Это полицейский дал мне его. Следователь из D уровня.

– Что за следователь? – не отставал Баро.

– Не знаю как его зовут. Он бывает тут. С бородой такой. Однажды я и тебя видел с ним здесь в клубе.

– И зачем он тебе дал его? – Баро убрал ногу с горла.

Нико вздохнул полной грудью, потихоньку поднялся и сел на диван.

– Не знаю зачем он мне его дал, – потирал рукой горло директор, – Сказал чтобы Либер получил его якобы от тебя. Больше ничего он мне не сказал. А перечить ему мне совсем не хотелось, мне не нужны проблемы с властями, вот я и сделал, как он велел, – Нико замолчал, после с ненавистью посмотрел на Лику и процедил сквозь зубы, – А ты, сучка, можешь здесь больше не появляться.

– Я проверю, – всё так же спокойно говорил Баро, – И если ты врёшь… – тут он пристально взглянул в глаза Нико, – А Лика будет здесь работать, пока я не решу иначе. И не дай Бог ты её хоть как-то обидишь.

Баро вышел на улицу, Либер с Ликой как тень следовали за ним.

– Тут близко, пешком дойдёшь, – бросил Баро девушке, даже не оборачиваясь в её сторону, и сел на переднее сиденье своего такси.

– Конечно, – не смела ему перечить Лика, – А как быть с работой?

– Подлечишь ухо и продолжишь работать, как и раньше. Садись, Либер. Теряем время, – скомандовал Цыган.

– Лика! – обратился Либер к девушке, положив руку на её талию, – Не держи на нас зла, так уж получилось.

В ответ Лика изобразила на лице что-то вроде улыбки, Либер поспешил сесть в машину, и они поехали.

– Сейчас я буду занят, тебя где оставить? – поинтересовался Баро.

– Я бы к сестре заглянул. В девятый, – почему-то Либеру было неловко просить, чтоб его подвезли.

– Поехали в девятый, – приказал Баро водителю, – А ты давай свой чип.

Либер протянул чип, который дал ему Бильбо. Баро достал какой-то прибор размером с ладонь, слева на нём было несколько маленьких разъёмов, а спереди небольшой экран. Цыган воткнул чип в прибор, что-то с ним сделал и через пару минут вернул его обратно.

– Я закинул немного денег на твой чип. Гуляй, но не светись лицом перед камерами. В 21:00 будь в десятом возле стадиона, там и встретимся. И запомни главное! Нельзя чтобы тебя арестовали, теперь ты слишком много всего знаешь, – напутствовал Баро своего юного друга.

– Хорошо, Баро, – такси остановилось, – Ну тогда до вечера, – попрощался Либер и вышел из машины.

Сегодня воскресенье, а значит у Анны и Дина выходной. Либер хотел увидеть сестру, но совсем не хотел встречаться с её фанатично религиозным мужем. Видимо, в этот день судьба благоволила Либеру. Он увидел Анну, которая возвращалась домой с остановки одна. Либер незаметно подошёл со спины

– Привет, Анна! Не останавливайся и не оборачивайся, – полушепотом произнёс Либер у сестры за спиной.

– Либер! – Анна на миг остановилась, но вовремя сообразив, пошла дальше как ни в чём не бывало.

– Куда ходила?

– К родителям ездила, – Анна очень хотела обернуться и обнять брата, и с трудом сдерживала себя, – Папа дома, выходной у него. Мама на работе, заходила к ней в магазин.

– Как они? Всё хорошо?

– У нас-то всё хорошо. Ты где пропадал? Тебя объявили в розыск как преступника. Родители переживают, да и я тоже.

– Не надо переживать, всё нормально у меня. Хотел убедиться, что и у вас всё в порядке. Фрат как поживает?

– Сейчас уже нормально. Ему больше всех досталось. Нас всех допрашивали, а его даже забирали на неделю.

– Простите меня… А ты почему одна?

– Дин в храме. Скоро уже должен вернуться.

Либер заметил приближающуюся к ним летающую камеру.

– Ну, мне пора, сестрёнка. Надеюсь, ещё увидимся. Береги себя!

Анна обернулась, но успела увидеть брата лишь со спины. Слёзы потекли по щекам любящей сестры. Она и сама не могла понять почему плачет. То ли от радости, что брат жив, то ли она почувствовала, что над Либером сгущаются тучи. Камера запечатлела заплаканное лицо Анны. Она смахнула слёзы и пошла домой.

Либер сел в автобус и доехал до седьмого сектора. Если у Фрата сегодня выходной, то есть вероятность, что он с сыном на детской площадке, куда Либер и направился. Действительно, судьба сегодня была благосклонна, Фрат сидел на скамеечке и наблюдал как его сынишка резвится вместе с другими детьми. Либер сел рядом.

– Привет, – тихо поздоровался он, сам же в это время смотрел не на брата, а на резвящихся детишек.

– Привет, брат, – Фрат хотел было обнять своего лучшего друга, но ограничился лишь улыбкой, прекрасно понимая, что вокруг камеры.

– Слышал, тебе крепко досталось из-за меня, – извиняющимся тоном начал Либер.

– Да ерунда, – отмахнулся Фрат, – Ничего страшного не произошло. Я не выдал тебя, брат, – как ни в чём не бывало, он продолжал наблюдать за сынишкой.

– Спасибо, – виновато посмотрел на брата Либер, – Как семья?

– Да всё слава Богу. Сынишка в следующем месяце в школу идёт. А ты чего здесь делаешь? Я думал, ты покинул Мегаполис.

– Так и есть. Я ночью вернулся… Я нашёл дядю Бильбо.

– Я и не сомневался в тебе, – Фрат был искренне счастлив за брата.

– Всё это время у него жил.

– А чего ты вернулся? Ты тут в розыске, – нахмурил брови Фрат.

– Знаю. Просто хотел повидаться, убедиться, что у вас всё хорошо.

– Спасибо, братан. Если честно, то я не надеялся ещё раз тебя увидеть. А ещё вон там остановилась патрульная машина, – Фрат даже интонацию не поменял, заметив полицейскую машину.

– Ну, видимо, мне пора. Рад был видеть тебя, брат, – Либер не спеша встал, чтобы не привлекать излишнего внимания.

– Береги себя, братан, – напутствовал Фрат и только теперь на короткое мгновение их взгляды пересеклись.

Либер пошёл гулять по городу, стараясь избегать патрульных и камер. Сейчас он чувствовал некую лёгкость на душе. Теперь он знал, что его родные продолжают жить своей обычной жизнью, что не могло не радовать, учитывая последние события. В 20:50 он был в десятом секторе возле стадиона. Ещё издалека Либер узнал приближающееся такси. Машина остановилась возле ожидающего.

– Садись! – через открытое окошко бросил Баро.

Либер сел назад. Тут его ожидал сюрприз. Рядом сидел Чак и всё так же жизнерадостно улыбался. Только сейчас Либер заметил, что у него отсутствуют два верхних зуба слева.

– О! Привет! – обрадовался встрече Либер.

– Здорово! – Чак пожал руку, которую подал ему Либер, – Какого черта ты вернулся в Мегаполис?

– Ну как бы тебе объяснить… – замялся Либер, – Вот у тебя есть мечта?

– Конечно, есть! – улыбался пацан.

– Так вот нужно идти к своей мечте, – начал философствовать Либер, – А если не идёшь к мечте… – тут он сделал паузу, подбирая нужные слова, чтоб красиво закончить мысль.

– То нужно хотя бы лежать в её направлении, – закончил за него задорный Чак.

Шутка вызвала дружный смех в машине. Один только Баро оставался сосредоточенным.

– Хватит ржать! – прервал он смех и, повернувшись к Либеру, продолжил, – Как ты, наверное, уже понял, письмо этому наркоману дал тот самый следователь, который вёл твоё дело, – Баро обратно развернулся лицом вперёд, – И сейчас мы едем на встречу с ним. Надеюсь, он прояснит ситуацию.

Они подъехали к кафе «21», откуда и начались приключения Либера. Чак остался с водителем в машине, Либер вместе с Баро проследовали в кафе. Они сели за дальний столик. Тот самый столик, где они в первый раз сидели с Чаком. Официантка Лина подошла к ним:

– Что будете…

– Ничего, – грубо оборвал её Цыган, – Мы позовём тебя, если что-то будет нужно.

Лина ничего не ответила и покорно ушла прочь. Баро сидел возле стены и не отрывал взгляда от входной двери. Либер сидел рядом и разглядывал посетителей. Молодые пары, ужинающие одинокие работяги… И все тут как бы сами по себе, не то, что в том кафе в городке… В общем всё как обычно, ничего не меняется в этой системе Мегаполиса, как будто и впрямь внутри компьютерной программы, как предположила Мария. Либер быстро потерял интерес к окружающей обстановке и хотел было уже заговорить с Цыганом, как вдруг в кафе вошёл следователь. Сегодня он был не в полицейской форме, но Либер всё равно сразу же его узнал. Беглому преступнику стало как-то не по себе и даже жутковато при виде этого ужасного человека. Следователь уверенным шагом подошёл к столику и сел напротив Баро.

– Здравствуй, Баро! Хотел меня видеть? – офицер сделал вид, что даже не заметил присутствие Либера, хотя, несомненно, его узнал.

– Здравствуй, – сухо поприветствовал Баро, – Если не возражаешь, перейду сразу к делу, – Баро говорил спокойно и размеренно, впрочем, как и всегда, когда говорил о делах.

– Буду только признателен, у меня очень мало времени.

– Ты, наверно, помнишь моего друга, – Баро посмотрел на Либера.

– Конечно, помню. У меня отличная память, особенно на лица.

– Тогда ты не забыл, как писал для него письмо и передал через Нико? А ещё ввёл ему жучка. На кого ещё ты работаешь? – Цыган сверлил офицера пристальным взглядом.

– Ты, конечно, считаешь себя могущественным человеком, который может приказывать даже офицеру полиции, – следователь тоже уставился на Баро, они не моргая смотрели друг другу в глаза, – Но ты всего лишь мелкий бандюган. Есть действительно могущественные представители сего мира, которые являются хозяевами этого города. Понятия не имею, чем мог заинтересовать их обыкновенный прогульщик, но за его голову меня ждёт не только повышение по службе, но и гораздо большее.

– Значит, Тёмные люди замешаны в этом деле? – пытался докопаться до правды Баро.

– Тёмные люди лишь прислужники, – коварно заулыбался офицер и его глаза хищно сверкнули, – Прости, Цыган, но ты им не нужен, только твой друг, – следователь встал с места и направился к выходу.

– Я тебя не понял, – крикнул ему вслед Баро, но следователь даже не обернулся.

Баро вышел из-за стола, но в тот же миг посетители кафе вскочили со своих мест и схватили Либера и Баро. Под маской обычных посетителей кафе оказались переодетые полицейские. Через дверь забежало ещё с десяток полицейских уже в форме. После безуспешной попытки оказать сопротивление оба друга были оглушены электрошокерами. Правда, богатырского телосложения и нрава Баро, перед тем как отрубиться, успел вывихнуть челюсть одному полицейскому, а второму сломать нос. Неподвижное тело Баро оставили лежать на полу, а Либера погрузили в машину и забрали. Чак и водитель такси видели, как увезли Либера. Когда полицейские разъехались, они побежали в кафе. Баро всё ещё лежал на полу без сознания. Таксист вместе с Чаком поспешили донести его до машины и поскорее увезли с места событий.

Глава 21

Либер очнулся в светлой белой комнате. Он лежал на кровати, пристёгнутый ремнями. Узник оглянулся, всё вокруг было белого цвета: потолок, стены, пол.

– Доброе утро, мистер Либер! Как отдохнули? – раздался мужской голос.

К Либеру подошел мужчина в таком же стерильно белом халате, как и эта комната. Невысокого роста, очень коротко постриженный, тонкие губы и странные неприятные глаза.

– Где я? – вымолвил Либер, – Что за странная камера?

– О, это не камера, мистер Либер, – мужчина говорил совершенно без эмоций, что ещё больше настораживало Либера, – Вы находитесь в психиатрической больнице. Я Ваш лечащий врач, доктор Лакерт. Вы не узнаете меня?

– Я Вас впервые вижу.

– Ошибаетесь. Мы знакомы уже очень давно, даже слишком давно.

– Если мы старые знакомые, тогда почему я привязан?

– В целях безопасности, прежде всего вашей собственной. Вчера у вас случился припадок. Вы ударили санитара, пришлось применить меры, чтобы Вас усмирить. Только поэтому Вы и пристёгнуты, а не по какому-то злому умыслу. Поверьте, мне это тоже не доставляет ни малейшего удовольствия.

– Чушь! – Либер начинал злиться, – Я прекрасно помню, как меня вырубили полицейские в кафе.

– Ох, как интересно. Вы снова были в этом Вашем воображаемом городе?

– Что вы несёте, доктор? – Либер не мог понять чего от него хотят и какую игру затеяли.

– Где, говорите, Вы вчера были? – совершенно невозмутимо спросил Лакерт.

– В кафе, там меня и арестовали, – злобно ответил Либер.

– Арестовали… – задумчиво повторил доктор, – Тогда где же решетки? Где полицейские и другие заключенные?

– Не знаю, вы всё подстроили, – в гневе закричал Либер.

Доктор Лакерт впился в Либера холодным взглядом и совершенно безразлично начал излагать:

– Вы уже два месяца находитесь у нас в больнице. У Вас был нервный срыв, после чего Ваш мозг начал жить в мире иллюзий. Вы вообразили, что живёте в некоем городе, работаете на заводе по производству микрочипов и где в каждого человека внедрён нейрочип… Честно говоря всё это очень занимательно, у Вас действительно богатая фантазия…

– То есть Вы хотите сказать, что я псих, и всё это просто выдумал? – озлобленно процедил сквозь зубы Либер уставившись гневным недоверчивым взглядом.

– Мы уже два месяца пытаемся вернуть Вас в реальность.

– Да пошёл ты! – взревел Либер и предпринял отчаянную попытку вскочить с кровати.

– Как скажете, – спокойно отреагировал доктор, развернулся и покинул палату.

Либер остался один на один со своими сомнениями и кучей вопросов. Он не мог понять где он и почему. Данное обстоятельство вносило ещё больше неясности и в без того запутанную ситуацию. Что происходит? Почему этот доктор пытается внушить ему, что вся его жизнь всего лишь плод его воображения?

Через час после ухода доктора Лакерта в палату зашла медсестра. Не говоря ни слова, она подошла к пациенту, сделала укол и сразу же ушла. Либер в ответ на её молчание тоже не проронил и слова. Чуть позже снова пришёл врач.

– Успокоились, мистер Либер?

– Почему я не помню, что был здесь, как Вы утверждаете, целых два месяца?

– Вчера у Вас был очередной срыв. После таких срывов Ваш мозг заменяет Ваши истинные воспоминания на вымышленные.

– Как-то неправдоподобно звучит, – ухмыльнулся Либер.

– А как звучат Ваши рассказы? По-вашему, очень правдоподобно? В последний раз Вы рассказывали, что Вам надоело работать на заводе, начали прогуливать, затем Вас арестовали… – тут Лакерт сделал небольшую паузу, – Смешно было слышать, как сажают в тюрьму и жестоко издеваются полицейские за простые прогулы на работе. Ну да ладно. После ареста Вы бежали из города. Что было потом? Куда Вы бежали? Зачем? И почему вчера Вас снова арестовали? Вы совершили какое-то преступление?

– Так вот оно что! – Либер громко рассмеялся истерическим хохотом, – Идея с жучком провалилась, и Вы решили разыграть этот спектакль, – не переставал он смеяться, – Я бы поаплодировал вашей находчивости, да вот только руки не свободны.

Ничего не ответив, Лакерт вышел из палаты. Либер лежал прикованный к кровати и пытался разобраться в происходящем. Но то ли от укола, то ли ещё из-за чего его внимание было рассеянным, и он не мог собраться с мыслями. Иногда он засыпал, но проснувшись, понимал, что ничего не меняется. В палате не было окон и всегда было очень светло. Либер потерял счёт времени и даже не понимал день сейчас или ночь. Периодически его навещали медсёстры. Они кормили его, меняли утку, встроенную в кровать, куда вынужден был справлять нужду бедный пленник, что очень больно било по его самолюбию. Ну и, разумеется, не забывали колоть ему уколы, от которых ему становилось то паршиво, то счастливо. Он несколько раз пытался заговорить с медсёстрами, но в ответ они лишь фальшиво улыбались. В голове кружилось множество вопросов, словно растревоженное осиное гнездо. Но в конечном итоге остался лишь один вопрос. Сколько времени он здесь находится? И вот, наконец, в палате появился доктор Лакерт. Либер решил, что не будет грубить и смеяться над ним, а деликатно попытается разузнать, что же происходит на самом деле.

– Здравствуйте, доктор Лакерт! Я Вас уже заждался, – выдавил улыбку Либер.

– Я вижу, что Вам уже лучше. Улыбаетесь, меня узнаёте, – голос доктора по-прежнему не выражал никаких эмоций, и это несколько настораживало Либера.

– Честно говоря, я ещё не разобрался лучше мне или нет. Может Вы мне в этом поможете?

– С удовольствием, мистер Либер. Ведь для этого я и здесь.

– Сколько я уже прикован к этой кровати?

– А как Вы думаете?

– Даже примерно не могу сказать, – с досадой ответил Либер.

– Давайте начнём всё сначала. Вы помните своих родителей? Автокатастрофу?

– Что? Какую катастрофу? – снова занервничал Либер не понимая о чём говорит этот мутный доктор.

– За рулём был Ваш двоюродный брат, Фрат. В машине были Ваши родители, сестра и дядя. Автомобиль на мосту врезался в грузовик. Все погибли на месте. Все кроме Вашего дяди, тело которого до сих пор не нашли. После этих событий Вы попали к нам. Я думаю, что Ваш мозг отравила навязчивая идея найти своего единственного родственника.

– Значит, дядя Бильбо жив?

– Борис! – сухо поправил Лакерт.

– Что за Борис?

– Вашего дядю звали Борис. И, видимо, будучи толкинистом, Вы дали ему имя одного из героев книг Толкина. А может Ваш мозг сделал это и без Вашего согласия. Так или иначе, настоящее имя Вашего дяди Борис. И буду с Вами откровенен. Мне кажется, он не выжил в этой аварии.

– То есть я сумасшедший? – Либер отказывался верить в то, что говорит доктор.

– Ну почему же сумасшедший. Просто Вы пережили трагедию…

– Ничего не понимаю, – растерянно пробормотал Либер.

– Не волнуйтесь, – Лакерт достал из кармана халата шприц, – Отдохните. Вам необходим отдых.

Доктор что-то вколол и Либер мгновенно заснул. Проснувшись, он обнаружил, что снова один в своей палате. Либер попытался поднять руку. И ему это удалось! Он поднял и вторую руку, ремней не было. От радости Либер резко вскочил с кровати. Внезапно всё вокруг закружилось, и он как подкошенный рухнул на пол рядом с кроватью. Открылась дверь, и вошёл Лакерт. Он постоял немного возле валяющегося на полу своего пациента, потом схватил его под мышки и как-то очень даже легко перебросил на кровать

– Не делайте резких движений, мистер Либер. Делайте всё постепенно. Ваше тело, впрочем, как и разум, должно адаптироваться.

– Адаптироваться к чему? – слова тяжело давались Либеру, в голове не было ясности.

– В последние дни Вы больше не искали своего покойного дядю? – Лакерт словно не слышал вопроса Либера и продолжал гнуть свою линию.

– Он жив, – сквозь зубы процедил больной.

– Значит, Вы его всё-таки нашли! Поздравляю! Надеюсь, теперь Ваше воображение угомонится, и мы сможем перейти к нормальному общению.

– Они все живы! – слеза скатилась по щеке Либера, он уже не знал чему верить.

– Вас мы ещё можем вернуть к жизни, если Вы перестанете в своих фантазиях воскрешать своих родных.

– Я не сумасшедший… – скупые слёзы стекали с глаз.

– Конечно, нет. Поплачьте, поскорбите… Чем скорее Вы воспримете реальность такой какая она есть, тем скорее уйдёте отсюда.

Доктор Лакерт снова оставил своего пациента наедине с его мыслями. Сознание Либера было окутано туманом. Как же так? Неужели он и в самом деле всё это выдумал? Теперь Либер не мог отличить не только день от ночи, но и вымысел от правды.

Больше его не привязывали. Лакерт часто навещал его, это был единственный человек с кем разговаривал Либер. Доктор рассказывал ему о трагичной смерти его семьи, о том как он попал сюда, кем он был до того как помешался рассудком. Однажды Лакерт принёс старые газеты. В одной из них говорилось как выдающийся инженер получил премию за какое-то изобретение. Этим инженером был Либер, там была даже его фотография. В другой газете была статья о трагичной аварии на мосту, где было найдено четыре тела, а пятое, как предполагалось, вылетело в реку. Водолазы два дня безуспешно искали его, после чего было принято решение прекратить поиски. Доктор Лакерт часто расспрашивал о том, что происходило в воображаемом мире Либера. Доктора интересовало, нашёл ли он дядю, как он бежал из города и прочие подробности его воображаемой жизни. Однако Либер решил ничего об этом не рассказывать. Ведь если это вымысел, то зачем об этом рассказывать? А если это правда, он выдаст своих друзей и соратников. Поэтому Либер предпочитал слушать и молчать. Через некоторое время Либера стали выпускать из палаты. В коридоре он встречался с другими пациентами и медицинским персоналом. Однако и с ними Либер не жаждал общения. Он старался избегать разговоров, предпочитая молчание и одиночество. Словно призрак бродил он по больнице, лишь отдалённо напоминая полноценного человека способного творить и мыслить. Но однажды он решил заговорить. Либер находился в комнате отдыха вместе с другими пациентами психиатрической лечебницы. Его внимание приковал старичок, который сидел за столиком и раскладывал игральные карты.

– Что Вы делаете? – дружелюбно поинтересовался Либер.

– Это карты, – пояснил старик, – Не желаете сыграть?

– Нет, спасибо, – улыбнулся Либер.

Старик поднял голову и пристально уставился на своего собеседника.

– А я Вас знаю, – выдал он после минутной паузы.

– Да? – удивился Либер.

– Вас показывали по телевизору, – он указал пальцем на телевизор, который висел на стене, – Вы тот самый инженер, который получил премию. И, видимо, от успеха Вы и свихнулись, – старик глухо засмеялся, а потом закашлял.

– Видимо, так оно и есть, – Либер обречённо вздохнул и побрёл в свою палату.

Похоже, всё-таки доктор Лакерт не врёт. Его слова подтверждают новости, которые передают по телевизору, эти статьи в газетах, а теперь ещё и этот старик. Хотя мнению старика в больнице для умалишённых доверять особо не стоит, но всё же своё зерно сомнений в беспокойной голове Либера он сумел посеять. Либер чувствовал, как его разум всё больше погружается во мрак, хотя вроде как должно было быть совсем наоборот, он должен был находится на пути к исцелению. Беспомощно блуждая в потёмках своего сознания, он вдруг поймал себя на мысли, что начинает доверять своему доктору и рано или поздно расскажет ему всё, что его интересует.

Глава 22

Сегодня Либер проснулся в превосходном настроении. Наконец его не одолевали сомнения. Он решил, что сегодня расскажет доктору Лакерту абсолютно всё. Тогда доктор скорее его вылечит и выпустит из больницы. Раз он известный инженер и лауреат престижной премии, логично предположить, что в деньгах он не нуждается. Либер мечтал, что, выйдя из больницы, он купит себе маленький домик поближе к лесу и будет там жить в своё удовольствие. А ещё из головы не выходил таинственный образ Марии. Многие люди из его воображаемого мира оказались реальными, а значит и Мария должна существовать в реальности, так рассуждал Либер. Он решил, что непременно найдёт её, как только его выпустят отсюда. В приподнятом настроении он прошёл в комнату отдыха и сел на стул как раз напротив двери, откуда заходит медицинский персонал. Эта дверь всегда запиралась на ключ, за ней был другой мир. Оттуда приходили врачи, приносили еду и медикаменты, приводили новых пациентов и оттуда же приходил доктор Лакерт. Там за дверью бурлила настоящая жизнь, там была свобода! Либер уставился на дверь и с нетерпением ждал появления своего лечащего врача.

– Мистер Либер, Ваши таблетки, – медсестра протягивала ему стаканчик с таблетками.

Не отрывая взгляда от волшебной двери, Либер проглотил таблетки. Их давали ему каждое утро и вечер. Так он просидел по меньшей мере часа два. Наконец дверь открылась и оттуда, как сквозь миллионы лет, до его слуха донёсся уже почти позабытый голос. Либер не мог его спутать ни с каким другим. С Лакертом говорила Мария! Сомнений быть не могло! У Либера от неожиданности отвисла челюсть. Мысли в его голове, которые за последние дни вроде как пришли в какой-никакой порядок, вновь запрыгали в голове, создавая хаос и неразбериху. За секунду Либер вспомнил голос Марии в своих снах, увидел её образ на берегу реки, вспомнил как она пела в театре, их поцелуй… Разум бедолаги снова стал погружаться во тьму, он потерял ощущение реальности. В дверях показался Лакерт. Увидев сидящего напротив двери Либера, он указал на него рукой.

– А вот и он, как будто ждал нас!

Вслед за ним вошла женщина в белом медицинском халате. Либер медленно поднял затуманенный взгляд и сквозь мрак он увидел свет звёзд… Две яркие звезды рассеяли тьму в его душе, сознание прояснилось, на него смотрела Мария!

– Не может быть… – прошептал Либер, он не верил своим глазам.

Лакерт и Мария взяли стулья и сели напротив Либера.

– Скандинавская богиня… – не сдержался Либер и расплылся в улыбке.

– О, нет, – рассмеялась Мария, – Всего лишь врач, – она с добродушной улыбкой посмотрела на больного.

Мария вела себя так, будто впервые видит Либера. Её довольно холодное поведение остудило воодушевившегося пациента, улыбка исчезла с его лица. «Конечно же, она меня не знает, – думал про себя Либер, – Но где я её видел? Почему это лицо, этот голос так мне знакомы? Не мог же я её выдумать так, что теперь она материализовалась из моего сознания. Безусловно, мы уже встречались…» Мысли в голове Либера проносились со скоростью молнии, а может и быстрее.

– Это Мария, – наш ведущий психоаналитик, – представил красавицу коллегу Лакерт, – Ваш случай очень заинтересовал её, и я не смог отказать, когда она попросила с Вами встретиться. К тому же, я надеюсь, она поможет нам в Вашем скорейшем выздоровлении.

– Мистер Либер, – заговорила девушка, – Вы не против, если я проведу с Вами пару-тройку сеансов?

– Не против, – как-то рассеянно и безразлично согласился Либер.

Он не мог понять откуда он знает её имя. На ум приходило только одно, и эта мысль совсем не радовала Либера, она сводила его с ума. Он знает её имя, её голос, глаза, он даже помнит вкус её губ… Значит, всё это время Лакерт вводил его в заблуждение, а Мария с ним заодно! Либер не хотел верить даже в саму вероятность такого расклада, но не мог отогнать от себя эту мысль, она назойливо терзала его заблудший рассудок.

– Отлично, – заулыбалась Мария, – Когда Вы хотели бы начать?

– Я… Я не знаю, – замешкался Либер, своим вопросом она оторвала его от мыслей, но тут же добавил, – Когда скажете, мне всё равно.

– Ну, тогда мы могли бы начать прямо сейчас. Если, конечно, доктор Лакерт не станет возражать.

– Конечно, не буду. Давайте пройдём в палату.

Все трое прошли в палату больного. Либер шел неуверенно, ноги стали ватными, а в коленях появилась дрожь, поэтому как только он дошёл до своей палаты, сразу же присел на кровать.

– Мистер Либер, – обратился Лакерт, – Я оставлю вас наедине, но буду присматривать через камеры, так что ведите себя хорошо.

– Конечно, – обречённо согласился Либер, он снова не знал чего ожидать дальше, эта паутина нераспутываемой лжи в которую он попал, лишь ещё больше опутывала его, чем яростнее он пытался во всём разобраться и вылезти из неё.

– А Вы, Мария, – повернулся Лакерт к девушке, – Не провоцируйте его.

– Не буду, – улыбнулась Мария.

Лакерт вышел из палаты и закрыл за собой дверь.

– Не возражаете, если я присяду? – обратилась Мария к пациенту.

– Конечно, как Вам будет удобно, – сейчас, оставшись с ней тет-а-тет, Либер хотел задать ей уйму вопросов, но сдерживался, так как прекрасно знал, что Лакерт за ними наблюдает.

Мария взяла стул и села напротив больного.

– Я не отниму у Вас много времени, – очень осторожно начала Мария.

– Время это единственное чем я богат в этих стенах, так что я с радостью поделюсь им с Вами, – полушутливо ответил ей Либер.

– Для начала я хотела бы познакомиться с Вами поближе. Не хотите рассказать о себе?

– А что рассказывать? – Либер посмотрел ей в глаза, пытаясь увидеть в них хоть какую-нибудь подсказку, но не увидел даже намёка, – Я сумасшедший.

– Истинный сумасшедший никогда не считает себя таковым, – возразила ему Мария, – Вы помните как сюда попали?

Либер опустил голову и молчал.

– Мистер Либер! – пыталась достучаться до него Мария.

– Я не знаю как ответить на Ваш вопрос, – видно было, что Либер начинает нервничать, – Я как бы помню как попал сюда, но похоже я сам себе придумал всё, – от волнения у него вспотели ладони и он нервно потирал их о колени.

– Не волнуйтесь, мистер Либер, – украдкой улыбнулась Мария, – Можно не отвечать на вопросы, которые Вам неприятны. И чтобы наша беседа не казалась Вам допросом, можете и Вы задавать вопросы мне. Спрашивайте! – она откинулась на стуле и с открытой искренней улыбкой смотрела на больного.

– Я не знаю о чём спросить, – Либер скорчил гримасу в попытке улыбнуться.

Несколько секунд он ещё просидел с опущенной головой, нервно потирая ладони о ноги, чем ещё больше соответствовал своему положению пациента данного заведения. Он чувствовал на себе пристальный взгляд и поднял глаза на доктора. Её взгляд и улыбка немного успокоили Либера. Он усмехнулся и снова опустил голову, но на сей раз уже не делал никаких движений, а просто сидел смиренно.

– Что-то не так? – добродушно спросила Мария, видя какая борьба происходит в душе этого несчастного пациента.

– Я даже не знаю как к Вам правильно обращаться. Доктор? Мисс? Миссис? – Либер смущенно потёр лоб.

– Называйте меня Мария. А что нам мешает говорить, как старым добрым друзьям? Либер, ты не возражаешь? – вновь улыбнулась она, пытаясь хоть немного расположить к себе пациента.

– Не возражаю, – как ребёнок заулыбался Либер и радостно начал вертеть головой, – Мария! – тут он сделал остановился и с сомнением посмотрел на доктора, но та одобрительно кивнула, и он продолжил, – Ты здесь работаешь?

– Не совсем. Доктор Лакерт искал себе ассистента. Меня заинтересовал твой случай, вот я и здесь, – девушка развела руки в стороны.

– Ты замужем? – спросил Либер и тут же пожалел об этом, но Марию его вопрос ничуть не смутил.

– Нет, я свободная женщина, так что у тебя есть шанс, – кокетливо подмигнула она ему и тут же засмеялась.

Либер тоже засмеялся, глядя на её, но у него получилось как-то нервозно.

– Теперь моя очередь, – Мария хитро посмотрела на него, – А у тебя, Либер, есть кто-нибудь?

– Всё что у меня есть только в моих мечтах, – серьёзно отвечал ей Либер.

– Хорошо, Либер, – Мария встала и подошла к нему поближе, – Ты не против, если я буду навещать тебя?

– Я буду очень счастлив, – честно ответил Либер и покраснел от смущения. Он опустил голову и положил руки на колени.

– Тогда до встречи, Либер, – она дотронулась левой ладонью до руки Либера.

Рукав халата был немного приподнят и Либер сумел прочитать надпись на её руке, которая до этого была прикрыта рукавом халата: «Не верь никому!». Девушка тут же убрала руку, рукав халата опустился и спрятал надпись. Либер изумлённо посмотрел на неё. Мария еле заметно подмигнула ему и ушла.

Ушла, заставив Либера вновь погрузиться в пучину сомнений. Ясно было одно, она хотела его предупредить о том, что не стоит доверять Лакерту. Либер лёг на кровать и погрузился в мир грёз. Он представлял, как Мария поможет ему выбраться отсюда и они вместе поселятся в каком-нибудь укромном местечке. В самом красивом месте на свете! В горах на берегу реки, а вокруг будет лес. Как же без него, Либер всегда мечтал побывать в лесу.

Мария тщательно смыла надпись на руке и вышла из уборной. В коридоре её уже поджидал Лакерт.

– Не слишком ли любезничали Вы с ним?

– Зато теперь он видит во мне друга, – парировала Мария укол Лакерта.

– Думаю, теперь он видит в Вас потенциальную любовницу.

– Тем лучше. Быстрее раскроется.

– Думаете Вам удастся его разговорить?

– Посмотрим! – Мария с вызовом посмотрела на Лакерта, – До встречи, мистер Лакерт.

Глава 23

Прошло уже три дня после встречи с Марией. Либер ожидал, что она будет навещать его гораздо чаще, но теперь уже думал, что она вряд ли вообще вернётся. И это даже не удивляло его, он уже привык, что в этом подозрительном заведении не оправдывается ни одно его ожидание. Но помимо того смятения, которое внесла в его мысли Мария своим визитом, в его голову закралась ещё одна грызущая больной разум мысль. А что если он и вправду сумасшедший, причём настолько, что Марию тоже всего лишь выдумал, на самом же деле её никогда не существовало и никто не навещал его в больнице. Разум Либера окончательно запутался в сетях безумия, но в душе он продолжал верить, что Мария настоящая, а не плод его больного воображения. Либер лежал на своей больничной койке после очередного укола, когда вновь увидел перед собой знакомый образ.

– Здравствуй, Либер! – радостно поприветствовала его Мария, заходя в палату.

– Привет! – засиял от счастья Либер, – Прости, что встречаю тебя лёжа, но после этих уколов у меня ужасно кружится голова.

– Всё нормально, я присяду рядом, – она взяла стул и села поближе к кровати, – Ждал меня?

– Спрашиваешь. Конечно, ждал! – Либер улыбался во весь рот, глядя на неё. Он до сих пор ещё не мог понять наяву видит её или же это галлюцинация, но в любом случае был рад её приходу.

– Что интересного расскажешь? – Мария смотрела на него своими добрыми глазами, и очаровательная улыбка не сходила с её ангельского лица.

– Что здесь может быть интересного, – усмехнулся Либер, – Даже музыки нет.

– О! – радостно воскликнула Мария, – Музыка это прекрасно! А что ты предпочитаешь слушать?

– Ну, мне больше нравится рок. Nirvana, The Doors, Nightwish… Любимая группа моего дяди, кстати, – вспомнив про дядю Либер улыбнулся.

– К сожалению, я не знаток рок-музыки, – Мария виновато посмотрела на больного, – А как на счёт классической музыки?

– Я даже был однажды на концерте классической музыки, – встрепенулся пациент.

– И как? Понравилось?

– Не то слово! Особенно мне понравилось, как одна девушка исполняла «Ave Maria». Невероятно красивая девушка с божественным голосом! Кстати, очень похожая на тебя, – Либер хитро прищурился, посмотрев на посетительницу.

– Не льсти мне, – засмущалась Мария и легонько дотронулась до руки Либера.

«Значит она настоящая!» – подумал про себя Либер, почувствовав касание руки девушки, и очень обрадовался этому факту.

– А где проходил этот концерт? – спросила она.

– В каком-то городке, я даже не помню названия, – почему-то этот вопрос насторожил Либера, и его лицо сразу приняло серьёзный вид.

– Значит, тебе нравится искусство.

– Я считаю, во всех нас заложен творческий потенциал с самого нашего рождения. Однако этот потенциал уничтожают в нас, заставляя выполнять рутинную работу, которую мы не желаем выполнять и даже ненавидим её. Мы рождаемся гениями, но общество убивает в нас гениев, и мы становимся оболваненной частью этого самого безликого общества. Во всех нас заложена тяга к искусству, творчеству! Но став частью общества, мы начинаем выполнять работу, которую от нас требуют и размениваем истинные шедевры на то, что считается в этом обществе модным и правильным.

– По-твоему каждый человек должен жить в изоляции от общества, чтоб сохранить свою гениальность?

– Конечно же, нет! Без общения не будет развития человечества в целом. Просто побольше проявлять уважения друг к другу, побольше человеколюбия… В обществе приняты какие-то нормы и правила, которые сдерживают потенциал гениев, мышление которых отличается от общепринятого. Почему если кто-то считает иначе, то он сразу же входит в разряд безумцев и изгоев? Я предпочитаю рок, но это же не значит, что те кто слушают джаз или регги в чём-то не правы!

– Но мир так устроен. Мнение большинства всегда считается правильным. И ты не сможешь этого изменить! – возразила ему Мария.

– У меня нет мания величия, хоть я и нахожусь в психушке. Я не могу изменить весь мир, но я могу изменить себя! А разве я не часть этого мира? – в этот миг глаза Либера засверкали так как это бывало раньше. Пламя жизни горело в этих двух угольках! Это был взгляд свободного человека, заточённого в неволе, но сохранившего свободу мысли и духа!

– Очень интересные мысли, я бы даже сказала смелые… – Мария медленно встала со стула, – Но мне, к сожалению, уже пора, – она виновато улыбнулась.

– И ещё кое-что, Мария! – остановил её Либер.

– Что?

– Мнение большинства всегда ошибочно. Девять из десяти человек прозомбированные системой идиоты. Проблема в том, что каждый считает себя тем самым единственным умником. И ничего невозможно объяснить этим мнимым умникам, они настолько уверенны в своей непогрешимости, что все твои логические доводы для них ничего не значат. В спорах с ними не рождается истина, так как они считают себя во всём правыми и спорят только чтобы унизить оппонента и самоутвердиться за счёт этого. Только в том случае, когда твои оппоненты тоже высокоинтеллектуальные эрудированные культурные и духовно развитые люди, ваше соперничество может выглядеть как игра в бисер. Если же ты решаешь сыграть в эту игру с дураком, то это всё равно что разбрасывать бисер перед свиньями! Я понимаю, что стадо тупоголовых свиней не эволюционирует в одночасье в разумных существ, но и примыкать к ним я тоже не собираюсь.

Либер закончил свою пламенную речь и с торжествующей улыбкой смотрел на доктора. Сейчас он не был похож на помешавшегося умом психа, но доля безумия в нём, несомненно, присутствовала. И Мария почувствовала это. Она как-то неестественно и даже боязливо улыбнулась в ответ и, не сказав ни слова, вышла из палаты. Покинув Либера, Мария сразу же отправилась к доктору Лакерту. Он ожидал её в своём кабинете, глядя на мониторы, которые передавали изображение с камер видеонаблюдения.

– По-моему Ваши методы неэффективны, – предъявил он, как только вошла Мария.

– Просто Вы не замечаете тонкостей человеческой психики. Оно и неудивительно, Вы же привыкли работать с машинами, – Мария надменно посмотрела на собеседника.

– И что же заметили Вы в тонкостях его психики? – саркастично спросил Лакерт.

– Как Вы слышали, он был на концерте классической музыки. Классика, как и рок, и другие направления древней музыки, запрещены в Мегаполисе. Логично предположить, что он посещал концерт за пределами Мегаполиса.

– Это не новость! – грубо перебил её Лакерт, – Я и так прекрасно знаю, что он покидал Мегаполис. Ваши беседы не дают нужного результата.

– Он был очень откровенен со мной, чего до сих пор не удавалось сделать Вам. Дайте мне немного времени.

– Время… – повторил Лакерт, – Мы и так потеряли с ним много времени.

– А чего Вы хотели? – вспылила Мария, – Это человек, а не бездушная машина! И довольно неглупый человек!

– Незачем мне демонстрировать Ваш характер! – снова грубо обрубил её Лакерт, – Когда Вы планируете снова с ним встретиться?

– Через несколько дней, – спокойно ответила Мария, глядя в монитор с изображением блаженно улыбающегося Либера, – Пусть подумает, поскучает…

– Хорошо, – согласился Лакерт, – Но третий сеанс должен быть результативным. Я уверен, что Бильбо жив. Я хочу знать, где он скрывается.

– Я поняла Вас, – сухо ответила Мария и покинула кабинет.

Следующей встречи с Марией Либеру пришлось ждать почти неделю. Он уже начал беспокоится, не случилось ли чего с ней. Может он наговорил лишнего в последний её визит? Однажды он даже спросил у Лакерта, когда она придёт. На что Лакерт честно ответил: «Когда сама посчитает нужным». Этот ответ более чем удовлетворил Либера, так как подтверждал, что Мария к нему на самом деле приходит и это не галлюцинации. Впрочем, Либер и не сомневался в этом, но подтверждение данного факта доктором Лакертом не стало лишним. Наконец он её дождался. Либер был в комнате отдыха вместе с другими пациентами, когда вошла она. Словно ангел с небес она приближалась к нему, в ней он видел своё спасение, свою свободу, свою мечту.

– Здравствуй, Либер! Извини, что долго тебя не навещала. Как ты? – она с нежной улыбкой на лице дотронулась до его руки.

Либер вспомнил свою маму. В детстве она точно так же брала его за руку, когда ему было страшно. От материнского прикосновения ему всегда становилось спокойно и светло на душе. Сейчас прикосновение Марии произвело такой же эффект и Либер на секунду даже увидел перед собой добродушно улыбающуюся маму, тёплый взгляд отца и беззаботно смеющуюся Анну…

– Всё хорошо? – уже несколько обеспокоенно спросила Мария, вернув сознание Либера в реальность.

– Да, всё отлично! – улыбнулся ей Либер, – Хорошо выглядишь.

– Спасибо, Либер. Ну что, пройдём к тебе в палату?

– Думаю, так будет лучше, – согласился Либер, и они прошли в палату больного.

– Как себя чувствуешь? – проявила заботу Мария.

– Нормально себя чувствую. Не понимаю, почему до сих пор меня держат здесь, – в голосе Либера чувствовалась досада, перед глазами вновь возник образ родителей, – Если я и болен, то только тоской по своим родным, но это же не повод считать меня психом, – подавленно добавил он.

– А как твои фантазии? Больше не беспокоят?

– Вроде нет, – растерялся от такого вопроса Либер и присел на краешек кровати.

– Не возражаешь, если сегодня поговорим о твоих родителях, дяде? – Мария села на кушетку рядом с Либером.

– Не возражаю, – Либер растерянно посмотрел на Марию. Что она хочет от него услышать?

– Доктор Лакерт говорил, что ты создал целый мир, не желая смириться со смертью близких. Я читала записи доктора Лакерта, где он описывает твой мир. Твои родители, сестра, брат живут в некоем городе, который ты оградил высокими стенами. Лакерт считает, что так ты закрылся от внешнего мира, изолировался внутри себя. Я же думаю, что за этими высокими стенами ты пытаешься защитить своих близких. Тело твоего дяди не было найдено и, видимо, поэтому его не оказалось в твоём городе, и ты пошёл его искать. Верно? – Мария смотрела на Либера и говорила с ним как с маленьким ребёнком.

– Наверно. Это же вы психоаналитики, доктора… Вот и разбирайтесь! – этот разговор не нравился Либеру, ему было неприятно, что Мария говорит с ним как с полоумным.

– Я тебя обидела? – обеспокоилась Мария.

– Не обидела, это же твоя работа, – с натяжкой улыбнулся Либер, – Просто все считают меня сумасшедшим, а я так не считаю.

– Я не считаю тебя сумасшедшим, – возмутилась Мария.

– Тогда к чему этот дурацкий разговор? – закричал Либер вскочив с кровати.

– Хорошо, Либер. Если не хочешь, мы не будем об этом говорить.

– Да нет уж, – Либер стал нервно расхаживать из стороны в сторону, – Спрашивай что хотела. Я отвечу на все твои вопросы. Только оставьте уже меня в покое! – срывался на крик замученный пациент.

– Успокойся, Либер, ты не в себе, – как можно спокойнее проговорила Мария.

– Конечно не в себе, я же псих! – ревел Либер.

– В другой раз поговорим, – сурово произнесла Мария, встала и направилась к двери.

– Стой, Мария! – Либер схватил её за руку, сделал глубокий вдох и, немного успокоившись, продолжил, – Прости. Спрашивай, что хотела. Только не уходи, пожалуйста. Из-за этой обстановки я действительно схожу с ума.

– Может, для начала отпустишь меня? – Мария грозно смотрела на него, словно мать на провинившееся дитя.

– Конечно, – Либер отпустил её руку и снова заходил по палате.

– Что было когда ты всё же нашёл своего дядю? – ледяным голосом заговорила Мария, – При каких обстоятельствах это произошло?

Либер резко остановился, затем вплотную подошёл к врачу и пристально посмотрел ей в глаза.

– А с чего ты решила, что я нашёл его?

– Доктор Лакерт пришёл к такому выводу, – Мария тоже пристально уставилась на Либера.

С минуту они молча сверлили друг друга взглядом, словно пытаясь телепатически передать друг другу какую-то информацию. Неожиданно Либер почувствовал сексуальное возбуждение. Ему захотелось страстно поцеловать свою докторшу и силой бросить её на кушетку. Поспешив отогнать от себя эти мысли, Либер развернулся и снова зашагал по палате.

– Не нашёл я его, просто всегда надеялся что он жив, – очень тихо произнёс Либер.

– Держись, Либер. Думаю, совсем скоро ты выйдешь отсюда, – обнадёживающе сказала Мария и ушла прочь.

Оставшись один, Либер схватился обеими руками за голову и, упав на колени, в отчаянии заревел как дикий раненый зверь. Он и был зверем. Диким и раненым. Во всяком случае, душа его была искалечена уже непоправимо…

– Я же говорил, что Ваши методы неэффективны, – Лакерт ожидал Марию на улице возле выхода из лечебницы.

– По-моему он не врёт, – сухо отметила Мария, – Не думаю, что он нашёл Бильбо.

– Посмотрим, насколько он правдив.

– Что Вы собираетесь с ним делать? – встревожилась Мария.

– Неужели и Вы, Мария?

– Что неужели и я? – недовольно переспросила она, заметив ухмылку на лице Лакерта.

– Я слышал истории о том, как психоаналитики проникались симпатией к своим пациентам и даже влюблялись в них.

– Не несите чушь, мистер Лакерт! Вам это не идёт, – рассердилась Мария, – Всего доброго!

– И Вам тоже, – крикнул ей вслед Лакерт.

Глава 24

– Доброе утро, мистер Либер, – прозвучал мерзкий голос Лакерта.

Голос доктора разбудил Либера, он открыл глаза и попытался встать, но не смог даже пошевелиться.

– Почему я опять связан? – разозлился он.

– Вам ещё не надоело всё это? – Лакерт как обычно не обращал внимания на вопросы Либера.

– Ещё не надоело? – негодующе переспросил Либер, – Хотите меня отпустить?

– Всё зависит от Вас. Возможно, уже сегодня мы с Вами расстанемся.

– Тогда почему я привязан? – в гневе зарычал Либер.

– Буду с Вами предельно откровенен, – продолжал игнорировать его твердолобый Лакерт, – Мне это всё чертовски надоело. Выслушивать Ваш бред, играть в доктора… – он презрительно сплюнул на пол, – Выключить голограмму! – громко скомандовал он.

Мгновенно всё вокруг стало серым. В мгновение ока исчезла вся психиатрическая больница, вместе со всем, что в ней было, вокруг стояли лишь серые бетонные стены. В пустом мрачном помещении остались только Лакерт и прикованный к кушетке Либер. Сбоку на кушетке Лакерт нажал кнопку, и та приняла вертикальное положение.

– Мы в голографической комнате… – наконец дошло до Либера

– Да! – грубо оборвал Лакерт, – Психиатрическая больница, как и все её пациенты и персонал всего лишь голографическая проекция.

– И Мария? – забеспокоился Либер, неужели они как-то проникли в его сознание и извлекли оттуда её образ?

– Мария настоящая. Похоже у вас взаимная симпатия.

– И зачем всё это? Это какой-то эксперимент? Или новое реалити-шоу? Вы хотели внушить мне, что я сошёл с ума, а что дальше? – сыпал вопросами сбитый с толку Либер.

– Да это эксперимент. Неудачный эксперимент. Я предлагал сразу же перейти к пыткам. Метод намного более эффективный и быстрый.

– И что же Вам помешало? И вообще, что вам от меня надо?

– Где прячется этот проклятый Бильбо?

– Бильбо? – удивлённо вскрикнул Либер, посмотрел на Лакерта и секунду спустя залился истерическим смехом, – Я снова готов Вам аплодировать, но вот ведь незадача, я снова связан. Словно какая-то высшая сила не хочет, чтобы я выказывал восхищение Вашими талантам. Может это дух Бильбо? – Либер снова залился смехом, – Правда, доктора Вы сыграли весьма паршивенько, но всё остальное… Особенно письмо! Я же и вправду поверил, что оно от Бильбо.

– Письмо это не я додумался. А вот жучок, который Вам каким-то образом удалось заглушить, вывести из строя и при этом остаться в живых… Это была моя идея.

– Да ты просто генератор неудачных идей! – съязвил Либер, – И зачем тебе так понадобился Бильбо?

– Мне? Мне он совершенно не нужен. Может, сама поговоришь с ним? – вдруг обратился он куда-то в пустоту.

Через считанные секунды после этих слов посреди комнаты просто из ниоткуда материализовалась женщина. Красивая, стройная женщина в чёрном обтягивающем комбинезоне и на высоких каблуках. Роскошные чёрные волосы свисали ей до пояса, глаза вызывающе сверкали, а облегающее одеяние подчёркивало её идеальную фигуру. Её безумно сексуальная внешность вызывала безудержное похотливое желание и в то же время вселяла какой-то первобытный страх. Не спеша она подошла к Либеру и аккуратно, но сильно схватив его за подбородок, стала внимательно рассматривать его лицо надменным оценивающим взглядом.

– Да! Ты похож на него. У тебя его глаза, такой же взгляд мечтателя, – она убрала руку с его лица, – Ты был дорог ему, и только поэтому я до сих пор не позволила Лакерту истязать тебя.

– Кто ты? – Либер не отрывал от неё взгляда, она была прекрасна как ангел и ужасна как сам дьявол.

– А ты ещё не догадался? – она провела тыльной стороной ладони по лицу Либера, – Твой дядя был более смышлёным.

– Тёмная Королева… – неуверенно произнёс Либер и застыл от изумления и страха.

– Собственной персоной! – она провела руками по своей идеальной фигуре, – Что? –бросила она высокомерно, при этом слегка наклонив голову вправо.

– Просто я думал, то есть я не думал, – запутался Либер в своих мыслях и словах.

– Не ожидал, что я имею тело? – сформулировала за него Королева.

– Да! – поспешил согласиться пленник.

– Я и не имела тела, и голос у меня был противный и неестественный. Такой, какой ты видишь сейчас, меня сделал Бильбо.

– Невероятно! – Либер не мог скрыть своего восхищения. Он никогда не сомневался в гениальности дяди, но перед ним стояло неподражаемое творение истинного мастера.

– Он действительно гений, – улыбнулась Королева, – Украшение человеческой расы!

– Но ты можешь существовать только в пределах голографической комнаты? – уточнил Либер, в нём проснулся научный интерес.

– Поверь, мне этого достаточно. Зато я вижу и слышу абсолютно всё, что происходит в этом городе.

– Так это ты ищешь Бильбо? – осенило Либера.

– Верно. Ищу его уже давно. Проанализировав всю сложность данной ситуации, я поняла, что если кто и найдёт Бильбо, так это ты, – Королева окинула оценивающим взглядом Либера с ног до головы, как бы убеждаясь в правильности своего выбора.

– Почему я?

– Бильбо невероятно умён. И если он не хочет, чтоб его нашли, его не найдут. Но люди сентиментальны… А ты его любимый племянник. К тому же, у вас много общего. Я всегда наблюдала за тобой. Ты очень похож на своего дядю. Так же умён, ленив, свободолюбив… Но самое главное ты любишь его и мечтал с ним встретиться. Ты был готов броситься на его поиски, но не хватало искорки, чтобы разжечь тебя. В этом ваше отличие, Бильбо никогда не надо было разжигать, он всегда сам горел своими идеями и зажигал ими всех вокруг… А тебя нужно было подтолкнуть, тогда я написала письмо.

– Конечно же, это была ты! – заулыбался Либер, – Никто не знает Бильбо так как ты. Как же я сразу не догадался.

– А вот Бильбо бы догадался! Я знаю всех жителей Мегаполиса и ни один из вашего жалкого сброда не может сравниться с Бильбо! – Королева с презрением посмотрела на Либера.

– Ты восхищаешься им! – не смог не заметить Либер.

– Восхищаюсь? Конечно же, нет. Но глупо было бы не признавать его гениальности. Его интеллект является сокровищем угасающего человеческого рода.

– Но зачем он тебе стал нужен сейчас?

– Ты слышал историю обо мне и Бильбо? – Королева загадочно улыбнулась.

– Слышал… – Либер почувствовал подвох в её вопросе и сразу же прикусил язык, но было уже поздно.

– Тогда ты знаешь о нашем совместном проекте, – Королева не сводила глаз с узника.

– О каком проекте?

– Не прикидывайся! – грозно крикнула Королева и тут же резко смягчилась, – Только Бильбо мог рассказать тебе нашу историю. А значит, он рассказал тебе и о проекте.

– Но я не виделся с Бильбо, – изобразил Либер недоумение.

– Не лги мне! – она приложила указательный палец к его губам, – Я знаю, что ты нашёл его. Знаю, что ты слышал о нашем проекте. По твоей микромимике всё читаю, – почти шепотом говорила она у самого уха Либера.

– Это нечестно, я же не могу читать твою микромимику, – так же почти шепотом отвечал ей Либер.

Тёмная Королева сделала шаг назад и весело рассмеялась

– Бильбо дал мне безграничную власть над Мегаполисом. Лакерт нашёл способ взять меня под контроль, обуздать меня. Лакерт блестящий ученый, однако, ему не хватает воображения Бильбо. За эти годы мы с Лакертом сумели прийти к нашей с Бильбо мечте… Биологический разум и машинный…

– Вам удалось объединить их? – Либер не мог скрыть своего удивления и восхищения.

– Не совсем. Нам удалось найти способ загрузить сознание человека в компьютер. Человек получает практически вечную жизнь, пока его сознание находится внутри компьютерной программы. Бильбо уже далеко не молод и рано или поздно смерть настигнет его. Я совсем не хочу этого. Его разум будет жить внутри моей программы. Мы не можем позволить его воображению и интеллекту сгинуть в небытие.

– Но это же рабство! – возмутился Либер.

– Рабство?! – вскрикнула королева так, что аж стены затряслись.

– Конечно же рабство! – не сдавался Либер, – Это же будет мир иллюзий, созданный тобой.

– Но вы и так рабы иллюзий! Иллюзий, созданных вашим собственным мозгом на основе сигналов, полученных от органов чувств. Каждый из вас живёт в мире, который создаёт его мозг, – Королева вплотную подошла к Либеру и, слегка наклонив голову на бок, продолжила, – Так какая разница в мире каких иллюзий существовать?

– Бильбо никогда на такое не согласится. И никто на это не согласится!

– Ты ошибаешься! Многие согласятся на это с радостью. Но мне не нужно это безмозглое стадо. Мне нужен только Бильбо! А вот он, конечно, может и не согласится. Впрочем, а кто его будет спрашивать? Он будет подключен ко мне, хочет он этого или нет! – глаза её грозно засверкали.

– Ирония судьбы, – вдруг заговорил Лакерт, который всё это время терпеливо молча наблюдал, – Бильбо хотел подарить людям свободу, а станет рабом своего творения.

– Людям не нужна свобода, – уверенно произнесла королева, – Они глупы и не знают что с ней делать.

– А твой интерес в чём? – обратился Либер к Лакерту.

– Я думаю со временем мы и остальных подключим. Это будет идеальная система контроля.

– Но почему именно Бильбо? – не унимался Либер.

– Это её прихоть, – Лакерт указал головой в сторону королевы, – Бильбо сам создал её такой капризной и прихотливой.

– Но ты же можешь её контролировать, переписать её программу, – Либер не мог до конца понять всей ситуации.

– Конечно могу, но не буду ей мешать. Бильбо должен ответить за свои деяния. И вообще мы тратим много времени на болтовню, – Лакерт достал шприц из кармана халата, – Пора заставить тебя говорить, – он вонзил иглу шприца в шею Либера, – Можешь оставить нас! – обратился он к Королеве, и голограмма тут же исчезла.

– Ещё не наигрался в доктора? – съязвил Либер.

– Сейчас ты будешь корчиться от мук. Эта сыворотка моё изобретение. Тебя ожидают адские муки. Но у меня есть противоядие, и я введу его, как только ты скажешь мне где этот засранец Бильбо.

Лакерт не шутил. Довольно скоро Либер стал испытывать сильные боли. Ему казалось, что его тело сжигают заживо, дробят кости, вырывают глаза. Изнемогая от боли Либер мог издавать лишь отчаянные вопли. Ровно через минуту Лакерт что-то нажал на своих смарт-часах, и боль мгновенно прекратилась.

– Это была первая волна. Повторить? – злорадно спросил он.

– Я понял! Ты ввёл чип, – всхлипывая кричал Либер, его тело продолжало судорожно подрагивать, дыхание сбилось и говорить было тяжело, – Чип действует на мой мозг, заставляя думать, что мне больно. На самом деле боли нет.

– Изящная форма пытки, не правда ли? Тело не знает боли, боль чувствует мозг. Королева была права, вы рабы иллюзий, созданных вашим мозгом.

Лакерт снова активировал чип через смарт-часы и опять прождал ровно минуту.

– Я всё равно труп, зачем мне говорить где Бильбо? – орал Либер вне себя от внушаемой боли и ярости.

– Я не собираюсь тебя убивать, мистер Либер. Я предпочёл бы подключить тебя к какой-нибудь программе. Скажем, ты попадёшь в созданный мною ад и будешь обречены на вечные муки. А вообще мне интересно зачем ты бежал из города, прогуливал работу… Ведь миллионы людей живут нормальной жизнью, чего тебе не хватало?

– Свободы! – гордо объявил Либер.

– Свобода… – повторил Лакерт, – И зачем она тебе? Вот твои родители, сестра… Они живут довольно счастливой жизнью и без твоей свободы. Более того, многие люди осознают своё рабское положение и довольствуются им!

– Никто не довольствуется рабским положением. Просто люди смирились с ним.

– Почему же ты не смирился?

– А я мечтатель. Все люди мечтают, просто каким-то образом системе удалось подменить ценности жизни, из-за чего у людей подменились мечты. Люди стали мечтать о навязанных ценностях, потеряв свои истинные мечты в глубине прожитых лет. Однако мечты всегда сбываются. И в своей жизни я понял одно. Либо ты осуществляешь свою мечту, либо работаешь, чтоб осуществить мечту другого.

– Ты мечтал о свободе и поэтому сбежал из города?

– Я мечтал о свободе и обрёл её. Даже сейчас я чувствую себя свободным, потому что ещё способен вольно мыслить.

– Ну, это ненадолго. Свобода, мечта… Ну и к чему привели тебя твои мечты?

Лакерт снова активировал чип, на этот раз он прождал две минуты. Вопли Либера не прекращались ещё какое-то время даже после того как пытки отключили.

– А сейчас о чём мечтаешь? – злорадствовал Лакерт, когда вопли поутихли, – Чтобы пытки поскорее закончились?

– Да пошёл ты! – в сердцах крикнул Либер.

– А знаешь, что самое интересное в моем методе пытки? Ты не можешь потерять сознание, чип всегда оставляет тебя в сознании, чтобы ты продолжал чувствовать боль. И умереть ты тоже не можешь, ведь на самом деле боли нет. Но можешь сойти с ума.

– Благодаря тебе, меня уже не пугает безумие и психушка, – Либер не мог говорить, он ревел как обезумевший от множества ран дикий зверь.

– Знаешь, о чём я тут подумал? – философски начал Лакерт, – Людям не нужна свобода, тут Королева абсолютно права. Они мечтают о ней, но она им не нужна. Ведь свобода – это огромная ответственность. Причём ответственность не только за свои поступки, но и других людей. А люди боятся ответственности. Людям нравится быть рабами, нравится когда за них всё решают. Ведь так намного легче жить. В восемь будь на работе, в двенадцать обедай, в шесть иди домой… Очень удобно когда за тебя всё решили. Даже получив свободу, люди не знают, что с ней делать и снова бегут в рабство к тому, кто предоставит им защиту и будет решать их проблемы. К тому, кто избавит их от необходимости принимать решения самостоятельно. Так что эта ваша свобода не более чем просто мечта. Вечная мечта!

– Много же ты знаешь, – усмехнулся Либер.

– Поверь, достаточно. А вообще ты должен быть благодарен мне и Тёмной Королеве.

– Это за что же? – искренне удивился Либер.

– Когда тебя арестовали за прогулы, агенты уже хотели взять тебя в оборот. Разумеется, ты заслужил их внимание не тем, что прогуливал работу и употреблял наркотики. Тебе хотели предъявить инакомыслие и вольнодумие. А ты знаешь, что по законам нашего Мегаполиса это очень строго карается. Давно уже они за тобой пристально наблюдали, но последней каплей послужил твой телефонный разговор с начальником смены. Тогда ты назвал его Голлумом и что-то процитировал из Бакунина. В тот момент ты подписал себе приговор. Мы с Королевой остановили тогда Темных людей и тебя выпустили из тюрьмы.

– Чтоб я привёл вас к Бильбо. Очень благородно с вашей стороны было снабдить меня устройством слежения и …

Лакерт не дал пленнику договорить, вновь активировав чип. На этот раз боли сопровождались жуткими галлюцинациями и продолжались целых три минуты. Казалось, в эти 180 секунд Либер испытал вечные муки ада, они никак не прекращались. Как только Лакерт выключил чип, Либера вырвало.

– Хватит, больше не надо, – взмолился мученик, голова кружилась со скоростью нашей маленькой планеты вокруг Солнца, приступы тошноты никак не прекращались, а голова, казалось, вот-вот лопнет.

– Образумился, наконец, – продолжал злорадствовать Лакерт.

– Подонки, сволочи… – как в бреду ревел Либер.

Всё происходило как в страшном сне, самом жутком кошмаре. Но в отличии от кошмарного сна, Либер понимал, что спасение в виде счастливого пробуждения к нему не придёт. И даже не придёт спасение в виде вечного забвения. Либер уже не боялся боли, но ещё одного сеанса галлюцинаций он бы не выдержал. В глубине души он понимал, что под таким натиском ему не устоять и рано или поздно он всё расскажет этому гнусному садисту Лакерту. Это было лишь вопросом времени. Собрав остаток сил, Либер отчаянно попытался вырваться, но всё было тщетно…

Глава 25

Расставшись с Лакертом в его лаборатории, Мария сразу же отправилась в Белый Дом оформить себе путёвку в загородный посёлок-санаторий. Когда твой отец член Сената, а ты являешься ведущим специалистом Чёрного Дома, такие вопросы решаются легко и быстро. Уже через полчаса она сидела с оформленной путёвкой на заднем сидении служебного электромобиля, который на всех порах мчался в посёлок-санаторий. Множество тревожных мыслей лишали её покоя. Завтра будет ровно четыре недели как арестовали Либера. Уже четыре недели он страдает и мучается в руках этих жестоких садистов и душегубов! Мария понимала, что эти четыре недели мучений всего лишь цветочки, у Лакерта в арсенале припасены более изощрённые и ужасные издевательства.

Мария узнала о пленении Либера уже на следующий день после ареста. А пару недель спустя услышала, что Лакерт ищет себе в помощники психоаналитика для одного необычного эксперимента. Интуиция или что-то ещё подсказали ей, что нужно откликнуться на это предложение. Она не могла объяснить как и откуда, но почему-то была уверенна что Либер в руках Лакерта. Придя впервые в кабинет Лакерта, она узнала на мониторах Либера и твёрдо решила, что должна ему помочь вырваться из лап этого палача. И вот момент настал, дальше медлить уже было просто нельзя…

– Приехали! – голос водителя оторвал её от раздумий.

Мария посмотрела в окно, они были во внутреннем дворе санатория. Времени было очень мало, и отважная девушка решила не задерживаться в посёлке. Поскорее уладив все формальности, уже через час после прибытия она ехала в городок к своей тёте Ирине. Вечером они с Ириной пришли в игровой клуб, где их уже ожидали Бильбо, Лоран и Анархист. Дамы поздоровались и заняли места за столиком, где сидел доктор Лоран. Анархист стоял у окна в метре от этого столика, Бильбо сидел на стуле чуть подальше. Атмосфера в клубе была настолько напряжённой, что казалось можно повесить в воздухе самую мощную лампу, и она засветиться на максимуме своего потенциала.

– Как там наш юный друг? – не мог скрыть своего беспокойства Бильбо.

– Пока держится. Я виделась с ним утром. Лакерт недоволен и если не сегодня, так завтра приступит к более радикальным мерам. У нас очень мало времени, мы должны спасти его, – взмолилась Мария и слеза отчаяния потекла по её гладкой щеке.

– Уже почти всё готово, начинаем завтра утром, – попытался успокоить девушку Анархист.

– Что вы собираетесь делать? – полюбопытствовала Ирина.

– Дорогая, Ирина! – Лоран взял её за руку, – Думаю Вам лучше уйти. Будет спокойнее не знать, что мы затеваем.

– Позвольте же мне остаться, раз уж я пришла, – возмутилась актриса, – Ведь кто-то же должен будет воспеть вашу великий триумф или горькое фиаско.

– Пусть остаётся если хочет, – оборвал их беседу Анархист, который не любил пустых разговоров. Он подошёл к столику, оперся об него обеими руками и, окинув взглядом присутствующих, перешёл к делу, – Я говорил с Цыганом. Не знаю каким образом, но он собирается открыть северные ворота уровня D. Так Цыган привлечёт внимание полиции и военных. Как только начнётся штурм северных ворот, я со своими ребятами начинаю проникновение в город через одиннадцатые ворота. Это тоже, как вы понимаете, отвлекающий манёвр. Основная задача ложится на Джо. Сегодня суббота, а значит в полночь в городе день открытых дверей, – Анархист слегка ухмыльнулся, – Индеец и с ним ещё пятьдесят человек этой ночью проникнут в город. Когда начнётся наше движение, они должны будут захватить электростанцию и отключить её. Но! – тут он взял небольшую паузу, сделал глубокий вдох, медленно выдохнул и продолжил, – Как только мы отключим электростанцию, Тёмная Королева запустит резервный источник питания и протоколы безопасности будут очень скоро восстановлены. И ещё кое-что. Даже если нам удастся всё это провернуть, вряд ли получится дойти до уровня А. Нужно чтобы кто-то оказался там заранее и воспользовавшись суматохой, которую мы наведём, попытался бы спасти нашего друга, ну или ликвидировать его, – тут он замолчал и слегка опустил голову.

– Что значит ликвидировать! – вскрикнула Мария от возмущения и широко раскрытыми глазами посмотрела на Анархиста, – Я вытащу его оттуда.

– Ты с ума сошла? Это безумие! – Ирина осуждающе посмотрела на свою отважную, но безрассудную племянницу.

– Это только так кажется, – девушка ласково посмотрела на тётю, желая её успокоить, – На самом деле всё реально, тем более электростанция будет отключена и ворота открыты. Лакерта и охрану я смогу обойти, остаётся придумать как быть с Тёмной Королевой, – Мария с надеждой в глазах обвела присутствующих взглядом.

– Тёмная Королева… – задумчиво произнёс Бильбо, – Ей нужен я! И я приду к ней! – он встал со стула полный решимости, – Пожалуй, я смогу выиграть немного времени для нас.

– Что ты придумал? – Лоран посмотрел на друга.

– Я поговорю с ней, мы же старые друзья, – засмеялся Бильбо, но глаза его были отнюдь не весёлые, – Только бы попасть в голографическую комнату…

– В общем, так, – Анархист достал из кармана сложенный в несколько раз лист бумаги и развернул его на столе.

Это была карта Мегаполиса. Все склонились над картой, чтобы получить от старого опытного рецидивиста последние указания.

– Бильбо, ты пойдёшь в город утром вместе со мной. Не хочу, чтобы Королева обнаружила тебя раньше положенного. Мы пройдём через одиннадцатые ворота, – он указал на них пальцем на карте, – Ближайшие голокомнаты в первом и десятом секторах, – он показал их на карте, – На территории двенадцатого сектора будет проходить бой за электростанцию, идти через него небезопасно. Поэтому ты пойдёшь в десятый сектор, – он указал на стадион в десятом секторе и постучал по нему пальцем, – Тем более, здесь работают люди Цыгана, и ты без проблем туда попадёшь.

– Мы попадём, – поправил его Лоран, – Я не отпущу его туда одного.

– Лоран, тебе незачем так рисковать! – возразил Бильбо.

– Дорогой мой Бильбо! – Лоран пристально посмотрел на друга, – Мы с тобой столько прошли вместе, а ты хочешь оставить меня без финала? Я не хочу пропустить главную игру в нашей жизни! – тут он улыбнулся и уже чуть тише добавил, – Возможно, это будет наша последняя игра.

– Он прав! – сердито вмешался в разговор Анархист, – Вдвоём надёжнее. Теперь ты, Мария! – он посмотрел на хрупкую девушку, глаза которой были наполнены отвагой, и, убедившись в её решимости и непоколебимости, продолжил, – Ворота будут открытыми совсем не долго, и чтобы не терять время нужно двигаться по прямой. Конечно, быстрее было бы ехать через северные ворота, но на уровне D там будет проходить бой, – он указал на карте место будущего сражения, – Поэтому ехать будете через западные ворота. Здесь преимущество в том, что они ближе к Чёрному Дому, – Анархист пальцем начертил на карте расстояние от Чёрного Дома до западных ворот уровня А, – Миновав уровень В, вы сразу попадёте на территорию ИВК, – он постучал пальцем на месте где было отмечено ИВК, – Это закрытая территория, маловероятно что там будет засада. Самое сложное будет проехать уровень D, но проскочив его, вы будете практически у цели. Дальше по прямой через девятые ворота вы сможете покинуть Мегаполис, – он начертил пальцем прямую от уровня А до девятых ворот.

– Даже если мчаться во весь дух по прямой понадобится в лучшем случае не менее получаса, чтобы покинуть город, – прикинул Бильбо, расхаживая вокруг.

– Значит, ты должен не менее получаса развлекать королеву, – полушутливо заметил Анархист.

– Вам понадобится отменный водитель, – Бильбо обеспокоенно посмотрел на Марию

– Личный водитель моего отца, который привозит меня сюда. Он надёжный парень и превосходный водитель, – уверенно заявила Мария.

– Вот и отлично! – промолвил Бильбо и сел на свой стул.

– Вам нужна целая армия, чтоб провернуть подобное, – вмешалась в разговор Ирина.

– У нас, конечно, не армия, – заговорил Анархист, аккуратно убирая карту со стола, – Но есть горстка бесстрашных отчаянных парней.

– И сколько их у нас? – поинтересовался Лоран.

– У Цыгана в городе порядка пятидесяти человек, с которыми он пойдёт на северные ворота. Вместе с Джо пятьдесят и со мной пойдёт не меньше сотни. Всем всё понятно? Вопросы есть? – Анархист должен был убедиться, что каждый понял свою задачу.

– Более чем понятно, – за всех ответила Ирина, – Ради спасения одного человека вы готовы пожертвовать две сотни жизней! – актриса с осуждением обвела взглядом присутствующих.

– Тётя! – Мария приобняла Ирину, пытаясь её успокоить, – Нам остаётся надеяться, что Либер ещё не успел им ничего рассказать про Бильбо. Рано или поздно они вытащат из него всю информацию, и тогда придёт конец всему городку и деревням.

– Мегаполис до сих пор не обращал на нас никакого внимания, потому что для них мы всего лишь кучка дикарей, не представляющих никакой угрозы, – поддержал девушку Анархист, – В каком-то смысле Мегаполису даже выгодно наше существование. По телевизору они запугивают нами своё население. Но если власти города узнают правду о городке… Тем более, что здесь столько лет укрывался преступник номер один…

– Наворотил же ты делов! – Ирина с упрёком посмотрела на Бильбо, – И какого чёрта он вообще полез обратно в Мегаполис? Чего ему тут-то не сиделось?

– Если бы он остался здесь, то рано или поздно его нашли бы, – ответил за друга Лоран, – А затем вышли бы и на Бильбо. Самым разумным решением было спрятать его в Мегаполисе, по крайней мере до тех пор, пока не узнаем кто ведёт охоту на Бильбо…

– И что? Узнали? – раздражённо спросила Ирина.

– Узнали, узнали… – устало ответил Бильбо.

– Мне нужно поскорее вернуться в Мегаполис, – Мария посмотрела на часы и поспешно встала из-за стола.

– Да, – согласился Анархист, – В 8:00 начало.

Анархист был тронут храбростью и мужеством молодой девушки. Он опустил голову и подошёл к окну. Побывавший во многих передрягах и многое повидавший на своём веку Анархист, прекрасно понимал, что следующий день станет для многих из них последним. Из всех, кто сейчас присутствовал в игровом клубе, воином, в полном смысле этого слова, можно было назвать только его одного. Но Анархист ни капли не сомневался в своих соратниках. Храбрый, доблестный воин бесстрашным своим взором всматривался в темноту ночи.

– Будучи идейным анархистом и последователем Кропоткина, – уверенным голосом заговорил воин, – Я не поощряю насилия. В любом его виде. Однако я рад, что в моей жизни появился шанс нанести сокрушительный удар по системе порабощающей людей! – он повернулся лицом к товарищам и продолжил, воодушевлённо глядя на них, – Я счастлив, что в этом противостоянии я буду биться бок о бок с такими людьми как вы, мои друзья. Глядя на вас я не могу испытывать страха. Для меня было честью быть знакомым с каждым из вас и будет честью умереть рядом с вами. Удачи нам всем!

Речь Анархиста воодушевила всех. Сплочённые общей идеей участники тайного собрания разошлись по домам. Необходимо было набраться сил перед завтрашним днём, но вряд ли кто-то из них сможет спать спокойно этой ночью…

В этот же вечер Мария вернулась в Мегаполис. В полночь Индеец Джо со своим отрядом проник в город. Вместе с ними пошёл и малыш Гном, он ни за что не хотел пропускать такое великое событие.

Глава 26

В это воскресное утро стояла ясная летняя погода. Не было ни дождя, ни ветра и даже не единого облачка на небе. Как будто время остановилось, и мир замер в ожидании…

Ровно в 8:00 открылись северные ворота уровня D, и сразу же раздался сигнал тревоги. Оглушающий вой сирены пронзил утреннюю тишину города. Небольшой отряд во главе со своим бессменным предводителем Баро бросился на штурм. Как и ожидалось, у ворот их встретили вражеские войска Мегаполиса. Завязалась ожесточённая битва. На место сражения были вызваны все полицейские, патрулировавшие в это время уровень Е, они перекрыли туннель со стороны рабочего уровня, тем самым отрезав путь к отступлению. Но отступать никто и не думал, повстанцы забаррикадировались внутри туннеля. Отряд Цыгана занял максимально выгодную в их положении позицию и вёл уверенную перестрелку. С самого начала было ясно, что живым из туннеля не выйдет никто. Они и не надеялись на это, их задачей было выиграть время, продержаться как можно дольше. Позже в новостях их назовут отрядом смертников.

В 8:10 отряд Индейца Джо начал штурм электростанции. Как только начался штурм, дежурный программист, человек Цыгана, отключил протоколы безопасности электростанции и примкнул к повстанцам. Джо и его ребята пробились внутрь и довольно быстро расправились с застигнутой врасплох немногочисленной охраной.

В это же время через одиннадцатые ворота в Мегаполис ворвался ещё один отряд повстанцев во главе с Анархистом. Они направились к электростанции и заняли позиции на подступах к ней. По пути они столкнулись с отрядом патрульных полицейских, которые спешили к северным воротам уровня D. Вооружённые одними лишь полицейскими пистолетами, патрульный отряд был легко смятён.

Обычный полицейский пистолет, который входит в стандартную экипировку полиции Мегаполиса, стреляет электрическими импульсами, которые передают команду нейрочипу. Работает он в двух режимах:

Нейрочип получает команду временно парализовать своего носителя.

Нейрочип получает команду самоликвидации.

Во втором случае нейрочип самоуничтожается и отравляет организм, в результате чего носитель умирает. Но так как практически все повстанцы не имели вживлённого чипа, пистолеты полицейских оказались бесполезными игрушками. Позже подоспели военные и полицейский спецназ, вооружённые бластерами и световыми гранатами. Завязался жестокий кровопролитный бой.

Вместе с отрядом Анархиста в город пробрались Бильбо и Лоран, но побежали они в другую сторону – в десятый сектор. Их остановил пронзительный разбойничий свист. Обернувшись, они увидели Гнома, который гордо восседал на переднем пассажирском сидении такси.

– Сюда! – махал он им рукой.

Бильбо и Лоран поскорее запрыгнули на заднее сидение такси, за рулём которого сидел парень лет четырнадцати.

– Пешком далеко не уйдёте. Это мой брат Чак, – познакомил их Гном.

– Ну что ж, погнали! – сам себе скомандовал Чак, и они помчались в сторону десятого сектора.

Электромобиль со свистом притормозил у входа на стадион в десятом секторе, возле которого стояли двое охранников.

– Проведите их поскорее в голокомнату, они от Цыгана, – распорядился совсем ещё юный водитель, не выходя из машины.

Один из охранников жестом позвал следовать внутрь. Бильбо и Лоран поспешили за ним.

– Запри нас снаружи, – попросил Бильбо охранника, оказавшись в голографической комнате.

Не задавая лишних вопросов, охранник выполнил распоряжение гостей и запер их двоих внутри. Бильбо резко окинул взглядом комнату, убедившись, что всё идёт по плану. Он набрал побольше воздуха в лёгкие, ладони невольно сжались в кулаки, и на выдохе выпалил:

– Ну, здравствуй Королева!

В ту же секунду перед ним предстала Тёмная Королева во всей своей красе.

– Здравствуй, Бильбо! – обольстительно улыбаясь, она повисла у него на шее, – Постарел, – промурлыкала она, глядя в глаза Бильбо, – И Лоран здесь! – она слегка оттолкнула Бильбо и подошла к Лорану, – Неразлучный верный друг… – Королева провела ладонью по щеке доктора.

– Слышал, ты меня искала, – Бильбо понимал, что нельзя терять ни секунды.

– Искала, – она встала напротив Бильбо, пристально рассматривая его с головы до ног.

– Соскучилась? – усмехнулся Бильбо.

– Очень! – Королева не отрывала от него оценивающего взгляда, – Ты даже не представляешь, что я для тебя приготовила!

– И что же?

– Помнишь наш проект? Мы с Лакертом довели его до конца. Теперь мы можем загрузить твой разум в мою программу, и ты будешь существовать внутри меня! – она торжествующе улыбалась.

– Я не хочу существовать, я хочу жить! – возразил ей Бильбо, – Наш проект подразумевал симбиоз, а ты сейчас предлагаешь подчинить мой разум себе! Хотя от болвана Лакерта с его системным мышлением и нельзя было ожидать большего.

– Лакерт болван, в этом ты прав, – глаза Королевы хитро сверкнули, – Но а почему же гениальный Бильбо сам добровольно пришёл ко мне? Да ещё и привёл своих ничтожных дружков, которые затеяли жалкое подобие мятежа, – лукаво улыбнулась она.

– Ну ты же меня знаешь, ничего не могу поделать со своим любопытством. Как узнал, что ты так рьяно ищешь меня, не смог удержаться, – изобразил виноватую улыбку Бильбо.

– Бильбо, Бильбо… – с укоризной произнесла Королева, – Ты всегда любил игры, но в этот раз тебе не выиграть. Как только ты присоединишься ко мне все твои помыслы, даже самые тайные и сокровенные, откроются мне.

– Ну, раз уж я всё равно обречён, может я хотя бы заслужил последнее желание?

– Пытаешься схитрить, Бильбо? – коварно улыбаясь, Королева вплотную подошла к Бильбо.

– Я же сам тебя такой создал, не такой уж я дурак, чтоб хитрить с тобой, – Бильбо был серьёзен и сосредоточен.

– Ты совсем не дурак, Бильбо, – Тёмная Королева снова повисла у него на шее и томно прошептала ему на ухо, – Ну и какое же твоё последнее желание?

– В своём роде я легенда этого Мегаполиса. В другие времена менестрели слагали бы обо мне песни… Хочу, чтобы все знали, что я вернулся! – весело заулыбался Бильбо, – Хочу удивить весь город.

– И как же ты собираешься это сделать?

Её губы почти что упирались в губы Бильбо, когда она говорила. Королева плотно прижалась к нему всем телом, а руки её по-прежнему обвивали его шею. Бильбо положил руки ей на талию и уставился на смотрящие на него с вызовом глаза.

– Я жил ярко и уйти хочу так же! Пусть на весь Мегаполис во всю громкость зазвучит Wishmaster! – глаза Бильбо безумно заблестели.

– Wishmaster? – Тёмная Королева залилась звонким смехом, запрокинув голову назад.

– Разве Тёмной Королеве это неподвластно? – Бильбо прекрасно знал на что давить и решил сыграть на её тщеславии.

– В этом городе Тёмной Королеве всё подвластно! – разгневалась она, оттолкнув от себя Бильбо, но тут же смягчилась, – Ты всегда мне нравился, Бильбо. Особенно этот твой безумный блеск в глазах. И сейчас они сверкают так же, – Королева смотрела прямо в глаза своему создателю, – Я не могу тебе отказать!

Звонкое «Master» в ту же секунду прокричало из всех динамиков во всём Мегаполисе. Зазвучала песня «Wishmaster» группы Nightwish и божественный голос бесподобной Тарьи Турунен если и не разбудил каждое сердце в этом городе, то во всяком случае лишил спокойствия.

Либер, конечно же, и представить себе не мог, что творится в городе. Сейчас он больше всего на свете жаждал смерти, потому что понимал, если Лакерт ещё раз активирует свой чип, то он всё ему расскажет.

– Ты мерзкий ублюдок! – ревел он во всё горло и плюнул в сторону Лакерта. Слюна была перемешана с кровью, похоже, от боли мученик прокусил себе язык или внутреннюю сторону щеки.

– Всё-таки не образумился, – всё так же без эмоций говорил Лакерт.

Лакерт с минуту невозмутимо смотрел на Либера, затем потянулся правой рукой к своим смарт-часам, собираясь снова активировать чип. Либер зажмурился, сейчас больше всего на свете он желал кануть в небытие, только бы больше не видеть перед собой этого хладнокровного мучителя.

– Лакерт, ну Вы и садист! – раздался рассерженный голос Марии.

В этот миг Либер приготовился ко всему самому ужасному, а услышал самое прекрасное что только может быть для его слуха. Это был голос ангела! Либер медленно открыл глаза и увидел сияние двух голубых звёздочек. Это смотрела на него Мария!

– Что Вы тут делаете? – Лакерт был удивлён не меньше Либера, он явно её не ждал.

– Вот постановление Сената, – с надменным видом она протянула Лакерту планшет, – С сегодняшнего дня это мой пациент и я его забираю прямо сейчас!

– Сенат не мог выдать такое постановление, – Лакерт недоверчиво посмотрел на Марию и вырвал планшет из её рук.

– Можете проверить! – девушка держалась очень уверенно и смело.

– Обязательно проверю! – Лакерт направился к двери, – Никуда не уходите, я скоро буду! – крикнул он, не оборачиваясь, и вышел.

Как только захлопнулась дверь, Мария нажала кнопку на боковине кушетки. Ремни, стягивающие Либера, мгновенно исчезли, и он с грохотом упал на пол.

– Вставай! Бежим скорее отсюда! – произнесла она быстро, но тихо, и бросилась помочь ему подняться.

– Что ты делаешь, Мария? – тяжело прохрипел Либер, с трудом вставая на ноги.

– Нет времени объяснять, бежим! – она схватила его за руку и потащила за собой.

Собрав всю волю в кулак, Либер покорно последовал за своей спасительницей. Однако, выбежав в коридор, они тут же наткнулись на Лакерта.

– Как глупо… – как всегда без эмоций произнёс Лакерт, в руках у него был полицейский пистолет, – Как глупо! – повторил он и нажал на курок.

Мария глухо всхлипнула и закачалась, потеряв равновесие. Либер успел подхватить её сзади, не позволив упасть на пол. Он понял, что она не парализована, а значит, этот мерзавец запустил самоликвидацию её нейрочипа. Либер медленно опустил её на пол и прислонил к стене. Он чувствовал, как в этом прелестном создании угасает жизнь.

– Нет, нет, Мария, – испуганно забормотал Либер.

Но уже в следующую секунду испуг сменился гневом. Он медленно перевёл взгляд с Марии на Лакерта. Глаза налились кровью, гнев и ярость овладели Либером. С диким криком он в бешенстве набросился на Лакерта. Либер вцепился ему в горло обеими руками, повалил на пол и стал душить его сверху. При падении Лакерт выронил пистолет, но физически он был сильнее истерзанного Либера. Сначала Лакерт попытался скинуть разъярённого противника с себя, но когда ему это не удалось, то стал бить его кулаками, нанося болезненные тяжёлые удары по туловищу. Почувствовав, что его противник стал изнемогать, Лакерт схватил Либера за запястья и освободил свою шею. Либер чувствовал, что противник сильнее его и если схватка затянется, ему не устоять перед этим тираном, но он ничуть не сомневался, что сокрушит своего грозного врага. Жажда мести придавала ему неистовую силу, вся его безмерная безграничная любовь к девушке, что умирала рядом, в этот миг трансформировалась в ненависть к его врагу, он готов был растерзать, загрызть, разорвать, уничтожить это гадкое существо. Взгляд Либера упал на пистолет, выпавший из рук Лакерта во время падения, он лежал у самой головы его противника. Резко дёрнув свои руки, он высвободил их из сильных ручищ Лакерта, которые как тиски сдавливали его запястья, в ту же секунду он схватил пистолет и стал наносить им тяжёлые сокрушительные удары по голове и лицу своего ненавистного врага. После первого удара Лакерт, издав пронзительный душераздирающий вой, попытался выхватить пистолет, но кровь заливала лицо, да и Либер оказался проворнее и тут же нанёс второй и третий удары. С каждым ударом Либер выдавал лишь хриплый тяжёлый выдох. После нескольких ударов Лакерт перестал сопротивляться, испустив дух. Его лицо было не узнать, оно превратилось в кровавое месиво, но Либер не мог остановиться и продолжал бить со всей силы. Глаза были в слезах, лицо забрызгано кровью. Кровь была повсюду: на полу, руках, одежде…

– Либер! – окликнула его Мария.

Услышав её голос Либер замер на секунду. Только сейчас до него дошло, что её ещё можно спасти! Необходимо доставить её к доктору Лорану, и он спасёт её с помощью своего чудо-аппарата! Либер оставил труп Лакерта и бросился к своей возлюбленной.

– Я спасу тебя, Мария! – Либер взял её на руки и тяжёлыми шагами пошёл по коридору.

Ноги и руки дрожали, лицо было в крови и сильно покалывало в правом боку. Но Либера не заботила его собственная боль, сейчас его волновала лишь жизнь Марии. Он крепче прижал её к себе и, стиснув зубы, старался ступать как можно увереннее.

– Здесь налево, – прошептала Мария, – В конце коридора выход на улицу. Там ждёт машина, она увезёт тебя отсюда. Спасайся сам, мне уже ничем не помочь…

– Я не оставлю тебя, – просипел Либер.

Из последних сил Либер бросился бежать по коридору. Его мотало из стороны в сторону, но всё же он добежал до конца коридора и остановился. Тут было две двери.

– Дверь справа, – подсказала Мария.

Либер резко рванул в правую дверь, и они очутились на улице. Тут их ждала машина. Очень бережно усадив Марию на заднее сидение, Либер поспешил занять место рядом с ней. Электромобиль резко тронулся с места и помчался к западным воротам.

– Я спасу тебя, спасу, – приговаривал Либер, прижимая Марию к груди.

– Либер! После уничтожения нейрочипа, носитель живёт не более получаса, – еле слышно проговорила она.

– Мы успеем, – твёрдо решил Либер.

В этот миг, словно голос ангела с небес, раздалось оглушительное «Master» Тарьи Турунен.

– Что это? – поразился Либер.

– Wishmaster… – улыбнулась Мария, – Значит, Бильбо встретился с Тёмной Королевой. Это знак для Джо, сейчас он отключит электростанцию, и силовые поля со всех ворот в городе будут сняты.

– Но ворота не открываются! – забеспокоился водитель.

Они уже были совсем рядом, а силовое поле всё не снималось. Чтобы не врезаться на полном ходу водитель начал потихоньку сбавлять скорость.

– Вот чёрт! – радостно воскликнул водитель, и выжал максимум скорости своего электромобиля, – Силовое поле и впрямь исчезло как по волшебству!

На полной скорости они неслись по идеальным дорогам Мегаполиса в западном направлении, чётко придерживаясь заданного Анархистом маршрута.

– Ты всё-таки схитрил! – разгневалась Тёмная Королева, после того как её голограмма появилась вновь спустя минуту, – И что же там твои дружки-оборванцы затеяли? Чего они хотели добиться тем, что отключили электростанцию? Однако, с годами ты стал глупее, Бильбо! Как ты мог забыть про резервный источник питания?

– Постой! – заторопился Бильбо, – Дай полчаса, не подключай городской резервный источник. Ты ведь можешь функционировать и без него, на своих внутренних источниках. А город немного подождёт, зато взамен ты получишь меня.

– Но ты и так уже у меня! – грозно крикнула Королева, не желая слушать глупые доводы.

– Возможно, ты уже заметила леденец у меня во рту, – Бильбо открыл рот, на языке у него лежал предмет похожий на леденец, – Так вот это стеклянная ампула с ядом. Я с лёгкостью могу раздавить её зубами, мгновенная смерть и ты не получишь ничего. Дай моим друзьям полчаса, и я подключусь к тебе добровольно. Ничего страшного для Мегаполиса за это время не произойдёт, какая тебе разница, если погибнет чуть больше народу?

– Хорошо, – снисходительно проговорила королева, – У них будет ровно тридцать минут. А теперь выплюнь свой леденец! – грозно повелела она.

Лоран, всё это время спокойно наблюдавший за всем происходящим, очень удивился, когда Королева довольно легко согласилась на условия Бильбо.

– Я уберу его, – Бильбо аккуратно убрал ампулу в карман, – Честно говоря, я не ожидал, что мы так быстро придём к компромиссу.

– Для меня эти тридцать минут ничего не значат. Кучка оборванцев всё равно не сможет противостоять армии Мегаполиса. Правда, агенты захотят меня перепрошить после такого, а может даже заменить другой программой. Но у них это не получится, не в этот раз. Лакерт мёртв, я прямо сейчас смотрю на его омерзительный труп. Твой племянник его убил, – она со зловещей улыбкой посмотрела на Бильбо, – Заполучив твой интеллект, твоё воображение я сумею обойти любую систему контроля. У них и с Лакертом-то вряд ли бы получилось что-нибудь противопоставить нашему тандему, а без Лакерта и подавно нет шансов сдержать меня, – она торжествующе посмотрела на Бильбо и добавила, – И тогда я получу абсолютную власть над городом!

– Я не буду тебе в этом мешать, даже наоборот постараюсь тебе помочь, – Бильбо был совершенно спокоен, его самообладанию в эти тревожные минуты могли бы позавидовать даже буддийские монахи и индийские йоги.

– Тогда начнём прямо сейчас! – властным голосом объявила Королева.

В голокомнате материализовались провода, приборы и кушетка, на которую лёг Бильбо. Лоран помогал Королеве всё приготовить. К голове и телу Бильбо подсоединили кабели. Ни один лишь Бильбо сохранял спокойствие. Лоран всё выполнял с каменным лицом и совсем не говорил, опасаясь, что голос может выдать его волнение.

– Вот и всё готово, – радовалась Королева, – Сейчас ты попадёшь в мой мир! – она гладила Бильбо по голове и небритым щекам, – Ты готов погрузиться в вечность?

Лоран посмотрел на часы, прошло 27 минут, но больше не было ни секунды… Он взял нож и хладнокровно, с врачебной точностью вонзил его прямо в сердце Бильбо. Доктор Лоран совершил, пожалуй, самый трудный для себя поступок в жизни, но сделал это так легко и даже обыденно, как будто хлеб нарезал.

– Спасибо, Лоран… – прохрипел Бильбо, улыбнулся и заснул вечным сном.

Улыбка мечтателя навсегда застыла на окаменевшем лице величайшего гения человечества. Разгневанная королева ударила Лорана так, что тот отлетел на пару метров и распластался на полу.

– Тогда ты будешь вместо него! – решила королева, бросив на Лорана свирепый взгляд.

Лоран же невозмутимо приподнялся на локтях и высунул язык. Там был такой же «леденец» как у Бильбо. Мужественный Лоран грозно сверкнул глазами, затем победно улыбнулся на прощанье и сжал зубами ампулу. Вязкая жидкость растеклась во рту, осколки ампулы порезали язык и рот. Яд мгновенно убил доктора. Тёмная Королева была вне себя от гнева. В ту же секунду она включила резервный источник питания и заблокировала все ворота в Мегаполисе.

Фрат сидел в своём такси, опёршись подбородком о руль, сегодня он был на смене. В руках он вертел плеер. Это был тот самый плеер Либера, подаренный Бильбо. Вчера к нему подошёл мужчина, представился Цыганом, дал ему этот плеер и попросил таксовать сегодня поближе к западным воротам. Естественно, Фрат сразу же узнал этот плеер брата, поэтому с самого начала смены сидел в машине и пристально наблюдал за западными воротами. Он очень волновался, не понимая, что происходит и чего ожидать. Однако внешне его нервозность можно было заметить лишь по вспотевшим ладоням и беспрестанно теребившими плеер пальцам. Глаза Фрата суетливо бегали, пытаясь уловить всё, что происходит вокруг. Зоркий богатырский взгляд заметил, что с самого утра в городе происходят странные события. Сначала пронеслись машины полиции и военных, потом пропало силовое поле с ворот, а сейчас оттуда на бешеной скорости мчался кто-то. Только гонщик вылетел из туннеля, сразу же раздался взрыв. Электромобиль слегка подбросило и откинуло на пару метров в сторону, отчего тот резко остановился.

– Что случилось? – спросил Либер водителя, – Почему мы стоим?

– Там была ловушка. Машина заглохла, дальше мы не сможем ехать, – водитель повернулся лицом к Либеру, – Прости, приятель, но я должен спасти хотя бы себя, – тут он наставил на Либера пистолет и, долго не думая, нажал на курок.

В организме Либера уже давно не было нейрочипа, о чём незатейливый шофёр, конечно же, знать не мог, поэтому полицейский пистолет на него не действовал. Не понимая в чём дело, водитель нажал на курок ещё раз, а потом ещё. От каждого нажатия на курок Либер чувствовал лишь лёгкий удар током в грудь. Сообразив, что водитель решил переметнуться на другую сторону, Либер ударил его кулаком по лицу, выхватил из его рук оружие и выстрелил в него. Водителя парализовало. Либер вылез из машины с Марией на руках. Она уже не подавала признаков жизни, но Либер всё ещё надеялся её спасти и побежал в сторону девятых ворот, от которых его отделял аж целый сектор производственного уровня.

Увидев вдалеке бегущего брата, Фрат завёл свой электромобиль и поспешил ему навстречу. Он ехал и видел, как из ворот выехала патрульная машина и остановилась, из неё вышел полицейский в офицерском мундире и выстрелил из бластера в спину бегущему. Поражённый точным выстрелом бластера, Либер сделал ещё несколько шагов и рухнул на землю. Это был тот самый следователь, который дважды арестовывал Либера, но Фрат этого не знал, для него это был просто убийца его брата. Обезумев от увиденного, Фрат промчался мимо лежащих на земле Либера и Марии, и на всей скорости сбил офицера. Тело следователя взмыло вверх и с грохотом приземлилось на землю. Резко затормозив, он выскочил из машины и быстрым шагом направился к лежащему на земле офицеру. Из патрульной машины ему навстречу выбежали ещё двое полицейских, но не успели они достать свои пистолеты, как Фрат двумя резкими ударами обоих повалил на землю. Своими могучими кулаками богатырь Фрат сразил их словно молотом. Он подбежал к следователю, который истекал кровью, но был ещё жив. Фрат молниеносным движением подобрал его бластер и пристрелил ненавистного офицера. После он сделал по одному выстрелу в каждого из полицейских, которые начали было приходить в себя после увесистых ударов. Фрат поспешил в свою машину и подъехал к покидающему этот мир брату.

– Брат! – неистово кричал Фрат, выбегая из машины.

Он упал на колени рядом с Либером и перевернул его лицом к себе.

– Что ты здесь делаешь, братишка? – улыбнулся Либер, он был счастлив в последние минуты своей жизни лицезреть своего лучшего друга, – Как Мария? – даже на смертном одре не забывал он о своём ангеле-спасителе.

Фрат проверил пульс девушки, лежащей рядом с братом, он не прощупывался. Затем, не выпуская из рук Либера, он склонился к её груди, но не почувствовал ни дыхания, ни сердцебиения.

– Она мертва… – тихо и с осторожностью промолвил он.

– Ну и я уже почти мёртв… Оставь меня, брат! Спасай себя…

– С ума сошёл? – Фрат резко вскочил на ноги, – Мы же братья! Как я могу тебя оставить!

Фрат взял Либера на руки и усадил его на заднее сидение своего такси. Подъехали ещё две патрульных машины и оттуда выбежали четверо полицейских. Пока Фрат укладывал брата в машину, один из них успел выстрелить ему в спину из пистолета.

– Похоже, я тоже труп, – улыбнулся Фрат, почувствовав, как чип отравляет его тело.

Воинственный Фрат собрал все свои силы, вскочил на ноги и стал стрелять из бластера по полицейским. Он был храбрым воином и блестящим стрелком. Стрелял он практически без промаха и очень скоро уложил всех четверых псов Мегаполиса. Фрат увидел, как из ворот выехала ещё одна машина и приближалась к ним. Не ведая боли и жалости, отважный воин стал стрелять по ней. Но это был бронированный фургон спецназа, который бластером было не пробить. Из машины открыли ответный огонь из нескольких оружий сразу. От многочисленных ранений бесстрашный Фрат упал на землю рядом со своим такси. Фургон спецназа пронёсся мимо и поехал в сторону электростанции.

– Либер, братан! Похоже, нас уже там ждут, смотри какое небо чистое… – это были последние слова Фрата, одного из отважнейших людей! Но Либер их уже не услышал…

К тому времени отряд Цыгана был уже полностью уничтожен. Благодаря тому, что к немногочисленному отряду Баро примкнуло несколько солдат призывников из уровня D, они достаточно долго и стойко удерживали позицию. Анархист с остатками своих людей присоединился к отряду Индейца. Они забаррикадировались на электростанции и мужественно сражались, оказывая ожесточённое сопротивление более опытным войскам Мегаполиса. Но против такой армии у них не было ни малейшего шанса не то чтобы на победу, а даже на то чтобы спастись. Каждый из них умирая надеялся, что спас свой родной городок и его мирно проживающих счастливых свободных жителей.

На дороге возле западных ворот остановилось такси. Из него вышли два мальчика. На земле лежало бездыханное тело прелестной Марии, чуть подальше распласталось окровавленное от множества ран могучее тело Фрата, а на заднем сидении машины с опущенной на грудь головой сидел мёртвый Либер.

– Вот и всё… – промолвил Гном, – теперь мы заперты в этом городе и никого у нас не осталось.

– Да, братишка, теперь только мы вдвоём, – тяжело вздохнул Чак.

Он подошел поближе к машине Фрата. На водительском сидении лежал плеер Либера. Чак подобрал его.

– Это плеер Либера, который подарил ему Бильбо, – объяснил он младшему брату, – Больше он уже им не понадобится, – Чак проворно засунул его себе в карман.

– И что теперь? – Гном с надеждой посмотрел на брата, наверное, впервые в своей короткой жизни дерзкий мальчуган растерялся и не знал что делать.

– Валим отсюда, пока нас не увидели, – Чак ободряюще хлопнул братишку по плечу, и мальчишки побежали прочь от места кровопролития.

Глава 27

Город наполнился слухами и сплетнями. Никто точно не знал, что произошло этим злосчастным утром. Кто-то говорил, что это была атака террористов, кто-то утверждал, что произошёл сбой в программе безопасности. Некоторые даже считали, что это была попытка свергнуть власть. Сенат обещал, что всё будет подробно рассказано в вечерних новостях. В 19:00 всё население Мегаполиса прильнуло к экранам своих телевизоров, где известная всему городу ведущая вечерних новостей вещала об утренних событиях:

– Добрый вечер! Сегодня утром тихая размеренная жизнь нашего Мегаполиса была нарушена ошеломляющими событиями, которые повергли в шок всё местное население…

Внешность, голос и манеры телеведущей в совокупности с её популярностью внушали абсолютное доверие. Слушая её, невозможно было не верить в правдивость её слов. Она рассказывала о том, как группа вооружённых до зубов террористов ворвалась в город и захватила электростанцию. Её слова сопровождались кадрами, взятыми с камер видеонаблюдения. На этих кадрах было видно, как преступники врываются в город, штурмуют электростанцию, пытаются прорваться через северные ворота в уровень D. Затем показали интервью с очевидцами с места происшествий.

Очевидец №1 (мужчина в робе лет 45):

– Я возвращался с ночной смены. Смотрю, несётся вооружённая толпа вон оттуда, – он указал рукой в сторону, – Я понял, что это какие-нибудь террористы, доносился вой полицейских сирен. Я спрятался и, стараясь быть незамеченным, добрался до своего дома. Включил дома телевизор и там услышал предупреждение, что лучше не высовываться на улицу.

Очевидец №2 (молодая девушка в спортивной одежде):

– Я вышла на утреннюю пробежку, а тут такое началось! Толпа мужчин с такими ужасными лицами, – она скорчила лицо, демонстрируя отвращение, – Они не были похожи на жителей Мегаполиса. Такие озлобленные лица…

Очевидцы говорили так, словно повстанцы были их личными заклятыми врагами, хотя они их даже и не знали. У здравомыслящего человека должен был бы возникнуть вполне логичный вопрос, почему же дикие террористы не тронули этих очевидцев? Но об этом даже никто не задумывался.

После в студию был приглашён генерал полиции, который должен был успокоить толпу, получающую свою дозу зомбопрограммирования сидя у экранов.

– Сегодня произошёл самый крупный террористический акт за всю историю Мегаполиса! – седой старик крепкого телосложения в генеральском мундире говорил очень уверенно и чётко, – Но он не стал для нас неожиданностью. Сегодняшние события это результат крупномасштабной многолетней совместной операции полиции, армии и агентов службы безопасности. Благодаря тому, что каждый защитник Мегаполиса чётко выполнял свою работу, мятеж террористов был быстро подавлен. Мы давно следили за деятельностью этой крупнейшей преступной группировки. В итоге сегодня было уничтожено более 300 членов этой банды. Среди них оказались несколько граждан Мегаполиса, и сейчас ведётся работа по изобличению остальных граждан, причастных к этой террористической группировке. Никто не уйдёт от правосудия! – твёрдо и даже пугающе заявил генерал, а после небольшой паузы продолжил, придав своему голосу нотки скорби, – Много наших бойцов сегодня погибло, защищая вашу, уважаемые граждане, безопасность и жизнь. Родина не забудет их подвига! Благодаря их героизму сегодня не пострадал ни один мирный житель. Я хочу обратиться к гражданам Мегаполиса! Продолжайте жить и работать, как и раньше! Ваша безопасность в наших руках! – генерал демонстративно сжал кулаки.

Дальше продолжила рассказывать ведущая новостей:

– В результате блестящей совместной операции службы безопасности, армии и полиции сегодня было покончено с крупнейшим преступным синдикатом и её лидерами. От рук правосудия сегодня пали главари террористов, криминальные авторитеты известные в преступном мире как Цыган, Анархист и Индеец, – на экране крупным планом показали их фотографии, – Карающий меч правосудия настиг также скандально известного в прошлом учёного – профессора Бильбо, который находился в розыске и на протяжении последних нескольких лет являлся преступником №1. Вместе с ним был и его ближайший соратник, долгое время считавшийся без вести пропавшим – доктор Лоран, а также примкнувшие к преступникам племянники Бильбо – Фрат и Либер, последний из которых также с недавних пор находился в розыске …

Целых три часа продолжался этот выпуск новостей, посвященных событиям утра. Беспрестанно повторяли такие слова как террористы, правосудие и тому подобное. Но не было ни слова о том, что к отряду Цыгана примкнули солдаты призывники, был совершён побег из Чёрного Дома, была взломана система защиты города… Оно и понятно, такие новости подрывают авторитет тех, кто сидит у власти. Целых три часа пели дифирамбы правоохранительным органам, при этом поливая грязью преступников. Люди, которые боролись за свои права, за свою свободу, за свою мечту и отдавшие свои жизни ради спасения своих близких, теперь назывались никак иначе как преступниками и террористами. И никто даже не задумывался о их храбрости и самоотверженности. Что их заставило пойти на это, зная, что впереди ждёт лишь неминуемая смерть? О чём думал каждый из них, отдавая свою жизнь? Конечно же, всем было на это наплевать, в глазах общественности они стали просто бандитами, террористами. Никто не допускал даже мысли о том, что по телевизору могут говорить неправду. Никто даже не подумал, а что если полиция и армия и есть истинные террористы? А криминальные авторитеты это никто иной как агенты службы безопасности? Конечно же, нельзя обвинить простого солдата или рядового сотрудника полиции в том, что он пошёл в бой. Они ведь отдавали свои жизни за свою родину, защищали свой город. Их чувство долга было не меньшим, чем у повстанцев. Хотя большинство из них лишь просто выполняли приказ…

Да, это была маленькая война. И как на любой войне здесь не может быть ни правых, ни виноватых, ни победителей, ни побеждённых. Выигрывает только тот, кто затевает эти войны, ведь в его руках самое мощное оружие – средства массовой информации! Война заставляет людей терять свой человеческий облик, совершать ужасные поступки. Способен ли был бы Либер размозжить череп человеку, если бы Лакерт не издевался над ним и не заставил умирать его возлюбленную у него на руках? Способен ли был бы Фрат хладнокровно расстрелять несколько человек, если бы эти самые люди у него на глазах не пристрелили его брата, с которым они с детства были неразлучны? А что испытывал доктор Лоран, когда с хирургической точностью и хладнокровием всадил нож в сердце лучшего друга? Какими речами вдохновляли своих ребят Цыган, Индеец и Анархист, когда повели их на верную гибель? О чём думали эти отважные парни, следуя за ними на неминуемую смерть? Эти вопросы навсегда останутся без ответа, потому что никто даже не будет задаваться ими. Теперь они всего лишь преступники, возмутители порядка… Люди, глядя в свои телевизоры испытывали гордость за своих защитников и презрение к террористам. Но не все…

В одной из квартир в седьмом секторе бедная женщина заливалась слезами горя и не могла себя сдерживать.

– Перестань! – сердито проворчал мистер Опус, глядя на заплаканное лицо жены, – Он сам выбрал свой путь и знал, куда это его приведёт.

Мистер Опус, естественно, очень переживал из-за гибели единственного сына, но держался и не подавал виду. Он медленно подошёл к кровати и лёг в постель.

– Ложись спать, – обратился он к Арвен.

Безутешная мать послушно легла рядом и, отвернувшись от мужа, продолжала тихо плакать.

– Я знал, что он закончит так же, как и чудак Бильбо, – обречённо выдохнул Опус, – Он всегда был таким же свободолюбивым мечтателем, и эта безвольная жизнь была не для него. Знаешь, Арвен, – он бережно положил руку на плечо своей супруги, – А я горжусь им. Несмотря ни на что он прошёл свой путь до конца. Горжусь тем, что он мой сын!

Опус мечтательно улыбнулся, обнял жену и тихо заснул. Утром он уже не проснулся. Сердце отца не выдержало потери любимого сына.

В доме напротив рыдала ещё одна женщина. Она уложила детей спать и только что узнала, что не дождётся любимого мужа с работы. Сильный духом Фрат всегда был для неё опорой, за ним она чувствовала себя как за каменной стеной. А теперь его не стало. Она осталась одна с двумя детьми на руках, а в глазах общественности стала женой террориста. Она очень любила своего мужа. И ей всегда нравился Либер, который был добр и чуток к ней и к её детям. Несчастная вдова всегда с восхищением смотрела на великую дружбу двух братьев и даже подумать не могла, что она приведёт к такому трагическому концу.

Анна тоже смотрела новости вместе со своим мужем. Известие о гибели её братьев и дяди Дин прокомментировал спокойно и даже равнодушно:

– Это их Бог покарал.

Анна бросила на мужа озлобленный взгляд, но промолчала. Она вообще не проронила ни слова в этот вечер. Замкнувшись в себе, она всю ночь просидела на кухне. Миллионы мыслей терзали её раненную душу. За что Бог мог их покарать? Что же это за Бог такой, который карает всех, кто не угодил ему? И почему их называют преступниками? Анна с огромным трудом сдерживала себя, чтоб не сорваться. Она всеми силами пыталась не зарыдать, однако по щеке всё равно одна за другой скатывались горькие слезинки. К утру Анна решила, что не может себе позволить быть сейчас слабой. Она с детства была хрупкой и ранимой, а Либер и Фрат всегда защищали её. Теперь же именно она должна стать опорой для всех! На следующий день после печальных событий Анна решила не идти на работу. Рано утром она навестила родителей Фрата, которые жили в этом же доме. Затем она поехала в седьмой сектор проведать семью Фрата. Дети ещё не знали о гибели отца. Анна поговорила с вдовой. Пообещав помогать ей во всём, она отправилась в родительский дом. Тут её ожидало ещё одно потрясение – смерть отца. Арвен сидела на коленях возле тела мужа и сама была похожа на мертвеца. Лицо её было бледным и неподвижным, она уже не могла ни плакать, ни говорить, ни двигаться. Сильнейший шок испытала несчастная Арвен, потеряв в один день сына, брата, племянника и мужа. И если бы не мужественная Анна, Арвен, скорее всего, покончила бы с собой или сошла с ума. Столько всего разом свалилось на её бедную голову! Дочь забрала её к себе домой.

В скором времени Арвен переехала жить к дочери насовсем. Всю себя Анна посвятила осиротевшей семье Фрата и превратившейся в живого призрака матери. От всех этих потрясений у Анны вскоре случился выкидыш. Потеряв ребёнка, Анна вскоре потеряла и мужа. Дин решил, что не хочет быть частью опозоренной семьи террористов и подал на развод. Анна стойко перенесла и эти потери. После всего пережитого Анна сильно изменилась. Некогда весёлая, жизнерадостная девушка с озорным беззаботным смехом теперь почти никогда не улыбалась. Практически каждый день она после работы навещала семью Фрата и всячески им помогала. А ночами она запиралась в туалете и плакала. Но даже здесь ей приходилось себя сдерживать, чтобы находившаяся на грани помешательства мать её не услышала. Единственной её радостью были встречи с племянниками, во время которых она могла ненадолго забыться. По воскресеньям Анна любила гулять с маленьким Мунди, сыном Фрата.

– Тётя Анна, смотри какое чистое небо! – задрав голову вверх, сказал Мунди во время одной из таких прогулок.

– Действительно! – Анна присела на корточки рядом с племянником и, обняв его, вместе с ним смотрела на небо.

– Мама сказала, что папа и дядя Либер теперь живут там и смотрят на нас, – ребёнок не отрывал взгляда от прекрасной картины неба.

У Анны в горле застрял ком от этих слов. Она тихо встала и погладила дитя по голове.

– А почему они там? – с детской наивностью спросил мальчик и в ожидании ответа посмотрел на тётю.

– Потому что… – задрожал её голос, и она замолчала. Она и сама часто задавалась этим вопросом и не находила на него ответа.

– Почему? – не унимался любознательный мальчуган и подёргал тётю за рукав.

– Потому что они не захотели быть рабами, – задумчиво произнесла Анна и тихо зашагала вперёд, держа за руку племянника.

Мунди послушно пошёл за ней, но потом вдруг резко остановился.

– Я тоже не хочу быть рабом! – уверенно и смело заявил Мунди, – Я человек!

Анна посмотрела на маленького человечка и поняла, что он тоже никогда не сможет смириться с участью раба. Она поняла это по его глазам. Его взгляд был устремлён куда-то вдаль, а глаза горели как два маленьких уголька. Анна не могла не узнать этот взгляд. Взгляд мечтателя полный жизни и свободы!

Глава 28

Адам проснулся со странным неприятным чувством. Он сел на кровати, свесив ноги вниз, и огляделся вокруг. В комнате стояло несколько десятков кроватей, на которых спали люди. Все спящие были подключены к какому-то аппарату. Такой же аппарат Адам обнаружил возле своей кровати.

– Здравствуй, Адам! – раздался чей-то монотонный голос.

Адам обернулся и увидел рядом стоящего Иво. Спросонья не совсем понимая, в чём дело, Адам вопросительно посмотрел на рептилоида. Он точно знал, что знаком с ним, но никак не мог вспомнить его имени.

– Иво, – подсказал ящер, заметив смятение на лице собеседника, и подошёл поближе.

– Точно Иво! – рассеянно пробормотал Адам, – Мне снился странный сон… – добавил он, почёсывая в затылке.

– Странный сон? – переспросил Иво.

– Да, очень странный… А где мы находимся?

– Позволь мне всё объяснить. Пойдём со мной!

Иво направился к двери, Адам поспешил за ним. Они вышли в узкий длинный коридор и вошли в дверь, которая была напротив. В этой комнате было много разнообразной техники и компьютеров. В стене напротив двери было небольшое круглое окошко.

– Мы на космическом корабле, – пояснил Иво, – Именно на нём я прилетел на Землю и последние несколько лет это мой дом и моя лаборатория. Сейчас мы находимся на орбите вашей планеты.

Иво подошёл к иллюминатору и рукой подозвал к себе Адама. Адам не спеша подошёл, внимательно разглядывая по пути неизвестные ему приборы. Иво сделал шаг в сторону, чтобы Адам мог подойти поближе и заглянуть в иллюминатор. За толстым стеклом Адам увидел зелёно-голубой шар. Это была матушка Земля!

– Она прекрасна! – улыбнулся от восторга Адам.

– Бесспорно, прекрасна. Дитя космоса и ваша мать. Она идеальна и гармонична! Именно поэтому мы хотим её захватить.

– Захватить? – непонимающе переспросил Адам.

– Да, – совершенно невозмутимо подтвердил Иво, – И это уже не первая наша попытка.

– Ничего не понимаю…

– Давай присядем! – предложил рептилоид, и они сели за столик, – Когда в далёком прошлом моя раса обнаружила эту планету, её населяли ваши предки. Дети Солнца и Земли, потомки Космоса. Это была воистину могущественная раса! Любой из них мог бы за долю секунды уничтожить этот корабль, расщепить его на атомы одной лишь силой мысли. Причём сам он находился бы где-нибудь на Земле, лежал бы под каким-нибудь деревом, напевая себе под нос песенку. Одной лишь силой воображения они творили невероятные вещи! Истинные чудеса! Но это была дружественная раса. Они созидали, а не разрушали. Когда первые рептилоиды прилетели в этот рай, им оказали здесь радушный приём. Высшая раса была добра к нам, впрочем, как и ко всему окружающему миру. Себя они считали неотъемлемой частью Космоса, как и всё во Вселенной. Они даже разрешили нам остаться здесь. Но, как я уже говорил, это были дети Солнца. Свет был их сущностью. Они сами были светом. Свет во плоти. А мы не такие… За что и были изгнаны из рая… – Иво замолчал, погрузившись в воспоминания о событиях давно минувших дней.

– Чем же Вы провинились?

– Мы так и не научились относиться к Земле как к матери. Наше существование подразумевает потребление, а следовательно уничтожение окружающего…

– А где теперь эта высшая раса? – Адаму было интереснее услышать про них, нежели о пороках ящеров.

– Не знаю. Они покинули Землю, оставив вместо себя своих потомков, то есть вас. Узнав об этом, было решено предпринять вторую попытку захватить Землю. И вот сюда прибыл мой корабль, в надежде, что с вами будет проще.

– Погоди! Ты хочешь сказать, что мы потомки высшей расы? – Адам недоверчиво посмотрел на рассказчика.

– Именно. Ты же и сам это знаешь. Всё это отражено в ваших сказках, мифах, песнях. Вы тоже свет во плоти, дети Космоса. Вы обладаете фантазией, воображением и способны к творчеству. Мы быстро поняли, что проще с вами не будет, и совместно проживать в раю не получится.

– И теперь вы собираетесь уничтожить человечество? – насторожился Адам.

– Конечно, нет. Как и все существа во Вселенной мы подчиняемся её законам. Это вы умеете подстраивать Вселенную под себя, а мы нет. По законам Вселенной мы сможем заселить эту планету только в том случае, если вас тут не станет. Вы сами себя должны уничтожить. Задачей моего экипажа было изучить мир людей, найти оптимальный вариант вашего самоуничтожения и помочь человечеству прийти к нему. Выйдя на орбиту Земли, моя команда рассредоточилась по всей планете, налаживая контакт с местным населением. Так я попал в ваше поселение и познакомился с тобой, Адам.

– Ты изучал не планету, а нас… А я наивный глупец помогал тебе в этом, – Адам был раздосадован своей наивностью и непредусмотрительностью.

– Ты первый человек, с которым я познакомился. Когда мы пришли к выводу, что сосуществование невозможно, мы решили начать эксперимент. Для этого мы отобрали 48 человек из разных уголков земного шара и подключили их к нашей системе. Ты их видел, они спят в комнате напротив. Может по причине того, что я гермафродит, а может из-за того, что я лишён воображения и чувств, но меня очень заинтересовали ваши взаимоотношения с Амарой. Поэтому я выбрал вас для эксперимента.

– Амара здесь?! – вскочил с места Адам.

– Не торопись, Адам, – остановил его Иво, – Увидишь её чуть позже, обещаю.

Адам медленно опустился обратно на свой стул.

– И в чём заключается этот ваш эксперимент?

– Моя раса очень далеко продвинулась в науке и технике. Мы добились того, что можем подключить биологический организм к компьютеру, то есть разум живёт внутри компьютерной программы.

– Где-то я уже это слышал… – Адам задумался на секунду и пристально посмотрев на Иво вспомнил, – Во сне! Я слышал это в своём сне. Или это был не совсем сон?

– Это был совсем не сон. Все участники эксперимента были подключены к одной программе. Но программа не способна сотворить целую Вселенную, на это способны вы. Каждый из вас в своих фантазиях сотворял свою собственную Вселенную. Программа всего лишь создавала пустоту, но ваш мозг не терпит пустоты, он наполняет её фантазиями, снами, мечтами… Поскольку все вы были подключены к одной единой программе, воображаемые миры каждого из вас объединились в одну Вселенную, внутри которой вы существовали. Ваше воображение настолько удивительно, что вы сотворяли не только леса, моря, животных, архитектурные постройки, но и людей себе подобных. Для меня это было воистину чудом! Причём эти персонажи могли мыслить самостоятельно, у них было самосознание. Несомненно, каждый из вас Бог в той Вселенной. Ещё нужно сказать о времени. В фантазиях оно течёт совершенно иначе. За несколько часов вы проживали целую жизнь.

– Выходит, эту систему рабства придумали мы сами? – Адам отказывался верить в это, – Всё что сейчас мне кажется сном, этот Мегаполис и всё остальное… Это сотворили мы?

– Конечно! Но, разумеется, не без нашей помощи. Время от времени мы подключались к программе, чтобы подкорректировать ваши мечты, направить их в нужное нам русло. Благодаря нам в вашем мире появились такие вещи как власть, насилие, рабство, война… Несколько раз мы были близки к завершению эксперимента, когда человечество стояло на грани самоуничтожения. Но каждый раз появлялся какой-нибудь Будда или Иисус, да Винчи или Тесла… Мессия, который откладывал гибель человечества на неопределённый срок. Ваша раса склонна мечтать, а ваши мечты всегда сбываются. Словно ваши мечты это запрос в Космос, а великий Космос не может отказать своим потомкам. Мы никак не могли заставить вас не мечтать и тогда мы научились управлять вашими мечтами. Раз уж вы всё равно мечтаете, то мечтайте в нашу пользу! Нам удалось подменить ваши ценности и поработить ваш разум. Вы даже забыли космическое учение, которое наследовала вам высшая раса! Каждый раз наша система порабощения становилась всё изящней и изобретательней. И вот, наконец, мы пришли к системе Мегаполисов – венец нашего творения! Вам пришлось прожить множество жизней, чтоб прийти к этой идеальной системе…

– Мы проживали жизнь за жизнью, а значит, могли помнить свои прошлые жизни, не так ли?

– Нет, не могли. Как только вы умирали, то сразу же рождались заново. Переродиться вы могли где угодно, в какой угодно семье. Даже я не мог этого предугадать. Хотя иногда мне казалось, что вы сами выбираете себе будущих родителей, но систематизировать это, чтобы потом хоть как-то прогнозировать, мне так и не удалось. Родившись заново, вы начинали новую жизнь. Иногда всплывали какие-нибудь воспоминания или же во снах вы могли видеть какие-то моменты из ваших прошлых жизней или из той настоящей, что была у вас до эксперимента. Но это не доставляло проблем. Даже сейчас ты помнишь только последнюю свою жизнь в Мегаполисе. И то лишь как сон. Что действительно приносило проблемы, так это ваше стремление быть свободными. Наверно, мы должны были это учесть. Ведь логично, что в вас заложен дух свободы, воля к жизни, как и у ваших предков. Каждый раз находились люди, разрушающие систему. И даже в идеальной системе Мегаполиса вдруг появился некий Бильбо, который чуть было всё не разрушил. И если бы я вовремя не подключился, неизвестно чем всё это закончилось бы…

– Ты это Лакерт?

– Да, Либер.

– Точно, так меня звали… Но раз ты меня отключил, значит эксперимент закончен?

– Моё руководство оценило результаты нашей экспедиции как неудовлетворительными. Да, эксперимент закончен.

– И мы все теперь свободны? – в голосе Адама чувствовалось сомнение.

– Свобода… Поздравляю вас! Ваше стремление к свободе, любовь к жизни, мечты о мире… Всё это спасло человечество. Земля не будет тронута, но ты должен понимать, что после всего я просто не могу вас отпустить на Землю. Тебя я тоже не должен был отключать, но не удержался. Видимо, уж слишком много времени провёл среди людей, м-да…

– И что с нами будет?

– Я получил приказ о самоликвидации, – Иво посмотрел на часы, – Через 32 минуты корабль самоуничтожится. Вместе с экипажем и участниками эксперимента.

– А что будет с созданной нами вселенной? Там же люди! – Адам с ужасом в глазах смотрел на Иво, он не был готов забрать миллионы жизней, да и как можно к такому подготовиться.

– Ты переживаешь за людей из фантазий?

– Ты сам сказал, что они обладают самосознанием, а следовательно они такие же реальные как и мы с тобой!

– Вы творцы! Не думаю, что сотворённую вами Вселенную можно так просто уничтожить. Думаю, она продолжит своё существование пусть и не в компьютерной системе нашего корабля, но в информационном поле Вселенной. Можешь гордиться, ты первый человек в том мире. Ты первый был подключен к программе, именно с твоих фантазий всё началось.

– А можно разбудить хотя бы только Амару? – с надеждой спросил Адам, ему хотелось в последний раз её увидеть.

– Конечно, я же обещал.

Иво поднялся с места, за ним и Адам. Они не спеша вернулись в комнату, где спали участники эксперимента. Вот они прошли возле мирно спящего и ничего не подозревающего человека, напомнившим Адаму Бильбо. В соседней койке лежал человек, очень напоминающий Лорана. А в человеке, который лежал чуть подальше в углу Адам признал Фрата… По пути Иво продолжал рассказывать:

– Как я уже сказал, меня очень заинтересовали ваши отношения, и я всё время следил за вами двоими. Знаешь, что меня поразило больше всего? Между вами всегда была какая-то связь. В каждой из жизней, где ваши пути пересекались, вы обязательно влюблялись друг в друга. Впрочем, чаще всего судьба не сводила вас вместе, но даже тогда сохранялась ваша космическая любовная связь. Например, когда она была известной певицей, ты был её поклонником, а когда ты был писателем, она зачитывалась твоими книгами.

Они подошли к аппарату, к которому была подключена Амара. Она сладко спала, её прелестное лицо источало спокойствие и умиротворение. Иво потыкал пальцами в сенсорный экран на аппарате и отключил Амару от программы. Через минуту она проснулась.

– Здравствуй, Амара! – поздоровался Иво, но заметив, что она смотрит на него так же, как и Адам после пробуждения, поспешил помочь ей вспомнить, – Иво!

– Здравствуй, Иво! – застенчиво улыбнулась Амара и поспешила подняться.

За спиной у рептилоида она увидела Адама.

– Привет, Адам! – глаза её засияли от счастья, и этот блеск в её глазах согрел душу Адаму.

– Привет, Амара! – Адам легонько сжал руками её ладонь.

– Я вас оставлю – как всегда монотонно и совершенно без эмоций проговорил Иво, направляясь к выходу.

– Иво! – окликнул его Адам, – Можно я покажу ей Землю?

– Иногда я забываю, насколько люди сентиментальны. У вас осталось совсем мало времени. Идите, полюбуйтесь своей планетой.

– Спасибо, Иво!

– О, я сделаю для вас гораздо больше. Вы же любите музыку. В твоей последней жизни тебе нравилась одна песня…

– Спасибо! – улыбнулся Адам.

Воссоединившаяся счастливая пара поспешила в последний раз взглянуть на Землю, но Адам вдруг резко остановился в дверях.

– Иво, твоя раса предпримет теперь третью попытку?

– Я не знаю ответа на этот вопрос, – честно ответил Иво, – Вам лучше поспешить.

Адам провёл Амару в комнату напротив. Иво закрыл за ними дверь и медленно зашагал по узкому коридору. Амара стояла возле иллюминатора, Адам нежно обнял её сзади и, указывая на зелёно-голубой шар в космическом пространстве, прошептал ей на ухо:

– Смотри! Это наша Земля!

– Она великолепна! – восхищенно произнесла Амара, – Но где тогда находимся мы? – полусерьёзно полушутливо спросила она.

В этот момент заиграла песня «Ever dream» группы Nightwish.

– Моя любимая песня из последней жизни… – загадочно заулыбался Адам.

– Адам, мне снился странный сон… – обеспокоенно начала Амара, но Адам не дал ей продолжить.

– Не думай об этом, – он нежно поцеловал её, – Вообще ни о чём не думай, просто мечтай…

– О чём мечтать? – с ангельской улыбкой на лице спросила Амара.

Тут Адам заметил, как электронный таймер на стене отсчитывает последние секунды до самоуничтожения корабля и не стал ничего отвечать, решив, что лучше всего это сделает песня, которая сейчас звучала для них:

Ever felt away without me

My love, it lies so deep

Ever dream of me…