Read the book: «Жизнь в приключениях»
Посвящается всем желающим
0. Автор
Жизнь удивительна и полна приключений. На каждом шагу нам встречается что-то необычное. Как сказал Теренс Дэвид Джон Пратчетт, «мы живём в невероятном, фантастическом мире, хотя и не подозреваем об этом». Со временем мы привыкаем к условиям, что диктует нам та самая удивительная жизнь, и уже не видим окружающих нас чудес. Это всё равно что каждый день есть красную икру: когда-нибудь она потеряет свои вкус, свежесть и прелесть. Но если отстраниться и взглянуть на происходящее под другим углом…
Если стать гостем…
пришельцем…
очевидцем…
читателем…
…можно увидеть многое. То, что раньше бы никогда не заметил. И новый, предложенный автором мир заиграет во всех красках. Станет приятным, родным, весёлым. А после на свою собственную, настоящую вселенную взглянешь уже совсем по-другому.
Что я и предлагаю сделать.
Добро пожаловать в «Жизнь в приключениях»!
1. Мумзель Барракуда
Если кто вякнет, что Мумзель Барракуда – ограниченный кретин, закидайте того камнями. Я не просто наихудший плохиш из всех, что носила Земля, – я ещё и самый непредсказуемый и самый бесстрашный. Обладатель безупречного накачанного тела, красивых синих глаз и светлых волос, а ещё идеально ровных белых зубов. Зверь с ликом человека, скажем так.
Возможно, мой словарный запас беднее, чем у этих… как их… ну, «Отелло» и «Анна Каренина», но я возмещаю это сторицей своими силой и обаянием. В основном, первым. Если проблему нельзя решить кулаком, то она недостойна вас. Плюньте и пройдите мимо. Впрочем, таких затруднений я ещё не встречал – я имею в виду те, что не решаются при помощи точно нанесённого удара, хотя бы и с третьей-четвёртой попытки.
– Давай, Мамзель, держи! Ты сможешь!
– Меня звать Мумзель! А вообще, отвали, идиот, я и так держу!
– Ты ещё подерзи, подерзи наставнику!
– А я что делаю?!..
Пока я, привязанный за руки – за ноги к четырём пальмам, пытаюсь удержать на своём тренированном животе слонёнка, поведаю-ка я вам историю. Обычно я подобным голову не забиваю, но ситуация сложилась, прямо скажем, в корне необычная.
Во-первых, этот вселенский злодей, эта жестянка Лохотрон Тринадцатый решил, что пора бы завоевать мир. Прилетел со своей Лохудрии и давай новые порядки вводить. Ну не наглость?! Даже я, несмотря на то, что когда-то промышлял контрабандой, захватом заложников, ограблениями и рэкетом, не опускался до этого. Знаете, есть такое слово «бесперспективняк». Вот, а Лохотрон не знает. Что ж, его проблемы.
Во-вторых, половина страны во главе с президентом припёрлась ко мне на ранчо, где я отдыхал от мирских дел, и стала уговаривать меня «спасти всех ради господа бога!». Мне это было, как бы получше выразиться, по барабану. До лампочки. Ну, Лохотрон – ну, и хрен с ним. Меня-то он не трогает.
– Чё вам надо?
– Ты наша единственная надежда, Мумзель! Помоги нам! Мы знаем, внутри ты вовсе не такой злой, каким…
А вот фиг вам, именно такой. И то, что полицейским пока не удалось меня поймать и упрятать за решётку или отправить на эшафот, вовсе не означает, что я настолько безрассуден и глуп, чтобы немедля броситься на помощь «несчастным землянам».
– Мой ответ «нет». И на всякий, если ты или кто-то ещё из четверти миллиарда людей, что пришли с тобой, не расслышал, повторю: «нет». Всего три буквы – несложно понять.
– Но, Мумзель, ты ведь негодяй!
– Ещё какой! А почему, ты думаешь, я вам отказываю?
– Ты не отказываешь, а отказываешься – от шанса, который выпадает настоящему плохишу только раз в жизни, и то не всегда!
– Э?
Я насторожился, но, к своей беде, не понял, что это "в-третьих".
Третья необычность состояла в том, что я мог не просто освободить людей Земли, но и, освободив их, занять место Лохотрона и стать вселенским злом вместо него.
Не буду отнекиваться, глаза мои загорелись. Да-а… Даже не так: а-ага-а… Тогда во мне пробудились древние инстинкты, которыми, в общем-то, и живут все плохиши. Жажда антиславы и мирового господства рекой протекла передо мной, и я купался в лучах, отражаемых её игристыми водами, наблюдал за этим сиянием, плыл вместе с ним – куда-то далеко… Короче, сам не помню как, но я согласился.
Президент сложил вчетверо документ с моей подписью и отдал помощнику. Тот, в окружении толпы охранников, убрал бумагу в сверхзащищённый кейс. Потом поднял глаза и поздравил меня с правильным выбором.
Мне жуть как хотелось послать его к чёрту, и я с превеликим удовольствием осуществил свою мечту.
– Ну что ж, Мумзель, пора, – напутствовал меня президент.
В тот же день, собрав свой нехитрый скарб, я вылетел на тропический остров. Самолёт высадил меня в открытом море, так что до острова, местонахождение которого надо было сохранить в тайне, я добирался вплавь, попутно отбиваясь от разного рода зубастых созданий, норовивших откусить от меня что-нибудь нужное…
Как сообщают СМИ
Тем временем Лохотрон играл в бильярд. И, так как победить честно он ни в коем случае не мог, Лох использовал гипнотизаторы, подкупал магов, устраивал баталии без права перемирия только ради того, чтобы во-он тот шарик закатился во-он в ту дырочку. Если вам доведётся играть с Лохом, возьмите с собой циркулярную пилу, бластер с неограниченным боезапасом, противозакляточный амулет и ватрушку. Последняя нужна на случай, если в перерывах между руганью и стрельбой вам вдруг захочется перекусить. И, конечно же, ни за что не соглашайтесь играть с Лохотроном в «дурака»: Лох Дураком не может быть по определению.
…Сэнсэй, учитель, гуру, наставник – называйте как хотите этого дохлого узкоглазого сморчка – встретил меня с улыбкой и протянул руку. Но я хотел его проверить и вместо рукопожатия провёл хук справа. Как я очутился на земле, не знаю. Дол Динь Дон (так зовут сморчка) снова протянул руку, на сей раз чтобы помочь мне подняться. Я встал, сжав его сухонькую ладошку изо всех сил своей лапищей, – и с удивлением заметил, что это не произвело на моего будущего учителя никакого эффекта.
– М-да, с тобой придётся поработать, – бросил он и отправился в хижину.
Я последовал за ним – под покачивание пальм, под звуки-порывы тропического ветра, под шуршание песка, под крики птиц… Короче, я как раз собирался устроиться на новом месте поудобнее, когда Дол Динь Дон покачал головой и молча указал на подстилку перед дверью. Снаружи.
– Ты чё, спятил?
– Хочешь победить Лохотрона?
– Да не особо, просто я связан договором…
– Тогда слушайся меня во всём.
Как позже выяснилось, спать на улице, таскать воду из колодца, мыть полы и стричь старику ногти было совсем необязательно и никак не влияло на боевой дух, конституцию, координацию, силу удара… Ни на что. Но это старикан сообщил мне на прощание, а пока я стойко сносил все «издевательства». Впрочем, можно и без кавычек.
– Как ощущения, Мамзель?
– Меня зовут Мумзель! – в сотый раз рыкнул я. – Долго ещё?
– Пока слонёнок не продавит в тебе большое круглое углубление.
– Чё-о-о?
– Хе-хе. Да не, уже всё. – Старик встал и опёрся на палку. – Заканчивай тут и приходи в дом. – И направился вглубь острова.
– Эй! – крикнул я вслед. – А не хочешь ли снять с меня эту заразу и развязать мне руки?
– У-у-у-у-у! – ответил ветер.
Я выругался и принялся изображать из себя Гудини…
Как сообщают СМИ
Тем временем Лохотрон морально разлагался в обществе вина, друзей и куртизанок. Эта консервная банка постоянно кричал что-нибудь вроде «Официант! Шампанского!», потому что сам не свой был до алкоголя. А в подвыпитом состоянии превращался в любителя рассказывать бородатые анекдоты, и когда говорю «бородатые», я имею в виду принадлежность подлиннее, чем у Черномора. Затем, когда количество выпитого перешло все мыслимые границы, Лох начал гоняться за официантками по столам, поскользнулся на красной икре и свалился на пол, травмировав свою и без того болезную голову. После чего, когда количество выпитого перешло границы НЕмыслимые, наступила самая страшная и невыносимая стадия – имя ей Вокальные Упражнения Акапелла.
…Когда я, вымотанный и злой, вернулся домой, старикашка пил чай.
– Что-то электрочайник барахлит – посмотри, – не поворачивая головы, словно обращаясь к пустому месту, произнёс Дол Динь Дон. Удобно расположившись в кресле, он смотрел по телевизору новости в исполнении красотки Грудинии Глазки, которая вещала об очередных «достижениях» Лохотрона.
Бубня под нос самые грязные ругательства, что сейчас, после столь утомительных тренировок, мог вспомнить, я направился в кухню и там чуть ли не до утра возился с чайником. Оказалось, старая развалина специально испортил технику, чтобы мне было, чем заняться, так как никаких других заданий для меня он не придумал.
Я свалился на кровать, после чего кто-то сильный и ловкий – вы, наверное, догадываетесь кто – секретным приёмом, которые я и прилетел изучать и знал уже довольно хорошо, переместил меня на улицу, на коврик. Но мне было до фени. Я спал и видел сны.
А часа через три старый маньяк поднял меня с коврика и отправил на гору. Я должен был без всякого снаряжения забраться на неё, а после слезть тем же маршрутом. Ощущая себя Томом Крузом, я карабкался, цепляясь почти что за воздух. Где-то на середине пути вверх зазвонил мобильный. Держась одной рукой за уступ, другой я достал трезвонящий телефон и, раскачиваясь над пропастью, нажал кнопку "Ответить". Звонил старый дружбан Гремзель Кайман (мы с ним вместе как-то грабили рыбный магазин, за что и получили свои прозвища. Это было наше первое дело).
– А-а-а, Гремз, привет-привет. И пока ты не положил трубку, хочу сказать, что ты…
Я долго и витиевато высказывал другу всё, что о нём думаю. Это же надо было насоветовать такого мастера! Такого наставника-перенаставника!
– Ты сам-то у него учился?
– Нет. Но мне рассказывали много хорошего…
– Хорошего!.. А плохого?
– Э-э… нет. А что плохого?
Витиеватые оскорбления возобновились.
– Погоди-погоди, в чём проблема-то?
– Нет, это ты погоди! Кто тебе рассказал о Дол Динь Доне?
– Хрямзель Креветка.
– Хрямзель?! О дьявол! Ведь он давно на тебя зуб имеет – да и на меня тоже – из-за того, что у него такое прозвище!
– Он был молодой и неопытный. Пока он стоял, разинув рот, на месте преступления, ты назвался Барракудой, я – Кайманом, а ему досталось… ну, то, что досталось.
– Я это знаю. А ещё я знаю, что он до сих пор на нас в обиде и ищет способ отомстить. Вернее, уже нашёл. Потому и посоветовал тебе этот сошедший с ума трухлявый пень.
– Дол Динь Дона?
Я не успел поздравить его с феноменальной догадливостью: уступ, за который я держался, отломился, и я полетел вниз.
Не знаю, что было хуже: приземление или повторное восхождение. Закончил я тренировку, уже когда солнце село и на охоту вышли дикие звери. Набив парочке хищников морды – им, видите ли, захотелось мясца антигероя, – я вернулся в лачужку и благодаря доброте старикелло до утра чистил картошку. Будить меня не пришлось – уснуть времени попросту не нашлось. Так что я сразу отправился на скрытый в джунглях суперсекретный военный полигон, где мне предстояло несколько часов уворачиваться от ракет и пуль, которые пытался всадить в меня мой дорогой учитель.
– Это тренировка реакции и выносливости!..
– Я тебя убью! – между делом крикнул я. И, видимо, зря, потому как обстрел не прекращался до вечера, а к тому времени я был слишком утомлён, чтобы кому-то откручивать голову…
…Так, неспешно, текли день за днём на красивейшем тропическом острове, местонахождение которого не сможет обнаружить ни одна разведка, потому что все «стелсы» и прочие самолёты мой сэнсэй сбивал на раз из своей портативной ракетницы…
Как сообщают СМИ
Тем временем Лохотрон осматривал свои новые владения. Ему наконец-то стало интересно, что же он завоевал. Вернее, он протрезвел после жутчайшей попойки, а врачи вернули ему зрение и возможность ходить, которые он потерял по результатам сражения, возникшего, когда он в очередной раз получил на погоны две «шестёрки». Осмотр достопримечательностей проходил как обычно: Лох попытался погладить собаку-охранника, в результате чего последняя его немного прикусила своими огроменными зубищами; пытаясь сбросить собачку, Лох наткнулся на телохранителя с огнемётом и повалил несчастного на землю; огнемётчик случайно нажал на гашетку и поджёг бар с алкогольными напитками; тот сразу зашёлся синим пламенем, которое рванулось к небесам, но, что ещё хуже, и к резиденции Лоха тоже; доктор лечил инопланетного тирана долго и усердно, за что получил в итоге благодарность в виде злобнейшего щелчка по носу; но вот Лохотрон пришёл в себя, увидел полыхающий дворец и заорал благим матом, что все, не жалея живота своего, должны немедля броситься тушить резиденцию, и запуганные до смерти слуги и подчинённые, которые боялись Лоха больше, чем неожиданной диареи на оживлённой улице, стали исполнять приказ начальства. Только ремонтников и строителей ему всё равно пришлось вызвать, ведь пожар спалил девять десятых здания. А приехавшие на вызов ребята оказались добросовестными и конкретными парнями, поэтому, когда Лохотрон им не заплатил, подогнали специально нанимаемый в таких случаях самолёт с напалмом, которым летательное средство и облило резиденцию. И всё началось по-новой. Лох очень любил веселиться.
…Наконец, подошли к концу последние тренировочные сутки. Я превратился в гору мышц, злобы и виртуозного владения боевыми искусствами давно забытых и потерянных народов. Дол Динь Дон поздравил меня с этим и, расчувствовавшись на прощание, пустив слезу, доверительно сообщил, что найдёт меня и свернёт шею, если я кому-нибудь расскажу, как добраться до острова. Он якобы очень любил покой.
Я улыбнулся и рассмеялся – чуток неуверенно, будь он проклят! – и наши пути (наконец-то!..) разошлись. Правда, перед этим я сообщил наставнику, что один тип по имени Хрямзель, по прозвищу Креветка, раздаёт координаты острова налево и направо. Сэнсэй обещал разобраться, и это хоть немного, но согрело мою душу…
…На подступах к резиденции Лохотрона меня слегонца задержала его армия. Всего-то несколько десятков тысяч солдат – больше на скромном пангалактическом крейсере не доставишь, – но на то, чтобы справиться с ними, я потратил добрые два часа. Жаль, что рядом со мной не было Гремзеля с Хрямзелем. Первый отдыхал на курорте после очередного удачного ограбления банка, а второй, как я подозреваю, уже находился в больнице: не стоит переходить дорогу Дол Динь Дону. Когда освобожусь, надо будет узнать, куда определили моего старого дружбана, и отнести ему апельсинов....
А тем временем Лохотрон правил бал – что естественно, в бальном зале. Разодетые под роботов, мутантов и пришельцев из иных измерений люди, которых в восстановленной из праха резиденции набилась шишова туча, трясли потными телами под убойный музон, а сам Лох, стоя напротив императорского кресла, что ему специально привезли с его родной планеты, дирижировал мракобесием.
И грянул гром. Я не шучу, действительно раздался раскат грома, и я подумал, что это неплохой момент, чтобы завалиться на вечеринку. Я снёс шестиствольным пулемётом двери с петель и вошёл в зал. Все остановились; Лохотрон выключил музыку.
– Кого там принесла нелёгкая?
– Ты прав, Лох, ох, как ты прав, совсем нелёгкая!.. Пулемёт, например, весит, как во-от такой поросёнок. (Ой, чуть не уронил пушечку.) А все эти гранаты и патроны…
– Взять его!
Но никто не шелохнулся. Все испуганно расступились к стенам, освобождая мне проход, и на всякий случай легли на пол.
Я поднял шестистволку – и без лишних слов жахнул по Лохотрону. У того глаза на лоб полезли. Он мгновенно спрятался за бронированный трон. Когда пулемётные патроны закончились, я взялся за плазменную гранату.
– Погоди, я не готов! – донеслось из-за кресла.
– Зато я готов.
– Да постой же…
– Ничего не знаю – у меня обязательства.
Раздался оглушительный взрыв – я даже немного забеспокоился: подумал, что могли лопнуть мои барабанные перепонки. Это всё акустика в лоховском зале. Слава богу, ничего подобного не произошло.
Между тем все присутствующие, кроме нас с Лохотроном, благоразумно покинули здание. Самозваный император всего мира выбрался из-под обломков сорвавшейся с потолка люстры и, воспользовавшись мешаниной, достал из секретного отделения в стене лучемёт. В следующую секунду прямо в меня полетел смертоносный ярко-оранжевый луч! Я упал на пол, и он просвистел надо мной.
– Ты что ж делаешь, гад! Видишь же, я без энергетических доспехов!
– Ничего не знаю – у меня беспощадность.
– Где?
– В бороде!
И пришелец надавил на курок, да отпускать его не намеревался. Пока Лох поливал окружающее пространство из лучемёта, я бегал по стенам – благо, у меня имелись предназначенные для этого ботинки. В стенах появились бреши, затем дыры, а после – огромные дырищи. Но Лохотрона это мало беспокоило.
До тех пор пока заряд лучемёта не иссяк.
– Чав-чав-чав, – сказало оружие в руках удивлённого владельца.
– Так-так-так, – произнёс я.
– Э-э… Мумз, погоди, я перезаряжу.
– Ну уж фигушки.
И я спрыгнул с потолка, где в настоящий момент находился, прямо на своего заклятого врага. Тот, продолжая перезаряжать лучемёт, тихонько отошёл в сторону.
– А-а-а-а-а! Ма-а-а-а-ать!.. – выразился я, прошибая дыру в полу и уходя под землю.
– Сейчас, сейчас… сей-ча-ас… – обнадёжил Лох.
Я перекувырнулся и выскочил из дыры, чтобы наброситься на наглого инопланетянина. Но того нигде не было.
– Чтоб тебя! Плащ невидимости, да?
– А то!
Я вытащил из-за пояса два бластера, выставил на них режим «Спасайся кто может!» и принялся палить вокруг без разбора, начав с того места, откуда, как мне показалось, раздался голос моего противника.
– Ха-ха-ха! – рассмеялся Лохотрон, кося под одного из своих многочисленных кумиров-кинозлодеев. – Ха-ха-ха! Не попал, не попа… а-а-а! Ты что! Чуть меня не убил!.. Фух.
Я продолжил безумную атаку, но, кажется, слишком увлёкся: только краем глаза я заметил, как Лох вскидывает лучемёт и нажимает на спусковой крючок. Похоже, тем удачным выстрелом я испортил его плащ-невидимку. Теперь настала моя пора отскакивать в сторону, что я и сделал. Луч всё того же опостылевшего ярко-оранжевого цвета пролетел в сантиметрах рядом со мной и превратил в ничто опору.
И тут у меня появилась идея. Безбашенная, но других не держим-с. Да и не было особенно времени думать и выбирать.
– Лох-горох! Лох-скоморох! Лох-чертополох!.. – дразнил я одетую в чёрное железяку.
– Ах, чертополох!!! – не на шутку разозлился Лохотрон, выставил на лучемёте режим «Выноси всех святых» – и ЖЖЖАХНУЛ!!!..
Именно так, я не преувеличиваю.
Разряд отправил в небытие вторую опору. Зданию это не понравилось, и оно начало опасно крениться.
Я между тем отпрыгнул, отбежал, снова отпрыгнул – на инстинктах, не глядя – и оказался напротив третьей опоры.
Лохотрон, обуреваемый яростью, не замечал ничего и только ЖЖЖАХАЛ!!!, ЖЖЖАХАЛ!!! и ЖЖЖАХАЛ!!!
Это было мне на руку.
Вот только, к сожалению, я поскользнулся на остатках красной икры, когда третья опора превратилась в дырку, и здание неуклонно, неумолимо стало обрушиваться нам на головы.
– Ах вот так!!! – заорал Лохотрон, не заботясь о своём осипшем уже голосе. – Хитрость применил, да??? Ну так получай!!!..
И разрушил мощнейшим разрядом четвёртую опору…
…Меня спасло только то, что за недели тренировок башка моя стала крепче титана, – часть здания разбилась об неё и разлетелась на кусочки. Я хмыкнул, почесал затылок и ретировался, убегая от падающих остатков дома.
А недовольного Лохотрона похоронило под обломками. Правда, позднее, когда всё закончилось и завал разобрали, злодея под ним не нашли…
…Я щёлкнул пальцами, привлекая внимание к своей гениальной мысли.
– Портативный телепорт! Как я об этом не подумал!
– Ничего, ты сделал всё от тебя зависящее. – Президент похлопал меня по бицепсу (поскольку выше не доставал), да и для этого ему пришлось встать на цыпочки. – Так что не расстраивайся. А награда ждёт тебя. Правда, памятника тебе обещать не могу – очень уж много денег уйдёт на восстановление резиденции. Но что касается медали, Мамзель…
– Я – Мумзель!!! – рявкнул я. И добавил: – А медаль свою засуньте… – Насколько мог красочно, я описал куда и, чтобы быть последовательным, схватил блестящий кружок с подушки, после чего стремительно покинул место битвы. Учитывая, что я хромал, так как многотонная конструкция заехала мне по ноге, когда я спасался из рушившегося здания, стремительность была не такой быстрой, как хотелось бы.
Единственное, что осталось для меня непонятным во всей этой истории, – почему я согласился? Как президенту удалось уговорить меня? Хм… Я сидел в кресле на своём ранчо и непринуждённо потягивал вискарь. И тут догадка выплыла, нет, даже вылетела из мрака и шандарахнула по мозгам. Вот чёрт! А он и не уговаривал!..
Я набрал номер Гремзеля.
– Эй, Кайман… Да погоди, не перебивай. Скажи, наша армия использует психотронное оружие?
– Ты что, с Чризгелля свалился? Давно уже и вовсю.
– Так я и знал!
– А в чём?..
Я прервал связь. Значит, президент надул меня! Загипнотизировал психооружием и заставил подписать договор! Думал, я не догадаюсь. Другого объяснения я не находил – и подозревал, что оно, к несчастью, правильное…
Но что самое жуткое и отвратительное – мне не отдали мирового господства! Все эти сюси-пуси, благодарности, медали и памятники – за ними я забыл, зачем, собственно, ввязался в эту историю! Гр-р-р!..
Я прикинул, насколько сильна моя ненависть: где-то 95 по 100-балльной шкале. Прилично.
Как обычно моментально приняв решение, я собрал всё тот же свой нехитрый скарб и отправился на затерянный, таинственный и очень опасный остров, названия которого не могу сказать. Чтобы разобраться с президентом и его армией, придётся пройти расширенный курс тренировок у Дол Динь Дона. И да поможет мне здоровье!..
Мумзель Барракуда не кретин, друзья мои. Ну, во всяком случае, не ограниченный. Может, и не стоит закидывать камнями того, кто скажет обо мне плохо, – а вдруг он окажется сильнее вас? Но, когда этот тип отвернётся, покажите ему язык. За меня и за всех несправедливо обиженных хороших плохих парней!
2. Лохотрон Тринадцатый
Если вы думаете, что быть злодеем – жутко интересно и прикольно, то жестоко ошибаетесь. И я знаю, о чём говорю, особенно когда речь идёт о жестокости. В злодействе больше минусов, чем плюсов, тем более тут, на Лохудрии, где все законы, в том числе злодейские, соблюдаются неуклонно, – и попробуйте только не соблюсти! В общем, одна головная боль… Думаете, неправда? Ну, насчёт законов придётся поверить мне на слово, если только ваше везение не даст настолько сильную трещину, что вы попадёте сюда на отдых. А в остальном – давайте разбираться вместе. Остановимся только на трёх пунктах: поверьте, их будет достаточно…
Итак, во-первых, все эти невыносимые ритуалы: дьявольский смех, от которого саднит в горле; пытки и казни, сжирающие большую часть свободного времени; необходимость соответствовать стилю, которая вызывает лишь приступы тошноты. И так далее. Всё это уже навязло на зубах, и хочется поскорее сплюнуть, но приходится сглатывать и притворяться Тёмным Владыкой дальше. Например, из последних сил делать вид, что ты безумно рад видеть свой чёрный дворец с чёрными комнатами, в которых стоит чёрная мебель, и это ещё не говоря о чёрных деталях интерьера, вроде игрушек и статуэток, о чёрном постельном белье, о чёрных шторах, чёрных окнах и чёрных стёклах… Смогли бы вы быть безумно рады этому «пёстрому» окружению в течение двадцати четырёх часов каждый день? А ведь времени на отдых от подобного великолепия не предвидится: настоящий Тёмный Властелин должен заниматься государственными делами, а не просиживать штаны (естественно, чёрные). Так недолго и в самом деле умом тронуться, и если такое случится, будьте уверены, быстро найдутся те, кто вас сместят и закопают. Поэтому приходится держаться…
Ну как, вам уже весело? Во-от, а это только во-первых.
Но перейдём к следующему пункту. Ваши родственники: эти-то сумасшедшие безо всяких меры и ограничений. Учтите, вам придётся уделять им всё свободное время, которого у вас попросту нет, – иначе обидятся, не приведи шкванк! Но мало того, надо будет ещё сносить их сюсюканья («Ты мой монстрик! Дай я тебя подёргаю за щёчку!»). И закидоны – вроде того чтобы без разрешения повесить вашего дворецкого, потому что он на минуту позже принёс завтрак.
Ну, и в-третьих – ваши враги. Эти падкие на женщин и обласканные вниманием оных – в отличие от вас! – белозубые мускулистые красавцы. Как я их ненавижу! И в первую очередь, позёра и хама Мумзеля Барракуду сотоварищи! Эти «три богатыря» неизменно используют запрещённые приёмы, которые сочувствующие принимают за проявления недюжинного интеллекта, тогда как в нашем случае, в случае несчастных и забитых жизнью вселенских злодеев, любые хитрости вызывают у людей презрение и ненависть. Скажете, честно? Да к тому же «герои» эти постоянно побеждают – вот что бесит больше всего! Побеждают, невзирая на свой асоциальный статус: они сами промышляют грабежом, разбоем, хулиганством и прочим в том же духе. Но других спасителей не нашлось, так что, понимаете ли, имеем тех, которые есть. Ничего не попишешь, дорогой Лохотрон, скажете вы, закон жанра: одни побеждают – другие проигрывают. Так что остаётся лишь соответствовать своему статусу, если хочешь быть правильным плохим мальчиком. Вот скажете вы так – и не ошибётесь… Э-эх!..
Но «ближе к телу», как говаривал один инопланетный классик.
Неприятности начались в тот день, когда я уже не мог более выносить «прелести» судьбы и, решив плюнуть на всё, накупил жёлтой краски, чтобы придать своему мрачному дворцу более жизнерадостный вид.
Брат – родной, по имени Болваниус Ридикьюлус – застал меня за покраской и первым делом раскрыл рот (как будто его кто-то об этом просил):
– Лох, брателло, ты что же делаешь? Этой чумовой краской ты убьёшь всю атмосферу!
Слово «чумовой» у Болваниуса может означать что угодно: и плохой, и быстрый, и классный, и яркий, и ненастоящий, и почему-то трёхмерный.
– А-а, привет, Болван! – приветствовал я родственничка с улыбкой на лице и неописуемым раздражением в подкорке.
Я разразился демоническим – или дьявольским, кому как больше нравится – смехом, брат подхватил его, и мы немного поржали в унисон. Затем я откашлялся и спросил – как всегда вежливо, по-нашему, по-злодейски:
– Ты чего припёрся?
– Да вот, решил навестить дорогого родственничка!
– Это меня, что ли?
– Бинго! С первой попытки! А, каково?
– Да вообще-то не очень.
– Э-э… ты сейчас о чём?
– А, миль пардон, это всё краска, – спохватился я: ни в коем случае нельзя показывать утомлённость, она – первый противник любого межгалактического злодея.
– Ты же под своей металлической маской ничего не должен чувствовать, – сострил Болваниус и хлопнул меня по плечу.
Я чуть не слетел с табуретки, на которой стоял.
– Под чёрной маской, – уточнил я, спрыгивая на пол.
– Вот-вот. Мой любимый цвет. Тако-ой…
– …стильный, – кисло сказал я. Впрочем, братец не заметил иронии:
– Точняк! Погогочем по этому поводу?
И мы ещё немного погоготали.
– А что же остальные? – снова откашлявшись, спросил я. – Папаша Дурошлёпник?
– Заразился вирусом доброты и слёг.
– Бедняга, – ненатурально посочувствовал я. – А мамочка Шляпочка?
– Ветром сдуло.
– Э-эх… Сестрица Тебе-Такой-Не-Уродиццо?
– В очередной раз вышла замуж, и у неё какие-то там проблемы.
– Опять?
– И я так же сказал. А она девка суровая, вся в папашу, – вынула дезинтегратор и как давай садить по мне из него!.. Я спрятался в кустах растений с Чризгелля – сестрёнка притащила их из последнего путешествия, и они разрослись повсюду. Так вот, те голодные были – пожрали все разряды, которые выпустила сестрёнка. Она обиделась, плюнула и ушла. Я было обрадовался, но когда растеньица прикусили меня за жо…
– Короче, день не удался? – перебив словоизлияния братца, подытожил я.
– Да уж. Пришлось делать пересадку.
Пересадку чего, я уточнять не стал. И так уже жалел, что завёл этот разговор.
– Вот потому я и ношу защитный костюм – и всем злодеям советую делать то же самое, – непонятно зачем продолжил я диалог.
– Не всем нравится ходить с такой тяжестью.
– А ходить без задницы?
Болваниус промолчал.
– А дядя? Тётя? Бабуля с дедулей? Ну, и все остальные? – чтобы побыстрее закончить беседу, поинтересовался я.
– Собрались скопом и рванули на другую планету отдыхать. Только, говорят, там обстановка не очень хорошая.
– То есть?
– Да чё-то с будущим.
– А как называется планетка?
– Э-э… Криптон или что-то вроде того.
– Ну понятно. – Я вздохнул и протянул: «М-да-а», – как бы намекая, что пора прощаться и расходиться.
Но у Болвана были другие планы.
– Так я поживу у тебя?
– Сколько?
– Не знаю. Не очень долго. Год или два – как пойдёт.
– Хм.
Братец оглядел комнату ещё раз.
– Нет, всё-таки чёрный мне больше по душе. Он какой-то более…
– …тёмный, – закончил я за него.
– Ага-ага.
– А что ты вдруг решил приехать? – невинно спросил я. – У тебя же дома бизнес, девушка, развлечений пруд пруди…
– Чёрный! – почти выкрикнул Болваниус.
– Ну конечно, – успокаивающим тоном произнёс я.
– Да, понимаешь, что-то вдруг всё обрыдло, и я подумал: а навещу-ка я братца! Давно не виделись, он будет мне рад, и вообще…
Вот про "вообще" он очень точно сказал.
Я кивнул.
– Ну ясно.
Болван перегораживал выход из комнаты. Я попытался обойти брата, споткнулся, налетел на стул, опрокинул его вместе с банкой краски и, упав в липкую жидкость, стихийно перекрасился в жёлтый цвет.
– Чумово, – выдал Болваниус. Посмотрел на меня оценивающе, поцокал языком и добавил, что в чёрном цвете паркет смотрелся выигрышнее.
– А я давно хотел сменить пол, – ответил я.
Сбросил костюм, вынул из шкафа новый и надел его. Затем пихнул всё ещё загораживавшего проход братца в бок локтем и прошёл в кухню.
Там всё уже было накрыто. На чёрном столе в чёрных блюдах лежали чёрные… ну, вы поняли. Самое удивительное, что не только грибы и некоторые овощи были этого "чумового" цвета, но и крекеры с грушами тоже. Иногда причина заключалась в шоколаде, иногда – в краске, а иногда – в закончившемся сроке хранения…
– Тэк-с, тэк-с, отобедаем. – Болваниус потёр руки. – Что у нас Брадх послал?
Я не выдержал, пробурчал под нос что-то невразумительное, – нельзя терять самообладания! Нельзя! – сел и стал обедать.
– Что-то… чав-чав… твоего нового дворецкого… чав-чав… не видно – не слышно, – не прерывая трапезы, задал вопрос Болван. – Он где вообще, чав-чав?
– Если у него достаточно мозгов, то где-нибудь далеко отсюда.
– Ха-ха-ха! – демоническо-дьявольски расхохотался братан.
Я поддержал его без особого энтузиазма, желая только одного – остаться одному.
– Эти улитки – просто супер! – восторженно проговорил Болваниус. – Где ты их взял?
– Здесь нет улиток, – чётко проговорил я.
– Да ну? А что же я тогда слямзил? Чёрное, скользкое и противное. Да точно улитка!
– Надежда умирает с последним, – озвучил я очень популярное в среде злодеев выражение.
– Чав-чав! – согласился братец.
Через какое-то время пытка обедом кончилась. Я встал из-за стола и, под бодрое поикивание Болваниуса, увязавшегося за мной, вышел на улицу. Воздух был чуть ли не пряным, освежающим, особенно после часов, проведённых в обществе жёлтой краски. Вот бы он был ещё другого цвета!..
Но я всё равно вдохнул полной грудью.
– А-ах, хорошо, – прокомментировал Болваниус, сделав то же самое. – Такой чумовой свежак на улице. Ты, кстати, правильно сделал, что не помыл руки перед едой, – ни к чему это бяке твоего уровня. Даже жалко немного… – неожиданно перескочил с одной мысли на другую мой дорогой братанчик – и тут же прикрыл рот рукой.
Мне это отчего-то совсем не понравилось. Может быть, оттого, что за годы, проведённые в обществе моей семейки, я научился предсказывать их поползновения, которые могут осложнить мне жизнь. Здесь речь не идёт ни о какой параноидальности – только о банальной безопасности.
– О чём это ты? – И я произвёл стрельбу глазами, но не ту, которую используют женщины, а иного толка – вселенско-негодяйского.
– Да… м-м… в общем… У-у-у-у-у, – вдруг протянул Болван, развернулся и направился к замку.
– Чего "У-у-у-у-у"? Ты куда?
– Пойду посижу, книжку почитаю. Я буду у тебя в кабинете. В сейфе. Он ведь всемнепробиваемый?
– А… – Но договорить я не успел.
Полтора десятка аэромобилей показались на горизонте. Все, как и положено, того самого цвета. Но они не имели никакого отношения к нашей семье, зато к мафии – самое непосредственное.
Слава Брадху, мне удалось укрыться в доме до того, как полсотни парней в широкополых чёрных шляпах высунулись из окон, достали автоматы и дали очередь.
Задыхаясь – бегать в тяжелейшем металлическом костюме вроде моего не так уж просто, – я запер дверь, чуть отдышался, а потом рванул наверх, в свою комнату, выкрикивая на ходу ругательства и угрозы в адрес Болваниуса. Казалось бы, чего мне бояться – костюм-то металлический. Всё бы ничего, но пули у мафии бронебойные, а у некоторых её представителей даже плазменные и ядерные!
– Выходи! – орал я, дёргая ручку сейфа.
– Не выйду.
– Выходи!.. Я хочу с тобой… м-м… поговорить.
– Ничего не получится.
– Что значит не получится? Я щас схожу за лазерным резаком…
– Не поможет. Ты забыл? Сейф сделан из дорогущего и редчайшего, ничем не пробиваемого металла.
– Ах, ты!.. – Я попытался успокоиться. – Ну тогда хотя бы пусти меня внутрь.
– Для этого мне придётся открыть дверцу. Так что фигушки.
– Я тебя разорву на тысячи частей, засуну их в тысячу коробочек, которые сожгу в тысяче печей, а прах потом развею по ветру с тысячи высоких башен!
– Вот наконец узнаю родного братца.
– Откро-ой!!! – И я застучал по дверце изо всех сил.
Между тем снизу раздавались шум, крики, удары по двери и громкие голоса, обещавшие нам медленную и мучительную смерть. Я очень сильно пожалел, что у меня, как и у любого Тёмного Владыки, замечательный слух.
Поозиравшись, я пришёл к выводу, что спрятаться негде. Что же делать? Ну же, Лох, думай, думай!..
Судя по звукам, раздававшимся снизу, мафиози достали горелку и выжигали во входной двери бронированного замка дыру. Сколько у меня времени? Две минуты? Три? Во всяком случае, совсем немного!
И тут мне в голову пришла спасительная идея! Портативный телепорт!
Ухмыляясь, я похлопал себя по карманам – и тотчас разразился самой страшной бранью, на которую был способен.
– Брателло, ты чего? – донёсся из-за дверцы сейфа приглушённый голос.
– Телепортатор у тебя, – мрачно произнёс я, не спрашивая – констатируя.
– Да, – всё равно ответил Болваниус.
– Тогда телепортируйся с ним сюда!
– И?
– Что "и"?! И – быстро!
– Это… а я?
– А что ты? При чём здесь ты?
– Ну, телепортируюсь я – а дальше что?
– После того как я откручу тебе голову?
– Угу.
– Я сбегу отсюда на какую-нибудь планетку поспокойнее.
– Повторюсь: а я? Телепорт-то может перекинуть за раз лишь одного человека!
А Болван не такой уж болван.
– А ты перебьёшься как-нибудь!
– Не, не пойдёт… И вообще, я не умею им пользоваться.
– А я тебя не научу!
– Тогда об чём разговор?
Я продолжал закипать. Температура поднялась уже градусов до 80 – 85.
– Как ты вообще умудрился перейти дорогу мафии?
– Да никак. Я только занял немного денег.
– Сколько?
Болваниус ответил.
Я офигел.
– Сколько-сколько?!
– Ну вот.
– И зачем тебе эквивалент годового валового экономического продукта нашей планеты?!
– Понимаешь, я малёк-с поиздержался: мой бизнес… э-э… – Болван в нерешительности замолчал.
– Что «твой бизнес»? – прорычал я.
Температура поднялась до 89 градусов.
– Сейчас, в наш век компьютерных технологий, мало кто играет в игровые автоматы, и…
– Короче.
– Я разорился.
– Просто взял и разорился?
– Не просто, конечно, – меня подставил деловой партнёр, этот негодяй Кретинио Двусмысленный!
– На то он и негодяй, тебе ли не знать!
93 градуса.
– Да, но ведь и я негодяй, а это как-то… нечестно!
– Пф-ф… Ладно, дальше.
– Вот, значит… Сначала я занял денег у мафии и не смог их отдать. Меня поставили на счётчик… м-м…
– Дальше! – зверея, потребовал я. 97 градусов.
– Ну, дальше я опять не смог их отдать, – продолжил Болваниус. Мне казалось, что он говорит до невозможности медленно. – Тогда мне пришлось обратиться к… эм-м… другим людям.
100 градусов. Ту-у-у!!!
– КАКИМ?! – не выдержал я.
– К конкурирующей мафии, – просто сказал Болван.
– И ты занял деньги ещё и у них?! – хватаясь за голову, предположил я.
Но, к сожалению, ошибся.
– Нет, просто заказал того, первого заимодавца.
– Ты охренел?! Зачем?!?!
– Понимаешь, я не знал, что он из мафии. Его мне посоветовал друг…
– Какой друг? – чуть не плача спросил я.
– Револьверино Крёстный Пап.
– И ты, конечно, не знал, кто Револьверино такой?!
– Конечно, не знал! Откуда я мог знать, что он руководитель тех самых первых мафиози?!.. Эй, что это за стуки? Они уже здесь?
– Нет, это я бьюсь головой о стену!
– А, нормально… Но, кхм, у моей истории есть продолжение.
– Да? Какая радость!..
– Дело в том, что вторая компания мафиози тоже разыскивает меня – я ведь так и не заплатил им за исполнение заказа.
– А они его выполнили?
– Ты что, дурак?!
– Извини, Болван… Эй, минутку! Кто из нас тут провинился?
– А, прости, прости… забылся… Нет, разумеется, они его не выполнили – когда узнали, кого именно я заказал. Я им только описал человека, но не назвал имени. Наверное, какое-то шестое чувство подсказало мне этого не делать.
– Оно называется идиотизм. Это чувство руководит всеми твоими поступками.
– Возможно… И когда они выяснили, кого я имел в виду, то окрысились на меня, решив, что я провоцирую их на что-то очень нехорошее и что я – агент противоборствующей группировки.
– Отлично… О-о, чёрт!..
– Они?
– Нет, ОНИ!..
Прямо напротив моего окна висел чёрный автомобиль, но уже другой марки – кажется, "Хрено" или "Ёпрст-мобиль". Я в них не особо разбирался, так как предпочитал путешествовать при помощи портативного телепорта – который, между прочим, сейчас лежал в сейфе, совершенно мне недоступный. Болван, ну какого шкванка!..
Я вынул из секретного отделения в стене лучемёт – вот только воспользоваться им не успел: буквально в следующее мгновение раздались залпы и выстрелы. Осколки стекла полетели на пол, куда отправился и я. Если б я не упал, меня бы разодрало на маленькие, чрезвычайно маленькие кусочки. Мини-ракеты позади рвали стену на части; взрывы оглушали. Бронебойные пули пробивали дырки в полу, потолке, мебели и во всём остальном. Плазма плавила подоконник и, стекая с его остатков, приближалась ко мне, прожигая своим горячим жидким телом русло для коротенькой речки.
И тут произошло неожиданное.
Очередная ракета, видимо, свернув не туда, врезалась в сейф. Он отлетел к бывшей стене, перевернулся, упал. Послышался громкий крик Болваниуса, начавшийся как что-то приглушённо-отдалённое и превратившийся в дикий ор прямо у меня над ухом.
– А-а, братец. – Я улыбнулся ему, попутно уворачиваясь от летящих кусков стен и текущей плазмы. – Привет-привет. Что, потерял равновесие в сейфе и случайно нажал на кнопку телепортатора?
– Я…
– Дай сюда!
Я заткнул лучемёт за пояс и отобрал у Болвана телепорт. Какое-то время меня грызла совесть: как я могу сбежать, оставив в опасности родного человека? Но потом я припомнил, благодаря КОМУ оказался здесь и сейчас. И незваный приступ совести прошёл. (Длился он секунды две.)
А по ступенькам дружно поднимались-бежали члены мафии номер 1. Их шаги гулко рикошетили от стен даже в таком гаме.
Телепортатор был настроен на перемещение по Лохудрии. Я не глядя переключил его на другую планету, даже не удосужившись посмотреть на какую.
– Ты куда?
– В большие города…
– Вот он!
В этот самый момент в комнату стали вваливаться мафиози из первой группировки.
Увидевшие их преступники из группировки второй тут же принялись поспешно перезаряжать оружие.
Первые вскинули автоматы, огнемёты и ракетницы.
– А я? – посмотрев на меня глазами более жалостливыми, чем у рыжего кота, вопросил Болваниус.
А я – нажал на кнопку.
Не знаю, что было дальше: всё скрыл бело-сине-голубой шар, куда я провалился.
Чтобы вскоре появиться на…
Я поднялся с земли, поскольку свалился на голову какому-то незнакомому бедолаге, посмотрел на экран и прочитал название планетки, на которую попал. «Земля»!!!
И, естественно, сразу после этого у телепорта сели батарейки.
– Шкванк! – выругался я.
Вообще-то я сказал нечто иное, но, поскольку я рассказываю историю для разновозрастного населения, остановимся на этом варианте.
Я думал, что всё плохо, – но оказалось, всё ещё хуже. Главная проблема состояла в другом: я пока не знал насколько. ПОКА не знал…
– …Разрушен замок одного из главных злодеев Лохудрии Лохотрона Тринадцатого Ридикьюлуса, недавно прибывшего на Землю. Члены обеих конкурирующих мафиозных группировок находятся в разных больницах. А главный и единственный свидетель произошедшего, родной брат Лохотрона – Болваниус, весь оборванный и покрытый копотью, бегает по пепелищу и кричит всевышнему о том, что (цитирую) "деньги возвращать очень не хочется – сделай так, чтобы они пролежали там подольше! А Лох, кстати, – иуда и подлый предатель!" (конец цитаты). Вот, вы можете сами наблюдать, как он… уйди от камеры, чтоб тебя!.. В общем, всё. Грудиния Глазка, специально для Самого Первого Каналадауберитевыегоотменя!..
Я сидел в жёстком кресле и смотрел телевизор. Моя квартиродательница, милая старушка в очках и переднике, жарила на кухне яичницу.
Квартирка Ромашки Цветочка – так звали старушку – была маленькой и пустой. Из двух комнат мне досталась та, что поменьше, размером со шкаф в моём бывшем замке. Повезло: хозяйка согласилась пустить к себе, хотя люди, к которым я обращался до этого, наотрез отказывали. Может, заподозрили, что я Тёмный Властелин? Но как?! Не по костюму же!.. В общем, хорошо, что на всякий случай я всегда беру с собой валюту разных планет: жизнь злодея непредсказуема, как вы могли заметить. Я плачу Цветочку достаточно много, но зато ей неинтересно, где я бываю по ночам и какими непотребствами занимаюсь.
Наконец мне надоело пялиться в «ящик». Я выключил его и глубоко вздохнул.
Вот ведь скука здесь, на Земле! И вернуться-то не могу: надо дождаться, пока обе мафии забудут обо мне (что вряд ли произойдёт скоро), а уже после потихоньку пробраться обратно на Лохудрию, незаметно восстановить замок и…
Но это такая тягомотина!
А что…
Я даже встал с кресла.
А что если вообще не возвращаться?
Я огляделся. Земля… Планета сине-зелёного цвета, третья от Солнца, населенная так называемыми разумными существами. А что если её завоевать? Тогда у меня появятся новый дом, новая работа, и я буду находиться достаточно далеко от родственничков и мафиози! Да и поработить этих землян не столь сложно, учитывая уровень их развития… Если же что-то пойдёт не так, батарейки для телепортатора – две штуки, пальчиковые – я уже купил.
Я раскинул руки в стороны и впервые за долгое время от души то ли дьявольски, то ли демонически расхохотался.
Что я буду делать завтра, спросите вы? Отвечу: в общем-то, то же, что и всегда, – попробую захватить мир!
The free sample has ended.
