Go to audiobook
Втроем дети не обсуждали вопрос, почему они не хотят, чтобы Бен и Дипа знали о том, что они собираются предпринять поисковую экспедицию на чердак. Но каждый из них по отдельности думал об этом. Само собой, эта мысль посещала Хлою. Джорди тоже задумывался над этим вопросом. (А кто точно мог сказать, что происходит в голове у Алекса?) Но по какой-то причине, неизвестной даже им самим, они избегали говорить на эту тему. Не то чтобы их родители стали возражать против этой экспедиции. Дети просто предпочитали держать ее в тайне. Они совершенно осознанно дождались субботнего утра, когда Дипа работала, а Бен собирался отправиться за покупками. Хлоя попросила Джорди пойти с ней. Алекс был занят сооружением очередного воздушного змея и в конце концов сказал, что с ними не пойдет.
– Что это вы собираетесь делать? – спросил Бен, который вошел на кухню и услышал окончание их разговора. – Вы все идете в кино?
– Может быть, мы пойдем позже, – сказал Джорди. – Хорошо?
– Что насчет обеда? – уточнил Бен. – Вы будете питаться воздухом?
– Мы перекусим в городе, – ответил Джорди и, зная, что Бен не одобряет гамбургеры, добавил: – В итальянской бутербродной.
Когда Бен ушел, Хлоя и Джорди поднялись к люку, ведущему на чердак, и пролезли сквозь него, держа в руках фонарики. Пыль и затхлый воздух снова ударили в нос Джорди, но на этот раз они не беспокоили его так сильно. У него с собой был источник света, а еще с ним была Хлоя. Но все же, когда он ступил на доски пола внутри чердака, освещая внутреннее пространство фонариком, Джорди почувствовал нечто странное. Как будто они пересекают границу священной земли, где находятся погребения чужих племен. Это было только чувство, он ничего не видел, а только почувствовал что-то или кого-то. С первого же шага Джорди уткнулся в паутину, и на его лицо попали липкие нити.
– Ф-ф-фу, – фыркнул он.
– Что случилось? – Почему-то Хлоя говорила шепотом. – Наступил в коровью лепешку?
– Очень смешно! Здесь полно пауков.
– Не пытайся меня напугать, – сказала Хлоя. – Я не боюсь пауков.
– А я боюсь, – сказал низкий голос позади них, и Хлоя вздрогнула от страха. – Я их не люблю.
Это был Алекс, который передумал и решил составить компанию брату и сестре, после того как случайно сломал прут каркаса своего воздушного змея.
– Никогда больше так не делай! – прошипела на него Хлоя. – Из-за тебя я просто подпрыгнула на месте!
– Ты чуть не довел меня до сердечного приступа, – сказал Джорди, его голос доносился откуда-то из темноты.
Алекс посветил своим фонариком вверх на стропила. Луч света выхватил из темноты тонкие, висящие в воздухе нити паутины, серые, как старый хлеб.
– Они мертвые, – пробормотал он. – Против мертвых я ничего не имею.
Дети разделились, каждый из них искал в своем углу чердака, ныряя под стропила и перешагивая через балки. На участке Джорди находился водяной бак, и, осветив его фонариком, он просто скривился от отвращения: на поверхности плавали мертвые насекомые.
– Мы это пьем! – воскликнул он, обращаясь к остальным. – Это омерзительно!
– Нет, не пьем, – поправил Алекс. – Если только ты не пьешь воду из своей ванны. Этот бак ведет к бойлеру.
– Ну ладно, я в этом моюсь. Это все равно омерзительно.
Они прокладывали дорогу через горы хлама, который был навален повсюду, отталкивая в сторону старые картонные коробки; лучи их фонарей выхватывали из темноты кучи грязной одежды. Они ждали, что во тьме мелькнет яркая серебряная вспышка, которая, возможно, укажет на то, что они нашли сокровище, которое искали. Сейчас, когда они были здесь, Джорди подумал, что вся их затея напрасна. Часы могли быть где угодно, если они вообще были здесь. Можно ли доверять памяти старика? Мистер Грэнсом мог ошибаться, думая, что много лет назад бросил часы где-то здесь. Да и вообще, существовали ли эти часы на самом деле?
Джорди перевернул картонную коробку, полную старой одежды. Неожиданно появившийся луч света осветил заплесневевшую женскую шляпку, вокруг тульи которой была нашита ленточка бледно-желтого цвета.
– Где Алекс? – спросила Хлоя, которая держала в руке фонарик. – Я нигде не могу его найти.
Джорди осветил чердак своим фонариком, вызвав на стенах причудливый танец теней, ни одна из которых не принадлежала Алексу.
– Алекс! – позвал Джорди. – Алекс, где ты?
Ответа не было. Вдруг в луче света от своего фонарика он увидел чьи-то яркие блестящие глаза, которые смотрели прямо на него. Джорди в ужасе подпрыгнул на месте. Затем он услышал знакомое мяуканье, которое исходило от существа с глазами.
– Нельсон! Что ты здесь делаешь?! Как ты смог подняться по этим ступенькам? – Он затолкал кота назад в люк и спросил: – Как ты думаешь, Алекс не мог спуститься вниз? Может, ему стало тут скучно?
– Нет, он что-то говорил, – ответила Хлоя. – Минуту назад он был где-то здесь, слева от меня, а в следующее мгновение исчез.
– Куда же он пошел?
Джорди неожиданно испугался, что его сводный брат мог удариться головой о балку и теперь где-то лежит без сознания. Его отец, работающий на скорой помощи, часто рассказывал Джорди истории о людях с сотрясением головного мозга, поэтому Джорди твердо знал, что человека с такой травмой нужно отвезти в больницу как можно скорее. Тем не менее он не хотел тревожить Хлою, поэтому сказал:
– Может быть, он там, сзади, в темноте. Ты возвращайся назад в квартиру, а я поищу.
– Нет, – резко ответила она. – Я тоже хочу поискать.
Как опытные летчики-спасатели, они разделили территорию для поиска на квадраты и обыскали чердак до последней дощечки в полу. Часть, на которой доски не были настелены, уходила дальше в темноту. Джорди решил идти туда, но ему пришлось пробираться по балкам. Один неверный шаг, и его нога провалилась бы сквозь потолок квартиры внизу. Хлоя шла за ним. Им пришлось сконцентрировать все внимание на перепрыгивании с одной неровной балки на другую. Удивительно, что после всех этих спортивных танцев на балках, когда они к тому же были вынуждены пригибаться, чтобы не удариться головой о стропила, они в конце концов оказались в месте, где снова был настелен пол.
Джорди с облегчением ступил на него. Его ноги уже дрожали от напряжения.
– Должно быть, наш чердак переходит в чердак другого дома, – сказал он Хлое. – А стены между домами здесь нет.
Его фонарик прочерчивал полосами света темноту впереди:
– Может быть, так они строили дома в те времена.
– В какие времена?
– Когда дом был построен – в Викторианскую эпоху.
Хлоя посветила своим фонариком в ту же сторону, что и Джорди.
– Алекс! – позвала она. – Ты здесь?
Они услышали какой-то неотчетливый звук, доносящийся издалека, словно шепот в неподвижном воздухе.
– Это был он? – спросил Джорди.
– Я не знаю. Давай пройдем еще немного вперед.
– Это могла быть птица или летучая мышь. Или еще что-нибудь.
– Летучая мышь? – насмешливо переспросила Хлоя. – Летучие мыши не кричат.
– Ну, здесь звук мог и исказиться. Тут много всяких разных штук вроде изоляционного материала на крыше, баков, водяных труб и многого другого. В любом случае, разве мы не перешли границу? Я имею в виду, что теперь под нашими ногами должен быть дом других людей. Что, если кто-нибудь поднимется и поймает нас? Не будет ли у нас из-за этого проблем?
Хлоя обдумала слова Джорди. Они были в одном из стоящих в ряд домов. Без сомнения, они перешли из своего собственного дома в чей-то чужой. Возможно, у всех этих домов один общий чердак без каких-либо стен. Могло ли это быть так? Она решила, что могло.
– Нам нужно найти Алекса, – сказала Хлоя, рассуждая логически. – Он мог разбиться или пораниться.
Хлоя и Джорди пошли дальше. Теперь, когда доски были под ногами, это было проще. Чем дальше они шли по чердаку, тем гуще им казалась темнота вокруг них. Неожиданно дети оказались в месте, где был солнечный свет, но он падал вниз с очень большой высоты. Когда они внимательно осмотрели то, что их окружало, они поняли, что края чердака сдвинулись очень далеко. Перед Хлоей и Джорди лежало огромное пространство. Крыша над ними тоже как будто поднялась на ошеломляющую высоту. Ни спереди, ни сзади не было ни начала, ни конца. Форма крыши по-прежнему оставалась треугольной, но ее конек был где-то высоко над их головами, а нижние углы с обеих сторон исчезли из поля зрения.
– Что это? Где это мы? Чердак… он вырос! – воскликнул Джорди. – Он стал… я просто не знаю… Может быть, мы в доме побольше где-то в конце ряда? Там есть большой дом? Я не помню. – Он всмотрелся в тусклый мир вокруг: – Я не вижу углов. А где же крыша?
Хлоя громко чихнула, заставив его подпрыгнуть на месте.
– Извини, – хрипло сказала она. – Мне в нос набилась пыль.
Она посмотрела наверх, на целый лес толстых стропил, пересекающих друг друга в разных направлениях. Сбивающий с толку лабиринт наклоненных под разными углами балок крыши с заполненным темнотой пространством между ними. Время от времени попадались толстые, грубо отесанные деревянные колонны, которые служили главной опорой для крыши и поддерживали все это архитектурное безумие над ними.
Конечно, это было очень большое здание. Может быть, усадьба помещика? или дом священника? или даже церковь? Она видела толстые балки над головой, похожие на летящие контрфорсы собора. Нет, там был солнечный свет, очень высоко над балками светило квадратное солнце, и его лучи пробирались через хитросплетение бревен. Солнечные лучи даже достигали пола внизу, а под крышей собора не может быть световых люков. В солнечных лучах танцевали яркие пылинки, которые ее мама обычно называла пылью ангелов.
– Где мы? – Тоном, в котором смешались страх и благоговение, спросила Хлоя.
– Он огромный, правда? – Джорди посмотрел назад в темноту, откуда они пришли. – Мы можем здесь потеряться. Ты помнишь историю о мальчике, который залез в трубу во время игры в прятки, а крышка за ним захлопнулась? Сотню лет спустя нашли только его высохшие косточки, покрытые пыльными тряпками.
– Не надо! – воскликнула Хлоя, понимая, что Джорди хочет напугать ее. – Немедленно прекрати!
– Да ладно тебе, никто и никогда не находил его, – весело сказал Джорди.
Хлоя не обратила внимания на его слова.
– Где же Алекс? – повторила она тоном, в котором было слышно все ее беспокойство о брате. – Он всегда куда-то пропадает.
– Я здесь, – сказал голос позади них, от звука которого Джорди и Хлоя подпрыгнули одновременно.
– Почему ты убежал? – закричала Хлоя, поворачиваясь к своему младшему брату. – Как ты здесь очутился?
Алекс выглядел разозленным и в то же время удивленным.
– Никуда я не убегал. Это вы двое убежали, а я просто шел за светом ваших фонариков. Вы были далеко впереди от меня. Мне пришлось бежать, чтобы догнать вас.
– Ой, прекрати, Алекс! – устало сказал Джорди.
– Нет, я говорю правду, – отрезал Алекс, и в его голосе послышались злые нотки. – Казалось, что вы хотите убежать от меня.
– Это неправда, и ты об этом знаешь, – вспыхнула Хлоя.
– Ну, по крайней мере, так мне это показалось, – нахмурился Алекс.
– Давайте все успокоимся, – сказал Джорди. – Теперь мы нашли друг друга. Нет, Алекс, мы не пытались убежать от тебя. Мы искали тебя. Хлоя беспокоилась о тебе. Она думала, что ты разбил голову о балку или с тобой еще что-нибудь случилось. Я не понимаю, как ты оказался позади нас, потому что мы обыскали чердак – наш чердак, я имею в виду, – перед тем как пойти сюда. Теперь мы оказались на каком-то огромном чердаке…
Он посмотрел вверх и увидел двух птиц – или каких-то существ, похожих на птиц, – которые перелетали от одной балки к другой.
– Да, он большой, правда? – пробормотал Алекс, глядя то вверх, то вокруг себя. – Он просто гигантского размера. Может, это мы уменьшились?
– Не говори глупости, – сказала Хлоя.
– Ну, в таком случае чердак вырос.
– А это звучит еще глупее.
Голос Хлои звучал агрессивно, но Джорди знал, что в глубине души она очень огорчена сложившейся ситуацией. Джорди и сам не знал, что думать. Все это было так необычно, так странно. Где-то впереди находилось что-то вроде лесной чащи, состоящей из множества старых рыболовных удочек. Их лески переплелись самым причудливым образом. Из этого переплетения торчали, как колючки каких-то свирепых растений, рыболовные крючки самых разных размеров. Больше всего это напоминало густой куст ежевики, который, без сомнений, пробыл здесь уже очень долгое время: он сверху донизу был опутан паутиной.
– Пойдем, нам надо найти дорогу домой, – пробормотал Джорди. – Я надеюсь, что узнаю путь к нашему чердачному люку.
Джорди повернулся и пошел назад по пути, по которому они пришли, но Алекс тут же закричал:
– Стой, ты идешь совсем не туда!
– Да нет, я правильно иду! Правда же, Хло?
– Ну я думала, что мы пришли оттуда. – И она показала рукой совсем в другом направлении.
– Ну мы и влипли! – воскликнул Джорди. Затем он решительно добавил: – Я старший. Это моя обязанность решать, куда мы пойдем. Я сказал, что идти нужно сюда.
– Ты старше меня всего на два месяца, – сказала Хлоя. – Ты думаешь, что ты главный только потому, что ты родился в июле, а я в сентябре.
– Ну кто-то же должен быть главным.
– Не обязательно. Ты ведь когда-нибудь слышал о демократии, правда? Мы можем проголосовать по этому вопросу.
Но голосование им ничего не дало, поскольку каждый указывал в свою сторону. Так случалось каждый раз, когда им предстояло решить, куда идти. В конце концов Джорди настоял на том, что двигаться надо в том направлении, которое он выбрал, и предложил остальным выбирать, пойдут ли они с ним или останутся на месте. И Хлоя, и Алекс продолжали ворчать, что Джорди предлагает идти по неверной дороге, но в то же время они чувствовали, что им лучше оставаться вместе. Впервые в жизни Джорди не чувствовал никакого триумфа, заставив их подчиниться своему решению. Он только молился, чтобы этот путь оказался правильным.
Когда дети отправились в путь по этому огромному царству из досок и штукатурки, Хлоя подумала, что они похожи на исследователей, которые идут по местности, не нанесенной на карты. Они углублялись все дальше и дальше, а надежды найти свой чердачный люк становилось все меньше. В конце концов Джорди был вынужден признать, что, возможно, они идут куда-то не туда. Он сказал, что был полностью уверен, что надо двигаться в этом направлении, но Хлоя и Алекс тут же заявили, что с самого начала знали, что это не так. Они повернули назад и пошли по своим собственным следам. По крайней мере они думали, что повернули, но через некоторое время Хлоя уже не решилась бы сказать об этом с полной определенностью.
– Посмотрите, – сказала она, указывая на сумрак впереди, – мы можем видеть только конек крыши. Он идет поперек направлению, в котором уложены доски пола. Сейчас мы поравнялись с ними. Если мы пойдем под прямым углом к швам в полу, мы вернемся к тому месту, откуда пришли.
Казалось, в этот раз Джорди был слишком обеспокоен, чтобы спорить с ней, поэтому все трое сделали то, что показалось разумным Хлое. Тем не менее через час или два дети не могли определить, приблизились ли они хоть немного к своей части чердака. Они все начали уставать и хотели пить. Валяющиеся в беспорядке кучи мусора, которые почти всегда бывают на чердаках, встречались то там, то тут.
В одной из них Хлоя подобрала старинную бутылку из зеленого стекла со стеклянной пробкой, дребезжащей в ее горлышке.
– Это фигурная бутылка, – сказала она. Хлоя знала это название, потому что когда-то она собирала старинные бутылки. – В таких бутылках продавали газированные напитки. Сейчас они довольно-таки редко встречаются.
– А не осталось ли там хоть немного колы? – спросил Алекс, облизывая пересохшие губы. – Хоть чего-нибудь попить?
– Тогда колы, наверное, еще не было. Думаю, в такие бутылки наливали лимонад.
Когда Хлоя и Джорди присели на дощатый пол отдохнуть, Алекс прошел еще немного вперед. Алекс был из тех людей, которым всегда сопутствует удача, и сейчас она ему не изменила. Он нашел водяной бак, который раньше не было видно в темноте. Сложив руки лодочкой, он напился из него, не обращая никакого внимания на плавающих в воде мертвых пауков и несколько птичьих перьев. Потом он позвал остальных. Некоторое время они стояли и смотрели на воду, умирая от жажды.
– Мы не знаем, найдем ли еще источник воды, – сказал Алекс. – Так что лучше попейте. А тебе, Хло, не помешало бы наполнить водой эту фигурную бутылку.
– Почему ты так назвал этот бак? – спросила Хлоя. – Источник воды? Звучит так, как будто мы дикие звери, заблудившиеся в пустыне.
– Он прав, – сказал Джорди. – Это и есть источник воды. Здесь больше негде напиться, так ведь? И света становится все меньше.
Хлоя и Алекс тоже подняли глаза, чтобы увидеть квадратное солнце, гаснущее в исчерченном стропилами небе.
– Нам нужно беречь батарейки в фонариках, – сказал Джорди. – Не зажигайте их, пока это действительно не понадобится.
– Кто это назначил тебя начальником? – пробормотала Хлоя, хотя в душе она понимала, что Джорди прав. Она заметила, что сжимает свой фонарик как талисман, потеря которого навсегда отнимет какой-либо шанс выбраться из этого пустынного места, сделанного из дерева.
Запах воды манил ее. Ее горло так пересохло, что она говорила скрипучим голосом. Она опустила бутылку под мутную поверхность воды и смотрела, как наверх бегут пузырьки воздуха. Потом она поднесла бутылку к губам и начала пить, нисколько не заботясь о том, что эта стекляшка, возможно, провалялась на чердаке больше сотни лет. Она сказала себе, что если на горлышке и были какие-то микробы, то к сегодняшнему дню они все уже умерли от жажды.
Джорди тоже не выдержал и напился прямо из бака, предварительно очистив поверхность от мертвых насекомых руками.
– Если все мы завтра проснемся с болью в животе, – пробормотал он, – то я не буду удивлен. Я полагаю, никто не взял с собой мобильник?
– Я не брал, – сказал Алекс. – А зачем он мне тут?
«В самом деле, – подумала Хлоя, которая даже не стала отвечать на этот вопрос. – Зачем брать телефон, когда идешь на чердак?» Они ведь даже не собирались выходить из дома.
Обычно, если они ночевали на природе или у кого-нибудь в гостях во время праздников, они сидели и болтали половину ночи. Но здесь, на этом грандиозном чердаке, они не могли придумать, о чем можно поговорить. Хлоя просто сидела, обхватив колени руками, и смотрела на крышу. У нее была надежда, что после заката солнца появятся звезды. Она увидела лишь одну-единственную, но этот мерцающий свет слегка успокоил ее. Это была какая-то яркая звезда, возможно Венера, случайно заглянувшая в световой люк. Она немного ободрила Хлою, напомнив, что снаружи есть другой, реальный мир.
– Смотри! – сказала она, указывая на звезду Джорди. – Вечерняя звезда.
– А мы заперты здесь, – пробормотал он. – Пойманы в ловушку на чертовом громадном чердаке. – Он поколебался секунду, но потом все-таки добавил: – Эти чердачные люки похожи на дверцы мышеловки.
Между ними снова повисла тишина. Спустя некоторое время фонарик Джорди выключился на несколько секунд. Он посмотрел на свои часы, и тут фонарик снова зажегся.
– Мои часы идут в обратную сторону, – шепнул он Хлое.
Они легли на доски и попытались уснуть. В середине ночи Хлоя услышала какой-то шум в темноте. Это были негромкие звуки, как будто вокруг тихо ходили люди или крались, царапая доски, какие-то мелкие животные. Очень простые звуки, которые напомнили Хлое о том, что она и ее братья не одни.
Позже Хлоя почувствовала, как что-то мягкое коснулось ее лица. Она оттолкнула это в сторону, слишком сонная, чтобы сделать что-то еще. Животное свернулось в клубок где-то около ее живота и уснуло вместе с ней.
Они проснулись рано. Свет еще был серым и тусклым, затем солнце стало светить в световые люки. Первое, что они сделали, проснувшись, это напились из бака. На этот раз они уже нисколько не переживали по поводу чистоты воды. Алекс нашел в кармане половину плитки шоколада, и они разделили ее на троих. Будь этот шоколад в кармане у Хлои или Алекса, им бы пришлось остаться даже без такого скудного завтрака. Алекс, единственный среди них, мог не съесть шоколадку, если она попадала к нему в руки. Он всегда сберегал что-нибудь про запас. Обычно Хлою это раздражало, но в этот раз его запасливость нисколько ее не разозлила. Вместо того чтобы сказать насмешливым тоном: «Какой ты хороший, маленький братец!», она искренне похвалила его:
– Молодец, Алекс!
– Ты мог бы сказать нам об этом прошлым вечером, – пробормотал Джорди, жуя свои три клеточки шоколада.
– Тогда бы у тебя не было ничего на завтрак, – логично ответил Алекс.
Хлоя неожиданно огляделась, вспомнив, что было ночью.
– Нельсон приходил, когда мы спали, – сказала она. – Его сейчас нигде нет?
Оба мальчика огляделись вокруг.
– Нигде не видно. Ты уверена, что это был он?
– Да, совершенно уверена. Ну, наверное, он нашел путь назад.
После того как Хлоя снова наполнила бутылку водой, все трое отправились в путь. Они предполагали, что уж сегодня-то найдут дорогу домой, но Хлоя очень беспокоилась за Бена и Дипу. «Мама, наверное, сама не своя от беспокойства», – думала она. Ни Хлоя, ни Алекс никогда не проводили ночь вне дома, если их мать точно не знала, где они находятся.
Насчет Джорди Хлоя вовсе не была так уверена.
По отрывочным рассказам своего сводного брата она знала, что в его доме не все было хорошо, особенно во время развода родителей Джорди и после него. Хлое было известно, что Джорди убегал из дома по крайней мере один раз, когда их семья развалилась. Затем мать Джорди объявила, что она отказывается от своих прав на сына, что, несомненно, причинило мальчику очень сильную боль. Возможно, он бы и сам захотел остаться с отцом, но иметь мать, которая не хочет видеть тебя, это для любого ребенка слишком уж непереносимая боль.
Возможно, в этот момент Бен обвинял во всем Джорди, думая, что он опять решил убежать из дому и взял сводных брата и сестру с собой.
– Что же это за место? – пробормотал Джорди.
– Очевидно, что это гигантский чердак.
– Это и так понятно, – фыркнул Джорди. – Но почему он такой большой?
– Откуда я могу знать?
Несколько секунд они внимательно смотрели друг на друга, потом Хлоя сказала:
– Может быть, нам перестать ругаться хоть на какое-то время? У нас есть проблема, и нам нужно держаться вместе, чтобы как-то ее решить. Разве мы не можем быть просто друзьями?
Джорди удивленно посмотрел на нее, потом улыбнулся:
– Да, извини, Хло. Я вовсе не хотел придираться к тебе. Я имел в виду… ну, ты знаешь, что я имел в виду. То, что мы не всегда соглашаемся друг с другом, не значит, что мы имеем в виду что-то плохое.
Она тоже улыбнулась:
– Ты уже три миллиона раз сказал «иметь в виду».
– У тебя плохо с математикой. Всего лишь четыре раза. Ну ладно, давай не будем трепаться, а пойдем вперед.
– Как ты думаешь, – спросила она, – Бен и Дипа уже беспокоятся, куда мы пропали?
Джорди пожал плечами:
– Тут мы все равно ничего не можем поделать. Кроме того, что будем продолжать идти и в конце концов найдем путь вниз.
Хлоя понимала, что кажущееся спокойствие Джорди было только ширмой. Она знала, что он чувствует себя ответственным за то, что происходит с ними при любых неблагоприятных обстоятельствах, таких, как сейчас, потому что он мужчина и потому что он старший. Это, конечно, было глупо, но его родная мать внушила ему всю эту чепуху насчет того, что мужчины сильнее и должны заботиться о слабых женщинах.
Хлоя чувствовала, что она вполне способна позаботиться о себе и вовсе не нуждается в защитнике, который старше ее всего на два месяца, даже если он и принадлежит к мужскому полу. Но она не могла сказать об этом Джорди, потому что он бы не принял это во внимание, а только разозлился бы еще сильнее. Джорди был продуктом воспитания старого образца, по которому мужчины правят миром, а женщины делают то, что им говорят. Мужчины сделаны из железа, а женщины – из тончайшего стекла. Ну и вся остальная чепуха в том же роде.
– Мы теперь так легко не бьемся, – пробормотала Хлоя. – Теперь мы сделаны из более прочного материала.
– Что? – переспросил Джорди, поворачивая голову. На его лице было озадаченное выражение. – Что ты сказала?
– Ничего.
Вдруг Алекс остановился как вкопанный.
– Вы это видели? – спросил он, указывая куда-то вправо. – Там кто-то есть.
– Где? – спросил Джорди, пытаясь хоть что-то разглядеть в полумраке чердака. – Там?
– Кто-то двигался. Я видел, как мелькнула тень.
– Может быть, кто-то только что поднялся из дома под нами? – предположила Хлоя.
– Он двигался не как человек, – сказал Алекс. – Он двигался, как… как какое-то другое существо. Я не знаю какое. Животное или еще кто-то.
– Прекрати меня пугать! – вскрикнула Хлоя, сердце которой забилось быстрее. – Прекрати играть в свои игры, Алекс!
– А я и не играю. Смотрите, вот оно снова! В тени. Может, это Нельсон?
– Я видел, видел! – закричал Джорди. – Это был не кот, это был… ну я не знаю… это должен быть человек.
Алекс покачал головой:
– Нет, это не человек. Люди так не двигаются. Смотрите, снова! Он движется резкими толчками. А теперь ушел. Ушел в темноту.
– Я думаю, это человек, – быстро сказала Хлоя. – Я думаю, нам надо найти его… или ее. Кто бы это ни был, он может нам сказать, где выход наружу.