Read the book: «Герои старого кино», page 2

Font::

Глава 3

– Тебе не кажется, майор Соколова, что ты зарываешься? Нет?

Подполковник Осипов, начальник ее отдела, смотрел на Вику исподлобья, намекая на ее служебное несоответствие. Но во взгляде сквозило еще кое-что личное. Ревность, обида. А все почему? Потому что Вика отвергла его ухаживания два месяца назад. Именно тогда Осипов вдруг сделался до невозможности настойчивым. Даже грубо настойчивым. И она едва не надавала ему по лицу в тихом месте в темное время суток.

– У меня есть парень, Роберт! – возмутилась она тогда, отрывая его руки от своей груди. – Никаких служебных романов! Это мой принцип!

– Принципы можно менять. Как и парней, майор. Не ломайся ты!

Она простила его тогда лишь потому, что он был пьяным. И наутро извинился. Если бы этого не было, она бы точно перевелась в другой отдел.

– Жду объяснений, майор, – продолжал сверлить ее взглядом Осипов Роберт Николаевич. – Где ты была полдня?

Рассказать ему, что выпроваживала Генку из квартиры и из своей жизни? Нельзя! Пристанет снова. Поделиться новостями о проблемах с племянником? Тем более нельзя. Осипов – злопамятный, гад, – будет тогда держать ее на крючке постоянно. И она частично соврала.

– Гоняла по адресам по угону. Помните, товарищ подполковник, ту самую иномарку, которую угнали ночью с детской площадки?

– Здра-а-а-сте-е! – ухмыльнулся тот недобро. – Тачку нашли, Соколова!

– Когда? – вытаращилась Вика.

Она правда не знала. И на адреса еще только собиралась.

– Час назад. Угонщик – сосед по подъезду – явился сам в полицию и признался, что решил отомстить соседу за то, что тот вечно паркуется на детской площадке. Протокол уже составлен.

– А мне никто не собирался об этом рассказать, нет? – вдруг разозлилась она. – Я как дура…

– У дуры, если она хочет быть в центре событий и новостей, прежде всего должен быть включен телефон, – приподнял идеальные брови Осипов.

Если откровенно, Вика подозревала, что над его бровями регулярно работает какой-то мастер. Либо выщипывает. Либо подкрашивает. И это ее смущало и немного настораживало. Генка, конечно, засранец, каких поискать, но брови не выщипывал. Ограничивался маникюром. Таковы были требования работодателя.

А она…

Последний раз была у любимого мастера полгода назад. Волосы от природы были густыми, особого ухода не требовали. Подстригала посеченные кончики редко. Их и не было почти. Потому что она их не сжигала никакими плойками, утюжками, покрасками. Закручивала в высокий пучок ежедневно либо хвост завязывала. Ногти подстригала сама, держала их чистыми. И почти никогда не красила.

А вот Осипов…

Странный персонаж, если разобраться. Был женат десять лет, детей не нажил. После развода почему-то остался в трехкомнатной квартире жены. А та уехала куда-то в глубинку поднимать сельское хозяйство. Так он рассказывал. В любвеобильности не замечен. Будто и серьезен, и благонадежен. Но вот Вику осмелился пару месяцев назад хватать за грудь в темном переулке. И, что характерно, повода она ему никакого не давала!

– Просто ты красивая очень, Соколова, – пояснил он наутро, когда извинялся. – Устоять рядом с тобой, чтобы не попробовать… Очень сложно. Прости.

После того случая попыток ее полапать начальник больше не предпринимал. Но придираться начал по каждому удобному случаю.

– Так что с телефоном, майор? Я звонил тебе трижды. – Взгляд Осипова не менялся, по-прежнему был суровым и небеспристрастным.

– Разрядился. А я не заметила. – Она швырнула сумку на стол, почти с разбегу села в кресло, закидывая ногу на ногу. – Что у нас нового, кроме успешно раскрытого угона?

– У нас?

Тут вдруг Осипов неожиданно выбрался из-за стола и заходил по кабинету с заложенными за спину руками. Он о чем-то размышлял. И размышления его были тревожными.

– У нас, Соколова, случилось пополнение в отделе. Через полчаса оно сюда явится. С вещами. Вот за этот вот стол.

Рука Осипова соскользнула с поясницы, и палец ткнул в пустующий рядом с Викой стол. Тот пустовал уже полтора года. Как напарница Вики ушла в декрет, так и оставался пустым.

– У нас новенький?

Она еле сдержала улыбку. Ей новость понравилась. Служить один на один с Осиповым в последнее время стало невыносимо. Он без конца брюзжал и придирался.

– Это некто майор Калинин, – не заметил ее радости Осипов, продолжая шагать по кабинету. – Личность интересная.

– Да? И чем же он так интересен? Раскрываемость стопроцентная?

– Погоди ты про раскрываемость, Соколова, – поморщился подполковник. – Репутация у него скандальная. Весьма скандальная.

– Ух ты!

Вика уложила локти на стол, насторожилась. Иметь в напарниках скандалиста, или алкаша, или ловеласа совершенно не хотелось. С прежней напарницей, ныне воспитывающей близнецов, они сдружились. И даже доверяли друг другу маленькие секретики. Но про проблемы со Степкой напарница не знала. Этой информацией Вика не делилась ни с кем.

– И чем же он оскандалился? – поинтересовалась Вика.

Осипов замер возле окна, внимательно рассматривая что-то на улице.

– Переспал с женой начальника?

– Не знаю я, с кем он спал, – раздраженно отреагировал Осипов. – Знаю, что у Калинина большие проблемы с субординацией. Он как будто не знает, что это такое. А также обостренное чувство справедливости. Может и до мордобоя довести ситуацию. Набор превосходный, для того чтобы лишиться покоя.

– И что, прямо в драку бросается, если чувствует себя уязвленным? – качнула она головой.

– Может и в глаз дать, да, – тяжело вздохнул Осипов. – Вон он, подъехал уже. Стоит у машины и рукой мне машет. Клоун!

Калинин вошел в кабинет ровно через три минуты. Столько времени ему понадобилось, чтобы дойти от стоянки до входа в отделение полиции, миновать турникет, подняться на второй этаж и пройти узким коридором в самый торец – там была их дверь.

– Здрас-сте! – вошел он с полупоклоном. – Наше вам, господа коллеги!

Среднего роста, черноволосый, глаза карие, рот яркий, не перестающий улыбаться. Плечи широкие, шаг уверенный, тяжелый. Может, из-за мешковатой кожаной куртки, но Вике показалось, что у Калинина проблемы с лишним весом.

Не услышав ничего в ответ – Осипов и Вика лишь осторожно кивнули, – Калинин дошел до пустующего стола. С грохотом швырнул на него картонную коробку. Там что-то загремело и звякнуло.

– Не обращайте внимания, майор, там разбиться нечему, – пояснил он, перехватив ее взгляд. – Канцелярка и немного личных вещей.

Личными вещами оказались два теннисных мяча, мишень дартса, ощетинившаяся дротиками, бутылка коньяка – не начатая. Большая белая чашка с черной надписью «МОЯ» – большими буквами. Пустая кобура, которую Калинин тут же загнал в нижний ящик стола.

Он швырнул рядом с монитором компьютера перекидной настольный календарь с закладкой на сегодняшнем дне. Сел в кресло, откинулся на спинку, скрестил пальцы на животе. И с улыбкой спросил:

– Ну что, коллеги? Так и будете на меня таращиться? Или познакомимся уже?

Осипов побелел. Медленно подошел к столу, за которым развалился вновь прибывший подчиненный. Сузил глаза и прошипел:

– Встать, майор! И доложить по форме!

– Ух ты! – криво ухмыльнулся Калинин.

Он будто нехотя встал, оказавшись чуть ниже подполковника. Но для дуэли глазами помех не возникло. И они вдоволь насмотрелись друг на друга. Вике даже стало казаться, что она видит легкий дымок в пространстве между ними.

– Майор Калинин прибыл для дальнейшего несения службы, – доложил он по форме. – Он же Сергей Иванович. Можно просто Сергей и на «ты». А можно и Серый. Как кому вздумается. Отзываюсь на все. В быту неприхотлив. К лотку приучен, как говорится.

Тут уж Вика не выдержала и фыркнула. И тут же свирепый взгляд Осипова достался и ей тоже.

– Подполковник Осипов. Роберт Николаевич, – представился он в ответ. – Начальник отдела, не признающий фамильярности, разнузданности и недисциплинированности. В случае несоблюдения дисциплины или игнорирования моих указаний, а вы этим славились на прежнем месте, майор, будет наложено взыскание. Вам все понятно?

– Так точно, товарищ подполковник, Роберт Николаевич, – вытянулся в струну Калинин.

Но Вика голову дала бы на отсечение, что тот прикалывается. Яркий рот Калинина продолжал выдавать ухмылки.

– В общем, знакомьтесь тут со своим напарником, майор, я к руководству.

Кому из майоров отдела Осипов адресовал свои слова, было непонятно. Уточнять они не стали. Да он и ушел через минуту.

– Ну что, красавица! – оскалил свой яркий рот Калинин в широкой улыбке. – Будем знакомиться? Я Серега.

– А я – майор Соколова. Виктория. И послушай, Сергей. – Она развернулась в кресле в его сторону, сделала строгое лицо. – Давай договоримся сразу, на земле… Никаких красавиц, красоток, лапусек и прочей хренотени! Мы напарники. Спина к спине, так?

– Давай так, – подергал он широкими плечами. – Если у тебя принципы, я не против.

– Мне плевать, против ты или нет, – заговорила она еще строже. – Балаганить будешь вне службы со своими девчонками.

– А ты ею не сможешь стать, нет? – Черные лохматые брови Калинина запрыгали вверх-вниз. – Такой вариант невозможен?

– Такой вариант исключен.

– А чего так?

И тут новенький, провалиться бы ему, лег животом на ее стол. Подпер подбородок локтем и уставил на нее очи свои бесстыжие. И что хочешь, то и делай! Вика решила, что надо встать и отойти, желательно подальше. Но почему-то сидела. И смотрела на него почти не моргая.

– А то! – наконец-то обрела она дар речи. И тут же принялась врать напропалую: – У меня парень есть, мы скоро поженимся. И вообще, ты не в моем вкусе.

– А что так? Какие тебе нравятся? Мажористые, пижонистые?

– Встань со стола, Калинин, – окончательно пришла она в себя и поморщилась. – И не будь таким навязчивым. Лучше расскажи, откуда перевелся, почему? Какой багаж за плечами? Репутация у тебя, прямо скажем, так себе.

– Да?

Он сполз с ее стола, сунул руки в карманы мешковатой кожаной куртки. Подошел к окну. Опершись задом о подоконник, уставился ей в переносицу.

– И что обо мне говорят? – спросил, растратив всю свою веселость.

– Ну… Что неуправляемый, скандальный, безбашенный. Что коллеги твои перекрестились, когда ты ушел, – врала она без зазрения совести. – Даже говорили, что ты переспал с женой начальника.

И он, что странно, не удивился ее последним словам. И, погрозив ей пальцем, проговорил:

– Это она со мной спала, а не я с ней.

– О как! А так бывает?

Вика поставила себе зачет за проницательность.

– И еще как!

– А все остальное?

– Все остальное брехня. – Калинин посмотрел на нее вполне нормально, без ухмылок. – Отпускать меня не хотели. Я ушел сам. И не из-за жены начальника. Они давно не вместе, если что. Я ушел, потому что мой напарник… В общем, ты все равно узнаешь. Он попал в беду. И я считаю, что из-за меня.

– Разбирательство было?

– И еще какое!

– Выводы сделали? Не в твою пользу?

– Как раз наоборот, майор. – Он вдруг резко отвернулся от нее к окну. – По результатам проверки я весь в белом. Но я-то так не думаю. И мой напарник… Он не должен был словить мою пулю.

– Он погиб?! – ахнула Вика.

– Нет. Он выжил. Но полгода по больницам. Кстати, он тоже меня не считает виноватым. Типа, сам нарвался. Я же его предупреждал, чтобы он не лез в тот гараж. Говорю, давай тяжелых дождемся, они проверят. Нет, что ты! На кураже! Ну и… Случилось так, как случилось. Он после ранения в дежурку пересел. А я… А я мимо той дежурки проходить не мог. Я должен был его за рукав схватить и остановить! Я был старшим по званию и возрасту. Вот так вот, Вика Соколова, бывает. И я тоже хочу с тобой прямо сейчас, здесь, на земле, договориться…

Калинин резко обернулся, серьезность сделала его лицо неузнаваемым. Рот сложился в тонкую линию. Глаза как два пистолетных дула. Подбородок заострился.

И увиденное ей понравилось, да. И даже пришлось себя одергивать и напоминать себе, что каких-то пару часов назад выставила за дверь своего парня. И ни о каких новых отношениях, тем более с этим клоуном, и речи быть не может.

Но засмотрелась же!

– Мы в одном звании, Соколова Вика, но я всегда старший. Это понятно?

– В смысле? – не сразу съехала она с романтических рельсов.

– Я старший на выезде. И это не обсуждается…

Нет, она хотела бы обсудить этот ультиматум, и еще как! И наговорить ему много неприятных слов. Чтобы не задирал нос, не брал на себя слишком много. Но не успела. Вошел Осипов.

– У нас труп, коллеги, – обронил он, ни на кого не глядя. – Собирайтесь. Группа уже в сборе. Ждут вас.

– А где? Кто? – Вика полезла за курткой в шкаф, сумка уже была в руках.

– А труп, коллеги, скверный, – поморщился Осипов, как от кислого. – Тело найдено в лесополосе в тридцати километрах от города. Со следами насильственной смерти. И это Витя Апрель – криминальных дел мастер. Подробности там какие-то неприятные. Все узнаете на месте. В путь!

Глава 4

Пока они ехали на ее машине на место обнаружения трупа, они молчали. Калинин по непонятной причине. Вике просто не хотелось с ним разговаривать. Да и вообще ни с кем. Она упомянула в разговоре с новым коллегой парня, который у нее будто бы есть и за которого она якобы собралась замуж. А на самом-то деле парня у нее на данный момент никакого и не имелось. И это было скверно. Потому что Вика не терпела одиночества. Она его ненавидела. Пустота в квартире ее угнетала. Тишина оглушала. Широкая постель казалась необитаемым островом, который не терпелось покинуть.

Ей нужен был кто-то рядом. И желательно тот, кто недурен собой, аккуратен и внимателен. Генка до поры до времени годился. Но, как оказалось, не только ей. Имел любовницу, и не одну. И как давно это началось, можно было только догадываться.

Она со вздохом повернула на заправку.

– Бак полный, – подал голос Калинин с пассажирского сиденья.

– Кофе возьму. Ты будешь?

И вот тут он неожиданно разговорился. И оказалось, что всем на свете тонизирующим напиткам Калинин предпочитает зеленый чай. И пока Вика пила кофе с заправки, который оказался вовсе не дурен, она выслушала целую лекцию о пользе зеленого чая.

– И твой пекан с кофе – это преступление, коллега, – завершил он назидательным тоном.

– С чего это? Пекан очень вкусный. Что не так?

Она вытерла рот салфеткой. Скомкала, сунула в опустевший картонный стаканчик.

– Потому что кофе с булками употреблять нельзя.

– А коньяк можно! – фыркнула Вика и пошла к урне выбросить мусор.

– Коньяк – это подарок, – понеслось ей в спину. – От напарника. Он мне его принес в первый же день выхода на службу после ранения. Считает, что я спас его, когда потащил на себе к дороге «Скорая» не могла туда проехать. Этот коньяк я не открываю.

– Принято, – буркнула она, усаживаясь за руль. – Какой-то ты со всех сторон положительный оказываешься, майор. И коньяк не пьешь. И зеленый чай только употребляешь. Про тебя совсем не то рассказывали.

– Про тебя тоже, – ответил он и расплылся в довольной ухмылке. – Я же наводил справки, Вика. Я же мент до последнего нерва. Я даже в одну и ту же закусочную хожу только по причине того, что знаю там весь персонал как свои пять пальцев.

– Боишься, отравят? – округлила глаза Вика.

– Запросто. Я же многим людям кровь попортил. Я же мент, – закончил он с гордостью. И добавил: – И я очень хороший мент…

Место происшествия они увидели издалека. Тот, кто оставил в лесополосе тело Вити Апреля, не очень старался его спрятать.

– Его просто кинули тут, и все, – сделал заключение Калинин, осмотрев все вокруг. – И это не свои.

– Почему?

Вытянув шею, Вика пыталась рассмотреть, что майор Сергей Иванович нашел в прошлогодней листве. Минут пять назад он опустился на корточки. Достал из кармана авторучку. И принялся копать. Просто к месту пристыл, так его там что-то заинтересовало.

– Отчего умер Витя? – не поднимаясь, крикнул Калинин эксперту.

– Механическая асфиксия, – меланхолично откликнулся их эксперт Вовчик Хромов.

– Чем его удавили? – уточнил майор, все так же с корточек.

– Думаю, ремнем. След довольно широкий. Но точнее – потом.

– Как давно? – продолжил задавать вопросы Калинин.

– Ну… Думаю, с недельку как он преставился. – Вовчик обрисовал руками скрюченное тело на земле. – Но до этой опушки лесной он пролежал где-то еще. В каком-то, думаю, тесном месте.

– Багажник машины? – предположил новый коллега Вики.

– Вполне возможно. Но может, и в сундуке или ящике каком-то – или из него сделали тугой сверток. И там же окоченел в такой вот позе. И уже оттуда его доставили сюда. Дней пять, думаю, он тут.

– Почему пять? – решила подать голос Вика.

А то все Калинин умничает и умничает.

– Потому что под ним земля сухая. А одежда влажная, – тут же снова принялся умничать новый коллега. – Дождь был пять дней назад. А до этого еще за два дня. Промежуток в два дня между дождями. Земля успела просохнуть после первого дождя. На нее его и уложили. Все просто, коллега, – посмотрел он на нее снисходительно.

– Браво, Сережа, – похвалил Вовчик. И поинтересовался: – Ты что же, теперь в нашем отделении полиции служишь?

– Так точно, док.

Калинин вытащил из кармана пакетик, подцепил что-то с земли, сунул в него. Посмотрел на свет со всех сторон.

– Как это тебя с прежнего места отпустили? – не унимался Вовчик. – Ты же там у них все дыры закрывал.

– Сам ушел. Перемен захотелось. – Он сунул эксперту в руки пакет. – На вот, проверь на всякий случай.

– Окурок? – с сомнением рассматривал Вовчик находку Калинина.

– Окурок, окурок, Володя. Больше тут ничего нет. Я все осмотрел.

Интересно, когда успел? Вика недовольно поджала губы. Они как пришли сюда, так он сразу опустился на корточки и замер.

– Сильно намок, – отозвался Вовчик, продолжая рассматривать находку Калинина. – Вряд ли ДНК сохранилась.

– А ты попробуй, дружище.

Калинин обезоруживающе улыбнулся эксперту, хлопнул его по плечу и медленно двинулся к машине.

– А кто он такой вообще – этот Витя Апрель? – догнала его Вика. – Что за авторитет?

– Да никакой он не авторитет. Так, исполнитель. Угонщик со стажем. По моим сведениям, года три уже как освободился. Жил все время тихо. Не светился и вдруг кому-то помешал.

– Может, свои его? – предположила Вика.

– Свои бы его зарыли глубоко, чтобы век не найти. Так у них принято. И не стали бы его душить. Пулю в лоб, и все. – Калинин отряхнул руки, пошмыгав ладонь о ладонь. – Это не почерк братвы.

– А чей это почерк?

– Какого-то лица, находящегося в состоянии крайнего нервного возбуждения, – предположил Сергей. – И это лицо нам необходимо найти. И оно предположительно курит. Все, поехали.

– Куда?

Вика уже села за руль и вопросительно смотрела на коллегу.

– Навестим дружков нашего убиенного. Есть у меня один адресок…

На адрес они ехали часа два, не меньше. В результате припарковались у высокого забора, за которым в глубине участка стоял большой дом с башенками и островерхой крышей.

– Кто здесь живет? – поинтересовалась Вика, когда Калинин принялся жать кнопку домофона на воротах.

– Брат Вити, – ответил он кратко. – Не братан, уточняю. А единокровный брат – Валера Апрелев. Глава семьи и семейного бизнеса.

– А что за бизнес?

Вика еле успевала за Калининым, так быстро он пошел по дорожке к дому, когда им открыли без лишних вопросов.

– Машины! Валера еще в первую ходку брата открыл автомобильный салон. С годами его бизнес разросся. И Валера открыл уже целых три филиала по Москве. Сам никогда в криминале не был засвечен. За дела брата, с его слов, не отвечает. И уверял, что Виктор занимается угонами не ради денег, а адреналина для.

– Сколько раз он сидел – Виктор, который Апрелев?

Они как раз остановились возле тяжелой резной двери с кольцом вместо ручки.

– Точно не скажу. Но три года назад освободился и больше ни в чем таком замечен не был.

Дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина – точная копия Вити Апреля. Только чуть старше. И волос на голове у него оказалось чуть больше. Виктор был абсолютно лысым. Старший брат красовался в спортивном костюме ядовито-красного цвета и клетчатых матерчатых тапках. На незваных гостей он смотрел настороженно и зло.

– Добрый день. Чем могу? – еле приоткрыл он рот, после того как Вика показала ему свое служебное удостоверение.

Что характерно, Калинин не стал этого делать. Просто кивнул хозяину дома, и все. И тот, к слову, кивнул ему в ответ.

– Надо поговорить.

Вика занесла ногу, чтобы переступить порог. Но Валера Апрелев не сдвинулся с места.

– Говорите. Серега, ты говори, – потребовал он. – Причина, по которой ты здесь, должна быть веской. Уговор же был. Ну?

– Витю твоего нашли, Апрелев, – лениво растягивая слова, проговорил Калинин.

– А он, что? Пропадал? – изобразил недоумение Валерий.

– Ага. Неделю примерно назад, – уточнил Калинин.

Он неожиданно достал из кармана маленькую частую расческу и принялся ерзать по ней ногтями. Вика чуть не взвизгнула, так ей зубы свело.

– Уехал он. Витя человек взрослый. Захотел – поехал отдохнуть с девчонкой. Захотел – вернулся. А в чем дело, капитан?

– Майор уже, Валера.

– Поздравляю, – скривился рот хозяина противной ухмылкой. – Так что он натворил, что вы его разыскивали и вдруг нашли?