Read the book: «Откуп от киллера»

Шантаж из-за решетки

Казалось бы, уже не нужно законопослушным гражданам бояться того злодея, у камеры которого стоит вооруженный конвой.

Но, как выяснилось:

– Для дерзкого и отчаянного уголовника нет никаких преград, если вдруг пожелал он прямо из тюремной тесноты достать своей костлявой рукой потенциальную жертву, благодушно обитавшую пока на свободе.

Вот таким образом, перестав получать от товарища деньги с воли и продуктовые передачи, подследственный и попытался упечь того вместе с собой за решётку.

В тюрьму же, и этого уголовника, как и многих ему подобных, когда-то привела дорога, пустился по которой без всякой цели, просто, в надежде отыскать тёплый угол и сладкий кусок, ни прилагая к этому никаких особых усилий.

…Не близок путь до Бийска от предгорного села, где на автотранспортном предприятии когда-то начинал работать водителем уроженец Казахстана Леонид Коркин.

По этой самой причине сельские автомобилисты с незапамятных времен содержат в городе Бийске свой заезжий двор:

– Здесь шоферам и экспедиторам есть, где остановиться, чтобы передохнуть по пути домой или из дома.

Тут и командировочные остаются на ночлег, а также паркуют и ремонтируют свои машины.

Туда, в такой вот заезжий двор и направился однажды Леонид на ночлег, хотя давно уже не имел отношение ни к транспорту, ни к тому предприятию из сельской глубинки:

– Так как был уволен за систематическое пристрастие к алкоголю.

И не мог больше официально претендовать на место в этом профессиональном пристанище серьезного водительского персонала.

Правда, шел он туда не без уверенности получить радушный приём. Теплилась на дне пропитой души реальная надежда обогреться, а не получить «от ворот – поворот».

– Все же не зря, в прошлой шоферской жизни, с самим управляющим Иваном Балтиным, однажды его познакомил односельчанин Евгений Уткин, – не забыл отставной водитель. – Тот самый земляк, который и теперь находился среди постояльцев.

Как выяснилось, он собирался заняться ремонтом автомобиля с заезжего двора.

Вот и предложил не занятому пока шоферу:

– Поучаствовать вместе с ним в предстоящей работе.

Рекомендации работящего и умелого на все руки Уткина оказалось вполне достаточно, чтобы не имеющий никакой регистрации в городе, пьющий и безработный Леонид Коркин на всю зиму получил в свое полное распоряжение просторную комнату.

И только одно обстоятельство не давало покоя Леониду Коркину с его птичьими, что называется правами. Ведь, в подвальном помещении, где располагалась печь для отопления всего здания, свой угол имел ненавистный ему, еще один неприкаянный гражданин.

Это был инвалид Михаил Милюков, бывший сожитель матери официального хозяина этого их «заезжего мирка» Ивана Балтина, поселенный здесь на всю зиму, до самой весны сердобольным управляющим:

– За что старик должен был отрабатывать в качестве истопника.

Но старик часто отлучался в город, приносил водку, напивался в одиночестве и пренебрегал своими обязанностями, заставляя остальных по очереди подкидывать в печь дрова и уголь.

– Да еще и убирать за собой Борода, – как называли его снисходительно знакомые. – Не желал.

Оттого тяжелый смрад растекался волнами из его обители наверх, в комнаты других постояльцев.

Увещевания не помогали. А потом стало и не до того, когда из села приехал Уткин и привлек напарника к ремонтным работам над «Газелью», стоявшей в гараже посреди обширного двора.

Всякое дело, имеющее начало, когда-нибудь закончится.

В разгар весны автомобиль практически уже был исправен:

– Оставалось еще дел на день-другой.

И это обстоятельство ремонтники решили отметить за обильным ужином. На кухне им приготовили разносолы, водку они приобрели сами и успели пропустить по нескольку чарок, после чего сначала Балтин, а потом и Уткин отправились отдыхать по своим комнатам.

А вот Леониду Коркину не спалось.

Ему нужен был собеседник, поэтому он спустился в подвал к старику Милюкову, смотревшему в тот момент телевизор, лежа на своей неприбранной кровати.

Визитеру квартирант не обрадовался, потому что тот начал громогласно стыдить его:

– За антисанитарное состояние комнаты и личный вид самого настоящего опустившегося бомжа.

В ответ на упреки такого же бездомного, как он сам, годившегося ему в сыновья, Милюков ответил бранью и тут же поплатился за свою несдержанность.

Набросившись на него с кулаками, Леонид сначала сбил Бороду на пол, потом несколько раз ударил по голове и туловищу своими тяжелыми ботинками.

Перестал избивать, когда из горла жертвы хлынула кровь.

Поднявшись к себе наверх, Коркин снова сходил в магазин за водкой. Утром пришел его будить Уткин, чтобы позвать на работу, но Леонид еще даже не ложился.

Невнятным голосом, отказавшись от участия в дальнейшем ремонте «Газели» он пробурчал что-то:

– Про драку с Бородой.

Но уходя в гараж, его слова пропустил мимо ушей озабоченный работой, трудолюбивый слесарь, вынужденный теперь заниматься восстановлением грузовичка в одиночку, без помощника.

Вспомнил об этом позже, когда убирал ведро в комнате Милюкова и увидел кровоподтеки на лице инвалида, тяжело дышавшего под одеялом.

А день спустя уже Леонид Коркин, поведавший и другим о своей стычке с Милюковым, разнес по заезжей базе весть:

– Борода умер, а я буду сдаваться милиции.

Вызванные на место происшествия управляющим Иваном Балтиным сотрудники правоохранительных органов установили признаки насильственной смерти обитателя подвала.

А тут и Коркин во всем им признался и написал заявление о явке с повинной. Оставалось только запротоколировать подробности и провести необходимые экспертизы, чтобы можно было передавать дело в суд.

И все это время сердобольный Евгений Уткин не забывал о бывшем напарнике, которому не успел выдать заработанные на ремонте «Газели» все четыре с половиной тысячи рублей.

Часть денег переводилась им на счет Коркина в следственный изолятор, на остальные покупались продукты для передачи подследственному.

Все прекратилось, когда была потрачена вся сумма до копейки.

И вот это очень не понравилось Леониду. Он дал знать Евгению на волю:

– Если не получу еще 50 тысяч рублей, то добьюсь твоего ареста как сообщника.

Слова не разошлись с делом.

Изменив первоначальные показания, Леонид Коркин теперь громогласно утверждал, что из-за старой травмы не мог сам наносить удары ногой, а это, якобы, Уткин избил старика до полусмерти.

Но обман не прошел.

Экспертиза точно доказала:

«Лишь на ботинках и одежде одного Коркина имелись следы крови Милюкова. Так что он лично причинил побои своей жертве».

Действия подсудимого были квалифицированы как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности, смерть потерпевшего. Суд приговорил Леонида Коркина к восьми годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Два неудавшихся побега

Говорят, что охота – пуще неволи. И это стопроцентно так, если только идет речь о деклассированных гражданах, кому охота снова, как прежде, оказаться в обществе свободных людей, а не смотреть на мир из камеры с решеткой в окне.

Потому и пытаются, время от времени, отчаявшиеся «сидельцы» вырваться на свободу. С разным исполнением, но практически одинаковым результатом задуманного.

Как правило, такие попытки заканчиваются поимкой беглеца и суровым наказанием. И тем строже приходится отвечать осужденному уголовнику за его страстное желание быть вольным человеком, чем яростнее он пытался вырваться их заключения. О чем можно судить по двум разным историям, когда побег сопровождался страданиями, а в результате преступнику так и не удалось добиться своего.

…До Бийска от районного центра – села Зонального буквально «рукой подать»:

– Туда – час пути, обратно – столько же.

Вот так, наверное, привыкли оценивать дорогу до ближайшего крупного населенного пункта, как и все прочие, сельские сотрудники правоохранительных органов.

Особенно те, кому, не так уж и давно, постоянно приходилось хлопотать по доставке в следственный изолятор № 2 особенных «пассажиров»:

– Подконвойных граждан, направленных в городской следственный изолятор, говоря проще – в тюрьму, из изолятора временного содержания их сельского отделения МВД.

Но так было только до пасмурного осеннего дня, когда в обыденный рейс с задержанными вмешался злой умысел тройки сообщников, скованных наручниками.

В изоляторе временного содержания уголовники-рецидивисты Волгин, Соснин и Баранов оказались по разным причинам.

Первый был доставлен по этапу из колонии – для проведения следственных действий по новому уголовному делу. Двое других, не меньше повидавшие «неба в клеточку», ещё ожидали (которого уже для себя) приговора суда.

И эти часы общения закоренелых уголовников обернулись рождением плана дерзкого побега.

Будучи, по личному опыту, неплохо осведомленными о том, как перевозят осужденных или подследственных в СИЗО, они решили:

– Добудем себе свобод именно в дороге.

Имея к тому времени и опасное в «умелых руках» оружие – стальную заточку, ловко изготовленную одним из компании, когда в руки попал длинный гвоздь.

По замыслу будущих беглецов они должны были учинить побег на одной из улиц города, когда по условной фразе один блокирует водителя в форме, другой берёт на себя сопровождающего сотрудника МВД, а третий – завладеет их табельным оружием.

Они не учли одного – сноровки и упорства в борьбе за свою жизнь будущих жертв.

Тем временем события начали разгоняться стремительно и неотвратимо, как снежный ком, пущенный с горы.

Вот уже обычный (гражданского исполнения) автомобиль «УАЗ-3741», приспособленный для перевозок «специального контингента», подогнали к двери ИВС Зонального РОВД.

Затем уголовники, задумавшие побег, разместились в его салоне. Официально – по распоряжению сотрудников МВД. Только сделали это, на самом деле, то есть в реальности, совсем не по указке строгого конвоя в милицейской форме с погонами:

– А исключительно согласно «ролям» распределенным между собой заранее, еще в камере изолятора временного содержания.

Чтобы в нужное время и в нужном месте всем скопом откликнуться на условную фразу и напасть на конвой.

…Сигнал прозвучал, когда «УАЗик», после утомительного часового пути от села Зонального, наконец-то добрался до города и покатил по разбитому асфальту микрорайона города Бийска, в большей части застроенного частными домовладениями.

Вот уже машина выехала на переулок Муромцевский с его дворами частной застройки.

И тут заговорщики дождались условной фразы от своего вожака. После чего немедленно преступили к осуществлению, тайком отрепетированного ранее, побега.

Соснин, сидевший позади водителя Ногтева, обхватил свободной рукой его за шею так, что у того потемнело в глазах и перехватило дыхание. Только чудом он не давал машине съехать с асфальта.

Ещё хуже было его коллеге Галкину.

Волгин взялся душить его, обхватив за шею рукой, свободной от наручников. Тогда как Баранов попытался вонзить в милиционера заточку.

Первый удар Галкин отбил. Второй – тоже. Но, чувствуя, что одному ему долго не продержаться, он сумел освободиться от захвата Волгина и выпрыгнуть на полном ходу из машины.

Так же поступил и Ногтев.

Внеся тем самым существенные коррективы в дерзкие планы отчаянных беглецов:

– Ведь так и не удалось завладеть столь желанным табельным оружием.

Первая неудача, однако, не обескуражила уголовников, освободившихся от присутствия рядом конвоиров.

Соснин резво перебрался на опустевшее водительское сиденье, схватился за руль, поставил ногу на педаль, прибавил газ. Да только сзади уже раздавались выстрелы по колёсам машины.

Пули достигли цели.

Так что, не справившись с управлением под таким обстрелом, уголовник струхнул, перестал контролировать окружающую обстановку и на скорости «под шестьдесят» врезался в столб линии электропередач.

Да так, что сбил его наземь, буквально вывернув опору ЛЭП из грунта, вместе с бетонным пасынком.

А вот заточка в руках Баранова помогла ему во второй раз.

Теперь уже – освободиться от наручников. И он, распахнув дверцу машины, первым бросился бежать прочь от разбитого «УАЗика». Тогда как Волгин с Сосниным путь выбрали с небольшим запозданием и не по ровной дороге, а через забор ближайшей частной жилой усадьбы.

Но тут уже ситуацию взял под свой контроль сотрудник МВД Галкин.

После стрельбы по машине он направил свой табельный пистолет на убегавшего Баранова. А когда первый предупредительный выстрел в воздух не произвел на того должного впечатления, прицельно взял злоумышленника на мушку.

Меткие выстрелы из «Пистолета Макарова» – достаточно эффективны в руках опытного стрелка. Сотрудник МВД снова не промахнулся. Ранив этого беглеца, Галкин бросился к двум другим – все ещё скованным одними наручниками Волгину и Соснину.

И опять ему понадобилось открывать огонь.

Сначала – предупредительный. Потом – на поражение, когда «сцепленная парочка» не вняла требованию остановиться и попыталась добежать до новой подворотни.

В сложившейся ситуации благоразумно повел себя еще один заключенный, перевозимый в Бийск. Он все это время не покидал машину, а потом дал свидетельские показания, позволившие (в числе прочих) установить во время следствии ход событий.

Уже оправившись от ран, Баранов и Соснин встретились с Волгиным в зале суда, где состоялся процесс и был вынесен приговор.

По совокупности преступлений Волгин получил десять лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима. На строгом режиме Соснин проведет одиннадцать лег, а Баранов – десять.

…Не обошлось без раненого и при другом побеге. Что готовился прямо чуть ли не из будущей камеры, где должен был сидеть злоумышленник. Только теперь пострадавшими были сотрудники правоохранительных органов, с которым нисколько не церемонился жестокий уголовник-рецидивист.

…Вором Андрей Сологубов стал еще до своего совершеннолетия. Хотя вполне мог проявить себя и на полезном поприще, имея диплом о среднем специальном образовании.

Но там нужно было честно трудиться, тогда, как ему хотелось:

– Иметь все сразу и «без мозолей».

Пошел на кражу. Попался. Семнадцатилетним юношей впервые оказался на скамье подсудимых. Суд тогда сделал скидку на возраст и, выраженное Сологубовым, жалостливое раскаяние.

Да только оказалось оно лишь на словах. Уже через год, там же, выслушал он приговор за новое уголовное преступление:

– Лишение свободы сроком на четыре года.

Неволя, кажется, кого угодно заставит подумать о цене поступков на свободе. Да только, к сожалению, не Андрея Сологубова.

Едва получив справку об освобождении, он был уже готов к новому преступлению, не ведая того, чем обернется лично для него в итоге кража компьютера и оргтехники.

Совершил её – осенней ночью из офиса частного бийского предприятия. Только в том, что это он с подельниками обокрал коммерсантов, Сологубов признается гораздо позже:

– Когда за плечами потянется шлейф еще из нескольких уголовно наказуемых деяний.

В том числе из числа достаточно тяжких преступлений:

«Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительных органов», «Применение насилия в отношении представителя власти», «Кража» и нарушение «Закона об оружии».

И все это – в дополнении к той самой осенней краже из офиса Общества с ограниченной ответственностью.

Ноябрь и декабрь, пока велись розыскные мероприятия по данному уголовному делу, Андрей Сологубов чувствовал себя ловким и вполне удачливым:

– Дескать, никто не докажет моё участие в новом воровстве.

Тогда как оперативные мероприятия уже дали результат. Они вывели следствие не только на личность подозреваемого в краже, но и на адрес его проживания.

И вечером 10 января к нему домой на улицу Короленко отправились на задержание оперативные сотрудники.

В кабинет оперативного уполномоченного отдела уголовного розыска местного отдела МВД, гражданина Сологубова доставили под конвоем. Но там парень отрицал все:

– Полностью отметал всякие подозрения, прозвучавшие в его сторону.

Отказался на отрез по поводу кражи компьютера и оргтехники. Однако, в соответствие со статьей закона, всё же был составлен протокол о его задержании на точно определенное время, необходимое следствию.

Оставалось препроводить подозреваемого в изолятор временного содержания. И вот тут ход событий показался Сологубову не по его дерзкому нраву.

Внезапно он заявил о, имевшемся, якобы у него, заболевании, с которым не принимают в ИВС без медицинского заключения врачей. И полученное таким образом время, использовал для попытки скрыться.

При этом совершил нападение на сотрудника милиции.

Бдительность того ему удалось притупить. И даже получить разрешение:

– Покурить без наручников.

Когда же оперуполномоченный ОУР отвернулся к телефону, закрепленному на стене кабинета, чтобы созвониться о проведении медицинского обследования задержанного, Сологубов набросился на него со складным ножом, который он взял со служебного стола в кабинете.

Множество ударов, нанесенные оперативному уполномоченному в область шеи, лица и голову повергли того навзничь.

Кроме складного ножа, потерпевшему были нанесены и удары в жизненно-важные органы ещё и отверткой.

Её тоже взял Сологубов в кабинете оперативника.

Когда же раненый перестал подавать признаки жизни и потерял сознание, преступник отправился на свободу.

Сменил свою куртку на чужую – кожаную, принадлежащую хозяину кабинета.

С собой он прихватил еще трубку служебного радиотелефона «Сони», а также газовый баллончик и орудие преступления – окровавленную отвертку.

Все шло по его плану до тех пор, пока беглец не натолкнулся на замок, замыкавший двери во дворе ИВС, куда Сологубов прошел служебным входом.

Поднятый им шум был услышан помощником дежурного, который вышел во двор ИВС и обнаружил там незнакомца с окровавленными руками.

На требование пройти в «Дежурную часть» для выяснения личности, Сологубов подчинился. Но при входе в дверной проем совершил на своего нового конвоира дерзкое нападение.

Брызнув в лицо сопровождающего струю из газового баллончика, преступник побежал по коридору в поисках выхода. Но едкий газ лишь на мгновение ослепил дежурного.

Позвав на помощь коллег, он бросился вдогонку.

Выше среднего роста, крепкого телосложения Сологубов очень рассчитывал на свою силу, внезапность и уже применявшееся оружие. Но это не помогло, когда на его пути оказался еще один страж правопорядка, теперь уже сотрудник отдельного батальона патрульно-постовой службы.

Смело, пойдя на преступника, он приемом рукопашной борьбы выбил занесенную отвертку. Затем свалил убийцу с ног и заковал его руки в наручники.

Потом было признание неудачливого беглеца в осенней краже из офиса. Только сначала по суду отвечать пришлось за куда более тяжкие преступления.

Благо, что нанесенные им при попытке побега травмы сотруднику милиции оказались излечимыми. Но все равно, состоялся суд.

На уголовном процессе признали Андрея Сологубова виновным в совершении целого ряда тяжких преступлений. В итоге приговорили несостоявшегося беглеца и закоренелого преступника к девятнадцати годам лишения свободы.

«Спектакль» в арендованной квартире

Не оскудела, видно, Русь на таланты. Если безработные новички способны так убедительно сыграть роль по «пьесе» мошенника, что верить в перевоплощение начинают все подряд.

…Но если одни просто теряют на этом немалые деньги, то хозяйка едва не лишилась своего недвижимого имущества, когда начала сдавать его на жительство чужим людям, в том числе и задействованным в криминальной постановке.

Отличная двухкомнатная квартира, практически, в самом центре города Бийска досталась в своё время Тамаре Львовой.

Только самой женщине долго жить в ней одной не пришлось:

– Переехала к любимому человеку, когда тот сделал ей предложение руки и сердца.

И тогда же, ставшие лишними, квадратные метры, дабы зря не пустовали, она начала сдавать в аренду, ежемесячно получая от этого без всяких забот по шесть тысяч рублей.

Так продолжалось довольно долго, пока на пороге ее семейного очага не появилась молодая пара:

– Возможные покупатели бывшего «приданого».

Получив отказ в продаже квартиры, парень с девушкой огорошили неуступчивую владелицу известием о том, что успели узнать, готовясь к новоселью.

– Оказалось, что живут там одни, прописаны другие, – сообщили молодожёны. – А сама Львова может в любой момент остаться без своей дорогостоящей собственности, если не поинтересуется постояльцами.

Совет оказался несколько запоздавшим.

Оказалось, что без согласия законной хозяйки, ее квартиру успели выставить на рынок вторичного жилья. Более того, у нее уже сменилось несколько собственников. Причем, очередная продажа состоялась, буквально на днях, и новый покупатель собирается въезжать в свое приобретение.

Все это заставило Тамару Львову обратиться с заявлением в правоохранительные органы, где по факту мошенничества возбудили уголовное дело.

Сыщики начали расследование с того, что опросили того самого арендатора, который несколько лет подряд, сам сдавал эту квартиру по часам всем желающим.

Вскоре выяснилась:

– Он не причастен к ряду совершенных афер.

Зато у следователя появилась ниточка, ведущая к преступнику, когда этот свидетель назвал имя своего, последнего по времени, клиента.

Илья Сыропятов родился в одном из сел в пригороде Бийска. Там же имел и регистрацию, хотя на самом деле перебрался на постоянное жительство в наукоград, где работал менеджером по продажам у индивидуального предпринимателя.

Несколько раз он пользовался квартирой Львовой, оплачивая сначала почасовой тариф, а потом заказал ее сразу на несколько дней, в ходе которых, по воле злоумышленника, начали меняться фальшивые собственники.

Сначала это были безработные, готовые за небольшой гонорар сыграть роль «продавцов» и «покупателей». В сделках, когда семизначные суммы сначала фигурировали только на бумаге, подготавливая наживку для будущих жертв афериста.

А то, что их будет несколько, Илья Сыропятов не сомневался, когда у него на руках оказалось несколько экземпляров доверенности на квартиру, с поддельными печатью и подписями:

– Как нотариуса, так и Тамары Львовой.

Отрепетировав процесс реализации жилища и официальной регистрации сделки с участием нанятых «с улицы» людей, которых он не ставил в известность относительно своих настоящих замыслов, далее Илья приступил к поиску жертв, для чего сначала хорошенько изучил частные объявления по городу.

Первое такое газетное свело его с частным предпринимателем Михаилом Булановым:

– Готовым ссудить деньги под залог недвижимости.

Приведя его в квартиру, где обитали, нанятые в качестве мнимых владельцев, «самодеятельные актеры», Сыропятов сумел без труда получить у обманутого финансиста ссуду в размере 300 тысяч рублей.

После чего стал избегать встреч и перестал общаться с ним даже по телефону.

В ту пору все внимание мошенника уже было направлено на его знакомую, занимающуюся сделками на ниве недвижимости.

Выяснив, что у неё есть клиентка, желающая купить квартиру, Илья предложил:

– Продать ту самую, на которую у него были припасены поддельные доверенности.

Знакомясь с квартирой, куда ее привела новоявленный риэлтор, Надежда Литвинова ничего подозрительного не заметила.

Да и как иначе. Ведь к её приходу успел уйти, привыкший устраивать по данному адресу попойки, первый владелец жилья из «актерской труппы» Сыропятова.

Зато двое других сообщников – приезжий в Бийск по вахтовому методу, барнаульский строитель, да уволенная из столовой местная повариха, очень убедительно изобразили семейную пару, якобы срочно продающую свою квартиру:

– Так как нужно вносить деньги за ту, что сами, дескать, приобретают в краевом центре.

Девушка согласилась поторопиться с заключением договора.

В тот же день, поверив тем документам, что были припасены, со стороны режиссировавшим «спектаклем», Сыропятовым, Надежда Литвинова заплатила «артистам» требуемые 970 тысяч рублей и получила на руки расписку.

Правда, без ключей от приобретенного жилища, которые ей обещали отдать лишь на следующей неделе.

Только еще раньше раздался звонок от сотрудника правоохранительных органов, сообщившего ей о том:

– Что она стала жертвой преступления, которое находится на стадии расследования.

Поняв, что потерпел фиаско со своей преступной затеей, Илья Сыропятов во всем сознался.

Он даже вернул 300 тысяч рублей предпринимателю Михаилу Буланову. А вот деньги, которые мошеннику достались от Надежды Литвиновой, уже были им потрачены.

– В том числе, – судя по всему. – И на оплату услуг людей, по их неведению втянутых в процесс обмана.

Все они оказались только свидетелями сначала на следствии, а потом и на уголовном процессе в суде, где рассматривалось дело в отношении Ильи Сыропятова.

Еще раньше суд восстановил право Тамары Львовой на её квартиру, что, без ведома хозяйки, несколько раз успела перейти из рук в руки из-за незаконных проделок временного арендатора.

По обоим эпизодам действия злоумышленника были квалифицированы как мошенничество, то есть хищение чужого имущества и приобретение прав на чужое имущество путем обмана, совершенного в крупном размере.

Суд приговорил Илью Сыропятова к четырем годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Тем же решением суда с него, в пользу Надежды Литвиновой взыскано 985 тысяч рублей в качестве возмещения нанесенного ей материального ущерба.

Расправа над «вампиром»

Любимая тема в современном киноискусстве западного мира – кровососущие злодеи вампиры и все с ними связанное. Про них там и книги пишут и спектакли показывают. А уж про кинофильмы и говорить нечего. Весь мир завалили этими поделками.

Так что понятно каждому:

– Не остались в стороне, без этого «вампирского» влияния и православные россияне.

Только если настоящим верующим удается сохранить свою психику в порядке, то рассудок грешника, подточенный вредными излишествами – алкоголем и табаком, уже не может противостоять натиску «вампирской пропаганды».

К сожалению, в немалом количестве попадаются в обществе такие, падкие на вымысел, кто лишь однажды, случайно услышав про охотников за чужой кровью, принимает все это за правду, после чего кровь льётся рекой уже не бутафорская, а самая настоящая.

Именно так случилось однажды на исходе лета в частном доме, на окраине города Бийска. Там, на залитом кровью диване, сотрудниками правоохранительных органов был обнаружен труп хозяина – мужчины средних лет с торчащим в груди, грубо вытесанным, деревянным колом.

Версия о ритуальном убийстве не возникла только потому, что граждане, вызвавшие стражей правопорядка на место происшествия, сами и указали им на убийцу, учинившего столь жуткую расправу.

– Им, – по словам свидетелей. – Был тридцативосьмилетнего в пору Алексея Терехов, проживающий по соседству с домом своей жертвы.

Сам он и не думал скрывать личную причастность к злодеянию.

Более того, еще до ареста успел побывать у знакомых, которым громогласно и, чуть ли ни с гордостью, сообщил, что убил вампира.

Ему не поверили.

Но пошли на всякий случай проверить. И уже с указанного убийцей адреса отправились сообщить, куда следует о мертвеце с колом, торчащим прямо из сердца…

…Ссора, предшествовавшая роковым событиям, была далеко не первой между соседями. Они часто враждовали, особенно в состоянии алкогольного опьянения, в котором то и дело пребывал из-за своего пристрастия к горячительным напиткам.

Причем – по поводу и без повода.

Так было и в день, предшествовавший драке.

Один из соседей – Алексей Терехов с сожительницей тогда гуляли на именинах у знакомых. А вот его заклятый недруг Тимофей Лакомский, распивал в собственном доме, на пару со своей гражданской женой Перцевой.

Тосты поднимали, вроде бы, за примирение, наступившее после той самой очередной «семейной» ссоры, в ходе которой Лакомский даже грозил убить сожительницу и в доказательство своих намерений, появился перед женщиной с острым топором.

Словом, напугал основательно.

После чего та и обращалась, как за помощью, так и за физической защитой к Алексею Терехову.

Он не поленился оказать заступничество. Потому что был пьян не меньше скандалиста с ближайшей усадьбы. В результате соседи учинили перебранку, в которой Терехов еще и получил пару болезненных, очень обидных ударов по лицу от того, на кого пожаловалась ему соседка.

К ночи, однако, опьяневшие сожители вновь оказались за одним столом. Добивались не перемирия, а просто отыскали еще что выпить. Разлили, как полагается. И уже не вспоминали о том, что было прежде конфликтного за первой стопкой.

За второй поллитровкой окончательно, до самой похмельной поры, забыли о прожитых огорчениях.

Хотя мир наступил половинчатый, коли отправились спать по разным комнатам. Словно выбирали каждый для себя судьбу, в том числе, готовую оборваться в считанные часы.

Да и откуда им было знать, что совсем рядом – за оградой, зорко несгибаемо бдит, зорко наблюдает за всем у них происходящим, затаивший обиду от дневного избиения, Алексей Терехов.

Его неожиданное появление в чужом доме не могло не разбудить хозяйку домовладения Перцеву. Так как прямо на спящую женщину упал лист фанеры, прежде закрывавший собою окно, а в тот ночной час, легко выбитый, забиравшимся на расправу в чужое жилище, соседом.

Не обращая внимания на разбуженную им «подзащитную», Алексей Терехов перешагнул сначала через неё, потом через фанеру и не слишком уверенной, но целеустремленной походкой проследовал прямо к дивану, на котором спал его недруг Лакомский.

Идти было всего несколько шагов.

Сделав их, мститель набросился на спящего врага с яростью, подкрепленной изрядной дозой спиртного.

Множества ударов ногами и руками показалось преступнику недостаточным ответом за нанесенную ему днем обиду. Да и устал, видимо, он от таких «трудов».

Тогда вспомнил про нож, прихваченный с собой из собственной кухни-распивочной, где готовил план кровавой мести.

Ножом орудовал злоумышленник так, словно получил второе дыхание. Только кровь брызгала по сторонам, раскрасив и самого убийцу.

А потом, когда раненый почти перестал подавать признаки жизни, Алексей Терехов поднял лежащий рядом с ним на полу тот самый топор, который днем изрядно напугал сожительницу.

Только вооружился плотницким инструментом не для того, чтобы с его помощи превратить диван в плаху, а его хозяина в жертву казни с отрубленной головой.

Поступил куда более изощренно.

Поднял от печи сухое полено, что приготовили хозяева на будущую растопку. Из него и принялся вырубать из острый кол…

Много позже, уже на суде Алексей Терехов на полном, как говорится, «серьёзе» заявил:

– В какой-то момент их ссоры, увидел над Тимофеем страшное свечение.

И дальше продолжал свой страшный рассказ о кровавом злодеянии в том же мистическом духе.

– Потому и решил, получив власть над своим дневным, ныне обездвиженным, обидчиком, – услышали все находившиеся в зале судебного заседания. – Что нужно добивать поверженного врага именно с помощью кола, который и вбил в рану, заранее нанесенную на груди ножом.

Но и гораздо раньше, ещё в то утро, когда был обнаружен труп Тимофея Лакомского, его убийца утверждал подобное:

– Убил вампира!

После чего первым делом он и оказался в психбольнице, откуда по его душу приехали по вызову санитары.

Но впоследствии, согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, было установлено:

«Алексей Терехов психическим расстройством, слабоумием, либо иным болезненным психическим состоянием не страдает».

– Как не обнаруживал это или признаков какого-либо временного расстройства психической деятельности в момент совершения преступления, – сделали свой вывод специалисты. – Находился он в простом алкогольном опьянении, потому мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Таким образом, суд, где рассматривалось уголовное дело в отношении Алексея Терехова, расценил заявление, о том, что увидел подсудимый вампира, какое-то свечение и услышал «голос сверху», как способ защиты с целью уйти от ответственности.

За нарушение неприкосновенности чужого жилища и убийство приговорили Алексея Терехова к десяти годам двум месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В свою очередь осужденный приговор обжаловал. Но определением судебной коллегии по уголовным делам Алтайского краевого суда это судебное решение было оставлено без изменения и вступило в законную силу.

Новогодняя «потеря»

Любой праздник требует затрат. И немалых. Особенно в том случае, если провести его за свой счет в дорогом развлекательном заведении. Но это, к сожалению, не берут в расчет некоторые посетители ресторанов.

И тогда оставлять им там приходится, что называется, последнее. Как это однажды произошло с Ольгой Наливкиной.

Кошмарным сном видится теперь девушке и само прежнее веселье, и поздние попытки оправдать свои расходы на новогодние развлечения ложным доносом на несуществующего преступника.

В полиции «красные даты» на календаре – выходные для всех прочих граждан, привыкли связывать с дополнительными для себя хлопотами. Ведь, любой праздник оборачивается, как правило, увеличением числа обращений в правоохранительные органы граждан, ставших жертвами злоумышленников.

Не стала исключением и встреча Года Зайца, когда в «Дежурной части», наряду с другими потерпевшими, появилась девушка с расстроенным выражением лица.

Она предъявила паспорт на имя Ольги Наливкиной.

Представилась юная особа студенткой одного из средних специальных учебных заведений Бийска.

Затем указала адрес:

– Где она снимает угол с тех пор, как приехала на учебу в наукоград из отдаленного района Алтайского края.

После чего девушка перешла к изложению причин, побудивших ее прийти за защитой к стражам правопорядка.

Сначала Ольга Наливкина поведала на словах, с трудом сдерживая слезы, а потом изложила на бумаге историю о том, как:

– Несколько часов назад подверглась жестокому нападению неизвестного налетчика.

– Фабула преступления, – по мнению даже опытных сотрудников уголовного розыска. – Выглядела вполне достоверно.

Таких в их обычной практике случается немало, когда приходится искать грабителя, в ночное время совершившего нападение на одинокого прохожего, лишившегося всех ценных вещей.

У Ольги Наливкиной, возвращавшейся ночью по пустой в тот час улице на съемную квартиру, при себе был мобильный телефон марки «Самсунг»:

– Вот его-то и забрал себе дерзкий парень, угрожавший немедленной расправой.

Как выглядел обидчик, студентка описала достаточно подробно. Не отказалась посмотреть и фотографии лиц, склонных к совершению правонарушений, имевшихся в базе данных.

Но изучение заявительницей содержимого нескольких фотоальбомов, ни к чему, к сожалению, не привело. Ни один из тех, кто прежде, попадался на подобных преступлениях, ею не был опознан.

Так что у следствия не было ничего, кроме примет, сообщенных ограбленной девушкой, да названия утерянного мобильника.

Вот с него-то и начали поиск сотрудники, привлеченные к расследованию уголовного дела, возбужденного спустя несколько дней после рассмотрения заявления потерпевшей.

Сама студентка на новых встречах со следователем уже выглядела не так потерянно, как прежде. Все увереннее и увереннее вспоминала она подробности того, как испугалась преступника, угрожавшего ей расправой, как отдала ему телефон, чтобы избежать физического насилия.

А затем и предъявила документы на пропавшую вещь, где был указан заводской номер аппарата.

Абонентский номер сим-карты Ольга помнила наизусть и записала его собственноручно на бумаге еще при первом появлении в территориальном отделении милиции.

Нужно сказать, что современные средства связи, имеющиеся в распоряжении правоохранительных органов, позволяют достаточно продуктивно вести поиск похищенных телефонов и по ним выходить на преступников:

– Потому что каждый новый звонок с такого мобильника фиксируется в сети и точно указывает контакт подозреваемого и его местонахождение.

Оставалось лишь дождаться, когда «заговорит» и тот «Самсунг», что прежде принадлежал Ольге Наливкиной.

Использовали сотрудники уголовного розыска и другие проверенные практикой способы розыска похищенной вещи. Так, в оперативной разработке находились приметы молодого человека, якобы совершившего грабеж.

Прошлись оперативники по торговым точкам, где принимают на реализацию или на комплектующие детали, бывшие в употреблении мобильные телефоны.

Посетили ломбарды, где могли принять от преступника под залог этот мобильник стоимостью свыше пяти тысяч рублей.

И однажды, спустя два месяца кропотливой работы, все полученные результаты сошлись в одном месте.

Правда, не был найден тот злоумышленник, на кого указывала девушка, утратившая телефон. Зато и «Самсунг» отыскался, и его новый владелец, и залоговый билет из ломбарда.

Причем все указывало на то, что в реальности имело место:

– Совсем не то преступление, на раскрытие которого было потрачено столько сил и средств в ущерб раскрытия других противоправных деяний, а другое.

И совершила его…Ольга Наливкина. В тот самый момент, когда решилась выдумать для полиции несуществующее ограбление.

Под давлением улик и результатов очных ставок студентка во всем созналась.

Оказалось, что отпраздновав Новый год в дорогом ресторане, она утратила свой мобильный телефон, перешедший в другие руки по ее собственному решению и с полного согласия.

Затем, когда Ольга вернулась домой, для нее наступило время «похмелья после праздника».

Вот тут Наливкина и поняла, что перед родными рано или поздно нужно будет отчитаться:

– Куда делся дорогой телефон, приобретенный ими для нее за немалые деньги?

И вот тогда она решила придумать не существовавшее в действительности ограбление. Сочинила и приметы мнимого налетчика. Да только не подумала о том, что все тайное всегда становится явным. А за обман нужно будет ответить по всей строгости закона.

Преступные действия Ольги Наливкиной были квалифицированы как заведомо ложный донос о совершении преступления. Суд, приняв во внимание молодой возраст подсудимой, полное признание ею своей вины, раскаяние в содеянном преступлении, посчитал возможным назначить наказание без изоляции от общества. Приговорили Ольгу Наливкину к обязательным работам на срок 180 часов.

Откуп от «киллера»

В самом конце прошлого века российский лексикон пополнился многими звонкими словечками, пришедшими с Запада. В том числе запестрели страницы криминальной хроники сообщениями и выходках наемных «киллеров» и «рэкетиров».

Говоря проще – наёмных убийц и вымогателей.

– Причем, в нашей действительности однажды оказалось так, что оба этих понятия стали поводом расследования одного и того же уголовного дела, заведенного на человека, вполне благопристойного прежде, – с точки зрения правоведов.

И если он когда-то имел косвенное отношения к реальному грозному оружию, то лишь оттого, что прежде трудился в ту пору на крупном предприятии военно-промышленного комплекса. Когда же началась конверсия с массовым сокращением бывших машиностроителей, пришлось ему искать для себя иное занятие.

И тут, на свою беду, припомнил Василий Ганов и пришлые понятия о «киллерах» и «рэкетирах».

Всем известно, что основное побуждение заняться вымогательством совсем коротко давно сформулировано в виде поговорки:

«Сила есть – ума не надо!»

Дескать, зачем самому заниматься трудом, если все жизненные блага можно легко взять под угрозой расправы или шантажа.

Впрочем, как уже говорилось, не всегда был безработным Владимир Ганов, проживающий в микрорайоне далеко от центра города Бийска.

Вот бы ему и вспомнить о прежней профессии, податься на какой другой завод, где ведется металлообработка, дабы трудиться честно и какой ни есть заработной платой материально помочь в воспитании двух дочерей, одна из которых была в ту пору еще школьницей.

Но Василий Ганов, на общие для себя и родных неприятности, выбрал другой способ поправить материальное положение семьи.

Сделать это он решил за счет другого бывшего заводчанина Юрия Коршунова:

– Того самого, который, как и многие сотни других неудачников – «отставных оборонщиков» не пропал в условиях зарождавшейся рыночной экономики.

Наоборот, преуспел, когда смыла его с государственной службы волна конверсии.

Получив на руки «Трудовую книжку» и совет: «Поискать другое место работы», он не особенно расстроился. И даже повеселел, когда нашел себе еще более выгодное применение.

Настолько успешно начал вести индивидуальную коммерческую деятельность, выбрав для этого вполне мирную ниву хлебопечения, что не могли не завидовать ему многие прежние коллеги.

В том числе и Владимир Ганов.

При этом новоиспеченный рэкетир начал «наезд» на преуспевающего ныне «хлебопёка» не с бухты-барахты. А как раз в, уже упоминавшемся выше, стиле современных кинофильмов по западным голливудским образцам:

– Про безжалостных киллеров, трепещущих перед ними богачей и «беспомощных» сыщиков.

В начале января у себя в квартире Владимир Ганов устроил некое подобие «студии звукозаписи ужастиков».

При помощи магнитофона записал на пленку свою, довольно проникновенную речь:

– Обращение к будущей жертве Юрию Коршунову.

В чем проявил незаурядные качества и сценариста, и исполнителя.

Голосом, готового исправиться, закоренелого преступника, осипшего от долгого пребывания в местах заключения под стражей, поведал целую детективную историю.

– Мне поступил заказ на убийство тебя, Коршунов, – во вполне художественном исполнении значилось на плёнке. – И если ты не передашь в качестве «откупного», ровно 300 тысяч рублей, то я страшный заказ выполню!

Попутно, посчитав уже решенным ответ своей потенциальной жертвы на «живое письмо», Ганов установил для своей жертвы и точный срок передачи денег:

– Два дня!

Теперь оставалось ознакомить с содержанием этой кассеты самого, якобы обречённого, предпринимателя. О чем вымогатель позаботился с особой старательностью и педантичностью.

С помощью скотча, он прикрепил к кассете клочок бумажки с указателем адресата:

«Коршунову».

Затем приехал на предприятие по выпечке хлеба и там, первой попавшейся ему на глаза, работнице пекарни передал кассету с просьбой:

– Отнеси начальству.

Ни о чем плохом не подумавшая женщина, взялась выполнить поручение. В то же утро положила кассету на рабочий стол Коршунова. И уже около полудня адресат обнаружил у себя в кабинете странное послание.

Сначала руководящий хлебопёк несколько удивился. Потом, прослушав его с помощью автомобильной магнитолы в своей легковой машине, не на шутку встревожился.

После угроз и вымогательства со стороны незнакомца, самым разумным показалось ему:

– Обращение в правоохранительные органы.

Ожидание того момента, когда автор аудиозаписи объявится на горизонте событий еще раз, потянулось до середины января.

И сыщики дождались этого часа. Однажды, «готовый исправиться киллер» объявился.

В семь часов вечера Ганов позвонил по служебному телефону прямо в кабинет Коршунову и спросил:

– Мне Юрия?

– Я у телефона! – ответил шантажируемый.

И в течение нескольких томительных минут, услышал все то, что и ожидал от такого разговора.

– Получил магнитофонную кассету, которую я передал тебе через работницу пекарни? – начал этот разговор, звонивший ему незнакомец.

– Получил.

– И что надумал? – поинтересовался неведомый собеседник. – Хочешь быть живым, или желаешь оказаться на кладбище?

Но его интерес оказался испорченным.

Потому что, злоумышленник так и остался на некоторое время в полном неведении:

– Относительно настроения жертвы вымогательства.

Ведь, к тому моменту предприниматель уже знал, как вести себя в подобном случае.

Потому владелец частной пекарни ответил шантажисту в точности так, как научили его сотрудники спецслужбы.

– Кассету получил, но, к сожалению, еще не успел её прослушать, – заявил Коршунов в трубку телефона. – Всё как-то не было свободного времени.

По этой причине попросил вымогателя:

– Перезвони через пару дней.

Но уже не по этому – служебному, а по домашнему номеру телефона, названному в самом конце их разговора.

В точно назначенное время – около девяти часов вечера в обговоренный день, Ганов проявил педантичную точность и позвонил, как его просили, домой Коршунову.

Только не ведал он, что этот разговор проходит уже под полным контролем сотрудников спецслужб, собиравших данные на незнакомца:

– С тем, чтобы установить его личность по номеру телефона, с которого тот общается с Коршуновым.

А в разговоре, получив теперь положительный ответ, что кассета прослушана, вымогатель в категоричной форме потребовал от жертвы вымогательства:

– Так готовь указанную сумму!

Заодно ещё и высказал при этом угрозу, непременно убить за отказ от выкупа.

– Расправлюсь с тобой, как пить дать! – грозно заявила трубка телефона. – Я это умею!

Делая вид, что очень испугался и опасается реализации угроз собеседника, Коршунов согласился передать всю требующую сумму.

Попутно он назначил срок и место передачи денег.

– Получишь всё, что требуете завтра, в 11 часов утра, – заявил он незнакомцу. – Привезу деньги на автостоянку, расположенную у ярмарки на улице Васильева.

Назвал и приметы автомобиля, на котором он доставит «киллеру», требуемые тем, 300 тысяч рублей.

Далее, с наступлением нового дня, все происходило в точном соответствии с телефонной договоренностью.

Ровно в одиннадцать часов Юрий Коршунов подъехал на обговоренную автостоянку. Но вылезать из машины не стал. Продолжал сидеть в своих «Жигулях», поджидая человека, знакомого только по речи с магнитофонной ленты и по телефонному разговору.

Однако подошедший незнакомец обладал совсем другим тембром голоса. Да он и не выдавал себя за «киллера»:

– Просто выполняю просьбу!

И передал после этих слов Коршунову записку, в которой истинный вымогатель требовал:

«Отдай деньги через предъявителя записки».

Ну, а чтобы тот в последний момент не передумал, опять в завуалированной форме, уже на бумаге, изложил прежние угрозы.

Сам Владимир Ганов, в тот момент, находился почти рядом с местом разворачиваемых событий – сидел в машине дальнего родственника. Откуда, со стороны, наблюдал за встречей своего «гонца» и «жертвы», не опасаясь возможного разоблачения.

Но лишь вначале его устраивал ход выполнения придуманной операции обогащения. Потому как встретил курьера-посланника Юрий Коршунов, совсем не робея.

А именно – попросил сесть в салон своих «Жигулей» и вслух прочитать записку, что тот принес от человека, давшего ему поручение, попахивающее привлечением к уголовной ответственности.

Тот исполнил и эту просьбу.

А когда до него дошел реальный смысл происходящего, не отказал и в выполнении другой просьбы Коршунова:

– Позови автора записки!

Так как, дескать, не доверяет посреднику и готов отдать всю сумму только лично в руки «киллеру».

Курьер кивнул головой в знак согласия и вышел из машины.

Автор послания ждал его поблизости.

Должен был еще и заплатить курьеру за оказанную тем, важную услугу. Однако рассчитываться мошеннику с ним уже не пришлось.

Подателя записки оперативные сотрудники задержали вместе с тем, кто послал его за деньгами.

Правда, проходил курьер по уголовному делу только в качестве важного свидетеля. И его показания пригодились для вынесения обвинительного заключения. Как и все то, что удалось добыть в ходе наблюдения за процессом шантажа.

В итоге, осудили Владимира Ганова на семь лет лишения свободы в колонии строгого режима с конфискацией имущества.

Погоня по раскисшей колее

С каждым годом все больше становится дорог, облагороженных черным покрытием. И все же таких путей продолжает не доставать, всё возрастающей с каждым годом, армии автолюбителей. Приходится им ездить и там «где кончается асфальт».

Именно это обстоятельство однажды сыграло на руку сотрудникам правоохранительных органов, когда дождливой ночью, под покровом темноты, отправились покататься на чужой машине трое собутыльников, в результате чего один из них совершил уголовное преступление.

…Как к себе домой приезжал на платную автостоянку в заречной части Бийска Михаил Соболев. Началась его дружба с местным персоналом год назад, когда он обзавелся старенькой, кофейного цвета, машиной «Жигули» шестой модели и начал оставлять ее под надзором профессиональных охранников.

Вот и этим пасмурным утром, несмотря на мелкий пронизывающий осенний дождь, владелец легковушки был в хорошем настроении. Он дружелюбно поздоровался с дежурившим на воротах сторожем и сделал несколько шагов в ту сторону площадки, где накануне вечером оставил свой любимый ВАЗ-21063.

Но, тут улыбка медленно сползла с лица Соболева, сменившись гримасой огорчения и растерянности.

Да и была теперь серьезная причина для расстройства:

– Автомобиль отсутствовал на привычном месте.

И только колея, проделанная оттуда колесами по грязи до самых ворот, говорила о том, что «шестерка» не испарилась бесследно, а укатила с автостоянки по чьему-то злому умыслу.

После того как ничего не знающий о судьбе машины сторож сослался на то, что только что принял у сменщика все, что имелось в наличии, пришлось огорчённому потерпевшему от проделки воров, звонить хозяину автостоянки.

Тот сразу же понял всю серьезность ситуации.

Не только сам появился раньше представителей правоохранительных органов, но и привез с собой того именно сотрудника охраны:

– Который и прокараулил на дежурстве одно из транспортных средств, доверенных его попечению.

Расспрашивали парня дотошно.

И тому пришлось вспомнить все по минутам:

– Как регулярно проводил обход территории и как потом отвлекся от созерцания ворот.

Но тут у него была уважительная причина, ослабить надзор за территорией автомобильной платной стоянки:

– Короткое время, понадобилось на растопку печки-буржуйки, чтобы обогреть выстуженный к ночи вагончик «сторожевого помещения».

Особенную подробность этой процедуры узнали сыщики от проштрафившегося охранника.

Делал он это традиционно, как и другие его коллеги:

– После третьего обхода, в два часа ночи, перед запиранием до самого рассвета «въезда-выезда» на стоянку.

По всему выходило:

– В этот промежуток времени злоумышленник и угнал автомобиль.

Мысли в таком направлении поиска вероятных версий, напрашивались сами собой:

– Коли так, он не мог не знать распорядка работы охранников.

И тут в голову самого проштрафившегося ночного дежурного пришло здравое предположение, заставившее насторожиться всех, кому он вслух его поведал.

– «Жигули» мог взять Олег Пригов, – заявил сменившийся ночной дежурный. – Бывший мой коллега, недавно уволенный за нарушения в работе.

Он, по его словам, разбил чужую машину и жаловался на то, что нужно её восстанавливать.

Общими усилиями персонал автостоянки вспомнил адрес, где проживал Пригов:

– Это было достаточно отдаленное село в пригороде Бийска.

Туда и собрались ехать проверять версию следствия оперативные сотрудники.

Почти час добирались они до нужного адреса.

По дороге, ведущей от города в село, все участники группы задержания имели свое занятие. Каждый из них внимательно всматривался в дождливую хмарь, что еще более сгустилась за окнам служебной машины.

И не могли не делать этого, потому, что опасались проглядеть «Жигули», уже объявленные в розыск.

Эта бдительность оказалась вовсе не напрасной.

Перед самым селом, в березовой лесополосе, представители МВД увидели кофейного цвета ВАЗ-21063, который выталкивали из грязи двое незнакомцев.

Прямо через поле проехать до них было делом невыполнимым. Потому сыщики отправились в объезд. Но когда добрались до колеи, оставленной «Жигулями» у лесополосы, ни самой машины, ни тех, кто мог ее угнать, там уж не было.

Но теперь осенняя распутица стала союзницей для офицеров, ведущих погоню:

– Можно было ориентироваться по следам на раскисшей земле, что вели прямо в село.

Там, у ближайшего магазина, наступила развязка.

Перегородив улицу «шестерке», оперативники направились к ней, выйдя из своей машины.

Уверенность в действиях им придавали несколько обстоятельств:

– Как государственный регистрационный номер увиденного автомобиля, который точно соответствовал ориентировке, так и приметы сидевшего за рулем невысокого рыжеволосого человека, каким Олега Пригова накануне обрисовали прежние сослуживцы.

Но тот, в свою очередь, увидев перед собой людей в погонах, предпринял попытку к бегству.

Нажав на газ, он рванулся с места и, хотя задел боком машину ГИБДД, вполне мог вырваться из западни на трассу, если бы снова, как и в лесополосе, автомобиль не застрял в луже.

Все объяснилось, когда были задержаны и Олег Пригов, и двое, не протрезвевшие, как и он, приятели.

Один из них так и спал на заднем сидении салона, а другой в руки сотрудников правоохранительных органов вышел из магазина с бутылкой «Жигулевского»:

– Приобретенного для продолжения попойки.

Никто из этой троицы не имел удостоверения на право управления транспортным средством. Рулил, как мог, только Олег Пригов. Он научился где-то с грехом пополам водить машину по ровной дороге, а вот в сложных условиях нуждался в помощи друзей-буксировщиков.

Вскоре, получив сообщение о находке машины, за ней приехал на такси Михаил Соболев. А ту троицу, что добиралась до села на «Жигулях» и колесила на них до самого утра то по улицам, то по окрестностям, обратно в Бийск доставили в машине ГИБДД.

И уже на первом же допросе все стало ясно.

Оказалось, что трое дорожных рабочих после смены собрались в подъезде дома за бутылкой водки, потому что в квартире их не приветили. Тогда друзей и пригласил в гости к себе в село Олег Пригов.

Не ставя других в известность о совершаемом им преступлении, машиной он завладел:

– Отлично зная систему охраны автостоянки, а также приняв в расчет, что старенькие «Жигули» не имели сигнализации.

Только и в родном селе пьяных визитеров на порог не пустили. Пришлось ночевать в лесополосе, где беглецы и попались на глаза погоне.

Действия Олега Пригова были квалифицированы как угон, то есть неправомерное завладение автомобилем без цели хищения. Суд приговорил его к одному году лишения свободы условно.

Знакомая «маска»

Дружба по школе – особая дружба. Когда словно и нет течения времени. Сколько бы лет не прошло после выпускного вечера, а все одно жива прежняя подростковая иерархия, делящая нынешних взрослых на «отличников», «зубрил» и «неудачников».

И при этом свято исполняется прежний долг:

«Дай списать домашнее задание!» или «Брось шпаргалку!».

В том смысле, что нужно выручать одноклассника в трудную минуту.

Вот и в нашей истории судьба вновь свела давних школьных друзей. Только один из них – Николай Рудаков сумел найти себя в бизнесе, удачно занявшись скупкой цветного металла. А другому – Алексею Квасову всё никак не удавалось «ухватить за хвост птицу счастья».

Случайная встреча должна была их уравнять.

Так как, гораздо более опытный промышленник Рудаков, давно занимавшийся бизнесом в сфере вторсырья, взялся, как говорится, натаскать в своем деле старого друга Алексея.

– Заодно и его приятеля, – когда те попросили его поделиться секретами мастерства.

Почти месяц продолжались визиты новичков заготовок металла к шефу-наставнику, А за уроками жизни решались и мелкие проблемы.

Вроде просьбы к «богачу»:

– Купить у них золотую цепочку.

Интерес новоявленных сборщиков вторичного сырья к опыту старшего товарища подогревали и видимые приметы его успешного промысла. В виде покупки сначала одной машины, потом другой.

– Скоро и мы поездим на «тачках», а не на своих двоих! – подбадривали они друг друга.

Тем более что и жили вместе на квартире, купленной для своего сына, заботливой матерью Алексея Квасова.

Гром грянул с выходом постановления городской администрации:

«Об ужесточении требований к утилизаторам меди и алюминия».

Теперь и эта дверь к светлой будущности с треском захлопнулась перед носом приятелей, так и не успевших нажить начальный капитал для иной сферы деятельности.

Единственно ценным, что было у пары неудачников, оставалась лишь их полная осведомленность:

– Об образе жизни старого друга – «буржуя».

Вот ее-то и решили использовать при налете на квартиру недавнего еще благодетеля.

Заранее приготовив нож, перчатки и маски, «сладкая парочка» только ждала случая, чтобы пожаловать за своей долей чужого «пирога».

Время «Ч» наступило августовской ночью, когда злоумышленники, терпеливо сидевшие в засаде на улице Васильева, увидели возвращение будущей жертвы с загородного отдыха.

Не отпугнула их и, оказавшаяся вместе с будущей жертвой, целая компания «лишних» в этой затее персонажей – жены, ребенка хозяина, его друга и свояченицы.

В дверь налетчики позвонили едва ли не следом. Потратив время лишь на то, чтобы перерезать телефонный кабель.

Знакомый голос Алексея Квасова:

– Откройте!

Видимо усыпил бдительность хозяина.

И когда он доверчиво распахнул дверь, в грудь ему уперлись острые лезвия ножей:

– Золото. Деньги. И живее!

Одного не рассчитали бандиты – возможного сопротивления. А оно получилось, нешуточным. Сначала друг хозяина, а потом и он сам смело пошли на налетчиков.

Исход схватки решило холодное оружие.

Несколько ран повергли навзничь хозяина квартиры. А его друг, получив ножевой удар в шею, вскоре скончался.

Правда, и убийцы не обошлись без потерь. С одного в ходе стычки слетела маска.

И лицо, мелькнувшее перед взором испуганных женщин, подсказало:

– С кем имеют дело.

Пока же преступников ждало еще одно разочарование:

– Денег в доме не было.

И весь «улов» составили ими же ранее проданная цепочка и несколько других золотых вещей. Общей стоимостью чуть более двух миллионов тогдашних «недорогих» рублей.

После налета на зов женщин о помощи отозвались соседи. От них же вызвали «Скорую помощь» и милицию.

Служба вневедомственной охраны давно и заслуженно пользуется репутацией коллектива настоящих профессионалов. Вот и на этот раз старшие ее сотрудники проявили весь свой опыт и интуицию.

– Приметы лица Алексея Квасова из-под сорванной с его лица, маски, голоса нападавших и произнесенная кличка «Петрович», – о которых поведали свидетели и одновременно потерпевшие. – Подсказали, где вести поиск.

Визит на квартиру матери школьного друга Алексея Квасова дал еще один адрес:

– Купленного ею жилья для сына.

Там ранним утром и произошел последний акт драмы. Одного из налётчиков задержали под окнами дома за выгулом собаки, другой – Алексей успел уснуть.

Не очень-то терзаясь только что совершенным кровопролитием.

Признались в совершенном злодеянии они сразу. Тут же неподалеку показали гараж:

– Где хранили награбленное имущество, маски, перчатки, нож.

И только потом Алексей поинтересовался:

– Состоянием здоровья школьного приятеля.

Да и то лишь потому, что за двойное убийство наказание выходило строже.

Страшный брат

Как символ нерушимой дружбы, взаимовыручки и готовности постоять друг за друга, называют братские отношения. Только бывают они и противоположного свойства.

Вот и в этой истории давно был словно запрограммирован трагический финал в семье братьев Зацепиных. Потому что, с детской поры, обижая младшего брата, старший брат с годами превращался для того в страшного и самого заклятого врага.

…В последнее время, словно сама судьба, подарила целый год вольготной и достаточно спокойной жизни верхолазу-монтажнику Василию Зацепину:

– Никто не мешал ему существовать беззаботно и счастливо.

Как только это может быть у молодого холостяка.

Но и этот период истек, когда на пороге квартиры, оставшейся повзрослевшим детям в наследство от родителей, появился тот, кто прежде доставлял ему столько нестерпимых обид и горестей:

– Старший брат Виктор.

Целый год не было того в Бийске, пока длились вахтовые заработки на Севере.

И вот он снова объявился в городе, доказав:

– Не только трудился не покладая рук вдали от родных мест, но и сумел вернуть там себе прежнюю тягу к спиртному, против чего не помогло и дорогостоящее кодирование, сулившее на первых порах перемены к лучшему.

О том, что Виктор снова стал пить, показало обращение вернувшегося старшего брата с младшим. Пощечины, угрозы, перемежаемые пьяными оскорблениями, так и сыпались на голову Василию.

А тут еще и повод появился, к тому нешуточный.

Младший брат провинился уже тем, что однажды осмелился вынести из дома, чтобы покрасоваться перед приятелями, охотничье ружье.

– То самое, что тайно хранил в укромном месте Виктор, – как он говорил. – Ради самообороны.

Правда, когда-то этот старинный дробовик служил братьям и по своему прямому назначению.

– Но лишь до той поры, пока однажды на охоте Василий не был оставлен на речном острове Виктором, как говорится, на произвол судьбы!

Именно так старший брат решил проучить младшего за какое-то очередное непослушание.

Тому удалось тогда спастись.

Но на природу больше в компанию не просился. И теперь, когда после возвращения «северянина», в доме побывали сотрудники правоохранительных органов, искавшие ружье, то у Виктора появился куда более серьезный повод для нравоучений с рукоприкладством.

Василию даже домой идти не хотелось.

Но, поскитавшись по друзьям, с которыми успел пропустить рюмку-другую, он все же ночевать вернулся под бывший отчий кров, ставший ныне пристанищем и обоим братьям, и их сестре с сожителем, воспитавшим малолетнего сына.

Прямо с порога начались придирки.

Дыша перегаром, Виктор встретил младшего брата ударом кроссовка по голове.

Заодно провозгласил:

– Тебе следует готовиться к заключению под стражу, а не бродить по ночам, где попало.

Боль на душе от обидных слов саднила гораздо острее, чем от удара по голове твердой подошвой.

Сжав кулаки, ринулся парень на своего «доморощенного учителя», но оказалось все еще хуже. Одержав верх в потасовке, Виктор запер входную дверь на ключ и пригрозил ему:

– Скорой расправой.

После чего направился туда, где когда-то и устроил тайник для незаконно хранимого в квартире ружья.

Выглянула из своей с мужем комнаты на шум ссоры и сестра. Только вмешиваться побоялась.

И тогда младший в семье решил сбежать:

– Так, как уже приходилось прежде.

Он привязал к батарее свою альпинистскую веревку, выбросил свободный конец в окно и готов был спуститься вниз.

Но тут испугался за сестру и ее близких людей:

– Кому тоже могла угрожать опасность от вооруженного дробовиком Виктора.

Тем более сам не забыл, как однажды в бане едва не утонул в бочке с кипятком, куда его силой сунул головой старший брат.

Тогда схватив для самообороны свою саперную лопатку, выручавшую в походах, парень решил на этот раз дать достойный отпор. И только для того, чтобы выждать удобный момент мщения, он спрятался со своим оружием в туалете.

Ему было слышно оттуда, как Виктор прошелся по квартире и засмеялся, увидев веревку в окне.

– Опять струсил Васька и сбежал, – отчётливо донеслось до младшего брата. – Но ничего, вернется и получит своё, что заслужил!

Шаги пьяного старшего брата затихли в, самой большой по площади, комнате, где тот снова поселился после возвращения с Севера.

И тогда, набравшись решимости, Василий выбрался из своего укрытия и отправился за ним следом.

Его появление не мог видеть Виктор, сидевший на диване, отвернувшись от двери:

– Чем и воспользовался злоумышленник, готовый расправиться со ставшим ненавистным ему родственником.

Набросившись на старшего брата, младший с силой обрушил на его голову острый край саперной лопатки, предназначенной, как известно, не только чтобы окапываться в бою, но и рубить влага в рукопашной схватке.

Несколько десятков ударов не оставили жертве убийства ни малейшего шанса на спасение.

Когда все было кончено, убийца заглянул в комнату к сестре, которую, думал, что спас от неминуемой гибели.

Попросил ее с сожителем:

– Уходите и уведите с собой сынишку.

Заодно попросил сообщить о случившемся куда следует.

Ушли они в квартиру к еще одной сестре, которая появилась позднее на месте, кровопролития одновременно с сотрудниками правоохранительных органов.

И только тогда от нее узнал Василий, что ружья в доме у них уже давно не было:

– Его сразу после обыска Виктор унес на сохранение к сестре, чтобы в другой раз дробовик не нашли в прежнем тайнике более внимательные следователи.

На допросах младший брат продолжал настаивать на своей версии:

– Только хотел защитить себя и других от вооруженного ружьем старшего брата.

И все же нашлись другие факты.

Свидетель показал:

– И раньше, до возвращения Виктора, Василий Зацепин высказывал намерение расправиться со старшим братом за все прежние, нанесённые ему, обиды.

Действия Василия Зацепина были квалифицированы как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. Суд в качестве смягчающего вину обстоятельства учел противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления.

Приговорили Василия Зацепина к восьми годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Наводчик «из друзей»

Понятно всем – почему тот бескорыстный человек, утверждавший первым: «Не имей сто рублей, а имей сто друзей!» давно канул в историю. На дворе – рыночная экономика. Когда в ходу другой принцип: «Не имей большой оклад, а имей маленький склад!».

А потому невозможно сейчас установить:

– Чем конкретно обогатила его дружба со столь значительной армией близких по духу людей.

Не то, что реально существующие личности, всецело доверившиеся друзьям. Кое-кто не только не приобрел ничего взамен доброму отношению, но и потерял последнее, допустив единственную оплошность:

– Подружившись не с тем, с кем следовало.

Вот и женщина с улицы Ленина, не думавшая ничего худого про Анатолия Мышкарева с улицы имени Вали Максимовой, однажды, январским вечером, получила весьма жестокий урок вероломства:

– Потому что ее знакомый, имеющий среднее специальное образование, не усвоил к той поре самого малого – порядочности.

И, как оказалось, лишь поджидал момента, чтобы учинить какую-нибудь злокозненную гадость.

Случай подвернулся в лице двух иногородних приятелей, тоже не обремененных постоянной работой – тридцатисемилетнего Виктора Андрюшкина из Турочака и Сергея Багрова, бездельничавшего в свои тридцать лет шее родителей в селе Бочкари Целинного района.

Больше всего, если судить по жалобам на нехватку денег, бедствовал тогда житель Республики Алтай. Но и двое других были бы не прочь разжиться «на карманные расходы».

И тут Мышкарев вспомнил о своей знакомой.

Предложение украсть у нее телевизор подкреплялось возможностью быстро реализовать вещь при почти полном отсутствии риска «засыпаться».

– Хозяйка в квартире постоянно не проживает, – заявил «друг» будущей жертвы. – И спохватится не скоро…

Сам этот наводчик, во всех подробностях описал:

– Как найти нужный адрес и где в доме стоит телевизор.

Лично же пойти на кражу отказался, мотивируя это многочисленными знакомыми из числа соседей, которые:

– Могли бы его опознать при возможном «шухере», случись он, когда они будут «брать» объект.

Тогда как иногородним сообщникам вроде бы сам черт велел:

– Пойти и взять то, что хотелось.

Для взрытия железной входной двери воры запаслись крепкой пластиной, которой, однако, орудовали столь несогласованно, что Багров не сдержал своих упреков в адрес неопытного подельника.

В том числе и с обилием нецензурной лексики.

Тот обиделся. И ушел. Только не навсегда. Вернулся чуть позже, когда Багров с Мышкаревым уже были заняты иным делом. Сообщники искали покупателя на завернутый в чужое одеяло чужой телевизор «Тошиба».

Андрюшкин тоже не упустил своего.

Он сумел поживиться с подачи наводчика немалым добром. Забрался следом за ними по «обворованному адресу» и разжился там ковром, шторами, бельем, утюгом и прочим.

Но по дороге в общее с «хранилище краденого» часть растерял.

Это, впрочем, не сделало его посмешищем в глазах друзей, потому что те и «засылали» всю компанию.

Особенно – Мышкарев.

Его настойчивые попытки продать чужой телевизор со слов соседей стали известны обворованной, а та, поняв – «что почем», заявила на него в милицию.

Хотя в кругах, где мораль воспринимается как таковая лишь до поры до времени, вспоминают добрым словом о своих реальных заступниках лишь в трудную минуту, в обычное время – не подвергая сомнениям самые чудовищные небылицы о работниках правоохранительных органов.

Этим и воспользовался в сентябре того же года некий сорокаоднолетний Валерий Мелихов, вознамерившись вероломно обобрать своего самого близкого друга.

Сам он накануне уже успел поупражняться в воровстве на территории Косихинского района, за что получил свой первый приговор.

Теперь же он нуждался в средствах:

– Чтобы доехать от города до села Быстрянка Красногорского района, где длительное время уже числился безработным.

Реальным кредитором в такой ситуации мог быть давнишний приятель Мелихова, проживающий на той же самой улице имени Вали Максимовой, к которому и принесли ноги подвыпившего «друга».

На месте никого из взрослых не оказалось, а детям старого знакомого, «дядя Валера» очень убедительно рассказал, тут же на пороге, сочиненную им сказку:

– Вашего отца задержали «легавые», так что он пропадёт, если сию же минуту его не «выкупить».

Назвал и эквивалент залога:

– Магнитофон «Осаки», стоивший тогда полмиллиона неденоминированных рублей.

После чего, получив от сильно огорченных детей лучшего друга, назначенный им, «выкуп», Мелихов, не мешкая, покинул кров доверчивых знакомых.

Но ему не сразу удалось скрыться с места преступления.

Тут же, буквально возле ограды частного домовладения встретилась ему супруга, якобы задержанного милицией, отца семейства.

Тут прежняя, явно шитая белыми нитками, версия о «выкупе» пройти не могла.

И Валерий с ходу выдал другую:

– Супруг Ваш послал меня сходить домой за магнитофоном и ждет нас с ним у общего знакомого…

Женщина поверила во все, что услышала.

Уступила путь от калитки. Так что «лучший друг» ее мужа спокойно вышел со двора на улицу, где быстро исчез из виду, когда очень умело, будто только этим всегда и занимался, смешался с людской толчеей.

Все выяснилось чуть позже.

Тогда, когда, ничего не знавший о проделках «друга», хозяин вернулся, под родной кров.

Но было поздно и обманом похищенный у него магнитофон уже «пошел по рукам» – начав с того незнакомца с привокзальной площади, которому продал Мелихов свою добычу за десятую часть его стоимости.

И все-таки дружба выдержала измену.

Жертва друга-мошенника на следствии, а потом и суде великодушно отказался от гражданского иска за похищенный магнитофон «Осаки». Хотя без приговора не обошлось. По решению суда Валерий Мелихов должен будет провести ближайшие два с половиной года в исправительной колонии общего режима.

А из той троицы, что орудовала по «дружеской» наводке в доме по улице Ленина, двое вообще получили шанс на свое дальнейшее исправление без пребывания в «местах не столь отдаленных». Так как Мышкарев и Андрюшкин условно приговорены судом к двум годам лишения свободы с таким же по длительности испытательным сроком.

Строже обошлись с Багровым. Свои два года он проведет в исправительной колонии общего режима.

Под маской «больного»

Милосердие всегда высоко ценилось в обществе и до сих пор остается одним из достижений людского общения. Когда благополучные граждане охотно и бескорыстно приходят на выручку попавшим в беду. Чем, к сожалению, не стесняются пользоваться многочисленные преступники.

Очередной из них, взывая к состраданию и найдя отклик, безжалостно грабил подростков, обирая их до последней нитки.

…Последний рабочий день недели выдался солнечным и обещал Егору Петрикову отличную погоду на выходные:

– Когда можно было провести время на природе в самых живописных местах, куда ведут многочисленные автобусные маршруты с городского автовокзала.

Завершил же молодой человек все свои дела на этой неделе не просто успешно:

– Сделал это даже чуть раньше, чем обычно.

Потому уже в пятницу отправился в пригородную кассу за билетом на автобус Егор Петриков.

Настроение было отличное, поэтому молодой человек внимательно отнесся к незнакомцу с явно нездоровым цветом лица, который попросил его о пустяковой услуге:

– Я только что выписался из больницы.

Голос звучал очень достоверно.

– После операции, пока, не могу сам поднимать тяжести, – услышал парень. – Помоги мне, пожалуйста, поднести к автобусу сумку с вещами.

– Конечно, помогу, – сочувственно ответил Егор и пошел следом за выздоравливающим гражданином прямо к кустам, где у того, судя по всему, были вещи, собранные после выписки.

Несколько шагов – и вот уже их никто не видит с самой оживленной всегда улицы города:

– Но, где же та самая сумка, о которой просил его болезненный незнакомец?

Егор Петриков оглянулся по сторонам и вдруг напоролся на злой взгляд совершенно переменившегося в лице просителя.

Теперь он уже не взывал к состраданию, а, наоборот, был решительным, наглым и напористым:

– Отдавай деньги и все, что есть ценное, – потребовал незнакомец. – Иначе сейчас кликну своих парней, они тебе быстро голову оторвут.

Столько дерзости звучало в каждом слове, что не оставалось сомнений в том, что расправа может быть страшной и неминуемой.

– У меня нет с собой денег, – все же попытался, как мог, избежать ограбления молодой человек. – Не взял с собой из дома.

Но злоумышленник уже не слушал ничего из того, что пытался сказать излишне доверчивый прохожий.

Еще мгновение – и уже у него в руках чужое портмоне, нагло и без всякого разрешения владельца, вынутое им из кармана оторопевшей жертвы.

Только денег в сумме 1500 рублей, имевшихся там, ему показалось недостаточно.

Поинтересовавшись временем, он заставил Петрика достать еще и телефон, под угрозой привлечения к расправе сообщников, чутко дожидающихся рядом с ними условного сигнала, чтобы прийти и разделаться с несговорчивым молодым человеком.

Когда тот беспрекословно повиновался преступнику, тот дерзко выхватил чужой мобильник из рук хозяина и напоследок обронил:

– Вздумаешь заявлять на меня – тебе не жить!

Последняя угроза тоже сработала.

Но испуг длился недолго. Ущерб в шесть тысяч рублей заставил Егора Петрикова немедленно, прямо на вокзале, обратиться в правоохранительные органы.

Там приняли заявление, записали приметы преступника.

Тем более, что к тому моменту, когда началось расследование нового уголовного дела, подобных криминальных эпизодов, как этот, было уже достаточно много.

Родители сразу нескольких подростков заявили:

– Наших детей ограбил неизвестный, подкупив расчетом на жалость к больному человеку.

Представляясь выписавшимся после операции, одних он просил помочь ему поднести ящик пива, других уговорил оказать помощь с переноской в квартиру ящика водки.

Причем история с «сорокаградусной» повторялась несколько раз. Видимо, она была в глазах злоумышленника самой достоверной и впечатляющей. Однако на деле никакого ящика не было в тех укромных местах, куда он заманивал своих новоявленных помощников.

Зато в момент, когда можно было безнаказанно отнимать ценные вещи и деньги у испуганных мальчишек, грабитель неизменно преображался «из больного в здорового».

Становился грозным и отнимал все, что только было у них при себе:

– Деньги, часы и сотовые телефоны.

Причем обидчик несколько раз обещал вернуть телефоны за сравнительно небольшое вознаграждение, назначая встречу на следующий день после ограбления, но никогда не приходил.

– О том, что это мог быть один и тот человек, – говорили похожие приметы, названные потерпевшими.

И все сошлось на одной личности жителя города, на которого имелись материалы в базе данных на лиц:

– Склонных совершению правонарушений.

К тому же «заговорили» и похищенные телефоны, которые были сданы в скупку тем же самым человеком:

– Неоднократно судимым за разбойные нападения и грабежи безработным Виктором Новиковым.

При задержании подозреваемого лица, было сделано предположение:

– О его возможной причастности к другим преступлениям.

И оно оправдалось.

Новикова на очной ставке опознал парень, ограбленный им незадолго до серии нападений под вывеской «по мощи больному, только что выписавшемуся с операции».

Но того он просто запугал, не существующими в природе сообщниками, якобы ожидающими за углом условного сигнала, чтобы расправиться с непослушным. После чего заставил снять и отдать ему золотые ювелирные украшения на общую сумму почти в четырнадцать тысяч рублей, не считая карманных денег.

В итоге, Виктору Новикову предъявили обвинение в совершении четырех грабежей и двух мошенничеств. Суд приговорил его по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, к четырем годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Кроме того, гражданские иски потерпевших удовлетворены в полном объеме и по ним с осужденного взыскано в общей сложности свыше 28 тысяч рублей.

Мигранты-взломщики

Самые разные граждане, великого множества соседних республик из состава СНГ, постоянно приезжают в Россию, чтобы трудиться на ее благо. В числе прочих, они оказывают услуги, без которых не обойтись.

И не только.

Иные такие мигранты способны принести и немалый вред местным жителям. Как это было не так давно в Бийске, когда самая обычная выпечка национального хлеба, на самом деле, служила приезжим взломщикам только официальным прикрытием для подготовки к краже.

О чем даже не мог догадываться их работодатель, начиная свой лепешечный бизнес в давние времена.

Но тогда само развитие в Бийске сети из множества частных пекарен и обострившая, в связи с этим, конкуренция на рынке хлебобулочных изделий однажды надоумили директора одной из таких фирм Олега Павлова:

– Взяться за выпуск продукции, какой прежде не было на полках местных магазинов.

Он решил выпекать именно оригинальные среднеазиатские лепешки, широко распространенные в тёплых странах ближнего зарубежья.

Для этого радушно пригласил работать на своем предприятии специалистов из Узбекистана.

Предварительные экономические прогнозы не подвели новоявленного производителя хлеба из тандыра:

– Покупателям на самом деле пришелся этот, замечательный по вкусу новый товар.

Так что несколько лет бригада пекарей, начинавших здесь «лепешечный промысел», исправно трудилась, зарабатывая неплохие деньги, которые им выплачивались по договору.

Но подошло время и проверенным добросовестной работой пекарям возвращаться обратно в свои южные края.

Так что перед Олегом Павловым снова возникла проблема:

– Набора штата пекарей для обслуживания особой печи – тандыра, рассчитанного на выпуск среднеазиатского хлеба.

Вот тогда и появились у него в коллективе новые трудовые мигранты, прибывшие с рекомендациями от своих земляков.

И с новыми работниками практически ни на минуту не прерывался конвейер выпечки лепешек. Даже техническое обслуживание оборудования проводилось в выходные дни, когда появлялось на то время.

Вот и очередная чистка печи, начатая в субботу, не предвещала осложнений:

– В воскресенье уже снова можно было её разжигать.

Но совсем иные проблемы, чем обычно, начались в пекарне утром, когда директору позвонили из бухгалтерии предприятия и сообщили тревожную весть:

– О пропаже крупной суммы денег.

О том, что у них в кассе имеется немалая сумма, могли догадываться очень многие:

– Ведь в понедельник предполагалась выдача заработной платы сотрудникам предприятия.

Да и некоторые менеджеры, как было заведено, свои наличные деньги отдавали на хранение в бухгалтерский сейф.

И вот теперь он был дерзко теперь обчищен неизвестными пока преступниками. Они взломали входную дверь и совершили своё чёрное дело, когда отыскали ключ от несгораемого шкафа, лежавший в условленном месте на дне ящика письменного стола.

Прибывшим по вызову сотрудникам правоохранительных органов удалось выяснить:

– Похищенными оказались не только 35О тысяч рублей наличными, но и некоторые документы, лежавшие рядом с деньгами.

Проверка на отпечатки пальцев, оставленные злоумышленниками, ничего не дала:

– Так как те орудовали в перчатках.

Мало информации к размышлению сулили и следы взлома, отчетливо заметные на деревянной двери:

– Их оставила обычная «фомка», как называют в криминальной среде стальной ломик, применяемый уголовниками.

А подобных инструментов, что называется, «хоть пруд пруди», потому любой можно купить на ближайшем торжище.

Но оставалась еще одна «ниточка», способная вывести на след взломщиков. Ею могла быть запись, сделанная камерой видеонаблюдения.

Той самой, что постоянно снимала все происходящее на втором этаже административного здания.

– Несколько раз на записи появлялись лица пекарей из числа тех, кто должен был заниматься чисткой печи, – выяснили сыщики. – Их личности можно было легко установить по паспортам трудовых мигрантов, обычно хранившимся в сейфе, обворованном накануне.

Только и тут возникла проблема.

Именно документы тех, кого записала камера видеонаблюдения – пекарей Амиджана Рахматова и Хасана Сатарова, как раз и прихватили с собой преступники.

Вызвать же их на допрос не удалось.

– На работу в тот день оба не явились, – заявили на пекарне. – Отсутствовали и по адресу, где для них была снята меблированная квартира, оплачиваемая работодателями.

Всё это и навело следствие на подозрение:

– Пекари могли иметь самое непосредственное отношение к совершению кражи.

Современная система продажи железнодорожных билетов только по паспортам будущих пассажиров, позволила точно узнать маршрут:

– По которому, объявленные в розыск, бывшие пекари могли отправиться из Бийска.

Они ехали как раз в Узбекистан, к себе на Родину.

Задержать беглецов удалось прямо в поезде, на перегоне, когда оставалось совсем немного, чтобы скрыться в сопредельном государстве.

При себе у старшего из этой парочки – Рахматова была и большая часть добычи:

– Деньги в сумме 324 тысячи рублей.

На допросе они признались в совершении преступления, но попытались убедить следствие:

– Брали вовсе не чужое, а только свое.

Мол, им за работу ничего не платили, документы в бухгалтерии удерживали против их воли.

– Ну а то, что слишком много взяли денег, – услышал следователь. – Так они мало понимают в ценности российских рублей, так как, дескать, не успели к этому привыкнуть.

Такая попытка защиты, впрочем, не удалась.

В ходе выяснения истины было доказано:

– Оба за проработанное время ранее получили в пекарне по сорок тысяч рублей.

Они выбрали и самостоятельно купили на базаре ломик для взлома дверей бухгалтерии.

– Где же искать там ключ от сейфа? – узнал в бытовых разговорах Амиджан Рахматов.

Он хорошо говорит по-русски и даже представлял всю бригаду пекарей на планерках у руководства, попутно подготавливая план кражи наличных денег, когда их соберется особенно много.

Действия сообщников были квалифицированы как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере. Суд назначил каждому из осужденных – Амиджану Рахматову и Хасану Сатарову наказание в виде семи месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Заговор сокамерников

Неволя никого не может порадовать, даже если в камере тепло и дают регулярно положенную заключенному «пайку» питания. Недаром именно заключение под стражу используется для перевоспитания оступившихся граждан.

– Только не все из таких уголовников готовы смиренно, – что называется. – Ждать окончания, назначенного им срока изоляции от общества.

Попадаются и такие уголовники, кто мечтают:

– Скорее вырваться из-за решетки, чтобы все начать сначала.

Вот и не так давно, заручившись поддержкой приятелей из криминальной среды, закоренелый преступник попытался избежать ответственности за два, совершенных им, ограбления.

Волею случая оказалось так, что за решеткой в следственном изоляторе одновременно оказались уголовник-рецидивист Игнат Драпов по кличке «Дикобраз», с его давними приятелями Алексеем Поляковым и Виктором Капустиным.

Один был соучастником в краже и свидетелем грабежа, совершенного «Дикобразом» в подъезде жилого дома, второй оказался очевидцем ограбления, совершенного Драповым в пивном баре.

Теперь все они никуда не торопились, имея длительные сроки лишения свободы за противоправные проявления. В том числе, дольше всех предстояло провести в заключении Игнату, получившему пять с половиной лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

И уйму образовавшегося времени сокамерники посвятили размышлениям о том:

– Как бы помочь Игнату избавиться от наказаний если уже не за кражу, то хотя бы за грабежи.

Он и прежде совершал нападения и воровал, за что не раз оказывался на скамье подсудимых. Не помогала «прятать концы в воду» и самая изощренная подготовка к преступлениям. Потому что злоумышленник допускал промахи, делавшие в итоге никчемными все его потуги избежать ответственности.

Например, когда вместе с Поляковым в июле обчистили особняк родителей знакомого «Дикобраза», то следствие вышло на домушников потому, что сын потерпевших вспомнил о том:

– Как Игнат его расспрашивал по поводу планов на утро, когда всей семьёй те собирались выехать на дачу.

А вернувшись обратно в город, члены семьи не нашли имущества общей стоимостью свыше десяти тысяч рублей.

Зато теперь, после совещания на нарах, Драпов был уверен в своей непогрешимости.

Говоря языком шахмат:

– Поручил приятелям самые первые конкретные «ходы».

А сам, в свою очередь, начал разыгрывать многоходовую «комбинацию», чтобы раньше положенного оказаться на свободе.

Вначале свое заявление подал Алексей Поляков.

Написал в нём о том, что, дескать, оговорил Драпова на следствии по поводу ограбления прохожего, за которым августовской ночью приятели проследили от пивнушки, где незнакомец проговорился при них о полученной в тот день заработной плате и возврате ему долга в сумме десяти тысяч рублей.

Теперь выходило всё в другом свете.

– Видеть-то я видел, как Игнат шмыгнул в подъезд следом за прохожим, но не слышал оттуда никаких звуков избиения, – опровергал самого себя Алексей Поляков. – Но совсем не помню рассказа «Дикобраза» о том, что было дальше.

Таким образом, отказывался от своих слов важный свидетель, прежде утверждавший под протокол о том, как «Дикобраз»:

– Оглушил жертву, обшарил карманы и сорвал с шеи крестик на цепочке, впоследствии выброшенный, потому что оказалось украшение серебряным, а не золотым.

Еще неожиданным была бумага, написанная в следственном изоляторе другим сокамерником «Дикобраза» – Виктором Капустиным.

В ней уголовник заявил:

– Октябрьским вечером в пятницу вовсе не Драпов, а лично я ограбил в пивном баре молодого человека.

Да ещё и привёл подробности.

– Снял с шеи парня цепочку с крестом, с пальца – золотой перстень, а из кармана вытащил пять тысяч рублей, признавался сиделец за решёткой. – Сделал же это после того как избили его вместе с Драповым по надуманному поводу.

И тут настала очередь «Дикобраза»:

– Заявить о своей невиновности.

Что он и сделал, подав жалобу о возобновлении производства по уголовному делу в виду вновь открывшихся обстоятельств.

Заодно привел собственные алиби, подтверждавшие, якобы, его полную невиновность.

– Так как в конце лета в тот день гостил, мол, у друга в городе, – утверждал «Дикобраз». – А осенью целые сутки провел за городом в обществе знакомой девушки.

Проверка этого заявления уголовника оказалась делом довольно непростым. Так как прошло немало времени с момента тех событий:

– О которых от сообщал в прокуратуру в своём заявлении.

Однако следствию удалось неопровержимо установить истину по каждому из этих эпизодов.

После чего, рассыпались как карточные домики в затхлом помещении от дуновения свежего ветерка, все фальшивые алиби, с такой тщательностью, но снова, как оказалось, зря, придуманные Игнатом Драповым.

Друг, у которого он будто бы гостил с вечера и до утра, в то время когда был совершен дерзкий грабеж в подъезде многоквартирного дома, рассказал совсем не то, что бы хотел его прежний собутыльник.

– Уже в десять часов вечера заснул в глубоком опьянении после обильного угощения, принесенного с собой «Дикобразом», – выяснил у него следователь. – И увидел того вновь, лишь проснувшись с похмельной головой на следующее утро.

И девушка из пригорода, тоже не помогла своему осужденному парню подтвердить его «железное», как он того желал, алиби.

Она действительно вспомнила:

– Как сутки проводила в октябре в компании с Игнатом Драповым, но назвала все же время с субботы на воскресенье.

Потому что в пятницу, когда случился грабеж в пивном баре, днем она была на занятиях в школе.

Оттуда поступила справка, подтверждавшая:

«Отсутствовала старшеклассницы на занятиях именно в субботу».

То есть тогда, когда «Дикобраз» уже кутил сам и угощал других на деньги, отнятые им у жертвы ограбления.

Еще в ходе судебного разбирательства, получили критическую оценку и показания Алексея Полякова по факту летнего грабежа в подъезде дома, и Виктора Капустина в отношении ограбления, совершенного осенью в пивном баре.

Они были расценены судом:

– Как попытка помочь избежать уголовной ответственности своему хорошему знакомому Игнату Драпову.

Ведь точно стало известно, что лишь после того, как они все вместе оказались в одном следственном изоляторе, все поступившие от них заявления принялись носить особую окраску.

А именно, стали противоречить фактически установленным обстоятельствам дела:

– В том числе, зафиксированных на основании их собственных показаний полученных в ходе предварительного следствия.

Таким образом, дополнительное расследование показало:

– Выводы суда о виновности Игната Драпова и квалификации его действий соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на собранных и исследованных в судебном заседании доказательствах, которым дана надлежащая оценка.

А ещё проверка установила:

– Наказание Игнату Драпову назначено соразмерное и справедливое, соответствующее степени и характеру общественной опасности содеянного и личности виновного.

Потому жалоба осужденного была оставлена без удовлетворения.

Топор самосуда

– На страшном суде, – утверждают истинные верующие христиане. – Каждому воздастся за его грехи.

В том числе и за уголовные преступления, совершенные в этой жизни. Причем, нарушить закон можно не только посягая на чужое имущество, но и пытаясь помочь потерпевшему.

Если делать это, конечно, вопреки, существующим в обществе и государстве, нормам и правилам.

Вот и библейское изречение «Не суди сам, да не судимым будешь», как нигде больше подходит к случаю, произошедшему несколько лет назад на улице Воронежской.

Там человек, взявший на себя смелость вершить следствие и суд по поводу мелкой кражи, сам оказался на скамье подсудимых уже за тяжкое преступление.

Дело было в ноябрьскую годовщину, когда гости, собравшиеся за щедрым столом с выпивкой и угощениями, успели отведать и того, и другого.

Потчуя гостей, не сдерживал себя и хозяин – двадцатилетний, в ту пору безработный Анатолий Ефимов.

И был он уже хорошо «навеселе», когда выяснилась весьма неприятная для веселой компании подробность:

– Кто-то из них украл норковую шапку.

Проступок имел далеко идущие последствия.

– Ведь злоумышленник сделал это очень коварно, – посчитал хозяин праздника. – Так как осталась без головного убора его собственная подруга по, уже закончившемуся, так неприятно, сабантую.

Впору было бы звать на помощь милицию:

– Чтобы сотрудники правоохранительных органов, проявив все свои профессиональные качества, точно выяснили до мелочей обстоятельства случившегося, нашли злоумышленника и вернули похищенный головной убор его хозяйке.

Но Анатолий Ефимов решил поступить по-другому:

– Лично выявить и примерно наказать злодея.

Тем более что прежде он уже имел, некоторым образом, косвенное отношение к юриспруденции.

Правда, с иной стороны, чем хотелось бы тогда ему самому:

– За совершённое правонарушение был приговорен на судебном уголовном процессе к трем с половиной годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Подкреплялось желание переплюнуть лавры Шерлока Холмса еще и винными парами.

Под воздействием их, вероятно, нашелся и тот, кто был теперь необходим для продолжения разыгравшейся потехи.

А именно, главное подозреваемое лицо в хищении головного убора:

– Один из гостей.

Однако тот не собирался признавать в том, что:

– Нагло «приватизировал» шапку и унес ее куда-то на сторону.

По той же причине отказался назвать имя человека, которому, якобы, отдал украденный головной убор.

К тому же и доказательств его вины у новоявленного «сыщика» не было никаких.

И до сих пор точно не ясно:

– Как все случилось с кражей на самом деле.

Но тогда принцип «Не пойман – не вор» не возымел своего действия. Возникла ссора между «сыщиком» и «подозреваемым». В результате потасовки Анатолий Ефимов взялся за топор.

Четырех ударов по голове плотницким инструментом оказалось достаточно, чтобы прошла злость у махнувшего топором хозяина.

А вот жертва его уже никому ничего сказать не могла. Спустя несколько дней прямо в больнице, обречённый мужчина скончался от множественных рубленых ран.

Подобная игра в «защитников пострадавших», к сожалению, весьма распространена в том слое общества, где привычными стали пьянство и рукоприкладство.

Был бы только повод вроде «кражи шапки» или какое еще надуманное прегрешение, чтобы «почесать руки».

А там уже и трава не расти…

В роковое число, тринадцатое апреля, роль лица, исполняющего самосуд, взят на себя тридцатиоднолетний безработный Дмитрий Дубошин с улицы Опорной.

И, по стечению роковых обстоятельств, ареной и теперь, случившихся событий, вновь стала улица Воронежская, куда Дубошин решительно отправился мстить:

– За «поруганное достоинство» своей сожительницы.

Накануне та пожаловалась ему на то, что якобы хозяин дома на улице Воронежской ударил ее ни за что, ни про что.

– Сделал это в результате конфликта, возникшего прямо в его жилище, – заявила ему гражданская супруга. – Когда там отмечали со спиртным День космонавтики.

И вот, уже прощаясь, впоследствии побитая, женщина не обнаружила в своём кармане денег.

Только на ее требование – вернуть похищенное, недавний хлебосол ответил ударом кулака…

«Мститель» нагрянул к обидчику своей зазнобы уже в темноте, около десяти часов вечера. И был при этом не один, а в компании двух приятелей.

Такое обстоятельство, возможно, и отпугнуло хозяина от желания впустить визитера к себе в жилище.

С веранды погрозив, привычной на улице Воронежской «законодательной» вещью – топором, он ушел в избу.

– Ничего. Сейчас тебя выкурю! – будто бы разозлился отвергнутый гость. – За все ответишь!

Ну а то, что он предпринял на деле, точно соответствовало его неправомерному намерению.

Привалив двери веранды железным ящиком, Дмитрий Дубошин зажег спичкой кусок бумаги и бросил сей «факел» на тряпки, наваленные на упомянутом ящике.

Пока огонь разгорался, поджигатель, на всякий случай, палкой разбил пару окон и ушел восвояси под всполохи занявшегося пожара…

Огонь уничтожил тогда немало вещей из домашнего обихода владельца дома. Да и само строение изрядно пострадало, что в итоге потребовало ремонт на сумму 16453 рубля 80 копеек.

Но деньги – дело наживное.

Хуже другое неизменное последствие самосуда – тяжелые увечья и травмы, полученные от рук «наводящего порядок».

На удары же кулаками и резиновой палкой нисколько не скупилась пара «ревнителей справедливости» в ноябре середины «лихих», как сейчас говорят, девяностых годов прошлого века, тогда царивших на улице Новосибирской.

В роли «радетеля спокойной жизни» матери и брата выступил тогда Николай Копьев, нигде не работающий, зато имевший за плечами несколько судимостей и знавший уголовный процесс, что называется изнутри.

Как и он, был прежде не в ладах с законом, имея при этом непогашенную судимость, два года лишения свободы с отсрочкой приговора и его близкий приятель – Николай Благих, которому еще даже не исполнилось восемнадцать лет.

Только сам парень считал себя:

– Вполне взрослым для принятия решений, несущих угрозу для окружающих.

Так и оказалось, когда несовершеннолетний паренек проникся целью своего старшего приятеля:

– Наказать сожителя его двоюродной сестры за то, что, проживая за стенкой в их доме, постоянно пьянствует и нарушает скандалами тишину.

Визит «воспитателей» совпал с очередным «сабантуем» в семье родственницы. Там, на свою беду, выпивали и посторонние люди – молодая женщина, и, так же незнакомый новым визитёрам, мужчина.

Вот ему-то и досталось больше всего в ходе начавшейся драки:

«Сломан палец, нанесены сотрясение головного мозга, ушибленная рана головы, кровоподтеки плеча и предплечья, растяжение связок голеностопного сустава».

Сам сожитель двоюродной сестры драчуна был тогда настолько пьян, что обо всем случившемся узнал на другой день с чужих слов. Как и о том, что делу дан законный ход…

Все три приведенные истории были в суде виновные в «самосуде» получили различные сроки лишения свободы, за совершенные ими преступления. Осужденного гражданина Ефимова приговорили к лишению свободы сроком на девять лет и шесть месяцев. Их Анатолий провести должен в исправительной колонии строгого режима.

На «общем режиме» два года за колючей проволокой проведет рецидивист Дмитрий Дубошин, с которого также взыскано 16453 рубля 80 копеек за причиненный ущерб и 978 рублей за проведение судебной строительно-технической экспертизы.

Тогда как ревнитель самосуда Николай Копьев приговорен к двум годам строгого, а его юный приятель и тёзка Николай Благих – к двум годам шести месяцам колонии общего режима.