Read the book: «Ночи без звезд»

Танцы с луной

Считать звезды, будучи взрослой,

Не так интересно, не те запросы.

Не спать ночью, читать – и в слезы,

Не та амплитуда, другие занозы

В душе заседают, снедая серьезно,

Вонзая кинжалы под ребра вопросом:

«Когда мы успели стать взрослыми?»

И спорить с собою, бывает, курьезно,

О том, почему мы не спим по ночам.

За то ли ниспосланы были нам

Ночные тревоги, звонки, разговоры,

Стихи, и книги, и танцы, и стоны?

Не спать до утра, не ждать его, злиться,

Что мерзкий будильник не дал позабыться.

Не дал станцевать он в звездной тиши

Под песню одной влюбленной души.

И кофе замажет нам утром усталость,

Чтоб громче в ночи нам с луной танцевалось.

Чтоб пелось нам звонче от вкуса вина,

Пока всем в тиши заправляет она.

Плачу лишь я

Моя любовь не мерится часами —

Её измерит лишь твоя любовь.

Моя любовь не может ждать годами —

Она качает в твоих венах кровь.

Меня не мучают догадки —

Я знаю о тебе не вскользь.

И не хочу играть я в прятки —

Ведь ты – ответ на мой вопрос.

И коли я жива в стихах,

То ты диктуешь мне слова.

И если вся любовь – борьба,

Я чемпион из-за тебя.

И если стоит твой покой

Моих без звёзд ночей без сна —

То мой расчёт с тобой такой:

Ты лишь берёшь. Плачу лишь я.

Но так хотелось мне сиять!

Ты уже подобрал для меня

Там широкую темную полку,

Где красиво стояла бы я,

Создавая в тиши обстановку.

И любой бы, кто ни пришел,

Стал бы спрашивать про находку:

«Где купил? Сколько денег отдал?

Перерыл ли всю барахолку?»

Позже главный твой экспонат

Стал бы всем не столь интересен.

Вот уже ты не главный фанат

И меня вдруг футболкой завесил.

Громкий шум создала я, упав

С той несчастной запыленной полки.

Бриллиант на сотню карат -

А разбилась не хуже дешевки.

И ты даже не вспомнил, сметя

Все в совок свой метелкой,

Горку мусора из хрусталя,

Что была украшением полки.

Ведь могла я и дальше стоять,

Украшать темноту потихоньку.

Но так хотелось мне сиять!..

А не пылиться втихомолку.

Мечта

Не позволяй мечте пылать

из-за трухи чужих ли мнений,

по воле ль собственных сомнений.

Не позволяй мечте сгорать!

Не разрешай мечту сжигать

в плевках из желчи чьих-то взглядов,

подобных тысячам разрядов.

Не разрешай мечту сжигать!

Не доверяй мечту другим,

кто уж разжег костер опилок,

того, что прежде без заминок

любили называть своим.

Коли ты дашь мечте сгореть

на пепелище чуждых мнений,

то без каких-либо сомнений

настанет твой черед гореть.

И в шелесте звезд…

И в шелесте звезд, укутавших небо,

И в волнах морей, воспевших восход,

Искал и искал он свою Ариадну,

Чей ниток клубок ей однажды помог.

То были не птицы, зовущие солнце,

То вой был сирен, возвестивших закат.

А ноги исколоты были не танцем,

Кровь капала с них от колючих преград.

Звезда обещала ему снять тревогу,

Большая звала его дальше идти.

Он голосу внял. Тот голос – дорога,

Улыбка Ее, что сияла в ночи.

Дорогу у нас ту зовут бесконечность.

Уж годы прошли – он все так же в пути.

Забыл он, что ищет: звезду или вечность?

Клубок всё при нем, нужно лишь распустить…

Такая любовь

Я картины с тебя бы писал бесконечно,

Я стихами заклеил бы дома все стены,

Я цветы б подарил, что стояли бы вечность,

И в ночи бы шептал: «Мне нужна только ты, ты, ты, ты».

А потом ты взяла и разбила б мне сердце.

Но не бойся: оно из стекла, и я склею его.

Это сердце любить не могло: закрыты в нем дверцы

От того, что горело, стучало когда-то давно.

Вот висят все портреты, пейзажи, тобой вдохновлены.

А бумаги хватило мне лишь на четверть стены.

И цветы не завяли, ведь я выбирал сухоцветы.

И кого в том винить? Мне лишь эхом: ты, ты, ты, ты.

Признание

Я в имени твоем услышал шепот

Семи ветров, что обдувают города,

Огней ночных, мне освещающих дорогу

К тебе одной, куда зовет меня душа.

Куда б ни шел, чьи б голоса не слышал,

Твои глаза не позабуду никогда.

Они подобны снегу, что падает на крыши,

Подобны льду на дальних берегах.

Меня они всегда встречают колко -

Меня ты гонишь постоянно от себя.

Но я найду тебя, займу тихонько

свой уголок в глубинах этих льда.

Два человека

"Приятно познакомиься", – сказали

Два человека, руки протянув.

В тот вечер между ними чувства не пылали,

Такими и прошли они свой путь.

Ему любовь дарила мириады

Еще не оперившихся сердец.

А ей лишь предлагала эстакады

Совсем не подходящих ей колец.

И он бы показался ей беспечным

В решении семейных мелодрам.

Она б была его мишенью вечной,

Вновь втянутой в очередной скандал.

И вот оно судьбы неразуменье…

И с их любви не написать роман.

Им повести б хватило, к сожалению,

В той книжке, что поместится в карман.

Они по жизни от чего-то убегали,

Любви хотели, но как будто затаясь.

"Приятно было познакомиться", – сказали

Два человека, в жизни расходясь.

Верный человек

Однажды ты проснешься утром,

а рядом спит любимый человек.

И бегать от него уж будет глупо.

И кажется, что вместе вы навек.

Однажды ты проснешься утром,

а рядом – нужный человек.

И, кажется, не клеится здесь что-то —

Любовь расстает, как весною снег.

И снова подбираешь ты картинки.

А люди – пазлы от мозаики твоей.

Каким он должен быть? Глаза? Ботинки?

Уста? Слова? А взгляд твоих очей?

Однажды серым будним утром

В твоей постели будет верный человек.

И все вопросы испарятся в миг как будто.

И все сомненья наконец сойдут на нет.

***

Я день за днем пишу стихи:

Надеясь до тебя хоть мыслью,

Хоть словом жгучим донести.

Нарисовать портрет твой кистью.

Что бы ни делал, ни творил –

Не для моих стихов ты муза,

Модель – не для моих картин.

Вся жизнь моя тебе – обуза.

Ах, сколько б ни прошло веков,

В любой известной части света –

Ты вновь – моя Полярная звезда,

Я для тебя – лишь блёклая комета…

Твоя любовь – мои крылья

Песчинкой кажутся моря,

Коль попытаюсь я сравнить.

Не знал я счастья до тебя,

Не знал я, что значит "любить".

Вдали гремят колокола,

Но кажется, что стал я глух.

Иль я ослеп? Кроме тебя

Не вижу никого вокруг.

Коли мне скажут: "Заболел!"

"Брат, ты совсем будто не свой!"

Я не поверю в этот бред.

Ведь разве я пленен тобой?

Разве в плену можно парить?

Разве в плену есть облака?

Если тюрьма может любить,

Я остаюсь в ней навсегда.

Но знаю я свободы вкус,

Ее пьянящие глаза.

К той жизни больше не стремлюсь.

Ведь в этой я познал тебя.

Ведь в этой знаю я мотив

Твоего сердца заводной.

Встречал я в жизни много див,

Но я склонен лишь пред тобой.

Когда к губам твоим приник,

Сердце стучало чуть дыша.

Узнал я правду в тот же миг:

Оно не билось до тебя.

Хочется стихов?

Тебе хочется стихов? Изволь.

Мне бумаги на тебя не жаль.

Но поймешь ли ты поэта боль,

Что посмеет о тебе мечтать?

Говоришь, мой выйдет скучным стих?

Или ты боишься, что совру?

Можешь ли ты распознать мотив,

Не затронувший души струну?

Может, тебе хочется мольбы

Сердца моего, что довела

До изнеможенья ложью ты,

Выкрикнув забвения слова?

Стоит тебе вновь заговорить,

Снова я паду от твоих чар.

Если бы сумел я не любить,

То не стал бы мучиться сейчас.

Ты не бойся, лжи я не пишу.

И все чувства здесь мои чисты.

Хочется стихов? Читай! Прошу!

Хоть они с тобой будут честны.

Что воротишь нос ты от стихов?

Как не нравятся? Да что ты говоришь!

Я солгал тебе? Простит мне Бог!

Я не разглядел твоей души?

Коль тебе не нравятся они,

Коль решила высмеять ты их,

Вот, листок возьми, сама пиши!

Может, хоть тогда поймешь мои.

А, так тебе хочется блистать?

Уж прости, не понял я запрос.

Как же можно было не понять?

Заметь, не я задал вопрос.

Смею я надеяться, что ты

Будешь милосерднее топтать

Прочих безнадежные мечты

Хоть на миг тобою обладать.

Раз тебе не нравятся стихи,

То не стану я листы марать.

Жаль, что я не смог, увы,

В них свою любовь зашифровать.

Позовите врача

Я не приемлю твоей грубости,

Не поверю твоей скромности,

Не забуду твоей томности,

Безрассудности твоей ловкости.

Не смогу забыть жадности

От владения, наслаждения,

Наваждения, скрытого маскою

Развлечения, неприступности.

Может быть, очарована ласками,

Я не слышала доводов разума,

Поглощенная сладкими сказками,

Позабыла, что я же ученая.

И избитая прежде розгами,

Одурманенная словами плоскими

Я ходила с другими под руку

И раздетая, и в обносках от

Любви чей-то недолюбленной,

Недоношенной, обескровленной,

И подушкою ночью задушенной,

Там же брошенной, больше не нужной.

Сердца моего простуда

Я помню всю твою любовь,

Твои глаза, улыбку, брови.

Как шумно радовался мне,

Едва завидев в коридоре.

Смогла бы описать лицо,

Одежду, рост, дать объявление

В надежде отыскать того,

О ком скучаю я в смятении.

Мне не хватило твоих ласк,

Твоей искринки в глазах добрых.

Не знаю, был ли ты мастак

В каком-нибудь вопросе тонком?

Жаль, это было лишь во сне.

Не находили мы друг друга.

Твой образ лишь приснился мне.

Ты сердца моего простуда.

Перчатки

Так близко. Так жарко. Запомнила ярко:

Как туча, как гром, как разряд, разговор.

Меня опалило одно лишь касанье.

Ушел ты, таков был с тобой уговор.

С тобой я ходила свободно, фривольно.

Какой родилась – ты такой меня взял.

Теперь без перчаток явлюсь я невольно:

Любовью своей ты меня запятнал.

Теперь у меня их целая куча.

Вот, что ты наделал со мной. Посмотри!

Теперь моя нежная белая кожа

Закована в атлас. Не в руки твои!

Других мотыльков огонь теперь манит.

Покорно летят на любви твоей зов.

Не знают они, что расплатой им станет

За миг – заточение в атлас оков.

Белый флаг

Я проиграла, слышишь? Я сдаюсь!

Я поднимаю белый флаг. Смотри!

Считать потери своих войнов не возьмусь -

Из них осталась только я с дырой в груди.

Патроны кончились, все бомбы взорвались.

Мне больше нечем по тебе стрелять.

Я вижу белый флаг. Не торопись

Своих собак ты на меня спускать.

– Ты потопил все корабли!

– Все самолеты сбила ты.

И все в той битве полегли:

Без армий генералы мы.

Нам больше нечего делить. Мы проиграли.

Поднят флаг погибели нашей любви.

В моей груди свистят сквозняк:

В твоих руках копье. За что?..

Ведь мной был поднят белый флаг…

Не прощу

Немного сумбурны мысли…

Висит мой серенький плащ,

Лежат на столе те же кисти.

За жизнь ту же душу продашь.

Когда я закончу картину?

Куда я продамся опять?

И где тебе взять гильотину?

Откуда могу же я знать?

Ты мне не звонишь и не пишешь,

Как прежде играешь со мной.

Скажи, чем ты всё ещё дышишь?

Надеюсь, теперь уж не мной.

Ну вот и в порядке все мысли,

И плащ больше я не ношу.

Забыв написать слово "если",

Я все же тебя не прощу.

Жаль, фото…

Жаль, фото не умеют говорить.

Жаль, в них нельзя пробраться.

В тот чудный миг, который не ценил

Или которым не успели надышаться.

Я бы хотела вновь тебя обнять,

Сказать, как рада тебя видеть.

И снова твоего прихода ждать.

Но разве я когда-то прекращала?

Я все еще стою там у ворот,

Чтобы сразу побежать навстречу.

В груди моей таких пустот

Я не припомню, как залечить мне эту?

Никто меня, как ты, не позовет,

Никто меня, как ты, не понимает.

Не знала, что коль память живет,

То рана, что в груди, не заживает.

Спасибо, что смотрела в объектив,

Когда я редко твой портрет снимала.

Не знала, как тобою дорожу,

Пока тебя тогда не потеряла.

Не знала я, что тот застывший миг

Останется единственным спасеньем.

Не знала я, что мне придется жить,

Встречать дни без тебя мои рожденья.

Навеки невеста

Я так хочу верить в грядущий рассвет:

Что тучи раскроют мне солнечный свет,

Что выйдут туманы гулять по росе,

Что мысли задышат в листве тишине.

Я долго стояла, уткнувшись в платок,

К груди прижимала прощальный листок.

Не дали проститься иль даже взглянуть.

Когда я проснулась, ушел уж ты в путь.

И в этом измятом прощальном листке

Лишь парочку слов оставил ты мне.

Ни слова любви, ни прощальной мольбы,

А только три слова: "Ты меня отпусти".

Давно я не верю в грядущий рассвет.

На небе ни тучки, а света всё нет.

Туманы застыли, стоят над землей,

Где скоро меня похоронят с тобой.

Старость

Как только старость заберет

Мою красу, мою беспечность,

Я буду знать, что на плаву

Меня держал мой компас вечный.

Я буду знать, что стержень мой

Мне помогал, не уставая,

Что мой веселый детства звон

В груди гудел, не замолкая.

Дух юных мечт, любви и снов

Я пронесу в душе до края.

Не отвернусь от жизни гроз,

Свои обиды утешая.

И хоть в душе моей приют

Себе найдут и страх, и зависть,

Я точно знаю, что живу

На счастье чаще откликаясь.

***

У берега моря домишко стоял.

Там чайки кричали, прибой напевал.

Все доски прогнили, рассыпался он –

То был мой забытый, отеческий дом.

Жар странствий меня оторвал от него,

Фасад уж не вспомню, прогнило ли крыльцо?

Ах, мама, прости, далеко от семьи,

ушел я ногами босыми, прости.

Когда я вернулся в родные края,

В слезах захлебнулся: забыли меня.

Я сам виноват и себя лишь кляну!

В домишко свой старый вернуться хочу.

Я сам виноват, я судьбу не кляну –

Лишь доски остались на том берегу.

Пап…

Я желаю тебе счастья, пап.

Несмотря на все, что приключилось.

Я надеюсь, что живешь ты так,

Как хотел, пока я не появилась.

Я надеюсь, папа, ты здоров,

Что добился в жизни ты успеха.

Дом твой полон смеха и забот,

Жаль только, меня там нету.

Может, видишь ты меня во снах,

Может, позабыл мои приметы.

Я прощаю тебя! Слышишь, пап?

И хочу, чтобы ты знал об этом.

Плод твоего дерева

Как бы я ни хотела быть не похожей,

Будто очередной непонятный прохожий.

Я все равно буду похожей на тебя -

Ведь я – плод твоего дерева.

Как бы ни было много во мне противоречий,

Столько б не сказала слов я, калеча.

Столько б ты со мной не пережила,

Помни, ведь я – плод твоего дерева.

Куда бы не несло меня течение

Моих взглядов, мыслей и сомнений,

Мне не уплыть далеча от тебя -

Ты поняла? Я плод твоего дерева.

И всей твоей любви лавина -

Соизмерима велика в моей картине мира.

Ведь все, что я впитала от тебя, -

Из-за того, что плод твоего дерева.

И я уже сама пускаю корни в землю,

Хочу я тоже стать ветвистым кедром.

Чтобы однажды вырос и от меня

Плод моего дерева.