About the book
Давным-давно жил да был в Рукиной слободе Арсений. Судьба его не щадила: совсем маленьким он остался сиротой, родители погибли от мора. С тех пор будущего целителя воспитывал дед Христофор, который успевает передать Арсению секреты врачевания.
А потом в жизни повзрослевшего и возмужавшего главного героя происходит страшная трагедия: гибнет его возлюбленная Устина и их ребенок.
Эта тяжелая потеря превращает талантливого врача в юродивого, стремящегося исцелить всех нуждающихся и помочь каждому человеку с помощью трав и молитв. Так начинается сложный и долгий путь старца Лавра…
Other versions of the book
Reviews, 926 reviews926
Великолепная книга. Сильная. Но это не главное, сильных книг много. Лавр – книга светлая (это редкость) и при этом, ни на грамм не приторная (что невероятно). Через время – она станет классикой.
К такой книге отзывы не пишут. Максимум на словах говорят «прочитай обязательно». К такой книге бог или судьба приводят, либо нет.
От себя могут только сказать: когда читал эту книгу, я плакал.
Когда заканчиваю чтение хорошей книги, всегда грущу. Прочитав «Лавра», грущу уже неделю. «Печаль моя светла…». «Неисторический роман» читался на одном дыхании. Написано интересно, духовно, умно, красиво, с любовью к нашей истории, к людям и языку, написано добрым сердцем… Поэтому не отпускает… Просится сравнение с родничком… И думается о многом… Обязательно прочитаю другие книги этого автора.
Книга вызывает довольно противоречивые чувства. Автор свободно мешает времена, понятия, действительность. В средневековом лесу находит пластиковые бутылки. Герои вдруг начинают изъясняться на современном сленге. Истовая религиозность на грани сектанства. И в то же время мораль и этика временами не однозначны. Не рекомендовала бы читать детям, подросткам, людям с несложившимся мировозрением и слабой психикой
Ожидала от прочтения многого. Дочитала с трудом. Здесь смесь жития святого, экстрасенсорики, мазохизма душевного и телесного, неоправданные вкрапления историй из жизни других людей и эпох.
Возможно, я не права и не поняла идею автора. Возможно.
Всякая встреча больше, чем расставание. До встречи - пустота, ничто, а после расставания пустоты уже не бывает. Встретившись однажды, полностью расстаться невозможно.
Справедливый человек не тот, кто не обидит, а тот, кто мог бы обидеть, но не захотел.
Иногда думаешь, стоит ли привязываться к людям, если потом так тяжело расставаться.
Обнимая брата Гуго, Арсений похлопал его по спине:
Знаешь, друже, всякая встреча больше ведь, чем расставание. До встречи – пустота, ничто, а после расставания пустоты уже не бывает. Встретившись однажды, полностью расстаться невозможно. Человек остается в памяти как ее, памяти, часть. Эту часть создал он, и она живет и иногда входит в соприкосновение со своим создателем. Иначе отчего же мы чувствуем дорогих людей на расстоянии?
Ангелы не устают, ответил Ангел, потому что они не экономят сил. Если ты не будешь думать о конечности своих сил, ты тоже не будешь уставать. Знай, Арсение, что по воде способен идти лишь тот, кто не боится утонуть.
Я скажу странную вещь. Мне все больше кажется, что времени нет. Все на свете существует вневременно, иначе как мог бы я знать небывшее будущее? Я думаю, время дано нам по милосердию Божию, чтобы мы не запутались, ибо не может сознание человека впустить в себя все события одновременно. Мы заперты во времени из-за слабости нашей.
Book description
Евгений Водолазкин – филолог, специалист по древнерусской литературе, автор романа «Соловьев и Ларионов», сборника эссе «Инструмент языка» и других книг.
Герой нового романа «Лавр» – средневековый врач. Обладая даром исцеления, он тем не менее не может спасти свою возлюбленную и принимает решение пройти земной путь вместо нее. Так жизнь превращается в житие. Он выхаживает чумных и раненых, убогих и немощных, и чем больше жертвует собой, тем очевиднее крепнет его дар. Но возможно ли любовью и жертвой спасти душу человека, не сумев уберечь ее земной оболочки?
В формате pdf.a4 сохранен издательский макет.