Quotes from 'Сними обувь твою'

Жизнь не спрашивает, в какой именно грязи нам приятнее вымазаться.

характере, а зоркий взгляд блестящих глаз несколько смутил Генри

А теперь отец тоже, как видно, решил переметнуться. Завтра он, видно, тоже станет заступаться за Артура, – и это после всего, что

наущению Повиса. Она в жизни не разговаривала с Джейбсом; она всегда думала, что «турецкие сласти» – это какая-то смесь клея с розовой водой. Увидав свою записку, она разразилась слезами; рыдая, во всем призналась и умоляла мужа простить ее. Она валялась у него в ногах, целовала ему

постарел на десять лет, и вид его говорил яснее слов. Но на этот раз, кажется, полученные им известия еще хуже, чем она опасалась