Read the book: «Кошачьи невелички. На голубом глазу. Книга 2»

© Эсмур, 2026

ISBN 978-5-0071-3136-0 (т. 2)

ISBN 978-5-0071-3135-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЭСМУР
КОШАЧЬИ НЕВЕЛИЧКИ. НА ГОЛУБОМ ГЛАЗУ
Книга 2

С благодарностью за вдохновение моей подруге Екатерине и её четвероногим питомцам

Всем привет-муррррвет! Читайте новую книгу от меня, кошки Серафимы! «Кошачьи невелички. На голубом глазу»! Что мне на глаза попадается, о том и повествую, а глаза-то голубые от наследственного тайского окрасу. И зоркие! И хвост-прохвост! Энто хозяйка так говорит, нашу, мол, Серафиму вечно хвост в какую-нибудь авантюру затянет, и завсегда она ни при чём: то дрозд попутал, то Праматерь Кошка не досмотрела. Приключения уже на страницах, читайте!

Действующие лица:

— Серафима, чаще Сима, кошка «дворянского» происхождения, тайского окраса, 5 лет от роду. Домашний лидер. Вечный двигатель, охочий до приключений. Автор рассказов.

— Несси, кошка скоттиш-страйт, из антеллигентной шотландской семьи, 4 года. Домоседка, мечтательница и поэтесса. И редактор!

— Михо́, собака породы акита-ину, трёхлетка. Молода, простодушна, энергии через край — всегда ЗА любой кипеж.

— Рю, акита-ину, 5 лет, взят из приюта, нашёл в нас новую семью, настоящий самурай, всегда на страже, любитель поворчать.

— Жозефина, жаба. Когда-то завелась сама в дачном пруду. Слегка надменна, но подруга надёжная.

— Бонд, соседский кот-шотландец, поклонник Симы. Глаза янтарные, гипнотические. Нарушитель границ.

— Шкипер, рыжий кот с форелевой фермы, в родстве с мэйн-кунами, поклонник Несси, отчаянный хулиган, как есть пират.

— Аким Аристархович и Тимошка, наши домовые, один городской, матёрый, второй — дачный, пока молод да неопытен.

И другие…

01

Мур! Всем привет от Симы! Мы на даче, доехали! Во дворе пришвартовались, сейчас разгрузку начнём. Веду прямой репортаж. Фрх, ветерком пробрало! Праматерь Кошка, а где весна? Вид, конечно, унылый: ни травинки, ни былинки. Вот вам и майские праздники.

Несси, едва выйдя из переноски, пробасила на всё Лучевое: «Мяа-а-а-ав!!!». Никто такого от нашей антеллигентной тихони не ожидал. Что любовь с кошками делает, а всё я со своими святочными гаданиями — приманила ей невзначай какого-то рыжего хулигана. Жди теперь в гости после этакого зова, если он зиму на дачах пережил.

Японы наши, акиты Михо́ и Рю, сразу галопом помчались границы дачные проверять, следы читать — кто тут без нас шастал. Везде носы суют, чихают то ли от пыли, то ли от мышиного аромату.

Жаба Жозефинка, подруженька моя, наверняка ещё сны досматривает, она к теплу ближе просыпается, выходит из своего тайного логова у пруда. Да и скворцов не видать на сосне, не сбились бы с пути пернатые, дорога у них неблизкая. Нам-то из города до дачи лапой подать, а они из самой Африки с зимовки летят. Эх, и у суседского дома вид нежилой, так что кавалер мой, Бонд-шотландец, тоже пока не приехал.

В доме неуютно как-то оказалось, и сыро, и прохладно, ну, энто работа для хозяйки да дачного домового. Ахти мне! Совсем же забыла про Тимошку! Мы его с собой привезли, дача ему в новинку, да и молод ещё. Побегу искать! Не, не потерялся домовёнок, так и сидит в моей спальной корзинке, нос высунуть боится. Так, давай-ка, мил друг, Тимофей, выходи, определю тебе место по-за печкой, а с хозяйством завтра знакомство начнём.

К вечеру уже более-менее обжились, хозяйка печь истопила, поужинали, тепло да еда всех разморили. Мне даже знакомца своего, старый диван, царапать было лень. Улеглись наконец, думала ещё весь сегодняшний день в голове перебрать, да не успела, уснула. Мур-р-р… хр-р-р… только японы всю первую ночь на страже ходили, слышала сквозь сон, как хозяйка ругалась на них: «Угомонитесь, ночнокопытные!». Мне же сладко спалось, по-дачному… хр-р-р…

02

Всем мурррвет от Симы! Утром хозяйка встала, в наши миски кофейных зёрен насыпала, а в своей кофемолке кошачий корм прокрутила. Только тут, наверное, и проснулась, стоит и понять не может: что не так? Да! Мур! Что за дела?! Мя-а—а-ав!!! Но разобралась, себе блинцов горку спроворила, кофий со сгущёнкой развела, нам сухпайком выдала. Первый дачный завтрак съели!

Как дверь на улицу открыли, японы на веранду сунулись и заворчали. Бегу скорей полюбопытствовать, а там прямо посредине лежит наисвежайшая рыбинка и записочка приписана: «Прекрасной незнакомке с солнечными глазами от Шкипера», да клок рыжей шерсти. Услыхал, значится, вчера. Зову подругу: «Эй, Шотландия, хватит корм грызть, выходи, тебе тут посылка!». Несси появилась неспешно, круг по веранде сделала, хвост поднявши, подъела презент и опять пароходной сиреной: «Мя-а-а-ав!!!», а рыжий ей с крыши нашей бани ответил.

Японы тут же унеслись то ли хватать, то ли знакомиться. Хозяйка в недоумении, мол, что деется и что она пропустила? Я же за японами вдогон поскакала. Удалось нам энтого рыжего Шкипера между баней и забором перехватить на разговор. Надо ж вызнать, что за намерения у него? Несси наша девушка сурьёзная, не какая-нибудь там дачная кошка-вертихвостка, да и сердце у неё нежное, доктор звериный расстраиваться запретил. Не дай, Праматерь Кошка, разобьёт ей сердце энтот хулиган, так найдём и порвём. Японы в подтверждение моих слов носы наморщили и зубы показали. Шкипер же оказался не робкого десятка, хвост пистолетом, да ответил, что за Несси сам кого угодно порвёт.

Вдруг позади нас голос хозяйский раздался: «Вот это зве-е-ерь! Гигант! И кисточки на ушах! Видно, мэйн-куны в роду отметились. Рю, Михо́, не лютуйте! И ты, Серафима, охолонь. Кавалер нашей Несси, значит? Интересно, чей же ты такой будешь?». И тут энтот Дон Жуан кошачьего разливу подошёл к хозяйке, замурчал и башкой в колено боднул, даже погладить себя дал. Наша-то и растаяла, позволила в гости заходить. На том и порешили пока. Ой, мур, чую я, что лето наше дачное будет полно приключений! Побегу с новостями к Несси. Всем мяу!

03

«Се-ра-фи-и-има, выгляни в окошко, дам тебе горошка! — пропела хозяйка, — Сима, счастье своё проспишь! Смотри, кто приехал!».

Вспрыгиваю на подоконник, а там суседи припожаловали дачный сезон открывать. Как раз Бонда из переноски на волю выпускают. Кавалер мой вышел солидно, потянулся всласть, хвост трубой — и сразу на наш участок потрусил. Хозяева кричат что-то вслед, а он и ухом не повёл. Ловко меж малиновых стеблей протиснулся и застыл… шерсть дыбом… А навстречу ему собственной персоной Шкипер, видать, опять для Несси рыбинку приволок. Где только и берёт их? Не разгадали мы пока.

Праматерь Кошка, что же будет? Кавалеры-то не знакомы. Каждый считает себя в своём праве. Наступают друг на друга, воют, как сирены, даже сквозь закрытое окно слыхать. Ахти мне! Сцепились! Бойцы кот-фу! Шерсть клочками полетела! Хозяйка! Хозяйка, сделай же что-нибудь!

Хозяйка взяла ведро. Куда?! Не до воды сейчас! А она отодвинула меня ногой от двери, да вышла без слов. Снова бегу к окну, Несси уже там, переживает. Смотрю, хозяйка зачерпнула воды из бочки на углу да и окатила энтих бойцов без правил. Мигом дух драчливый выбила! Ну и видок у кавалеров!

Тут хозяйка дверь распахнула и позвала: «Ну-ка, девы, Серафима, Несси, разбирайте своих ухажёров!». Нас дважды приглашать не надо, поскакали! Тут всё и прояснилось. Вот же коты! Перемуркнулись бы сперва, и в драку кидаться не пришлось бы. С другой стороны, и силами, и характерами померялись, равны оказались. Теперь, поди, закадычными дружками станут! Но сначала пусть обсохнут! А мы с Несси домой — нервы в порядок приводить, устроим кошкодень, будем есть, спать и бездельничать. Может, и стих о великой битве сочиним, или нет. Мур!

04

Мр-р-р… хр-р-р… какая у меня уютная лёжка под смородиновым кустом, тёплая, солнечная, так в дрёму и клонит… КАР-Р-Р-РА!!! Что?! Где?! Ворона на заборе, будь она неладна! Сон спугнула! И тут энта пернатая вопрошает:

— Кар? Вроде похожа, глаза голубые… Не ты ль кошка Серафима будешь? Мне здешние вороны ваш двор указали. Письмо доставила от Акима Аристарховича.

— Я! Я Серафима! Давай письмо!

— Вот быстрая! Ну-ка, слово любимое скажи, как паролю.

— Полундра! Какое слово?! Сейчас хвост выдеру, пернатая! Где письмо?

— Адресат подтверждён. Пароль «полундра». Письмо-то голосовое, дай настроюсь.

Тут ворона нахохлилась, глаза серыми плёнками прикрыла — б-р-р-р… и замерла. Заснула что ли? Не, встрепенулась и начала вещать: «Мой тебе привет, Серафима батьковна и, через тебя, всем нашим. Подвернулась оказия отправить вам весточку, а то и наладить почтовое сообщение. Дома всё благополучно, после вашего отъезда порядки навёл да и заскучал маленько. Хожу теперь по гостям, время коротаю. Желаю знать, как вы обустроились на даче? Не подвёл меня Тимошка? Работящий ли домовёнок? Как ваше здоровье да погоды? Ворона Карра частенько в город налётывает, к дочке. Та во младенчестве крыло повредила и живёт нынче у людей, в нашем доме, в 30-й квартире. Так и знакомство свели. Сама Карра из посёлка Лучевое, который „2“, через ваш „1“ она пролётом. Плату берёт сухим кормом кошачьим, ты уж не обидь её, Серафима. Жду ответа, как соловей лета. Домовой хозяин Аким Аристархович».

Ишь ты! Телефон с крыльями! Уважила. Наказала вороне ждать у забора, сама же метнулась в дом, благо двери открыты, полную пасть корма из миски своей набрала и назад. Карра довольна осталась. Сговорились, что перед следующим полётом заглянет к нам за ответом. Да и в гости пусть наведывается, чай, не чужие теперь. Только — чур! — вороньим промыслом не пакостить: у нас тут на пруду жаба проживает, Жозефина прозванием, да скворцы на сосне гнездуют — не обижать! А вот корма кошачьего всегда вволю для угощения.

Теперь надо домовому Тимофею, Несси и японам новости рассказать, да пусть каждый думает, что от него в ответное письмо для Аристархыча вставить. Вот дела! Мур!

05

Всем мур-мур-мяу от Симы! Сегодня объявились наши скворцы, припоздали в энтом году, погоды-то нелётные, всё больше дождь да холод. Квартиру свою на сосне — скворечник — обследовали придирчиво, верещали чего-то. Может, радовались, что добрались-таки до дома, или порядку в жилище. Конечно, хозяйка в первые же дни после переезда на дерево по лестнице взобралась да генеральную уборку устроила. Подстилку отсыревшую и пёрышки долой — энто пичуги разные в домике ночи зимние коротали, намусорили. Просушила на ветру скворечник, свежих опилок щедро на дно сы́пнула и возвернула квартиру на дерево. К прилёту готовы!

Пернатые же, отдохнув с недельку после возвращения, суету развели: щебет, догонялки, потом травинки начали внутрь таскать. Суседи на энто глядючи, видать, вдохновились и тоже решили домик сделать. Пару дней мы с Бондом за ними с сарайной крыши наблюдение вели. Оказалось, то совсем не скворечник, а котэдж. Фрх! Фрх! Для Бонда. Надоело суседям по ночам дверь коту открывать. Объявили, что коли будет опаздывать по режимному времени, то добро пожаловать на ночёвку в котэдж. И как скворцу сена туда набили заместо перины.

Бонд хотел возмутиться, выгрести сено да растащить по участку — его, шотландца, в дом не пускать?! Но я подумала и отсоветовала. Энтот котэдж — он же как дача на даче. Да и вообще, не у каждой собаки будка есть, и уж точно ни у одного кота в нашем Лучевом собственного дома нету, а Бонд теперь кот-олигарх, котэджевладелец! Фрх-фрх! Не-не, я не от смеха фыркаю, поперхнулась просто.

Мы-то у своей хозяйки бережёные — по ночам не шастаем, и сплю я на пуховом одеяле, а Несси на подушке или даже на голове хозяйской. Ну, а кто любит ночные прогулки, тому и сено в котэдже любить. Мур!