Read the book: «В чёрной воде…»

Что такое дневники? Это человеческая жизнь, вся, без остатка. Все эмоции, что мы испытываем, все наши чувства, без лжи и прикрас. Это машина времени, единственно существующая на самом деле. Ничего не остаётся за кадром. Жизнь настоящая волшебным образом превращается в слова, определяя нас такими, что если кто-то другой прочитает наши строки, он узнает о нас больше, чем мы сами. Проживая жизнь, дневники становятся нашими чертогами памяти, и когда нас не станет, расскажут другим, какими мы были. Невероятная мудрость строк для оголённого мира. Но это ещё не конец…

Те, кто познают нашу жизнь и найдут её интересной, могут использовать наши ошибки, дабы не совершить собственные.

Когда мы пишем о себе, это только наше, некая неприкосновенная собственность, но когда наши дневники попадают в чужие руки, они становятся историей. Именно тогда начинается наша вторая жизнь.

Дневник Элен-Мари Бернар
День 1
Франция, Париж
15 сентября 2022 года, утро 06:41

Дневник лежит на тумбочке, и у меня постоянно возникает ощущение, что я найду там ответы на свои вопросы. На странные сны, на встречи с незнакомыми людьми, что кажутся мне очень близкими и даже родными. И такая ерунда происходит уже больше недели. Вспоминая себя до этого дня, мне представляется старуха с длинными седыми волосами, которая хромает по гостиной и тихонько завывает от безысходности. И вот, полюбуйтесь, свежа как роза. Пьёт, ест, смеётся, глядя, как мальчишки приручают на улице новенький велосипед. Я чувствую, что внутри меня растёт сила или мужество. Как правильно? Может, я хочу жить? Раньше мне было лень писать. Заполнять пустые страницы слезами, нытьём и отвращением, было бы странно. Наверное, стоило начать cначала. Описать всё страшное, что со мной случилось, переступить и идти дальше. Но я всё пячусь как рак. На что я была способна до сегодняшнего дня? Писать своё имя и дату. Далее следовало одно слово. Плохо или очень плохо, или нет сил, умираю. Живут ведь как-то люди, находят в себе мужество. Нужно и мне поискать. Можно и сны записать в эту тетрадку, будет забавно почитать потом. Главное, больше спать, а то и записывать будет нечего.

Дневник Эммы Андерсон
День 7
США, Штат Вирджиния, Ричмонд
21 сентября 2022 года, утро 06:57

Опять снился страшный сон. Лив проснулась от моего крика, но не заплакала. Сейчас я любуюсь на её румяные щёчки и белокурые волосы. Она вновь заснула, посапывая своим милым носиком. Такой красивый рассвет. До рождения Оливии, я словно спешила куда-то и только сейчас почувствовала жизнь на вкус.

Но неделю назад мне стали сниться эти ужасные сны, и подруга посоветовала завести дневник. Немного по-детски, но как журналисту, мне полезно записывать свои мысли и анализировать мой обновлённый мир, в котором больше нет Джона.

Он забыл грязное бельё в стиральной машинке, и я выкинула его в мусорный бак. Я видела, как приехали уборщики и опустошили его, смешав с остальным мусором. Вот и конец истории. Нас осталось двое в этом огромном доме, я и Лив.

Я совершенно разбита за последнюю неделю. Этот сон. Я же пишу из-за сна, и Джон здесь не причём? Надеюсь!

Нужно описать всё очень тщательно. Каждую мелочь из сна, каждую крупинку этого кошмара, а затем, я сожгу дневник, и сон исчезнет. И тогда я больше не буду встречать рассвет на кухне, а буду нежиться в своей любимой кроватке, ожидая, когда проснётся Лив.

Итак, я иду по лесу, и серебристый туман окутывает мои босые ноги. Рассвет. Я в ночной рубашке, а волосы седые и тонкие, как у старухи. Я трогаю пряди и брезгливо откидываю их на спину. Я куда-то спешу, но идти очень сложно, я хромаю на левую ногу. И от волнения покрываюсь потом. И в этот самый момент, лес наполняется гулом. Похоже на водопад или шум мотора. Очень сложно разобрать.

Я ускоряю шаг и падаю, утопая в тумане. Поднимаясь, я вижу как на кромке леса стоит Лив. Кажется, что ей не два с половиной года, а пять лет или шесть, она как две капли воды похожа на Джона. В руке она держит своего любимого зайчика. Оборачиваясь на меня, она машет ручкой, чтобы я шла за ней. Через мгновенье она исчезает. И когда я добираюсь до того места, где она стояла, я вижу чёрное озеро, в центре которого плавает зайчик Лив. Понимая, что она утонула, я кричу и просыпаюсь. Мурашки по коже. Пять минут контрастного душа, и я на кухне. Сердце бьётся так быстро, что я едва дышу.

Проснулась Оливия. Конец мрачным мыслям. Сон. Это всего лишь сон. Этот день будет хорошим, я уверена. Моя дочка похоже на Солнце, что дарит жизнь всему сущему.

Пока, дорогой дневник! До завтра!

Дневник Чарльза Маккензи
День 9
Великобритания, Лондон
23 сентября 2022 года, утро 06:49

Я опять не сплю. Рассвет спускается на город, окрашивая белоснежные дома в розовый цвет. Выпив кофе и, усевшись в мягкое кресло, я взялся за дневник.

Я начал писать его месяц назад, когда умерла моя любимая Эмили. И этот процесс поглотил меня. Я словно разговариваю с ней, и каждое написанное слово, попадая на небо, проникает в её душу.

Я видел, как мои ученики записывают в дневники свои переживания, первую любовь, ссоры с родителями и предательство одноклассников. И эта идея показалась мне вполне разумной. После смерти жены я две недели не выходил из дома и лежал на диване, роняя горькие слёзы.

Но потеряв самое дорогое в своей жизни, я начал вдумываться более глубоко в детали реального мира. Больше никто не приготовит обед и не оплатит счета, и шумные соседи будут докучать тебе бесконечно, пока ты не позвонишь в их квартиру и не выскажешь всё, что накопилось в тебе от их бесконечных ссор, громкой музыки и пьяных гостей.

Эмили разобралась бы с ними за пару минут, произнеся нечто умное и вполне деликатное, усмирив этих диких людей, но я… Я не мог! И множество других вещей я попросту не умел, без неё, моей Эмили.

Через две недели я вышел на работу. И заботы, смешавшиеся с гулом детских голосов, слегка притупляли боль. Быть учителем химии в старшей школы – весьма утомительно. Но именно это и спасало мой разум от разрушения.

Школа была в десяти шагах от дома, что весьма удобно. Рядом Кенсингтонские сады и Гайд-Парк. Мой любимый прудик Раунд, где я кормил уток, гусей и величавых лебедей, почти ежедневно, покупая в булочной свежий французский багет.

Ещё совсем недавно, Эмили сопровождала меня в этих прогулках. Всегда была рядом, помогая ломать хлеб на мелкие кусочки, чтобы досталось всем пернатым друзьям.

Затем я проверял тесты, а жена любовалась бегающими детишками и наглыми гусями, что выклянчивали у малышей кусочки булки.

У нас не было детей. Это стало большой трагедией для Эмили. Я же, как учитель, ежедневно получал свою порцию детского смеха и шалостей, отчего не так трагично переживал нашу бездетность.

Весной Эмили заболела. Я пишу это впервые. Тот день, солнечный и такой чудесный, стал последним. Радость, что мы копили всю жизнь – ушла. Врач сказал, что у неё рак кишечника 4 стадии, и шансов нет. Он предложил химиотерапию, но Эмили отказалась, и потянулись самые страшные дни ожидания конца. 23 августа я проснулся ночью и услышал её последний вздох.

Больше не могу надрывать душу этой нескончаемой болью. Оденусь, позавтракаю и на работу.

23 сентября 2022 года, вечер 18:15

Вечер. Тихо опадает листва, но это ещё не осень. Газон ровный, дорожки чистые. Я взял тетради на проверку и отправился в Гайд-Парк, где сел у искусственного прудика с утками. Когда эти утята родились, Эмили ещё была жива, а сейчас они выросли и растолстели. Я смотрел на них, и время словно отпускало меня на волю, давая возможность ещё раз подумать о ней, как о живом человеке.

Тетради я отложил в сторону и взялся за дневник. Он как магнит для моего разбитого сердца. Подбежала девочка со смешными косичками и, показывая на уточку, дёрнула меня за пиджак, рассказывая, какой сон снится упитанной крякве. Я обернулся и увидел, что утка мертва. Из её клюва сочилась кровь, а перья слиплись, и она стала похожа на гипсовую скульптуру. Мама схватила девочку, а люди побежали за смотрителем парка. Слёзы, крики, разговоры, наполнили пространство, увлекая меня в эту новую неизбежность.

Я пишу последнюю строчку и иду домой. Конечно, эта утка – не моя дорогая Эмили, но если взглянуть иначе, мир забирает всё, что жило при ней. Листву, утку, а возможно и меня, в скором времени. Печально.

Дневник Александра Сергеевича Миронова
День 2
Россия, Москва
16 сентября 2022 года, утро 06:05

Уже второй день я просыпаюсь в 06:05. Вот скажите, зачем пенсионеру выползать из своей кровати, пить чай и писать дневник в такую рань? Словно я школьница. Сам спросил и сам ответил. Хорошо, что дневники не умеют разговаривать. Представляю, как он зол на меня за этот бред.

В понедельник я зашёл в книжный и наблюдал как юные особы, язык не поворачивается назвать их детьми, выбирали дневники. Яркие, с блёстками, как новогодние гирлянды. Эх, если бы у нас в детстве были такие красивые обложки и иллюстрации в книгах, думаю, что многие дети учились бы куда лучше и старательнее. Гораздо приятнее читать книжку с потрясающими картинками, чем чёрно-белыми иллюстрациями. Я понимаю, фантазировать полезно, но если ты ещё не готов разукрасить мир самостоятельно, или уже не готов, как я, к примеру, лучше подкрасить его искусственно.

Моя жизнь очень скучная, и я решил последовать примеру шумной кампании любительниц дневников. Буду записывать прошлое и перечитывать в грустные минуты. Это схоже с биографией, только куда скромнее. Но цены на дневники оказались не бюджетными, и я вспомнил, что в шкафу хранил ежедневники, весьма приличного вида.

Вернувшись домой весьма расстроенным, я обнаружил склад «дневников». Даже от сердца отлегло. Но только сегодня преступил к своим письменным монологам.

Вчерашнее пробуждение было странным, словно бы меня кто-то толкнул и попытался свалить на пол. Проснувшись, я увидел, как вода в стакане на моей тумбочке слегка раскачивается, создавая крошечную стаканную волну. Это не могло быть землетрясением, и я предположил, что случайно задел его во сне и лишь затем, проснулся.

Я уверен, так и было! Но моё сердце наполнено тревогой, и я не видел путей ведущих к изменению моего скудного и одинокого существования. В прошлом, увлечённый работой, я не знал какая на улице погода и сколько мне лет. Редко встречался с женщинами и, не смотря на хорошую зарплату, никто не захотел связать со мной свою судьбу.

Вспоминая всё это, я сильно расстроился. Сердце защемило и затрепыхалось как раненая птица. Позже, я гулял по осенней Москве и, вдыхая влагу, слегка успокоился и забылся. Что было, то прошло.

Сегодня я вновь в смятении. Что-то происходит со мной. Второй день я не сплю всю ночь и засыпаю около шести часов утра. Через пятнадцать минут, как только наступает рассвет, я просыпаюсь. Уставшее осеннее солнце пробивается сквозь шторы. Я глажу одеяла и не чувствую ни тепла, ни радости.

Раньше, я любил осень. Её живость и яркость. Все спешили насладиться жизнью, пока снега не накрывали город белым покрывалом. Так что же происходит сейчас? Думаю, я не один такой. Возраст, одиночество, множество мыслей и никакой реализации. В эту осень я дошёл до точки невозврата. Дневник, это способ разговаривать лишь с самим собой.

Дневник Элен-Мари Бернар
День 10
Франция, Париж
24 сентября 2022 года, утро 07:41

Уже десятый день нога ноет больше обычного. Почти совсем не сплю. Лежу в кровати до рассвета и лишь тогда встаю и завариваю кофе. И вкус у него странный. Может быть, я накручиваю себя? Но мой папа всегда советовал доверять своим инстинктам. Жаль, что он не послушал своего же совета. В этом случае, он был бы ещё жив, как и мой ребёнок.

Доктор подарил мне этот дневник в день выписки из больницы и просил записывать свои мысли. Эдмонд Морель опасался, что я покончу с собой. Не вынесу боли и одиночества. Но я всё ещё на этом свете. Немножко не в себе, странные сны, панические атаки, но всё могло быть куда хуже, если бы доктор не поручился за меня. Следя за моими истериками и попытками суицида, комиссия врачей хотела отправить меня в сумасшедший дом. Но я вернулась домой. До меня он был пустым, холодным и бездушным. Я подарила ему шарканье и слёзы.

Два месяца и десять дней минуло с того страшного дня. Я была на седьмом месяце беременности, когда мы с папой попали в чудовищную аварию. Он умер на месте, а меня с малышом и женщину из врезавшейся в нас машины, увезли в клинику. Она тоже не выжила, и я даже немного злюсь на неё за это. Я бы могла ненавидеть её всю свою жизнь, а теперь это невозможно. Когда я очнулась через сутки, и поняла, что мой малыш погиб, признаюсь, были мысли покончить со всем и сразу, но Бог уберёг.

Теперь я хожу с палочкой и почти волочу левую ногу. Сказали, всё пройдёт, но я не верю. Детей у меня больше не будет, а я очень люблю их.

Иногда, перечитывая свои записи, я понимаю, почему доктор дал мне этот дневник. Чтобы здраво мыслить! Я мыслю именно так. Здраво! Мне предстоит одиночество и тоска, но я нашла ту спасительную нишу, в которой теперь и живу. Я пишу сказки. До аварии я была переводчиком, но сейчас, я плохо смотрюсь с клюкой, и желание быть на людях исчезло. Друзья помогли мне с издательством и дали шанс напечатать мою первую книгу, совсем тоненькую. Оказалось, это весьма доходно. Но важно то, что мои мысли постепенно отдаляются от того страшного дня, когда моих любимых не стало…

24 сентября 2022 года, вечер 21:10

Днём я вышла подышать воздухом. Нужно расхаживаться. Нога ноет, но пусть хотя бы ноет по делу. За моим домом есть небольшой книжный магазин, и я отправилась поискать мою книжку на полках. И нашла. Она была такая красочная и привлекательная. История про Фею, у которой не было волшебной палочки, весьма поучительная. Ей всё приходилось делать самой. Волшебства хватало на чашечку горячего молока и на маленький кусочек бисквита. Понаблюдав, как дети тянутся к сказке и просят её купить, я довольно улыбнулась и отправилась домой. Я ещё могу быть полезной.

Обратный путь дался мне с трудом. Силы закончились ровно за метр до подъезда. Пришлось отдышаться и собрать волю в кулак, и всё же я была рада проведённому дню.

Дневник Никко Ямамото
День 12
Япония, Токио
26 сентября 2022 года, утро 05:32

Меня зовут Никко, так назвала меня мама, что означает «дневной свет». Я Никко Ямамото, и мне сегодня исполнилось 23 года.

Никто в целом мире не помнит об этом. Отец вечно занят, брат Такаши – на гастролях, а моя дорогая матушка умерла тринадцать лет назад. Её звали Акина – «весенний цветок». Когда зацвела сакура, её не стало. Наверное, в ту весну умер и я.

Отец больше не интересовался мною, и когда моё образование в школе-интернате подошло к концу, а старший брат не оправдал его ожиданий, он взял меня в свой офис – клерком самого низшего звена. Видимо, хотел обучить всем тонкостям своего бизнеса, начиная с половой тряпки.

Он ни разу не навестил меня в школе. На выпускной в колледже, он тоже не приехал. И когда я вернулся домой, он сухо поздоровался и ушёл в свой кабинет. Так произошло воссоединение семьи. Я не сержусь на него. Возможно, когда мама умерла, его сердце замёрзло или превратилось в камень. В жизни бывает всякое. Но брошенный мальчик и без того потерявший маму, один из худших его поступков.

Что касается меня, наверное, когда-то я любил этого человека, ставшего чужим, но сегодня – нет. Это неуважительно по отношению к старшим и огорчает меня. Я благодарен ему за рождение, и на этом всё!

Двенадцать дней назад я разносил кофе работникам нашего нижнего офиса, пока не натолкнулся на отца. Он махнул рукой, и кофе разлилось на его туфли, и он заставил при всех убирать последствия.

Я извинился, как подобает приличному японцу и покинул офис – навсегда. Он хотел подавить мою строптивость, но не подумал, как я буду управлять этими людьми в будущем, ползая на четвереньках с пачкой салфеток.

Возможно, моя излишняя гордость именно в него. Если он не замечает этого сходства, то только потому, что никогда не смотрел мне в глаза. Я знаю, ему будет больно оттого, что оба его сына повернулись к нему спиной, но ведь и он поступил точно также, когда мы потеряли нашу дорогую матушку.

Сегодня я начал записывать свои мысли и не чувствую себя лучше. Мне обидно, и моё сердце слегка побаливает, а ночами мне снится мама.

Я покинул родительский дом, взяв самое необходимое из вещей, и уехал на окраину Токио, где снял комнату у чудесной бездетной семьи. Я представился художником, что отчасти было правдой. Я скопил немного своих денег, рисуя мангу, и это вселило в меня надежду, что я в состоянии обеспечить себя без помощи отца.

В колледже, я целый курс посветил манге, отдельно от других предметов и мечтал стать мангакой, когда покину это учебное заведение, местами, больше напоминавшее тюрьму, в которой мы были на экскурсии в шестом классе. Учитель очень гордился моими работами! В эти мгновения, я был самым счастливым человеком на всей планете.

Но по приезде домой, когда я показал рисунки отцу, тот выбросил их, и в нескольких словах описал самое ужасное будущее, о котором я даже не думал. Тесный стол в конце прохода и обязанность приносить кофе и офисные принадлежности. Потом выяснилось, что я должен был выносить мусор и подметать полы.

Я хочу оставить всё это позади! Два дня назад, я позвонил своему учителю. Мы встретились в чайном домике, и я показал ему новые рисунки. Он сделал пару телефонных звонков и нашёл мне работу. Теперь я могу придумать собственную историю и нарисовать её. И я был счастлив.

Я продолжу разговаривать со своим дневником, и именно эта история, про одинокого мальчика, станет первой моей мангой, или как говорят в Европе – комиксом. Я мечтал обрести собственную жизнь и владеть ею. И я был очень близок к этой мечте.

Дневник Чарльза Маккензи
День 15
Великобритания, Лондон
29 сентября, 2022 год, утро 06:59

Я уже выпил чаю, и тут зазвенел будильник. Не понимаю, зачем я завожу часы и ставлю будильник. Я всё равно не сплю. Я начинаю раздражать сам себя. Дети в школе прячутся от меня под парты, когда я сердит. А последнее время я почти всегда сердит. И я не знаю, что является причиной. Не знаю!

Давно хотел написать, и всегда останавливал ручку и тёр бумагу до кляксы или до дырки, но сегодня заставил себя сделать это…

Все утки, величавые лебеди и гуси в Кенсингтонских садах и Гайд-Парке умерли и съедены лисами. А огромная стая воронов доклёвывала их объедки. На это было невозможно смотреть… Все так привыкли к этим птицам. Дети плакали, и расстроенные родители перестали водить их в парк. Затем, в саду начали находить тушки белок, и моя тревога превратилась в бессонницу и галлюцинации. Смотрители не успевали убирать трупы и с каждым днём, парк открывался всё позже и закрывался раньше.

Я уже три раза видел свою дорогую Эмили. Она шла по воде, и та окрашивалась в чёрный цвет. Она показывала мне на озеро, словно пыталась что-то сказать.

Я больше не хожу в парк. Прихожу домой и тихо проверяю тетради. Потом я готовлю ужин и лежу до утра. Противный будильник завершает время ночи и всё сначала, по кругу.

Мне кажется, что мир просит помощи у нас, у крошечных человечков на её огромных просторах. И именно поэтому я не сплю. Вдруг я пойму, что именно нужно сделать.

Вчера я узнал, что на нашей крошечной улочке Порчестер Террас, ведущей прямо к школе, умерли все собаки и соседский кот Джек, мой любимец. Его хозяйка рыдала и рассказывала мне какая великая трагедия случилась в её жизни. И она права, у каждого своё сокровище, которое тебе страшно потерять. У неё кот, а у меня Эмили. Звучит абсурдно, но справедливо. Я мог бы привести более абсурдные примеры…

Но я учитель химии и описать красиво данную дилемму не могу. Но есть вещи, в которых я понимаю чуть больше остальных. Когда умерли утки, я взял пробы воды, и пока длилась ночь, а я притворялся что спал, вода превратилась в чёрную желеобразную массу. Самый мощный микроскоп в школе позволил мне увидеть нечто очень странное. Чёрные игольчатые крупинки вращались в сумасшедшем темпе. Я сделал ещё одно исследование, взяв воду из водопровода, но обнаружил всего пару подобных частиц. Возможно, мощные фильтры собирали их на пути к водопроводу. Я перестал пить эту воду и стал покупать бутылки со сладкой газировкой и просто минералкой. Я проверил их и точно знал, что они безопасны.

Завтра я сделаю нечто неожиданное, что подтвердит или опровергнет мою гипотезу. А сейчас мне пора на работу.

Дневник Эммы Андерсон
День 12
США, Штат Вирджиния, Ричмонд
26 сентября, 2022 год, утро 07:01

Лив спала так безмятежно, что я постепенно забывала свой ужасный сон. Её носик слегка посапывал, и я любовалась ею, осознавая, что в моей жизни загорелась путеводная звезда. Я вновь стала писать статьи. Вчера сдала первую, и мне щедро заплатили.

Сегодня ночью мой сон изменился. Словно, я стала видеть гораздо больше, чем на прошлой неделе. Я уже подумываю, что пора перестать бояться и взяться за фантастический роман. На этот раз я бросилась в воду за дочерью, но плыть не смогла, а погружалась всё глубже и глубже. К моему телу прилеплялись мелкие чёрные частицы, отчего я тяжелела и в скором времени оказалась на дне. Страха не было, ведь я не захлебнулась, а значит, не умерла. Я услышала плач своей дочери, и в моём сердце теплилась надежда.

Когда я проснулась, Оливия плакала в своей кроватке, но стоило взять её на руки, она положила голову мне на плечо и вновь заснула. Чудеса! Обычно я падаю от усталости, прежде чем могу уложить её спать. Когда я убедилась, что Лив спит, я сварила себе кофе и взяла дневник.

Мой любимый учитель в колледже, убеждал нас, что реальные цели приведут нас к победе. И что? Кому я пишу этот дневник? Какова цель и в чём моя победа? Всё, чем наполнена моя жизнь, это моя дочь. Я почти не работаю. Я потеряла мужчину своей мечты. Я прожила в Ричмонде всю свою недолгую жизнь и никогда не уеду отсюда. А значит, мой мир замкнулся на этой чудесной белокурой малышке. Но сны…

Однажды, я писала статью о снах. Тысячу предположений и полное отсутствие истины. Как и большинство людей, я и раньше видела сны. В детстве они были похожи на стаю бабочек и разлетались с первыми лучами солнца. Когда я ссорилась с Джоном, мне снились змеи. Терпеть не могу этих созданий, но они же не виноваты, что природа создала их такими.

А теперь мне снится чёрная вода, которая поглощает всё вокруг. И мне кажется, что спустя ещё несколько снов, мой дом и моя улица, а может и весь мир, утонут в той тёмной воде. И самое страшное не то, что я вижу, а то, что сон кажется мне реальней того мира, в котором я живу.

Если бы у меня были деньги на психолога, я давно бы уже попала в клинику для умалишённых. Хорошо, что только мой дневник знает мой секрет.

В субботу вечером, я подогрела Оливии молоко и принесла печенья с забавными мордашками. Моя дорогая Лив оставила в стакане совсем немного, но утром я заметила, что молоко приобрело неприятный серый оттенок. Я долго рассматривала его над раковиной и вылила в мойку. Но с того дня, я покупаю молоко в супермаркете. Большинство людей в городе заказывают молоко с ближайших ферм, и добрый молочник доставляет его на твой порог. Ты ещё спишь, а он гремит пустыми склянками и грузит их в свой фургончик. Я избавила себя и Лив от этого шума. С покупным молоком всё в порядке. Пусть оно не так полезно, но и не так опасно. Может это паранойя, но я благодарю Господа, что Оливия пьёт покупную воду. Теперь и я стала допивать за ней, чтобы реже использовать водопровод.

Вчера наш поход в магазин был особенным. Помимо молока, печенья и детского питания, я решила купить дополнительную воду и несколько банок фасоли про запас. Осмотрев ассортимент консервов, мне приглянулась курица и всевозможные супы. После следующей статьи нужно добавить их к своим запасам. Всё упирается в деньги, а значит нужно больше работать.

Я каждый день смываю серое желе, что накапливается в сливе. Неужели, я одна вижу это? Так и подмывает написать про это, но страх того, что это окажется реальностью блокирует мои мысли.

Дневник Элен-Мари Бернар
День 20
Франция, Париж
4 октября 2022 года, утро 07:55

Я утешаю себя детскими сказками и этим дневником. Хотя всё реже и реже беру его в руки. Доктор сердится. Я чувствую, как его лоб морщится, образовывая новые складки. Словно он стареет, видя моё горе и неумение с ним справиться.

Он прав! Я почти мертва! Моя душа хочет покинуть тело и соединится со своими родными. Я чувствую, что они ждут меня на небесах. Но…

Мне 28 лет, а я словно капризный ребёнок. Бесконечное нытьё, разбросанные вещи и немытая посуда. Иногда я бью себя по изуродованной ноге и кричу – Элен-МариБернар, вставай немедленно и соберись! Иногда, я слушаю голос разума, встаю и мою посуду, а иногда, продолжаю валяться в кровати, свернувшись калачиком, как младенец в утробе матери. Друзья приносят еду, и мне стыдно за беспорядок в моей квартире и в моей голове. И как они меня терпят?

Моя любимая Лизи, подруга девства, звонит по пять раз в день. Я восхищаюсь её деликатностью. Она так умело задаёт неприятные вопросы о моём здоровье, что я невольно расслабившись, выкладываю ей всю правду.

Пару дней назад, я начала новую книгу. Маленькая белокурая девочка заблудилась в лесу и набрела на глубокое тёмное озеро. Сзади к ней подошла ведьма с седыми тонкими волосами и толкнула крошку в пучину. Страшное чудовище! Мне хотелось написать, что она поджидала маленьких девочек, хватала их и кормила чёрным желе, похожим на грязь, а потом варила в огромном котле и ела, обсасывая косточки. Но, сколько бы я ни сражалась со своими мыслями, сказка словно переписывала сама себя. Женщина оказывалась заколдованной мамой одной из девочек. А лес становился западнёй. Страшные корявые чудища протягивали свои лапы-ветки к убегающим бедняжкам. И кто купит такую сказку для своего ребёнка?

Завтра я соберусь с мыслями и напишу нормальную сказку. Деньги заканчиваются, и мне больше нечего давать Лизи, когда она принесёт пакет с продуктами.

Дневник Александра Сергеевича Миронова
День 20
Россия, Москва
4 октября 2022 года, утро 06:39

Вчера меня окликнул незнакомый мужчина. Он знал моё имя и отчество. Это было странным, ведь я не помнил его. Он представился моим пациентом.

За годы работы в больнице, я словно фотографировал всех, с кем работал, пациентов и сотрудников, запоминал их имена и даже телефоны. Моя память была безупречна. Но вчера, я словно потерял равновесие и упал в ров с грязной водой. У меня склероз? Быть того не может. Мне всего шестьдесят три года.

Возможно, я бы проработал ещё лет двадцать, если бы не инсульт. Для хирурга это приговор. Конечно, я мог преподавать подрастающему поколению врачей, но чувствуя себя бесконечно усталым, я вышел на пенсию и сразу успокоился.

Началась новая история. Моя жизнь обрела постоянство и покой – то, чего мне всегда не хватало. Я читал любимые книги, смотрел фильмы и даже написал несколько стихотворений. Про любовь, про природу и погоду. Получилось забавно, и я намерен был продолжать, но последние двадцать дней выбили меня из колеи. Покой пропал, тревога загубила мой крепкий до этого момента сон, и звериная тоска по утраченной жизни выплыла наружу. Я старался скрыть её от самого себя, но не вышло.

Вчера, этот странный человек… Он вторгнулся в моё сознание и уже не выходил оттуда. Словно застрял там. Я напрягал свою память, пока не заболела голова. И я слёг в кровать, но продолжал думать и думать о странном незнакомце.

Он называл реальные факты из моей биографии, но присутствовать при них он физически не мог в силу юного на то время возраста. Так как он узнал? Я был скрытным и всегда держал дистанцию между врачом и пациентом.

Сегодня я взялся за дневник, надеясь отвлечься. Была серая осенняя ночь, а за ней рассвет. В Москве он бледный, подтёртый ластиком, не тот, что был в детстве. Тогда я жил в деревне у бабушки Веры. Луг, уже скошенный, становился багряно красным от восходящего солнца и, поравнявшись с пёстрым лесом, окрашивал мир в малиновый джем. Божественно красиво, скажу я вам.

И так, целый день. То вспоминал детство, то размышлял о любимой работе и о том, как внезапно и бесповоротно потерял её, но мысли о незнакомом пациенте, разрушали всё, к чему прикасался мой разум. Нарушился распорядок дня. Я не пошёл гулять и не приготовил обед. Выпил чаю с печеньем и вновь начал вспоминать весь вчерашний день.

И внезапно, я вспомнил деталь, ускользнувшую от моего всевидящего ока. В начале нашей беседы, я видел, что незнакомый мужчина теребит в руках букет осенних листьев. Таких необычно тёмно-красных или даже чёрных, что я невольно отвёл глаза. В районе парка я не видел подобных деревьев. Клён был жёлтым и почти опал, ещё пестрела рябина и серебристая ива. Кустарник был зелёным, сохраняя краски лета и ничего красного не было. Ничего!

Если честно, я плохо разбирался в растениях. Но в данный момент, это не имело значения. Я искал тот цвет, что как хирургу был мне ближе всего. Помню, как во время беседы, я осматривал клумбы, но всё тщетно.

И лишь сейчас, вспоминая эту встречу, я готов поклясться, что в руках у незнакомца был букет чёрных роз. Я перепутал их с листьями, потому что у них были слишком короткие стебли, а сам букет был аккуратно собран, будто свадебный. Хотя подходил больше на похороны.

Сегодня день воспоминаний. Когда я учился в аспирантуре, я влюбился в чудесную девушку и сделал ей предложение. Это был мой первый и последний момент безрассудства. Но в день, когда мы должны были пожениться, она умерла от сердечного приступа. Она лежала в гробу словно живая, и у неё был букет точно таких же чёрных роз. С тех пор я окончательно решил, что буду женат только на работе. И сегодняшняя встреча вернула меня в прошлое, и если говорить откровенно, если бы я был не хирургом, а психиатром, то моё состояние вызывало бы у меня беспокойство.

Завтра, я обыщу все цветочные ларьки и найду эти странные чёрные цветы. Я запутался. Пора выпить чаю с молоком и немного отдохнуть. Я напишу ещё одну фразу, последнюю на сегодня – Пусть этот человек исчезнет из моего разума!

Дневник Никко Ямамото
День 20
Япония, Токио
4 октября, 2022 года, утро 4:00

Я несколько дней не брался за дневник. Забывал есть и пить. Творчество охватило меня целиком. Во что бы то ни стало, я старался оправдать доверие учителя.

Я придумал главного героя своей манги. Он похож на меня, такого же возраста, непослушная чёлка… Я назвал его Хитори, что означает «одинокий человек». Мой персонаж одет в черный плащ с капюшоном, который помогает ему исчезать и появляться в разных частях Японии, где людям грозит опасность, и ещё много разных прикольных штук. Главная его задача – бороться со злом.

Вчера я заснул за работой, а когда проснулся час назад, в моём альбоме появились новые рисунки. Как и когда я их сделал, остаётся для меня загадкой.

Но на новой странице был нарисован мост через залив Йокогама, на котором находилось множество людей. А из пучины вод к ним тянулось огромное животное, похожее на осьминога. На следующем рисунке Хитори достаёт волшебную катану, чтобы отрубить щупальцу чудовищу, которой он удерживал перила. Мост неожиданно падает, унося с собой на дно множество невинных человеческих душ. История каким-то образом вышла из-под моего контроля. Сюжет формировался самостоятельно. На следующей картине, Хитори спасает людей из воды, соединив стропы моста волшебным лассо, а ведь я его ещё не придумал. А дальше, как разбитое стекло, на одном листе множество трагических эпизодов. Маленькая девочка вся в слезах зовёт свою маму, а безутешный отец семейства ныряет в воду, чтобы спасти супругу и сына, что ещё держатся на поверхности. И самое ужасное, как по мутной воде плывёт мёртвое тело очень красивой женщины. Машины, ехавшие мимо, встали в пробку, и мужчины помогали моему герою спасать тех, кто ещё находился на мосту.

Когда я успел всё это нарисовать? Может во сне?

Мой стиль, мои штрихи, мой карандаш. Может это галлюцинации от голода. Сегодня обязательно пойду в магазин и куплю всё необходимое, чтобы не тревожить моих дорогих хозяев и лишний раз не выходить на кухню. И воды, непременно купить воды! После этих галлюцинаций меня мучает такая жажда, что я готов выпить океан. И самое главное, карандаши и бумага. С этими видениями я израсходовал все свои запасы. И пусть я был возбуждён и взволнован, но очень рад. История начала закручиваться…

Дневник Элен-Мари Бернар
День 22
Франция, Париж
6 октября 2022 года, утро 07:40

Милый, милый мой дневник… Скоро я начну есть твои листочки. Вчера Лизи не звонила, а ведь мы договаривались. И её телефон был недоступен. Если она не позвонит сегодня, мне придётся самой идти в банк. Нога болит всё больше и больше. И одна эта мысль приводит меня в ужас.

Вчера я пыталась написать новую сказку, а получилось жалкое описание комикса, где юный храбрец в чёрном плаще сражается с водяным чудовищем. Пока я описывала этот сюжет, я словно увидела юношу, лет двадцати трёх, со смешной взъерошенной чёлкой, как будто он не расчёсывал её неделю. Хотя, если посмотреть в зеркало, я не далеко от него ушла. Такая же одинокая и неопрятная. У мальчика за ухом торчал карандаш, наверное, он художник.

На этом моменте мои видения исчезли, и последнее, что я увидела, что он живет в доме не один. В соседней комнате ругаются мужчина и женщина средних лет. На миг я смогла разглядеть название улицы, но это были иероглифы. Я записала их, но на каком языке это было написано, я пока не узнала. Стыдно за своё незнание. Ах да, юношу, кажется, звали – Никко Ямамото, именно о нём говорили люди в соседней комнате. Имя, похоже, японское.

Дорогой дневник, обещай, что ты не расскажешь это моему доктору. Он запрёт меня в психушку, и я никогда не увижу солнце. И, несмотря на странность всего происходящего, я перестала плакать перед сном. Пусть я не написала новую книжку, мои мысли были очень далеко, в неведомых краях, куда бы я сама никогда не смогла добраться…

Надеюсь, этот день принесёт мне хотя бы звонок от моей подруги, иначе мне придётся пройти целый квартал до банка, а денег на такси у меня нет.

Дневник Чарльза Маккензи
День 20
Великобритания, Лондон
4 октября, 2022 год, утро 06:15

Совсем не сплю. Пролежал целый час и ни в одном глазу. А ведь сегодня выходной. На этой неделе я ходил в банк и взял крупную сумму, чтобы осуществить свою идею. Мы с Эмили копили деньги на путешествие, но теперь нам это не нужно… Мне без неё ничего не нужно. Ничего в этой жизни не остаётся, кроме шумных чумазых детей в школе и моего исследования.

Итак, вот что я купил. Цифровой микроскоп. Достаточно приличный, раньше бы я себе такой не позволил. Приблизительно такие микроскопы стоят в научных лабораториях. В зоомагазине я купил десять маленьких аквариумов по 3 литра для разведения петушков. Есть такие красивые, но агрессивные рыбки, их держат поодиночке. Честное слово, видел их впервые. Никогда раньше у меня не возникало желания завести какую-нибудь живность.

Я освободил стол в гостиной, который мне теперь тоже не нужен. Я спокойно ем на кухне. На стол я поставил аквариумы и прикрепил микроскоп. Я пишу с неким содроганием, даже руки трясутся. Наверное, тоже самое чувствуют писатели, когда задумывают книгу. Музыканты, когда сочиняют мелодию. Одним словом, я возбуждён и именно по этой причине я не сплю.

А теперь самое главное. Я пронумеровал несмываемым маркером все десять ёмкостей. В первую я налил воду из пруда, где умерли утки. Во вторую – воду из крана. Все оставшиеся восемь я потратил на магазинную воду разных фирм, вплоть до детской воды. Ей обычно разбавляют молочную смесь сердобольные мамаши для своих чад. Каждый день я буду проводить исследование, но уже сейчас могу сказать, что вода в первом сосуде стала густой и чёрной.

Когда я пишу всё это, я с уверенностью хочу сообщить, что в наших парках умерли все живые существа: водоплавающие птицы, вороны, воробьи и, конечно же, суетливые белки. А вчера на бензоколонке нашли мертвую лису. Из её пасти сочилась чёрная странная жидкость. Что-то меняется в этом мире и, увы, в худшую сторону. Если прибавить ко всем этим жертвам домашних собак и кошек, погибших на моей улице за последние две недели, беда надвигается на нас стремительно и бесповоротно. Я никогда не верил в магов, гадалок и экстрасенсов. Я был просто учёным, не более, но теперь, когда вижу свою прекрасную Эмили, идущую по воде в парке, я готов поверить во всё, что угодно…

Дневник Эммы Андерсон
День 25
США, Штат Вирджиния, Ричмонд
9 октября, 2022 год, утро 05:01

Рассвет наступает позже… То ли утро, то ли вечер… Выхожу на кухню и зажигаю лампу. Страшные сны не снились около недели. И я немного успокоилась, но вчера у наших соседей случилась трагедия. Внезапно умерла наша соседка – Мэган.

Когда мы переехали в этот дом, мне было не больше пяти лет, и она с большим удовольствием и совершенно бесплатно оставалась со мной, когда мои родители уезжали в театр или на другие мероприятия, связанные с деятельностью отца. Он был журналистом, как и я.

И вот вчера Мэган умерла. В час ночи я услышала сирену скорой помощи и выбежала на улицу. В этот момент из дома вывозили каталку с чёрным мешком. Очень быстро скорая уехала, а я осталась на ступеньках дома с её плачущим мужем. Мы просидели так до утра, закутавшись в плед. Он рассказывал, что последние дни Мэган сильно кашляла, но категорически отказывалась ехать в больницу. А сегодня – такое горе. Как он будет жить без неё, я даже не представляю. Столько лет вместе, двое детей, недавно родился внук. Но его она так и не увидела, ведь дети живут слишком далеко.

Я не знала, как утешить Сэма. Его любимая умерла, а впереди ждало лишь одиночество и скорбь. Но я завидовала их любви и восхищалась. Лучше потерять любовь, чем не иметь вовсе. Мы вспоминали моё детство, как я приходила к ним в дом и играла вместе с Джуди, их дочерью. Она была младше меня на пару лет, но это не мешало нам озорничать. Она рано вышла замуж и переехала жить в Канаду. Старший сын жил ещё дальше, в Лондоне, и маловероятно, что кто-нибудь из них приедет на похороны матери. Это очень печалило Сэма. Я поклялась ему, что всё время буду рядом. И даже хотела предложить ему пожить у нас, но осеклась. У меня в доме не было воды. Как я объясню ему, почему я перекрыла водопровод и покупаю воду? Как?

Я не знала, от чего именно умерла Мэган, но вдруг в этом виновата вода…

10 октября, 2022 год, вечер 9:30

Целый день мы с Лив навещали Сэма. Я приготовила обед и принесла ему, от чего он вновь разрыдался как ребёнок. Всегда мужественный и статный мужчина, офицер полиции в отставке, за один день превратился в седого старика с разбитым сердцем.

Завтра похороны. Придут соседи, сестра покойной с мужем и мы с дочкой. Я взяла на себя ответственность за поминки и видела, как Сэм облегчённо вздохнул. Эта ноша была ему не по плечу.

Чтобы немножко отвлечься от грустных мыслей, я расскажу тебе, мой дорогой дневник, о тех переменах, что произошли в нашем доме за последние дни, ещё до трагической смерти Мэган.

Я написала пару статей, что дало возможность накопить больше продовольствия и воды. Главное – воды!

Я освободила кладовку, выкинула оттуда всё без исключения. Еда не должна храниться с моющими средствами и порошком. На пустые полки разложила газеты, расставила продукты и воду. С каждым днём её становится всё больше и больше. Воду подешевле я использую для мытья посуды. Устав от серого желе в раковине, я вызвала сантехника и перекрыла водопровод за день до смерти Мэган. Лив выбрала розовый тазик с умилительными утятами и теперь это моя раковина. Я понимаю, что это дикие методы для мытья посуды, но другого выхода я пока не вижу. Я научилась экономить воду, а Лив повторяет всё за мной с безукоризненной точностью. Теперь нужно придумать, как стирать бельё. Мои белые простыни стали серыми. И я убрала их на самые высокие полки в шкафу. С этого момента, всю детскую одежду нужно споласкивать отдельно, покупной водой.

12 октября, 2022 год, день 13:50

Вчера были похороны. К вечеру я валилась от усталости. Лив кочевала с рук на руки, но я следила, чтобы ей не давали воду неизвестного мне происхождения. Специально принесла с собой чашку непроливайку, наполненную покупной водой. Кажется это уже паранойя. Но соседи стали рассказывать, что случай с Мэги, далеко не единственный. Люди умирают через неделю после появления странного кашля. Обсудив тему смерти, все начали вспомнить прошлое, и печальные лица, постепенно озарялись улыбкой и даже смехом. Мы сидели до самого вечера и когда все разошлись, я принялась за уборку. Сэм уложил Лив в гостиной на диване и уснул сам. Домой я вернулась со спящей Лив на плече, не чувствуя ног. Мои эмоции слишком устали от горя и я как робот легла в кровать вместе с дочкой, даже не переодевшись.

Сегодня мы останемся дома, а завтра я обязательно заеду в мэрию и узнаю, как журналист, не увеличилась ли смертность в городе за последнее время. Если это так, то мои опасения, увы, не напрасны. Происходит нечто страшное…