Read the book: «Спасти жениха»

© Малиновская Е., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Часть первая. Кое-что о брачных традициях драконов

Передо мной высились неприступные на первый взгляд Олиенские горы. Подернутые дымкой облаков, их заснеженные вершины не давали отвести зачарованного взгляда. Так и казалось, что вот-вот со скал сорвутся в полет создания из легенд – самые настоящие драконы.

«Угу, как же, мечтай дальше, – привел меня в чувство полный ядовитого сарказма голос Эдриана. – Драконы тут летать будут. Вообще-то смею напомнить, что твой ненаглядный Арчер принадлежит к роду Ульер, а те, в свою очередь, называют себя сумеречными драконами. Знаешь, что это означает?»

Я неопределенно пожала плечами. Понятия не имею! Да и откуда мне знать, если всего месяц назад я и подумать не могла, что на самом деле наш мир устроен настолько сложно. Буквально за один день вся моя жизнь кардинально переменилась. Я обнаружила, что среди обычных людей можно встретить массу странных и загадочных существ, которые прячут свою истинную суть в тени. Да что там, оказалось, что даже мои родители являются представителями этого самого загадочного сумеречного мира. Отец – тролль, мать – арахния. А я влюбилась в дракона.

«Сумрак – это состояние между светом и тьмой, – между тем принялся разглагольствовать Эдриан, торопясь продемонстрировать удручающую степень моего невежества. – Можно сказать, это тонкая грань между двумя мирами: живых и мертвых. Существуют сумеречные маги, которые умеют видеть оба мира, а соответственно обладают уникальной возможностью общаться с призраками. Но не только этим ограничиваются их способности. Настоящий сумеречный маг – это ценнейший экземпляр. Хорошо, что они встречаются очень редко, поскольку их дар воистину впечатляет и пугает».

Я с досадой тряхнула головой. Ну вот, завел любимую песню. Кажется, сейчас мне придется выслушать долгую и нудную лекцию, о которой, между прочим, я совершенно не просила.

«Впрочем, речь не о сумеречных магах, – опомнился Эдриан, видимо, уловив мое недовольство. – А о драконах. Так вот, когда я только начал заниматься этой темой, то меня очень заинтересовало, что в некоторых легендах утверждалось, будто драконы могут оборачиваться людьми. Это никак не укладывалось в моей голове. Как так? Ведь драконы – это огромные создания, не идущие ни в какое сравнение по величине с обычным человеком, тогда как все законы магии базируются именно на принципе сохранения массы и энергии. Как, ну как драконы могли обойти это ограничение? И я начал думать».

Начал думать он. Я с сарказмом хмыкнула. Вообще-то даже я со своим минимальным знанием магии могу придумать простейшее объяснение этому. К примеру, будь я на месте Эдриана, то первым делом решила бы, что сказки они на то и сказки, чтобы там не действовали привычные законы.

«Но ты не на моем месте, – самодовольно возразил Эдриан. – И вряд ли когда-нибудь поднимешься до высот моих познаний. Только что ты продемонстрировала это своей глупостью. Естественно, мысль о том, что драконы – всего лишь выдумка, приходит в голову первой. Но у меня было слишком много свидетельств того, что они на самом деле существуют. Просто каким-то образом научились очень хорошо прятаться. И я должен был выяснить, как им это удалось».

Я опять хмыкнула. Нашел, чем гордиться. Вообще-то маниакальное стремление отыскать правду и привело Эдриана к преждевременной гибели. Слишком близко он подобрался к истине. Ведь в нашем мире не только драконы научились использовать тени.

«Да-да, я прекрасно помню, что меня убили, – раздраженно перебил меня Эдриан. – И даже догадываюсь, кто и почему это мог сделать. Речь вообще-то о другом. Я пытаюсь объяснить тебе, что сумеречный мир таит в себе массу возможностей. Драконы, как, впрочем, и остальные существа, за счет него научились обходить закон сохранения массы. При превращении в человека они скидывают излишки в тень. Ну и существует, естественно, обратный процесс. Хотя имеются и определенные ограничения».

Я украдкой сцедила в ладонь зевок, изрядно утомленная разглагольствованиями Эдриана. Что-то никак не могу понять, куда он вообще клонит.

«Я говорю о том, что сумеречные драконы – не чета прочим, – терпеливо проговорил Эдриан. – Существуют, конечно, и другие крылатые ящеры, которые тоже используют для маскировки тень, но при этом они действительно крылаты, уж не сочти за излишний повтор. То бишь при необходимости способны подняться в самое настоящее небо. А твой Арчер и его сородичи настолько хорошо научились прятать свою суть, что при всем желании отныне не способны обратиться в драконов. И летать они не умеют. Их полет – это скольжение между двумя мирами. Обратиться в тень в одном месте, возродиться из тени в другом. Вспомни, что произошло, когда Арчер тебя похитил».

Я невольно заинтересовалась рассуждениями Эдриана. Перед глазами встал тот миг, когда с земли на меня ринулась собственная тень, и я кивнула. Да, пожалуй, теперь я понимаю, о чем он говорит. Но Арчер упоминал про первый полет. Если он не способен взмыть в небо, то что имелось в виду?

«То самое скольжение между мирами, – любезно разъяснил мне Эдриан. – Честно говоря, полетом это можно назвать весьма условно. Хотя расстояние преодолеть помогает. Но сумеречные драконы крайне редко прибегают к подобному способу, хотя называют его «подняться в небо» и клянутся, будто без этого не смогут жить. А знаешь, почему?»

Да откуда же мне знать? Я начинала злиться. По-моему, Эдриану нравится раз за разом тыкать меня носом в мое невежество.

«Потому как каждый подобный так называемый полет – это смерть, – любезно продолжил свои объяснения Эдриан, притворившись, будто не заметил моего всевозрастающего раздражения. – Самая настоящая смерть. Сумеречный дракон умирает в одном месте, а затем заново рождается из теней в другом. Естественно, при этом существует вероятность, и немалая, что рано или поздно богу мертвых Альтису надоест такое наглое шатание между мирами, и он задержит путешественника в своих владениях, заставив его тем самым остаться в мире теней навсегда. И чем больше преодолеваемое расстояние – тем выше эта вероятность. Арчер – еще очень молодой дракон. Не сомневаюсь, что ему пришлось изрядно поволноваться, когда он умыкнул тебя, воспользовавшись при этом сумеречной дорогой. Хотя особой надобности в этом не было. Видать, ему просто хотелось произвести на тебя впечатление. Но к твоей матери для дачи необходимых объяснений по поводу ваших дальнейших намерений он предпочел последовать все-таки на своих двоих. Вспомни, как ты сама удивлялась тому, что вам пришлось около часа пыхтеть по жаре и кормить комаров вместо того, чтобы изящно проскользнуть между двух миров. И все потому, что впечатление уже было произведено и Арчер мудро решил не рисковать понапрасну».

Я задумчиво пожевала губами. Вот, значит, как. Ну что же, одной загадкой стало меньше. Однако нейне Деяне, предположим, это отнюдь не помешало переместиться к себе домой привычным способом после окончания неприятного разговора со мной, во время которого она сообщила о том, что намерена стереть своему сыну память обо мне и нашей встрече.

«Не равняй Арчера и его мать, – фыркнул Эдриан. – Пусть тебя не обманывают глаза. Да, нейна Деяна Ульер выглядит очень молодо. Действительно, потрясающе красивая женщина! И, как истинная представительница слабого пола, предпочитает скрывать свой настоящий возраст. Но не забывай, что на самом деле она драконица. Не удивлюсь, если она разменяла уже второе тысячелетие. В любом случае сил и умений у нее куда как больше, чем у того же Арчера».

Я уныло вздохнула. Н-да, как-то не радует это. Особенно в свете того обстоятельства, что я намерена кинуть вызов нейне Деяне. Да что там кривить душой! Я ведь всерьез собираюсь взять штурмом драконий замок!

«И это будет самоубийство чистой воды, – серьезно подытожил мои намерения Эдриан. – Потому я советую тебе внимательно выслушать этого самого Моргана. Возможно, в его лице ты найдешь неожиданного союзника. Как маг он очень силен. Стихийник… Даже в мои времена они считались своеобразной элитой магического мира».

Я кисло поморщилась. Да, но при всем этом Морган сам признает, что является злейшим врагом Арчера. Не по нраву мне принимать помощь из его рук, ох как не по нраву!

«Он пока и не предлагал тебе помощь, – резонно возразил Эдриан. Подумал немного и осторожно добавил: – Говоря откровенно, он вообще тебе пока ничего не предлагал. Я начал этот разговор лишь для того, чтобы попросить тебя: не пори горячку! Сначала думай, а потом говори. И лучше всего – сперва выслушай мой совет. И не принимай в штыки все, что Морган скажет!»

Я устало вздохнула и отвернулась от окна, за которым провела все утро, любуясь видом на Олиенские горы. Да, безусловно, Эдриан прав. С этим Морганом надлежит держать себя с максимальной осторожностью. Но пока у меня такое чувство, будто он вовсе забыл о моем существовании. По крайней мере, солнце уже близилось к зениту, а Морган так и не появился, чтобы переговорить со мной.

Наша неожиданная встреча в пещере закончилась тем, что мне пришлось принять настойчивое предложение мага погостить у него. Впрочем, Морган не оставил иного выбора. Он просто сказал, что остаток ночи наша славная компания проведет в его доме. Чисто из вредности я вскинулась было возразить. Мол, в некотором роде это даже неприлично, чтобы почти помолвленная девушка провела ночь в доме одинокого молодого мужчины. Но Морган лишь усмехнулся, и все возражения сами собой умерли на моих устах. Почему-то казалось немыслимым спорить с ним. И в конце концов он пообещал забрать с собой и Фрея с Ульрикой.

И вот теперь эта сладкая парочка мирно посапывала на кровати, и не думая пробуждаться после вчерашних неумеренных возлияний. Со стороны эта картина выглядела донельзя мило: маленькая и изящная фея прикорнула на могучей мужской груди, а рядом, охраняя их покой, примостилась Мышка. Правда, собака не спала, а то и дело вскидывала голову и обводила комнату настороженным взглядом.

Я душераздирающе зевнула. Пожалуй, было бы неплохо самой прилечь. Бессонная ночь все-таки давала о себе знать. Не думаю, что Морган окажется подлецом, способным убить беззащитных спящих людей.

«Угу, – согласно буркнул Эдриан. – Тем более никто не мешал ему убить вас сразу же. Ни ты, ни Мышка, ни даже я не сумели бы ничего противопоставить стихийнику, вздумай тот расправиться с нашей честной компанией. Но вместо этого он притащил вас к себе домой. Стало быть, действительно хочет что-то предложить».

Я еще раз зевнула, с трудом держа слипающиеся глаза открытыми. Боюсь только, что мне его предложение не понравится.

Я встала, здраво рассудив, что так будет легче бороться с дремой. Задумчиво прошлась по небольшому помещению, внимательно подмечая каждую мелочь, которая, как мне казалось, могла что-нибудь сообщить о характере хозяина дома. Увы, этих самых мелочей тут было удручающе мало.

Комната, в которой я была вынуждена коротать часы, дожидаясь пробуждения своих товарищей, была весьма уютной и навевала на меня воспоминания о былой спокойной жизни в деревенском доме родителей. На полу – симпатичные половики, на окнах – легчайшие занавески. Низкая широкая кровать застелена вязанным вручную покрывалом. У противоположной стены – высокий платяной шкаф, набитый каким-то тряпьем. Почти по центру комнаты одинокое продавленное от старости кресло. Одним словом – сплошная идиллия. Портило ее только одно обстоятельство: запертая дверь.

Я вновь подошла к ней и с досадой толкнула, в очередной раз убедившись в столь печальном факте. Если Морган желал создать впечатление радушного хозяина, то ему не стоило бы запирать меня. Правда, не совсем понимаю, зачем ему это понадобилось. Его жилище – обычный домик в один этаж высотой. При особом желании никто не помешает мне выбраться через окно.

«О боги! – вздохнул Эдриан. – Опять ты за старое! Ну давай, лезь в окно, выставляй себя на посмешище! Правда, учти, что при этом ты оставляешь в полной власти могущественного мага своих друзей. Предположим, Мышка еще сумеет выпрыгнуть вслед за тобой. Хотя сомневаюсь, что она оставит Фрея на произвол судьбы. Все-таки как ни крути, но к нему она испытывает особую привязанность. Ну и фею ты без особых проблем вытащишь. Эта мелкая вредность вряд ли сильно оттянет тебе руки. Но что насчет самого Фрея? Бросишь его здесь? Или попробуешь вытолкнуть из окна? Но тогда на подобное зрелище сбежится вся деревня поглазеть!»

Я задумчиво почесала нос и опять выглянула в окно. Удивительно, но дом Моргана располагался в самом центре деревни. Даже отсюда я слышала, как за невысокой оградой привычно переругиваются соседки, не поделившие какую-то мелочь. Вряд ли они заметили наше появление, поскольку Морган привел нас сюда уже под утро. Кстати, он с такой легкостью тащил Фрея на своем плече, словно здоровяк вообще ничего не весил. Но если я попытаюсь покинуть его дом столь своеобразным образом, то это наверняка привлечет всеобщее внимание и вызовет множество вопросов.

Но опять-таки я не понимала, с какой стати Морган запер нас. Стоит мне только пошире открыть окно и закричать во всю мощь своих легких, умоляя о спасении, то сюда сбежится вся деревня.

– Как-то не похож этот дом на жилище одного из сильнейших в мире магов, – чуть слышно проговорила я вслух, ни к кому, в сущности, не обращаясь.

«Ну почему же? – не согласился со мной Эдриан. – Вполне возможно, тебе продемонстрировали лишь гостевые покои. Если слово «покои» вообще уместно для этой комнаты. Кто знает, что скрывается в других комнатах».

Я несогласно фыркнула. Да много ли здесь этих самых комнат? Максимум две, не считая кухни. Домик со стороны выглядел крохотным и не претендующим на особые изыски.

В этот момент Фрей тяжело пошевелился и издал негромкий стон. А еще через секунду мирную тишину разорвал отчаянный крик Ульрики, разбуженной движением своего соседа по кровати. От неожиданности я даже подпрыгнула на месте. Мышка тотчас же вскочила и предупреждающе оскалила клыки. Фея, в свою очередь, взмыла под потолок и уже оттуда продолжила препротивно верещать.

– Да заткнись ты! – рявкнула я, страдальчески прижимая ладони к ушам. – Ты чего развопилась? Или таким образом демонстрируешь свои страдания от похмелья?

Удивительное дело, но Ульрика тотчас же замолчала. Благоразумно стараясь держаться подальше от меня, присела на самый верх платяного шкафа.

– Ты… – с каким-то непонятным чувством прошептала она, глядя на меня огромными влажными глазами. – Это ты уложила меня спать к нему?

И с гримасой отвращения кивнула на Фрея. Бедняга, к слову, тоже проснулся и сейчас сидел, хлопая ресницами и силясь понять, где же оказался.

– Вы сами уснули в обнимку, – пробурчала я. – Упились дармовым вином и отрубились. А между прочим, туда были добавлены травы…

– То бишь я провела целую ночь в теснейшем телесном контакте с мужчиной? – перебила меня Ульрика, не дав договорить.

Вместо ответа я кивнула, донельзя заинтригованная ее непонятной реакцией. Что так сильно ее возмутило? Фрей ведь не позволял себе ничего лишнего. Впрочем, я сильно сомневаюсь, что между обычным мужчиной и феей вообще возможны какие-нибудь телесные отношения. Слишком размеры разнятся, так сказать. Все равно что свести вместе журавля и синицу.

– Это катастрофа! – гневно воскликнула фея. – Полнейшая катастрофа! Неужели ты не понимаешь?

Я обменялась недоуменным взглядом с Фреем. Бедняга, видимо, страдал от жесточайшего похмелья, поэтому то и дело морщился, а Ульрика продолжила, вновь опасно повысив тон:

– Неужели ты не понимаешь? Я – фея, а он – обычный смертный! Мы несколько часов провели в непозволительной близости друг к другу, то есть он напитался моей магией. И это… ужасно…

– Для меня это опасно? – испуганно поинтересовался Фрей и почему-то покосился на Мышку.

Та, к слову, уже вернулась на свое место, сообразив, должно быть, что крики феи не несут за собой ничего серьезного, и сейчас с нескрываемым наслаждением вылизывала у себя под хвостом, будто на свете не было более важного занятия. Однако почувствовала волнение хозяина и негромко гавкнула, словно говоря – не беспокойся и не обращай внимания на эту ненормальную.

– Да, – угрюмо буркнула Ульрика и завернулась в свои крылья как в плащ, явно не желая давать какие-либо объяснения.

– Но чем? – Фрей округлил от ужаса глаза.

Я тоже с напряжением ожидала ответа. Неужели по собственному недосмотру и незнанию я навлекла на приятеля какую-то огромную беду? Но я даже помыслить не могла, что эту сладкую парочку надлежит разделить! Они так умильно сопели и похрапывали и вроде как совершенно не мешали друг другу…

Однако Ульрика не была настроена отвечать. Она по-прежнему сидела на дверце платяного шкафа и что-то бурчала себе под нос.

– Не берите в голову, – вдруг посоветовал Фрею уже знакомый мне мужской голос.

Вся наша компания стремительно обернулась к двери. Глаза Фрея в этот момент стали еще круглее, на сей раз – от изумления. А вот реакция Ульрики меня удивила. При виде Моргана, а именно он сейчас стоял на пороге, фея приглушенно пискнула и вдруг исчезла. Только облачко светящейся пыльцы медленно кружило в воздухе, указывая то место, где она прежде сидела.

– Помнит меня, мелкая гадость! – удовлетворенно заметил Морган. – Как-то раз я пообещал ей оборвать крылья, если еще раз попадется на глаза.

– Позвольте! – перебил мага Фрей, которого по-прежнему терзали мучительные сомнения по поводу его дальнейшей судьбы. – Но что насчет меня? Чем мне грозит то, что я заснул в обнимку с феей? Заметьте, отнюдь не по собственной воле! – после чего покраснел и чуть слышно завершил: – Честно говоря, я вообще не помню, как это все произошло…

– Да ничем вам это не грозит, – с улыбкой заверил его Морган. Подумал немного и исправился: – Точнее, почти ничем. Просто вы приобрели способность видеть сумеречный мир. Это раз. А во-вторых, ваша аура до такой степени напиталась силой и магией феи, что пару дней вы будете способны на время становиться невидимым. Плюс приобретете поистине звериное чутье на опасности.

– Но Ульрика сказала… – попытался было возразить Фрей, видимо, вспомнив полный неподдельного отчаяния вопль феи.

– Феи – чрезвычайно гадкие и эгоистичные существа, – перебил его Морган, чуть повысив голос. – Им ненавистна сама мысль о том, что они могут бескорыстно поделиться собственной силой. Так что повторяю: не берите в голову недовольство Ульрики. Эта… – Морган на мгновение замялся, видимо, только в последний момент сдержав ругательство, так и рвущееся с его уст. Покосился на меня и продолжил с уже меньшей экспрессией: – Эта летающая гадость просто возмущена тем, что невольно пожертвовала долей своих умений. Ничего вам не грозит. Уж будьте уверены.

Фрей с нескрываемым облегчением перевел дыхание. Довольно заулыбался и словно невзначай потрепал Мышку по ушам, от чего та радостно зафыркала. Но тут же с напускной серьезностью нахмурился и вперил свой испытующий взор в Моргана.

– А вы, собственно, кто такой? – сурово вопросил Фрей. Осмотрелся по сторонам и продолжил с еще большим удивлением: – И где мы?

– Вы в моем доме, – спокойно ответил Морган, проигнорировав первую часть вопроса. – Считайте, что вы желанные гости здесь.

– Но как мы сюда попали? – продолжил расспросы Фрей, явно не удовлетворившись столь расплывчатым ответом.

– Помнишь то вино, которое вы с Ульрикой на пару радостно выхлестали? – вступила я в разговор. – Так вот, туда был добавлен сонный отвар. Кстати, понятия не имею, почему Ульрика его не почувствовала.

– Чтобы мое колдовство смогла распознать фея? – Морган как-то странно ухмыльнулся. – Обижаете, моя леди. Как-никак я многие годы провел среди драконов рода Ульер. И умею маскировать свою магию от их ближайших приспешников.

– Драконы? – переспросил Фрей, и его переносицу разломила глубокая вертикальная морщина. Его потрясение от слов Моргана было настолько велико, что он не удержался от настоящей грубости: – Вы бредите, что ли? При чем тут драконы? Или вы всерьез верите сказкам и легендам?

Морган испытующе посмотрел на меня, и я опустила голову, чувствуя, как предательская краска стыда заливает мое лицо и шею. Ай-ай-ай, как некрасиво получилось! Я ведь и не подумала посвятить Фрея в истинную цель нашего похода. Ну то есть я сообщила ему, что мы идем выручать моего жениха из-под гнета жестокой и авторитарной матери, но при этом стыдливо умолчала о том, что этот самый жених – самый настоящий дракон, а следовательно, нам надлежит каким-то образом пробраться в драконий замок.

– Как интересно! – протянул Морган, продолжая разглядывать меня горящими от непонятного возбуждения глазами. – Единственная любовь Арчера, стало быть. А вы ведь подходите друг другу. Очень подходите. Узнаю привычку моего заклятого приятеля умалчивать самые важные детали. Очень он любит использовать других в собственных целях и очень не любит вводить при этом полностью в курс дела. Оказывается, и невесту себе под стать подобрал.

– Я ничего не понимаю! – Фрей растерянно всплеснул руками и уставился на меня. – Мика, о чем он говорит? Неужели ты обманула меня? Но я действительно верил, что мы идем выручать твоего жениха…

– И это чистая правда! – поспешила я заверить его.

– Но он говорит… – На этом месте Фрей запнулся и нахмурился. Несколько секунд ожесточенно чесал себе затылок, видимо, еще не совсем придя в себя после резкого пробуждения и выпитого накануне вина, затем осторожно поинтересовался: – Собственно, я так и не услышал, что это за тип. И каким образом мы оказались здесь?

– Лично вы прибыли на моих руках, – насмешливо фыркнул Морган.

Фрей наморщил лоб и несколько свысока окинул фигуру мага недоверчиво-снисходительным взглядом. Я вполне понимала его. Действительно, худощавый от природы мужчина не выглядел силачом. Я сама бы не поверила, что он способен поднять моего приятеля, но дело обстояло именно так. Весь неблизкий путь от пещеры к этой крохотной деревушке Морган действительно тащил Фрея, перекинув того через свое плечо. Правда, не удивлюсь, если при этом он воспользовался заклинанием, помогающим уменьшить вес ноши. Помнится, такое же Эдриан применил для того, чтобы взять в путешествие книгу, написанную им два века назад.

«Даже у этого заклинания есть свои пределы, – в тот же миг шепнул мне он. – Не буду приводить тебе все логические выкладки, все равно ты ничего не смыслишь в законах магии. Просто поверь на слово: нельзя уменьшить вес чего бы или кого бы то ни было более чем вдвое. А теперь посмотри на Фрея. Как думаешь, сумел бы твой дохляк-жених Арчер так долго нести на себе хотя бы половину твоего приятеля?»

Я невольно передернула плечами. Эдриан сформулировал свой вопрос настолько неловко, что воображение мигом нарисовало мне весьма жутковатую картину: Арчер тащит на себе располовиненного Фрея, и его отвратительная ноша оставляет за собой капли крови. Фу, какая гадость!

«Не придирайся к словам! – строго потребовал Эдриан. – Ты прекрасно поняла, что я имел в виду».

Ну да, поняла. Правда, никак не пойму, какое отношение физические данные моего жениха имеют к сложившейся ситуации. В конце концов, мы не на соревнования по перетаскиванию Фрея прибыли.

«Да так, просто поучаствовать в разговоре захотелось, – внезапно признался Эдриан. Замялся на миг, после чего чуть слышно добавил: – И я еще раз призываю: держи ухо востро, когда будешь разговаривать с Морганом!»

Я лишь скрипнула зубами от надоевшего предупреждения. Да понимаю я, все прекрасно понимаю! Ситуация сложилась сложнее некуда. Это же надо было угодить в руки злейшего врага Арчера! Правда, тогда в пещере он обещал помочь мне. Однако кто знает, не было ли это лишь уловкой, чтобы убедить меня последовать за ним. Вот и дверь для чего-то запер, должно быть, чтобы я не сбежала раньше времени.

– Я не понимаю! – между тем обескураженно протянул Фрей и опять посмотрел на меня, так и не дождавшись дальнейших объяснений от Моргана. – Мика, хоть ты мне скажи, что все это значит! Последнее, что я помню, – как мы с Ульрикой пили вино в той пещере. А затем я просыпаюсь здесь, и этот хмырь утверждает, будто ты меня обманывала все это время.

– Полегче с выражениями, – мягко посоветовал Морган, явно покоробленный, что его назвали хмырем.

Удивительное дело, при этом в его тоне не проскользнуло и намека на угрозу. Но между тем Фрей как-то испуганно втянул голову в плечи, а Мышка опять продемонстрировала свои клыки.

– И ты знай свое место, – все так же, словно шутя, проговорил Морган, обращаясь к собаке. – Я обычный человек. Моя тень тебе не по зубам, шавка Альтиса!

Мышка шумно завздыхала, обиженная таким определением. Сунула свою голову Фрею между колен, и тот погладил ее, успокаивая, при этом продолжив внимательно смотреть на меня.

– Так вот, – сказала я, осознав, что дальше тянуть с объяснениями нельзя. – Как я уже говорила, в то вино, к которому ты в компании с Ульрикой так радостно присосался в пещере, был добавлен усыпляющий отвар. А я ведь предупреждала, чтобы вы не налегали на выпивку! Достаточно быстро вы заснули, а я осталась бодрствовать и принялась ждать настоящего хозяина пещеры. И дождалась. Его, – после чего кивком указала на внимательно слушающего меня Моргана. Кашлянула и продолжила, осторожно подбирая каждое слово: – Этот человек… В общем, его зовут Морган. Как оказалось, он хорошо знает моего жениха. И пообещал помочь мне вызволить его.

– Как-то не доверяю я людям, которые намеренно добавляют в вино всякую гадость, – пробурчал Фрей. Наморщил лоб и продолжил расспросы: – Но что насчет его слов по поводу драконов? Или он тогось? – и выразительно покрутил указательным пальцем около виска, намекая, что у Моргана проблемы с головой.

Я с отчаянием прикусила нижнюю губу. А вот на этот вопрос мне будет чрезвычайно тяжело ответить! И ведь солгать не удастся. Вон как Морган уставился на меня с насмешливым вызовом. Знает, гад, в какую безвыходную ситуацию я угодила. Вряд ли он позволит мне держать Фрея и дальше в неведении.

– Насколько я понимаю, ваша спутница утаила от вас одну весьма немаловажную деталь, – в этот момент медленно произнес Морган, подтверждая тем самым мои невеселые размышления. – Вы знаете, куда вы держите путь?

– Ну да, – подтвердил Фрей. Подумал немного и исправился: – В общих чертах. Мика помолвлена, но родители жениха не одобрили выбор сына и похитили его, намереваясь не допустить свадьбы.

– Помолвлена? – переспросил Морган, и его темно-карие глаза холодно и остро блеснули от очередной моей лжи.

– Почти помолвлена, – неохотно призналась я и затараторила, пытаясь хоть как-то оправдаться: – Но если бы не нейна Деяна…

– А вы в курсе, кем является жених вашей прелестной подруги? – Морган самым невежливым образом не дал мне договорить, вновь обратившись к Фрею.

– В каком смысле – кем является? – переспросил Фрей. – Вроде как звать его Арчер. Принадлежит к первому сословию. Наверняка молод еще, если позволяет родителям диктовать себе условия.

– Да, молод, – спокойно подтвердил Морган. – Через полгода всего сто лет исполнится. Разве это возраст для дракона?

Фрей с готовностью заулыбался, должно быть решив, что Морган так шутит. Но маг лишь скрестил на груди руки, терпеливо дожидаясь, когда его собеседник полностью осмыслит эти фразы.

– Не обижайтесь, но, по-моему, вы действительно – тогось, – с некоторой опаской резюмировал Фрей. Повернулся ко мне и воскликнул: – Нет, ну надо же – заявить такое!

Правда, пыл Фрея угас, когда он увидел, как старательно я прячу от него глаза.

– А что, собственно, вас смущает? – полюбопытствовал Морган. – Вы не верите в драконов?

– Конечно, нет! – почти в полный голос выкрикнул Фрей. – Ведь все знают, что драконы – это просто легенды!

– Все знают, что фей тоже не существует, – парировал Морган. – Или вы считаете Ульрику галлюцинацией? Бредом воспаленного сознания?

– Нет, не считаю, – мрачно отозвался Фрей. Криво усмехнулся: – Правда, испугала она меня знатно при первом появлении. Но то фея, а это драконы!

– И что? – Морган флегматично пожал плечами. – Чем таким принципиальным драконы отличаются от фей? Ну, кроме размеров и умения изрыгать огонь. Кстати, раз уж на то пошло, драконы рода Ульер на последнее как раз и не способны. И феи, и драконы – суть легендарные создания, не спорю. Но если существуют первые, то логично предположить, что и вторым есть место в нашем мире. Разве не так?

– Но… но… – забормотал Фрей, силясь найти какое-нибудь возражение словам Моргана. Затих и беспомощно покосился на меня, ожидая, что я приду ему на помощь.

Однако я опять отвела взгляд. Вот они и подобрались к самой сути. И мои уши запламенели ярко-алым огнем от мысли, что вот-вот Морган выведет меня на чистую воду.

– Не смотрите на свою спутницу, – посоветовал Морган. – Видите – она сгорает от стыда. Знаете, почему? Потому что она намеренно не стала говорить вам, к кому в гости вы направляетесь.

Фрей несколько раз тяжело вздохнул, но потом с нарочитой беспечностью махнул рукой.

– Драконы, стало быть, – проговорил он. – Ну, ладно, драконы так драконы.

– И все? – Брови Моргана от изумления взметнулись вверх. – Вы по-прежнему намерены помогать ей?

– Ну да. – Фрей кивнул. – А как же. Она ведь отправилась со мной к священнику, а угодила прямиком в лапы чудовища. Долг платежом красен.

– Да, но ты ведь не мог знать, что этот самый священник – подлая змеюка, а Мика знала об истинной сути своего ненаглядного Арчера и его родичей, – подала откуда-то голос Ульрика, при этом благоразумно оставаясь по-прежнему невидимой.

Я досадливо цокнула языком. Все-таки удивительно вредная особа! К чему подливать масла в огонь? Вроде как мы союзники, но это совершенно не мешает Ульрике исподволь делать мне мелкие гадости.

– Змеюка? – с искренним интересом переспросил Морган. – Неужто вашей компании не повезло повстречаться с герпентолом? Но, кажется, теперь я понимаю, где и как за вами увязалась шавка Альтиса, – и кивком, полным пренебрежения, указал на Мышку, которая по-прежнему жалась к ногам Фрея.

– Ты это… – угрожающе пророкотал тот, мгновенно забыв про вежливый тон. – Хватит уже оскорблять мою собаку! Она тебе ничего дурного не сделала, а нам только помогала!

Часть вторая. Знакомство с драконами

Я нервничала. Нет, не так. Пожалуй, никогда в жизни я не нервничала сильнее, чем сейчас. За время своего путешествия я успела отвыкнуть от платьев. Впрочем, что лукавить – я и не привыкала к ним особо. Поэтому чувствовала себя донельзя неудобно в наряде, который Морган притащил для меня откуда-то. Нет, хвала небу, он не был вызывающим и не поражал нескромной роскошью. Обычное длинное платье благородного изумрудного цвета, который выгодно оттенял мои глаза и рыжие волосы, убранные в самую обычную косичку. Удивительно, раньше я опасалась носить одежду зеленых цветов. Мне казалось, что она бледнит меня, придает коже нездоровый оттенок смертельной болезни. Поэтому так скептически приняла выбор Моргана. Но когда взглянула в зеркало, то не сумела сдержать вздох изумленного восхищения. Платье делало меня словно моложе. Нет, не так, куда же моложе, если мне и без того даже восемнадцати пока нет. Скорее, оно делало меня невиннее. А заплетенные волосы придавали облику завершенность. Теперь я была похожа на бедную наивную сироту, вынужденную в одиночку сражаться со всей жестокостью и несправедливостью мира.

Морган, по всей видимости, и добивался подобного впечатления. По крайней мере, он остался очень доволен увиденным. Сухо приказал мне покружиться, после чего сурово проговорил:

– Не пытайся состязаться с драконами в остроумии и не отвечай на их колкости, какими бы шутками тебя ни осыпали! Во-первых, ты все равно проиграешь. У этих себялюбивых гордецов в запасе было множество веков, чтобы отточить свое сомнительное чувство юмора. К тому же их хлебом не корми – только дай схватиться за семейным столом в словесном поединке. Так что тебе в подобном сражении все равно не победить. А во-вторых, ты не должна выходить из роли бедной наивной девочки, пришедшей молить о милости. Нейну Деяну многие не любят за высокомерие и резкость. Сыграй на контрасте. Заставить поверить остальных, что ты – безвинная жертва наговора нейны Деяны. Поэтому на каждое завуалированное и тем более прямое оскорбление наивно хлопай длинными ресницами. Можешь даже расплакаться.

– Но моя тень, – попыталась было возразить я, – любой дракон увидит…

– Об этом не беспокойся, – оборвал меня Морган. – Если ты не будешь злиться или испытывать любые другие сильные эмоции, то никто даже не заподозрит, что ты арахния. Об этом знаем мы, Ульрика и нейна Деяна. Об Арчере я не говорю, все равно он пока вне игры. Напротив, если нейна Деяна заикнется о том, что ты – якобы арахния, то большинство решит, будто у нее не все в порядке с головой. И даже свидетельство Ульрики не поможет, так как фея всегда будет выступать на ее стороне. Мелкие гадости, которая эта вредность творит, естественно, не в счет. А вот запах твоего отца я усилил. Пусть будет несчастная любовь. Драконы обожают слезливые истории, а тролли – это вам не пауки. К тому же многие захотят унизить нейну Деяну, подсунув ей в невестки такую жирную свинью.

– Ты издеваешься, что ли! – вскинулась я, вновь услышав столь обидное сравнение, правда, уже не из уст Эдриана, а от Моргана. – Какая я тебе свинья и в каком месте я жирная!

В ушах раздалось слабое эхо ехидного смешка Эдриана. Благо, что тот никак не прокомментировал фразу Моргана.

– Да я образно выражаюсь, – уже знакомо попытался оправдаться Морган.

Я немного подулась, но быстро сменила гнев на милость, решив не злиться по пустякам. Куда интереснее мне было то, каким же образом Морган замаскировал мою тень. Сам же говорил, что в замке рода Ульер не действует магия. Но спросить об этом я не успела, потому что в следующее мгновение в комнату вошел Фрей, а за ним проскользнула Мышка. И я застыла, самым неприличным образом раззявив рот.

Стоит сказать, что над моим приятелем Морган колдовал целое утро, однако оценить плоды его трудов я смогла только сейчас. И было от чего замереть в изумлении.

Как я уже говорила, при первом взгляде Фрей производил впечатление туповатого деревенского верзилы. При виде его сальных волос и маленьких глубоко посаженных глазок никто и подумать не мог, что на самом деле Фрей прекрасно читает, знает итаррийский и любит поэзию. Но Моргану удалось сделать невозможное! Да, Фрей остался все тем же высоченным здоровяком. Однако темно-синий бархатный камзол подчеркивал, какие удивительно синие у него глаза, и от этого они казались намного больше. Длинные волосы маг безжалостно обкорнал и зачесал назад, оставив лицо Фрея открытым. И я внезапно обнаружила, что мой приятель больше совершенно не похож на неотесанную деревенщину. Напротив, вполне симпатичный молодой человек. Не красавец, конечно, но по-своему хорош неприкрытой мужественностью.

– Чего ты так на меня уставилась? – хриплым от смущения голосом спросил Фрей, когда пауза слишком уж затянулась. – Я урод, да? Говорил же, что не надо волосы трогать.

– Нет, что ты! – возмущенно воскликнула я. – Никакой ты не урод! Напротив, весьма и весьма…

И замолчала, неожиданно обнаружив, что краснею.

Пауза грозила стать неловкой, но положение спасла Мышка. Она протиснулась между ног Фрея вперед, и я фыркнула от смеха.

Морган каким-то образом умудрился приукрасить и эту уродливую лысую псину. Он обрядил ее в ярко-алую шелковую попонку, а на голову прикрепил длинное перо такого же насыщенного красного цвета.

– Женщины любят подобное, – пожав плечами, ответил маг на невысказанный вопрос, когда я обернулась к нему. – Уродство, возведенное в степень абсолюта, вызывает жалость. Посмотри на нее. Разве тебе не хочется взять на руки и согреть это лысое чудовище?

Свой резон в этих словах присутствовал, и я невольно кивнула.

– В общем, будем считать, что краткая разъяснительная беседа с тобой завершена, – резюмировал Морган, обращаясь ко мне. – Улыбайся и молчи. Если слишком сильно обидят – не стесняйся расплакаться. – После чего посмотрел на Фрея и добавил: – Кстати, это относится и к тебе.

– Мне тоже плакать? – оторопело уточнил тот.

Я фыркнула от сдерживаемого с трудом смеха, представив, как этот верзила будет давиться рыданиями из-за услышанного грубого слова.

Однако Моргана, по всей видимости, эта идея заинтересовала. Он нахмурился, обдумывая ее, но через пару секунд с явным сожалением покачал головой.

– Нет, плачущий посланник верховного бога – это как-то чересчур, – проговорил маг. – Драконы не оценят, а то и сочтут за оскорбление. Просто молчи. Не ввязывайся в споры, по возможности не участвуй даже в обычных беседах. Естественно, ни слова о том, что Мика – арахния. – Я вскинулась было возразить, что еще не превратилась в паучиху, и Морган неохотно исправился: – Точнее, потенциальная арахния. И, во имя всех богов, ни слова о том, что считаешь их всех психами! Иначе печать Атириса не спасет тебя от вызова на дуэль.

– Ну и пусть вызывают, – буркнул Фрей и продемонстрировал Моргану свой пудовый кулачище. – Или думаешь, что я струшу?

– Дуэль-то не подразумевает рукопашную, – снисходительно заметил тот. – Это развлечение для простолюдинов, но никак не для этих холеных аристократов. Иначе я бы первый на тебя поставил. Увы, дружище, но драконы помешаны на холодном оружии. И даже драконицы рода Ульер превосходно обращаются как с кухонными ножами, так и с мечами. Тебя нашинкуют на мелкие кусочки – не успеешь и глазом моргнуть.

Я задумчиво осмотрела Моргана с ног до головы. Кстати, интересно, а почему он не вооружился перед столь важным и опасным визитом? Перевязи с мечом на нем по-прежнему не было.

– Поэтому я никогда не беру с собой оружие при визитах в замок, – словно прочитал мои мысли Морган. – Не хочу никого провоцировать. Та же нейна Деяна была бы счастлива, если бы я переселился в мир теней, оставив род Ульер и ее младшего сына в покое. Но нападение на безоружного даже для столь вероломных существ, как драконы, – нечто из ряда вон выходящее. Поэтому я настоятельно рекомендую вам обоим последовать моему примеру. Помните, что поединок по всем правилам исключает использование магии.

Я мило улыбнулась, почувствовав, как приятно греют мое бедро потайные ножны с кинжалом – подарком мастера клинков. Целое утро потратила, прилаживая их. Впрочем, вряд ли бы я справилась с этой задачей без советов Эдриана. А за отворотом воротничка скрывалась булавка, при помощи которой тот же Эдриан надеялся поквитаться со своим неведомым пока убийцей. Надеюсь, никто не откроет мои маленькие секреты. Не заставят ведь меня раздеваться при входе в замок.

– Ну что же, будем считать на этом лекцию законченной, – удовлетворенно проговорил Морган. – На всякий случай повторю: молчите! В любой непонятной ситуации – молчите! Даже в понятной лучше помалкивайте и слушайте. Уяснили?

Мы с Фреем кивнули. Даже Мышка рыкнула что-то, видимо, означающее согласие.

И вот теперь я стояла перед закрытыми подъемными воротами замка и страшно потела от страха и волнения. Не спасало даже то, что погода сегодня выдалась отнюдь не жаркой. С самого утра солнце скрылось за низкими серыми облаками. Дождя, правда, не было, зато поднялся резкий северный ветер, который раздувал подол моего платья и холодил потайные ножны.

К моему удивлению, путь от крошечной деревушки, где находился дом Моргана, к фамильному обиталищу драконов рода Ульер не занял много времени. К замку вела прекрасная гравийная дорога, плавной спиралью взбирающаяся в горы. Даже мой флегматичный и очень ленивый мерин без особых затруднений преодолел пологий подъем, хотя не упустил удобной возможности несколько раз выразительно вздохнуть, безмолвно жалуясь на свою тяжелую судьбину.

– Странно, – не выдержав, обратилась я к Моргану, осознав, что ожидание перед воротами может весьма затянуться. Что-то никто не торопился впустить нас внутрь.

– Что именно странно? – переспросил он, меланхолично сбивая прутиком крупные венчики цветов на обочине. Сам Морган предпочел совершить недолгое путешествие в горы пешком и совершенно не запыхался при этом.

– Ульрика говорила, будто замок рода Ульер скрыт за какой-то завесой, – пояснила я, задрав голову и восторженно рассматривая остроконечные изящные шпили, дырявящие облака. Замок будто врастал в скалу, которая начиналась прямо за ним. – К тому же я думала, что нам предстоит очень долго взбираться в горы. А мы ехали-то всего час, не более.

– А мы и не добрались до конечной цели, – загадочно обронил Морган. – До нее нам еще ехать и ехать. Точнее, идти и идти.

Я сдавленно кашлянула. Опять посмотрела на замок. А это тогда что такое?

– Та самая завеса, о которой говорила Ульрика, – любезно пояснил Морган. – Обманка для любопытных глаз. Местные торговцы присылают телеги с провизией именно сюда, свято уверенные, что тут и обитает род Ульер. Понятное дело, за ворота их не пускают. Все расчеты производятся только перед ними. И если какой-нибудь глупец когда-нибудь решит взять штурмом этот замок, то с удивлением обнаружит, что за воротами ничего нет. Голая скала, вздымающаяся к небесам. Все эти шпили, башенки, флюгера – фикция, обманка.

– Но как тогда мы попадем в замок? – изумленно воскликнула я.

– А вот увидишь, – обронил Морган.

Именно в этот момент вдруг раздался душераздирающий лязг металла о металл. Я невольно выпрямилась, решив, будто сейчас ворота распахнутся в немом призыве проехать дальше. Но они по-прежнему были неприступно закрыты. А вместо этого чуть сбоку открылась крохотная калитка, из которой выскользнул какой-то ребенок, правда, как-то странно перекошенный на один бок.

Когда этот якобы ребенок подошел ближе, я поднесла ладонь ко рту, лишь в последний момент сдержав неприличное изумленное восклицание. Потому как передо мной был настоящий карлик. Горбун с очень злым хитрым взглядом и лицом, изрезанным морщинами.

– А, Морган, – сказал он, подойдя ближе. – Давненько тебя не было видно. Я уж было подумал, что ты навсегда распрощался с родом Ульер.

– Ну что ты, Санч. – Морган издал суховатый смешок. – Ты же знаешь, что я испытываю особую привязанность к этим летающим ящерицам.

– Особенно к одной ящерке. – Горбун заговорщицки подмигнул ему. – Поэтому ты возвращаешься опять и опять. Каждый раз получаешь новую порцию унижений и клянешься, что все, больше твоей ноги здесь не будет, но через месяц-другой я опять открываю тебе ворота. Все никак не можешь забыть ее?

– Глупости, Санч! – резко оборвал привратника Морган, и на его щеках запылал румянец. – Я давным-давно забыл ее!

– Потому приходишь в канун дня летнего солнцеворота, когда весь род Ульер слетается в замок, – хихикнул горбун.

– Нет, на сей раз у меня есть особая причина, чтобы засвидетельствовать свое личное почтение нейне Деяне и нейну Ильрису. – Морган хмыкнул и глазами показал на меня.

Санч, все еще улыбаясь, проследил за его взглядом и вдруг переменился в лице. Он с таким священным ужасом воззрился на меня, будто лицезрел перед собой некое чудовище.

– Верно ли я понимаю, что это – Тамика Пристон? – опасливо поинтересовался горбун.

– Все так. – Морган довольно кивнул. – Та самая Тамика Пристон.

– Ты сошел с ума! – воскликнул Санч. – Уходи! Немедленно уходи! И забирай ее с собой! Только из-за моего к тебе хорошего отношения я повременю с рассказом о твоем визите. Скажем, полчаса тебе хватит, чтобы убраться подальше и спрятаться? Но самое главное – спрячь ее!

– Нет, Санч, никаких задержек с докладом! – сурово потребовал Морган. – Ты немедленно отправишься к нейне Деяне и расскажешь ей, кто именно стоит у ворот. А заодно напомни ей, что не позволить мне войти она не имеет права, поскольку у меня есть разрешение приезжать в замок рода Ульер в любое удобное время. И кстати, я имею право брать с собой одного сопровождающего, на которого тоже будут распространяться гарантии безопасности.

– Как я понимаю, твоей сопровождающей на этот раз будет именно сьерра Тамика Пристон? – кисло поинтересовался Санч. Дождался утвердительного кивка Моргана и осторожно заметил: – Ох, Морган. Ты играешь в очень опасную игру. Понятия не имею, что ты затеял, но подумай еще раз – стоит ли? Не мне тебе рассказывать, на что способны драконы. До сего дня нейна Деяна относилась к тебе благожелательно, хотя ты и провозгласил ее сына своим злейшим врагом. Но если ты притащишь в замок сию особу, то все может измениться. К тому же Кларисса уже здесь…

– Мне все равно, в замке ли Кларисса, – торопливо, даже, я бы сказала, слишком торопливо перебил его Морган. – И я не отступлюсь от своего, Санч. Спасибо, конечно, за предупреждение. А теперь иди и выполняй свои обязанности привратника!

Санч неполную минуту молча смотрел на мага. Затем флегматично пожал плечами, словно говоря – ну что же, я сделал, что мог.

– Хорошо, – проговорил он. – Я передам нейне Деяне и ее мужу нейну Ильрису, что ты просишь открыть проход в замок, – проговорил он. – А также сообщу, что с тобой сьерра Тамика Пристон и…

На этом месте он запнулся и выразительно поднял брови, словно только сейчас обнаружил, что в нашей компании присутствует и третий человек.

– Фрей, – пробасил мой приятель, сообразив, что речь идет именно о нем. – Меня зовут Фрей.

– Просто Фрей? – В голосе горбуна проскользнуло плохо скрытое пренебрежение, и мой приятель мгновенно набычился, почувствовав издевку.

– Да, просто Фрей, – процедил он.

Санч кашлянул, скрыв тем самым смешок, и опять посмотрел на Моргана.

– Итак, ты являешься в гнездо драконов с той, которую почти приговорили к смерти, но этого тебе кажется мало, – произнес он, внимательно разглядывая спокойного мага. – Ты еще притащил с собой крестьянина. Ну что же, поздравляю, нейна Деяна точно будет в бешенстве. Только смею тебе напомнить, что на этого самого Фрея не будет распространяться гарантия безопасности.

– Я знаю, – холодно ответил Морган. Выдержал паузу и словно невзначай добавил: – Ему это и не надо. Или ты настолько состарился, что утратил свой легендарный нюх?

Санч вскинулся, словно от удара. Вновь вперил во Фрея взгляд своих блекло-голубых глаз и вдруг стремительно отшатнулся, будто тот замахнулся ударить его.

– Печать Атириса… – потрясенно прошептал он. – На нем печать Атириса!

– Вот именно. – Морган чуть склонил голову, с легкой ноткой презрения разглядывая потрясенного горбуна. – Надеюсь, ты не забудешь упомянуть нейне Деяне и ее супругу об этой немаловажной детали.

Санч, впрочем, уже не слушал его. Он развернулся и со всей скоростью, на которую были способны его ноги, кинулся обратно к калитке. Секунда, другая – и она захлопнулась за ним.

– А теперь опять ждать, – пробормотал Морган, словно разговаривая сам с собой. – Интересно, сколько именно? С этой высокомерной гордячки станется продержать нас и сутки, и двое…

Он не успел договорить, как калитка распахнулась вновь. На сей раз горбун почти подбежал к нам, задыхаясь от волнения.

– Идемте! – потребовал он. – Нейна Деяна жаждет видеть вас немедленно.

Морган удовлетворенно усмехнулся. А вот мне было не до веселья. Горло перехватила ледяная рука страха, внизу живота тяжело заворочалась тошнота. Неужели я вот-вот опять увижу мать Арчера, которая настойчиво просила меня более никогда не попадаться ей на глаза? Интересно, что принесет мне эта встреча?

– Кажется, кое-кто в бешенстве, – между тем мурлыкнул Морган. – И это здорово! Злость – плохой советчик, Тамика.

Я не видела в происходящем ничего хорошего, но спорить не стала. Надеюсь, Морган знает, что делает.

* * *

Я думала, что ради гостей горбун-привратник все-таки соизволит открыть ворота, однако ошибалась. Нам пришлось воспользоваться все той же калиткой. Лошадей привратник попросил оставить перед ней, обронив, что позже позаботится о них. И тут меня ожидало очередное неожиданное открытие. За калиткой клубилась непроглядная серая мгла. Я шла первой, поэтому отпрянула, робея сделать шаг в этот загадочный водоворот.

«Ага, – шепнул Эдриан. – Полагаю, это и есть та самая завеса, о которой толковала Ульрика».

– Смелее! – ощутимо подтолкнул меня в спину Морган. – Тамика, не бойся. Это переход в замок. Сделай шаг – и перенесешься на много миль вверх в горы. Поверь, это не больно.

Я несколько раз глубоко вдохнула, затем на всякий случай задержала дыхание. А то кто знает, вдруг при этом переходе нельзя дышать. И отправилась навстречу судьбе и драконам.

На какой-то неуловимый миг меня охватило чувство потрясающей легкости, как будто мое тело больше ничего не весило. А потом мгла схлынула, и я растерянно заморгала от яркого солнца, бьющего прямо в глаза.

Да, по всей видимости, Морган был прав. Настоящий замок рода Ульер находился высоко в горах. Там, у подножия, сегодня был пасмурный день. А тут царило безжалостное солнце.

Мы стояли на небольшой площадке, со всех сторон ограниченной невысоким каменным парапетом. Дух захватывало от глубины бездны, открывшейся моим глазам. Казалось, что мы просто парим в воздухе на острие скалы.

Резкий порыв ледяного ветра пребольно хлестанул по лицу, и я испуганно охнула, до боли в костяшках вцепившись в руку мага. Почему-то подумалось, что стихия способна скинуть нас прочь, выбросить в пропасть, избавив хозяев замка от докучливых гостей.

– Идем, идем скорее, – поторопил меня Морган, увлекая от края площадки. Криво ухмыльнулся, добавив: – Ну, Деяна, ну и мелочная же ты особа! Хотя бы от ветра место перехода могла бы укрыть.

Рядом отчаянно взвизгнула Мышка. Очередным порывом ее едва не унесло прочь. Благо рядом был Фрей, который подхватил любимицу за шкирку и прижал к себе.

Между тем Морган достиг почти незаметной со стороны дверцы, которая была словно вырублена в самой скале. Толкнул ее плечом – и перед нами открылся темный проход, уводящий куда-то в глубь горы.

– Я иду первый, – крикнул он, перекрывая голосом все усиливающийся ветер. – Затем ты, Тамика. Фрей замыкает. И будьте начеку! Мы пока не в замке, тут на нас законы гостеприимства не распространяются, а магия еще действует. Если нейна Деяна захочет напасть, то лучшего момента не придумаешь. Чует мое сердце, неспроста такой ветер поднялся.

Я кивнула, пугливо оглянулась на приятеля и почему-то моментально успокоилась. Его невозмутимость волей-неволей внушала уверенность. Да, если он будет прикрывать нам спину, то врагам ни за что не подобраться незамеченными.

А еще спустя миг Морган пригнулся и нырнул в низкий лаз. За ним последовала я. Мне на пятки наступал Фрей, все так же несущий под мышкой собаку. Хлопнула дверца, и моментально стало очень тихо. Однако, удивительная вещь, я продолжала неплохо ориентироваться в пространстве. Рассеянный свет проникал в проход откуда-то сверху, подсвечивая каменный пол, по которому нам надлежало пройти, зеленоватыми бликами.

Морган неполную минуту стоял тихо, прислушиваясь к чему-то. Затем пожал плечами, словно вел сам с собой мысленный спор, и двинулся вперед. Он шел медленно и очень осторожно, выверяя каждое движение, будто в любой момент ожидал нападения. За ним следовала я. Поскольку на мне были туфли пусть на низких, но все-таки каблуках, то я старалась идти на цыпочках, не желая выдать наше продвижение даже невольным звуком. Впрочем, Фрей не утруждал себя такими пустяками. Каждый его шаг эхом отражался от низкого свода и возвращался к нам многократно усиленным. Но, по всей видимости, Моргана это не волновало. По крайней мере, он ни разу не оглянулся и не сделал Фрею замечание.

Лаз все тянулся и тянулся. Он то становился уже, и тогда бедняге Фрею, самому крупному из нас, приходилось чуть ли не протискиваться, задевая плечами стены, то расширялся до таких пределов, что при желании мы могли бы идти не гуськом, а рядом, не мешая друг другу. Одно радовало: свод, и без того не особо высокий, не становился ниже, поэтому ни Фрею, ни Моргану не приходилось сгибаться сверх положенного.

Мы шли так долго, что невольно я перестала бояться. В самом деле, нельзя же каждый миг ожидать ловушки. Я принялась обдумывать предстоящую встречу с нейной Деяной. Итак, что же мне скажет мать Арчера? Осыплет оскорблениями и прикажет выметаться прочь или же примется играть роль радушной хозяйки, до поры до времени скрыв свое истинное отношение ко мне? И как отреагирует на мое появление Ульрика? Я не сомневалась, что предательница фея уже давно здесь, прилетела с докладом к своей бывшей хозяйке, пытаясь вымолить у той прощение за былые злые шутки. А ведь клялась мне, что не предаст!

«Ну, предположим, в верности тебе Ульрика как раз и не клялась, – непрошено влез Эдриан. – Она сказала, что хочет вернуться в замок рода Ульер. И она вернулась, избрав для этого именно такой путь. Я предупреждал тебя, что феям нельзя верить. Но без нее мы бы все равно не попали сюда, так что, можно сказать, это было неизбежным злом».

Утешил, называется!

А в следующее мгновение я врезалась в спину внезапно остановившегося Моргана. Тот, к слову, даже не покачнулся при этом. Он замер на очередном шаге, так и не опустив ногу и вперив неподвижный взгляд куда-то вперед.

Я заволновалась и привстала на цыпочки, пытаясь увидеть из-за его плеча, на что он там такое уставился.

Перед Морганом стоял очень высокий сухопарый старик, одетый в длинный серый плащ. Белоснежные от возраста волосы незнакомца ровными волнами падали ему на плечи. Серо-голубые глаза смотрели прямо и твердо.

Была лишь одна проблема – тень старика. Она принадлежала не человеку, это точно, но кому тогда? Ее очертания постоянно изменялись, один силуэт перетекал в другой, третий, четвертый. Словно смотришь в воды быстрой горной речушки.

– Еще один привратник, – пробормотал Морган, ни к кому, в сущности, не обращаясь. – На этот раз теневой. Умно, нейна Деяна, очень умно.

Затем кинул на меня очень странный взгляд. Словно пытался предупредить о чем-то, но почему-то не мог сказать прямо.

– Приветствую тебя, найн Морган Атлен.

Я вздрогнула. Это, вне всякого сомнения, произнес старик, но его губы не двигались. А вот тьма за его спиной беспокойно зашевелилась, сплетаясь змеиными клубками.

– И тебе здравствуй, Сумрак. – Морган с почтением склонил голову.

На всякий случай последовала его примеру и я. Сдается, нам навстречу выслали действительно важную персону. Правда, имя у старика чудное. Сумрак. Разве так могут звать человека?

– Я не видел тебя около двух лет, – продолжал шелестеть вокруг нас голос. – Странно, что ты не забыл дорогу к замку после того, чем закончился твой прошлый визит.

Морган успел выпрямиться, поэтому я видела, как помрачнело его лицо, а губы сжались в одну тонкую бескровную нить.

– Не обижайся, но я был даже рад такому исходу событий. – В голосе послышалась усталая усмешка. – Помнишь нашу первую встречу? Уже тогда я предупредил нейну Деяну, что ты принесешь много проблем роду. Нет, не смерть, иначе я бы тебя не пропустил. Но крупными неприятностями от тебя пахло, это да.

– Знаешь, я был бы только счастлив, если бы тогда она прислушалась к тебе и повелела гнать меня прочь, – вдруг улыбнулся Морган. – Я прекрасно помню, как разозлился на твои слова. Но сейчас осознаю, каким был глупцом. Негоже смертному водить дружбу с драконами. Из этого все равно не выйдет ничего хорошего.

– Я рад, что ты поумнел. – Старик чуть склонил голову, словно приветствуя такое решение. Затем продолжил: – Но ты вновь должен пройти через меня. Таково веление главы рода. Пути богов неисповедимы. За прошедшие годы ты мог измениться, твоя тень могла измениться. Вдруг теперь ты несешь с собой зло? И твои спутники должны пройти через это же испытание.

По всему было видно, что Моргану очень не нравится это предложение. Он несколько раз нервно сжал и разжал кулаки, затем кивнул.

– Хорошо, – проговорил он. – Пусть будет так. Но первым через тебя пройдет он. – После чего развернулся и неприлично ткнул указательным пальцем во Фрея.

Здоровяк слегка опешил, однако возражать не стал, с готовностью шагнув вперед.

– И что мне делать? – пробурчал он, прижимая к себе Мышку.

Я мазнула взглядом по собаке и тут же, нахмурившись, посмотрела на нее еще раз, куда внимательнее. Хм-м, странно. Такое чувство, будто она вот-вот забьется в припадке. Пенная слюна капает на пол, глаза закатились так, что видны одни белки, лапы безжизненно свисают.

– Да ничего особенного, – вполголоса пояснил ему Морган. – Тебе надо пройти через привратника.

– Как это? – озадаченно пробасил Фрей, решив, видимо, будто ослышался.

– Очень просто. – Морган позволил себе краткую усмешку. – Не беспокойся, это не человек. Нечто вроде призрака. Такая своеобразная проверка для всех, кто приходит в замок. Он определит, не принесет ли твой визит непоправимого зла роду, которому призван служить.

– И что, мне просто шагнуть через него? – продолжал недоумевать Фрей.

– Вот именно, – подтвердил Морган. Добавил с искушающими интонациями: – Подойди ближе – и сам все поймешь.

Мышка при этой фразе как-то странно дернула всеми лапами сразу, будто пытаясь взлететь в воздух, но тут же опять замерла. Мне становилось все интереснее и интереснее. Зуб даю, что Морган заметил непонятную реакцию собаки. Сдается, маг что-то замыслил. Но что?

Фрей почесал в затылке, но не стал спорить или возражать. Вместо этого он послушно шагнул вперед.

А еще через мгновение произошло немыслимое! Воздух вдруг разрезала серая молния – это Мышка, все это время успешно притворяющаяся полумертвой, вдруг вырвалась из рук Фрея и кинулась на старика.

– Морган! – взревел голос вокруг нас. – Что за тварь ты принес…

Возмущенный вопль сменился неприятным бульканьем и умолк. Я, широко распахнув от изумления глаза, наблюдала, как Мышка расправляется с привратником. Нет, она его не рвала на части и не кусала. Она его просто впитывала. Высокая сухопарая фигура старика сначала подернулась рябью, затем расплескалась лужицами мрака подле лап собаки. И она, зажмурившись от удовольствия, принялась лакать быстро уменьшающуюся тьму своим розовым язычком.

– Ты знал, что так получится? – негромко спросила я у Моргана, который с удовлетворенной усмешкой наблюдал за сценой расправы.

– Что ты, понятия не имел! – фальшиво возмутился он, выразительно приложив палец к губам и таким образом показав мне, чтобы не болтала попусту. Продолжил громогласно выкрикивать: – Ах, какое несчастье! Сумрак, бедняга Сумрак!

И оглушительно высморкался прямо в воздух.

Я понятия не имела, подслушивает ли нас кто-либо в этот момент, поэтому сочла за самое лучше замолчать.

– Мышка! – в свою очередь, расстроенно воскликнул Фрей и горестно заломил руки. – Как же так?

Мышка не удостоила его ответом. Вместо этого она удовлетворенно икнула и перевернулась на спину, приглашая присутствующих почесать ее изрядно округлившееся пузико.

Стоит ли говорить, что на этом наши приключения не закончились. Морган вдруг резко отстранил меня себе за спину, а Мышка заинтересованно приоткрыла один глаз. И тени на полу задрожали, сплетаясь в подобие фигуры. Миг, другой – и перед нами предстала красивая, нет, я бы сказала, очень красивая девушка. Темные гладкие волосы, перехваченные на лбу тонкой золотистой нитью диадемы, спускались ниже пояса. Ярко-алое бархатное платье ладно обхватывало стройную фигурку. Вызывающее декольте позволяло полюбоваться на высокую грудь.

При этом было в выражении ее лица что-то очень знакомое. Пухлые губки сложены в гримасу пренебрежительного высокомерия, в глазах знакомого янтарно-желтого цвета – откровенная насмешка. Ни дать ни взять нейна Деяна, только помолодевшая на десяток лет.

«Скорее, на пару столетий», – исправил меня Эдриан.

Морган сухо закашлялся, будто слова встали у него поперек горла. Хм-м, сдается, я уже знаю, кто это предстал перед нами.

– Кларисса, – прошептал маг, подтверждая мою догадку.

– Морган, – отозвалась она. Задумчиво постучала пальцами по губкам, с преувеличенным вниманием оглядываясь по сторонам. – А где Сумрак? Я отправила его встретить вас.

– Ты отправила его? – переспросил Морган, недоуменно нахмурившись.

– А что тебя удивляет? – вопросом на вопрос ответила девушка. – Матушка была так ошеломлена известием о твоем визите, что не удосужилась принять меры элементарнейшей безопасности. Пришлось исправить ее оплошность.

– Что же, в таком случае позволь принести тебе и всему твоему роду глубочайшие извинения по поводу безвременной кончины Сумрака. – В голосе Моргана послышались затаенные торжествующие нотки. – Видишь ли, бедняга не пережил встречи с нами.

– Не пережил встречи? – Кларисса удивленно вздернула брови. – То есть?

«Забавная у нее манера говорить, – пробурчал Эдриан. – По-моему, это очень раздражает, когда кто-нибудь постоянно повторяет окончания чужих фраз. Так и хочется спросить, хорошо ли он слышит, раз переспрашивает».