Read the book: «ЗАПРЕЩЕНО!»

***

– Просыпайся. Эй.

Зажмурился и сразу открыл глаза. Пепельный потолок.

Ничего не понимаю. Где телефон? Почему будильник не зазвонил? Серые стены. Где я?

Полная дезориентация.

– Вставай, вставай скорее. Уже идут. Ну.

Перевел взгляд на шепчущего незнакомого мужика. Серая пижама. Похожа на медицинскую. Босой. Впалые небритые щеки. Опасливый взгляд. Он посмотрел в сторону раздающихся шагов и быстро поднялся. Я повернул голову.

Хм, да я за решеткой. О, как, Артем Викторович. Интересный поворот.

Серые гладкие стержни от потолка до пола. Сел на жесткой лавке.

И когда же я сюда попал? А главное, за что?

Посмотрел вниз. Серые штаны. Поднял взгляд выше. Такая же серая хлопчатая майка, как у соседа. Босой.

По коридору шли двое в серой форме. Нашивки с красными буквами. Ни разу не видел таких. Поднялся.

Раз мужик говорит надо, может надо? Ни черта не понимаю. Что происходит? Что за отделение? Что я здесь делаю?

Один из офицеров нажал что-то сбоку. Решетки поехали вверх, пропуская обоих. Сосед мой заложил руки за спину.

Не, хрен они дождутся. Пусть сначала скажут, за что меня сюда засунули.

– Руки! – тут же рявкнул один из офицеров.

Показал им пустые руки.

– За спину! – снова крикнул он.

– Командир, зачем сердишься? Скажи, что произошло? Я ж понятливый.

«Громкий» шагнул ко мне и в момент прислонил к моему животу палку с прозрачным наконечником. Боль пронзила мгновенно. Я конвульсивно задергался. Ноги чуть подогнулись, но я не упал. Во рту стало солено, прикусил язык. Сука! Чертовски болели все мышцы. Он убрал палку и боль прекратилась. Жесткий взгляд глаза в глаза.

– Руки. За спину, – твердо и тихо, но с угрозой.

Я встал ровнее, сжал зубы, сглотнул слюну с привкусом крови и зверем посмотрел на обидчика. Заложил руки. Офицер спокойно отступил на шаг назад.

– Фамилия, имя, социальный номер, – сказал молчавший до этого.

– Савельев Иван, первый блок, номер 138598, – протараторил мой сосед.

– Да не ваш, Савельев.

Офицер посмотрел на меня.

– Стерх Артем Викторович. А номера нет. Или вы про СНиЛс? Так я его не помню. Но вы поднимите данные, все ж в базе есть.

Прежний «Громкий» протянул ко мне палку. Я шарахнулся и возмущенно посмотрел в ответ.

– Эй! Ну говорю ж, не помню. Это что, преступление? За что меня сюда посадили?

– Стерх Артем, – проговорил «Спокойный», вводя данные в прозрачный планшет. – Не найден.

Я только успел подумать «а неплохо укомплектованы у нас участки», как до меня дошло.

– Как не найден? Вы введите еще раз. Вы там где, на Госуслугах смотрите?

Офицер непонимающе посмотрел на меня. Поднял планшет и навел на мое лицо.

– Не найден, – снова с тем же тоном проговорил он. – Социального номера нет, имя в базе не значится.

Он потыкал в прозрачный экран и показал мне фотографию. Серый блочный забор. По нему красной краской надпись с потеками: «ЖИТЬ ЗАПРЕЩЕНО!»

– Надпись – ваша работа?

Я аж хохотнул.

– Да ты чего, командир? Из меня художник, как из тебя балерина.

– Обращаться нужно: офицер. Ясно?! – снова рявкнул «Громкий».

– Ну ясно, чего кричать? Офицер, так офицер.

– Подозреваемый причастность к правонарушению отрицает, – «Громкий» отрапортовал начальству, и Офицер кивнул. Оба развернулись, отошли и решетка начала опускаться.

– Эй, эй, – бросился я, но «Громкий» протянул палку, и пришлось остановиться. – Когда меня выпустят? – они дождались, когда решетка опустится и зашагали по коридору так же молча, как пришли. – Я имею право на адвоката!

На мои слова сипло засмеялся сосед. Он сел на лавку.

– Чего ржешь?

– Адвокат. Какой адвокат?

Я с подозрением посмотрел на него. Больной, наверное. Тоже сел на свой топчан. Как ни странно, босым ногам на полу было не холодно. Гладкое литое покрытие будто даже грело. Что-то изменилось, и КПЗ у нас переоборудовали, что ли? Вроде не слышал, чтобы в них комфортно было. А здесь… Чисто, тепло.

– Где мы? – спросил мужика.

Тот посмотрел на меня.

– КПЗ, – дернул он плечом. – Сам не знаешь, что ль?

Я убедился в правильности соображений.

– А меня когда сюда заперли?

Тот присмотрелся еще внимательнее. Молчал какое-то время. Потом покосился на висящий на потолке глазок. И, видимо, решил не говорить, что хотел.

– Ночью доставили. Ты в бессознанке был. Мычал что-то.

Я напряг память, но ничего кроме вчерашних обычных дел не вспомнил. Пришел с работы, принял душ, разогрел вчерашний ужин, включил плейлист фоном. Спокойный вечер. Ничего особенного. Начал что-то читать, но не пошло, вырубился, кажется. И потом…

Вздохнул.

– А участок хоть какого района?

Была надежда на то, что хоть по месту чего-то вспомню.

– Блок девять.

Посмотрел на мужика. Точно больной. Какой блок? Про район же разговор.

– Ну северо-запад или центр?

Тот задумался.

– Юг, – ответил, прикинув.

Юг. Юг. Что у нас на юге? Южный мост. Аврора. Не, туда бы меня никогда не занесло ночью. Разве что на Безымянку. Но ночью? Может Серега позвонил?

Напряг еще раз память. В голове пусто. Темнота. Никакой зацепки.

Мужик пересел на мою лавку, вторгаясь в личное пространство, и, повернувшись к глазку спиной, зашептал:

– Сивуху пил, что ли?

Потом принюхался ко мне и тут же опроверг слова.

– Не, не пахнет. Слушай, мужик, а ты как из базы стерся? Мне до зарезу надо подтереть там у себя. Может, дашь нужный адрес? А? А я тебе дам место, где нормальное пойло найти можно. Далековато, но зато надежно. Там не загребут.

Чем дальше я слушал его, тем больше осознавал, что ни хрена не понимаю.

– А чем тебе магазинное не в кон?

Тот озадаченно посмотрел на меня. Потом кивнул своим мыслям.

– Ты вообще нездешний? – Он снова помолчал и повел головой. – Паршиво. Как тебя сюда занесло? Шпион, что ли? Законы хоть знаешь?

Я молчал, ожидая, что он выдаст еще. Потому что в этот момент в мою голову закралась мысль, что все это какой-то дурацкий розыгрыш. Кто придумал? Вадим? Или Саня? Да, оба могли. День рождения решили мне устроить? Ну, друганы. Поговорю я с ними. Где такие шокеры только взяли? Не, наемная компания, наверное. Корпоративы, дни рождения, юбилеи…

Мужик тоже молчал, ожидая ответа.

– Ты про какие законы? – решил я поддержать игру.

– Запрещено.

Я ждал продолжения. Он впился в меня взглядом. Потом мотнул головой.

– Не знаешь, понятно. Ну встрял ты, мужик, по самое не могу. Кто тебя послал, на тот свет спровадить хотел, что ль?

Я пожал плечами.

– Никто меня не посылал. Не помню ничего.

Он ухмыльнулся.

– Ага. Так всем и говори. Ниче не помню.

Он отодвинулся и пересел.

– Так что за законы? – Мне стало интересно.

Но тот потерял вдруг ко мне интерес. Не то обиделся, что не откровенничаю, не то, что адрес какой-то не дал. Я оглядел его еще раз. Актеров подобрали, конечно, типажных. И со щетиной, и с характером. И амбре от него. Играет-то как. Интерес вызвал – и в молчанку, чтоб разжечь любопытство. Ну-ну, поглядим.

В конце коридора снова появились офицеры. Двое. Они тащили за собой упирающегося парня. Худой, в сером комбинезоне с грязно-синими вставками. Застиранная рубашка. Рукав ему уже порвали, видимо, для антуража. Чтобы создать впечатление сопротивления.