Read the book: «Господин Хранитель»

Глава 1

Послеполуденное солнце золотистыми пятнами просвечивало сквозь листву яблоневого сада во дворе Большой библиотеки Альтенбурга. На небе не было видно ни облачка. Эйлин Валмери привычным движением стянула с худых плеч старую вязаную кофту, множество раз заштопанную на локтях. Долгое сидение за библиотечным столом не шло на пользу ни ей, ни кофте. Эйлин повела головой, разминая затёкшую шею.

Послеобеденный чай в кружке давно остыл, но Эйлин и не заметила: на ее коленях лежал потрепанный томик «Сказок со всей Вестурии», её любимой с самого детства книги, когда каждая её глава еще сулила новые открытия. Эйлин в который раз перечитывала притчу о Старом короле, которую давно знала наизусть. Почему-то именно сегодня ей захотелось вернуться к ней после обеда, отложив каталог новых изданий, доставленный в библиотеку накануне.

"...когда часы на главной площади пробили полночь, Старый Король закрыл глаза в последний раз..."

Эйлин всегда очень отчетливо представляла себе эту сцену: в огромной, полутемной королевской опочивальне собрались все придворные, принцы и принцессы, чтобы проститься со Старым Королем. Они стоят, молча опустив головы, а несчастная королева льет горькие слезы у постели супруга, глядя, как последние остатки жизни покидают его тело.

Эйлин почему-то всегда было жаль именно Королеву. Она считала жутким эгоизмом со стороны Короля взять и умереть, когда у него оставалось еще столько государственных дел. А после его смерти заниматься всем придется именно Королеве, как будто ей и без того мало забот о детях и о королевском парке!..

В траве лежало несколько крупных желтых, кое-где покрасневших с одного бока яблок — видно, старым ветвям было уже невмоготу выдерживать их тяжесть. В этом году яблок было удивительно много: немногочисленные работники библиотеки не успевали их подбирать. Яблони не раз собирались спилить, но Эйлин всякий раз вставала на их защиту: когда-то, ещё ребенком, она, разобидевшись на наставника за заслуженный нагоняй, убежала в сад и там в сердцах пинала узловатый ствол самой старой яблони, пока на нее не начали сыпаться перезрелые плоды, больно ударяя по плечам и макушке.

Наставник, бывший в то время Главным библиотекарем, сказал ей:

— Не трогай это дерево.

— Почему? — еще больше насупившись, с вызовом спросила Эйлин.

— Оно старше нас обоих.

— И старше библиотеки? — Эйлин задрала голову вверх, глядя сквозь листву на высокую, потемневшую от времени черепичную крышу. На коньке крыши, надёжно вцепившись чёрными когтями в старую черепицу, сидела ворона и время от времени каркала, словно тоже не одобряя поведения Эйлин. Наставник только усмехнулся:

— Нет. До таких лет даже деревья не доживают.

Одно из яблок лежало почти у самых ног Эйлин, и она, в который раз неодобрительно фыркнув про себя насчет неподобающего поведения короля, слегка пнула яблоко носком ботинка и перевернула страницу. В тот же миг из окна над головой Эйлин показалось лицо одной из смотрительниц:

— Госпожа Эйлин!

— Ну что еще? — недовольно поинтересовалась она.

— Пришёл господин Хранитель.

Эйлин закрыла глаза и глубоко вздохнула.

— Который?

— Ваш, — в веселом голосе смотрительницы Эйлин почудилось даже некоторое злорадство. Ну еще бы — не ей придется в который раз выслушивать комплименты собственным способностям варить кофе.

— Он не мой, — мрачно проворчала Эйлин себе под нос, отложила книгу и поднялась, отряхивая длинную юбку. Хранитель не терпел опозданий.

Конечно, господин Хранитель был не ее. А точнее, он был ничей — всегда держался особняком, не водил ни с кем близкой дружбы — во всяком случае, Эйлин ни разу не видела его в компании кого бы то ни было, кроме молчаливого слуги. Он служил при дворе нынешнего короля Вестурии — пост не столько денежный, сколько обязывающий: Хранитель Печатей. Собственно, Хранителем его и называли и во дворце, и в народе.

Без его участия не вступал в силу ни один указ короля, не проводилось ни одно назначение, и даже наследник внушительного фамильного состояния не мог получить причитающееся, если на документе не стоял оттиск большой королевской печати, которой ведал лично Хранитель. Неудивительно, что особой популярностью среди придворных Хранитель не пользовался: он был известен своей верностью трону и равнодушием к роскоши, и ещё никому не удавалось его умаслить, чтобы дать ход какому-нибудь сомнительному с точки зрения закона решению.

Говорили, что он знал наизусть полный свод законов Вестурии, и король доверял ему безоговорочно в том, что касалось бумажной волокиты, старых союзных и торговых договоров, а также престолонаследия. Что и говорить: Хранитель Печатей должен был первым вскрыть завещание после смерти короля, им же оно и заверялось при жизни монарха. И Хранитель же объявлял, кто следующим взойдет на трон. Если подумать, слишком много власти для одного человека.