Read the book: «Соседи с той стороны»

В своём ли уме находился Игорь Дмитриевич, когда замышлял такое? К сожалению, он был адекватен.

Расправив плечи, худой старик с белой бородой постучал костылем по паркету, стараясь приглушить гомон собравшихся. Костыль больше подходил ему по образу, чем, к примеру, трость, поэтому и сюда, по привычке, захватил, слегка удивив остальных.

– Друзья, товарищи, граждане…

– Хулиганы-тунеядцы, – поддакнул молодой парнишка в темных очках, за что получил локтем в бок от соседки.

Игорь Дмитриевич смерил нахала взглядом и продолжил:

– Давайте в этот час прекратим споры и вспомним, кто мы. Хочу поговорить, друзья, услышать вас.

Блондинка в шубе до пола цокнула и запищала:

– И ради этого я летела из Швейцарии?!

– Нет, деточка, ради этого ты перестала сосать энергию из богатых живых…

Парень в черных очках оживился, выкрикнув:

– Ух, не только энергию, но и… ай!

Костыль снова громыхнул, сминая голоса и смешки. “Помещение неудачное, – запоздало подумал беловолосый старик. – Следовало арендовать маленький класс, а не аудиторию университета… Кто ж знал, что из ста приглашенных на встречу придут лишь двадцать.”

– Проявите уважение к старику: заткнитесь. Так-то лучше. Из всех, кто смог и захотел сюда попасть, я знаю лишь половину. Давайте познакомимся с остальными, ведь то, что я хочу вам предложить, зависит и от общего желания. Мы должны стать командой, хотя бы на какое-то время.

– Ну нет, у меня отчетность горит! Какая болтовня? Говори, что хотел, а там я уж подумаю, – грубо заметил толстый отекший очкарик, прижимающий кожаную папку к груди. Несколько гостей несмело закивали на его слова. Старик нахмурился:

– Кто пустил к нам бухгалтера? Кто, я спрашиваю?

– Меня отправили в командировку, ясно вам? И не бухгалтер я, чтоб вы понимали, – обидевшись, буркнул мужчина, расплываясь на глазах у собравшихся.

– Прекратить балаган, отставить превращаться в бесплотного духа! Ты кто, как зовут? Кто назначил?

Копыто костыля угрожающе уставилось на вновь “оформившегося” небухгалтера. Толстяк поджал губы и недовольно фыркнул:

– Полтергейст я, Валерий. Из Саранска прибыл.

Старик прищурился, не опуская костыль, словно оружие:

– Это сейчас полтергейсты так отъелись у нас? Соседи, это правда нормально?

Пестрая толпа переглянулась, раздался нервный смех. Духота растеклась по аудитории, несмотря на мартовскую прохладу Сибири и специально отключенное отопление. Открывать окна никто не решался. Гости сидели и стояли вразнобой, невольно изображая географическую карту регионов России.

– Ну допустим, Валерий, и что там происходит у вас, у местных?

– А вы с какой целью интересуетесь? – толстый Валерий продолжал обижаться, но поддержки в толпе не нашёл. Когда ехал на встречу, ему обещали достойный ужин и ночь в шикарном особняке губернатора: конечно, там действовать в своих интересах разрешалось.

– Да вот думаю, Валерик, к вам в Саранск запустить половину наших призраков или не стоит? А? Корма хватает, я смотрю?

Гогот взорвал помещение, Валерий показал средний палец старику и растворился.

После исчезновения полтергейста общение пошло активнее:

– А вот у нас в Ростове, наоборот – что ни день, то скука. Мне б девку какую агрессивную или мужика буйного, да энергию-то слить в нужное русло, а подишь ты – нема! Чевой такие все спокойные стали, не пойму, – жаловалась дородная бабища в цветастом халате, с полотенцем на плече.

– А вы кто, уважаемая, кого представляете?

– Так я из этих, из энергетических.

– Вампиры что ли? – охнула блондинка в шубе. – Они что, реально существуют?

– Тьфуй, дурында, ну какие вампиры, 21 век на дворе. Говорю ж – эмоджисты мы.

– А, эмодзи! Как смайлики, да?

Игорь Дмитриевич с тоской вздохнул: ну о чем разговаривать с молодежью? Многоголосье вновь заполнило помещение, собрание превращалось в фарс.

– Ты сама-то кто, барышня? Что в Швейцарии делаешь? Ты ж русская, – устало поинтересовался старик, усаживаясь на стул завкафедры.

Девушка жеманно поиграла плечами, словно хотела завлечь каждого из присутствующих, и медовым голосом произнесла:

– Ну как же.. дарю удачу моим спутникам.

– Взамен-то что?

– Хм, пустяки: их память всего-навсего.

– Ой, а я читала про тебя: Сонька-золотая ручка! – радостно хохотнула дама из Ростова.

Блондинка обернулась и скорчила рожу, ответила вновь противным писклявым:

– Сама ты Сонька! Я не ворую, а честно заключаю сделки. И не только с мужчинами, кстати, дорогуша!

– Ну-ну, девочки, не время для ссор. Кто ещё чем промышляет? Невинные увлечения? Мимолетные преступления? Собственное потребление?

Пока лились очередные признания и пересуды, старик оглядывал присутствующих, отмечая для себя более-менее пригодных для его плана.

Молодая дама сидела в самом дальнем углу, но отчего-то привлекла внимание Игоря Дмитриевича: элегантная, обворожительная, скучающая, в темной шляпке мужского фасона, но яркие алые губы выдавали неукротимую личность. Что-то подсказывало ему, что эта новенькая поселилась в его городе. Хотя, можно ли город назвать своим, если раз в десять-двадцать лет меняешь место жительства?..

– Представитесь нам? – вежливо поинтересовался Игорь Дмитриевич, обращаясь к девушке в шляпке.

– Mon nom vous intéresse?¹

– Не только, дорогая. Откуда вы, чем можете удивить?

– Предпочитаете классический русский? Что ж. Особых талантов за собой не заметила, кроме внушительного жизненного опыта на протяжении многих эпох. А зовут меня Полина. На фоне других моя история выглядит уныло, увы.

– Напротив, это интересно! Обещаете после рассказать подробности?..

– Обещания – вещь эфемерная, уважаемый глава собрания.

Игорь Дмитриевич покачал головой и улыбнулся. У него как раз в кармане пиджака притаился небольшой подарок для этой леди в виде необычного флакона. Пусть удивится, насколько она была не права.

***

Блондинка в шубе, имя которой никак не запоминалось Игорю Дмитриевичу, недовольно поджала красивые губы:

– Вы хотели меня видеть?

После собрания, на котором узналось так мало, старик отпустил всех на вольные хлеба сибирского города, строго наказав соблюдать приличия. Свой план он решил озвучить завтра. Туристы пускай погуляют, пообщаются, ведь любой сущности хочется разнообразия и свободы. А вот талант блондинки стоило рассмотреть получше – следовало разыграть свои личные карты.

– Да, да, очень хотел поговорить с тобой. Присядь напротив. Ты сказала, что забираешь память, верно?

Девушка кивнула, рассматривая интерьер гостиничного номера. На кукольном лице проскользнуло недоумение: почему такой влиятельный старик снимает себе номер эконом-класса?

– Замечательно. А как это работает? Последние воспоминания, выборочные или те, которые сам клиент отдает?

– Да зачем мне вообще всё это, вы что, – фыркнула мадам, – я нахожу только то, что мне нужно. Как файлы из папки вырезаю и вставляю себе.

– Хм… не понял.

Блондинка закатила глаза и с неохотой пояснила:

– Ну коды, пароли, там, номера счетов или шифры какие-нибудь… всё, что может обеспечить мою скромную, сладкую жизнь. Взамен я выполняю незначительное пожелание, и вроде как мы в расчете.

– А, деньги тыришь, что ли? – разочаровался старик. – Ну, а пожелания как выполняешь?

– Ниче я не “тырю”! – возмутилась барышня, поправляя дорогие часики на запястье, – а с желаниями почти всегда просто: люди хотят моего успеха, моих связей, моей красоты, молодости.

– Профурсетка, – не сдержался Игорь Дмитриевич.

– Ой, ну что опять началось-то! Между прочим, с бедняками я не спл.. то есть, не общаюсь. Чем больше денег у человека, тем больше он хочет: еще выше статус, еще моложе девушку рядом, еще круче тачку, еще солиднее счет… А я довольна тем, что имею, – усмехнулась она.

– Да всё, всё, понятно, скромница ты наша. Ты мне лучше вот что скажи: можешь ли забрать определенный кусочек памяти? И влияет ли твое мастерство на таких, как мы?

Блондинка уловила блеск в глазах старика. Наклонившись вперед, она промурлыкала:

– Кто-то хочет кусочек моей удачи? На всех влияет, но с сущностями я в такое не играю.

– Мне понадобятся твои услуги, дорогуша. Оплачу тебе отдых на Алтае, на недельку, идет?

Она рассмеялась звонко, но ответила писклявым высоким голосом:

– Дед, ты в своем уме? Какой нахрен Алтай?! Чего ты вообще нас собрал здесь, холодина такая и серость, даже не столица! Почему не в Италии, например?

– Много будешь знать – скоро состаришься, – проворчал старик. Вредная девка! Но талант её нужен позарез. – Ладно, договоримся о цене твоих хотелок. Только договор подпишем, а то знаю я вас: “Доллар поднялся! Евро возвысился!” и потом доказывай…

– А что забрать-то надо из памяти, если не про деньги? И у кого? С опасными я связываться не буду.

– Мы с тобой после обсудим, я должок попрошу спустя время.

***

Второй день собрания показался веселее: гости насытились, кто чем мог, и были готовы слушать идеи старика, по какой-то причине возглавляющего федеральное отделение НЖС. Организация старинная, ничего особо не требующая от участников, кроме регистрации, но довольно полезная по-своему: в регионах открывались и другие отделения НеЖивых Сущностей вроде Полуживых или Не-Совсем-Живых, Пограничных или даже Изгнанных. Создавали кооперативы, кружки по интересам, приезжали на конференции и фестивали, обменивались опытом и контактами. НеЖивая жизнь кипела, совершенно не мешая обычным людям.

– Итак, друзья и соседи! Слушайте моё решение. Нам необходимо создать свой теле- и радиоканал, социальные сети и печатные СМИ. Люди должны начинать узнавать про нас, о своих соседях с той стороны.

Аудитория погрузилась в тишину. Двадцать пар глаз следили за стариком с костылем, бодро шагающим между рядами.

– Но… но как же наше главное соглашение? – наконец поинтересовался рыжий интеллигентный Фёдор с тремя классами образования. Толпа отреагировала бурно.

– Да, в самом деле! Игорь Дмитриевич, как же? Разве ж можно?

– Нас под суд загребут!

– Где это видано?!

– Старик тронулся умом!

– Феденька, вызывай психушку, ха-ха!

– Подкинь дров!

– Какие дрова, вы посмотрите – да он же спятил!

Костыль трижды постучал по тусклому паркету. Эхо разлетелось тысячами пыльных частиц. Уборщица как раз поднялась на этаж и вздрогнула: как будто кто-то только что стучал в аудитории номер “А7”. Но там ведь никого нет, учебное заведение закрыто на ремонт ещё в начале месяца, а рабочих никто так и не видел.

– Всё, все высказались? А теперь слушайте меня. О сером теневом мире тоже не все из вас знают, но это не мешает ему существовать. Нас слишком мало, и с каждым годом мы видим регресс популяции. Разве не хотелось вам помочь своим близким и знакомым познать и этот мир? Разве всё заканчивается, когда сердце перестает биться? Мы знаем, что нет. И люди об этом догадывались еще с начала времен. Те, кто уходят насовсем – их большинство. Но многие заблудшие даже не знают, где они оказались. Мы прятались много сотен лет, да что уж там: две тысячи лет мы скрывали, что живем рядом с людьми. И призраки друзей метались две тысячи лет, натыкаясь на стену нашего равнодушия. Я призываю вас приоткрыть завесу тайны, чтобы мы могли стать полноценной частью общества живых, помогать им познавать себя. Для этого нужно ввести некоторые информационные потоки, вы понимаете? Конечно, придется отделять сумасшедших и фанатиков от реальных сущностей, но на каждого найдутся свои деятели, свои таланты.

– Так всё же, главное правило было отменено? О том, что нам нельзя показываться живым и рассказывать о себе?

Игорь Дмитриевич похлопал в ладоши, вновь создавая эхо в напряженной тишине.

– Фёдор, как же ты прав, дорогой друг. Из какого ты города, напомни? А, ну да, из Костромы. Так вот. Это правило отменено, поскольку вышел срок давности Первого Указа.

– Позвольте, я, верно, ошиблась дверью ещё вчера: о чем вы говорите? Я вполне себе жива, уж не знаю, как вы все. Пойду, пожалуй.

Вчерашняя знакомая в шляпке покачала головой и поднялась с места, но старик воспользовался ситуацией:

– Я как раз об этом и говорю, Полина. Вы, как представитель двух миров, прекрасно иллюстрируете ситуацию! Некоторые из нас живы, некоторые нет, но мы прямо сейчас общаемся в этой аудитории. Трансляция о нашем существовании будет носить несерьезный характер, поскольку верить в такое в здравом уме многие отказываются. Разве что писатели и художники действительно наблюдают за нами, но… ладно, это уже другая тема.

Девушка пожала плечами, допуская правоту мысли старика.

Присутствующие молча переглядывались. Бойкая старушка с седыми буклями вдруг заинтересовалась:

– Постой, касатик, а что ж нам с этого? Люди авось привыкнут, а нам-то что?

Игорь Дмитриевич усмехнулся:

– А нам больше простора для фантазии и своих талантов. Сделки, договоренности… обещания, – он многозначительно посмотрел на Полину, но та лишь дернула плечом, мол, “что ты пристал с этими обещаниями?”.

– Так значит, выходим на новый уровень? – догадался парень в темных очках. – Создаем креативный отдел, ага?

– Хренотивный, – буркнул внезапно появившийся полтергейст Валера, по-скотски подслушивающий все разговоры как невидимка. – А документы кто подписывать будет, что мы теперь в новом статусе? Раньше вообще уничтожение на месте грозило, а сейчас? Не все добросовестные среди нас, думается мне.

– А ты поменьше думай, хрен ушастый! – рассердилась женщина в халате из Ростова.

– Погодите, Валера прав. Всё зафиксируем, документы подпишем. Мой сын, Юрий, должен скоро подойти, у него необходимые бланки и печать.

Толпа одобрительно загудела: новое веяние показалось отличной идеей, пошли обсуждения возможностей и границ дозволенного.

Только лишь блондинка в шубе и Игорь Дмитриевич загадочно переглянулись.

Вместо послесловия

Короткая зарисовка приоткрывает форточку в мир, что существует на границе привычной реальности: сущности и люди разной степени «живости» занимаются своими делами рядом с нами. Какие они? Можем ли мы их видеть, общаться? О чем они думают, мечтают? А вдруг они опасны?

Дальнейшие мысли на эту тему развиваются в книгах одноименной серии, на Литрес:

«Граф Пятница» https://www.litres.ru/book/ekaterina-elgina/graf-pyatnica-69265840/

«Леди Понедельник» https://www.litres.ru/book/ekaterina-elgina/ledi-ponedelnik-71320435/

Литературная группа автора в ВК https://vk.com/elgina_writing

Телеграм t.me/elgina_write

Спасибо, что выбрали эту историю! Приятного дальнейшего чтения.