Read the book: «Запретная для Альфы»

Пролог

Я шла на собственную свадьбу, как на похороны. Утомительно долгая церемония, речи священника, поздравления и напутствия. Ведь девушка должна быть счастлива, выходя замуж? Тогда почему еле сдерживаю слезы? Да потому что у алтаря стою подле чудовища, монстра в обличье человека. Мужчина, купивший меня у собственной семьи за баснословные деньги, за капитал и перспективы. Но ведь всю жизнь готовилась к этому дню. Меня растили, воспитывали, как куклу для удовлетворения мужских потребностей. Рядом со мной даже самый мерзкий и чванливый старикашка казался королем. Фигура, лицо, манеры и осанка. Я – украшение, но не более.

У красивого тела не было лишь одного – души. Которую я обрела на короткий срок, а затем потеряла. Отдала другому монстру – настоящему, страшному, но… каждое касание моего жениха отдавалось неприятными спазмами в желудке, а сердце кричало: «Это не должен быть он!». Один бокал шампанского, затем следующий. Легче не становилось, лишь нервная дрожь на мгновение успокаивалась, чтобы сотрясти тело спустя короткий миг. Смотрела в толпу, в надежде найти Его, своего Лео. Неужели больше не увижу яркую и открытую улыбку?

Всюду сновали журналисты и щелкали камерами фотографы. Лорды и леди со всей Англии собрались на свадьбу дочери знаменитого сэра Уайтбёрда. Со всех сторон сыпались комплименты наряду, сшитому ведущим миланским дизайнером специально для этого дня. Но я бы предпочла белому классическому платью облачение вдовы. Судорожно сновала среди гостей в попытках найти что-то крепче шампанского. День стремительно бежал к закату, который никогда еще не казался мне столь зловещим.

Ближе к завершению всеми силами старалась оттянуть момент первой брачной ночи. И дело не в том, что отец обещал сэру Грегори девственницу, а я… все внутренности скручивало в нервных спазмах, стоило подумать о том, как он будет касаться меня, трогать и входить внутрь. Не хочу его, хочу только Лео! Тело отказывалось, кричало и умоляло не подпускать к себе мужа. Я жажду только моего волка. Чувствовать его шершавую щетину на своей щеке, гладить растрепанные волосы, изучать губы. Поддаваться, покоряться и умирать в любимых руках. Но мне не сбежать. Охрана отца отловит, где бы не спряталась.

Особняк, который сэр Грегори купил по случаю женитьбы, наполнял свет пламени электрических свечей. Вся прислуга будто испарилась, оставляя молодых супругов наедине. Холодный мертвый дом. Такой же, как у моих родителей. Открыв массивную дверь, мой новоиспеченный муж развернулся и быстро набрал код на панели сигнализации. По пустым комнатам раздался зловещий писк. Я же чувствовала, как тело стремительно деревенеет.

Он держал меня за руку и с каждой ступенькой, которую мы преодолевали, все сильнее сжимал локоть сквозь кружево свадебного платья. Крупные сильные пальцы оставляли следы, но я терпела, стиснув зубы. Когда дверь спальни распахнулась, муж практически швырнул меня к кровати. Еле удержалась на ногах, хватаясь за крепкий балдахин. Вокруг горели свечи, но их свет казался ледяным, безжизненным, словно в могильнике. Муж подошел и схватил меня за шею, сильно сжимая кожу, не позволяя сделать вдох.

– Я ведь все знаю, потаскуха. Что ты трахалась со своими рабом, с этим грязным чудищем. Нравилось? Говори!

Грегори сильнее сжал пальцы. Я молчала, лишь с ненавистью глядела на своего мучителя. Пусть лучше убьет. Откуда-то из брюк мужчина вытащил складной нож, силой развернул меня, прижимая грудью к кровати и рванул шнурки корсета. Боль сдавила горло, грудную клетку будто опустили в кипящий котел. Я стиснула зубы. Он не услышит мои мольбы, похороню себя внутри этого кукольного тела, но не сдамся.

– Он имел тебя в человеческой или волчьей форме, а шлюха?

Грегори сорвал с меня платье, окидывая липким, мерзким взглядом. Ощущала животную похоть, висящую в воздухе, обволакивающую кожу. Оставив меня лишь в белом белье, да кружевных чулках, приник губами к бедрам. Один за другим последовали болезненные сильные укусы. Моя белая кожа горела, отдавая болью в самое сердце. Я дернулась и зарядила пяткой прямо в его довольную рожу, затем перекатилась и вжалась в изголовье кровати. Не дамся ему, никогда!

– Я тебя презираю, – процедила сквозь зубы.

Он снова схватил меня за горло, приподнимая и укладывая на кровать. Странным безумным взглядом муж окинул мое лицо, убрал выбившуюся из тяжелой прически прядь платиновых волос.

– Ты – моя кукла. Да, по условиям контракта должна остаться живой. Но я превращу твою жизнь в ад.

В тот миг мне стало по-настоящему жутко. Грегори – не человек. Монстр, насильник. Он же… рванув кружевные трусики, попытался проникнуть в меня, но я вырвалась и упала с кровати. По щекам предательски потекли слезы. Все нутро выворачивало от попыток гадкого вторжения. Забыться… привыкнуть… стереть саму себя. Но смогу ли? Мужчина подошел и навис надо мной страшной горой. Ну вот и всё, Нисса. Силой подняв меня на ноги, вжал в стену, затем занес руку и…

Из мыслей вырвал звук бьющегося стекла. Порыв холодного ветра разом наполнил легкие воздухом. Грегори опустил руку и развернулся. В его глазах мелькнула ненависть, быстро сменившаяся испугом. Я же закрыла глаза, душа будто парила где-то сверху, пока супруг пытался надругаться надо мной.

– Как некрасиво так поступать со своей молодой женой, сэр Грегори, – я услышала знакомый низкий голос.

Лео. Нет, он не должен увидеть меня такой! Стыд накрывал с головой, не было сил даже взглянуть на любимого мужчину. Я рухнула на пол, сжав ноги, подтянула колени к подбородку, закрывая глаза и отдавая себя во власть накатывающей боли. Не заслуживаю даже глядеть на своего волка.

– Поганый монстр, – прорычал Грегори, доставая любимый раскладной нож, – эта сучка – моя!

Лезвие холодного оружия отражало лунный свет. Но Лео смотрел на моего мучителя без тени страха. Волк начал медленно подходить, то и дело бросая в мою сторону настороженные взгляды. Он не сможет простить.

– Аккуратнее, порежетесь, сэр, – насмешливо пропел Лео, мгновенно оказываясь за спиной Грегори и выбивая нож из потных рук лорда.

Ему даже не нужно было обращаться в зверя, чтобы справиться с моим мужем. Сердце забилось, когда, подняв заплаканные глаза, увидела свой подарок на шее оборотня. Серебряный ошейник. Тот самый. Боль еще сильнее сжала сердце, выкручивая, выжимая остатки того, что испытывала к этому получеловеку. Чувства наизнанку, словно одним взглядом Альфа вскрыл мою грудную клетку, наблюдая за колотящимся оголенным сердцем. Лео развернул мужа лицом ко мне, держа ладони около его шеи.

– Одно слово, миледи, и он умрет.

Глава 1

Пронзительный волчий вой накрыл территорию огромного особняка, в котором коротала вечер моя семья. В кои то веки мы отдыхали дома, а не скучали на бесконечных глупых приемах и прочих светских мероприятиях. Я – одна из них, наследница крупного состояния. Богатая, красивая и лучшая во всём – от верховой езды до игры на пианино. Мой отец, лорд Уайтбёрд, взглядом приник к одному из окон, не выпуская из рук планшет.

– Снова волков отлавливают, – буркнул, затем протер аккуратные очки в металлической оправе, – третий рейд за неделю.

Моя мать – светловолосая изящная дама с пронзительными глазами, одетая в красивое элегантное голубое платье, оторвалась от вязания, затем устало вздохнула.

– Сэр Винтер уже давно ищет альфу этой стаи. Тот словно неуловим. Не понимаю правда, откуда столь пристальное внимание к грязному животному.

– Альфы высоко ценятся на наших невольничьих рынках. Умные, выносливые. Отличные телохранители. Но их тяжело приручить. А тот, о ком ты говоришь, дорогая, очень ценный экземпляр. Уйдет с молотка по двойной, а то и тройной цене. Томас не упустит такую выгоду.

Моя мать лишь высокомерно хмыкнула. За ангельской внешностью скрывалась настоящая светская львица. Профессиональная интриганка и манипуляторша. Именно поэтому отец за все годы брака так и не завел себе любовницу. Весь высший свет удивлялся тому, как крепко она схватила его за яйца. Я же устало вздохнула, забрасывая ноги на небольшой изящный чайный столик.

– Леди Анисса, не ведите себя развязно! – гаркнула моя гувернантка, которая в это время скрупулезно вытирал пыль с массивных книжных волок.

– Агнес, не нужно, – мягко произнес отец, – пусть расслабится. Все-таки завтра уже восемнадцать стукнет. Дорогая, ты помнишь о моем сюрпризе?

Я кивнула, вспоминая, что каждую леди на совершеннолетие ожидает особый подарок. Но честно говоря, мою скуку это не развеяло. Вся жизнь – один сплошной праздник, который однажды просто приелся.

– Привыкнув вести себя так дома, она будет делать подобные вещи всюду, – не отрываясь от вязания, ледяным тоном констатировала мама, – это отвратительно скажется на ее репутации, как леди Уайтбёрд.

– Ладно, ладно, – я снова села ровно.

Осанка, благородство, стать. Я помнила все уроки многочисленных преподавательниц из элитной женской школы. От страха сломать свою куколку, отец нанял учителей на дом, не отпуская меня в пансионат, в который так хотела. Анисса Уайтбёрд – пленница в собственном доме. У меня были подруги, но лишь одобренные службой безопасности отца, из моего же круга. Ну а мужчины… семья берегла свое сокровище, чтобы подложить под толстосума, которого для меня выберут. Девственность – самый ценный дар, который я могла предложить.

– Пожалуй, пойду спать, – сказала нарочито вежливо, чтобы позлить мать.

– Сладких снов, дорогая, – ледяной тон инеем окрасил ласковые слова.

Поцеловала родителей и отправилась наверх. Мой отец – ближайший советник королевской семьи, так что статус не позволяет нам якшаться даже с низшими чинами. Все хотели приблизиться к нашей семье, но мы могли себе позволить выбирать и друзей, и врагов. Фамильный особняк напоминал музей. Всюду мрамор, картины и напускной шик. Пустой, величественный, мертвый. Я выросла здесь и была уверена, что умру в подобном доме. Упав на кровать, почти провалилась в сон, но вибрация мобильного вырвала из цепких лап Морфея. Люси, моя единственная верная подруга. Единственный человек, с которым чувствовала себя живой.

– Привет! – была очень рада ее слышать, – где на этот раз отрываешься?

– Ницца, – звонко посмеялась девушка, – как ты?

– Хорошо.

– Завтра же твое совершеннолетие. Лорд и леди Уайтбёрд уже огласили потенциальный список женихов?

– Заткнись, – я перевернулась на спину, – если бы мой телефон не прослушивался, я бы рассказала, чего на самом деле хочу. Ну а так… да, завтра день рождения. Только вот ничего не чувствую. Точно не сможешь приехать?

– Прости, родная, – вздохнула она, – отец настаивает на моем присутствии здесь. Когда вернусь, мы с тобой обязательно оторвемся.

Слова Люси согревали меня даже тогда, когда на душе бушевала метель.

– Мне кажется, – встав с кровати, взглянула вдаль на темный густой лес, – что внутри у меня все давно мертво. Либо заковано в лед.

– Сэр Грегори будет на твоём празднике? – уточнила Люси, внезапно оживившись.

– Наверное, – протянула я.

– Вот он и растопит лёд в твоем сердце в первую брачную ночь.

– Смешно, – буркнула я.

– Да все уже знают, что тебя ему обещали, а ты всё не веришь. Везучая.

Я лишь хмыкнула. Грегори Мосс – влиятельный банкир, который смог сколотить приличное состояние на биржевой торговле уже к своим тридцати годам. Стоит ли говорить, что девицы из высшего света готовы были прыгнуть на его член по первой просьбе? Он был всегда вежлив и обходителен, имел связи в высших кругах и даже вхож в королевскую семью. Единственный недостаток – отсутствие родословной.

– Он босяк, – хмыкнула я в ответ на гогот лучшей подруги, – отец не отдаст меня ему. Невыгодно.

– Зря. Он недавно приобрел один крупный австрийский банк. Так что теперь здоровается за руку с членами королевской семьи. Поищи в интернете. Ты там в своей золотой клетке совсем мхом заросла?

– Наверное, – протянула я и почувствовала, как начинаю засыпать.

Завтра и правда большой день. Совершеннолетие и мой первый аукцион оборотней.

***

Распахнутые настежь окна впускали утренний летний зной. Я проснулась раньше, чем гувернантка ворвалась в спальню и начала скидывать меня с матраса. Фактически я уже стала совершеннолетней, ведь родилась в три часа утра.

– Нервничаете? – уточнила немолодая сухая женщина в черной строгой одежде, расчесывая мои волосы.

– Немного.

– Все-таки восемнадцать лет раз в жизни бывает, миледи, – улыбалась она.

Я по-своему любила Агнес, хоть она порой и выводила из себя. Просто остальные были еще хуже. Надев воздушное коктейльное платье цвета полевых васильков, позволила гувернантке заколоть мои волосы, оставив их распущенными. Натуральный платиновый цвет был предметом зависти всех моих названных подружек, а также вызывал вожделение и бесконтрольное слюноотделение у доброй половины лордов. Спустившись вниз, удивилась роскошному праздничному убранству особняка, который все равно не стал выглядеть более живым.

– Дорогая! – моя мать, наряженная в белое плотное платье под горло, протянула руку в тонких белых перчатках, – ты великолепна. Сэр Грегори будет в восторге.

Под ложечкой неприятно засосало. Неужели Люси оказалась права? От мысли, что меня выдадут замуж за безродного банкира, бросило в дрожь. Почему-то я его боялась. Снаружи ожидал кортеж из двух «Ролл`с Ройсов» и машины полиции в качестве сопровождения. Мы с матерью и отцом залезли на заднее сидение первого автомобиля.

– Сейчас поедем на аукцион, там сможешь выбрать себе подарок, – отец просто сиял, – покажем нашу красавицу высшему свету. Платье просто восхитительно, Анисса.

Пока мы ехали, я смотрела на цветочные поля, окружавшие мою золотую клетку. Так хотелось вдохнуть аромат свободы, выпустить на волю свои чувства. Побегать босиком по свежей траве, почувствовать холод утренней росы на коже. Дышать полной грудью. Делать, что хочется не опасаясь бесконечных папиных секьюрити. Аукцион оборотней меня совершенно не интересовал, более того, вызывал ужас. Полулюди, полуволки, закованные в цепи, словно звери. Пока не понимала, как к этому относиться.

– Анисса, осанка, – шепнула моя мать, когда наша машина въехала в черту города.

Современный Бриджтаун был обычным мегаполисом. Улицы, забитые под завязку модными бутиками, кафе и ресторанами. Немые высотки, давящие своей грузностью. Единственной радостью были лишь кинотеатры да картинные галереи, в которых можно было спрятаться от назойливых папарацци. Я втянула живот, надела на лицо дежурную улыбку и приготовилась к вспышкам фотокамер. Мы остановились напротив большого здания с простой металлической вывеской: «Аукционный дом». Ноги в изящных босоножках опустились на мягкий красный ковер. Вежливый швейцар подал мне руку, помогая вылезти из машины.

Сначала мы с минуту позировали, затем направились внутрь страшного дома, являвшегося местом развлечения для одних, но пыточной для других. В фойе было светло, журналистов внутрь не пускали, и я наконец-то смогла выдохнуть. Но откуда-то сзади вырос высокий силуэт и подхватил меня за руку.

– Доброе утро, леди Анисса, – улыбающийся мужчина с жесткими чертами лица протянул мне бокал шампанского, – или Вам пока нельзя?

– Сэр Грегори, – выдохнула, еле удерживая себя на тонких шпильках, – вы меня напугали.

– Ни в коем случае не хотел, – он сухо поцеловал мои пальцы, затем предложил взять его под руку.

Мои родители все это время лишь улыбались, не обращая внимания на панику, мечущуюся в глазах собственной дочери. Словно робот, взяла лорда под руку и пошлепала рядом. Улыбаться, держать осанку – мои главные задачи. Кукла, идеальная от пяток и до кончиков волос.

– Интригует посещение столь экстравагантного места, как аукцион оборотней? – вежливо поинтересовался лорд Грегори.

– О, да! – постаралась придать голосу заинтересованности, – весьма любопытно.

– Неправда, – улыбнулся он, – я же вижу, что Вам это неинтересно. Но отец настоял на особом лоте, который, если захотите, попробует для Вас выиграть. Слышали о самце, которого в течение десяти лет не могли выловить охотники? А его стая эти годы разоряла близлежащие фермерские хозяйства.

– Какой ужас… – поверить не могла, что такое вообще возможно.

– Да, миледи. И сегодня ночью, как раз перед Вашим совершеннолетием этот альфа попался. Он силен, находчив. Но крайне агрессивен. Если хотите, мы с Вашим отцом сможем за него побороться.

– И зачем мне агрессивное животное? – высокомерно вздернула носик.

Мы прошли из светлого просторного фойе по длинному узкому коридору к лифту. Вокруг толпились лорды и леди. Часть из них была мне знакома, части я кивала лишь потому, что не хотелось казаться последней стервой. Сам зал для аукционов представлял собой старый переоборудованный театр. Множество обитых бархатом кресел и деревянный помост. Весь пол пронизывали блестящие серебряные вставки.

Лорд Грегори провел меня на второй ряд, усадил рядом с отцом и матерью. На первом ряду прямо перед нами замелькала крашенная голова леди Кин – закадычной подруги моей матери. Их взаимная неприязнь была самой стабильной вещью в Англии после правления короны. Она развернулась и ослепительно улыбнулась. Сорокалетняя швабра, стремящаяся выглядеть на восемнадцать. Силиконовая грудь, бесконечные подтяжки. Гадость. Лорд Грегори шепнул мне, едва сдерживая смех: «А вот и первая желающая заполучить знаменитого альфу».

– Зачем он ей? – я не отрывала взгляда от помоста, на который начали выводить оборотней.

– А зачем женщине нужен сильный и агрессивный самец? – шепнул мой спутник, – для вполне конкретных целей.

– Но у нее же есть муж! – повысила голос, затем густо покраснела.

– Вы его видели, миледи? – хохотнул лорд Грегори, специально касаясь мочки моего уха губами.

Я машинально отодвинулась. Не скажу, что прикосновения были омерзительны, просто не ожидала такого поворота. Первый лот – молодая белокурая девушка. Крошечная, миниатюрная. Ее вывели в самый центр, на худых ножках висели серебряные кандалы. Она испуганно озиралась, прикрывая небольшую грудь руками. На ней, словно тряпка, висела большеразмерная мужская майка. Мужчины, находящиеся в зале, сразу загалдели. Ставки были небольшими.

– Почему за девушку так мало дают? – шепнула своему спутнику.

– Она не девственница. Такие не в цене. К тому же, судя по слухам, уже связана узами истинных.

Меня повело. Девственность. Ценность даже у рабынь. Почему-то в тот момент ощущала себя не в лучшем состоянии, чем девушка на помосте. Ее выкупил один из коллег отца. Генерал королевской охраны Айс. Блондинку увели, затем я потеряла интерес к происходящему. Мы с лордом Грегори потихоньку перешептывались. Ему тоже явно было не по душе находиться на этом мероприятии. Один за другим, оборотни находили новых хозяев. И вот, последний лот.

Увидев его, мое сердце словно остановилось. Стройный, жилистый мужчина лет тридцати на вид. Средне-русые волосы отливали золотом в свете ярких ламп. Красивое лицо и яростный взгляд. Несмотря на то, что был в кандалах, этот получеловек стоял ровно, не дрожал от страха, как и остальные до него. Меня толкнул отец.

– Вот он. Красавец. Поразительный экземпляр. Хочешь его, дорогая?

Отец говорил так, словно мы выбирали вазу в мою спальню. Но губы прошептали: «Хочу».

Леди Кин сразу предложила самую высокую цену. Восемьсот тысяч фунтов за альфу. Отец был готов дать миллион. Ее ставка – миллион двести. Сердце учащенно билось. Остальные кандидаты выбыли из борьбы после двух миллионов. Я почувствовала, что не хочу отдать этого мужчину кому-то. Хочу себе! Сердце колотилось, как сумасшедшее. Оборотень же скучающим взглядом смотрел на битву двух богатых людей. Сражение на их поле. И тут его синие глаза наткнулись на меня. Почувствовала, как он сканирует мое тело. Под платьем сразу стало так жарко, что чуть не лишилась чувств. Уголки губ наглеца слегка приподнялись.

Дама снова вскинула пластиковую табличку.

– Даю три миллиона за этого паршивца!

Затем победоносно взглянула на моего отца. В его глазах отпечаталось замешательство. Неужели… аукционатор начал обратный отсчет.

– Три миллиона раз.

Тишина.

– Три миллиона два.

И вновь в зале стояла тишина. Я сжала руки в кулак, вонзаясь ногтями в мягкую кожу. Неужели проиграем? Почему-то была уверена, что он должен стать моим.

– Три миллиона три…

Глава 2

Противный моросящий дождь мешал унюхать охотников, слизывая их мерзкий запах с опавшей листвы. Мы годами скрывались, избегали ловушек, постоянных капканов и отравленной падали. Но сейчас они как с цепи сорвались. Измученные голодом волки не могут отделить ядовитую пищу от свежей, приходится перепроверять каждый кусок мяса. Люди изменились, мир изменился. Теперь любой лес – это чья-то собственность. Какое-то время оборотням было проще прятаться среди людей. Мы жили, работали как все. Пока не появился этот анализ на ген Ви. Ген волка.

После выявления гена каждый человек был проверен. И оборотни потеряли право жить на этой земле. Обернувшись в зверя, стал принюхиваться. Дождь уже не так волновал, лишь шерсть неприятно слипалась. Почти каждая охота оборачивалась погоней. Машины, собаки, множество людей в военной форме. Люди называли это «контроль численности». Истребляя нас, стерилизуя наших самок, продавая их в рабство своим богатеям. Я сжал зубы, пока на деснах не выступила кровь.

Люди. Самый страшный враг природы. Я двигался, словно тень, пытался учуять живую, не отравленную добычу. Альфа в ответе за свою стаю, что бы ни случилось. Есть! Легкое движение заячьих лапок отдалось в правом ухе. Повел головой, увидев, как наглый зверь щиплет пожухлую траву. В этом лесу каждое дерево было помечено, каждый куст отдавал чертовым запахом людей. Рванул за добычей, пытаясь сконцентрироваться на его траектории. Шустрый, но предсказуемый. Быстро догнал беднягу, впиваясь зубами в нежную плоть. Чистый. Значит, можно отнести стае. Уши уловили новое движение. На этот раз существо было в разы больше. Свет фонарей, пьяные разговоры. Охотники.

Кровь забурлила в предвкушении мести. Скольких умертвил за эти годы, уже не помню. Ярость ослепляла, делала безумцем. Но не мог сопротивляться зову крови. Схватив добычу, я направился к логову. Стая скрывалась в заброшенном домике лесника, в самой чаще, куда даже бывалые охотники боялись заходить. Стряхнув влагу с шерсти, обратился в человека. Еще раз понюхал кролика. Точно чистый. Отдам его сестре. Рядом в погребе мы хранили запасы одежды на случай, если потеряем вещи после обращения. Шарахаться голыми у волков не принято. Когда вошел внутрь, вся стая была в сборе. Сестра бросилась мне на шею, обнимая за плечи тоненькими ручками. Маленькая Лори. Она всегда со мной. Отдал ей кролика.

– Что по остальным? – уточнил в своего беты Себастьяна.

– Они активно занялись вакцинацией животных, – пожал плечами громила-друг, – найти чистого зайца почти невозможно. Про оленей и кабанов молчу. Сегодня встретил дохлого медведя. Им тоже тяжело.

– Этот вроде съедобный. Охотники бродят по периметру, пусть Мэй и Джон будут осторожнее.

У стаи разум – один на всех. Что говорю я – слышат остальные. Мои приказы не обсуждаются, со мной не пререкаются. Альфа, одним словом. Наш с Лори отец погиб от истощения, отдавая скуднеющие запасы дичи мне и сестре. После его смерти кровь стаи выбрала меня вожаком.

– Давайте тогда похлебку сделаем, – сестра высунулась из полуразрушенной комнаты, когда-то бывшей кухней, – всем понемногу хватит.

– Мы так все передохнем, – Себастьян ударил по столу, раскалывая его на две части.

– Не психуй, – произнес я, – на нашей родине еще хуже. Здесь хотя бы зайцы остались.

Когда суп был готов, стая принялась за трапезу. Почти все мясо отдали Лори и Мэй – единственным самкам, которые могли еще выносить волчат. Мужчины довольствовались бульоном и небольшими косточками. Лори и Себастьян – истинная пара. Он выбрал ее, когда сестра только родилась. И сейчас они постоянно вместе. Я же остался без избранной волчицы. Оно и к лучшему. Отвечать за стаю в мире, где из каждого куста может выпрыгнуть охотник, тяжело. Если бы с нами была моя истинная, ответственность бы удвоилась. Так что пусть в моей жизни никогда не будет женщины.

Внезапно в животе появилось странное ощущение, поднимающееся по телу выше, к самому затылку. Глаза стали закрываться. Навязчивый сон, переходящий в паралич охватил каждую мышцу и через секунду я просто не смог двигаться.

– Твою мать, суки, – вырвалось, когда увидел, как сестра упала на пол.

Все-таки заяц был отравлен. Чем-то, чего мы не знаем. В попытках подняться, почти рвал собственное тело на части. Не мог обернуться, все органы буквально жгло напалмом. Серебро. Вывалившись из укрытия, увидел, что мы окружены. Навстречу шел злейший враг, которого я десять лет водил за нос. Генерал Айс. Волчье укрытие освещалось яркими фарами нескольких военных машин. Значит, нас вычислили по этому чертовому зайцу.

– Здравствуй, волчонок, – прямой удар прикладом не вырубил, но заставил рухнуть прямо к ногам этого ублюдка, – попался. Привет от Томаса Винтера.

Винтер. Поганый изобретатель анализа на ген Ви. Я выплюнул скопившуюся кровь и перевернулся на спину. Как ни странно, боль придала сил. Руки стали стремительно покрываться шерстью. Боковым зрением увидел, как мою сестру вытаскивают из домика.

– Не смей, – чертов дождь поглощал шепот, – Лори.

Но она была без сознания. Айс подошел вплотную и поставил идеально вычищенный ботинок на мою грудь.

– Тебя и сестру велено доставить на аукцион. Пара важных людей в тебе заинтересована. Веди себя хорошо и будешь как сыр в масле кататься.

– Иди нахер, – выплюнул эти слова в наглую сальную генеральскую рожу.

Мощный удар по ребрам заставил сжать зубы. На окровавленных губах проявилась улыбка.

– Слабовато для вояки, – мне нужна была ярость, которая клокотала внутри, но не находила выхода из-за текущего по венам ядовитого серебра, – генерал.

Следующий удар. Видел, как глаза человека наливаются кровью. Как следует меня избив, Айс присел рядом на корточки.

– Отродье, – плюнул на землю рядом с моим лицом, – тащите его в фургон.

Мерзкий запах слюны ударил в нос. Алкоголь и наркота. Ну конечно, чего еще ждать от бывалого армейца, который только и умеет, что чистить обувь о чужие лица. Вне войны такие люди быстро сгорают. Теперь силы стали окончательно покидать меня. Сказывалось недоедание и постоянное напряжение. Не могу отдать им сестру. Две пары крепких рук подхватили мое слабеющее тело и потащили в одну из машин.

***

Я очнулся от внезапно ошпарившей кожу ледяной воды.

– Пора мыться, волчик, – толстый мужик с сигаретой в зубах открыл посеребрённую клетку.

В его волосатых огромных руках была губка и ведро с чистой водой. Второе ведро, из которого окатил меня только что, предусмотрительно оставил за порогом. Я дернулся, но мощные цепи не позволили даже пошевелится. Ну конечно, навряд ли они оставят меня с хотя бы одной свободной конечностью. Странно, на первый взгляд кандалы выполнены из прочного стального сплава. Но серебра не чувствую.

– Помой меня, пупсик, – я улыбнулся, за что тут же получил по зубам.

Сплюнув кровь, продолжал улыбаться. Где Лори? Внезапно, словно страшный ответ на бродившие в голове мысли, из соседней клетки раздался вопль, затем рычание.

– Оставьте мою сестру, твари, – прошептал, пока толстяк в белом халате обмывал мое окровавленное лицо.

– Лорды и леди хотят видеть каждый лот чистым. Не рыпайся, отродье. Я бы всех вас давно уже на тот свет отправил. У твоей сестрички есть шанс понравиться уважаемым господам и вытащить счастливый билет. Станет элитной шлюхой.

Я оскалился и зарычал. Этот рык сотряс весь этаж. Увидел, как у толстяка волосы на руках встали дыбом, а дыхание стало прерывистым и частым. Усилилось потоотделение, а ладони затряслись. Зверь внутри почувствовал страх.

– Хватит кусаться, мразь! – со стороны клетки сестры послышался вопль, затем звук шлепка.

Я снова издал утробный рык. Быстро дотерев запёкшуюся кровь с моего тела, надзиратель выскочил вместе с ведром и захлопнул клетку. Я услышал плач. Лори. Прости меня, сестренка. Беспомощность вызывала прилив ярости. Дернул железки, сковавшие запястья и взвыл, поскольку в кожу сразу же впились серебряные шипы. Ублюдки. Я выживу, освобожусь и достану каждого, кто имеет отношение к истреблению моей стаи. Клянусь!

– Лори, – позвал сестру, но почувствовал лишь стену скорби.

Ее истинный был мертв, как и остальные члены нашей маленькой семьи. Связь, благословлённая самой природой, разорвалась крайне жестоким образом. Она лишь рыдала, заставляя сердце рваться на части. Боль родной души находила отражение внутри меня. Зверь метался в попытках найти выход, а глаза заволокла алая дымка. Я выберусь отсюда, вытащу сестру и отомщу.

Так мы просидели довольно долго. Я, пытаясь обуздать внутреннего монстра, а Лори – воя от тоски. Каждый ее всхлип оставлял рубец на душе. Если внутри меня когда-то и была доброта, то сейчас осталась лишь чистая ярость. Ничем не приправленная, не испорченная. Словно горячая лава, текущая по венам, но ближе к сердцу охлаждающаяся, затвердевающая и закрывающая его плотным щитом.

– Мы все вытерпим, сестренка, – прошептал, когда ее клетка открылась и послышался звон кандалов на жестком полу, – обещаю.

Я был последним. Меня подхватили трое, будто боялись, что смогу разорвать их в клочья в таком состоянии. Но я не мог. Однако все равно не упустил шанс напугать жалких людишек. От каждого рыка они тряслись, как осиновые листы и тыкали шокерами. Стоит ли говорить, что толку от электричества не было. Я расправил плечи и вскинул голову. Они не увидят альфу сломленным, никогда! Выйдя на помост, игнорируя свет прожекторов, стал внимательно осматривать присутствующих.

В нос ворвался запах человеческого возбуждения вперемешку с какофонией тысяч ароматов. Пота, духов, алкоголя. Я увидел довольную рожу Айса. Он откинулся в кресле, попивая что-то из бокала с толстым дном. Человеческие женщины так сильно возбудились, что стал ощущать их вожделение. Все ярче и ярче. Еле держался, чтобы не сморщиться от отвращения. Сканировал взглядом толпу, пока не увидел ее. Самочку, отличающуюся от остальных потрепанных, пользованных шлюх. Чистые глаза, платиновые длинные волосы и заинтересованный взгляд. Совсем молоденькая, на первый взгляд не больше восемнадцати лет.

Взглядом облизнул милое личико, опустился к шее. Она почувствовала то, как касаюсь ее, и начала сжимать круглые бедра. Знаю, милая, что ты смутилась. Все звериное нутро обратилось ней. Внезапно почувствовал аромат. Сладкий, приправленный легким запахом полевых цветов. Особенный. Теперь я смотрел на нее внимательнее. Коснувшись груди, опустился к талии, плотно облегаемой дорогой тканью платья. Задрать бы эту юбку, да ворваться в горячую дырочку. Разорвать бы это дорогущее платье, да выкинуть голую на развлечение стае волков. Такие, как эта богатенькая сучка, заслуживают подобной участи. Не проработавшие ни дня, ни в чем не нуждающиеся, они вершат чужие судьбы. Решают, кому жить, а кому кормить червей.

Рядом, очевидно, семья милашки. Отец, точно какой-то богатей, пытающийся перебить ставку сидящей чуть ниже похотливой шлюхи. А слева… странный экземпляр, от которого веяло опасностью. Совершенно обычный человек, но что-то в нём было не так. Он то и дело пытался обслюнявить ушко молоденькой самочки, но она явно старалась скрыть отвращение. Муж? Едва удержался, чтобы не рассмеяться.

– Три миллиона! – от дамы в красном веяло похотью, она уже была готова разорвать мои штаны и запрыгнуть сверху.

Но боюсь, у меня бы не встал на такую потасканную особу. А вот та, в синем платье, другое дело. Еще раз взглянул на нее. Напряженный взгляд, сжатые на коленках пальчики. Явно хочет меня получить. Отчего то зверь внутри начал рваться к ней. Чушь! Стряхивая наваждение, продолжил наблюдать за этим сражением на поле огромных денег. Каждая секунда тянулась, словно липкая вязкая жижа. Мучительно долго. Раз, два, три… этот клоун в цилиндре уже занес свой молоток, как послышался спокойный, но уверенный в себе голос, пронесшийся по старому зданию: «Четыре миллиона, господа».

Глава 3

Когда аукционер занес молоточек над головой, я мысленно попрощалась со своим подарком. Нет, конечно без раба бы не осталась, но за один короткий взгляд на этого мужчину поняла, что хочу только его. Не знаю, что с ним делать и как себя вести, но хочу. Пульсация в голове отдавалась тяжелым эхом. В тот момент не существовало ничего, кроме меня и его наглого, раздевающего взгляда. Внезапно справа раздался уверенный голос лорда Грегори: «Четыре миллиона, господа». Я с удивлением взглянула на своего спутника. Он выглядел расслабленным.

Отсчет казался бесконечным. Но такую сумму леди Кин перебить та и не смогла. Заветное «продано» подняло в душе бурю эмоций. Оборотень продолжал стоять и глядеть прямо мне в глаза. Раз за разом ощупывал взглядом, улыбаясь уголками губ. Лорд Грегори аккуратно взял меня под руку и потащил к выходу из аукционного зала. Я же не могла оторвать взгляда от завораживающих синих глаз и небрежных взъерошенных волос. Хочу получить его как можно скорее!

– Как Вам подарок на помолвку? – спросил лорд Мосс, когда мы садились в машину.

От его вопроса внутренние органы разом сделали кульбит в животе, мгновенно переместившись в пятки. Мне стало не хватать воздуха. Но мысли предательски возвращались к получеловеку, которого купили для меня. Лишь смутно осознавала перспективу выйти замуж за лорда Грегори. Не могла до конца поверить. Но пусть лучше он, чем какой-нибудь рыхлый чванливый старикашка. Или молодой гулящий наследник большого состояния, прыгающий из наркотического угара прямиком в алкогольный. Нет, спасибо.

– Я шучу, – улыбнулся мужчина, – эта покупка согласована с Вашей семьей. А насчет моего предложения…

– Большое спасибо, – я быстро перевела тему, протягивая руку для поцелуя.

Лорд припал к моим пальцам, вызывая дрожь по всему телу. Было в этом касании губ что-то интимное, личное. Внезапно захотелось оттолкнуть этого человека. Я аккуратно отстранилась и уставилась в окно. Мы ехали вдвоем, родители заняли вторую машину. Так вот, зачем она была нужна. Отец все просчитал заранее.

– На самом деле, я хотел преподнести другой подарок, – усмехнулся лорд Грегори, – но увидел, как вас заинтересовало это отребье. Что будете с ним делать? Редкий экземпляр, можете показывать гостям на светских приемах.

– Пока не знаю, – залпом осушила бокал с шампанским, – решу позже. Сейчас голова кругом.

Больше он меня не беспокоил. Ощущение, что теперь в моем распоряжении целый волк, к тому же альфа, будоражило воображение. Интересно, зачем отец решил приобрести мне раба? От взгляда пленника до сих пор по телу бегали мурашки. Никогда не была близка с мужчиной, в моем присутствии обычно все опускали взгляд, боясь гнева отца. Но этот альфа… наглый, беспардонный. Ведь он даже не знал, на кого смотрит! Как смел столь явно демонстрировать плотский интерес? Мне срочно нужно знать, когда мою собственность доставят в особняк.

– А когда его привезут? – спросила, натягивая на лицо ослепительную улыбку.

– А когда Вы хотите? Его нужно привести в порядок. Этот альфа – дикий и строптивый. Обычно господам доставляют уже воспитанных оборотней. На это может уйти немного вре…

– Сегодня же, – я сверкнула глазами, – доставьте моего оборотня сегодня же!

– Но миледи… его нужно научить манерам, обуздать. Он ведь может навредить Вам. Не забывайте, что волки – опасные звери, – голос лорда впервые звучал потерянно.

– У меня сегодня день рождения, – я насупилась и скрестила руки на груди, – а мой подарок привезут только через неделю?

– Хорошо, – Грегори быстро капитулировал, – сегодня, так сегодня. Я распоряжусь.

– Спасибо!

Доехав до особняка, мы проследовали в большой зал. Там уже накрыли фуршет, играла приятная живая музыка и вовсю веселились гости. Большую их часть я, конечно же не знала. Люди все подходили и подходили, поздравляли и поздравляли. Мой праздник посетила даже королевская семья, правда ненадолго. Королева и ее сын – наследный принц Роберт. Когда мы были детьми, с ним частенько сталкивались на королевских приемах и вместе сбегали, чтобы напакостить слугам и его многочисленным гувернанткам. Наверное, можно даже сказать, что мы дружили.

Принц с искренней улыбкой вручил плоскую коробочку, украшенную королевским гербом. Открыв ее, я ахнула. Ключи от автомобиля. Захотелось броситься на шею старому другу, но правила приличия требовали, чтобы я лишь сдержанно поблагодарила столь высокого гостя. Конечно же, они с матерью быстро уехали, сославшись на важные государственные дела. Ближе к вечеру родители увлеклись проводами важных гостей. Терпеть не могла подобные церемонии, от искусственной улыбки к концу праздника болело все лицо. Ни один, даже королевский, подарок не мог затмить дар сэра Грегори. Загадочный оборотень. Интересно, как он выглядит в обличье волка?

Когда праздник почти закончился, лорд Мосс пригласил меня на террасу полюбоваться звездами. Его взгляд говорил о крайней заинтересованности. В какой-то момент даже пожалела, что надела столь обтягивающий наряд, поскольку спутник не спускал глаз с моих бедер. От этого становилось не по себе. Он же взрослый мужчина, а я – лишь восемнадцатилетняя девушка, которая ни разу даже не целовалась.

– Вечера в этих краях холодные, – сказал лорд Грегори, снимая пиджак и накрывая мои голые плечи.

– Зачем мы здесь? – старалась сдержать тревогу, охватывающую от интимной близости с этим мужчиной.

– Говоря о помолвке сегодня утром, я шутил лишь частично, – он достал небольшую черную коробочку, обитую бархатом, – но вы мне очень нравитесь, леди Анисса. И я хочу, чтобы вы стали моей женой.

– Мой отец… – не знала, куда спрятать взгляд.

Стыд накатывал снова и снова, вынуждая пятиться и укутываться в большой мужской пиджак. Будто бы он мог меня спасти от принятия столь сложного решения.

– Он дал согласие. Я бы не посмел ослушаться его воли. Но я влюблен, окончательно и бесповоротно. Понимаю, что это может выглядеть поспешно. Но уверен, мы с Вами сможем узнать друг друга лучше, прежде чем станем супругами.

Могу ли я отказаться? Ведь совершенно не готова становиться чьей-либо женой. Но после того, что произошло днем… наверное, обязана согласиться. Аккуратно приняла подарок из рук мужчины. Открыв ее, я ахнула. Изящное, красивое золотое кольцо, украшенное моим любимым камнем – сапфиром. Его губы растеклись в довольной улыбке.

– Позволите?

Я беспомощно протянула левую руку, и лорд ловко надел кольцо на безымянный палец, затем снова приник к ней губами.

– Лорд Грегори, – старалась, чтобы мой голос звучал беззаботно, – могу я попросить отсрочку? Мне всего восемнадцать, и… я пока не готова к столь серьезному шагу.

– Конечно, миледи. Для меня достаточно того, что теперь Вы – моя невеста.

***

Проводив оставшихся гостей, я, мои родители и лорд Грегори расположились в гостиной. Мужчины распивали любимый отцовский виски, а мы с матерью довольствовались свежевыжатым соком. После праздника голова шла кругом. Предложение лорда Мосса полностью выбило меня из равновесия. Не хочу выходить замуж. Он конечно богат, хорош собой и галантен, но меня не покидало чувство, что внутри этого мужчины кроется непроглядная бездна.

– Ну что, дорогая, как тебе праздник? – довольно спросил отец, делая глоток, – даже наследный принц нашел время посетить нас. Это дорогого стоит. Твой «Мерседес» привезут в начале той недели. Не думала получить права?

Я лишь хмыкнула, перебирая пальцами подол платья, но под суровым взглядом матери вспомнила про осанку и дежурную улыбку. Верно. Расслабляться нельзя даже среди своих. Подняв голову, столкнулась со взглядом моего жениха. Однако он выглядел расслабленным, впрочем, как и всегда.

– Меня не очень тянет учиться вождению, – я ослепительно улыбнулась, – возможно со временем передумаю.

– Сейчас все леди водят сами, – нахмурился отец, – новый тренд, как говорит молодежь. Водят все: от мала до велика. Подумай.

– Думаю, аромат новой машины заставит миледи передумать, – усмехнулся лорд Грегори, – а если нет, всегда можно нанять водителя. По себе знаю, порой совершенно не хочется за руль.

– Кстати, Анисса, – мама внимательно смотрела на меня, – лорд Мосс сделал тебе предложение?

– Да, – я продемонстрировала кольцо, сияющее в свете яркой хрустальной люстры, – и я согласилась.

Не хотелось продолжать этот разговор. Знала все вопросы, которые может задать мать, поэтому поспешила сразу озвучить свой ответ.

– И ты счастлива? – удар ниже пояса.

Три пары глаз уставились на меня. Спасибо, мама. Разве может быть девушка моего возраста счастлива от скорой перспективы замужества? Хотя, судя по моим так называемым подружкам, если в голове ветер, то вполне себе может.

– Думаю, для вашей дочери это было слишком неожиданно, – лорд Грегори будто прочитал панику в моих глазах, – мне достаточно лишь ее согласия.

Я с благодарностью взглянула на него. Спокойный, взрослый, уверенный. Может быть, выйти за него – не такая отвратительная идея? Мама вздохнула, вновь обдав меня порцией презрения. Уже привыкла к такому отношению. Когда с детства воспитываешься, как козырь, который берегут на самый неподходящий для тебя момент, подсознательно постоянно находишься в напряжении, в ожидании, когда же тебя наконец разыграют.

Внезапно мобильный сэра Грегори разразился неприятным пищащим звуком.

– Да? – его голос, который еще секунду назад был беззаботным и веселым, мгновенно преобразился в низкий, с нотками закаленной стали, – хорошо. Сейчас выйду.

Положив трубку, мужчина засобирался, затем обратился к родителям, при этом не спуская с меня взгляда.

– Лорд, миледи, привезли подарок леди Аниссы, – сообщил сэр Мосс, – миледи, желаете взглянуть?

Сердце затрепетало, но я лишь сдержанно улыбнулась. Хотелось сорваться с места и, словно маленькая беззаботная девочка, рвануть вниз, стуча каблуками по ледяному мрамору. Но не могу себе этого позволить. Этикет, правила… это всё – моя жизнь. Я шла за своими родителями, папа галантно держал мать под руку. Лорд Грегори предложил мне своё общество.

– Спасибо Вам, – шепнула мужчине едва слышно, – моя мать порой бывает невыносима. И эти ее смущающие вопросы…

– Я понимаю, что до любви еще далеко, леди Анисса. И я все сделаю, чтобы Вы как можно скорее испытали это чувство, – с улыбкой ответил лорд Мосс.

На улице было прохладно, но любопытство, жгущее меня изнутри не позволило замерзнуть. Чем ближе мы подходили к небольшому бронированному фургону, тем сильнее я дрожала в предвкушении. Оборотень занял прочное место в моих мыслях и на протяжении всего праздника постоянно обращалась к его образу.

На территории нашего особняка было довольно темно. Оборотня привезли к заднему выезду, который всегда служил для выполнения особых распоряжений моего отца. К нему вела широкая дорога, усыпанная галькой. Это всегда казалось мне крайне неудобным и сейчас каблуки туфель предательски проваливались между камушками. Военный фургон стоял прямо у выезда, рядом с высокими черными воротами, отделяющими наши владения от близлежащего леса.

– Лорды, леди, постарайтесь не подходить близко, – сказал вышедший из кабины подтянутый мужчина средних лет, облаченный в военную форму, – он ослаблен серебром, но все еще активен и силен.

Лорд Грегори коснулся моего плеча, взглядом указывая назад. Но ноги будто вросли в покрытую белой галькой дорожку. Моя мать презрительно фыркнула и сделала три шага назад. Отец закрыл ее своим телом.

– Я хочу его видеть, – жестко произнесла, когда лорд Мосс попытался проделать тот же трюк со мной, – не нужно меня защищать.

Но чтобы сгладить резкость поведения, положила обе руки на грудь своего жениха. Напряжение мигом рассыпалось на тысячи осколков, как вдруг двое военных открыли дверь фургона. Она с неприятным лязгом распахнулась, а оттуда раздался низкий рык. Мои родители отпрыгнули еще на пару шагов назад. Я ощутила неприятный затхлый запах, вырвавшийся изнутри этой жуткой машины. Он все это время этим дышал?

– Пошел! – послышался грубый голос военного, – давай!

Тяжелые шаги эхом отдавались в голове. Не заметила, как начала нервно теребить подол платья. По телу гуляли табуны мурашек. Мной полностью завладело предвкушение встречи с неизведанным. Оборотня буквально выволокли из фургона. Господи, что с ним? Еле удержалась, чтобы не вскрикнуть. Когда-то белую майку пропитала запекшаяся кровь, вся одежда была изорвана. Мощную шею мужчины сковывал толстый ошейник. Его руки и ноги сдерживали массивные кандалы, звеневшие при каждом движении оборотня.

Поднявшись с колен, волк вздернул подбородок и окинул нас всех взглядом, полным презрения. Я же не могла отвести от него глаз. Несмотря на небритость, помятость и многочисленные ссадины, он был красив. Дьявольски прекрасен. На небе сияла свежая луна, облизывая его своим светом, делая образ волка мистичным и завораживающим.

– Надеюсь, пёс будет жить вне нашего особняка? – выплюнула моя мать, сверля взглядом отца.

Но он, казалось, тоже не в состоянии перестать разглядывать диковинное существо.  Пусть волк и был в облике человека, звериное нутро чувствовалось издалека. И почему мне кажется, что здесь мы – жертвы? Стряхнув наваждение, заметила, что оборотень снова рассматривает меня. И от его взгляда…

– Не смей так смотреть на миледи! – конвоир огрел мужчину по спине тяжелой палкой, – отребье. Поднимешь глаза, когда разрешат.

– Отведите его в хибару, которую освободили вчера. Помойте и приведите в порядок. Утром он нужен мне в приличном виде, – мой отец взял себя в руки и вернул себе былую суровость, – Анисса, а тебе пора спать. Завтра решим все вопросы.

Но волк по-прежнему глядел на меня. Не так явно и нагло, но исподлобья, то и дело рыча на тыкающих его палкой военных. Я закрыла глаза и вздохнула. Как же хотелось прикоснуться к нему! Несмотря на видимую скромность, всегда желала познать близость с мужчиной. А его взгляд раздевал, проникал под платье и беспощадно касался.  Клянусь, я чувствовала эти прикосновения. Развернувшись, пулей направилась в дом. Мне вслед раздался сдавленный смешок, перекрытый глухим звуком удара.

Ничего, я его бить не буду. Но манерам научить придется. Какой же ты? Добравшись до спальни, стянула платье и швырнула на пол. Навряд ли надену его еще раз. Выглянула в окно и увидела, что в небольшом домике напротив горит свет. Он будет жит там? Сердце яростно забилось. Я подняла взгляд, обратив его к луне. Казалось, что она глядит на меня в ответ. И шепчет. Нет, не словами. Ледяными лучами, от которых не укрыться. Также, как и от его взгляда. И луна звала меня…

Я зашла в душ, сняла нижнее белье и вошла в просторную душевую кабинку. Закрывая глаза, видела наглый взгляд, направленный на меня, внутрь меня. В самую душу. Сделав воду прохладнее, пыталась хоть немного охладиться, но реакция тела на наглого оборотня была неадекватной. Что-то низменное скреблось и пыталось выбраться за стальную стену благоразумия. Оно царапалось, рычало и хотело освободиться. Требовало бежать вниз, в эту хибару.

Надев сорочку, я вернулась в спальню. Машинально снова выглянула в окно. Свет в домике не горел. Расчесала волосы и легла в постель. Однако сон не шел. В голове крутились мириады мыслей, перебивая друг друга, появляясь и исчезая. Меня тянуло туда, к оборотню. Сев в постели, прислушалась к ощущениям. Что-то не так. На автомате впрыгнув в джинсы, надела майку прямо на голое тело и выскользнула из спальни.

Глава 4

И все-таки жизнь – циничная штука. Меня выиграла та маленькая цыпочка в голубом платье. С которой я не спускал глаз, пока толстосумы мерялись богатствами. Этот хлыщ рядом с ней, не задумываясь, выпустил павлиний хвост, чтобы покрасоваться жирным счетом в банке. Четыре миллиона за раба… на такую сумму можно накормить сотни волчьих стай. Невольно зарычал. До чего же мелочные и недалекие существа. После того, как занавес этого цирка страданий опустился, меня потащили обратно в клетку.

Забавно было видеть страх на их глупых лицах. Ко мне приставили двух военных, отличающихся от трусливых и мерзких созданий, работающих в аукционном доме. Эти были наряжены в чистую выглаженную форму, не произносили ни слова за все наше короткое путешествие до клетки, лишь бросали в меня ничего не выражающие взгляды. Пустые, словно бойцовские псы. Ждущие, когда можно впиться в чье-то горло.

– Ну что, волчек, – довольно произнес толстяк, накануне занимавшийся моим мытьем, – ты вытащил счастливый билет. Хотел бы и я жить рядом с такой, как леди Уайтберд. Заглянул бы под ее короткую юбочку и стал ее рабом, если понимаешь, о чем я.

Он довольно потер редкую бороденку и мечтательно улыбнулся, а внутри меня внезапно вспыхнула ярость. Сам того не замечая, сорвался с цепи и рванул вперед, пытаясь выпустить когти. Однако серебро сделало своё дело. Я могу напугать до чертиков, но не навредить. Кажется, эта свинья обмочила штанишки. Поделом. Но почему я так отреагировал на его слова? Эта цыпочка, леди Уайтберд… ведь знаю эту фамилию. Неужели…

Череда жестоких ударов посыпалась на спину. Я и думать забыл об этих чертовых военных. Они били больно, сильно, безо всякой жалости. Сам не заметил, как весь покрылся неприятными ссадинами. От серебра регенерация сильно замедляется, а эти упыри наносили раны куда активнее, чем мое тело могло восстановиться.

– Так ему! – верещала толстая свинья, от которой теперь воняло мочой, – нечего бросаться на людей. Животное. И как я теперь домой пойду?

Они окатили меня ледяной водой, затем нацепили рваную одежду и потащили к выходу. Лори я больше не видел и не чувствовал. Из-за потери она закрылась и больше не впускала меня в своё сознание. Нет больше стаи. Какой же я теперь альфа? Жалкое подобие и раб богатой сучки. А ведь из-за ее отца волки этой местности голодают, вымирают целыми семьями. Ублюдок. Но ничего. Маленькая леди сама не понимает, на что обрекает себя и своих близких. Мои губы расплылись в кровавой улыбке.

– Чего лыбишься? – новый удар по ребрам лишь разогревал мою злость.

Оставалось лишь молча терпеть боль. Я знал, что скоро всё закончится. Милашка не будет меня лупить. По крайней мере просто так. Мысли раз за разом возвращались к ее телу. Облаченное в легкую ткань, оно будто светилось изнутри. А тонкий аромат, исходивший от этой девочки, заполнял меня, заставляя вдыхать снова и снова, игнорируя все вокруг. Впервые ощущаю такое, даже не коснувшись женщины. А когда эта толстая свинья похабно улыбалась, думая о ней, у меня сорвало крышу. Черт!

Близился вечер, всех купленных рабов размещали по специальным бронированным фургонам. Мой оказался самым большим. Внутри воняло чем-то отвратительным: смесью свежей крови и сгнившего трупа. Где-то за городом, совсем далеко, садилось солнце и кровавый закат освещал безликие, облаченные в сталь молчаливые машины. Люди властвуют над нами, но боятся до чертиков, а потому все вокруг напичкано серебром. Гвозди, заклепки, даже арматура и несущие конструкции. Лишь бы оборотни не обрушили на них свою ярость.

Двое охранников сели рядом, один был за рулем. Я видел его лысую голову и тонкую кожу шеи. Мне бы сейчас перекусить. Желудок громко заурчал. Волк внутри был подозрительно спокоен, хотя еще пару часов назад бесновался, так и норовя вырваться наружу. Но серебро сдерживает его получше любой клетки. Я коснулся пальцами тяжелого ошейника.

– Эй, – удар по пальцам заставил сморщиться, – не рыпайся, животное.

Я откинулся на тонкой скамейке. Хоть в ней не было этого чертового металла, и на том спасибо. Когда тебе в задницу впивается серебро, приятного мало. Все мысли собрались в кучу и снова ринулись навстречу сладким воспоминаниям об аромате, ласкающем мой нюх. Необходимо выяснить, что в этой девчонке не так. Она странно на меня влияет.

Дорога, по которой меня везли, была на редкость хорошего качества. Ни одной кочки или ямы. Машина шла ровно и в один момент меня начало укачивать. Однако резкий тычок в бок заставил снова взять себя в руки. Слегка повернул голову. Второй сопровождающий злобно смотрел на меня.

– Почти приехали, – произнес водитель, и машина под нами загромыхала.

Видимо, съехали на галечную дорогу. В фургоне не было окон, так что я не знал, какой сейчас час и где мы находимся. Однако даже сквозь мертвую сталь чувствовал зов леса. И еще кое-что. Она близко. Внутри снова просыпалась эта больная тяга. И жестокость зверя. Я оскалился, глядя на того, кто сидел напротив. Солдат заехал мне дубинкой по челюсти. Но этого мало, чтобы угомонить оборотня. Что же, у меня было немного времени подумать о том, как жить дальше. Как ни крути, с цыпой придется подружиться. Втереться в доверие, быть послушным какое-то время. Как бы ни хотелось размозжить беленькую головку по асфальту, придется терпеть и исполнять ее приказы. Но потом отыграюсь, а перед этим как следует трахну.

Дверь открылась и в душную машину проник аромат ночного леса. Неужели их дом совсем рядом с моим? Не сдержал улыбки, за что снова получил по ребрам. И еще раз. И еще.

– А это за что? – оскалился на одного вояку, но тот даже не шевельнулся.

Ясно, это псы Винтера. Знакомы с поведением оборотней, наверняка отловили уже не один десяток. Этих не напугать. Сломленные, озлобленные, совсем как те, на кого охотятся. Выпрямится в этой убогой консервной банке не получалось, пришлось пригнуться и ковылять к выходу.

– На лордов и леди не пялиться. Говорить лишь тогда, когда спросят, – отчеканил второй, – это понятно?

Кивнул. Последовал новый шквал ударов.

– Понятно?! – взревел охранник.

Я же сплюнул кровь в уголь фургона. Так вот откуда здесь этот смрад – каждый заключенный получал свою порцию «счастья» от конвоиров. Дураки. Если бы на мне не было всего этого серебра, ваши внутренности давно бы разукрасили серую сталь. Улыбнулся собственным кровожадным мыслям, но ответил на вопрос. Еще немного, совсем чуточку. Я чувствовал, что она близко. О да! Ее аромат ворвался в открытые двери. Когда меня вытащили на улицу, вскинул лицо и увидел свою милашку.

Все то же голубенькое платьице, подчеркивающее женственные изгибы. Но взгляд… наивный, полный любопытства. Девочки, а не женщины. Она не боялась меня, отнюдь. А вот от ее родителей исходил сладкий вкус страха. Тонкая, словно тростинка, женщина в белом платье и перчатках жалась за спиной того, кого я ненавидел всей душой. Друг и соратник Томаса Винтера, безжалостный истребитель оборотней Джеймс Уайтберд. От неприятного и резкого запаха парфюма закружилась голова. Но все мышцы были напряжены, зверь ожидал удара откуда угодно.

В глазах Джеймса я увидел животный ужас, быстро сменившийся спокойствием. Он мгновенно заковал свои истинные эмоции в корку льда и безжалостно разбил. Мое же внимание постоянно возвращалось к цыпочке. Рядом с ней стоял хлыщ, как его называли аукционеры, Грегори Мосс? Никогда о нем не слышал. По всей видимости он – один из так называемых «новых» аристократов, которые получили это звание, единожды звякнув толстым кошельком. И эту милую девочку отдадут ему в жены? Кольцо на тонком пальчике не укрылось от моего взгляда.

Хоть и был сильно ослаблен серебром, все инстинкты все еще при мне. От этого лорда не исходило никакого запаха. Он не боялся, не презирал. В темных глазах мелькало лишь любопытство. Жестокий, со множеством тайн на прочных замках. Вокруг него словно выстроена прочная бетонная стена, прикрытая белым полотном хладнокровия. И она. Я едва заметно вдохнул этот легкий, ни с чем не сравнимый аромат. И резко ощутил самое настоящее возбуждение. Что за чертовщина?

– Не смей так смотреть на миледи! – взревел один из моих тюремщиков.

Но я не мог отвести взгляд. Смотрел на нее, словно одержимый. Платиновые волосы отражали лунный свет и делали ее похожей на ангела. Она моя! Внутри снова поднималась ярость. С трудом сдерживая себя, улыбнулся уголками губ. Но отец тут же отправил милашку в кровать. Хотелось бы мне оказаться в ее теплой постельке. Стряхнув с себя ванильный бред, под пристальным надзором военных направился в хижину, которую для меня выделили. Вояки отрапортовали о том, что сдали животное хозяйке и теперь моими смотрителями стали два бугая, очевидно телохранители семьи Уайтберд.

Еле передвигая ноги в тяжелых кандалах, даже не мог нормально оглядеться. Усталость брала своё. Мое тело слишком слабо, а день оказался слишком насыщенным. Веки предательски падали. Исчерпал свой лимит из-за чертового серебра. Сейчас бы в лес, на свободу. Поохотиться на кабанов или зайцев. Вспоминая свою безмятежную жизнь в лесах Норвегии, я невольно сжал зубы. Как мы докатились до такой жизни? Томас Винтер – тот, кто виновен во всех волчьих бедах. Ученый, выделивший ген Ви. Сделавший нас рабами низших существ.

– О чем задумался, мохнатый? – резкий толчок в спину, и я чуть не потерял равновесие.

Удержавшись на ногах, развернулся и сверкнул глазами. Бугаи попятились, выставляя вперед свои сальные потные ладошки. В пальцах оба сжимали электрошокеры. Я усмехнулся.

– Кандалы мы снимем, а вот ошейник оставим, – сказал первый, лысый и покрытый татуировками, – приказ лорда.

Его голова напоминала гладкий блестящий шар, интеллекта было столько же. Огромное перекачанное тело обтягивал дорогущий мужской костюм. Еле удержался, чтобы не усмехнуться. И эти жалкие создания охраняют покой милашки? Мда, плохо дело. Один подошел и под моим пристальным взглядом снял оковы с рук и ног. Второй приблизился и всунул шокер мне подмышку. А вот это было неожиданно! Усталость не позволила телу сопротивляться электричеству, и я повалился на пол, теряя создание.

Пришел в себя почти сразу. Эти кретины подвесили меня на гигантский крюк в потолке. Что пыточные инструменты делают в этой хижине? Но сквозь пыльное стекло я мог видеть особняк. Устало вздохнув, лишь сжал челюсти до хруста.

– И что это такое?

– Решили на тебя полюбоваться! – новый удар по ребрам.

В этой стране все такие агрессивные? Однако боль оказалась сильнее, чем я предполагал. Но эти никчемные не увидят ни одной эмоции на моем лице. Окинул их ледяным взглядом и попробовал вырваться. Ошейник сразу запульсировал, сдерживая внутреннего зверя.

– У вас странные наклонности, ребятки, – усмехнулся и меня снова начали избивать.

По хижине распространялся мерзкий аромат дешевого пойла. Господи, охранники самого богатого человека в Англии могли бы быть и поразборчивее. Повеселившись вдоволь, они принялись ржать и перешептываться. Я же прикрыл глаза, чтобы унять саднящую боль. Убить меня они не могли, однако за сегодня мой лимит боли явно был превышен. Почему-то в самую сложную минуту моей жизни думал не о стае или Лори, а о дочери своего врага. Маленькая, наивная девочка. Мне будет приятно играть с тобой, как кошка с мышкой. Вернее, как волк с ягненком.

Но почему-то мысли о ней помогали перебарывать боль. Зверь внутри неистово выл, требуя правосудия. Еще не время. Я поквитаюсь с каждым, кто причастен к убийству стаи. К боли, что испытали я и моя сестра. Взгляд упал на грязное окно. Луна сияла так ярко, звала так сильно. Невольно подался вперед, пытаясь разорвать эти наручники. Но сил не хватало. Сейчас я был даже слабее человека. Это гадкое чувство беззащитности злило в сто крат сильнее, чем то, что эти два кретина все еще строили из себя смелых.

– Я чую ваш страх, идиоты, – с улыбкой произнес и облизал окровавленные губы, – можете не храбриться, девочки. Здесь все свои.

Оба охранника вскочили, опрокинув ветхие деревянные стулья и двинулись на меня. Но с губ сорвался лишь смех. Однако в следующий миг в нос ударил знакомый приятный аромат. Ее аромат. Я повернул голову к двери.

– Что здесь происходит? – милашка стояла в проеме, уперев свои крошечные кулачки в бока.

В ее глазах бушевал огонь, девочка переводила взгляд с одного бугая на другого. А эти двое сразу стушевались. Такие большие, смелые мужики испугались маленькую леди. Конечно, ведь одно ее слово, и они оба пойдут мести улицы Бриджтауна. Или драить общественные сортиры.

– Миледи… – заикаясь, проговорил «шар».

– Что вы делаете? Сейчас же отпустите его! – приказала милашка.

– Давайте, девочки, – поддержал я свою маленькую хозяйку, – не стесняйтесь.

Охранники со скрипящими зубами расстегнули наручники, позволяя моему телу рухнуть на пыльный пол. Грязь тут же заполнила легкие, заставляя кашлять. Унизительно.

– А теперь вон! Утром мой отец узнает об этом, – сказала она.

Что ж, милая, это была ошибка. Теперь мы с тобой наедине, и кто знает… что взбредет в мою шальную голову.

Глава 5

 Я не могла поверить своим глазам! Всегда верные и ревностно оберегающие нашу семью, Грег и Шон – надежные охранники отца, избивали моего волка. Как же так вышло? Он нарушил правила, сделал что-то не то? Но ведь целиком закован в серебро. Выбраться из особняка труда не составило, поскольку знала наизусть все камеры наблюдения на участке и умело их преодолела, не боясь быть пойманной. По моему приказу охранники покорно отпустили оборотня, тот мешком мяса плюхнулся на пол. Сердце сжалось помимо моей воли.

Оба охранника тут же начали оправдываться, и в нос ударил резкий запах алкоголя. Они еще и пьют на службе? Это уже ни в какие ворота.

– Вон! – рыкнула на них с угрозой, – мой отец узнает об этом. Не смейте больше заходить в этот дом. Теперь здесь живет он!

Будут знать, как касаться моей собственности. Однако оставшись с оборотнем наедине, я вдруг сильно занервничала. Он поднял взгляд, затем усмехнулся сам себе и оперся на ладони в попытках встать. Я же стояла как истукан, не зная, что делать в такой ситуации. Лишь судорожно хватала ртом воздух. Оборотень поднялся и, шатаясь, направился ко мне. Что он собирается… но вместо того, чтобы напасть, мужчина устало сел на деревянный стул, который тут же смачно заскрипел под его весом.

– Милая, у тебя бинты и антисептик есть? – он закинул голову, глядя на меня, – хотя сомневаюсь.

Эти глаза опять гипнотизируют. Да что же такое? Это он – мой раб, а не наоборот. Возьми себя в руки, Нисса!

– Какая я тебе милая? – вложила в эти слова всю решимость, – я – леди Анисса Уайтберд. Впредь называй меня миледи и не смей поясничать. Может, не зря мои охранники тебя так разукрасили?

– Тебе не идет грубость, милая, – последнее слово он выделил особенно ярко, – ну так что, есть медикаменты?

Честно говоря, я привыкла, что всем заправляет наша экономка Марджери Стивенс – женщина средних лет, занимающаяся делами особняка, сколько я себя помню. Но упасть в грязь лицом перед этим наглецом не хотелось, я же не какая-нибудь никчемная белоручка. Что уж, на найду в собственном особняке лекарства и бинты?

– Я принесу тебе все, что нужно. Но лишь потому, что ребята перестарались. Впредь не рассчитывай на мою доброту.

Он усмехнулся.

– Поспеши милая, а то я истеку кровью и помру прям здесь, – оборотень хохотнул, – а я же тебе живым нужен. За четыре-то миллиона.

– Дурацкая шутка, – огрызнулась и уже было направилась на выход, как вдруг он заговорил серьезно.

– Впрочем, ты можешь просто снять с меня этот ошейник, – сказал оборотень, – тогда я за десять минут регенерирую.

– Вот еще! Не дождешься! – я зло хлопнула дверью и вышла на прохладный ночной воздух.

Почему на него такая странная реакция? Он ведь отвратителен! Развязный, наглый грубиян. Я шагала по свежему хрустящему газону, зло размахивая руками. Почему он называет меня “милая”? У меня от этого мурашки бегают. Брр! Обняла себя руками. Тело пробивал легкий озноб. Аккуратно обойдя дождеватели для полива газона, прошла к задней двери особняка, ведущей в крыло для слуг. Уверена, у них есть нужные лекарства и бинты. Перед дверью слегка замялась. И что они подумают обо мне? Что их леди бродит по территории особняка одна, да еще и в таком виде. Но раз обещала достать все нужное, чтобы этот наглец смог себя починить, я это сделаю. Набрав в легкие воздуха, выпрямив спину и вспомнив о том, что «легкая улыбка всегда к месту», открыла дверь.

Внутри было темно, пахло необычной свежестью. Вопреки неприятным слухам, слуги в нашей семье жили хорошо. Отец предоставлял им качественно отапливаемое крыло особняка, а каждый работник жил в большой комнате со всеми удобствами. Ванная конечно, одна на всех, но еще большая баня по воскресеньям. Размышляя над тем, как щедр отец, я невольно стала вертеть головой в поисках какого-нибудь шкафа с лекарствами или чего-то подобного. Мда, уже и забыла, где здесь что. Но моим надеждам не суждено было сбыться. В этом коридоре стояли лишь комод и шкаф со старой посудой, закрытые за крепкие замки.

Что ж, придется разбудить кого-нибудь из дворецких или экономку. Я глянула вперед. Узкий коридор заканчивался массивной деревянной дверью, из-под которой пробивался слабый свет. Мне вдруг стало стыдно за то, что врываюсь к людям посреди ночи. Но это особняк моей семьи, так что имею право! Распахнула дверь, и моему взору предстало помещение для отдыха. По центру длинной стены пылал камин, а Марджери увлеченно что-то вязала, сидя в мягком кресле. Ее молодая дочь, Грета, расположилась поодаль, сняв форму служанки и облачившись в сорочку. Языки пламени плясали, отражаясь серыми тенями на стене.

Больше никого из работников здесь не было. Остальные в это время уже видели свои сны. А что снится слугам? Я никогда об этом не задумывалась. Марджери с дочерью явно готовились ко сну.

– Миледи? – экономка бросила вязание и вскочила на ноги, – что-то случилось?

– Нет, все в порядке, – я слегка улыбнулась, – Марджери, у вас есть бинты и антисептик? Сэр оборотень ранен.

Я старалась сдерживать сарказм, но плохо получалось. Грета подскочила и, сверкая полуголыми грудями под тонкой сорочкой, подбежала к нам. Эта девушка была популярна среди дворецких, садовников и прочего персонала мужского пола благодаря выдающимся формам. Она особо и не стеснялась, будь ее воля, работала бы голая. Хорошо, что одежда служанок была полностью закрыта, чтобы не вызывать порочных мыслей. Однако Грета все равно умудрялась постоянно встревать в неприятности, связанные с мужчинами. То с каким-нибудь лордом зажимается, то с нашим охранником. Глядя на ее пышный бюст, я покраснела и отвернулась.

– Прикройся! Хватит грудями трясти перед леди. – Марджери швырнула в дочь шерстяной платок, затем вежливо обратилась ко мне, – все нужное есть в медицинской комнате. Почему он сам не пришел? Вы не должны бегать по первой его просьбе, миледи. Таких нужно учить и воспитывать. Это он должен служить Вам, а не наоборот.

Наша экономка всегда была эталоном и примером для остальных. Идеальные манеры, услужливость и понимание, как эффективно заправлять огромным особняком сделали ее чуть ли не членом нашей семьи.

– Он сильно пострадал, а серебро не позволяет ему… м… вылечиться самостоятельно. Не нужно напоминать, Марджери, кто я, и кто он. Сейчас так сложились обстоятельства. Пожалуйста, дайте мне все необходимое и я пойду.

– А как он выглядит, миледи? – вдруг оживилась Грета.

Ее искренние, пылающие интересом глаза меня разозлили. Но тут же родилась идея.

– Грета, а ты умеешь обрабатывать раны? – я хитро прищурилась, – крови не боишься?

– Миледи, я не думаю… – Марджери тем временем вернулась, держа в руках две пачки бинтов и баночку с антисептиком.

– Я задала вопрос Вашей дочери.

Почему сегодня мне все перечат? Экономка замолчала, я же терпеливо ждала ответа от девушки. Вздернув подбородок, не позволяла себе ни на секунду забыть, что именно я здесь хозяйка. Как говорит моя мать, нельзя ни на секунду давать слабину. Иначе сядут на шею.

– Я могу, миледи, – залепетала Грета.

– Отлично, пошли за мной. И возьми всё, что нужно, – я развернулась и направилась к выходу.

– Я могу одеться? – она потупила взгляд.

– Нет. пойдешь так. Там не холодно.

Что же, мистер оборотень. Теперь ты – мой слуга. Думал, что будешь постоянно смущать меня? Посмотрим, как ты устоишь перед нашей любвеобильной Гретой. Мне не было жаль ее, я терпеть не могла развратных девиц, пользующихся своей внешностью. Ну и что, что у тебя огромная грудь? Фи! Увлекшись собственными мыслями, не заметила, как налетела на что-то твердое и чуть не упала. Служанка поддержала меня за локоть, не давая позорно рухнуть в траву.

Однако это не было моей единственной проблемой. Потому как ногой случайно задела какую-то кнопку, включившую все дождеватели разом. Грета успела отпрыгнуть, я же оказалась прямо под струей воды. Мои волосы и одежда – все мгновенно вымокло. Кожа тут же покрылась мурашками.

– Миледи! – хитрая Грета направилась в обход, – я, пожалуй, там обойду. Подождите меня!

Ну а мне терять нечего, пойду напрямик. Добравшись до хижины, ощутила странное волнение в груди. Да что же это такое? Но это чувство никуда не уходило. Пыталась прогнать его, стоя в мокрой одежде перед хижиной оборотня. Уговаривала себя, приказывала, умоляла и просила. Все тщетно. Грета подбежала спустя пару минут. Я открыла дверь, впуская служанку и заходя следом.

– Не прошло и часа, милая, – послышался знакомый низкой голос.

– Хватит паясничать, оборотень. Не забудь, что ты здесь в статусе моего раба, – я уперлась кулаками в бок.

Однако в его глазах отпечаталось что-то доселе невиданное, затем он скользнул по моему лицу вниз, к мокрой майке и замер. С минуту волк с хитрым прищуром рассматривал мою одежду, пока до меня не дошло. Я же без белья, да еще и в мокрой майке! Мои соски предательски топорщились то ли от холода, то ли от… прикрыв грудь руками, увидела тень сожаления на красивом лице. Мужчина ничего не сказал, лишь продолжал задумчиво смотреть на меня.

Тем временем Грета скромно разместила на ветхом деревянном столе медикаменты.

– Привет, – сказала девушка мужчине, – ты новенький? Я Грета. Можешь обращаться ко мне по всем вопросам.

Однако он ее проигнорировал. Я же чувствовала себя не в своей тарелке. Устроила тут конкурс мокрых маек, какой позор!

Стояла глубокая ночь, луна улыбалась в грязное окно хижины, а служанка тщательно обрабатывала раны на теле моего оборотня. Я не знала пока, как вести себя с ним. Девушка что-то щебетала то ли от собственной недалекости, то ли от желания разбавить гнетущую тишину. Руками я все еще прикрывала грудь. Да как посмел этот раб пялиться на мои соски? Но мысли о том, как он смотрел, заставляли грудь напрягаться еще сильнее, выпуская легкие волны удовольствия по телу.

Мужчина принюхался, не спуская с меня взгляда, затем гадко ухмыльнулся. Я уже не знала, куда бежать. Почему-то не хотелось оставлять этих двоих наедине. Пышный бюст Греты то и дело касался его тела, но наглец глядел лишь на меня. Она что, его не заводит? Лицо заливал румянец, но я не позволяла себе выглядеть смущенной. Пусть думает, что мне просто жарко. Да какая вообще разница, что мой раб подумает? Невольно начала осматривать его тело. Мощная шея, широкие плечи и рельефная мускулатура. В этом мужчине не было ничего лишнего, как, например, в перекачанных отцовских бугаях-охранниках.

Как у настоящего зверя, все его тело было словно создано для охоты. Я так сильно увлеклась рассматриванием мужской красоты, что упустила момент, как служанка завершила обработку ран. И уже две пары глаз смотрели на меня.

– Я закончила, миледи, – девушка робко потупилась, то и дело бросая взгляды в сторону двери, словно ей было неуютно.

Мужчина выглядел уже куда лучше. Очевидно, волчья сущность позволяла пережить то, от чего обычный человек уже бы умер. Ни разу этот мужчина не взглянул на фигуристую Грету рядом, ни разу даже не улыбнулся ей, лишь сверлил меня задумчивым взглядом. А я почему-то была счастлива. Ненавидела себя за эти странные эмоции. Мы ведь даже имен друг друга не знаем. Вернее, мое он знает, а вот я… когда дверь за Гретой закрылась, развернулась к своему оборотню.

– Как тебя зовут? – первая нарушила густую тишину.

– Какое это имеет значение? – спросил он.

– Не отвечай вопросом на вопрос! – вспыхнула я, не в силах терпеть такую наглость, – это неуважение!

– А за что я должен уважать богатую белоручку, которая даже не знает, как обработать раны человека и как оказать ему первую помощь?

– Ты не человек! – выпалила, теряя остатки самообладания.

– Будь я человеком, давно бы умер, – вздохнул оборотень, – но ты права лишь отчасти. Я наполовину человек. Так что мимо, милая.

Оборотень молниеносно подскочил и своим телом вжал меня в грязную стену. Какая скорость! И это он еще ранен. Невольно поморщилась, затем отпихнула его. К моему удивлению, мужчина не стал настаивать, отходя на пару шагов назад.

– Уважение нужно заслужить, миледи, – он сделал сильный акцент на последнем слове, – а теперь я бы хотел немного поспать, прежде чем приступать к обязанностям твоего придворного шута.

Почему-то от его слов стало горько. Он ненавидит меня? Ну конечно. Ведь я лишь взбалмошная богачка, узурпировавшая его свободу. Но почему мне так обидно? Он всего лишь раб, моя собственность. И не смеет так себя вести!

– Раз ты не говоришь свое имя, буду считать тебя безымянным оборотнем.

На его лице неистово заиграли желваки. Я видела, как напрягается каждая мышца на мощном теле. Низ моего живота начало странно тянуть. Что за реакция на грубияна? Но я выпрямила спину и взглянула в его глаза, сияющие, словно две яркие луны.

– А мне не нужен безымянный раб, – произнесла, вложив в эти слова всю уверенность, – так что я сама дам тебе имя. Лео. Отныне тебя зовут Лео.

Оборотень промолчал, лишь хмуро глядел на меня. Я развернулась и с достоинством вышла наружу. Однако за дверью на меня накатила сильная усталость, словно небо разом обрушилось на плечи. Волнение, которое ощущала, не было похоже ни на что ранее мною испытанное. Эта приятная тяжесть внизу живота, томление в груди и желание… так стоп! Развернулась и направилась в дом. Проскользнув в комнату, завалилась в постель прямо в мокрой одежде. Сама не заметила, как заснула. Меня разбудил возмущенный вскрик Агнес.

– Леди Анисса!

Глаза предательски отказывались открываться, а все тело так ломило, будто я накануне таскала тяжелые мешки. Но вспомнив ночной инцидент, подскочила на постели и тут же покрылась румянцем. Уставилась на гувернантку. Коснувшись руками волос, обнаружила растрепанное птичье гнездо. Даже не расчесалась перед сном. Агнес то и дело хваталась за сердце.

– Вы чем занимались ночью? – она в ужасе глядела на меня и хлопала глазами, – почему так ужасно выглядите?

– Решила подышать свежим воздухом, – я поднялась и скинула грязные вещи, – не спалось. Это нужно постирать.

Гувернантка схватила их в охапку и унесла, продолжая причитать. Я же вошла в ванную, слегка шлепнув ладонями по щекам. Честно говоря, и не думала о том, как буду реагировать на этого Альфу. Точнее, на Лео. Если подумать, он взрослый мужчина, который явно против того, чтобы служить молодой аристократке. Да, мне придется туго. Закажу-ка себе пособие по дрессировке собак. С какой вообще стати я должна заслуживать его уважение? Это его задача – сделать так, чтобы я была довольна. Забравшись в ванну, коснулась живота. Что за чувство накатило вчера?

Неужели я возбудилась? От того, как он смотрел на мою грудь в мокрой майке, становилось не по себе. Я коснулась вставших сосков пальцами, слегка надавила. Снова это приятное чувство! Ах! Руки невольно начали массировать грудь. До чего же приятно. А в голову полезли странные и необычные мысли. Так, минуточку! Оторвавшись от набухших сосков, я быстро взяла себя в руки. По телу разливалась неприятная горечь, словно разочарование в том, что у сладкого возбуждения не было продолжения. Хватит об этом думать. Я обещана сэру Грегори и стану его женой. А значит, именно ему выпала честь быть моим первым.

Помывшись, я вышла, надев аккуратное розовое платье по колено, с открытыми плечами. Волосы собрала в простой хвост, нанесла на лицо легкий дневной макияж. К моменту, когда пришло время завтрака, была уже во всеоружии. Отец, как всегда, листал свой планшет, а мама недовольно сверлила взглядом стену. Всё как обычно. Я села напротив, сдержанно поздоровавшись. Решила пока не докладывать на охранников. Ведь с волком все хорошо, а Шон и Грег какое-то время побудут моим должниками.

– Как спалось, дорогая? – отец отложил девайс, – отлично выглядишь. Такая румяная. Не забыла, что сегодня приезжают Салли и Мелани?

О да, мои закадычные «подруги» из высшего света, одобренные отцом, матерью и нашей службой безопасности. Принялась за завтрак, как вдруг в столовую вошел Шон. Он бросил на меня тревожный взгляд, но я даже не взглянула в его сторону.

– Он готов? – спросил отец.

Мама за все это время не произнесла ни слова. Но при упоминании оборотня, поднялась и демонстративно вышла, громко хлопнув дверью. И почему она так бесится?

– Доброе утро лорд, миледи, – знакомый низкий голос вырвал меня из сторонних мыслей.

Я бросила взгляд на вошедшего Лео и потеряла дар речи.

Глава 6

Твою мать! Как только дверь за богачкой закрылась, я сжал руки в кулаки и со всей силы ударил по стене. Она мне еще и кличку придумала, как псу какому-то? Лео? В голове сразу появился образ жирного и тупого персидского кота. Ярость захлестывала, словно гигантская волна, не позволяя мыслить трезво. Уважать ее? За что? Эта девка за всю свою жизнь никому не помогла, никого не сделала счастливым. Разве что только родителей-садистов. Сука! Следующий удар сотряс хибару. И как здесь еще все не развалилось?

Слегка разогрел затекшую шею. Ничего, милая, мы с тобой еще выстроим правильную субординацию. А для этого мне необходимо лишь заручиться кое-чьей поддержкой. Я осмотрелся. Хибарка была хилая, но вполне подлежала восстановлению. Сгреб в охапку бутылки, оставшиеся от горе-охранников, затем смахнул толстый слой пыли со стола и кровати. Первым делом вырву этот чертов крюк из потолка. Коснулся ошейника рукой. Если бы мне удалось уговорить ее снять его… я бы мог сбежать, скрыться в лесу. Но внутренний зверь вдруг заскулил. Что за бред?

Вышел на улицу и вдохнул свежесть ночного воздуха. Моя хижина практически прижималась к забору, разделяющему особняк семьи Уайтберд и большой лес под названием Гринстоун. Самый большой в Англии, который когда-то населяли сотни волчьих стай. Я подошел и осмотрел забор. Метра четыре в высоту, из прочного сплава. Касаться не буду, мало ли. Лишний заряд электричества слабому телу вовсе ни к чему.

Где-то вдалеке залаяли собаки. Я быстро оглядел территорию, прилегающую к огромному особняку. Сплошные идеально выстриженные газоны, широкая дорога, ведущая прямо ко входу и несколько линий живой изгороди, примыкающих непосредственно к стенам дома. Перед входом – небольшой круглый островок, усыпанный цветами и фонтан, а вдалеке я увидел зеленый лабиринт. Загнать бы туда мою маленькую леди, да погонять как следует. Невольно облизнулся. Высокомерная, наглая. Ничего, придется научить гордячку манерам.

Внезапно подкосились ноги, а перебинтованные раны снова дали о себе знать. Как же долго я регенерирую с этим чертовым ошейником. Срочно требовался отдых, так что, пообещав себе на следующий день как следует осмотреть участок, направился спать. Кровать представляла собой нечто односпальное, бесформенное, с надломанной ножкой. Да на нее даже садиться страшно. Мда, прям пятизвездочный сервис. Сначала избили до полусмерти, затем поселили на отшибе в доме, который вот-вот развалится. Я слегка надавил рукой на кровать, и она с громким звуком рухнула на пол. Ладно, плевать, завтра разберусь. Сняв грязную майку, подложил ее в качестве подушки, так как мешковина, набитая сеном, которую мне удалось обнаружить поодаль, для сна точно не годилась.

Закрыв глаза, сразу почувствовал себя лучше. Ночь успокаивала. Спальное место располагалось напротив окна и рассеянные лунные лучи помогали мне хоть на миг обрести спокойствие. Внезапно перед глазами возник образ моей наглой хозяйки. Распахнул глаза. Что за черт? Наваждение какое-то. В носу все еще стоял аромат ее возбуждения. Тонкий и едва заметный. Обычный мужик бы и не унюхал. Но я знал, что там, под обтягивающими круглую задницу джинсами было влажно, когда мой взгляд касался ее тела. Интересно, где она на собственном участке умудрилась так вымокнуть? Но, признаться, зрелище было великолепное. Сырая маечка и возбужденные розовые сосочки с маленькими круглыми ореольчиками.

Фантазия разошлась не на шутку. Грудь у моей хозяйки небольшая, но упругая и безумно возбуждающая. Сколько почтенных лордов по ночам дрочат на нее? Внутри поднималось неизвестное мне чувство, а в штанах мгновенно стало тесно. Закрывая глаза, видел возмущение во взгляде и тонкие пальчики, сжимающие мокрую ткань маечки. Зверь внутри бесновался, требуя сейчас же спариться с ней. Я впервые замечал за собой такую больную тягу. Это же не может быть… то самое? Если это так, то я – самый невезучий оборотень на планете. Но на губы лезла лишь довольная улыбка. Как бы ни пытался злиться, воспоминание о юном женском теле не давало покоя. Еще чего не хватало!

Заткнув похотливую зверюгу внутри себя, я все-таки попытался заснуть. И как ни странно, спал без кошмаров. Под утро сквозь тонкую пелену чуткого сна послышался размеренный методичный стук. Подскочив на скрипящем подобии кровати, осмотрел себя. Отлично, регенерация прошла нормально. Ошейник неприятно давил на кожу, но я уже стал привыкать. Сорвав бинты, пошел открывать дверь. На пороге стояла та самая молодая девушка, так любезно обработавшая мои раны, а рядом с ней – почтенная дама в строгом черном платье. В руках девушки было несколько пакетов, и вешалка, очевидно, с мужским костюмом.

Я отошел, впуская женщин в свое грязное и неухоженное жилище.

– Доброе утро, – поздоровалась та, что постарше.

Младшенькая выглядела хорошо. Более-менее выспавшись, смог себе позволить рассмотреть ее. Стройная брюнетка с осиной талией. Она то и дело краснела, однако это выглядело несколько наигранным. Вот кто по-настоящему смущался, так это моя маленькая леди этой ночью. А эта девушка, как ее, Грета – явно опытная и похотливая сучка. Что ж, я могу это использовать.

– Доброе, дамы, – скрестил руки на груди, – прошу прощения, что здесь не убрано. Ночью я был занят другими вещами.

– Ты уже здоров? – сурово спросила старшая.

– Как видите, – я распахнул руки и лицо младшей залилось румянцем.

Да ладно скромничать, ты ночью не особо смущалась, натирая мою кожу своими грудями. Я ухмыльнулся. Старшая же окинула меня придирчивым взглядом. Экономка? Верно. Идеальная от кончиков волос до пальцев на ногах. Высокомерная с подчиненными, но услужливая с лордами и леди.

– Меня зовут Марджери Стивенс, – сказала она сдержанно, – я управляю хозяйством в этом особняке. Пока не знаю, под чьей ответственностью будешь ты, но мне дано указание разобраться с твоим жильем и внешним видом. Грета, отдай ему вещи.

Девушка плюхнула пакеты на мой несчастный стол. Я внимательно смотрел на Марджери Стивенс. Сухая, высокая и совершенно неприятная дамочка. Здесь, в Англии, количество высокомерия превышает все мыслимые пределы. Никак не привыкну к этому дерьму.

– Бери костюм и приходи в комнату для слуг. Тебя нужно вымыть перед тем, как посмеешь появиться перед лордом.

Затем она направилась на выход, Грета посеменила следом, бросая на меня весьма недвусмысленные взгляды.

– И как я найду эту комнату для слуг?

Марджери развернулась и высокомерно произнесла: «По запаху. Заодно проверим, не прогадала ли леди Анисса, выбрав именно тебя.»

Из горла вырвался рык, но женщина не испугалась. Она лишь вздохнула, открыла дверь и вышла. Так, экономка у них непростая. Оборотней не боится, а значит, сталкивалась с нами раньше. Интересно. Веселая меня ждет жизнь, прям чую. Открыв первый пакет, я сморщился от ударившего в нос запаха полиэтилена. Так, для начала нужно хотя бы вытереть пыль. Использовал для этого свою майку. Сделав дело, выложил вещи на стол. Джинсы, толстовки, нижнее белье, носки. В отдельном пакете – кеды, туфли.

Не удосужившись надеть хоть что-то на голое тело, в одних драных джинсах я направился туда, куда было велено. Экономка была права, за ними оставался довольно яркий шлейф из ароматов. Он в подметки не годился изящному и ласкающему нюх запаху маленькой хозяйки. Это как сравнивать выдержанное дорогое вино из лучших виноградников Франции и дешевое пойло из ближайшего супермаркета. С самого утра на территории особняка уже туда-сюда сновали слуги. Я ощущал на себе множество взглядов, но было плевать. У меня появилась цель – воспитать мелкую пакостницу. Если с этим не справились родители, придется мне.

В голову снова полезли воспоминания о торчащей девичьей груди под мокрой майкой. Да твою же мать! Только стояка не хватало для полного счастья. Добравшись до заветной двери, держа в руках чертов костюм и обувь, зашел внутрь. Там меня ждал очередной удар: до рези в глазах удушающий запах освежителя. Гадость какая. Не знаю, сколько проживу здесь со своим нюхом. Волк внутри меня будто залез в самую глубину сознания и не высовывался, лишь изредка подвывая. Комнату для слуг нашел без труда. Там была лишь Грета. Когда я вошел, она снова залилась румянцем. Да сколько можно краснеть? В тебе уже с десяток мужиков побывало.

– Я пришел. Где у вас ванная? – обратился к девушке.

– Пойдем, я тебе покажу, – она уже безо всякого стеснения рассматривала мое тело, – давай костюм, я повешу, пока моешься.

Я передал ей вещи, облегченно выдыхая. Но девушка будто нарочно постоянно старалась меня касаться.

– Аккуратнее, девочка, – я улыбнулся, – иногда наши желания сбываются.

Она захлопала ресницами, сделав вид, что искренне возмущена моими словами. Но ей явно понравился столь похабный намек. Возможно, однажды воспользуюсь ее услугами.

– Как тебя зовут? – этот вопрос уже начал набивать оскомину.

– Лео, – я улыбнулся во все тридцать два, – веди меня в ванную.

Мы вышли из помещения, затем свернули направо. Длинный коридор был испещрен множеством дверей. Казалось, что идешь по дорогущей гостинице в самом центре Бриджтауна.

– Вы живете здесь? – я с интересом рассматривал добротные двери и приличный интерьер, – довольно внушительно для слуг.

– Лорд очень щедр, – пропела Грета, – мы живем в отличных условиях и каждый держится за свое место. Работникам предоставляются отпуска, больничные и все, как положено у работающих людей.

– Ну, я раб, купленный на аукционе, так что…

– Леди Анисса очень добрая, – сказала девушка, – я думаю, с ней вам будет комфортно работать. Она никогда никого не унижает, в отличие от ее матери.

Интересно. На аукционе я не успел рассмотреть матушку своей леди. Слишком у нее агрессивная энергетика. Жесткий взгляд и рваные жесты. Особа не довольна своей жизнью, а если и довольна, то демонстрирует обратное. Мы дошли до самого конца коридора, затем снова свернули вправо. Не дом, а настоящий лабиринт. Я четко фиксировал в голове пройденный маршрут. Потому как предстоит еще возвращаться. Мысли роились вокруг того, как сильно все изменилось. Еще вчера меня лупили все, кому не лень, а сейчас… эта девушка, Грета, оказалась весьма полезной.

Ванная была свободна. Я вежливо спровадил малышку, давая понять, что назад доберусь сам. Уж больно сильно она стала меня опекать. Напрягает. Душная особа. Я стащил джинсы, оставив их на полу и осмотрел себя в ростовое зеркало. На теле осталось лишь пара царапин. Мерзкий ошейник сильно впивался в горло, раз за разом напоминая, что со мной стало. Альфа без стаи. Невольно сжал кулаки. Ничего, я выберусь. И вытащу свою сестру.

Зайдя в душевую кабинку, начал крутить вентили. Как ни странно, горячая вода была в достатке, позволяя насладиться теплыми струями. Как вдруг я почувствовал… ее. И внезапно услышал томный стон.

“Ах!”

Что за… член мгновенно встал колом. Я огляделся, но в ванной никого не было. Голосок точно принадлежал моей маленькой хозяйке. Неужели… нет, нет, нет! Только не она! Эта мелкая несносная гордячка – моя истинная? Ну точно злой рок и шутка высших сил. Я закрыл лицо руками, но вдруг перед глазами заплясали картины, как эта скромница ласкает свою грудь. Массирует и дергает за соски, прижимаясь спиной к стене душевой. Сладко стонет, но упрямится своему желанию. Ей безумно хорошо, но опустить свои пальчики ниже и получить настоящее удовольствие боится. Почему я это вижу? Выкрутил воду на максимально холодную. Ледяные струи немного успокоили, но достоинство все еще было в полной боевой готовности. Так значит, моя милая леди мастурбирует в душе? Какая прелесть.

Я облизнулся, представляя, как капли воды стекают по ее аппетитным выпуклостям. И снова похотливое животное внутри меня потребовало свою самку. Но я пока не уверен. Сначала нужно убедиться, что именно она – моя истинная. Если это так, то ситуация еще хуже. Милашка выходит замуж за этого маньяка Мосса. Плюс ко всему я презираю и ее, и эту чертову семейку. Как следует охладившись и приведя себя в порядок, обернулся полотенцем и прямо так пошел обратно. Встреченные мужчины окидывали меня презрительными взглядами, а женщины мгновенно начинали течь. Фу.

Низшие существа. Я фыркнул, заходя в помещение. Там стоял вчерашний “шар”, Грета, ее мать и какой-то мужик в костюме.

– Лео, – сдержанно произнесла Марджери, – ты в таком виде разгуливаешь по служебному крылу? С ума сошел?

Грета же пожирала меня взглядом. Черт, мне нужно где-то спустить накатившее в душе напряжение. Ее ротик вполне подо… но резкий приступ отвращения вынудил отбросить эту идею.

– Так, к делу, – сухо поговорила миссис Стивенс, – Лео, с Шоном ты ведь уже знаком?

Бугай попытался сурово взглянуть на меня, но я отразил эту попытку, вынудив лысого опустить глаза.

– Еще как знаком, – произнес шутливо, – особенно с его кулаками.

– Хорошо. Это Бруно – наш управляющий. Он заведует мужской половиной крыла. Курирует работу дворецких, садовников, водителей и остальных.

– Доброе утро, – худощавый мужичок с тонкими усишками слегка кивнул.

На первый взгляд он показался нормальным. Я выжидающе взглянул на экономку.

– Мы пока не знаем, под чью ответственность тебя отдадут, Лео. Но рекомендую вести себя прилично. И слушай тех, кто давно работает. Так ты сможешь влиться в коллектив и жить здесь нормально.

Она сейчас глумится? Эта женщина мне определенно не нравится. Облизнул взглядом ее дочь и этот жест не укрылся от Марджери Стивенс. Она схватила Грету за руку так сильно, что та поморщилась.

– А теперь оденься, как подобает слуге леди Аниссы. Лорд Уайтберд желает видеть тебя как можно скорее.

Не вопрос, дамы! Я сбросил полотенце и направился к шкафу, на котором висел костюм. Спиной чувствовал возмущенный взгляд экономки. Поделом, миссис Стивенс. Развернулся, демонстрируя присутствующим женщинам всю свою мужскую красоту. Мистер Бруно отвел глаза, а Шон так сильно покраснел, что стал напоминать надувшийся воздушный шар. Грета не могла оторвать взгляд от моего паха, а ее мать, недолго думая, потащила дочь к выходу. Впервые я увидел эмоции на ее лице.

– Не смей так делать! – выпалила женщина, скрываясь за дверью, – здесь же дамы! Стыдобища.

Я лишь ухмыльнулся и, как ни в чем не бывало надел строгий костюм, в котором мне надлежало явиться к лорду и леди Уайтберд.

– Ты смелый парень, – вдруг пробасил “шар”, – прошу прощения за мое поведение вчера. Мы перебрали.

– Вы пили на службе?! – взвизгнул Бруно, – Шон, это уже не в первый раз…

– Да ничего, – тот ободряюще похлопал своего босса по спине, – ничего же не случилось?

Я равнодушно пожал плечами, пытаясь свыкнуться со стягивающим мышцы фасоном. Как они в этом дерьме ходят? Уж молчу про ботинки. Жутко неудобная штука. Кое-как успокоив Бруно, “шар” по имени Шон сказал мне следовать за ним.

– Лорд весьма щепетилен в вопросах внешнего вида, как и его жена, – сказал он, – находясь на территории особняка, старайся выглядеть подобающе.

– Да ты эксперт, – в голову снова полезли эротические воспоминания о ласкающей себя молодой леди Уайтберд.

Как же избавиться от этого наваждения? Шон продолжал наставлять меня, я же вовсю боролся с собственными эмоциями. Твою же мать, я альфа или как? Срочно нужно взять себя в руки. Даже не заметил, как мы прошли огромный холл, затем впереди буквально выросли высокие яркие двери белого цвета. Шар буквально вкатился туда, раздувшись от удовольствия и собственной важности. Я же сдержанно поздоровался. Даже не заметил, как мимо пролетела мать милашки и громко хлопнула дверью.

В глаза сразу бросилась молодая леди, на щеках которой играл румянец. А я знаю, откуда он, милая. И мы это еще обсудим. Не скажу, что был рад лицезреть своего заклятого врага, но сейчас лорд Уайтберд интересовал меня меньше всего. Плевать на него. Все внимание захватила его дочь. Она прятала взгляд, будто стеснялась меня. Оглядел эту строптивицу с ножек в аккуратных туфельках до милой светлой головки. Красивая.

– … не так ли, Лео? – раздался голос ее отца, и я нехотя оторвался от прекрасного зрелища.

– Но папа! – вспыхнула маленькая леди, – разве не Марджери должна показывать ему особняк? Или Бруно?

– Не спорь со мной, Анисса. – строго произнес лорд, – я хочу, чтобы ты научилась ответственности. Если этот оборотень станет твоим телохранителем, между вами должны быть доверительные отношения.

– Но я не хочу, – надула розовые щечки и скрестила руки на груди.

Я с огромным удовольствием наблюдал за ее поведением. Избалованная, строптивая, но такая… такая… да твою же мать! Как прогнать ее из своей головы?

– Это не обсуждается, юная леди, – голос ее отца стал строже, – покажи своему телохранителю особняк и участок. Затем поручи Марджери распорядиться касательно ремонта в его доме.

– Но он раб! – вспыхнула она, я же сжал зубы от накатившей злости, – почему я должна…

– Так! – рявкнул суровый лорд, – или ты делаешь то, что я говорю, или сегодня никакой вечеринки у бассейна с подружками. И еще месяц будешь сидеть дома.

Как это интересно! Значит, моя маленькая хозяйка будет дефилировать в купальнике? Черт, член снова начал просыпаться. Пока я предавался сладким фантазиям, строптивая девчонка встала и направилась к выходу, бросив на ходу: «Ну пошли, покажу тебе особняк, Лео.»

Я бодрым шагом двинулся за ней. Когда мы вышли на свежий воздух, быстро догнал эту несносную леди и схватил за плечо.

– Куда ты так бежишь, милая?

– Не смей меня так называть! – она так забавно краснеет, когда злится, – и не смей трогать!

Сбросила мою руку с плеча, а я лишь ухмыльнулся. Что ж, сейчас проверим одну догадку.

– Кстати, миледи. Как утренний душ?

Она остановилась и глазами, полными неописуемого ужаса, взглянула на меня. Значит, я прав. Эта наглая и высокомерная богачка – моя истинная. И это – настоящая катастрофа.

Глава 7

Хам! Наглец! Да как он смеет? Почему у этого жалкого раба надо мной такая власть? От одного взгляда внутри все начинает пылать. Я с рождения воспитывалась, как истинная леди. Училась держать себя в руках в любой ситуации, никогда не терять лицо. Но сейчас его синие глаза буквально прожигали насквозь. И эта улыбка… сбросила руку оборотня и сделала два шага назад.

– Я не разрешала меня касаться. Знай свое место, оборотень! – выпалила в пылу гнева.

Но он продолжал ухмыляться, будто такое отношение его нисколько не задевает. Лео стащил с себя пиджак, затем расстегнул верхние пуговицы рубашки. Ошейник блестел в лучах утреннего солнца, но… почему мне так грустно, когда вижу его на своем волке?

– Что ты делаешь? – я скрести руки на груди.

– Ненавижу официоз, – сказал оборотень, – ну что, милая, показывай вотчину. А то мне еще свои хоромы нужно в порядок привести.

На самом деле его хибара вызывала у меня настоящий ужас. Не хотела, чтобы мой оборотень жил в таких адских условиях. Необходимо поговорить с отцом и выделить Лео комнату в особняке. Либо оперативно сделать ремонт. Обязательно нужно будет распорядиться. Волк выжидающие глядел на меня.

– Ну пошли, – развернулась на каблуках и двинулась вдоль стены к небольшому саду, который разбил отец для матери в честь их помолвки много лет назад.

Им занимался наш садовник Отто. Профессионал высокого класса, которого мы все очень ценили. Кроме моей матери. Она в последние месяцы сильно изменилась. Стала еще холоднее и жестче. А в этот сад и вовсе не заходила.

– Не грусти, милая, – голос оборотня вернул меня в реальность, – если хочешь давай поболтаем.

Еще чего! Я постаралась не реагировать на его выпад. Как он понял, что мне грустно? Неужели показала свои чувства? Плохо дело.

– Не думаю, что у нас найдутся темы для разговора. Отец желает, чтобы ты меня охранял. И уверен, что между нами должно быть доверие. Но сможешь ли ты защитить меня? – я вопросительно выгнула бровь, ожидая ответа.

– Сомневаешься? – снова ответил вопросом на вопрос.

– Я не знаю, что ты умеешь и на что способен. Вдруг ты оборотень-пацифист?

– Сними с меня ошейник, и я покажу, что могу, – он говорил серьезно.

– Исключено, – отрезала, вздернув носик, – и не пытайся меня разжалобить.

Тем временем мы дошли до сада Отто. Садовник уже вовсю высаживал саженцы в рыхлую землю. Сухой невысокий мужчина средних лет с аккуратно подстриженной бородкой выглядел сосредоточенным. Он вежливо поздоровался со мной и внимательно осмотрел оборотня. Лео же отвечал пронзающим недружелюбным взглядом. Глаза снова сменили цвет на ярко-желтый. Почувствовалась исходящая агрессия, которую он и не пытался скрыть.

– Отто, доброе утро! – я открыто улыбнулась, проигнорировал враждебность моего охранника, – как ваши гортензии?

– Спасибо миледи, – мужчина почесал бородку, затем задумчиво вздохнул, – новую партию семян для будущего сезона привезут на следующей неделе. Если захотите поухаживать за садом, милости прошу. В детстве Вы любили проводить здесь время.

Почувствовала, как напрягается тело оборотня рядом со мной. Он не сводил глаз с нашего садовника. Его окружала жуткая аура настоящего хищника. Я и не заметила, что уже с минуту вокруг не было слышно щебетания птиц. А ведь когда мы подошли, они беззаботно ворковали и пели, перепрыгивая с куста на куст. Неужели это Лео так влияет на них?

– А почему он так на меня смотрит? – Отто съежился, будто став меньше.

– Просто вы плохо знакомы, вот и относится с подозрением. Пожалуй, мы пойдем дальше.

– Хорошего дня миледи, – садовник нервно вытер вспотевший лоб грязной тряпкой.

Затем снова углубился в работу. Я же направилась в противоположную сторону. Лео шел рядом. Что это сейчас было? Периодически бросала на волка короткие взгляды, но он напряженно смотрел вперед. Мы проходили мимо величественных клумб, изящных каменных композиций, деревьев и кустарников.

– Английский сад – это настоящее произведение искусства, – решила разбавить гнетущую тишину, пока мы сворачивали на петляющую дорожку, выложенную белым камнем, – здесь все располагает к раздумьям, созерцанию природы, расслаблению и долгим прогулкам. Балансирует на грани, утонченность и благородство буквально в каждом листочке.

С каждым словом я невольно вдыхала все те эмоции, которые витали вокруг. Утренний сад вселял надежду, давал ощущение свежести и полноты. Вечером оранжевый закат менял его, делая угасающим, способствующим отдыху после тяжелого дня. Лео явно не разделял мое восхищение окружающей природой. Что же, если он должен сопровождать меня всюду вне особняка, то ему придется учиться воспринимать искусство. Мне не нужен телохранитель-деревенщина.

– Садовник хочет тебя трахнуть, – вдруг прорычал оборотень, – у него стояк от одного твоего вида, милая.

От неожиданности я резко оступилась и полетела носом вниз. Внутри все перевернулось от ужаса, когда поняла, что не удерживаю равновесие и вот-вот рухну на камень. Но цепкая рука Лео обвила мою талию, не позволяя упасть. Оборотень прижал меня к себе. Уткнулась в его рубашку и ощутила разряд, прошедший от кончиков пальцев на руках до самых пяток. Приятный, согревающий и возбуждающий. Низ живота приятно заныл. Да что же это такое?

– Отпусти, – прошептала едва слышно, – сейчас же отпусти меня!

– Это ты на каком языке «спасибо» говоришь? – он выпустил меня из объятий и скрестил руки на груди.

– Я не просила меня трогать! – выпалила, понимая, что снова теряю душевное равновесие, – удержалась бы сама.

– Да ну? – Лео приподнял бровь, – а мне показалось иначе.

Фыркнув от негодования, я бодрым шагом направилась к выходу. Этому мужлану нет никакого дела до красоты английского сада. Животное.

– К твоему сведению, Отто знает меня с детства. То, о чем ты говоришь – полный абсурд! И клевета, – я старалась сделать свой голос ледяным, но он предательски дрожал.

– Значит, он еще и педофил? – буднично спросил оборотень, сунув руки в карманы брюк.

– Не смей так говорить! Это вы, грязные, немытые звери, желающие спариваться со всеми подряд! – выпалила я, – все наши сотрудники проходят полную проверку, в том числе, на сомнительное прошлое.

– Я не проходил, – усмехнулся Лео.

– Ты не сотрудник, а моя собственность! – гневно бросила, чем явно мгновенно вывела оборотня из себя.

Мы шли мимо живой изгороди в сторону зеленого лабиринта, как вдруг этот наглец толкнул меня и всем телом вжал в колючие кусты, тут же больно оцарапавшие спину. Я сморщилась от боли.

– Знаешь, милая, порой меня забавляет твой острый язычок. Но не сейчас.

– Отойди! – жестко приказала, но он проигнорировал.

Тогда я уперлась ладонями в каменную грудь. Внезапно по телу снова прошел электрический разряд, концентрирующийся в самых чувствительных точках. От тела волка исходил такой жар, что казалось, будто стою в обнимку с печкой. А еще аромат. Невольно вдохнула его, чтобы почувствовать больше. Терпкий, приятный. Сильные жесткие пальцы подцепили мой подбородок. В желтых глазах читалась настоящая ярость. Я сглотнула. Помогите!

– Тебя никто не услышит, милая, – прошептал он, – можешь кричать, сколько влезет. Я всю нашу короткую прогулку наблюдал за персоналом. Здесь – слепая зона и редко кто-то бывает. Сейчас я могу сделать с тобой все, что захочу.

При каждом слове Лео почти касался моих губ своими. Меня будто парализовало. Не могла оторвать взгляд от его ярких глаз, с лютой ненавистью глядящих на меня. Он так бесстыдно смотрел, что вся кожа покрылась крошечными мурашками. Вдруг Лео снова прижал меня к себе, вырывая из жестких кустов. Нисса, чего же ты ждешь? Сейчас же должна вырваться и убежать! Но вместо этого жалобно пискнула: «Пожалуйста, отпусти».

Он снова не послушал. Я взяла себя в руки и начала яростно вырываться, но этот получеловек был так силен, что не могла даже на дюйм сдвинуть мощное тело. Кое-как извернувшись, зарядила ему сильную пощечину. Лишь после этого Лео отступил. Я поправила платье дрожащими руками. От наглых прикосновений воздушная ткань задралась до середины бедра, а горловина съехала так глубоко, что оголила часть груди.

Внутри полыхали чувства, которые совершенно не могла понять.

– Что ты знаешь об оборотнях, милая? – голос Лео звучал очень жестко и сурово.

Но ведь я – его хозяйка, а не наоборот! Он не может так со мной разговаривать! Однако из горла вырвалось лишь нечленораздельное бульканье.

– Так и думал. Решила, что я буду твоей комнатной собачонкой? – оборотень зло ухмыльнулся, – как планируешь дрессировать меня, ничего не зная об оборотнях? Что мы едим? Как живем? Какую форму отношений предпочитаем? Ну!

Я не могла выдерживать тяжесть его взгляда и опустила глаза.

– Вот именно. Ты много знаешь о величественных английских садах, архитектуре. Считаешь себя самой умной. Но о тех, кто сотни лет живет совсем рядом, не знаешь ничего.

С этими словами мужчина развернулся и направился прямиком к своей хижине. Я же на ватных ногах попыталась добраться до входа в особняк. Мне впервые было так страшно и так… стыдно. Верно. Все лицо залилось румянцем, ведь Лео прав. Я зациклилась на себе и своем статусе. И сейчас поняла, что он просто так не станет служить мне. По крайней мере добровольно. С другой стороны зачем мне его желание? Я – леди! А рядом с ним постоянно чувствую себя лишь маленькой глупой девчонкой. Добравшись до комнаты, рухнула в постель, смяв платье. Плевать. Да как он смеет?

И почему меня тянет к нему, словно магнитом? Что это за чувство было, когда он прижимал меня к себе? Приятное, горячее. Низ живота снова потяжелел. Хватит, прошу! Умоляла себя вернуть былое равновесие. Однако не могла прекратить. Внутри бушевали чувства, настолько сильные и яркие, что перехватывало дыхание. Один взгляд в окно на хижину оборотня, и сердце бешено забилось.

Я увидела Лео. Он ремонтировал фасад домика, в руках держал какие-то инструменты. Мужчина снял костюм, сменив его на свои драные джинсы. Но я все равно не могла отвести взгляд. Точеное красивое тело так сильно притягивало, что от возбуждения все мысли вылетели из головы.

– Миледи! – из транса вывел голос Агнес, которая видимо уже какое-то время стучалась в комнату.

– Войди, – села на подоконник, поправляя платье, успокаивая сбившееся дыхание.

– Вы не забыли, что сегодня приезжают мисс Салли и мисс Мелани?

Я вздохнула. Краем глаза снова глянула в окно. Лео все еще работал. Не думала, что ручной труд может выглядеть столь притягательно. К нему подбежала Грета, протягивая бутылку воды. Внутри сразу заклокотал гнев. Вот же наглая!

– Куда вы смотрите? – суровый голос гувернантки возник совсем рядом.

Агнес выглянула в окно. Я же смущенно отвернулась.

– Миледи! – воскликнула она, – вы любуетесь этим… животным?

Меня вдруг обуяла беспричинная злость.

– Никакое он не животное. Не называй его так! Теперь Лео – мой охранник.

– Как же Ваша помолвка? Вы не можете увлечься этим…

– Агнес, – я вздохнула, – ты больше не моя гувернантка. Мне уже восемнадцать, и я могу делать что хочу и смотреть на кого хочу. Тебе это ясно?

– Да, миледи, – потупилась она, – но…

– У тебя все? – я заковала голос в лед.

С остальными слугами получалось быть суровой. Но этот наглый оборотень сводил с ума своей непокорностью. Выпроводив Агнес, я снова завалилась на постель. Не буду больше смотреть в окно! Это же не нормально. Но по телу все еще скакали искорки тока, будто он до сих пор держал меня в объятиях. У Лео очень сильные руки, но не такие жесткие, как у Грегори. Оборотень обнимал почти ласково, аккуратно прижимал к себе, давая чувство защиты. Мосс же явно демонстрировал желание доминировать и подчинять.

Как же все это сложно. Всегда чувствовала себя выше других. Ведь я богаче, воспитаннее, умнее. А тут в мою жизнь ворвался этот наглый волк и перевернул все с ног на голову. И ведь сама его захотела. Даже не подумав, как буду вести себя дальше. Но внутренний голос предательски нашептывал постыдные вещи.

«Тебе же нравится это чувство. Как он смотрит на тебя, раздевая и проникая в дальние уголки души. Вскрывает порочное нутро, спрятанное от других. Бедная, маленькая леди. Ты хочешь этого оборотня»

Я вскочила, не желая больше слушать бред, рождаемый собственным разумом. Быстро переоделась в брюки и футболку. Мне срочно нужно найти Марджери. Слышала, что наша экономка знает многое об оборотнях. Она-то мне и поможет. Однако миссис Стивенс уехала куда-то по личному поручению отца. Не хотелось выходить из особняка, чтобы случайно не столкнуться с Лео. После его слов совершенно не желала общаться. А уж как увидела его, воркующего с Гретой, руки самопроизвольно сжались в кулаки. Бесит. Он мой!

До пяти вечера занималась всякой ерундой в доме: смотрела на картины, уже не кажущиеся столь прекрасными; читала книги, буквы на страницах которых плясали перед глазами. Пока не услышала бодрые шаги по мраморному полу.

– Анисса! – раздался истошный визг подруги, от которого у меня чуть не заложило уши.

Салли Блэкмур любила переходить на ультразвук и кричать при любом удобном случае. Невысокая рыжая девушка с россыпью веснушек на круглом лице. Она – дочь влиятельного мебельного магната, поставляющего элитные гарнитуры и комплекты из лучших видов дерева по всей Европе. Салли не пользовалась особым успехом у мужчин, а вот ее кошелек… поэтому девушка часто вляпывалась в неприятности.

Мелани Риз была более уравновешенной, но все хорошие черты с лихвой перекрывались стервозностью. Высокая жгучая брюнетка, о которой мечтала половина мужчин нашего круга. Они обе подбежали ко мне и утопили в нежеланных объятиях.

– С совершеннолетием, дорогая! – сказала Мэл и протянула мне коробочку с надписью «Tiffany».

Я открыла ее и увидела красивые бриллиантовые сережки. Захлопнув футляр, ослепительно улыбнулась. Однако взгляд Мелани был каким-то странным.

– Ты изменилась, Анисса? – спросила она, аккуратно подцепляя мой локоть, – рассказывай все!

Салли посеменила за нами.

– Кстати, мы привезли купальники из новой коллекции Николя, примерим. Заодно потусуемся у бассейна. Я попросила слуг отнести их к тебе в комнату. Ты не против?

Подруги прекрасно знали, что все, что они делают в моем доме, нужно согласовывать со мной или моей матерью. К нам подошел управляющий и вежливо поклонился.

– Чего желают леди?

– Привет, Бруно! Вина! Раз ваша хозяйка теперь взрослая, веселиться будем тоже по-взрослому, – улыбнулась Мэл.

Я вздохнула. Но Бруно терпеливо ждал моего указания.

– Накройте закуски и вино у открытого бассейна, – управляющий снова поклонился и вышел из гостиной.

– Весь свет судачит о том, что леди Уайтберд выходит замуж за банкира, – растягивая каждое слово, произнесла брюнетка, – и теперь я вижу на твоем пальчике колечко. Сейчас же выкладывай все сочные подробности!

Когда мы дошли до моей спальни, рядом с кроватью уже стояли пакеты с фирменным знаком Николя Комо́ – ведущего французского дизайнера нижнего белья. Мелани давно уже дружила с ним, а может и что-то большее. В любом случае он и правда был гениален. Я вкратце обрисовала ситуацию с Грегори, пока мы вытащили модели купальников и начали примерку. Открывать душу перед ними не хотелось. Я не считала их близкими подругами. Девушки не стеснялись раздеваться друг перед другом, а вот я чувствовала неловкость.

– А еще, – сообщила рыжая, натягивая на круглые бедра зеленое бикини и любуясь собой в зеркало, – говорят тебе подарили знаменитого Альфу.

Я так и осталась стоять, держа в руках мягкую тонкую ткань бирюзового купальника. Сердце начало снова неистово вырываться из груди, стоило подругам коснуться темы оборотня.

– Да, это так, – сняла белье и быстро надела купальник, – но у него скверный характер.

– Говорят, он очень горяч, – Мелани покрутилась перед зеркалом, оценивая кроваво-красное монокини, выделяющее пышную грудь, – познакомишь?

– Он же не человек, – сморщилась Салли.

– Это же отлично, – Мэл облизнулась, – значит, хорош в постели. Поделишься, подруга?

Брюнетка подмигнула, а внутри меня начался настоящий шторм. Почему, как только мой волк здесь появился, на него вешаются все встречные девушки?

– Как знаешь. Но он строптивый, так что будь осторожна, – я тоже покрутилась перед зеркалом.

– Отличная вещь! – рыжая осмотрела меня со всех сторон, – это прям твой цвет, Анисса.

– Солнце садится. Да начнется вечеринка! – завопила Мэл.

Надев высокие шпильки, мы вышли к бассейну, который примыкал к левому крылу особняка. Был еще один в самом доме, но сейчас стояла жаркая летняя погода, так что предпочтения было отдано уличному. Вокруг цвели с любовью выращенные Отто цветы, а крошечные фонарики отлично подсвечивали вымощенную камнем дорожку, создавая мистическую атмосферу. Бассейн с трех сторон закрывала массивная зеленая изгородь.

Солнце садилось за горизонт, на территории особняка постепенно становилось темно. Салли включила музыку, и мы расположились на шезлонгах с бокалами дорогого белого вина. Внутри бассейна горела подсветка, создавая интимную атмосферу. Я откинулась, закрыв глаза и наслаждаясь спокойствием. Мелани и Салли болтали без умолку, обсуждая мужчин, свои наряды и мерзкие «жёлтые» сплетни. Кто кому с кем изменил, кого застали в баре со шлюхами и прочие гадкие подробности светской жизни. Один из дворецких услужливо разливал вино. Молодой парень, которого недавно нанял отец на испытательный срок. Рядом постоянно окрутился Бруно, по всей видимости оценивая работу новичка.

– Ну и где твой оборотень? – поинтересовалась Мелани, встала с шезлонга и подошла к столу с закусками, – он не составит девушкам компанию?

– Добрый вечер, леди! – послышался голос Лео, – меня ищете?

Я резко развернулась и увидела своего волка, стоящего прямо на бортике бассейна. Одетого в обычные джинсы, рубашку навыпуск с расстегнутым воротником. Рукава мужчина закатал по локоть, открывая жилистые запястья. Да как он посмел в таком виде появиться перед леди?! Однако я все же не могла отвести глаз. Мэл, виляя бедрами, подошла к нему и внимательно осмотрела, словно свежекупленную вещь. Мне от ее отношения стало гадко, а оборотень и бровью не повел. Но я буду бороться со своими чувствами! Так что, поборов больную тягу и жгучую ревность, равнодушно уставилась на безмятежную мертвую воду бассейна.

Глава 8

Часть первая

Войдя в свою ветхую хибару, я с яростью хлопнул дверью. С потолка посыпалась штукатурка, а стены заходили ходуном. Вот же мелкая высокомерная девчонка! Думает, если ее папаша смог заплатить четыре миллиона за меня, то побегу за ней, словно домашний щенок? И ведь ничего не знает об оборотнях! Это меня она назвала грязным животным? Из горла вырвался низкий утробный рык, однако серебро ошейника тут же погасило вспыхнувший гнев.

Да если бы не я, этот похотливый садовник так и продолжал бы разглядывать ее округлости под платьем. И неизвестно, чем эта прогулка бы закончилась. Кстати об Отто… я должен выяснить, по какой причине от него шел такой странный запах. Казалось, будто все его феромоны настроились на мою маленькую хозяйку. Она ничего не заметила, а я прекрасно почуял его похоть. Гадкую, скользкую, словно змея. Он маскирует свое желание под доброту и восхищение. Но меня не обманешь. Наши инстинкты обострены до предела, особенно когда дело касается истинной.

Истинная… я сделал пару кругов по комнате, пытаясь успокоиться. Еще два дня назад радовался, что мать-луна избавила меня от этой тяжелой ноши. Но теперь ощущаю, что надо мной жестоко пошутили. Мы – оборотни, не можем противиться связи, благословленной самой природой. Как бы я ни хотел ненавидеть эту склочную гордячку, из этого ничего не выйдет. От сладкого аромата зверь внутри меня постоянно бесновался. Теперь ясно, почему он так хочет ее. Точнее, почему мы оба ее хотим.

Если бы не ошейник, я бы уже набросился на малышку. Сначала бы оттрахал как следует, а потом научил манерам. Стоп! Если она не знает ничего об оборотнях, то и об истинных не в курсе? Ей тоже не позавидуешь. Ведь люди также подвержены этой связи, хоть и в более легкой форме. То есть, ее тело будет отвергать других мужчин, в том числе и маньяка-жениха. Губы сами по себе расплылись в хищной улыбке. Восхитительно! Моя милая истинная, я уж тебя воспитаю как следует. Стянул с себя неудобную рубашку и тесные брюки, заменив их старыми джинсами. Для начала необходимо найти инструменты, чтобы немного привести в порядок эту развалюху. Судя по всему, хозяйством здесь заведует управляющий, так что я бодрым шагом направился в особняк. Быстро нашел рабочую каморку Бруно, чем очень сильно его удивил.

– Лео, – он сидел с калькулятором и сверял какие-то чеки, – чем могу помочь? Мне сообщили, что ты будешь телохранителем леди Аниссы. Это большая честь и ответственность. Она – девушка видная, красивая.

Как я ни принюхивался, кроме искреннего восхищения никаких пошлых мыслей не почувствовал. Значит, Бруно не опасен для мелкой грубиянки.

– Да уж, честь так честь. Всю жизнь мечтал, – буркнул я, – но я здесь ради другого. Мне нужны инструменты. Хочу поправить фасад, да немного укрепить кое-какие несущие балки.

Управляющий залез в ящик стола и достал синюю матовую ключ-карту. Он дал знак следовать за ним. Судя по недовольной физиономии, мой голый торс ему не нравился. Ну и черт с ним. Жара на улице.

– Лео, постарайся в таком виде не попадаться на глаза лорду или его супруге. Леди Анисса – молодая девушка, к тому же она помолвлена. Не нужно пускать в ее светлую голову неприличные мысли.

– Сложновато размахивать молотком в дорогущем костюме, Бруно.

– Я понимаю. Дома хоть голым разгуливай. Но если ты идешь в особняк, будь добр выглядеть прилично. Это мое первое и последнее предупреждение. Иначе придется принять меры.

Затем он быстро провел ключом по электронному замку. Раздался писк, и дверь распахнулась, пропуская нас в темное помещение. Внутри были аккуратно разложены десятки инструментов. На каждом виднелась наклейка с номером. А на столике у входа лежал планшет. Бруно быстро нашел все необходимое и протянул мне, затем зафиксировал выдачу на компьютере. Пока он шлепал тонкими длинными пальцами по сенсорному экрану, я решил задать последний интересующий вопрос.

– А мистер Отто где живет? Явно не здесь, судя по запаху.

Бруно вздрогнул, затем на его тощем лице отобразилось понимание. Что, никак не привыкнешь к тому, что рядом с тобой полуволк? Я ухмыльнулся.

– У него домик за садом. А что?

– Просто хотел наведаться поболтать о… гортензиях.

Зануда вопросительно поднял бровь. Но я быстро развернулся и направился к своему новому дому. Надеюсь, от порыва ветра он еще не рассыпался. Всю нужную информацию я получил. Нужно будет зайти к старине Отто и попросить держать свои феромоны в узде.

Физический труд всегда меня успокаивал. В Норвегии мы жили на родном фьорде в собственном коттедже. Я занимался всем, что было связано с ремонтом и строительством. Лори помогала родителям пасти коз и коров, заботилась о небольшом садике под окнами дома. Пока не пришли военные и не отняли у нас все. Мой отец – уже старый альфа, быстро собрал стаю, и мы бежали в Англию. Как ни странно, несмотря на то, что ген волка был изучен Томасом Винтером именно здесь, репрессии по отношению к оборотням начались лишь спустя четыре года после основной волны, прокатившейся по Европе.

И теперь мы в лучшем случае работаем на людей, скованные серебряными ошейниками. Как скот. А в худшем… тоже работаем, но другими местами. Плач Лори все еще стоял в ушах. Моя сестренка досталась этому ублюдку Айсу. Боюсь представить, что он делает с моей маленькой девочкой. Держись Лори, я тебя вытащу. Но сейчас не время предаваться унынию, нужно собрать себя в кучу и состряпать план действий. Пока я возился с гвоздями и молотком, ко мне подбежала эта навязчивая девчонка Грета. Она протянула бутылку воды, и я уже почти отказался, как вдруг кожей почувствовал любопытный взгляд. Интересненько. Значит, моя строптивая хозяйка тоже чувствует эту неконтролируемую тягу. Поиграем, милая? Улыбнувшись, принял бутылку, слегка касаясь пальцев Греты. От служанки разило феромонами, которые были мне омерзительны. Но стиснув зубы я терпел. Потому что нет вкуса слаще, чем ревность маленькой леди.

– Спасибо, Грета, – улыбнулся, бросая взгляд наверх.

– Если что, зови. Кстати, приходи на обед на кухню примерно в час дня. Лорд приказал составить для тебя особый рацион.

Я выгнул бровь. Что за черт?

– Звучит подозрительно, – хохотнул и продолжил работу.

– Да нет. Просто тебе же нужны силы, чтобы защищать нашу леди, – хихикнула Грета, – так что он распорядился давать больше мяса и питательных блюд: каш, картофеля, яиц. Особая диета для волка.

Я сурово взглянул на девушку. Что она вообще несет? Значит, Уайтберд прекрасно осведомлен о том, что оборотням нужно мясо. А вот его ненаглядная доченька нет. И почему же папочка не поделился с милашкой сокровенными знаниями? Грета развернулась и посеменила прочь. Я же поднял голову, всматриваясь в окна. Одно было открыто настежь. Значит, ты там, милая? Облизнулся, вспоминая сладкий аромат маленькой леди. Появление истинной путало все карты. Навредить ей – значит навредить себе. От одной мысли, что похотливый садовник делал с ней что-то в своих поганых фантазиях, внутри меня разверзлась геенна. Что ж, придется приструнить извращенца.

Ближе к обеду я весь вспотел, но успел завершить приличный пласт работы. По крайней мере теперь точно смогу спать в хижине, не боясь обрушения крыши. Она меня конечно не убьет, но будет очень больно и неприятно. Еще раз обошел новое место жительства.

В этом доме были все удобства. Санузел с душевой кабинкой и туалетом, к которому не было подведено водоснабжение, крошечная кухня с электроплиткой и большая комната с кроватью, диваном и старым телевизором, с огромной дырой в экране. Думаю, при должном упорстве к концу недели должен привести этот сарай в нормальный вид.

Первым делом нужно заняться подведением воды. Чтобы максимально дистанцироваться от остальных слуг, а то Грета меня точно как-нибудь изнасилует. Вот с милашкой я бы душ принял. Научил бы ее играть с собой, и не только. Хоть она и бесит до скрежета зубов. Натянул футболку, сменил джинсы на новые и направился обедать. На кухне было жарко несмотря на открытые окна. У нескольких плит ловко орудовал очевидно повар, вокруг сильно пахло едой. Я смог различить аромат жареной баранины, свиных стейков, овощей и бобов. А в огромной старинной печи томился сладкий пирог. Рядом с современным оборудованием она смотрелась странно.

– Лео! – ко мне подбежала Грета и схватила за руку, – пошли, я тебя усажу подальше от этих сплетниц.

За длинным столом сидело не менее дюжины человек. Трое в клоунской одежде дворецких, четыре служанки разной степени потрепанности в соответствующей форме, и еще несколько странных людей. Грета усадила меня в самый угол и притащила огромную тарелку мяса с бобами.

– Мама сказала, что твоя кормежка на моей совести, – гордо продекламировала девушка.

Вопреки моим сомнениям, пища оказалась вкусной. Слуги тихо переговаривались между собой, и я был рад, что ко мне не цепляются с вопросами. Но тут дверь распахнулась и на кухню вплыл Шон.

Он нашел меня взглядом и широко улыбнулся. Что-то подсказывало: «шар» решил, что мы теперь закадычные друзья. Плевать.

– Лео! – бугай присел напротив, но я даже не взглянул на него, продолжая трапезу.

– Лорд Уайтберд после обеда хочет поговорить с тобой наедине.

Вот тут-то кусок и застрял в горле. Что ему от меня нужно? Опять надевать чертов костюм? Твою мать! Я тихо рыкнул.

– Так что доешь, переоденься и найди меня в будке у ворот, – «шар» встал, улыбнулся одной из служанок и также вальяжно выкатился из кухни.

– Интересно, о чем лорд хочет с тобой поговорить, – мечтательно ворковала Грета, – вдруг решил освободить?

Честно говоря, я все больше убеждался, что у этой девушки не все дома. Поблагодарив потного повара Роберта за сытный обед, угрюмо побрел в свою хижину. Хорошо, что не пришлось жить в особняке. Но по всей видимости, придется бегать к склочной леди по каждой мелочи. Ее отец что-то говорил про охрану? Я слышал, что альф и бет частенько делали телохранителями важных господ. Несмотря на воздействие серебра, сил у нас все равно больше, чем у большинства взрослых мужчин. Плюс жизнь оборотня ничего не стоит. Натянув клятый костюм, вышел на улицу. Солнце пекло все сильнее.

В раздумьях дошел до сторожки, где бездельничал Шон. Затем мы направились к лорду в кабинет. Конечно, особняк семейства Уайтберд впечатлял. Мраморные полы, величественные колонны, множество уникальных предметов искусства. Но здесь было как-то холодно. Не хватало домашнего тепла. Получается, маленькая леди всю жизнь провела в этом мертвом доме?

Кабинет лорда располагался в самой глубине на первом этаже особняка. Здесь всюду чувствовался аромат моей хозяйки. Зверь внутри урчал от удовольствия, я понимал, что все сильнее хочу несносную гордячку. В самом что ни на есть физическом смысле. Черт! Член снова отреагировал на мысли об истинной.

Шон остановился у массивных дубовых дверей, пропуская меня вперед. Я вошел в кабинет, в котором пахло дорогим табаком и травами. Он пьет какие-то лекарства? Уайтберд что-то писал, сидя за широким столом, но увидев меня, широко улыбнулся.

– Лео! – он встал, затем подошел ближе, рассматривая меня, – этот костюм тебе к лицу.

– Милорд, – процедил сквозь зубы, с трудом удерживаясь от желания впиться ему в глотку.

Лучший друг Томаса Винтера, на первый взгляд добродушный мужчина на самом деле был исчадием ада. Он финансировал первую и вторую волны истребления оборотней. Давал средства Винтеру на его безумные исследования гена Ви. Одним словом, на руках этого господина реки волчьей крови. Я сжал зубы так сильно, что почувствовал металлический привкус на языке. Необходимо выжить, а для этого не стоит дразнить медведя.

– Как ты устраиваешься на новом месте?

– Не жалуюсь, – ответил без единой эмоции.

Как альфа и охотник, я всегда должен уметь трезво оценивать свои шансы на победу. Сейчас они равнялись нулю. Враг был хитрее, с сотней тузов в рукаве.

– Я сказал Бруно нанять бригаду для ремонта дома. Сегодня же мы подключим воду и электричество, чтобы тебе не нужно было бегать в служебное крыло. Видишь, Лео, не такие уж мы и изверги, – он усмехнулся собственной шутке.

Я промолчал.

– Хотя ты, наверное, со мной не согласен. Что же, позволь мне рассказать немного о том, чем будешь заниматься и какие у тебя перспективы.

– Какие могут быть перспективы у раба, купленного на аукционе? – спросил холодно, пытаясь скрыть растущую ярость.

– Я понимаю твое негодование. Но поверь, могло быть еще хуже. Тебя могли отдать леди Кин. А она дама с весьма специфическими вкусами. Но не будем о плохом. Я, при участии сэра Грегори Мосса, выкупил тебя для моей дочери. Думаю, как ты уже понял, Анисса несколько легкомысленная девочка, хоть и умная. Однако ее знания об оборотнях ограничиваются лишь общим представлением.

– Я заметил, – вырвалось у меня, но лорд лишь хохотнул.

От него не веяло ни угрозой, ни агрессией. Этот мужчина внутри был таким же добродушным, как и внешне. Что-то здесь не так. Не мог же я ошибиться на его счет?

– Я всегда учил дочь доброте и терпению, однако практически полная изоляция в доме сделала из нее избалованную птичку в золотой клетке. Она мало знает о мире. Но теперь по нашим законам я больше не имею права принуждать ее находиться в особняке. Анисса – совершеннолетняя и может посещать различные общественные места и мероприятия.

Значит, я был прав. Несносная гордячка всю жизнь провела здесь. Как можно никуда не выпускать собственную дочь? Как она умом не тронулась? Но лорд продолжал.

– Конечно, я бы запретил ей посещать ночные клубы или что-то подобное, – он вздохнул, – не потому что не доверяю, а потому что боюсь за ее жизнь. Фамилия Уайтберд автоматически делает ее мишенью для негодяев. Но не хочу поступаться ее правами. И я принял решение выловить тебя.

Что? Я сжал руки в кулаки.

– Ей нужен лучший. И это – ты. Неуловимый альфа, который ревностно оберегал свою стаю на протяжении нескольких лет. Наши лучшие солдаты не могли тебя одолеть. Скольких ты убил?

– Достаточно, – еле держал себя в руках.

– И я вижу, что ты не хочешь быть рабом, слугой. И понимаю, насколько это унизительно для альфы. Поэтому решил заключить с тобой сделку Лео.

Вот уж чего я не ожидал услышать, так именно этого.

– На каких условиях?

– Поверь, она будет выгодна нам обоим. Я составил договор выкупа на четыре миллиона фунтов. На протяжении пяти лет ты обязан быть тенью моей дочери. По истечении срока – полная свобода и амнистирование. Ты сможешь уйти свободным гражданином, с паспортом и правом жить, как пожелаешь. Если, конечно, не захочешь остаться и продолжить служить нашей семье в качестве штатного телохранителя.

– Зачем Вам это? – прорычал, не веря ни единому слову.

– Я не из тех, кто привык добиваться преданности силой, – сказал Уайтберд, – и понимаю, что хорошее отношение нужно заслужить. Моя дочь – единственная наследница всего состояния, активов моих компаний, фондов и многого другого.

– Но почему именно оборотень? – я не спускал с него глаз.

– Когда-то у меня был друг, – голос лорда мгновенно стал тяжелым и печальным, – он говорил, что оборотни гораздо более развиты, чем люди. В своей связи с природой, преданности стае и стойкости вы ушли намного дальше нас. Он искренне любил вас и делал всё, чтобы жить в балансе.

– Тогда почему…

Уайтберд поднял руку, призывая к молчанию. Я машинально прикусил язык.

– И я хочу, чтобы моя дочь научилась сосуществовать с такими как ты. Поняла вас, приняла. Молодежь – наше будущее и мы обязаны воспитать их правильно, вложить в светлые умы идеи гуманизма и равенства всех живых существ. Анисса должна впитать это до того, как возглавит семейный бизнес. Поэтому я и выбрал тебя.

– Но ведь она выходит замуж…

– Это уже другой вопрос, – отрезал лорд, – а чтобы окончательно уверить тебя в том, что мои намерения серьезны, я составил еще одну бумагу. Договор об отложенной покупке твоей сестры с подписью ее хозяина.

Часть вторая

Вот этого я точно не ожидал.

– Генерал Айс, мягко говоря, человек сложный. С особыми… пристрастиями. Просто так он ее не отдаст. Я долго думал, как вытащить волчицу, но нашел лишь такой способ.

– Я хочу увидеть сестру, – прорычал я, – и снимите чертово серебро.

– Сестру увидишь, если докажешь верность моей дочери. А ошейник снять я не могу ради твоего же блага. Сейчас в Британии царят определенные порядки. Этот аксессуар – знак связи с нашей семьей, и того, что к тебе нельзя цепляться. Кстати, сегодня с утра доставили новый.

Пока я переваривал толстый пласт внезапно свалившейся информации, лорд залез в свой ящик и достал коробку. Открыв ее, сунул внутрь руку и положил на стол чистый блестящий ошейник куда тоньше предыдущего. А рядом лежал небольшой пульт с парой кнопок.

– К сожалению, я пока не могу освободить тебя от него. Придется терпеть. Новый ошейник – усовершенствованная модель. Более щадящий, но твоё обращение по-прежнему блокирует. Прости, но я должен обезопасить свою дочь, пока не пойму, что ты ей искренне предан. Пульт управления настроен на ее отпечатки пальцев. То есть, лишь она может его снимать и одевать.

Увы, Уайтберд, твоя дочурка – моя истинная пара. Так что никуда я от нее не денусь. Но тебе об этом знать необязательно. Поскольку в этом случае все наши договоренности будут автоматически аннулированы.

– Я сейчас сменю ошейник, Лео. Без глупостей, ведь он все еще смертелен для тебя. Помни, что как только ты попытаешься его снять, скрытые серебряные шипы сразу же разорвут твое горло. Регенерация не поможет, эти устройства разрабатываются лучшими учеными со всего мира.

В его голосе не было угрозы, лишь констатация факта. Лорд был на голову ниже меня, так что ему пришлось слегка тянуться, чтобы надеть новый ошейник чуть выше старого. Он был более мягким, даже приятным к коже. Но это все еще – орудие террора. Об этом нельзя забывать. Затем Уайтберд снял с меня старый и швырнул на пол.

– Сегодня вечером к моей дочери приезжают подруги, – лорд сложил руки за спиной, – внимательно смотри за Аниссой. Мелани Риз, как бы сказать помягче, способна вывести мою дочь из равновесия, подбить на всякое.

– Вы хотите, чтобы я следил за ее подружкой? – мои брови полезли на лоб.

– Увидев ее, ты поймешь, что я имею в виду.

Затем он отпустил меня, взяв слово никому не говорить о его предложении. Даже моей маленькой хозяйке. Но я все же задал свой последний вопрос.

– Ваш друг. Где он сейчас?

– Он погиб… – глядя в окно, произнес лорд, – и я не смог его спасти.

Весь день я провел в делах. Как и сказал Уайтберд, ремонтная бригада приехала быстро и сразу привела в чувство санузел. Но в этом доме все еще не было электричества. Ну хоть помоюсь. Ближе к закату я почувствовал, как зверь скребется внутри грудной клетки. Значит, пора навестить мою истинную. Надев джинсы и рубашку, я вышел на улицу. Почему-то сейчас ощущал себя более уверенно. Никак не мог поверить, что Уайтберд был откровенен. Весь разговор пытался понять, врет он или нет. Этот пожилой мужчина был честен. Должен ли я ответить тем же? Закат постепенно ложился на огромную территорию особняка. Здесь было просторно, это место даже чем-то напоминало родной фьорд. Но меня все равно тянуло в лес. Этот ошейник мешал меньше предыдущего, однако отсутствие возможности обратиться в любой момент сводило с ума.

По пути к бассейну, я все сильнее ощущал скользящий, словно тонкая лента, аромат своей хозяйки. Он обволакивал меня, стягивал мышцы, манил с невероятной силой. С каждым шагом я спешил все больше. Черт, ненавижу это чувство! Обогнув высокие кусты, вышел к месту пикника богатых леди. По центру расположился глубокий бассейн с темно-синей водой. Вокруг словно расстелили полотно зеленого газона. Поодаль от бортика стояли три полосатых шезлонга.

Проигнорировав увлеченных разговором незнакомых девушек, я осмотрел дальний лежак и буквально застыл на месте. Взгляд намертво прилип к моей маленькой леди, расслабленно лежащей и держащей в тонких пальчиках бокал с вином. Сердце заколотилось как сумасшедшее и зверь снова похотливо зарычал, требуя своё. Милашка выглядела потрясающе: небольшую грудь облегал бирюзовый лиф, тонкая талия изящно переходила в круглые бедра. Я разглядывал трусики ее купальника и исходил слюной. Они едва закрывали самое сокровенное местечко, в которое так стремился волк внутри меня. Как же хочу сорвать с нее эти тряпки. Длинные ножки аккуратно облизывали лучи закатного солнца.

– Ну и где твой оборотень? – резкий голос девушки, лежащей рядом с милашкой, заставил подобрать слюни.

Я внимательно оглядел наглую особу, которая посмела так говорить с моей истинной. Ощутил непроизвольное напряжение мышц. Клыки увеличились, грозя оцарапать нижнюю губу. Но резкий разряд, пронзивший тело, вынудил успокоиться. Чертов ошейник! Ловко же люди нашли на нас управу. Но я все равно был зол. Не знаю почему. С одной стороны, эти девки все одного поля ягоды. Наглые, избалованные и высокомерные. А с другой я просто не мог терпеть, когда кто-то так сильно раздражает маленькую гордячку.

– Добрый вечер, леди, – вложил в эти слова все мужское обаяние, – меня ищете?

Три пары глаз вопросительно уставились на меня. Итак, что мы имеем? Маленькая леди что-то буркнула и быстро отвернулась. Борется с собой, какая прелесть! Рыжая коротышка испепеляла меня взглядом, но опасности не представляла. А вот третья… длинноногая брюнетка в красном купальнике вальяжно подплыла ко мне и осмотрела, словно сумочку на витрине. Я ухмыльнулся, перехватывая инициативу и начиная бесстыдно шарить глазами по большой груди, которую еле-еле удерживал купальник.

– А он хорош, – произнесла стервочка нарочито громко, задерживаясь взглядом у моего паха, – одолжишь на ночь, Анисса?

Я ухмыльнулся и вопросительно взглянул на милашку. Ее сердце учащенно билось, усилилось потоотделение. Своим запахом она просто срывала мне башню. Я глубоко вдохнул. Приятно, черт возьми. Она вдруг резко развернулась, встала на своих тоненьких шпильках и шатаясь, подошла ближе. Да ты пьяна, милая. Затем моя леди сложила руки на груди, открывая соблазнительные округлости, от которых было невозможно оторвать взгляд. Это не укрылось от стервы в красном.

– Если ты хочешь его себе, я пойму, – хихикнула она, дыхнув крепким запахом алкоголя, – но как же твой банкир?

– Ничего я не хочу, – голос милашки забавно заплетался, – забирай, если только сладишь с его наглым и строптивым нравом.

Затем гордячка развернулась и направилась прочь по самому бортику, балансируя на грани. Я снова чувствовал сладость обуявшей ее ревности.

– Аккуратнее, миледи. Упадете, – бросил ей вслед.

Брюнетка все еще стояла рядом и уверен, мой член в ее мыслях уже исследовал все возможные отверстия этой неприятной девчонки. Затем ее рука легла на мою грудь, слегка отодвигая рубашку.

– Что же, волк. Твоя хозяйка разрешила мне поиграть с тобой.

– Уверена, что ты будешь играть со мной, а не наоборот? – рыкнул ей на ухо.

По ее телу рванули мурашки, но не от возбуждения, а от страха. Да, я прекрасно умею вселять в людей ужас.

– Давай проверим это в моей комнате, – она явно не из робких, – зови меня Мелани. А тебя как звать?

– Моя работа заключается в защите леди Уайтберд. И только. Если хотите трахнуть кого-нибудь, обратите свое внимание на того зеленого юнца, который разливает вино.

Будто услышав меня, бедняга споткнулся и чуть не обрушил поднос с бокалами на рыжую коротышку. Та злобно зашипела. Я снова уставился на свою маленькую леди. Она не стала возвращаться на шезлонг, лишь бросала на меня полные обиды взгляды. Совершенно не умеет пить и скрывать свои чувства. Брюнетка злобно насупилась и спустя секунду рванула прочь, стуча каблуками по бортику бассейна. Поделом. Хорошие же подруги у моей истинной, ничего не скажешь. Стервочка остановилась за спиной пьяненькой гордячки и яростно сверкнула глазами.

– Значит, защищать ее?! – крикнула она, – тогда спасай свою леди!

И с этими словами с силой толкнула Аниссу в бассейн. Я резко напрягся и грозно зарычал, просверливая взглядом дыру в этой неадекватной стерве. Но тут же мелко. Что она пытается доказать? Однако внутри поднималась тревога, я не мог понять, почему так хочу броситься в эту темную воду.

– Господи! – Бруно вдруг выронил поднос с канапе, – леди Анисса не умеет плавать!

Брюнетка же ехидно улыбалась. Эта мразь знала, что моя леди боится воды. Безо всяких колебаний я нырнул в бассейн прямо в одежде. Милашка топором шла ко дну. Твою мать! Подхватив свою леди, оттолкнулся и быстро выплыл наружу, обхватив руками бледное тельце. Затем вытащил ее наружу.

– Дай полотенце! – рявкнул рыжей, пока Бруно с выпученными глазами в панике бегал вокруг.

Уложив милашку на мягкую ткань, пощупал ее пульс. Очень слабый, прерывистый. Положив ладони на холодную грудь, начал делать непрямой массаж сердца. Спустя пару секунд она закашляла, а тело пронзила судорога. Видимо, просто испугалась и ее парализовало от накатившей паники. Но почему она боится плавать?

– Эй вы! Хватит стоять без дела! – крикнул дворецкому и управляющему, – показывайте, где ее комната. Хватит на сегодня вечеринок у бассейна.

Поднял почти невесомое тело своей хозяйки. Она мгновенно сжала пальчиками мою рубашку и всхлипнула. А я смог немного расслабиться. Ведь чуть было не потерял свою истинную в такой странной и абсурдной ситуации. В критический момент я, не раздумывая, бросился ее спасать. Тело двигалось само, на автомате. Бруно наконец-то намотал усы на кулак и сдвинулся с места.

– Пойдем, я покажу, где спальня леди Аниссы, – затараторил управляющий, дал какой-то знак дворецкому и двинулся в сторону особняка.

Я напоследок метнул взгляд в брюнетку. Она сидела, укрытая полотенцем и делала вид, что плачет. Вот же стерва. Ничего, с ней я разберусь. Пока мы шли, милашка так и не пришла в сознание. Она что-то лепетала, но ее кожа уже порозовела и не выглядела столь бледной.

– Что с ней случилось? – спросил у управляющего, пока мы пересекали холл, кажущийся бесконечным, – почему она сразу пошла ко дну?

– Леди Анисса… – он с сомнением взглянул на меня, затем продолжил, – не плавает после некоторого инцидента, случившегося с ней в раннем детстве. С тех пор она панически боится глубины.

Неужели у моей истинной даже инстинкт самосохранения не работает? Что же такое произошло с ней? Бруно провел меня на второй этаж, затем мы направились по изящному коридору со множеством окон к одной из дверей. Щелкнул замок и мне открылась спальня маленькой леди. Просторная, яркая и все пропитанная желанным мягким ароматом. Я положил девушку на просторную постель.

– Я сейчас позову Агнес, она принесет лекарство, – сказал он, – Курт пока успокоит остальных леди и сопроводит по спальням. Давно уже не было подобных приступов.

– Ее подруги останутся на ночевку?

– Да, так всегда бывает.

Отлично. Ну что же, брюнеточка, значит сегодня не твой день. Я злобно ухмыльнулся. Бруно покинул комнату, безо всякого страха оставляя свою леди со мной. Неужели доверяет? Я бегло осмотрелся. Все здесь пахло ей. Воздушный легкий аромат полевых цветов, ласкающий мой нюх. Вдыхал его полной грудью. Милашка лежала на постели в мокром купальнике, ее грудь равномерно вздымалась, а личико уже приобрело нормальный цвет. Я наклонился, рассматривая алые губки. Она что-то пробормотала и дернулась, отворачиваясь.

– Тихо, милая. Все позади, – убрал прядь светлых волос с ее щечки.

Сейчас мне хотелось обнять ее, укрыть собой, словно щитом, от всех бед. Я и подумать не мог, что она страдает такими фобиями. Разорву любого, кто посмеет тронуть эту девушку. Безо всякого волчьего облика просто оторву голову и скормлю местным собакам.

– Чего же ты еще боишься? – прошептал, почти касаясь ее губ своими, – от чего мне нужно тебя защитить?

Стоп! Больше не могу продолжать эту сладкую пытку. Иначе не сдержусь. Ее приоткрытый ротик манил так сильно, что казалось, если не справлюсь с собой, то совершу глупость. Отпрянув от милашки, задницей повалился на пол, прислоняясь спиной к стене. Вдруг навалилась сильная усталость. Ведь только что мог потерять свою маленькую хозяйку. Такую беззащитную, слабую. Черт, я запутался. Запустил ладонь в волосы. Знал ведь, что такое связь истинных. Но до последнего надеялся, что ошибся. Пытаюсь ненавидеть, но в итоге хочу быть ближе. Послышались бодрые шаги и в спальню вошла невысокая худая женщина в ночном халате. В руках она держала поднос, на котором лежал шприц и ампула.

– Так это ты Лео? – спросила она равнодушно, – первый день служишь и уже спас леди от себя самой.

– Почему она боится плавать? – не мигая смотрел на эту женщину.

– Если заслужишь, она тебе расскажет. Это не моя тайна и не смей расспрашивать остальных, – сурово произнесла она, затем наполнила шприц.

Опомниться не успел, как уже стоял рядом, больно схватив ее за запястье.

– Что за лекарство? – прорычал, чувствуя, как слетаю с катушек.

Женщина дернула рукой, но сделала лишь хуже. Мои пальцы впивались в сухую кожу, замки, сдерживающие зверя, срывались один за другим. Все вокруг окрасилось в алый цвет. Но вдруг маленькая хозяйка застонала, резко возвращая меня в реальность. Служанка выдернула руку, в ужасе глядя на меня.

– Это успокоительное. Приветствую твое рвение, но я не желаю зла леди Аниссе. Я ее воспитала, – с этими словами она аккуратно ввела лекарство в вену девушки, – и никогда ее не обижу, будь спокоен.

– Я доверяю лишь своим инстинктам, – но не чувствуя угрозы, вынужден был отступить.

– И что они тебе говорят? – спросила женщина, складывая использованный шприц на поднос, затем беря его в руки, – меня зовут Агнес. Не задерживайся в спальне леди Аниссы, дурные слухи навредят ее репутации. Не гоже мужчине сидеть в комнате молодой девушки. И накрой ее одеялом.

Она вышла, все же оставляя нас с милашкой наедине. Я ухмыльнулся, издалека рассматривая личико своей леди. Небольшая морщинка у переносицы разгладилась, выдавая спокойный и безмятежный сон. В открытое окно проникали лунные лучи, поглаживая изящную фигуру в открытом купальнике. Я сбросил холодную мокрую рубашку. В два широких шага преодолев расстояние между нами, снова навис над маленькой леди. Что же это такое? Звериное нутро тянулось к ней, призывая наплевать на все запреты. И я не выдержал.

Приник к ее алым губкам. Сладкие. Не в силах оторваться, легким движением приоткрыл желанный ротик и проскользнул внутрь языком. Милашка заворочалась, но так и не проснулась. В моей голове стелился туман, не позволяющий даже помыслить о том, чтобы оторваться от нее. Целовал все наглее, мне хотелось попробовать ее всю, не оставляя нетронутым ни миллиметра мягкой кожи. Пальцами я гладил розовые щечки, от поцелуя ставшие пунцовыми. То и дело срывающееся тяжелое дыхание милашки выдавало возбуждение. Крепко же ты уснула, милая.

Но держать себя в руках было невозможно. С рыком оторвавшись от ее губ, медленно и внимательно осмотрел все тело: от пяточек до кончиков волос. Почему она кажется мне самой прекрасной на свете?

– Наглая, несносная… – шептал, касаясь пальцами ее шеи, следуя за мурашками вниз, к ключицам, – что же ты со мной сделала.

Затем снова припал к губам. Но невыносимая мука и жажда никуда не делись, лишь окрасились в цвет алой похоти. Я посмел опустить руку ниже, сжимая небольшой сосок, торчащий сквозь купальник. Девушка застонала прямо мне в губы, срывая последние замки и вскрывая безумное желание. Мы знакомы всего пару дней, но внутри такая тоска, словно я потерял ее на всю жизнь и только сейчас снова нашел.

– Моя, – шептал ей, лаская нежные груди.

Маленькая леди стонала, но не просыпалась. Сейчас ей управляли инстинкты, так как разум был усыплен лекарством. Я резко задрал верх ее купальника, открывая лунным лучам всю красоту и нежность своей истинной. Губы невольно потянулись к дерзким сосочкам. Обхватывал их губами, посасывал и облизывал со всей нежностью, что томилась внутри. Но во мне открывалось что-то еще. Более глубокое, сильное, порочное. Чему не мог противиться. С животным рыком я исследовал ее округлости, сжимал одну грудь, пока мои губы наслаждались другой. Растягивал этот момент, чтобы запомнить терпкий, насыщенный вкус кожи своей девочки.

Но и этого зверю оказалось мало. Он жаждал куда большего. Проникнуть в нее, подчинить и сделать своей. Этого я позволить не мог. Пока она не впустит меня. Но я все же кое-что могу и без секса. Продолжая ласкать ее грудь, быстрым движением спустился в трусики. Я и до этого ярко ощущал аромат ее возбуждения, но сейчас в ней было так влажно, что держать себя в руках становилось почти невозможно. Приходилось балансировать на грани, одновременно наслаждаясь и издеваясь над самим собой. Животные потребности рвались наружу. Пальцем проникнув в ее женственность, смочил его в смазке и начал медленно массировать клитор. С каждым движением она извивалась все активнее, шире разводя бедра. Твою мать, как же я хочу ее трахнуть!

Но именно здесь и проходила невидимая граница. Я мог ласкать ее, но не мог взять. Поскольку моя истинная – все еще девственница. Это стало понятно, когда пальцы уперлись в преграду внутри узкого лона. Не трону ее, пока сама не захочет. Моя леди продолжала стонать и выгибаться навстречу ласкам. Я же методично подводил ее к пику. Пальчиками она сильно хватала меня за волосы, все крепче прижимая мои губы к стоячим сосочкам, вынуждая не останавливаться ни на секунду. А внутри милашки все пылало и было готово разорваться. Пальцами я ощущал, что она уже почти кончила.

– Давай, девочка, подари мне свой первый оргазм, – прошептал, покрывая поцелуями ее грудь.

Она сильно сжала меня и протяжно застонала, так и не проснувшись. Поздравляю, милая. Наконец-то ты кончила. Жаль, что во сне. Стянув с нее мокрый купальник, накрыл девушку одеялом. Теперь нужно как-то успокоить свой бешеный стояк. От аромата ее соков у меня голова шла кругом. Не будь этого чертового ошейника, мог бы обратиться и немного спустить пар на охоте. Но сейчас придется что-то с этим делать. И я знаю, что именно.

Глава 9

– Анисса! – где-то позади слышался раздраженный голос матери, – иди сюда сейчас же! Юная леди!

Но я бежала вперед по полю, усеянному васильками. Вдыхала их аромат и в один миг показалось, словно сама на мгновение стала цветком. На мне было голубое платье, а в волосы вплетены тонкие ленты. Солнце приятно ласкало кожу, я остановилась и покрутилась, будто показывая ему всю себя. Где-то позади остались суровые и злобные гувернантки, вечно недовольная мать и отец, который постоянно на работе. 

Я хотела спрятаться. Знала, что ждет наказание, но не могла перестать убегать. Несмотря на юный возраст, нормального детства я была лишена. Пробежав до края василькового поля, спустилась к оврагу, в котором извивался холодный ручей. Там был камень. Мой. Который видел мои слезы, слышал крики одиночества и не упрекал: «Анисса, ты сидишь недостаточно ровно» или «Анисса, не смей плакать, ты же леди!»

Этот камень был моим молчаливым слушателем. Забралась на холодную поверхность, кажущуюся в этот момент самой теплой и родной. Вокруг щебетали птицы, слышались голоса леса. Вдруг ощутила ледяное дыхание, но не ветра, а чего-то иного. Ни с того ни с сего налетели тучи, и я встала, чтобы спрыгнуть и рвануть в особняк, но поскользнулась и рухнула, ударившись головой о камень. 

Платье перепачкалось в пыли, а красивые гладкие ленты безнадежно смялись. Земля набилась в рот и нос. Коснулась пальцами виска и, нащупав что-то теплое и липкое, дернула руку. Кровь. Меня повело. Поднявшись, стала вглядываться в густой лес на другом берегу ручья. И увидела пару желтых глаз. А затем и массивное тело огромного черного волка. Птицы разом смолкли, а лесные зверьки перестали шуршать упавшей листвой. Не мигая, хищник смотрел на меня. Я же не могла оторвать взгляд от него.

Низкий рык заставил в ужасе вздрогнуть и попятиться. Я должна бежать! Гувернантки постоянно рассказывали о волках, рыщущих в лесу Гринстоун. Необычных, агрессивных и кровожадных. Они умели обращаться в людей, заманивая красивой внешностью и сладкими речами. А затем… 

Неужели он – один из них? Я развернулась и рванула прочь. В голове все перепуталось, совершенно не понимала, в какой стороне мой дом. Бежала, бежала. Колючие ветки рвали любимое голубое платье, хлестали по лицу, запутывались в волосах. Звала маму, но меня никто не слышал. Оступившись, полетела вниз и упала в глубокую яму, заполненную ледяной водой. От ужаса все тело парализовало. В горло словно разом воткнули десяток острых шипов. Я не могла дышать. Помогите!

Тонула, не понимая, почему не могу пошевелиться. Как вдруг меня что-то потянуло вверх. Острые зубы тащили за воротник, разрывая ткань и оставляя порезы на коже. Первый вдох обжег легкие. Второй вызвал прилив радости. Я жива! А открыв глаза, застыла в немом крике. Я увидела волка. Мокрая шерсть скомкалась по бокам открывая тощие ребра. Но вдруг его образ исчез, а меня вновь затянуло в темную холодную воду. 

Я будто снова оказалась в том подземном водоеме. Из легких мгновенно пропал воздух. Пыталась вдохнуть, но адская боль пронзала грудь, а все мышцы одеревенели. Но чьи-то теплые и мягкие руки вырвали из этого кошмара. Я вдруг снова обрела свое тело. Приятная нега поползла по телу, окутывая собой все тело. Едва касаясь, она обволакивала, лаская губы, затем плечи, ключицы. Я невольно подалась навстречу неизвестному приятному чувству. Было так хорошо, что мир вдруг стал сжиматься, концентрируясь между моих бедер. А затем взрыв… яркая вспышка, сопровождаемая томным мужским шепотом.

Распахнув глаза, я глубоко вдохнула. Череду странных сновидений заволакивала пелена пробуждения. Но параллельно с этим я ощущала прилив сил. Сбросив одеяло, потянулась, прикрывая глаза и наслаждаясь теплом утреннего солнца. Стоп! А почему на мне совершенно нет одежды? Рваные воспоминания прошлого вечера приходили постепенно. Помню, как глядела в темную воду бассейна, затем услышала злобный крик Мелани прямо за спиной. Она толкнула меня в воду? Задрожала, снова ощущая тот мимолетный ужас, сковавший перед самым падением в бассейн. Эти сны, сменяющие друг друга, запутывали окончательно. Страх, боль и удовольствие соединялись воедино, не позволяя расплести нити собственных эмоций.

Огляделась в поисках одежды и взгляд упал на валяющийся на полу купальник. Почему-то все тело мгновенно пробила дрожь. Кто снял его с меня? Агнес бы не посмела. И не стала бы бросать мою вещь на пол. Слишком моя гувернантка педантична. И почему чувствую себя так странно? Выглянув в окно, увидела домик Лео. Сердце сразу пустилось в пляс. Почему так взбесилась, когда он начал пожирать глазами грудь Мелани? Наверное, потому что в глубине души хотела бы, чтобы его взгляд был обращен лишь на меня.

Взяла полотенце и пошла в душ. Войдя в ванную комнату, приблизилась к зеркалу, затем какое-то время разглядывала в отражении свое обнаженное тело. Интересно, я сексуальна? Наверное, нет. Положив ладони на низ живота, закрыла глаза. Приятное тянущее чувство отличалось от той жажды, что испытывала ранее. Словно я… освободилась от тугого узла внутри тела. И грудь. Будто до сих пор чувствую на ней чьи-то руки. Но это же был всего лишь сон! Или нет?

Я должна найти оборотня и спросить, что произошло ночью. И почему он первый пришел в голову? Где Салли и Мелани? Помывшись и одевшись, вышла из спальни в коридор. Около одной из дверей в его конце трепались наши горничные. Увидев меня, девушки разбрелись по спальням. Высунувшись из открытого окна, я увидела несколько черных лимузинов, припаркованных около входа в особняк. Интересно. Добежав до лестницы, замерла, услышав взволнованные голоса.

– Очень надеюсь, что этот инцидент будет тщательно расследован, а виновный – наказан. Иначе, Джеймс, я вынужден буду обратиться к Томасу, – сурово говорил мужчина.

Я узнала его. Это был Роберт Риз – отец Мелани. Скверный и высокомерный человек, которого я всегда боялась. Он редко приезжал, а значит, сейчас вопрос крайне серьезный. Я навострила уши.

– Тут и так все ясно. Он просто неадекватен, – послышался раздраженный голос моей матери.

– Моя девочка! Как он посмел? – рыдала очевидно мать Мэл.

– Эльза, мы во всем разберемся. Обещаю! – голос моего отца звучал холодно.

Что же произошло? Не рискнула показаться и прервать их диалог. Ну внутри поселилось плохое предчувствие. Я с трудом держалась на ногах, тело все еще плохо слушалось. Видимо, Агнес вколола мне то самое лекарство. И наверняка она же раздела меня и уложила. Да, так и было. Но коварный внутренний голос шептал, что где-то в моих рассуждениях закралась ошибка.

– Как только Мелани вернется, мы сразу уедем домой. Не хочу, чтобы на мою дочь опять напали! – выпалила Эльза Риз.

Да что такое происходит? Кто-то напал на Мэл? Я стояла за массивной колонной, прислушиваясь и боясь пошевелиться. Но…

– Анисса! – сзади откуда ни возьмись возникла Салли, – ты в порядке?

Да что ж она так орет? Лорды и леди, беседовавшие в холле, мгновенно замолчали. Спасибо, подруга… мы спустились вниз, я сдержанно улыбнулась, все еще не понимая, что произошло.

– Анисса! – из глаз миссис Риз снова брызнули слезы, – как же так вышло? Почему ты не удержала своего оборотня?

– Что случилось? – я переводила взгляд с отца на мать.

– Твой раб, – ледяным тоном произнесла моя родительница, – этой ночью напал на Мелани и изнасиловал ее.

***

Чего? Я вылупилась на своих родителей, не понимая, в чем состоит шутка. Уже можно смеяться? Лео не мог так поступить. Была уверена в этом на сто процентов. Я просто знала, что мой оборотень ничего ей не сделал. Мне не нужны были никакие доказательства.

– Лео не мог, – начала защищать его, но меня перебила мать.

– Не нужно его выгораживать! Твоей вины тут нет, ведь его только вчера привезли. Нужно было послушать Грегори и как следует воспитать паршивца. А теперь нашу семью ждет разбирательство. Доволен? – она кинула испепеляющий взгляд в отца и демонстративно вышла из гостиной.

– Папа, – пролепетала я и взяла отца за руку, – это не он.

– Моя дочь не будет врать, – холодно произнес Роберт Риз.

Да ну? Внезапно я так разозлилась, что уже было решилась высказать все в лицо этим лжецам, но отец слегка сжал мою ладонь.

– Мы все выясним, Роберт. А пока располагайтесь в гостиной. Ваша дочь еще не вернулась после осмотра.

– Надеюсь, твой врач надежен, Джеймс.

Затем отец Мелани увел рыдающую жену в гостиную. Бруно посеменил за ними, предлагая свою помощь. Мы с отцом остались стоять в холле.

– Как ты, дорогая? – он крепко меня обнял, – нормально спала?

– Он не мог! – выпалила я, прижимаясь к отцу, – папа, Лео ее не трогал!

– Пойдем прогуляемся, Анисса.

Мы вышли из особняка и направились в сторону сада. Отец выглядел печальным, то и дело бросая на меня сочувствующий взгляд. Наш путь пролегал вдоль цветущих клумб, о которых с огромной любовью заботился Отто. А ведь когда-то отец приказал разбить этот сад для матери.

– Папа, к чему такая таинственность?

– Нас подслушивали, – сказал он тихо, – теперь расскажи свою версию вчерашних событий.

– Я помню немного. Мы сначала общались у бассейна, потом Мэл вдруг заинтересовалась Лео.

– В каком смысле заинтересовалась? – напряженно уточнил папа.

– В самом прямом. Задницей перед ним крутила, – я не выдержала, – в купальнике.

– Анисса… – отец слегка опешил от моей реакции, – а он отвечал на ее заигрывания?

От воспоминаний, как мой оборотень пожирал взглядом грудь Мелани, стало тоскливо. А что, если он и правда… нет! Все нутро кричало о том, что Лео конечно наглец, но не насильник.

– Папа, на нее даже Бруно заглядывался. Видел бы ты ее купальник.

– Значит, Лео все же обращал на нее внимание?

– И что с того? – вспыхнула я, – на нее сложно было не заглядываться. Но Лео даже пальцем ее не тронул. Он следил за мной. Я перебрала и…

Папа вздохнул.

– Комиссии Винтера этого будет достаточно. Они крайне предвзяты.

Внутри все похолодело. Я слышала о комиссии Томаса Винтера, расследующей агрессивное поведение оборотней, служащих в семьях аристократов. В девяти случаях из десяти волков казнили. Виноваты они были или нет.

– Но разве сначала не проводится внутреннее расследование? – мой голос предательски задрожал.

– Сейчас Мелани находится у нашего штатного врача. Думаю, Роуз все скажет честно. Но дело в том, что разъяренные родители могут потребовать собрать комиссию Винтера вне зависимости от его слов.

– Разве так можно?

– Нет. Но Риз взбешен. Наше сотрудничество с ним идет не так, как бы ему хотелось. Это все политика и бизнес, дорогая. И твой оборотень может стать разменной монетой в борьбе за влияние.

С каждым словом отца в мою грудь будто вгоняли раскаленные колья. Сердце рвалось на части. Хотелось броситься к Мелани и вырвать из нее опровержение. Я испытывала жгучую ненависть к этой наглой избалованной девице, дружбу с которой навязала моя мать.

– Салли… – вдруг меня осенило, – они всегда вместе. Бруно обычно готовит им смежные комнаты. Если Лео изнасиловал ее, то Салли точно бы что-то увидела. И она была свидетелем, как Мэл толкнула меня в бассейн…

– В смысле толкнула? – отец весь побелел, – как?

– Ей не понравилось, что Лео… – воспоминания яркими вспышками возвращались ко мне, – отверг ее.

Точно! Мой оборотень чем-то ее сильно оскорбил. Я развернулась к отцу.

– Салли может доказать его невиновность! Она была там и все видела. А еще Бруно и новенький Курт.

– Слуг лучше не втягивать. А вот с мисс Блэкмур стоит побеседовать.

Тем временем мы уже вернулись ко входу в особняк. На небе сгущались тучи, вдалеке раздался громовой раскат.

– Дорогая, нам нужно в дом, – папа потянул меня за собой.

Но душа рвалась к Лео. Я хотела увидеть его! Так боялась за его жизнь, словно казнить планировали не его, а меня. Внутри крепла уверенность, что именно этот наглый невоспитанный волк вытащил меня из тьмы прошлой ночью. За один день он стал ближе, чем любой человек в этом холодном особняке. Словно мы… рождены друг для друга. Но он наверняка меня ненавидит. От бессилия хотелось выть.

– Я хочу его увидеть, – сказала я едва слышно.

– Нельзя, дорогая, – вздохнул отец, – Лео сейчас в своем доме под охраной. Ему запрещено покидать хижину. И никому нельзя его навещать до оглашения результатов расследования.

– Но я его хозяйка!

– Прости, но тебе придется набраться терпения.

Пока мы спорили, к дому подъехала черная машина, из которой вышла Мелани. Вся бледная, укутанная в шерстяной платок, она напоминала привидение. Я сжала руки в кулаки. «Подруга» демонстративно прошла мимо. Выглядела Мэл и правда неважно. Лицо покрывали синяки и царапины, на горле виднелся глубокий свежий порез. Было похоже, что на нее напала собака. Неужели… нет! Впервые внутренний голос звучал так четко. Это не Лео. Я побежала за ней, хватая за руку.

– Зачем ты это сделала?

Она развернулась, испуганно глядя на меня. Отец подбежал к нам, тем не менее позволяя мне говорить.

– Скажи им правду. Лео тебя не трогал! – не знаю, откуда внутри образовалась эта всеобъемлющая ярость.

– Анисса! – со стороны служебного крыла к нам бежала моя мать, а с порога гостиной гневно сверкал глазами Роберт Риз.

– Это правда! – ядовито выплюнула Мелани, – твой зверь изнасиловал меня!

– Ложь! – я еле держала себя в руках, – чего ты добиваешься? Он ничего тебе не сделал! Это месть?

Все сильнее сжимая ее запястье, я как следует встряхнула Мелани.

– Хватит! – гаркнула моя мать, – Анисса, ты на неделю под домашним арестом. И сдай мне свой телефон.

– Лжет она, а наказываешь меня? – я впервые так психовала.

Хлесткая пощечина резко отрезвила, на глазах появились слезы бессилия. Но ярость в душе никуда не делась. Лишь забралась глубже в душу, выгрызая кусок за куском.

– Бруно, сопроводи леди Аниссу в ее спальню, – моя мать выглядела, словно ледяная королева, – с этого дня она ест, спит и проводит время только в спальне. Роберт, Эльза, простите за этот цирк. Вчера моя дочь чуть не утонула, поэтому ее состояние несколько нестабильно.

Так она знала? И никому не сказала? Мне хотелось закричать, схватить эту женщину за грудки и вытрясти хотя бы крупицу эмоций. Отец ошарашенно глядел на супругу. Я же опустила плечи и сдалась, опустив голову.

– Прошу меня простить, – произнесла еле слышно, – пойду к себе.

– Сначала извинись перед подругой, – сурово произнесла мать, будто пытаясь унизить еще больше.

Я развернулась к Мелани.

– Прости. Я не хотела. – произнесла прозрачным голосом и отправилась наверх.

Затылком ощущала на себе возмущенные взгляды. Но я знаю, что Лео не виноват. Войдя в спальню, услышала щелчок дверного замка за спиной. Бруно и правда меня запер. Впервые ощущала такую боль в груди. Будто кто-то вырвал сердце. Горько улыбнулась, открывая окно и глядя на домик оборотня. Неужели ничем не смогу ему помочь? И почему мне так хочется его видеть? Мы же почти не знаем друг друга, а кажется, будто знакомы всю жизнь. Лео… что же произошло между нами, пока я была в отключке?

Легла на постель и попыталась отвлечься. Но сны, которые увидела этой ночью, не давали покоя. Черт, мне необходимо поговорить с этим несносным оборотнем. Я стала ходить туда-сюда по комнате. Как же мне выбраться отсюда? К сожалению, до самого вечера в голову так ничего и не пришло. Все же я – лишь избалованная богачка. Моего волка казнят после несправедливого обвинения чертовой стервы Мелани, а я даже слова не скажу? Но кто же ее так исцарапал?

Мысли роились в голове, не давая сосредоточиться на чем-то одном. Из задумчивости меня вырвал звук открывающегося замка. На пороге стояла моя мать, в ее руках был поднос с дымящимися тарелками. Я только сейчас поняла, как проголодалась. Но обида оказалась сильнее инстинктов. Отвернувшись, уставилась в окно.

– Когда-нибудь ты меня поймешь, – сказала она, – а пока можешь обижаться.

– Почему ты ей веришь? – я посмотрела в глаза матери, – Мелани врет. А заплатит за ее ложь живой человек.

– Он не человек, Анисса, – строго произнесла моя мать, – да и зачем ей лгать? Или ты уже забыла, как в детстве тебя чуть не убил один из них?

Что? Не помню такого. На мой ошарашенный взгляд она ответила лишь ухмылкой.

– Мы тогда еле нашли тебя в лесу. Уже ночью местный егерь обнаружил почти бездыханное тело. Чертов монстр тебя до смерти напугал. Разорвал платье, всю изрезал своими когтями, но ты убежала. Тогда-то и стала так сильно бояться воды. Неужели уже забыла?

Так вот о чем был мой сон! Внезапно все встало на свои места. Тогда я чуть не утонула и меня спас оборотень. Такой же, как и Лео. Но почему мать думает, что волк виноват в моих страхах?

– Я не помню этого, – отрезала, снова поворачивая лицо к окну.

Казалось, будто между мной, запертой в огромной каменной темнице и оборотнем, скованным серебром в ветхой хижине есть лишь эта тонкая связь. Мой взгляд. Возможно ли, что он тоже сейчас смотрит в окно?

– Ты была слишком шокирована. А теперь поешь, помойся и ложись в постель. Агнес принесет тебе лекарство.

– Я не голодна.

– Как знаешь.

Спустя минут десять и правда на пороге появилась гувернантка. А в голове родился план, как я смогу выбраться. Покорно устроившись на постели, невинно глядела на Агнес. И когда она начала набирать лекарство в шприц, я дернулась, и стеклянная ампула упала на пол. Она вздохнула, молча взяла разбитую емкость.

– Я схожу за новой, – и удалилась, не закрывая меня на замок.

А вот это мой шанс! Как только дверь за гувернанткой закрылась, я прямо босиком, в ночной сорочке прошмыгнула в дверь и рванула прочь. Агнес держала лекарство в специальном холодильнике в служебном крыле. Так что успею скрыться. Добежав до лестницы, услышала громкие голоса Бруно и Марджери. Едва успела спрятаться за ту самую колонну, которая утром скрыла меня от глаз лордов и леди.

Выглянув из-за укрытия, обнаружила, что коридор наконец-то пуст. Добежав до лестницы, прижимаясь к перилам буквально скатилась вниз, отбив себе пятую точку. Ладно, могло быть и хуже. Осталось лишь преодолеть холл. Сзади послышался громкий хлопок и резкие быстрые шаги в мою сторону. Медлить нельзя! Рванув что есть силы, я молилась, чтобы в этот момент никого не оказалось на моем пути.

Выбежав на прохладный воздух, вдохнула полной грудью. Я свободна хотя бы на время. Нужно поговорить с Лео! Не знаю почему бежала к нему. Казалось, будто вся жизнь сосредоточилась в той маленькой хибарке. В одиноком окне горел тусклый свет. Я промчалась вдоль живой изгороди, чтобы не попасться на глаза охране и не засветиться на камере наблюдения. Подбежав к хижине, уже не чувствовала ни рук, ни ног. Но сердце радостно колотилось. Остановившись напротив двери, вдруг занервничала. Изнутри послышались приглушенные голоса.

Что? Резко открыв дверь, увидела Лео и Шона, сидящих за столом и играющих в карты. Что за черт?

– Миледи? – оба ошарашенно уставились на меня.

Значит, я весь день переживаю, места себе не нахожу. А он в картишки рубится? Однако сил возмущаться не было, и я лишь устало присела на ближайший стул.

– Ладно, пошел я. Только без глупостей, – сурово произнес Шон, – буду снаружи.

Как только дверь за охранником закрылась, оборотень поднялся и подошел ко мне. Лео присел напротив, его рука легла на мое бедро. Он придирчиво осмотрел рваную сорочку, грязные босые ноги и довольно муркнул, касаясь моего носа своим.

– Ну привет, милая.

Глава 10

– Почему ты так спокоен? – спросил “шар”, пока мы тасовали новенькую колоду карт, – они просто так не угомонятся, всех собак спустят. Ты же не трогал эту шлюшку Риз?

Я хмуро взглянул на Шона. За наше короткое знакомство он создал впечатление адекватного, немного долбанутого, но доброго парня. Слово “шлюха” как нельзя подходило брюнетке по имени Мелани, но слышать его из уст лысого было весьма необычно. Он не знал, что даже если бы я попытался, то не смог бы ничего ей сделать. Теперь член способен подняться в боевую стойку только с моей маленькой хозяйкой. От одного ее запаха мне сносит башню похлеще любого феромона. А когда милашка возбуждена…

– Лео, ты будешь открываться? – недовольно буркнул Шон.

У этих аристократов даже карты не как у всех остальных. Ламинированные, с инкрустацией камнями и золотой обводкой. Такие даже в руках держать страшно, не то, что играть. Однако бугай Шон не парился по этому поводу, нещадно сминая в своих потных ладошках карту, продав которую я бы смог купить на своей родине целый дом. Фыркнув, решил оставить заданный вопрос без ответа. Поскольку сам еще до конца не понял, что произошло ночью. Сначала я немного приласкал маленькую хозяйку и решил снять возбуждение, поиздевавшись вдоволь над ее подругой-стервой.

Однако не нашел ее ни в спальне, ни в гостиной. Чертов ошейник блокирует часть моих способностей, но клянусь, почуял стерву рядом с зеленым лабиринтом. Что она там забыла? Ничего, ей будет полезна прогулка на свежем ночном воздухе. Я успокоился и направился в дом. К этому моменту стояк наконец-то утих, хотя пальцы все еще пылали после прикосновений к самым нежным местам моей истинной. До чего же она сладенькая. Так бы и… внезапное шевеление за дверью вырвало из приятных воспоминаний. Шон сидел напротив и угрюмо сверлил меня маленькими глазками.

Дверь открылась и к нам вошла милашка. Совершенно не ожидал увидеть на пороге маленькую хозяйку. Растрепанная, одетая лишь в ночную сорочку, она переводила возмущенный взгляд с меня на лысого и явно порывалась сказать какую-нибудь гадость. Тихонько пихнул бугая, намекая, что ему лучше бы уйти. “Шар” выкатился из моего дома, ляпнув что-то, по его мнению, суровое. Я же целиком настроился на мою истинную. Ее аромат быстро заполнил все пространство вокруг. Черт возьми, хочу ее до скрежета зубов. Зверь внутри снова зафырчал. Да угомонись ты! Анисса устало приземлилась на один из новеньких стульев. Подойдя к милашке, присел напротив.

В голове вспыхивали яркие картины прошлой ночи. Невольно положил ладонь на ее мягкое бедрышко. Носом приник к милому личику. Вдыхал аромат и казалось, что моя девочка начала отвечать на эту откровенную ласку, как вдруг она будто стряхнула наваждение, затем резко отпихнула меня. Страшно не хотелось отрываться от столь желанного тела, но пришлось выполнить ее молчаливый приказ. О том, что мы истинные знаю лишь я, а ее наверняка пугает собственное состояние. Прежде, чем открыться, нужно милашку подготовить. И поберечь ее психику.

– Ты опять меня трогаешь? – она явно не знала, куда спрятать свои алые от смущения щечки, – что за дурная привычка?

Я лишь усмехнулся. Знала бы ты, милая, что я тебя уже везде потрогал. Ну или почти везде. Осмотрел девушку с ног до головы. Босые ноги, порванная до бедра сорочка, сбитое дыхание. Она спринт бежала?

– Милая, ты что из окна выпрыгнула?

– Почти, – буркнула маленькая леди, – тебя несправедливо обвинили в нападении на Мэл. Думала, ты злишься и переживаешь… а ты тут в карты играешь.

Пришла меня подбодрить? Какая прелесть! Милашка поднялась и стала нервно теребить сорочку, пытаясь прикрыть голое бедро. Но сквозь пелену ее аромата я ощутил еще кое-что. Быстрым шагом подошел и оторвал ладошку от рваной ткани.

– Ты где поранилась? – на бедре маленькой леди краснела глубокая царапина, – давай обработаю.

Даже кровь истинной пахла восхитительно.

– Я сама, – пролепетала она, скидывая мою ладонь.

Ну уж нет! Рана уже слегка вздулась. Это означало, что в царапину попала инфекция. Нужно быстро промыть, а то будет хуже. Я сурово взглянул на нее. Девушка испуганно попятилась. Что, гордячка моя, больше не корчишь из себя сильную леди? Хорошо, что успел привести это ветхое жилище в более-менее нормальный вид, прежде чем меня схватили и посадили под домашний арест. После подключения электричества выгреб часть продуктов из холодильника главной кухни под пристальным надзором повара и перетащил к себе. А еще взял лекарства, бинты, обезболивающие. Мы, волки, болеем редко, но аптечку иметь необходимо. Бросил на милашку короткий взгляд. Она уже смело осматривала гостиную, гуляя глазками по стенам, потолку и новой мебели.

– Садись на кровать, – приказал ей.

– Нет! – Анисса скрестила руки на груди, демонстрируя непокорность, – не смей мной командовать!

Я низко зарычал, и девушка отпрыгнула от меня, вжимаясь в стену. Медленно, наслаждаясь ее сладким страхом, подошел и прижал маленькую наглую девчонку к прохладному дереву. Ее сердце вот-вот выскочит из груди и убежит прочь. Глаза распахнуты, зрачки расширены. Боится, но в ее поведении проглядывает кое-что еще. Я испытывал небывалый прилив сил от одного только присутствия истинной.

– Быстро садись на кровать, – продолжил рычать, не сдерживая зверя внутри.

Все равно ошейник блокирует обращение. И навредить ей я не смогу. Моя девочка должна понимать, что ее охраняет не обычный человек, а полузверь. Ее тело должно привыкать ко мне. Медленно, постепенно.

– Ладно, – пискнула гордячка и прошлепала босиком к новой кровати.

Я взял миску с теплой водой, тряпку и медикаменты. Сел напротив нее и внимательно осмотрел царапину. Плохо, область покраснения увеличилась. От одного моего касания белая кожа покрылась мурашками. Невольно провел подушечками пальцев по ножке низ, к изящным икрам. Внимательно осмотрел сначала одну ногу, затем вторую. Больше повреждений нет. Только пятки все грязные. Мда. Леди, называется.

Смочил чистую тряпку в воде и начал промывать царапину. Милашка попыталась сжать ноги, но я ребром ладони пресек эту попытку. И вдруг в ноздри стал проникать терпкий аромат ее возбуждения. Так на ней еще и нижнего белья нет? Поднял глаза, сталкиваясь с ее затуманенным взглядом. Щеки пылали, а пальчики то и дело сжимали покрывало. Она приоткрыла рот, затем облизала губы. Твою же мать! Я держался из последних сил, чтобы не повалить свою маленькую хозяйку на постель, не задрать подол ночнушки и не сделать женщиной одним толчком прямо сейчас.

Отвел глаза и продолжил обрабатывать рану. Затем сменил воду и протер ее грязные ступни. Милашка смущенно прятала взгляд, а затем и вовсе забралась с ногами на кровать, даже не глядя на меня. Сложил бинты и антисептик в аптечку, швырнул миску и полотенце в раковину. Прибравшись, подошел и сел рядом со своей девочкой. От ее волос пахло чем-то восхитительным, хотя химический шампунь не идет ни в какое сравнение с ароматом кожи.

– Так ты хотела меня подбодрить, милая?

Краем глаза увидел, что яркий лунный свет бьет прямо в окно. Неужели это мать-луна так сильно влияет на мою гордячку? Безумно хотелось прикоснуться, просто сидеть рядом было невыносимо.

– Я верю, что ты не виноват, – пролепетала она, отодвигаясь от меня, – зачем пришла, не знаю. Наверное, потому что ты принадлежишь мне. И я ответственна за твою жизнь.

Неужели еще не поняла? Это ведь ты принадлежишь мне, милая. Вся без остатка. Связь истинных – это сама природа. Пара, идеально подходящая друг другу вне зависимости от расы, происхождения, вероисповедания. Неважно, оборотень, человек или кто-то иной. Истинные – две половинки единого целого. И когда моя маленькая хозяйка сможет все это понять, то откроет мне свои мысли. А я открою ей свои. Но пока что в них кроме похоти ничего нет. Поскольку в присутствии истинной думаю лишь о ее сладких округлостях.

– Значит, ты веришь в то, что я твою шлюху-подружку не трахал? – выгнул бровь, смакуя каждое грубое слово.

– Лео! – она сверкнула своими синими глазами, – когда ты уже прекратишь быть таким…

– Каким? – перевернулся на бок, взглядом сканируя свою хозяйку.

– Наглым и… – снова голосок стал похож на детский лепет.

Она так смущается и даже не понимает почему. Мне жаль тебя, гордячка моя, но просто так нашу тайну я тебе не открою. Она отодвинулась еще дальше, глядя в окно. Я же придвинулся к ней вплотную.

– Так почему ты здесь на самом деле? – подцепил ее подбородок, не давая вновь отвернуться.

Я наслаждался смущением маленькой леди. Она по своей воле пришла в логово к возбужденному зверю, ко взрослому мужчине и совершенно не отдавала себе отчет, чем это может закончиться. Вся такая открытая, в одной ночной рубашке. Тогда я покажу. Чтобы впредь думала головой.

– Отпусти, – выдохнула Анисса, тем не менее сдаваясь на милость моих рук.

– Не отпущу, пока не ответишь на вопрос, милая, – я нагло рассматривал тело милашки, затем пропустил сквозь пальцы прядь платиновых волос.

Соски уже беспардонно торчали из-под мягкой ткани сорочки, она все сильнее сжимала бедра, а руками вцепилась в подушку. Но я ощущал гораздо больше. Аромат ее влаги, желание, которое не могла сдерживать. Черт, не могу больше. Одним резким движением я повалил девчонку на постель, сводя ее руки над головой. Чувствовал, что достиг предела, а дальше – бездна. С губ снова сорвался животный рык. Давай же, влепи мне пощечину! Отпихни, закричи! Но Анисса молчала. Позволяла мне прижиматься, вдыхать ее, распаляться все сильнее.

Грудь девушки вздымалась, а тело обмякло. Второй рукой я сжал ее бедро, поднимаясь все выше. Кожей чувствовал жар между стройных ножек. Приблизил свое лицо ближе. Милашка закрыла глаза, приоткрыла губы в откровенном приглашении. Прижался к ротику, снова позволяя зверю сорваться с цепи. Языком прошелся по нижней губе, затем по верхней.

– Почему ты не вырываешься? – выдохнул в губы своей девочки, – неужели не боишься?

– Я не знаю… – но слезы в синих глазах резко выдернули меня из пелены вожделения.

Оторвался от нее, поправляя задравшуюся сорочку. Затем глубоко вдохнул и выдохнул. Встав с постели, запустил пятерню в волосы.

– Ты знаешь, что взрослые мужчины делают с молодыми девушками, милая?

– Знаю… – едва слышно произнесла моя леди.

– Тогда почему позволила мне зайти так далеко?

Она смущенно отвернулась. Значит, связь истинных вынудила ее не препятствовать моему наглому вторжению. Но что-то внутри все равно щелкнуло, и я остановился. Это весьма любопытно. Всегда думал, что люди меньше подвержены этой тяге, но ошибся. Она уже была полностью готова. Несмотря на девственность, маленькая леди все же женщина, которая хочет чувствовать себя желанной. А луна кратно усилила ее сексуальность. Не так ли?

– Тебе лучше уйти, милая. Сама видишь, что я с трудом держу себя в руках. Твой наряд не располагает к дружескому общению.

– Я могу остаться до утра? – она говорила буквально в свои коленки, поджав их к подбородку.

– Иди домой, – строго произнес я.

– Меня из-за тебя под домашний арест посадили, – продолжала бурчать гордячка.

– Из-за меня? – ничего себе наглость, – это еще почему?

– Конечно. Пока ты здесь в карты играл, я пыталась узнать, кто избил и изнасиловал мою подругу, – она вздернула носик и снова превратилась во вредную несносную леди.

– То есть ты ведешь себя по-детски, а виноват я? – выгнул бровь, не в силах сдерживать раздражение, – топай домой, девочка.

– Нет! – она вскочила на ноги, затем сморщилась, хватаясь за бедро.

– Болит? – я старался проявить максимум участия, но эта наглая девчонка и блаженного выведет из себя.

– Не твое дело! – гордо отвернулась, затем расправила постель, – я буду спать здесь. Это особняк моей семьи, как и вся прилегающая территория. Так что эта хижина моя. А ты иди в гостиную.

– Там кровати нет, – я ее сейчас по заднице отшлепаю.

– Наши собаки спят на полу. Им неплохо, – бросила леди и отвернулась, – и не беспокой меня до утра.

Я сжал руки в кулаки. Нет, все-таки зря ее не трахнул. И угораздило же. Вылетел из спальни, со всей силы хлопая дверью. Эта высокомерная наглая девчонка бесит до невозможности. Как можно хотеть женщину и ненавидеть одновременно? Однако вдруг я услышал громкий всхлип. Подошел и положил ладонь на дверь. Она плачет? Прижался спиной к этой тонкой перегородке между нами и опустился на пол. Всхлипы следовали один за другим. А на сердце стало так тоскливо, что захотелось выть. Зверь скребся внутри меня, требуя обращения. Прости, друг, мы в ловушке. Этой девочке очень одиноко. Возможно, она такая колючая лишь потому, что некому укрыть ее от собственных страхов.

– Не плачь, – прошептал, закрывая глаза, – я рядом, милая.

Как она умудряется постоянно выводить меня из себя, а потом заставлять чувствовать вину? Ни у одной женщины никогда не было подобной власти. Не заметил, как рассвет раскрыл свои объятия. Я размял затекшую шею, вспоминая события минувшей ночи. Вдруг раздался громкий стук в дверь, а затем – суровый женский голос.

– Лео, открой! Я знаю, что леди у тебя.

Пошлепал открывать. Пусть забирают мою несносную истинную. Но женщина спокойно вошла внутрь, затем осмотрела меня.

– Я знаю, что она здесь, – сухо констатировала гувернантка.

– И? – не было никакого желания спорить, язык еле ворочался от недосыпа.

Она держала в руках пакет, который затем протянула мне. Ни черта не понимаю. Кстати, поспать так и не удалось. Спасибо, милая.

– Рада, что ты ее не тронул. Выглядишь паршиво, – сказала Агнес, – это сменные вещи для леди Аниссы. Пусть не задерживается и поднимается к завтраку. А то у лорда и леди возникнут вопросы.

Затем гувернантка развернулась и вышла из моего дома. Я же, как идиот, переводил взгляд с пакета на закрытую дверь. Что происходит в этом доме? Неужели милашку никто не искал всю ночь? И откуда эта странная дама поняла, что я не тронул ее хозяйку? Ладно, пришло время завтрака. Достав четыре яйца, выложил на стол. Затем сбегал за свежим утренним хлебом. Распахнув дверь спальни, сразу открыл окно, впуская утреннюю свежесть. С гаденькой улыбочкой подошел к кровати.

Маленькая паршивка спала, плотно укутавшись в одеяло. Я взял шерстяную ткань за края, и со всей силы дернул на себя. Леди что-то фыркнула, но не проснулась. Ничего себе. Ее ночнушка задралась до самой попки, а белые волосы разметались по подушке. Алые губки призывно раскрылись. Я нагнулся к своей гордячке, затем тихо произнес: “Пора вставать, милая”. Она сначала лениво открыла один глаз, но встретившись взглядом со мной, мгновенно проснулась. Отпихнув меня, попыталась натянуть упавшее одеяло, но я с коварной улыбкой наступил на него ногой.

– Выспались, миледи? Ах да, – швырнул ей пакет от Агнес, – ваша сменная одежда.

– Где у тебя душ? – снова этот высокомерный тон.

– В хоромах своих помоешься. Одевайся и выметайся, – прорычал в ответ.

Она вдруг прижала одежду к груди, испуганно глядя на меня. Манипуляторша чертова.

– Пожалуйста, – пытается меня разжалобить и у нее это прекрасно получается, – тоскливо есть одной в комнате.

– Ладно. Сделаю и на тебя завтрак, – выдохнул, затем вышел из спальни.

Пока возился на кухне, в душе послышался шум воды. Я снова вспомнил образы, которые она, сама того не желая, мне показывала. Стоячие соски, томные вздохи, неуверенные ласки. Интересно, сколько еще продержусь? Нужно как-то уговорить гордячку снять ошейник, чтобы пробежаться по лесу. Иначе я ее точно изнасилую. Ведь сам этого не хочу, но противиться безумному влечению просто не в силах. Она вышла из душа спустя минут двадцать. Я как раз приготовил омлет с молоком. Моя девочка ничего на себя не надела, так и оставшись в одном полотенце. Да вы, мать вашу, издеваетесь?

– Спасибо, Лео. Ты и готовить умеешь?

– В отличие от тебя, милая моя белоручка, я многое умею, – улыбнулся во все тридцать два, – а вот ты видимо так и не поняла, о чем я вчера говорил. Раз в таком виде явилась за стол.

– Ты не имеешь права меня трогать, – вздернула склочный подбородок и взяла кусок мягкого хлеба, – так что я не беспокоюсь.

Я от ее наглости чуть не подавился. Что эта несносная несет? Но видя, как она с удовольствием уплетает приготовленный омлет, почувствовал, как гнев утихает. Эта девчонка меня точно в гроб загонит. Вдруг вспомнил о причине нашего заточения. И что проблему нужно срочно решать.

– Есть лишь один способ, – начал я, – доказать мою невиновность.

Анисса захлопала глазками.

– Свидетельство Салли тебе поможет, – сказала она, – так что беспокоиться не о чем.

– Коротышка скажет любую ахинею, лишь бы выслужиться перед стервозной брюнеткой, – прорычал я, – почему ты такая наивная? И почему плакала ночью?

Моя леди резко отвернулась и надула щеки. Ну детский сад.

– Не твое дело. Вообще-то, подслушивать невежливо.

– Ты отняла мою спальню, – рыкнул, еле сдерживая себя.

– И что с того? У тебя хобби такое – вторгаться в мое личное пространство? – она с вызовом глянула на меня, – хочу и плачу. И тебя это не касается.

Ах ты… я сжал зубы, стараясь удержать хоть какое-то подобие душевного равновесия. Нужно срочно менять тему.

– Милая, – я усмехнулся, – у тебя конечно острый язычок. А запасной план есть?

– В смысле? – снова невинно захлопала глазками.

– Если твоя коротышка подтвердит слова стервы, что делать будешь?

– Она не… – начала запинаться милашка, – все будет нормально.

– Правда? – я вопросительно выгнул бровь, – а если нет? Тогда отдашь меня живодерам?

Честно говоря, я испытывал огромное удовольствие, глумясь над своей девочкой таким образом. Она забавная, наивная и совершенно не знает жизни. Прав был Уайтберд, эту леди нужно воспитывать. Я вздохнул.

– Понятно все с тобой. К счастью, план есть у меня, и мы с вашим лысым охранником знаем, как вывести насильника на чистую воду. Но мне нужна твоя помощь.

– Я все сделаю, – тихим и немного виноватым голосом произнесла моя истинная.

– Ты должна довериться мне, – я немного помолчал, – и снять с меня ошейник.

Глава 11

Добравшись на ватных ногах до спальни, я без сил завалилась на постель. Щеки все еще пылали, хоть и смогла взять себя в руки во время завтрака. Эта ночь… Лео поцеловал меня, пусть даже едва касаясь губ. Честно говоря, первый поцелуй представляла себе несколько иначе. Романтичнее, что ли. Я даже жениху своему такого не позволяла! Ужас! Но мне понравилось. От него так хорошо пахнет. И почему кажется, что оборотень это делает не в первый раз? Мы ведь… уж не позволил ли он себе лишнего после нашей неудавшейся вечеринки у бассейна? Я подскочила на кровати, снова вспыхивая, как сухая лучина.

Ладно, подумаю об этом, когда докажу его невиновность. И с чего он решил, что Салли будет врать? Я задумалась. А ведь несносный оборотень прав: запасного плана у меня нет. Появившись в нашем доме, этот полуволк за сутки умудрился пошатнуть все, во что я верила. Его слова об Отто поначалу сильно разозлили. Но побыв с собой наедине, все больше убеждалась, что в присутствии садовника всегда ощущала себя странно. Неужели настолько наивная?

А эта ночь? Убегая из комнаты, даже не подумала, чем может обернуться поход в дом ко взрослому мужчине. Лео ведь мужчина, несмотря на то, что оборотень. А я девушка. И мы можем наделать глупостей. Да что же это такое? Взгляд помимо воли тянулся к окну, к хижине моего волка. А если бы он не сдержался? Он бы меня… щеки вновь запылали. Накрыв лицо подушкой, протяжно застонала. Внезапно щелкнул замок, и в спальню вошел отец. Мне не хотелось ни с кем говорить. Они поверили этой врунье Мелани, а не собственной дочери.

– Анисса, – начал он.

– Ничего не хочу слышать, – надувшись, отвернулась к окну.

– Я понимаю, что ты обижена. И считаю этот домашний арест необоснованным. Поэтому отменяю его, – папа вздохнул, – прости, дорогая. Мама хочет, как лучше, но порой перегибает палку. Тебе уже восемнадцать и у тебя те же права, что и у любого взрослого.

– А Лео? Он до сих пор сидит в хижине?

– Увы, да. Кстати об этом. Все участвующие в разбирательстве уже на месте. Мелани с родителями, Салли с отцом. Мистер Роуз подготовил подробный отчет.

– Что показал осмотр?

Почему-то была уверена, что Мелани наврала и про надругательство, но грустный взгляд отца разбил все надежды.

– Ее и правда изнасиловали, – сказал он, поднимаясь, – если хочешь, можешь присутствовать на рассмотрении дела Лео. Но к сожалению, с большой долей вероятности его передадут комиссии Винтера.

– И ничего нельзя сделать? – до меня только сейчас начало доходить, настолько страшная ситуация сложилась вокруг моего оборотня.

– Я сделаю все, чтобы оттянуть это решение. Но Анисса. Знаю, что прошло мало времени и вы с ним друг друга возможно не до конца понимаете. Просто подумай, чем ты можешь помочь невиновному, обвиненному несправедливо.

С этими словами отец вышел из моей спальни, не закрывая ее на замок. Папа всегда был честен со мной. И если даже не говорил прямо, в его словах определенно заложен глубокий смысл. Он хочет, чтобы я помогла Лео. Но чем? Бежать? Я не хочу его отпускать. От одной мысли, что оборотень исчезнет из моей жизни, сердце рвалось на части. Не понимаю, почему за жалкие двое суток так к нему привязалась. Мы ведь только и делали, что ругались. На глаза навернулись слезы.

Но я не могу позволить его убить. Если ничего не получится, сниму ошейник и гори оно все синим пламенем. Я быстро переоделась, затем собрала волосы. Пока спускалась в кабинет отца, где должно было пройти слушание, прокручивала в голове каждую сказанную им фразу. Папа должен был оставить мне подсказку. Так… мне восемнадцать, и я имею права. Но как носитель гена Ви, Лео их не имеет вообще. Он – моя собственность, а значит… Стоп! Вот оно! Я влетела в кабинет, пытаясь унять сердцебиение.

Отец сидел за столом и тихо переговаривался с мистером Роузом. Мать Мелани обнимала дочь, та же избегала моего взгляда. Салли то и дело перешептывалась со своим отцом – худощавым лордом, напоминающим вечно недоедающую птицу своим крючковатым носом и большими глазами. Также рядом с отцом сидели трое незнакомых пожилых мужчин. Одеты они были в дорогие черные костюмы и выглядели наиболее пафосно. Подозрительно.

– Что юная леди Уайтберд забыла на заседании по делу об изнасиловании моей дочери? – высокомерно выплюнул Роберт Риз, – она ведь спала и ничего не видела. Смысл в ее присутствии?

– Анисса – моя дочь, Роберт, – в голосе отца чувствовалось раздражение, – и Лео принадлежит ей. Поэтому она имеет право здесь находиться.

– Пусть лучше возвращается к своим куклам и платьям. А серьезные вопросы оставит взрослым дядям, – он хихикнул.

– Я бы попросил тебя быть вежливее. Присутствовать здесь – ее право.

Риз уже было собрался сказать очередную гадость, как внезапно дверь распахнулась и вошел Томас Винтер. Мое сердце гулко застучало. Неужели они сразу решили вынести обвинительный приговор? А где Лео? Я завертела головой. Раньше о проведении судилищ над полуволками слышала лишь из светских сплетен.

А теперь надо мной будто висел топор палача. Успокойся, Анисса. Папа смерил меня сочувствующим взглядом и переключился на незваного гостя. Роберт Риз выглядел довольным. Ненавижу! Это точно его рук дело. Почему чувствую себя такой маленькой и беззащитной? Да к черту, я – дочь самого богатого и влиятельного человека Англии после королевы! Почему должна склонять головы перед этими…

– Так. Давайте начнем! – провозгласил Томас Винтер – высокий тощий дядька с небольшой аккуратно подстриженной бородкой.

Отец рассказывал, что когда-то они были друзьями. Пока по трагичной случайности жену Винтера не разорвал оборотень. Говорят, с тех пор он сошел с ума. В любом случае этот человек намерен казнить Лео. Но я ему этого не позволю!

– Простите, – мой голос звучал пискляво, как ни пыталась его выправить.

– Да, миледи? – Винтер явно был недоволен тем, что его перебили.

– Где обвиняемый? Почему Лео не дают права защитить себя? – скрестила руки на груди, чувствуя себя уже немного увереннее.

– Что, простите? – едва сдерживая смех, прошипел Роберт Риз, – я с этим отродьем даже одним воздухом дышать не хочу! Никаких прав у него нет и быть не может! Особенно после того, как он коснулся моей девочки.

Девочки, как же. Я умоляюще взглянула на отца, но он молчал. Неужели сам Джеймс Уайтберд не поможет Лео? Одно его слово и… но тянущиеся, словно резина, минуты доказали, что в этой битве я одна.

– Хочу, чтобы Лео привели сюда, – сказала жестко, – немедленно.

Шон, стоящий рядом с дверью, переводил испуганный взгляд с меня на Риза. Не поняла? С каких пор в нашем доме охрана подчиняется тем, кто не имеет никакого отношения к семье Уайтберд?

– Миледи, – Винтер кашлянул, – Вы точно уверены? Обстановка и так довольно нервная.

– Я лишь хочу, чтобы мою собственность привели сюда, – прорычала я, – это так сложно сделать?

Матери здесь не было и слава богу. Но видимо мне придется на какое-то время стать ей. Понять, что моя семья здесь главнее остальных. Это они на нашей территории, а не наоборот. Если отец не влезает, значит, пока есть шанс спасти оборотня.

– Шон, – повернулась к начальнику охраны, – я на каком-то непонятном языке говорю?

– Не понимаю, чего вы добиваетесь, Джеймс, – фыркнул Риз.

– Так и не я прошу привести оборотня, – усмехнулся отец, бросая на меня странный взгляд.

– Что ж, подождем, – сказал Томас Винтер и плюхнулся в кресло, шепнув что-то сэру Роберту.

Я поднялась, освобождая мягкое кресло и направилась к отцу, усаживаясь рядом. Лео привели спустя пять минут. На него снова нацепили тяжелые кандалы. Но выглядел оборотень весьма уверенно. Сердце застучало, как бешеное. Как же я рада его видеть. Он оглядел присутствующих и сморщился, увидев Винтера. Но потом Лео подмигнул мне. Едва заметно. А я сразу покраснела. Мда, Анисса.

– Итак, теперь все в сборе? – уточнил сэр Томас, – мы можем начать разбира…

– Объясните мне, пожалуйста, – я снова встряла, – разве это комиссия Винтера? Если я правильно помню, сначала должно пройти внутреннее расследование.

– Мы решили совместить, миледи, – скрипя зубами произнес Роберт Риз, – поскольку все и так ясно.

– А мне неясно. Просветите, будьте добры. – в этот момент я старалась всячески походить на свою мать.

Несмотря на высокомерие и странное отношение к родным, эта женщина вызывала ужас у половины богатых семей Англии. Леди Уайтберд была страшным кошмаром всех глупых сплетниц. Ее боялись. И сейчас мне нужно было хотя бы на десять процентов стать похожей на мать. Если сдамся, Лео убьют.

– Мою дочь изнасиловали, – прорычал мужчина, – думаю не нужно объяснять, что это такое. И насколько всё серьезно.

– А с чего вы взяли, что это Лео? – я чувствовала, что все мое напускное равнодушие стремительно рушится, – не лучше ли найти и наказать реального преступника?

– А кто еще? Только эти животные способны на такое! – Риз вскочил со своего места и стремительно направился ко мне.

Я вжалась в кресло, но тут раздался тихий, но властный голос моего отца: “Роберт”. Бросила взгляд на Лео. Он напряженно следил за нашей перепалкой. Его глаза снова сменили цвет на ярко-желтый. Казалось, что волк готов к прыжку, если Роберт Риз посмеет мне навредить. И эта защита, пусть и призрачная, придавала сил.

– То есть, никаких доказательств у вас нет?

Честно говоря, в тот момент во мне взыграл азарт. Поставить чванливых лордов на место. Ткнуть носом в собственную глупость и невежество, словно нашкодивших псов.

– Свидетельство моей дочери – лучшее доказательство! – выплюнул Риз, – а также слова вашей общей подруги Салли.

Все взгляды разом обратились к рыжей.

– Салли, дорогая, – произнесла Эльза Риз, – расскажи, что ты помнишь.

– Подойди, – ласково сказал мой отец, – не бойся. Тебя никто не осудит.

Подруга присела на специальный стульчик перед рабочим столом отца и сглотнула. Сейчас она может спасти Лео или убить его. Я же чувствовала полную беспомощность.

– Это он сделал, – тихо произнесла девушка, – оборотень напал на Мелани.

***

Я не могла поверить своим ушам. Так просто?

– Что именно ты видела? – спросил отец, взглядом давая мне знак молчать.

– Во время вечеринки он постоянно на нее смотрел. Буквально пожирал глазами! – воскликнула Салли.

– Пфф! – подал голос оборотень и тут же получил по шее дубинкой.

От этого зрелища меня замутило. Как они смеют его бить? Однако взгляд Шона выражал настоящее страдание. Зачем он тогда его ударил?

– Что потом?

– Потом Анисса упала в бассейн. Я не видела, как это произошло. – виновато сказала рыжая, – и он, Лео, вытащил ее из воды. Но почему-то оборотень подумал, что это Мэл толкнула его хозяйку.

– Так и было! – вырвалось у меня.

– Ты не видела этого! – воскликнула Салли.

– Так и ты не видела, – прорычала я в ответ.

Боже, это какой-то дурной сон. Почему она так нагло лжет? Лео ведь знал… какая же я идиотка. Почувствовала, как к глазам подступают слезы. Ну почему? Такое ощущение, что весь мир против меня.

– Дальше, – уже жестче приказал мой отец.

– Затем Аниссу унесли, а Курт, дворецкий, проводил нас с Мэл по спальням. Я сначала попыталась заснуть, а потом услышала ее крик. Или стон… – Салли покраснела, – но не стала заходить в спальню, поскольку подумала, что она…

Девушка с ужасом в глазах смотрела на напряженного отца Мелани. Ну же расскажи, чем твоя подружка занимается ночами. Но ведь Лео был со мной. Да, я спала, но его тепло ни с чем не перепутаешь.

– Что она все-таки затащила его в постель, – еле слышно пролепетала Салли.

– Да как ты… – Риз вскочил, сжимая руки в кулаки, – моя дочь – порядочная девушка!

Я посмотрела на Мелани. Она пыталась скрыть пунцовые щеки, а глаза наполнились слезами. Ее мать молчала. Почтенные лорды стали перешептываться, то и дело поглядывая на брюнетку. Салли же захлюпала носом. Поделом.

– Но ничего не было! Точнее было, но не с ее согласия, – она потупилась.

Вот же обманщица. Я снова взглянула на оборотня. Он выглядел расслабленным. Но ведь на кону его жизнь? Не понимаю.

– Что потом? – отец то и дело посматривал на Винтера.

– Я вышла и увидела, как оборотень выходит из ее комнаты. Мне показалось, что все в порядке. А наутро Мелани так сильно плакала и рассказала, что над ней надругались.

– Понятно. Хорошо, Салли. – сказал мой отец, – можешь идти.

Девушка встала и направилась к выходу. Лорды какое-то время молчали. Первым заговорил Томас Винтер.

– Джеймс, мы можем заслушать отчет доктора Роуза? – он устало потер переносицу.

Профессор Кэл Роуз был нашим семейным врачом и хорошим другом. Если отец кому-то и доверял, так это ему. Полноватый мужчина средних лет с выделяющейся залысиной в немного заношенном классическом костюме, который, казалось, никогда не снимает. Роуз прокашлялся и вышел вперед. Он начал зачитывать результаты осмотра Мелани. Судя по экспертизе, никаких жидкостей в ее теле не нашли. Однако влагалище было слегка разорвано. На ее теле зафиксировали множественные гематомы, укусы и засосы.

Слушая все это, я невольно поморщилась, затем обратила взор на Лео. Он стоял рядом с Шоном и смотрел на меня. Однако в тот момент казалось, что оборотень над чем-то размышляет. В идеале бы обратиться в полицию, однако Риз не допустит огласки. Так что о полноценной экспертизе придется забыть. Можно ведь взять анализ ДНК с укусов, соскобы всякие. Я особо не разбиралась в этом, но была уверена, что-нибудь на теле Мэл бы нашли.

Выслушав доклад врача, Томас Винтер встал и обратился ко мне.

– Анисса…

Я поняла взгляд, боковым зрением заметив, как мой оборотень снова напрягся. Да что с ним? Его жизнь в опасности, а бестолковый волк продолжает меня защищать.

– Ты ведь понимаешь, что сейчас твое слово против ее? – он кивнул в сторону Мелани, – поскольку весомых доказательств нет ни у одной из сторон.

– Я знаю.

– Ты можешь дать мне гарантию, что твой оборотень, как его, Лео, не виноват? – он с прищуром глядел на меня.

Риз гневно вскочил на ноги, намереваясь возмутиться, но Винтер призвал к молчанию.

– Могу! – выпалила я, – Лео этого не делал!

– Тогда я откладываю вынесение решения до завтра, – сказал сэр Томас, – если к утру Вы не приведете отцу виновника, придется работать с тем, что есть.

– Томас, ты с ума сошел? – взревел Роберт Риз.

– Роберт, это ты пригласил сюда сэра Винтера, – тон отца стал ледяным, – и не принимаешь его решение?

– Простите, но у меня много важных дел, – подозрительно весело пропел Винтер, – так что я удаляюсь. Миледи, надеюсь, вы будете благоразумны.

Почтенные лорды умиротворенно переглядывались. Один из них коснулся своей густой бороды.

– Что ж, я думаю, Том прав. Не знаю, Роберт, зачем Вы так скоропалительно всех нас собрали, но лично я не увидел никаких весомых доказательств вины оборотня.

Лорд Риз схватил свою дочь и с силой потянул на выход, при этом злобно шипя ей в ухо. От каждого слова отца Мелани вздрагивала. Эльза Риз покорно посеменила следом. Разве так можно? Пусть не Лео, но кто-то же ее изнасиловал. Как бы вызывающе она себя ни вела, ни у кого нет права так поступать. Девушке нужна поддержка и помощь родных. Но сложилось ощущение, что Риза заботит лишь доказательство вины Лео и спасение собственной репутации. Следом за ними вышел отец Салли. Остались лишь почтенные лорды, Кэл Роуз, Шон и Лео.

– Папа, мы должны найти виновника! – сказала я, – и прошу у тебя разрешения задействовать своего телохранителя. Его инстинкты и… нюх помогут выяснить, кто все-таки напал на Мелани.

– Хорошо, дорогая, – тон отца стал расслабленным, – у вас время до завтрашнего утра. В любом случае на дочь Роберта напали на территории моего особняка. Это уже нанесло серьезный удар по репутации нашей семьи.

– Так просто? – звякнув кандалами, прорычал Лео, – у вас в доме орудует насильник, а вы хотите, чтобы юная девушка сама его поймала?

– Как интересно, – один из лордов подошел к оборотню и с восхищением взглянул на него.

Нужно будет уточнить у отца, кто они такие.

– Значит, беспокоишься о своей хозяйке? – спросил бородач.

Лео промолчал, но его глаза снова пожелтели от гнева. Неужели он так за меня волнуется?

– Сэр Джон, не нужно, – отец поспешил снять напряжение в кабинете, затем обратился к волку, – Лео, я понимаю твое волнение. Но Анисса – уже взрослая девочка. Ей необходимо учиться защищать свою репутацию. А что касается преступника. Ты ведь не дашь ее в обиду?

Оборотень лишь недовольно фыркнул.

– Так я и думал. Что ж, первый раунд за тобой, дорогая. Но позволь спросить, зачем ты потребовала привести Лео?

– Думала, что, глядя ему в глаза Салли не будет врать, – буркнула я, – но ошиблась.

– К сожалению, наши дети слишком от нас зависимы, – прошелестел второй лорд, мало чем отличающийся от первого, – спасибо, что пригласил на это цирковое представление, Джеймс.

Что? Этих троих пригласил мой отец?

– Не за что сэр Уоллес. Я надеялся, что смогу воочию показать необходимость назревших перемен. И что их уже не остановить.

Лорды, кряхтя, поднялись, затем осмотрели Лео и вышли из кабинета. Я же обратилась к Шону, протягивая руку.

– Дай ключ.

Когда бугай вложил круглую магнитную таблетку в мою ладонь, я сразу же освободила руки оборотня. Он растер запястья. Потом опустилась на колени и  расстегнула кандалы на ногах. Затылком ощутила удивленный взгляд отца. Подняв голову вверх, почувствовала, как заливаюсь румянцем. Какая недвусмысленная позиция! Подскочив, рванула прочь из кабинета под тихое хихиканье наглого оборотня.

Глава 12

Признаться, не ожидал от своей высокомерной истинной такого рвения. В определенный момент даже поймал себя на мысли, что любуюсь этой девочкой, так ловко поставившей на место парочку другую лордов. Очевидно, отец брюнетки решил устроить показательную порку, однако моя гордячка дала ему отпор. Усмехнулся. Когда Анисса села передо мной на колени, не смог сдержать гадкой улыбочки. Ты там хорошо смотришься, милая. На секунду даже забыл, что за столом сидит ее отец. Все волчье нутро обратилось к ней.

Фантазия снова вырвалась из-под контроля, открывая порочные картины. Ее пальчики на моей ширинке, покорный взгляд снизу-вверх, приоткрытый ротик и…

– Лео! – позвал Уайтберд, и я нехотя вырвался из сладкого наваждения.

– М? – нехотя отвлекся.

– Следи за ней. Думаю, опыта общения с негодяями у тебя больше, чем у моей дочери.

– Почему Вам просто не вызвать полицию? – я искренне не понимал, почему в их кругах все решается путем внутренних расследований.

– Роберт не хочет огласки. Ему предстоит выдать дочь замуж. Но ни один достойный кандидат в мужья не смириться с… скажем так, несвежестью будущей жены.

– Это же его дочь, – рыкнул, чем напугал Шона, все еще стоящего рядом.

– Ты плохо знаешь этот мир, альфа, – сказал Уайтберд.

Выходя из дома, я лицом к лицу столкнулся с матерью милашки. Сразу почуял нескрываемую агрессию. Она злобно глядела на меня. Сухие пальцы сжались в кулаки.

– Тебе повезло, зверь, – выпалила эта женщина, – что мой муж неровно дышит к грязным животным. И заражает этой гадкой лояльностью нашу дочь. Но когда-нибудь она увидит твое истинное лицо.

– Я могу идти, миледи? – метнул в нее равнодушный взгляд.

– Иди, иди… – фыркнула леди Уайтберд и поцокала каблуками в кабинет мужа.

Вот от нее исходила настоящая угроза. Я не мог понять, что оборотни сделали этой женщине, но ее ненависть была искренней. Значит, нужно опасаться и защитить от ее яда свою маленькую леди. Кстати, где она? Шон все это время копошился поблизости.

– Меня вроде выпустили из-под домашнего ареста, – заметил я, – ты чего рядом шаришься?

Тот лишь пожал плечами.

– Если в нашем особняке появился неуравновешенный извращенец, то это мой прокол, как начальника службы безопасности. Я не могу позволить леди Аниссе делать мою работу. Но думаю, будет эффективнее привлечь тебя, как она и сказала.

– Вот еще, – буркнул я, – у вас же есть служебные собаки.

Мы вышли из душного особняка. На улице сияло солнце, день обещал быть потрясающим. Поднял лицо, позволяя теплым лучам коснуться уставшей кожи. Как же хочется пробежаться по лесу. Сбросить тонкую человеческую кожу и обратиться. Вновь ощутить весь спектр запахов пробуждающейся природы. Впиться зубами в нежную заячью шею и наслаждаться угасающей жизнью жертвы, перетекающей в меня с каждой каплей горячей крови.

– Я зайду позже, – пробасил “шар”, затем укатился в сторону своей сторожки.

Честно говоря, за эти пару дней я к нему даже чуть-чуть привык. Подходя к дому, ощутил знакомый аромат моей истинной. Твою мать, опять придется сдерживаться. Распахнув дверь, увидел милашку, недовольно надувшую щеки.

– Почему ты заставляешь свою леди ждать? – спросила она.

Я сжал зубы, удерживая себя от необдуманных поступков. Она снова обтянула свою круглую задницу этими дрянными джинсами. Положить бы к себе на колени, спустить их, да отшлепать мерзавку.

– Чего пришла, милая? – устало вздохнул, – мне нужно домом заниматься.

– Почему ты так спокоен? – она подскочила и подбежала ко мне, заглядывая в глаза.

Так, а вот это уже опасно. Сглотнул, пытаясь обуздать животную тягу к этой самочке. После прошлой ночи судя по всему ничего не изменилось. Она меня совершенно не боится. Слегка отпихнув наглую девчонку, прошел к ящику с инструментами. Оставалось еще достаточно работы по превращению этой кучи бревен в нормальное жилище.

– А что я должен делать? Носиться вокруг и верещать как баба? – поднял бровь.

– Тебя все еще могут казнить, – уперла свои очаровательные кулачки в бока.

Словно завороженный, смотрел на свою истинную. Я снова терялся в ней. Тонул в неизвестных и пугающих чувствах, пришедших на смену ненависти. Невольно вспомнил свою сестру.

В тот день маленькая сестренка никак не отставала от меня. Просила оценить с десяток различных нарядов. Я же с утра договорился встретиться со строительной бригадой, чтобы снести старый коровник. На его месте мы с отцом планировали построить новый. С электричеством, оборудованный всем необходимым для защиты нашего скота. Так все мысли были совершенно в другой плоскости. Но Лори то и дело подбегала ко мне, одетая в платья, которые совершенно не различал.

– Это просто визит друга, – усмехнулся, когда сестренка крутилась передо мной в алом коротком сарафанчике, – не слишком ли короткая юбка?

– Сама не знаю, что со мной, – пролепетала она, – я очень взбудоражена. Наверное, потому что он – мой истинный.

С самого детства отношения сестры и лучшего друга были особенными. Он оберегал ее, не позволяя никому навредить маленькой Лори. Будучи ребенком, я думал, что это дружба такая. Однако их связь постепенно менялась. Чем старше они становились, тем более жаркими были взгляды и долгими – касания. Я психовал. Не понимал, что за ерунда творится с самыми близкими членами стаи. А родители… почему они допускали это сближение? Тогда мне и рассказали о связи истинных. О том, что она священна и нерушима.

Когда Себастьян показался на пороге, его восхищенный взгляд прожигал дыру в моей сестренке. Лучший друг не замечал ничего вокруг. Она же смущенно опускала глаза. И это моя Лори? Разнимавшая нас с друзьями во время драк? Промывавшая раны, которые мы друг другу наносили, будучи агрессивными молодыми волками? Я с трудом мог допустить, что маленькая сестренка уже девушка. А может и женщина. Нет! Что-то внутри сопротивлялось. Я чувствовал себя преданным.

И вот, глубоким вечером того же дня сидел и ждал Лори на кухне. Как вдруг почуял волнение в конюшне. Сорвался туда и чем ближе подходил, тем четче слышал нервное ржание наших лошадей. Однако… не спеша приблизившись, увидел Лори и Себастьяна. Ее короткий сарафан был задран, она двигала бедрами, сидя верхом на моем друге. Да как он смеет? Гнев мгновенно затуманил мой разум, я обратился и рванул к другу, трахающему мою сестру.

Однако получил отпор. Да, застал их врасплох. Но они оба обратились против меня. Серая шерсть Себастьяна стояла дыбом, а Лори оскалилась. Они защищали что-то, что было лишь между ними двумя. Впервые в жизни сестра показывала мне свои зубы. На рев прибежали родители. Конечно же по ушам получили все. Лори сильно обиделась на меня в тот раз. И спустя пару недель невыносимого молчания, я решился помириться.

– Прости, – потупился, стоя на пороге, – Лори.

Сестра взглянула на меня.

– Я просто не понимаю! – выпалил, хватаясь за голову, – почему вы так… зачем вы это делали? Мы же друзья!

– Ты поймешь лишь тогда, когда встретишь свою истинную, – тихо произнесла сестра, – я не смогу объяснить это рационально. Дорогой мой брат. Эта связь выше любви, глубже похоти. Ей нельзя сопротивляться.

– Но почему тогда я не испытал подобного? Я старше тебя!

– Потому что еще не пришло твое время, – улыбнулась Лори, – но оно обязательно придет, вот увидишь.

Долгие годы я ждал. Сначала верил в то, что истинная ждет за поворотом. Не знаю, что было тому виной. Гормоны или что-то еще. Но со временем смирился. Нас изгнали, мои родители погибли от голода, и я стал благодарить мать-луну за то, что она лишила меня истинной пары. Но теперь, глядя на маленькую высокомерную гордячку, имеющую надо мной практически безграничную власть, начинал понимать слова сестры. Поднявшись, подошел к ней вплотную. Ее взгляд изменился. Снова это! Коснувшись шеи маленькой леди, провел рукой по мягкой коже. Она застонала, приоткрывая пухлые губки. Не могу держаться… не хочу! Второй рукой погладил свою девочку по щеке. Она закрыла глаза, приглашая меня сделать все, что пожелаю. Что же ты делаешь, милая?

Обхватив милое личико обеими руками, разглядывал аккуратные брови, ровный носик и все еще приоткрытый ротик. Хочу поцеловать ее! Не во сне или в попытке отвадить. По-настоящему, чтобы моя леди отвечала. Уткнулся в ее лоб своим и зарычал. Все вокруг стремительно меркло.

– Спасибо, – сказал ей, касаясь мягких губ, – ты спасла меня, несносная.

– Поцелуй меня… – прошептала девушка.

И я сделал это. Резко, нагло, бесцеремонно. Смял ее своим напором. Словно пил живительную воду после недели блуждания по пустыне, которая могла убить, но остановиться было невозможно. Долго, протяжно я ласкал ее губы. А Анисса… даже не боялась. Запустила пальчики в мои волосы, смело изучала плечи и шею, забралась под рубашку. Не позволяла отпустить ее ни на секунду, стонала и вжималась в меня своей грудью. Я же обхватил ее попку, усаживая на стол и устраиваясь между стройных ножек.

Она вся моя, без остатка. Каждая клеточка этой девочки принадлежит мне.

– Милая… – прошептал в алые губки, – повезло тебе, что надела джинсы.

– Лео, – выдохнула, опаляя голосом, полным желания, – что со мной?

Она и правда не понимала. Тянулась ко мне всем естеством, но не знала причины. Этот поцелуй был другим – насыщенным и настоящим. Потому что накануне я чувствовал себя вором. Сначала украл ее оргазм, пока моя девочка спала. Вчера сдержался, но она была так напугана, что ощутил себя насильником. Я запустил руки под ее футболку, поглаживая живот. Анисса не оттолкнула. Затем поднялся выше, будто спрашивая разрешения. Она позволила мне и это. Опустил ладонь и одним движением расстегнул джинсы.

До боли в яйцах хотелось смотреть на нее. Так что рывком я снял со своей девочки футболку. Моему взору предстал милый розовый лифчик с сердечками. Ну конечно, не будет же неопытная девственница носить кружевное развратное белье. Но я бы на это посмотрел. Спустив лямки, прикоснулся губами к ее плечику. Сладкая. Вдыхал ее, словно диковинный цветочек. Несносная леди стонала, не сдерживая голос.

Я же наслаждался моментом единения, когда запреты казались лишь пылью под ногами. Все нормы, правила рассыпались в прах от ее стонов. Завел руки за ее спину и нащупал застежку. Щелк! Но девочка смущенно придержала белье.

– Не прячься, милая. Покажи мне больше, – шепнул, аккуратно отводя ее тонкое запястье.

– Мне стыдно, – пробурчала она, – я никогда не…

– Знаю, – рыкнул, положив палец на ее губы, – я не сделаю тебе больно, обещаю.

– Лео, – Анисса так доверчиво глядела, что мои штаны уже были готовы разорваться.

И она наверняка это ощущала. Стеснение лишь распаляло зверя внутри меня. Когда бюстгальтер соскользнул с трепещущего тела, я оторвался и стал любоваться ее красотой. Моей леди не удавалось скрыть пунцовые щеки, и она лишь смущенно отвернулась. Небольшая грудь налилась и потяжелела. Я приник к ней носом. Эта часть тела моей истинной имела особенный запах. Нежный, напоминающий молочный шоколад. Лизнул ее сосочек, и моя девочка застонала. Он тут же затвердел. Проделал то же самое со вторым.

Твою мать, как же хочу в нее. И если до этого я еще себя контролировал, то теперь все самообладание было сметено ароматом нежной груди моей истинной. Постепенно касания стали жестче, на белой коже проявились алые следы. Сначала посасывая ее грудь, я перешел на укусы. И взор снова заполонила алая пелена. Нет, если не остановлюсь, то сделаю своей девочке больно прямо на этом столе. Не успел понять, как буквально сорвал с нее джинсы. А маленькая леди сразу ощутила изменения в моем поведении, сжалась и попыталась отстраниться.

– Не надо Лео, пожалуйста…

Но я не мог… ее запах наполнял меня и чем ближе я был к самому сокровенному месту, тем агрессивнее себя вел. Черт! Выругавшись, отпрыгнул, отворачиваясь от маленькой леди. Мое тело стремительно менялось, а ошейник начал издавать едкий звуковой сигнал. Прорвавшимися через тонкую кожу когтями я вонзился в деревянную стену.

– Уходи сейчас же! – понял, что обращения не миновать.

Слишком сильна эта связь. Зверь внутри меня устал ждать. Он хочет в лоно истинной, жаждет познать эйфорию единения. И сделает это с ней, если поймает. Но я этого допустить не могу. Не сейчас, когда она открыла мне свои желания! Но несносная леди подбежала, попыталась взять мое лицо в ладошки. Зарычал так грозно как умел. Она на миг будто остолбенела, но быстро взяла себя в руки.

– Дай мне свой ошейник, – не узнавал ее голос, он был властным и не терпящим пререканий, – Лео, пожалуйста. Если обратишься, серебро тебя убьет!

В ее словах скользили отчаяние и приказ. Я покорно опустил голову. Тонкий пальчик коснулся впившегося в мою шею металла. Раздался уже более спокойный писк и соединяющие элементы разошлись в стороны. Устройство упало на пол. Я свободен? Все тело резко начала покрывать шерсть. Анисса отползла от меня, сжимая в руках ошейник. На ней все еще не было лифчика, разорванные брюки лежали на полу. Ступив массивной лапой на деревянный пол, я вдруг ощутил спокойствие. Глядел на нее, пытаясь найти в синих глазах хоть каплю ненависти или страха.

Я же чуть не надругался над ней. Почему она так спокойна? Девушка прикрылась маленькими ручками, затем потянулась к джинсам. Куда делся весь волчий гнев? Почему пропала эта больная тяга? Я подцепил зубами разорванные штанишки и аккуратно положил рядом со своей леди. Ткнулся в ее плечо лбом, чтобы не боялась. Но близость ее тела вновь пробуждала во мне самое низменное. Отпрыгнув, снова рыкнул, не подпуская к себе истинную.

Как же я скучал по волчьему облику. Как истинный альфа, я был непобедим. Прямо сейчас могу просто выпрыгнуть в окно и убежать. Разорвать всю ее семью, этих жалких охранников. И обрести долгожданную свободу. Если бы не маленькая гордячка, одним своим присутствием удерживающая меня здесь, я бы сбежал. Но теперь просто не могу. Ты была права, сестренка. Выше любви… глубже похоти…

– Лео, – пролепетала моя леди, – ты узнаешь меня?

Я что, безмозглое животное, по ее мнению? Фыркнул, затем уселся задницей на пол. Она поднялась и направилась ко мне. Попятился, лелея лишь одно желание – защитить ее от своей похоти. Эта малышка еще не готова меня принять. Она – человек и даже не знает, почему так тянется ко мне. Истинная… не удержав эмоции, громко взвыл. Но спустя минуту в дверь затарабанили.

– Анисса! – послышался голос ее матери, – сейчас же открой дверь! Я знаю, что ты там!

Глава 13

– Анисса, сейчас же открой дверь! Я знаю, что ты там! – продолжала верещать моя мать.

Но я не могла отвести взгляд от огромного волка. Все вокруг перестало существовать. Только мы. Чувствовала себя, словно красная шапочка из всем известной сказки. Лео смотрел на меня спокойным, осмысленным взглядом. Я же забыла даже о том, что почти голая. У волка были огромные лапы, мягкая густая шерсть и желтые глаза. Честно говоря, то, что произошло пять минут назад меня здорово напугало. Лео, целующий с такой дикой страстью, что голова шла кругом, моя собственная реакция на оборотня. Не понимаю! Он открывает во мне нечто новое, о чем никогда не задумывалась. И я не боюсь его.

Лео сделал шаг навстречу, словно спрашивая разрешения приблизиться. Затем взял в зубы мои рваные джинсы и положил рядом. Большой лоб ткнулся в плечо. Какой же он горячий! Шерсть будто пылает! Захотела коснуться своего волка, но он отпрыгнул к стене. Почему? Неужели я неприятна ему? Но в глазах Лео отразилась печаль. Он хочет, но не может? Не понимаю, откуда это между нами? Зрительный диалог, словно передо мной не дикий зверь, а человек. Неужели он в этом облике все понимает?

– Анисса! – вновь взвизгнула мать, вырывая меня из плена рыжих глаз оборотня.

– Оденься, – его голос звучал в голове, – и открывай дверь, милая. Ничего не бойся.

Я не стала задавать вопросов. Быстро натянула порванные брюки, затем бюстгальтер и футболку. Он все это время смотрел на меня. Стыдно-то как! Мать не должна увидеть меня в таком виде.

– Сейчас! – крикнула и побежала в ванную.

Мельком взглянула в зеркало и увидела, что весь мой вид говорит о недавнем разврате. Губы опухли от поцелуев, лицо раскраснелось, а грудь сильно тянуло. Внизу живота собрался огромный ком из желания, требующий выхода. Глаза горели, а руки слегка дрожали. Что же делать? Лео исчез. Я даже не заметила, как массивная фигура оборотня просто испарилась. Но куда? Ладно, пришло время взять себя в руки. Быстро сполоснула лицо холодной водой. Вскинув подбородок, открыла дверь. Моя мать влетела в домик Лео, осматривая его и сверкая глазами от ярости. Следом за ней ввалились охранники. Грег сразу начал осматриваться, а Шон удивленно глядел на меня.

– Что с твоими джинсами? – в ужасе спросила она, – ты как в таком виде покажешься своему жениху? И где твой раб?

Так ее лишь это волнует? А не то, что я в доме взрослого мужчины в разорванных штанах. Ладно, мама. Она прошла к столу, где еще несколько минут назад мы с Лео чуть не занялись любовью. Я почувствовала, как кровь снова приливает к щекам. Стоп, Анисса! Увидела, что Грег копается в шкафах моего волка. Благо, у него не так много вещей. Но что он ищет? Взгляд упал на валяющийся рядом с комодом ошейник. Они не должны увидеть! Почувствовала, как меня накрывает паника. Взяв себя в руки, пока моя мать причитала о моем отвратительном воспитании, тихонечко двинула ногой и зашвырнула ошейник под шкаф. Надеюсь там Грег искать не будет.

– Просто неудачно упала, – начала на ходу придумывать оправдания, – пока искала Лео. Пришла сюда, а его нет.

– Это как так надо упасть? Повернись.

Я развернулась, она недовольно цокнула языком. И тут до меня дошло. Грегори здесь? Вот еще не хватало. Нет никакого желания общаться с ним сейчас, пока все мысли в хаосе и обращены к моему оборотню.

– Лорд Мосс сейчас разговаривает с твоим отцом. Не знаю, что ты здесь делала, но быстро иди в комнату и приведи себя в божеский вид. Шон! – гаркнула она, – найди оборотня.

– Да, миледи.

Второй охранник, словно озлобленный бультерьер, бродил по дому Лео. Когда моя мать наконец-то ушла, я сурово взглянула на него. Честно говоря, всегда его побаивалась. Грег казался мне слишком агрессивным и нелюдимым.

– Его здесь нет! Хватит копаться в чужих шкафах! Шон, мне нужно с тобой поговорить.

Рукой я придерживала порванные джинсы. Наглый оборотень еще ответит мне за порчу дизайнерских вещей. Но в глубине души я была рада, что он сбежал. Моя мать ненавидела полуволков. И если бы узнала, что Лео больше не скован ошейником, точно бы приказала сделать с ним что-то страшное. Шон покорно вышел со мной на улицу.

– Я сняла ошейник, – тихо произнесла я, – но не знаю, куда он сбежал. Найди его, пожалуйста. Вижу, ты тоже веришь в его невиновность.

– Миледи, – охранник напряженно озирался по сторонам, – сейчас в доме рыщет Грег. Я бы не доверял ему. Скажу Вам по секрету: избить оборотня приказала Ваша мать. Знаю, что не должен рассказывать, но…

–Что? – я остановилась и ошарашенно взглянула на Шона, – что ты такое несешь?

– Это правда. Она дала указание, чтобы оборотень не дожил до утра. И сейчас она же приказала Грегу перевернуть дом Лео вверх дном.

– Тогда вышвырни его оттуда. И найди моего волка как можно скорее.

– Но миледи, – потупился он, – Вы в опасности, если я как можно скорее не найду злоумышленника, покалечившего мисс Риз.

– Я буду в порядке. Сейчас главное, чтобы Лео в волчьем облике не бегал по территории. Если его заметят, доложат. Не знаю, чем он думал. Да и его нюх бы нам пригодился.

Отправив охранника обратно, поковыляла в спальню. И зачем только сняла этот ошейник? Но Лео выглядел странно, будто обращался помимо воли. Серебряные шипы бы убили его, а этого я не могла допустить. Не хочу, чтобы его сковывало это жуткое устройство. Ведь волчий облик – это вторая ипостась оборотня. Второе тело, без которого сущность будет неполной. Почему же мы, люди, считаем, что имеем право лишать их этого? Я должна помочь ему и всем остальным волкам. Я – Анисса Уайтберд, клянусь себе, что отныне буду отстаивать права полуволков!

Как ни странно, это решение стало путеводной звездой для моих мыслей по пути к восстановлению равновесия. Я вспомнила, кто я такая. Быстро выбрав подходящий наряд, спустилась вниз. По дороге обдумывала, чем на данном этапе могу помочь оборотням. Если бы удалось убедить Грегори Мосса мне посодействовать, было бы отлично. Но для этого придется сыграть идеальную невесту. Но смогу ли? Особенно после того что произошло в доме Лео. Подходя к кабинету отца, я все сильнее нервничала. Дверь была приоткрыта.

– Вы уверены, Джеймс, что Анисса в безопасности в этом доме? – услышала взволнованный голос Грегори, – может, мне стоит отвезти ее в мою квартиру в Бриджтауне?

– Вы всего лишь помолвлены. Что скажет высший свет, если моя дочь фактически переедет к Вам? Не могу допустить, чтобы хоть тень упала на ее репутацию. Я подключил свою службу безопасности, а Аниссу охраняет альфа.

– Надеюсь, на него можно положиться? – не сдерживая сарказма, едко заметил лорд Мосс.

Мои руки сжались в кулаки. И он тоже сомневается в Лео? Ладно, главное, что в оборотня верю я. Тем временем мужчины закончили разговор и вышли из кабинета. Оба удивленно уставились на меня, я же с улыбкой изобразила шутливый реверанс.

– Миледи, – Мосс припал к моим пальцам губами, вызывая мгновенное желание вырвать руку.

Но почему? Мое тело отвергало эти касания. Будто происходило нечто неправильное, аморальное. Но я сдержалась и улыбнулась. Отец смерил меня строгим и задумчивым взглядом, затем, сославшись на важные дела, покинул нас.

– Пройдемся? – Грегори предложил мне взять его под руку.

И снова отвращение прошибло с ног до головы. Откуда такая неприязнь к совершенно обычному мужчине? Но я должна, так что, зацепившись за лорда Мосса, посеменила с ним рядом.

– Вы не носите кольцо? – с тоской произнес он, – оно Вам не понравилось? Я могу заказать другое. Дороже, с другим камнем, если хотите.

– Вовсе нет! – я и думать забыла об этом украшении, которое сразу после злополучной ночи убрала в шкатулку, – просто в последние дни моя жизнь стала такой насыщенной. А я постоянно все теряю.

– Надеюсь, это так, – Грегори выглядел совершенно разбитым, – я просил Вашего отца перевезти Вас на время расследования, но он счел мой порыв неприличным.

– Мне здесь ничего не угрожает, – произнесла уверенно.

– Мелани Риз изнасиловали! – воскликнул лорд, – не будьте беспечной, Анисса.

В этих, на первый взгляд, простых словах чувствовалось желание подавить мою волю. Грегори Мосс не мягкий человек, а жесткий, а может быть даже жестокий. В тот момент я уже не была уверена, хочу ли за него замуж. Особенно после того шквала чувств, что испытала с оборотнем. Сейчас каждая секунда казалась бесконечной, мне все меньше хотелось поддерживать беседу. Интересно, Шон уже нашел Лео?

Мы прогуливались и незаметно дошли до зеленого лабиринта. Я остановилась и внимательно взглянула внутрь. Оттуда будто повеяло холодом. Что за чертовщина?

– Интересное место, – усмехнулся Мосс, – желаете там побродить?

В его голосе я вдруг услышала неприличный намек. Он хочет уединиться со мной в этом лабиринте? Все нутро взорвалось в негласном отказе. Живот мгновенно скрутило, а перед глазами заплясали звёздочки. Не хочу!

– Анисса, Вы в порядке? – последнее, что запомнила, это холодные и жесткие руки сэра Грегори.

Открыв глаза, почувствовала резкую тошноту. Я лежала в своей спальне, а рядом сидел лорд Мосс. Агнес потянулась и сняла с моего лба мокрую тряпку.

– Очнулась! – воскликнула гувернантка, – как себя чувствуете, миледи?

– Нормально, подташнивает только, – я прокашлялась, затем села в постели.

Судя по рыжим лучам солнца, день клонился к закату. Я подскочила и выглянула в окно. К завтрашнему утру нужно предоставить Винтеру виновного в нападении на Мелани, а я прохлаждаюсь. Развернулась, смерив взглядом сэра Грегори. Срочно нужно его выпроводить.

– Я, наверное, отвлекаю Вас от управления делами? – невинно похлопала ресницами.

Почему-то этот мужчина был готов на все, когда я корчила из себя дурочку. Продолжая делать губки бантиком, видела, как потемнели его глаза.

– Я беспокоился за Вас, Анисса, – произнес он, пожирая меня взглядом.

– Это мне очень льстит. Спасибо, сэр Грегори. Но сейчас я бы хотела немного поспать. Прошу меня простить.

– Конечно, миледи, – он снова прилип к моим пальцам.

– Благодарю. Надеюсь, мы скоро увидимся. – произнесла дежурную фразу.

И влюбленный лорд выпорхнул за дверь. Я же подскочила и снова метнулась к окну. По всему периметру стояли охранники. Кое-кто с собаками. Значит, отец решил принять меры безопасности. Надеюсь, Лео в порядке.

– Куда-то собираетесь? – сзади послышался ледяной голос Агнес.

– Мне нужно помочь Шону найти преступника, чтобы Лео не казнили.

– Я правильно понимаю, что молодая леди решила искать взрослого сильного мужчину, надругавшегося над такой же молодой леди, совсем одна?

– Шон мне поможет. Агнес, я не могу сидеть сложа руки! И Лео исчез куда-то, – стала нервно заламывать пальцы.

– Альфа вернется, – произнесла гувернантка, – а я бы не советовала Вам заниматься самодеятельностью.

Я всегда доверяла этой женщине. Она сделала для меня гораздо больше, чем собственная мать. Всегда строгая, Агнес тем при этом никогда не бросала меня в беде.

– Предлагаешь просто сидеть и ждать рассвета? Я сняла с него ошейник. Вдруг он уже далеко отсюда?

– Ну тогда и смысла нет так переживать. Его не найдут. – уверенно произнесла гувернантка.

Почему она так спокойна? Я ждала, когда Агнес начнет ругаться, но эта странная женщина лишь покачала головой.

– Очевидно, у Вас были причины снять устройство, – сейчас она казалась мне совсем другой.

– Но почему его не ищут? Неужели Грег не нашел ошейник? – бубнила я себе под нос.

– Потому что альфа сейчас занимается делами лорда в нашем погребе. Я лично распорядилась, чтобы его не отвлекали, – Агнес хитро прищурилась, затем удалилась.

То есть она знала, что Лео сбежал? Но как? Откуда моя гувернантка могла это знать? Голова шла кругом, но я не могу просто сидеть и ждать. Быстро влезла в новые джинсы, нацепила футболку и кроссовки, затем выбежала из особняка. Сразу направилась к Шону в охранную будку. Помню, как отец уговаривал его взять кабинет в служебном крыле, но начальник охраны отказался по одному ему понятным причинам. Распахнув дверь, увидела здоровяка, увлеченно рассматривающего видеозаписи с камер.

– Где Лео? Он у себя? – от быстрого бега мой голос срывался, – ты его нашел?

– Его нет на территории особняка, миледи, – Шон виновато почесал лысину.

– Как нет? У нас огромные ворота по периметру.

– Видимо где-то есть брешь, – сказал мужчина.

Нет! Я села на предложенную табуретку и закрыла лицо руками. Неужели мой оборотень сбежал? Но как он мог так поступить? Так, не плакать! Нужно прислушаться к себе. Я верила в Лео до этого момента, буду верить до конца. Тем более что у меня нет выбора. Ведь что-то внутри успокаивающе шепчет, что мой оборотень не уйдет.

– Нашел что-нибудь на камерах?

– Ничего, – сказал Шон, – только вот периодически новенький Курт с подносами мелькал. А ночью вообще никого. Хотя погодите.

Он нажал за зум и приблизил темный кадр. Я ничего не могла там разглядеть.

– Видите? – он ткнул в самую темень, – силуэт?

– Не вижу. А посветлее нельзя сделать?

– Нет, к сожалению, нужное оборудование есть только у полиции. Но там точно мужской силуэт. Идет от служебного входа в сторону лабиринта.

Он продолжал всматриваться в экран, почти касаясь его носом.

– Форма и легкое свечение от… – продолжал начальник охраны, – на нем форма рабочего нашего особняка. Но ведь ночью все спать должны. Хм.

Он взял телефон, затем набрал номер.

– Бруно, привет. Это Шон. Слушай, у тебя все позавчера все отметились перед сном?

– …

– Ясно, а у Мардж? Тоже? Ладно спасибо.

Затем на лице Шона отразился самый настоящий мыслительный процесс. Какое-то время он напоминал статую своей монументальностью и неподвижностью. Я покорно ждала, пока начальник охраны сообразит хоть что-то.

– У нас лишь пять сотрудников живут вне главного здания. И не отмечаются у Бруно и Марджери. Это я, Лео, Отто, Грег и миссис Клаус. Я мисс Риз точно не насиловал, Лео тоже. Миссис Клаус вообще из комнаты не выходит из-за прогрессирующей деменции. Остаются Отто и Грег.

– Давай я поговорю с садовником. А ты с Грегом. Я его побаиваюсь, а Отто меня любит. Не факт, что этот бродивший напал на Мэл. Но может быть чего-нибудь да выясним.

– Я не думаю, что Вам стоит идти одной.

– Если что, Лео меня спасет. Я знаю это. Но нам нужно успеть, понимаешь? Нет времени, солнце почти село.

Шон нехотя кивнул, затем мы разошлись. Честно говоря, мне не давали покоя те слова оборотня про Отто. А что, если это он – тот, кого мы ищем? Да нет, ерунда какая-то. Честно говоря, я слабо представляла себе, о чем буду спрашивать садовника. Дойдя до его домика, уверенно постучалась. Тишина. Постучалась снова. Толкнула дверь и вошла внутрь. Уютный, весь заставленный цветами в горшках. Но садовника не было. Я прошла на кухню, еще пару раз позвала Отто. Ответом была лишь гнетущая тишина и рыжие лучи угасающего солнца.

Уже было собралась уходить, как взгляд упал на едва заметную дверь в коридоре, ведущем в гостиную. Толкнула ее и в нос ударил неприятный запах затхлости и сырости. Очевидно, это вход в подвал. Я сглотнула, затем сделала шаг вниз. Спустившись по ветхим скрипящим ступенькам, постаралась нащупать выключатель. Дернув за шнурок, выдохнула. Здесь было холодно, я поежилась, обняв себя руками. Затем осмотрела помещение. Снова сплошные баночки, пакеты с семенами, какие-то заготовки. Назначения половины я не знала. Обошла этот подвал по периметру и увидела еще одну дверь.

Да у него здесь какой-то лабиринт. Однако эта дверь оказалась заперта. Странно. Я осмотрелась в поисках ключа. Полазила по шкафам, заглянула даже в пару горшков с растениями. Еще раз подергала ручку. Не поддается. Поднялась наверх, облазила все возможные места, где нормальные люди хранят ключи. Исследовала кухню, гостиную, ванную. Ничего. Но зайдя в спальню, остолбенела. Рядом с одноместной кроватью на тумбочке в аккуратной рамке стояла моя фотография. В голове, словно испорченная пластинка, звучала фраза оборотня: «Он хочет тебя трахнуть».

Взяв фото в руки, не могла поверить, что Отто – извращенец. Что он делал с этой фотографией? Зачем она ему? Причем снимок точно был сделан несколько лет назад. Боже, я же была совсем ребенком! От ужаса закружилась голова. Лео оказался прав. Меня повело, и фотография выпала из рук. Стекло треснуло, а откуда-то сбоку выпал небольшой ключ. Я аккуратно подняла его. Но хотелось бежать. Спрятаться, укрыться в горячих объятиях Лео. Где же он? Ничего, я справлюсь! Найду преступника и приведу Винтеру. С моего волка снимут эти гадкие обвинения.

За окном было уже темно, я увидела охранника с собакой, патрулирующего участок вокруг дома Отто. Как так получилось, что при столь серьезной службе безопасности простой незаметный садовник совершил такое злодеяние? И сколько на его руках еще крови? Я быстро спустилась в подвал и вставила найденный ключик. Бинго! Открыв дверь, сморщилась от противного мерзкого кислого запаха. Затем нащупала кнопку включения света. В потолке была привинчена одинокая тусклая лампочка. С трудом рассмотрев помещение, остолбенела от смеси ужаса и отвращения. Вся стена была увешана моими фотографиями. С самого детства и до совершеннолетия. Он снимал меня незаметно: когда я работала в его саду, гуляла по территории с родителями или подругами. Какая мерзость!

Подойдя к стене со снимками, стала срывать их один за другим и бросать на пол. Затем решила сжечь этот кошмар прямо здесь. Справа к стене прислонялся комод, подойдя к которому я увидела… о господи, нет! Кто это сотворил? Рванулась назад, но вдруг увидела в темноте мелькнувший силуэт. Нужно бежать! Страх будто заковал ноги в кандалы, я не удержала равновесие и чуть не упала.

– Зря Вы явились сюда, леди Анисса, – голос звучал зловеще, я его совершенно не узнавала.

Сзади послышались быстрые шаги, затем я почувствовала резкую боль в затылке и отключилась.

Глава 14

Свежий воздух опьянял и дарил ощущение полной свободы. Эта часть леса Гринстоун была девственно чиста, словно лорд Уайтберд бережно сохранил ее для себя и своей семьи. А все остальные пусть сдохнут среди химикатов и привитой дичи. Сжал челюсти и рванул глубже. Тяжело было оставлять свою гордячку, тем более в такой ситуации. Но ее мать не должна заметить, что Анисса меня освободила. Хорошо, что заранее обустроил себе запасной выход, который никто не смог бы найти. И будто знак свыше, под массивным металлическим полотном забора я увидел подкоп, размером подходящий крупной собаке чуть меньше меня. Черт!

С трудом пролез внутрь, но оно того стоило. Лес сразу принял своего сына в мирные и спокойные объятия. Вокруг щебетали птицы, которым впервые в жизни был рад. Обычно это пернатые паразиты лишь раздражали. Услышал шорох чуть поодаль, повернул голову и увидел рыжую мохнатую белку, ищущую что-то в траве. Она совершенно ничего не боялась, раз так смело спустилась с дерева. Хотя кого здесь опасаться? Все волки давно истреблены. Что ж, добыча сама идет мне в руки. Белки очень шустрые зверьки. Если рыжий хитрец не окажется в моих зубах раньше, чем опомнится и успеет взобраться на дерево, пиши пропало. Я сосредоточил все свои инстинкты на цели. Казалось, что мир вокруг перестал существовать, сузившись до пары метров между мной и жертвой.

Воздух в легких превратился в жидкий лед. Один лишний вздох – и план сорвется. Мышцы натянулись, готовые к молниеносному нападению. Это сладкое чувство текло по телу, одновременно распаляя охотничий азарт и заставляя контролировать даже стук собственного сердца. Я не очень люблю белок, они костлявые, но эту хотел из принципа. Рывок и вот, вожделенный трофей бьется в моих зубах. Едва заметный хруст – горячий поток жизни хлынул в горло. Настоящая эйфория. Но ей на смену мгновенно пришла горечь. Нет больше моей стаи. Некому нести мясо. Разорвав белку, оставил ее валяться под деревом.

Рванул глубже в лес, чтобы хоть как-то успокоить тоскующее сердце. Не помню, сколько часов бесцельно бродил в полном одиночестве. Путаница в голове начинала напрягать. Моя несносная леди. Мысли о ней грели сердце. Вернувшись к дыре в заборе, уже хотел было полезть обратно, но остановился и принюхался. Почувствовав запах другого оборотня, быстро огляделся по сторонам. Почти свежий, то есть мой сородич был здесь буквально пару часов назад.

Рванул по следу. Неужели в этом лесу живет полуволк? Но это же невозможно. Неохотно удалялся от особняка, меня сильно тянуло обратно к своей гордячке. Вспоминая аромат ее тела, хотелось сорваться, вернуться и закончить начатое. Меня пугала собственная реакция. Пока бежал, старался выкинуть мысли из головы. Мышцы работали, разгоняя кровь по волчьему телу, доставляя незабываемое удовольствие. Впереди послышалось журчание крошечной речки, почти ручья. Я вышел на освещенный солнцем берег. Справа увидел покрытый мхом огромный валун. На этом месте след обрывался. Вот черт!

Наступил лапами в ледяную воду. Приятное чувство охлаждало распаленное тело. В прозрачной воде плавали небольшие рыбки. Я завороженно смотрел на них, словно маленький волчонок. Впервые за долгие годы ощущал свободу. Не нужно никуда бежать, ни от кого защищаться. Даже в рабстве есть небольшие плюсы. Наверное, не будь я сейчас в волчьем облике, засмеялся бы. Но этот огромный валун никак не давал покоя. Подошел к нему, затем тщательно обнюхал. Странно, никаких знакомых запахов. Почему тогда к нему так тянет?

– Это ее любимый камень, – услышал в голове женский голос.

Затем сзади проявился силуэт черной тощей волчицы. Она подошла и села рядом. Я знаю ее запах! Это же…

– Я тебя ждала, альфа. Уж и не надеялась, что выберешься из особняка так скоро.

– Агнес… – сложно было поверить, что суровая и сухая гувернантка моей истинной – оборотень. Леди Анисса в детстве любила приходить сюда.

Интересно, меня поэтому так манит безжизненный валун? Потому что моя истинная здесь провела немало одиноких часов? Залез на него, пару раз чуть не грохнувшись на землю. Как малолетняя девочка могла забираться сюда? Огромный риск сломать шею. Куда смотрели родители?

– Она здесь пряталась от своих гувернанток. Уайтберды сменили их не меньше десятка. Но леди Анисса доводила каждую до белого каления. Одна даже после службы у них семье сменила профессию.

– Как тебе удалось закрепиться? Что бы вообще забыла в этой части леса Гринстоун?

Мы сидели рядом, продолжая свой внутренний диалог.

– Я покинула стаю по своей воле. Долгие месяцы бродила по лесу, питалась мелкой дичью. И однажды почувствовала сладкий аромат человеческого дитя. Голод к тому моменту окончательно вышиб мне последние мозги, и я рванула на запах. Добравшись сюда, увидела девочку лет восьми, сидящую на этом самом валуне.

– Это была…

– Да. Леди Анисса. Она так горько плакала, что у меня в душе что-то надломилось. Я ненавидела людей и их детенышей, они сломали мне жизнь. Заставили уйти с престижной работы, чуть не загнали на тесты Винтера, откуда ни один волк не возвращался. Но эта девочка… была столь же одинокой. Тогда я не смогла ей навредить.

– Но и подойти не решилась? – и подумать не мог, что моя леди была так несчастна.

– Ты знаешь ответ на этот вопрос, альфа, – сказала волчица, – лишь спустя месяцы я наконец-то смогла показаться ей. Стоял такой же погожий день. Мой вид так напугал ее, что леди упала и попыталась убежать. Затем рухнула в глубокую яму вон там чуть дальше.

Агнес поднялась, отряхнула блестящую черную шерсть и направилась вдоль ручья. Я последовал за ней. Она привела меня к черной глубокой пещере, скрытой от глаз сухими ветками.

– Ловушка?

– Просто провал. Там внизу подземное озеро, – отозвалась волчица, – леди упала туда. Не знаю, что на меня нашло, но я вытащила ее. А потом…

Вдруг гувернантка замолчала, уставившись в лесную чащу. Она словно перенеслась назад во времени. Я дал ей возможность вновь окунуться в те события. Сам же вдыхал запах свежести, паривший в лесу. Должен запомнить его. Все равно придется вернуться назад и надеть ошейник. Свою гордячку я в этом месте не оставлю. Вырвусь, заберу. И ее, и Лори. Анисса – моя.

– Потом я получила этот шрам от охранника ее матери, – усмехнулась волчица, демонстрируя алую полосу вдоль бедра, – и сбежала. Но девочка с тех пор больше не приходила.

– Ты скучала по ней?

– Не знаю, – вздохнула Агнес, – но однажды мать-луна подарила мне шанс. Очередная гувернантка, ехавшая на собеседование в семью Уайтберд, имела неосторожность выйти из такси чуть раньше и прогуляться по прекрасному лесу. Она до сих пор где-то здесь. Зарыта.

Последнее слово прозвучало несколько фанатично и ненормально. Но я продолжал слушать.

– И меня взяли. Но оставалась еще одна проблема.

– Анализ на ген Ви, – выдохнул я.

– Я долго думала, как обойти его, но в итоге просто подменила кровь. Банально, быстро и безопасно.

– Они до сих пор не знают, кто ты?

– Леди Анисса не знает, как и ее мать, – волчица снова направилась к камню, – лорд Уайтберд в курсе. Я открылась ему, когда узнала чуть лучше.

– Ты смелая, Агнес, – усмехнулся я.

– Никогда не задумывался, почему эта часть леса Гринстоун до сих пор девственно чиста? Здесь не рыщут охотники, полно чистой дичи.

– Не доводилось. Меня либо травили серебром, либо били, либо я носился за этой несносной леди. Ах да, еще меня обвинили в изнасиловании. Вроде ничего не забыл.

– Лорд Уайтберд заплатил очень многим людям, чтобы эту часть леса не трогали. Он хочет в будущем сделать его отправной точкой в развитии новой популяции оборотней.

Чего? Уайтберд? Но чутье подсказывало, что этой волчице можно верить.

– Думаю, сэр Джеймс купил тебя за такие деньги не только для защиты своей дочери. Возможно, он надеется, что альфа привлечет других и создаст новую стаю. В этом лесу нет охотников и есть шанс дать волкам новую жизнь. Но у него мало союзников среди английской аристократии. Основная масса людей уже забыла, как жила с нами бок о бок. Теперь оборотни – монстры и изгои.

Голос волчицы стал приглушенным, словно она боролась с собственной яростью. Я не мог ее осуждать, поскольку и сам столкнулся с ненавистью.

– У меня есть еще вопрос, альфа. Скажи честно, ты и леди Анисса – истинные?

– Откуда ты…

– Я волчица. Тебе ли не знать, как обострены наши инстинкты? Я с твоего появления в особняке признала в тебе лидера. Моя кровь кипит каждый раз, как вижу тебя. Это не мой выбор, сам знаешь.

– Бред. Какой я вожак? В ошейнике?

– Ты – настоящий альфа, Лео. Даже через серебро кровь буквально кричит всем оборотням следовать за тобой. Думаю, создание стаи – дело времени. Ты здесь два дня, а я уже ощутила движение в северной части леса. Волки чувствуют зов альфы.

Я промолчал. Честно говоря, в эти дни думал лишь о том, как не сдохнуть от серебра и побоев, а еще о своей истинной милашке. Формирование стаи – сложный процесс. Он меняет каждого, не только рядовых членов. Кровь сразу выделяет вожака, но среди талантливых оборотней со временем проявляются беты. Стая – это сложная экосистема, формирующаяся не один месяц. Скопление оборотней рядом с особняком точно не укроется от Винтера. Этого нельзя допустить.

– Я знаю, ты сейчас поглощен своей истинной парой, Лео. Но берегись. Грегори Мосс – жестокий, властный человек. Еще рано бросать ему вызов. Надеюсь, леди Анисса сможет оттянуть свадьбу, пока стая не сформируется. Затем ты сможешь ее забрать.

– Волки не примут человека. А моя хозяйка вряд ли захочет жить в лесу в качестве изгоя. И не думаю, что ее отец будет рад такому союзу.

– Она – твоя истинная. Стае придется это принять. И леди – тоже. Ее отец прекрасно знает о священной связи. Не думаю, что он будет сопротивляться ее желанию.

Мы направились назад. Каждый думал о чем-то своем. Я знал, что кровь Агнес отзывается на мою. Где-то внутри, в самой глубине слышал отзвук ее чувств.

– И еще. Не тяни, альфа. – сказала женщина, подходя к дереву, затем обращаясь в человека, – тебе необходимо как можно скорее покрыть свою пару. Иначе зов сведет тебя с ума. Уже ведь ощущаешь это, да? И она тоже…

Пока гувернантка надевала платье, я деликатно отвернулся. Ее слова доставляли боль. Покрыть… но именно так у нас называют первый секс истинной пары. Несмотря на то, что он проходит всегда в человеческой форме. Все, что эта женщина говорила, было правдой. Постепенно стали сгущаться сумерки. Долго же я бегал. Вдруг ощутил растущую тревогу. Она шла изнутри. Страх вперемешку с нервозностью накрывал волнами. Агнес швырнула мне джинсы. Ну что за предусмотрительная женщина!

– Леди Анисса там одна твою жизнь спасает, а ты по лесу бегаешь. Защищай свою пару, альфа.

Я не понял, она меня сейчас отчитала? Рядовые оборотни совсем обнаглели. Но с милашкой и правда что-то не так. С трудом просунув свой зад в подкоп, пролез в хижину. Все шкафы были выворочены, вещи валялись на полу. Я затолкал недовольную зверюгу обратно, возвращая человеческий облик. Оделся, затем собрался было выйти, как ко мне ворвался “шар”. Его еще не хватало. В моем доме и так воняет вторым охранником, как его там, Грегом. Открою-ка окна.

– Мне определенно нужно личное пространство, – осматривал дом в поисках ошейника, – твой коллега не находил тут мое любимое устройство?

– Лео, у нас нет времени! Все на ушах стоят!

– Что случилось? – нехорошее предчувствие стягивало горло, словно невидимая удавка.

– Леди Аниссу похитили. Она пошла допросить Отто, я направился к Грегу. Спустя час она так и не вернулась.

– Ты ее одну отпустил к этому извращенцу?! – прорычал я, – допрашивать? У вас здесь умные люди есть вообще?

Взор заволокла пелена гнева. Я сейчас его тупую лысую голову просто откушу!

– А ты сам где был? Телохранитель называется! – “шар” пошел в наступление.

Так, разберусь с ним потом. Сейчас необходимо срочно найти свою несносную истинную. Ну куда вот поперлась без меня? Что за своенравная девчонка! Точно выпорю.

– Вы в его доме были? – спросил, натягивая на себя костюм.

– Были. У него в подвале целая секретная комната. На полу обнаружили множество фотографий леди Аниссы. С самого ее детства и до совершеннолетия. Только вот… Отто ее не похищал.

– Ваш садовник постоянно о ней мечтал. От него несло похотью. Ты нормальный? – я терял терпение.

– Он ее не похищал потому что мертв. Мы нашли тело рядом с комодом в подвале. Никаких следов борьбы. Горло перерезано, кишки выпущены. И ни следа леди Аниссы. Обшарили всю территорию особняка, собак задействовали, пока ты по лесу гулял.

– Ее отец в курсе?

– Ему первым делом сообщили. Но леди Уайтберд пока решили не беспокоить. Она сейчас в городе гостит у тетки.

– Где мой чертов ошейник? – продолжал бесноваться я.

Твою мать! Зачем вообще поперся в этот чертов лес? Не нужно было ее ни на секунду одну оставлять. На миг подумал, что могу потерять свою истинную. Волк внутри меня буквально рвал грудную клетку. Она жива. Я это чувствую. Но напугана.

“Лео. Где ты?”

Я застыл. Голос гордячки звучал в голове. Злость отступила, оставляя лишь холодный расчет. Сначала вызволю ее, затем отшлепаю.

– Она не здесь, – сказал я, – бесполезно искать леди Аниссу в особняке.

– Ты откуда знаешь? – удивленно пробасил Шон.

– Знаю, – ответил тихо, прислушиваясь к инстинктам зверя внутри, – мне нужно за ворота.

С этими словами принялся снимать костюм. Охранник непонимающе вылупился на меня. Но мы с милашкой пока еще не полностью познали связь истинных. Чувствую ее очень слабо. Нужно усилить ощущения.

– Притащи мне ее вещь, быстро! – приказал ему.

– Хорошо, – как ни странно, Шон подчинился и спустя минут семь уже примчался ко мне с женскими кроссовками.

Обувь, ну конечно! Закатил глаза, затем быстро обратился в волка. «Шар» отшатнулся, в ужасе глядя на процесс появления моей второй сущности. Мда, с этим тупицей точно не поболтаешь через мысли. Ткнулся носом в маленькие ботиночки Аниссы. Приятный аромат доставлял сильную боль. Все мысли крутились вокруг ее спасения. Защитить, не отпускать! Я рванул в лес, не обращая внимания на восклицания Шона. Луна уже раскрыла свои объятия, кратно усиливая волчьи способности. Моя истинная точно в лесу, но как ее умудрились вывезти с территории?

Я бежал, не жалея лап. Алая тропа петляла перед глазами, указывая путь к моей гордячке. Спасу – по заднице отшлепаю, чтобы не рисковала собой. Быстрее, еще быстрее! Вдруг передо мной буквально вырос небольшой деревянный домик. Обычный, в каких раньше повсеместно жили лесники. Окна заколочены, а дверь еле держится на петлях. Я зарычал, ощущая опасность. Она точно внутри. Зверь жаждал крови насильника, однако в нос проник настойчивый запах металла. Трава здесь высокая, на земле могут быть ловушки. Я ступал очень аккуратно. Вдруг заметил большой волчий капкан. Не понял? Обошел его, осмотрел. Свежий, сталь не тронула ни ржавчина, ни коррозия. Его точно разместили на днях. Но зачем? Если волков здесь нет уже лет десять.

Значит, наш маньяк знает, что я приду. Ну ты попал, засранец. Обойдя дом по периметру, нашел еще три капкана в самых неожиданных местах. Сколько моих сородичей погубили эти кошмарные куски металла, не счесть. Я аккуратно толкнул лбом дверь и прошел в небольшую комнатку. Старался ступать максимально осторожно. Внутри была свалена мебель, все вокруг покрылось паутиной и плесенью. Поморщился. Эти запахи даже человеку отвратительны, что говорить про оборотня. Черт, ни следа моей истинной. Но ее аромат точно привел меня сюда. Сделав еще шаг, почувствовал, как дерево подо мной заходило ходуном, будто внутри выемка или пустота.

Зубами схватился за затхлый прогнивший ковер и дернул в сторону. Вот оно! Быстро обернувшись в человека, дернул за ручку и открыл лаз в подвал. Вернувшись в облик зверя, почти скатился вниз. В нос ударил запах каких-то химикатов. Помещение под полом было просторным, отлично укрепленным. Сразу не скажешь, что это простой подвал. Обернулся и вдруг увидел ее. Анисса! Девушка сидела на стуле, в ее губах торчал грязный кляп, а руки и ноги были связаны. Она удивленно вскинула брови и замычала. Быстро подбежал к ней. Потерпи, милая, сейчас я этого ублюдка распотрошу и освобожу тебя.

– Сзади! – послышался ее голосок в голове, и я резко дернулся влево, уворачиваясь от выстрела.

Развернулся и увидел… Курт? Новенький дворецкий? В руках он держал двустволку, направляя ее прямо мне в лоб.

– Ты помешал нам! – прорычал он, – мы с леди хотели уединиться. Ты все испортил!

Моя девочка снова замычала. В ее голосе чувствовалась паника и страх. Он успел ей что-то сделать? Разорву мразь! Я двинулся на него. Заметил, что движения этого сумасшедшего были рваными и дерганными. Значит, он психически нестабилен. Еле держался, чтобы не вцепиться в его глотку. Но оружие в его ручонках несколько нервировало.

– Я хочу его убить, – рыкнул, обращаясь к своей девочке, – он что-то тебе сделал?

– Нет, – от ее голоса ярость внутри затихала.

– Отвернись, милая. Зрелище будет неприятным.

– Не убивай его. Он болен…

Что? Чуть было не обернулся к ней, но Курт по-прежнему направлял на меня ружье. От него несло безумием.

– Они все шлюхи, – он вдруг бросил оружие и зарыдал, – богатые, бедные. Продажные твари.

Голос парня тускнел, он будто погружался в собственные воспоминания.

– Эта шлюха Риз даже не захотела говорить со мной! Что мне оставалось? Я ведь хотел ее. А если хочешь, то ведь можешь, правда? – он расхохотался, – я не хотел эту! Но пришлось.

Фразы, такие же рваные, как и жесты. Да он просто псих. Больной на всю голову. Пока Курт трепался, я лапой отбросил валяющееся ружье в сторону. Где же этот Шон, когда так нужен? Если псих навяжет мне драку, придется его убить и расстроить мою истинную альтруистку. Но почему-то от дворецкого не исходило угрозы. Он плакал, потом смеялся, а после рычал. Сумасшедший, которого кто-то спустил с цепи. Ко мне пришла смутная догадка, быстро укоренившаяся и выросшая в полноценную теорию.

– Они говорят, что я могу! – вскричал он, – вы все неправы! Я должен был… они сказали, что я нормальный! Эти девки ведь сами хотели!

Кто что сказал? Я слабо понимал его причитания. Но вдруг этот на первый взгляд безобидный паренек выхватил нож и рванул на меня. Я оскалился, демонстрируя мощные острые зубы, но…

– ААА! – заорал он, размахивая блестящим лезвием из стороны в сторону.

Один рывок, и я своим весом повалил несчастного на пол. Он с воплем вонзил нож в мой бок. Резкая и сильная боль мгновенно затуманила разум, освобождая волчью ярость и не успел опомниться, как сомкнул челюсти на шее Курта. Когда дворецкий перестал двигаться, я оторвался от мягкой кожи, с трудом сдерживая желание продолжать рвать его плоть. Боль стремительно затухала, регенерация в волчьем облике проходила быстро. Обратившись в человека, подбежал к своей девочке. Анисса потеряла сознание. Аккуратно вытащил кляп из ее ротика, затем разорвал веревки.

Оно и к лучшему, голое мужское тело наверняка бы шокировало мою истинную. Взял ее на руки и полез наверх. Как раз прибыли охранники во главе с Шоном. Он швырнул мне одежду, я передал ему в руки девушку. Ее положили на пол. С охраной был и отец милашки, и их врач Кэл Роуз. Он быстро осмотрел маленькую леди.

– Она в шоке. Потеряла сознание. Повреждений нет, он не успел ничего сделать.

Шон тем временем спустился вниз. Охранники оцепили периметр. Как вовремя, ребятки! В лучших традициях английских детективов. Надел на себя какие-то странные треники, которые мне дал “шар”. Лорд Уайтберд с присущим ему достоинством протянул мне ошейник.

– У тебя есть шанс сбежать, альфа, – произнес он, – или остаться и продолжить защищать мою дочь, как ты сделал сегодня. Это достойно награды.

Да сдалась мне его награда. Молча взял устройство и надел не себя. Теперь планы изменились. Если моей истинной грозит опасность, я буду рядом, чего бы мне это ни стоило.

Глава 15

Гулкие шаги отдавались одиноким эхом в стенах заброшенного особняка нашей семьи. Мои шаги… я двигалась медленно, постоянно оборачиваясь и вздрагивая. Белая сорочка была вся порвана, а из множественных ран на теле сочилась кровь. Почему так темно? В разбитые окна просачивались лунные лучи, холодные и почти прозрачные. Где родители, слуги, охрана? Все вокруг было разрушено: двери выбиты, картины свалены в кучу рядом со стеной, шторы разорваны. И ветер, воющий в пустых коридорах, вызывал лишь неконтролируемый страх.

Внезапно впереди появился волк. Большой, величественный, но явно не настроенный дружелюбно. Он, не мигая, глядел на меня. Алые зрачки пылали ненавистью. Лео? Нет! Этот другой. Его белая шерсть свалялась, где-то были вырваны целые клоки. Длинная морда вся покрыта кровью. Но, где мой оборотень? В ужасе сделала шаг назад. И волк бросился на меня. Упала на спину, придавливаемая огромным весом чудовища. Попыталась закричать, но не смогла. Перед глазами клацнула окровавленная челюсть.

– Вы все сдохнете…

– Миледи! – голос Агнес прорвался через пелену кошмара, – это я! Очнитесь!

Открыв глаза, увидела взволнованное лицо гувернантки, на котором сияла свежая царапина. Это я сделала? О нет! Закрыла лицо руками, восстанавливая дыхание. Откинула одеяло и увидела чистую белую сорочку. Значит, всего лишь кошмар. Но слишком реальный для простого сна. Ранее я видела будто бы собственное прошлое и знакомство с черным волком. Теперь этот белый. Такое чувство, что психика хочет что-то мне показать.

– Как себя чувствуете, миледи? – осторожно поинтересовалась гувернантка.

– Не знаю, – вспоминая весь ужас, что пришлось пережить за прошедшие сутки, тело бил озноб, – прости за щеку. Я думала, что за мной гонится чудовище.

– О чем Вы?

Взглянула на Агнес и остолбенела. Я же точно видела на ее лице глубокую царапину. Не подав вида, отвернулась. Огромные зубы, покрытые вонючей кровью, до сих пор стояли перед глазами. Но вдруг эту страшную картину сменила другая, реальная и от того еще более кошмарная. Как наш новенький дворецкий вонзает нож в бок Лео. В тот момент сердце чуть не остановилось. Однако затем Курт замолчал. В глубине души я знала, что Лео убил его. С трудом подавив панику, проглотив страх, встала с постели и направилась к трюмо. Сев напротив зеркала, ужаснулась. Под глазами сияли темные круги, белки испещряли лопнувшие сосуды. Кожа напоминала бумагу, губы потрескались. Неужели так повлиял стресс? Нужно срочно привести себя в порядок!

– Агнес, займись моими волосами.

Женщина взяла щетку и начала бережно расчесывать платиновые локоны. Я закрыла глаза от удовольствия. Когда-то давно так делала мама. Почему она перестала замечать меня, переложив воспитание на Агнес и других гувернанток? Но мысли вновь и вновь возвращались к Лео.

– Как мой оборотень? – спросила максимально сухо, – его рана…

– Он уже почти регенерировал, миледи, – Агнес взяла мои волосы в руки, затем рассыпала по плечам, – готово. Что-нибудь еще?

– Приготовь мне одежду, пожалуйста. Что-нибудь женственное. Хочу пройтись по территории.

– Одна? – спросила гувернантка, – я не думаю…

– Кажется, я просила принести мне одежду, а не спросила, что ты думаешь по этому поводу.

Склонив голову, женщина скрылась в гардеробной. Я же продолжала смотреть на себя в зеркало. Коснулась мертвого стекла пальцами. Неужели стану такой же как моя мать? Холодной, черствой, бесчувственной. Спустя пять минут гувернантка вернулась со стопкой платьев.

– Я рада, что Вы вспомнили о том, кем являетесь. Негоже наследнице Уайтберд носиться по особняку в рваных джинсах, – фыркнула Агнес, – и уж точно нельзя ночевать в доме взрослого мужчины.

Откуда она знает? Я внимательно вгляделась в жесткие черты гувернантки. Нет, точно видела царапину на ее щеке. Взгляд упал на собственные руки. Ногти кое-где отслоились, создавая неопрятный вид. Спрятала их в ткань сорочки. Внезапно дверь открылась, и в комнату влетела Грета с подносом.

– Леди Аниссе приказано принести завтрак! – провозгласила она.

– Грета, – не знаю, почему служанка меня так взбесила, – а теперь выйди и зайди нормально. Это моя спальня, а не базар.

Затем я снова уставилась в зеркало. Агнес выпроводила ничего не понимающую служанку. Она меня бесит. Ничего не могу поделать. После того как увидела их с Лео, мирно щебечущими около его хижины, видеть ее не могу. Раздался осторожный стук, и Грета тихо произнесла: “Миледи, я принесла завтрак”.

– Войди. И не бубни.

Она покорно протиснулась в открытую дверь и быстро разложила тарелки на небольшом столике с ножками.

– А теперь убирайся, – я не могла сдержать неприязнь.

Все, что касается Лео, вызывает в сердце яркий отклик. Не только позитивный, но и негативный. Служанка схватила поднос и вылетела из спальни. От одной мысли, что эта девка касалась моего оборотня, хотелось рвать и метать.

– Сначала позавтракаете? – спросила гувернантка, – затем уже прогулка.

– Я не голодна… – отрезала я.

– Но зачем тогда заставили Грету все это делать? – спросила Агнес.

– Она должна знать, как вести себя в нашем доме. Поведение этой девчонки переходит все границы. Хоть кто-то должен напомнить, что она всего лишь прислуга.

– Соглашусь, – сказала гувернантка, – какой наряд выберете?

Я остановилась на закрытом голубом платье с юбкой-плиссе. Достаточно легком, чтобы не запариться, но почему-то мне захотелось скрыть свои руки от посторонних, поэтому длинный рукав пришелся в самый раз. Честно говоря, все предыдущие дни казались сном. Аукцион, помолвка и даже Лео. Я надевала платье и не была уверена, что оборотень вообще существует. Было страшно выглянуть в окно и увидеть лишь безжизненную халупу, оставшуюся от нашего штатного егеря, а не ставший мне родным домик оборотня.

– Сегодня приедет доктор Роуз. Он бы хотел поговорить с Вами, миледи. – сказала Агнес.

– О чем?

– Он беспокоится о Вашем здоровье.

– Физическом или психическом? – вздохнула, позволяя Агнес расправить мое платье и собрать волосы в хвост, – ладно, пусть приезжает.

Надев легкие балетки, я спустилась вниз. Казалось, будто все слуги уже в курсе, что произошло вчера в том подвале. И смотрят с сочувствием. Так, Анисса, соберись! Не хватало еще, чтобы прислуга меня жалела. Я выпрямилась, надела свою любимую маску сдержанности и направилась к выходу. Свежий воздух придется как раз кстати. Впереди хлопнула дверь, и я остолбенела. Прямо мне навстречу шел Томас Винтер. На лице мужчины сияла довольная улыбка. Что этот человек здесь делает? Я же избавила его от необходимости проводить комиссию. Мужчина приблизился и слегка склонил голову.

– Рад, что встретил Вас, миледи.

– Сэр Винтер, – я смерила его холодным взглядом, – мой отец сейчас должен работать в кабинете. Попросите Бруно сопроводить Вас.

– Нет, нет. Я как раз к Вам! – сказал он, – мы можем поговорить наедине?

– Ко мне? Ладно. Пройдемте в библиотеку.

Любезничать с ним мне не хотелось. Наша книжная обитель, как любил говорить отец, примыкала к его кабинету. Там династия Уайтберд собирала свою знаменитую коллекцию бумажных книг. Сейчас все пользовались электронными девайсами, но раньше такой вид чтения был весьма популярен. Когда мы приблизились к изящной двери, сэр Томас толкнул ее, пропуская меня вперед.

– Я очень рад, что Вы не пострадали, – с напускной заботой произнес мужчина.

Честно говоря, этот человек никогда мне не нравился. Но так как он – друг отца, то должна вести себя подобающе. Я присела за стол, сэр Томас же стал рассматривать стеллажи.

– Как бы далеко ни ушел прогресс, старина все равно манит, не правда ли?

– Так о чем вы хотели поговорить?

– Хотел спросить о Вашем самочувствии и поздравить с поимкой преступника. Вы очень смелы, леди Анисса.

– Благодарю.

– И Ваш оборотень, – а вот мы и подошли к истинной теме разговора, – ведь прикрывал тылы, не так ли?

На что он намекает?

– Лео был занят моим личным поручением. Честно говоря, ситуация вышла из-под контроля по моей вине. Но он и правда сработал четко.

– Верно, – Винтер сделал вид, что внимательно рассматривает корешок старинной книги, – и ведь Вас чуть не убили. Раз Лео так радикально решил проблему.

Я захотела громко возмутиться, поскольку поняла, что он имеет в виду. Но вместо этого лишь сурово взглянула на собеседника. Да, Лео убил человека. И по закону имел на это право, только если моей жизни угрожала прямая опасность.

– Курт был не в себе, – строго произнесла я, – он ударил меня по голове, затем связал и утащил невесть куда. Лео чудом нас нашел. В него стреляли, безумный дворецкий размахивал ножом! Если бы не волк, я бы здесь сейчас не сидела.

– Миледи, я ни в коем случае не принижаю заслуги Вашего телохранителя. Просто интересуюсь.

– Если у Вас все, я, пожалуй, пойду, – поднялась, расправила юбку и направилась к двери, – выход сами найдете?

– Но я вот чего в толк не возьму, – Винтер будто впал в транс, продолжая рассматривать все ту же книгу, – почему Лео перегрыз бедняге горло в трех метрах от стула? Если дворецкий угрожал именно Вам, а не ему?

– Задайте все свои вопросы моему отцу. До свидания, сэр Томас.

Я вышла из библиотеки, сердце неистово колотилось, а руки тряслись от накатившей ярости. Пытаясь успокоиться, оперлась на массивную колонну. Винтер копает под моего оборотня. Чем ему так не угодил Лео? Стало противно и гадко, что эту ситуацию пытаются вывернуть в пользу сведения каких-то личных счетов. Всем плевать на мою жизнь. Главное, что Лео убил человека. Да – опасного психопата, но человека, а значит, его нужно наказать? Что за бред? Этот мир сошел с ума.

Я сорвалась на бег, забывая обо всех правилах приличия. Стало так страшно и одиноко, что, выбежав на улицу, сразу обогнула особняк и рванула в сторону домика Лео. Интересно, он там? Но вдруг дверь открылась и оттуда выпорхнула Грета, а следом за ней вышел мой волк. Рана была перевязана бинтом, он периодически хватался за бок. Я чуть было не бросилась к оборотню, но вдруг несносная служанка встала на носочки и поцеловала Лео в щеку. Гадость какая! В сердце словно воткнули острое лезвие. Развернулась и широким шагом направилась в противоположную сторону. На что я надеялась, если сама выхожу замуж? Лео – всего лишь мой охранник. Вдалеке послышался лязг ворот и громкий звук охранной сигнализации. На территорию въехал представительский “Мерседес”. Я остановилась, ведь знала, кто ездит на такой машине. Один из дворецких открыл дверь и мне на встречу вышла моя лучшая подруга.

– Люси! – я с трудом сдерживала радость, – когда ты вернулась?

– Анисса! – она бросилась ко мне, – я слышала о том, что случилось. Ты в порядке?

– Почти, – улыбнулась через силу, – слухи быстро расползаются.

Но куда больше меня волновала новоявленная парочка. Вот же бесстыдные! Перед глазами стояла картина, как эта несносная служанка трогает моего оборотня.

– Алло, земля! – Люси начала щелкать пальцами перед моим лицом, – поехали в город. Ты же теперь свободный член английского общества.

– Не думаю, что…

– Да ладно, тут недавно один знаменитый итальяшка открыл кафе-мороженое на главной улице. Тебе как раз нужно развеяться. Мы туда и обратно. Посидим, поболтаем.

– Ладно, – согласилась под напором лучшей подруги.

Люси всегда была пробивной. Она получила лучшее образование и стала подрабатывать в компании своего отца. Семья подруги относилась к “новой” аристократии. Дельцы, банкиры, люди искусства. В отличие от “стариков”, они были открыты ко всему новому, с готовностью подстраивались и принимали изменения, пусть даже негативные.

– Но в город мне можно лишь под охраной, – усмехнулась я, – Бруно!

Управляющий вежливо поклонился.

– Скажи Лео, чтобы через полчаса был готов к поездке в Бриджтаун и ждал у входа.

– Хорошо, миледи.

– Ну что. А мы пока попьем чаю, правда? – я подмигнула Люси.

Эта девушка была абсолютным светом. Она могла рассеять мое мрачное настроение, с чем бы оно ни было связано. Однако мои родители до сих пор не признавали в ее семье аристократов, так что запретили нам общаться. Точнее, это было решение моей матери.

– Как ты вообще вляпалась в эту ситуацию? – спросила она, когда нам накрыли небольшой чайный столик в гостиной.

– Долго рассказывать. Но ты все узнаешь! – я хихикнула.

– Ты точно в порядке? – спросила Люси.

– Конечно, а с чего ты взяла, что нет?

– Я недавно прослушала курс от одного из лучших практикующих психологов Англии, мистера Лоусона. Он рассказывал, что после тяжелых происшествий человек может даже не осознавать всю тяжесть нервного потрясения. И всплывает это в самый неподходящий момент.

– Предлагаешь мне пойти к психологу?

– Именно! Ты слишком спокойна для жертвы психопата.

Тем временем к нам подошел Бруно в сопровождении моего волка. Лео был одет с иголочки. Дорогой мужской костюм подчеркивал его красивую фигуру. Но перед глазами стояла картина, как Грета лобызает его щеку. Фу! Неужели я ревную?

– Ваш телохранитель готов, миледи.

– Так это и есть знаменитый альфа? – спросила Люси с горящими глазами.

– Да. Люси, познакомься с Лео – моей тенью вне особняка.

– И это он спас твою жизнь вчера? – подруга встала и подошла к оборотню, протягивая ему ладонь, – я Люси. Спасибо за твой труд.

– Лео, – он сухо пожал руку девушки.

Я почувствовала на себе его бесстыдный взгляд. Он блуждал по моему полностью закрытому платью, но все равно ощущала себя голой. Мне не нравится это чувство! Но вопреки разуму, тело охотно отвечало ему стремительно распространяющимся жаром и тяжестью между ног.

– Ну что, поехали? Диего как раз заряжен. Я его на весь день у отца забрала, – хохотнула Люси.

Подруга двинулась к выходу. Я же встала, нервно расправила юбку, боясь даже посмотреть на своего волка. Почему так стесняюсь в его присутствии?

– Как ты, милая? – от мягкого низкого голоса я занервничала и чуть не споткнулась, но оборотень поддержал меня за локоть, который тут же вырвала, – аккуратнее. Уверена, что готова к такой поездке?

– Не паясничай, – приказала ему, – кажется я просила не называть меня так!

– Что случилось в этот раз? – устало спросил мужчина.

Как только Люси скрылась за дверью особняка, я вспыхнула, гневно сверкая глазами.

– В этот раз? А ты каждой служанке в этом доме позволяешь облизывать свои щеки? – выпалила, мгновенно краснея.

Рядом с ним я теряю голову, не могу контролировать собственные чувства. Изнутри рвется что-то пугающее. Не хочу!

– Так ты ревнуешь, Нисса? – на лице мужчины растеклась гадкая улыбочка.

Как он меня назвал? Я развернулась и уже была готова зарядить сочную пощечину, как со второго этажа вниз с подносом стала спускаться Марджери. Ее взгляд прилип к нам. Вот еще не хватало! Выпрямив спину, зашагала к выходу. Наглец какой! Но признаться, томный голос, которым оборотень произнес мое имя, напрочь лишил покоя. До Бриджтауна добрались быстро. Мы с Люси постоянно болтали, а Лео сидел и явно скучал. Моя подруга порой бросала на охранника любопытные взгляды, но я была рада, что хотя бы она не прыгает на него, как озабоченная. Боже, откуда у леди такие мысли?

Выйдя напротив кафе с яркой вывеской “Mondo del Latte”, мы с подругой направились внутрь. Лео с Диего остались снаружи. Спустя пять минут, как мы с Люси сделали заказ, я глянула на улицу и увидела, что оборотень и водитель мирно разговаривают. Он умудряется со всеми найти общий язык. Как так? Пока ждали заказ, Люси рассказывала о своем путешествии в Ниццу. Честно говоря, я ей завидовала. Она много путешествует, изучает разных людей, их культуру, обычаи, особенности. Хотелось бы и мне выехать за пределы Англии.

– Ну так что, тебя можно поздравить? – вдруг спросила Люси, – будущая миссис Мосс. Почему не носишь кольцо?

Честно говоря, при мыслях о предстоящей свадьбе я каждый раз умирала. До боли в груди не хотелось выходить замуж за Грегори. Но что поделать, сама согласилась. Нацепив дежурную улыбку, уже хотела сморозить какую-нибудь глупость, как подруга сурово взглянула на меня.

– Ну вот давай только без этого! – она демонстративно надулась, – сейчас с этой мерзкой своей улыбкой начнешь нести ерунду. Что такое Анисса?

– Я его не люблю, – буркнула, пряча взгляд.

– Так, так, так! – выпалила Люси, – обычно женщины говорят подобное, когда их сердце уже занято. И кто он – твой серый кардинал?

Тем временем нам принесли мороженое. Подруга заказала большую порцию клубничного со сливками, я же остановилась на шоколадном муссе. Готова ли рассказать ей о своих чувствах к волку? Взгляд снова упал на Лео. Он выглядел расслабленным. Но и сама не понимаю, что к нему испытываю. Мне стало горько. Оборотням нельзя посещать общественные места, кроме специально обозначенных. Даже со своими хозяевами. Мне вдруг захотелось поделиться с ним мороженым, взять за руку. Но мы не можем. Нам нельзя быть вместе.

– Какие тут красоточки, – раздался сальный голос со стороны входа, – это мы удачно зашли.

– Точно!

Два неприятных мужчины направились к нам, затем нависли над столиком.

– Леди, не желаете ли принять в свою компанию двух одиноких мужчин?

Я почувствовала, как Люси напряглась. А внутри меня все будто замерзло. Страх сковал каждую клеточку, вытравив все мысли и не давая даже шевельнуться.

Внешне эти типы оказались еще более неприятными. Неухоженные тридцатилетние неудачники. Как такое быдло вообще сюда пустили? От них же за километр несет дешевым куревом и алкоголем. Я сморщилась.

– Ты смотри! – воскликнул один и плюхнулся рядом, – фифе не нравится мой запах. Так пахнет труд, девочка.

Его потная ладонь накрыла мою руку и сжала почти до хруста. Я вся сжалась, бросая умоляющий взгляд на улицу, но Лео там не было. Где же он? Сидящие вокруг люди будто не замечали, что к двум девушкам пристают эти озабоченные пьянчуги. Некоторые лишь посматривали с сочувствием.

– Не смей ее касаться! – выпалила подруга, но второй обхватил ее талию, – отпусти, мразь!

– Мы для вас недостаточно хороши? Пойдемте, девочки! Мы покажем, что в штанах у нас очень даже богато, – пробасил тот, что был ближе ко мне.

Оба заржали, и мерзкий пьяница потянул меня за руку. Я в панике дернулась, но мужская хватка оказалась слишком сильной. Даже не смотрела на его гадкое лицо. Да что им всем нужно от меня? Стало так страшно, что из глаз полились слезы. В голову полезли воспоминания о касаниях Курта. Помогите! Но вдруг огромная потная рука отпустила меня, и я мгновенно вскочила со стула.

– Отпусти меня! – послышался вопль “трудяги”, – мы же просто пошутили!

Послышался хруст, и пьяница заорал на всю кофейню. Обернулась и увидела Лео, крепко держащего его за руку. Водитель Люси отпихнул его товарища, тот не удержался на ногах и рухнул, сметая своей грузной тушей целый столик. Глаза моего волка окрасились в желтый, от него исходила энергетика разъяренного хищника. Оборотень взглянул на меня, будто спрашивая разрешения продолжить. Мужик испуганно хлопал глазами. Я испытала отвращение, граничащее с ненавистью. Как он посмел коснуться леди?

– Ты хоть знаешь, к кому полез, ублюдок? – прорычал оборотень, ломая бедолаге второй палец, затем третий.

Пока тот визжал, посетители кафе стали по одному покидать заведение. Никто не вступился ни за нас, ни за пьяниц, которые решили неудачно подкатить к девушкам. Почему все люди столь равнодушны друг к другу? Люси схватила меня за руку и потянула к выходу.

– Лео, пойдем, пожалуйста, – коснулась пальцами ткани его пиджака.

Все тело волка было предельно напряжено, я чувствовала жесткие мышцы его спины. Меня накрыла паника, я рванулась и обняла оборотня, прижимаясь к нему. Забыла про все нормы этикеты и приличий. Только рядом с ним я в безопасности. Люси ошарашенно смотрела на нас. “Трудяги” тем временем быстро выскочили из кафе.

– Уверена, милая? – Лео обернулся и взял мое лицо в руки.

В тот момент все вокруг исчезли. Границы стерлись, оставляя лишь его желтые глаза и мягкие губы. Я чуть было не сорвалась. Поднявшись на носочки, прижалась к шершавой щеке. Однако что-то внутри щелкнуло. Отпрянув, покраснела и вылетела из заведения. Какой стыд! Как только я оказалась на воздухе, паника стала отступать. Люси утянула меня в сторону. Подругу бил озноб, она ведь тоже сильно испугалась.

– Анисса, – взгляд выражал нескрываемый ужас, – ты влюбилась в своего оборотня?

Глава 16

Увидев, как пьяный ублюдок пристает к моей истинной, я чуть было не сорвался. Ее испуганные глаза клеймом впечатались в разум. Плевать на правила. Влетел в кафе и резко оторвал его сальную лапу от своей девочки. Она тут же спряталась за мою спину. Наслаждаясь, ломал пьянчуге один палец за другим. Его визг ласкал слух почти также, как стоны моей истинной во время первого оргазма. Диего вырубил второго и повалил его на пол. Людишки вокруг сразу разбежались. Ожидаемо. Когда недоделанные ловеласы рванули прочь, подружка Аниссы попыталась увести ее на улицу.

Водитель в этот момент решительно направился к слегка офонаревшему владельцу заведения. Моя девочка вырвала руку и прижалась ко мне. Что же ты со мной делаешь? Бросил суровый взгляд на Люси. Она развернулась и вышла из кафе, Диего последовал за своей леди. А я бы так стоял целую вечность, прижимая к себе трепещущее тельце гордячки. Осмотрел ее на предмет синяков или царапин. Клянусь, если хоть одну рану найду, догоню пьянчугу и отправлю на тот свет.

Путь назад мы проделали без происшествий. Анисса глядела в окно. Синие глаза будто остекленели и напоминали две ледышки. Ей страшно, безумно страшно. Такая нежная и совершенно неподготовленная к реальной жизни, моя леди впервые столкнулась с человеческой наглостью и жестокостью. Причем два раза подряд. Нужно сказать Агнес присматривать за ней. По крайней мере, пока Анисса вне моей зоны досягаемости.

– Миледи, Вы будете заявлять в полицию? – спросил водитель.

– Не думаю, что это имеет смысл, – вздохнула Люси, – вы с Лео вовремя подоспели. Я думаю, тот лысый еще нескоро сунет свои пальцы, куда не следует.

Ее слова вызвали у меня улыбку. Анисса же испуганно повернулась, встречая мой взгляд. О чем ты думаешь, милая? Хотел бы, чтобы моя девочка открыла свои мысли. Но пока рано. Да и захочет ли? Возможно, нам стоит серьезно обсудить то, что она чувствует. Правда с ней тяжело разговаривать. Вечно ерепенится и корчит из себя властную госпожу. Когда мы вернулись, навстречу выбежали гувернантка и мистер «редкие усишки». Они уже в курсе? Я уставился на подругу Аниссы.

– Не смотри на меня так, – она отвернулась, – я должна была поставить в известность ее отца. Знаешь, ты поступил очень самоотверженно. За нарушение закона оборотней карают жестче, чем людей.

– Я в курсе, – не нравится мне эта леди.

Вроде желает моей истинной добра, но что-то внутри не так. Червоточинка, не позволяющая расслабиться в ее присутствии.

– И будь осторожнее. Анисса – молодой неопытный тепличный цветочек. Если хочешь лишь развлечься, не трогай ее. Найди кого-нибудь другого.

О чем она говорит?

– Не понимаю, о чем Вы.

– Лео, я вижу, как вы друг на друга смотрите. Я знаю Аниссу с самого детства. Она мне как сестра. Никто и никогда в ее жизни не удостаивался таких горячих взглядов. Ты – взрослый мужчина, возьми на себя ответственность. Не хочу, чтобы она плакала.

Я вылез из железной консервной банки в весьма противоречивых чувствах. Черт разберет этих людей с их вечными эмоциями. Но за Люси я буду следить, мало ли. Вошел в особняк, затем осмотрелся. Вокруг сновали слуги. До Аниссы будто никому нет дела. Как много времени моя девочка бродила здесь совсем одна? Поднялся на второй этаж и тихонечко постучал в ее спальню.

– Войдите, – послышался голос гордячки.

– Привет, милая, – я вошел, остановившись на самом пороге, – ты как?

– Снова фамильярничаешь… – буркнула она, я же тихонько закрыл дверь.

– Ты зачем это сделал? – Анисса вскочила и подбежала ко мне, сжимая свои маленькие кулачки.

– Потому что у меня на тебя планы.

Она отшатнулась, затем мгновенно вспыхнула. Совершенно невинное создание. Воздух в комнате стал куда жарче. Или это у меня на нее такая реакция? Я сделал шаг вперед.

– Не приближайся, я кричать буду! – угрожающе прошипела гордячка.

Еще шаг и она снова испуганно попятилась.

– Я говорил, что тебе не стоит никуда сегодня ехать? – слегка рыкнул на свою наглую истинную.

– С чего ты решил, что можешь мне приказывать? – вскинула свой склочный подбородок.

– Отвечай на вопрос, милая, – я зарычал.

– Говорил, – пискнула она.

Так мы дошли до окна. Когда отступать стало некуда, милашка оперлась попкой на подоконник. Я сделал еще шаг, подходя вплотную и нависая над ней.

– Почему же не послушала взрослого дядю? – выгнув бровь, остановился в паре сантиметров от несносной леди.

– Потому что ты – моя собственность, а не наоборот! – выпалила она.

– Уверена? – я по-хозяйски положил руки на ее талию.

Ну что, гордячка моя, отступать некуда? Она испуганно глядела на меня, я же прошелся взглядом по ее платью. Оно мне сразу понравилось. Вроде бы совершенно закрытое, но позволяет разыграться фантазии.

– Что ты делаешь? – чувствовал, как Анисса пытается сдержать дрожь в голосе.

– Беру то, что хочу, – прошептал на ее ушко, затем цапнул за мочку.

– Остановись, – прошептала моя истинная в ответ, покрываясь мурашками.

– Неубедительно, – провел рукой вниз по ее бедрам к подолу и забрался под ткань, – тебе же нравится.

– Лео… – истинная быстро капитулировала под моим напором.

Здесь все располагает к веселью: дверь закрыта, кровать рядом и вряд ли кто-то ворвется в спальню к отдыхающей леди. Я ведь могу взять ее. Зверюга внутри зарычал в предвкушении.

– Нисса, – выдохнул, поднимая ладонь все выше, затем сворачивая к упругой попке.

– Мы не…

– Ты не хочешь? – в тот момент весь здравый смысл уже был напрочь сметен диким возбуждением.

– Нет, не хочу! – снова пытается сделать командный голосок.

– А если я проверю? – совсем легкое движение, и палец коснулся края ее трусиков, – это ведь совсем просто.

И снова этот аромат, ласкающий мой звериный нюх. Приятный, сладкий, цветочный. Я прижался губами к ее шее, вдыхая как можно глубже. Затем второй рукой подхватил свою девочку и усадил на подоконник, а сам встал между разведенных ножек.

– Знакомая ситуация, правда? – заглянул в ее глаза и не нашел там ни капли страха.

Моя леди рассматривала меня, томно прикрывая веки и соблазнительно облизывая губы. Едва заметное, легкое касание тут же переросло в ураган. Не могу быть аккуратным рядом с ней. Целовать Аниссу – словно наслаждаться самым сладким фруктом на свете. Я хотел ее всю. От громких стонов срывало башню. И это платье… между мной и ее лоном нет никакой преграды. Могу лишь сдвинуть трусики и сделать то, чего так яростно желаю. Но нет! Ее первый раз не должен быть таким. Однако подразнить эту несносную девчонку все же нужно. Стянул с себя пиджак и бросил на одно из мягких кресел. Затем принялся за рубашку.

– Можно я… это сделаю? – пролепетала Анисса, затем потянулась пальчиками к пуговицам.

Видел, как вздымается ее грудь, слышал колотящееся сердце. Я продолжал гладить ее бедра, наслаждаться мягкостью и женственностью. Эта девочка была самим воплощением красоты и нежности. И досталась такому животному как я. Какая ирония!

– Что-то не так? – смущенно спросила она, – почему ты так смотришь?

– Как?

– Не знаю, – она расстегнула мою рубашку и сдвинула ткань.

Ладони несносной леди легли на мою грудь. Да, маленькая, продолжай. Невинные и осторожные касания распаляли во мне желание, вынуждающее сжимать челюсти до хруста. Но я держался. Наблюдал за ее любопытными ласками. Анисса гладила мой живот, бока, затем ее пальчики коснулись ремня брюк. Конечно же, меня уже терзал каменный стояк, и она это видела. Словно завороженная, моя девочка попыталась расстегнуть пряжку, но я убрал ее руки.

– Еще рано, милая, – шепнул ей, – туда тебе пока нельзя.

– Что со мной? – она ловила мои губы, вынуждая целовать ее снова и снова, – я схожу с ума.

– Я расскажу тебе, – прошептал ей, – но сначала слегка накажу.

– За что? – она удивленно вскинула брови.

– За то, что не слушаешься. Огрызаешься и вечно лезешь на рожон, – прорычал, сжимая ее упругий зад, – ведь знаешь, что можешь пострадать.

– Рядом с тобой мне ничего не страшно, – пролепетала она.

Серьезно? Вот уж не думал, что моя гордячка может быть такой послушной. Ладно, наказание я отложу. Есть более серьезные вопросы. Снял ее с подоконника и подтолкнул к кровати, куда она покорно уселась. Я встал на колени прямо перед своей леди.

– Ты хочешь знать, что с тобой? – коснулся голой кожи ее бедер, – тогда расскажи, что чувствуешь.

– Это слишком стыдно, – она отвернулась.

– Я тебя уже видел голышом, милая, – прошептал, сжимая пальцы.

– Это смущает, не знаю, готова ли говорить о таком… с мужчиной. Неприлично как-то.

– Я жду, миледи, – сказал нарочито строго.

– С тех пор как ты у нас живешь, я места себе не нахожу. Мы ведь даже толком не общались! Не понимаю, что происходит. Чувствую себя очень странно.

– Как странно? – хотелось, чтобы она описала все свои ощущения.

– Я знаю, что мы с тобой совершенно разные. И не подходим друг другу, – снова этот высокомерный тон, – но стоит тебе оказаться рядом, и я… мне становится спокойно. Будто нахожусь под абсолютной защитой. Но одновременно с этим мое тело…

Анисса прикусила губу, затем отвела взгляд.

– Оно странно реагирует на тебя. Мне становится жарко, и хочется, чтобы ты касался меня. Но это неправильно! Мне не нравится это чувство. Оно отвратительно!

Что? Я молча поднялся на ноги, затем быстро застегнул рубашку. Значит, ей омерзительна наша связь?

– Знаете, что с Вами случилось, миледи? – одарил ее ледяным взглядом и направился к выходу, – передозировка высокомерия. Попробуйте быть проще.

Затем вышел из ее спальни. Сердце бешено стучало, злость зашкаливала. Ненавижу эту девчонку!

– Лео! – откуда-то издалека послышался голос Агнес.

Сам не заметил, как прошел весь бесконечный коридор и спустился в холл. Гувернантка непонимающе уставилась на меня.

– Все в порядке?

Честно говоря, ни черта не в порядке. Когда твоя истинная говорит о том, что чувства к тебе ей отвратительны, это больно. Но делиться ни с кем своими душевными страданиями я не намерен.

– Да. Что случилось?

– Лорд Уайтберд желает видеть тебя в кабинете. Как леди Анисса?

– Понятия не имею, – рыкнул, затем направился к большому боссу.

Толкнув дверь, быстро вошел. Уайтберд сидел за столом и что-то писал.

– Лео! – произнес он как-то слишком дружелюбно, – присаживайся.

– Постою, спасибо.

– Тебя уже подлатали после вчерашнего?

– Да, сэр.

– И сегодня снова защитил мою дочь. Я не ожидал, что ты окажешься настолько ей полезен. Все-таки Анисса – еще дитя.

Знал бы он, что его деточка ласкает себя в душе и ночует в доме почти незнакомого мужчины. Нет, Уайтберд, твоя девочка уже выросла.

– И я решил вознаградить тебя.

– Не стоит.

– Стоит, еще как стоит! – он выглядел довольным, – завтра с утра ты будешь сопровождать меня во время визита к генералу Ричарду Айсу. И сможешь проведать свою сестру.

Лори! С этой истинной чепухой я совсем забыл о том, что на самом деле важно. Моя маленькая сестренка сейчас страдает рядом с этим монстром. И завтра я хотя бы смогу убедиться в том, что она жива.

– Благодарю, сэр.

До вечера я не встречался с мелкой гордячкой. Честно говоря, не было никакого желания. Даже не знаю, почему ее слова меня так задели. Она ведь во всем права. Мы совершенно разные. Как небо и земля. И почему мать-луна так жестоко пошутила надо мной? В чем я так сильно провинился? Ближе к ночи, когда особняк Уайтберд стали освещать лишь уличные фонари, я вышел на подышать воздухом и взглянул на одинокое окно своей истинной.

Возможно, слишком увлекся и мне нужно было тратить силы на то, чтобы разорвать эту связь, а не приручать несносную леди. Отвратителен… эти слова она клеймом выжгла на моем сердце. Волк внутри жалобно скулил при одном только упоминании. Что ж, если наша связь тебе омерзительна, так тому и быть.

Наутро я быстро собрался и отправился к особняку. Уже на подходе увидел, как моя гордячка разговаривает с отцом. Подошел и сдержанно поздоровался, стараясь не смотреть на нее. Но заметил под ее глазами черные синяки. Она что, всю ночь не спала? Да и плевать. Пусть делает, что хочет.

– Готов проведать сестренку? – Уайтберд подмигнул мне.

– Да, сэр.

– Тогда поехали! Анисса, доктор Роуз уже в пути, иди в постель.

Чистая, идеально вымытая машина стояла у входа в особняк. Мне никогда не нравились эти представительские автомобили. Мертвые, бездушные. Давным-давно, будто в другой жизни у отца был пикап. Он даже дал ему имя – старичок. Наша семья искренне любила эту ржавую развалюху. Конечно, со временем пришлось сдать «старичка» в металлолом, но память о нем до сих живет в наших с Лори сердцах. Хотя бы потому, что тогда мы были счастливы.

Вдруг почувствовал, как кто-то тянет меня за рукав. Моя леди чуть не плача смотрела на меня. Я только сейчас заметил, что она выглядит болезненно и вся дрожит, кутаясь в шерстяной кардиган. От маленького тела исходил жар.

– Лео, мы можем поговорить? – почти прошептала Анисса бледными сухими губами.

Меня снова обуяла злость. В ушах зазвенели ее жестокие слова. Аккуратно освободил руку, затем развернулся и молча сел в машину. Не могу ее видеть. Несносная гордячка пренебрегла тем, что для оборотней священно. Конечно, ей не известно о связи истинных. Но незнание не освобождает от ответственности.

– Генерал живет в весьма живописной части Бриджтауна, – тараторил Уайтберд, а я чувствовал себя все хуже.

Наверное, можно было хотя бы сказать ей пару слов. Выглядела она очень плохо. Заболела? В груди до боли защемило. Пейзажи сменяли друг друга: васильковое поле, каменные джунгли и затем – элитный район города Ривер Авеню. Огромная широкая улица, по обе стороны которой натыканы особняки разной степени убогости. Дом Айса был самым последним. К нему также прилегала часть леса Гринстоун.

Конечно же, все эти дома скрывались за мощными сплошными заборами. Богатеи наивно полагали, что в случае народного бунта они защитят их шкуры. Дом Айса отличался от остальных. Двухэтажный просторный особняк из белого камня стоял в самом центре огромного зеленого сада. Как только мы подъехали, к нам вальяжно подошел дворецкий, подозрительно напоминающий Бруно. Их что, на одном заводе штампуют?

– Добро пожаловать в дом семьи Айс, – холодно произнес мистер «редкие усишки» номер два и повел нас через почти прозрачную дверь внутрь дома.

Конечно же, сразу в глаза бросилось чрезмерно вычурное убранство. Лепнина, огромные эркерные окна, антикварная мебель. Чувствовал себя совершенно чужим на этом празднике жизни. Но я должен увидеть сестру, поэтому придется терпеть. Уайтберд выглядел абсолютно расслабленным. Нас усадили в большой светлой гостиной.

– Ты мой охранник Лео, – сказал сэр Джеймс, – так что будь уверен в себе. Айс признает лишь силу.

– Понял.

Этот дом создавал весьма двоякое впечатление. В нем царила стерильная атмосфера, не позволяющая увидеть и почувствовать характер живущих здесь людей. Будто все вокруг – лишь бутафория. Зверь метался внутри меня, пытаясь понять, почему инстинкты кричат об опасности. Айс появился спустя минут пять. На нем был лишь домашний халат, волосы взъерошены, словно он только что проснулся. Увидев меня, генерал расплылся в довольной ухмылке. Врезать бы по его наглой роже как следует.

– Мой любимый альфа, – он прошествовал к софе, обитой алым бархатом, – ну как, устроился?

– Он на своем месте, – резко сказал Уайтберд, – уже дважды спас мою дочь.

– Наслышан, наслышан. Три дня прошло, а ты уже на хорошем счету у хозяина. Я же говорил тебе, альфа. Все к лучшему.

– Я бы хотел обсудить пару важных вопросов наедине. Это не займет много времени. А Лео пока пусть проведает сестру.

– Да, я помню. Лори уже готова к встрече с братом.

Что-то в его интонации мне не понравилось. Я почувствовал, как зверь внутри напрягся. А следом за ним, и мое тело. Айс вытащил из кармана мобильный и набрал чей-то номер.

– Мисс Браун, приведите Лори, пожалуйста.

Спустя минуту в гостиную вошла служанка в классической форме. А за ней семенила моя сестренка. Лори выглядела изможденной. Ее взгляд по-прежнему был стеклянным и ничего не выражающим. Она потеряла истинного. Захотелось обнять ее, но я лишь слегка улыбнулся. Мисс Браун была молодой женщиной с очень жесткими чертами лица. Она подтолкнула ко мне сестру, затем удалилась.

– У вас десять минут, – сказал Айс, – а мы пока поговорим в моем кабинете, Джеймс.

Когда они удалились, Лори подняла глаза и в ее взгляде мелькнуло какое-то чувство. Я сел с ней рядом, но сестра отпрянула.

– Лори, это я! Твой брат. Ты узнаешь меня? – аккуратно коснулся ее ладони.

Такая холодная. Они надели на мою девочку какое-то серое монашеское платье с белым воротником. Ее волосы были уложены. Но выглядела сестра в принципе нормально. Ни следа побоев. А ее состояние было легко списать на потерю истинного. Неужели моя Лори никогда не станет прежней? От этого сердце защемило с новой силой. Айс, ублюдок. Он ответит мне за всю стаю! За каждого оборотня. За страдания моей сестры!

– Лори… – выдохнул, пытаясь достучаться до родной души, затем просто обнял.

Так мы и просидели все отведенные нам десять минут. Затем ее увели. За все наше свидание она ни слова ни сказала. Моя малышка. Ладно я, но ей за что такие страдания? Когда мы уехали, Уайтберд не стал задавать вопросов. Но я знал, что этот человек беспокоится. Чувствовал, что ему можно доверять.

– Она потеряла истинного… – произнес, когда мы пересекли васильковое поле и въехали на территорию особняка.

– Понятно, – сказал сэр Джеймс, – мы ее вытащим. Но потеря своей пары… как она вообще выжила?

– Не знаю. Но спасибо за эту поездку.

– Эх, Лео. Я бы хотел сделать куда больше. Но мои руки связаны.

Добравшись до своей хижины, я сразу завалился на кровать. Плевать, что еще нет и полудня. Мне не хотелось ничего. Стеклянный взгляд Лори не давал покоя. Что-то не так. Вскочил и заметался из комнаты в комнату. Однако случайно сунув руку в карман нащупал шершавую бумажку. Что это? Достав, увидел листок, сложенный вчетверо. Быстро открыл записку и прочитал. Мое сердце похолодело, это был почерк Лори.

– Помоги мне, братик.

Глава 17

После вопроса Люси я впала в ступор.

– С чего ты взяла вообще? – усмехнулась, – он мне не ровня, какая любовь.

– Ну вот опять врешь! – выпалила подруга, – Анисса, ты совсем не умеешь лгать. И не пытайся. Может, с твоими родителями еще прокатит, но не со мной.

– Я честно тебе говорю! – не знала, как еще ее убедить, – он определенно меня волнует, но думаю, дело лишь в том, что Лео привлекательный мужчина. В нашем кругу таких немного.

– Ну-ну.

Всю дорогу назад старалась не смотреть на него. Не могу я любить этого наглого деревенщину! Мы совершенно из разных миров. По приезду сразу убежала к себе в комнату, быстро попрощавшись с Люси. Надеюсь, она поймет. Знаю, что пытаюсь скрыться от самой себя, но ничего не могу изменить. Однако Лео все же пришел. И я снова сорвалась. Тело откликнулось на его ласку. Почему мне постоянно кажется, что не я его хозяйка, а совсем наоборот? Его властный тон, не терпящий пререканий стягивает низ моего живота в тугую спираль. Руки, по-хозяйски поглаживающие и сминающие кожу, затуманивают разум.

Ненавижу это чувство! Будто отзвук, совсем крошечный, маленький. Но он есть, живет внутри меня. Сердце защищает его, словно едва пробившийся росток. Рядом с Лео я уже сама не хочу быть такой, как прежде. Но то, что открывает во мне оборотень, пугает слишком сильно. Пока не могу это принять. Сначала нужно понять. Короткие минуты рядом с Лео делают меня неуправляемой. Его тело, словно вылепленное по лекалам греческого бога, восхитительно наощупь. Я изучала крепкий торс, ныряя в эти чувства с головой. Затем что-то внутри зашептало постыдные и порочные вещи. Рука сама скользнула к его ремню, но оборотень резко отстранился.

А затем все пошло наперекосяк. Мой жалкий лепет, попытки объяснить ему свои чувства привели к очередной ссоре. После моих слов оборотень ушел, громко хлопнув дверью. От резкого звука вздрогнула всем телом. Оно и к лучшему… нет у нас будущего. Обедала я в одиночестве. Ковыряла серебряной вилкой овощной салат. Еда казалась безвкусной и пресной. Огромная столовая, шикарный стол и стулья из красного дерева, серебряная посуда – все это выглядело чересчур вычурным. Меня отчаянно тянуло в небольшую хижину, стоящую около нашего особняка. К нему.

– Миледи, Вам нездоровится? – ко мне подошла Марджери, – Вы плохо выглядите.

– Убери это, – отодвинула тарелку и попыталась встать, однако внезапно тело прошибла слабость, и я чуть не упала.

– Агнес! – позвала экономка, помогая мне сесть на стул.

Гувернантка прибежала спустя минуту. На ее лице отпечаталось беспокойство.

– У леди Аниссы жар, срочно звони Кэлу Роузу.

– Минуту.

– Со мной все в порядке, – попыталась оттолкнуть Марджери, но силы стремительно таяли.

Что происходит? Еще час назад я была совершенно здорова. В мыслях стелился туман, погружая их в непроглядную мглу и не давая возможности думать. Голова тяжелела. Агнес подбежала, затем сунула мне в рот градусник.

– Нужно измерить температуру. Роуз уже едет.

– Что могло случиться? – голос экономки рассыпался на осколки, не доходя до моих ушей.

Все окружение теперь казалось тусклым и бесцветным. Последнее, что помню, как предметы и люди завертелись перед глазами, словно карусель. А затем накатила тошнота, и я потеряла сознание.

***

Первое, что бросилось в глаза – это огромная и яркая луна. Ее лучи ласкали кожу приятной прохладой. Я встала и осмотрелась. Ноги утопали в тянущихся к небу голубых васильках. Дул свежий ветерок, слегка покачивая их крошечные головки. Вокруг парил приятный аромат, словно сотканный из ночной свежести. Он смешивался с ненавязчивым запахом цветов. Я сделала глубокий вдох и улыбнулась. Внезапно сзади послышался шорох. Резко обернулась и увидела волчицу.

Она гордо глядела прямо мне в глаза. Я же тонула в этом взгляде: теплом и полном любви. Почему мне кажется, что знаю ее?

– Кто ты?

Она повернула голову, словно не понимая вопроса, затем сделала шаг навстречу. Белая, красивая и величественная. Почему при взгляде на нее так щемит сердце? Вспомнила свой предыдущий кошмар. Яростный волк, покрытый кровью. Но это была не она. Волчица сделала еще два уверенных шага ко мне. Шерсть казалась почти голубой под густыми лунными лучами. Я протянула руку и робко погладила прекрасного зверя.

Присела с ней рядом и коснулась пальцами вытянутой морды. Она закрыла глаза и наклонила голову, чтобы мне было удобнее. С ней так спокойно. Слегка приподнялась и ткнулась в массивный лоб, обхватив шею. Шерсть белой волчицы была мягкой и шелковистой.

– Если это кошмар, пусть он длится вечно, – прошептала я, – не хочу возвращаться.

Почему-то именно сейчас чувствовала себя на своем месте. Волчица легла, положив большую голову мне на колени, затем прикрыла глаза. Я гладила ее по голове, словно маленькую девочку. А она казалась мне самой родной на свете. Пожалуйста, пусть этот момент не заканчивается никогда.

– Не противься, – послышался мягкий прозрачный голос в голове, – не отвергай истинного.

– Кого? – не поняла я.

– Ты знаешь…

Затем наша идиллия прервалась. Пространство вокруг стало искажаться, скручиваясь и извиваясь. Я старалась удержать то единственное, что было в этот момент дорого. Но волчица исчезла. А я снова оказалась лицом к лицу с жуткой окровавленной мордой раненого белого волка. Красные глаза пылали гневом, но сейчас я разглядела в них кое-что еще. Грусть и едва сдерживаемое отчаяние. Он подошел ко мне.

– Вы все сдохнете, – в голове пронесся грубый рык.

– Почему? – пространство снова начало меняться, но я хотела понять, узнать, – кто вы такие?!

***

– Кто вы?! – собственный крик разорвал горло, и я очнулась.

В комнате горел свет, а рядом со мной сидели Агнес и доктор Роуз. Мужчина повернулся ко мне и облегченно вздохнул, затем сложил руки на груди.

– Вы нас так напугали, миледи.

Постельное белье приятно прилегало к изможденной коже. Я почувствовала тошноту, а затем живот скрутило. Отравилась что ли? Тело все еще пылало, а в голову будто затолкали огромный кирпич.

– Что со мной? – прошептала, облизывая пересохшие губы.

– Я подозреваю переутомление и влияние сильного стресса, – сказал Роуз, – вынужден прописать Вам постельный режим. Приеду послезавтра. Агнес, если ей станет хуже – сразу звони. Список лекарств я оставил.

– Спасибо Кэл, – произнесла гувернантка.

– Где мои родители?

– Сэр Джеймс на конференции по проблемам экологии, а леди Уайтберд на показе мод, – когда врач ушел, мы с ней остались наедине.

Понятно. Как всегда, я здесь совсем одна. Мне нужно увидеть Лео! Попыталась подняться и чуть не упала с кровати. От бессилия хотелось все здесь разнести. Я должна узнать, о чем говорила волчица.

– Агнес, – произнесла в надежде, что гувернантка хоть что-то подскажет, – кто такой истинный?

Она застыла в дверях, удивленно глядя на меня. Но затем быстро взяла себя в руки и откашлялась.

– Сейчас я принесу Вам лекарства, затем мы это обсудим.

Сердце радостно застучало. Неужели Агнес знает? Каждая секунда ее отсутствия казалась вечностью. Я сделала еще пару попыток встать, но тело отказывалось подчиняться. Откуда такая слабость? Уже примерно лет пять не страдала ни простудой, ни другими недугами. Почему заболела сейчас? Когда гувернантка вернулась, она аккуратно развела мне средство против температуры, затем заставила выпить витаминный коктейль. Гадость редкостная. Но Роуз прописал, так что деваться некуда.

– Агнес, расскажи мне, – я взволнованно схватила ее за руку, – ты обещала.

– Позвольте только уточнить, – осторожно произнесла гувернантка, – откуда Вам известен этот термин?

Неужели придется сказать правду? Нет, не могу. Придется выкручиваться.

– От отца слышала, – буркнула я.

– И сейчас решили спросить меня? Почему сразу не уточнили у лорда Уайтберда?

Наверное, я бы покраснела, если бы и так не была вся пунцовая от высокой температуры. Но сжав губы, молча взглянула на Агнес. Хотелось ей все рассказать, но чувствовала, что не готова ни с кем этим делиться.

– Ладно, это Ваше право, миледи. Значит, истинная пара. Это понятие давно укоренилось в жизни оборотней по всему миру.

– Только оборотней? – осторожно уточнила я.

– Среди людей подобную связь часто называют настоящей любовью, или любовью до гроба. Но это все равно не то. Оборотни прочно связаны со своим божеством – матерью-луной. Считается, что именно она даровала им второй облик. И еще до рождения богиня выбирает каждому волку истинную пару. Того, с кем оборотень проживет свою долгую жизнь.

– Так что же это такое на самом деле?

– Истинная пара или рожденные друг для друга – волки, связанные особыми узами. Они чувствуют друг друга на совершенно ином уровне, нежели простые влюбленные. Эти отношения благословлены самой богиней. Истинной связи нельзя противиться. Никто не в состоянии отказаться от нее по своей воле. Существует предание, ошибочно причисляемое к творениям человека. Но его придумали древние прародители современных волков.

– Что за предание?

– Алой нитью связаны те, кто венчан матерью-луной. Эта нить может бесконечно растягиваться, скручиваться и деформироваться, но не разорвется никогда. Только если один из истинных погибнет.

Никогда не думала, что существует настолько глубокая связь. Неужели мы с Лео… быть не может! Агнес же сказала, что истинными могут стать лишь оборотни.

– А что случится, если связь все-таки разорвется? Например, если один из пары погибнет.

– Второй будет страдать всю оставшуюся жизнь. Такой участи не пожелаешь никому. Истинные берегут друг друга как самое большое сокровище. Умирает один – вскоре следом за ним последует и второй. Обычно так и бывает.

– И они никого другого не могут полюбить?

– Нет. Больше скажу, истинные испытывают отвращение к тем, кто проявляет интерес, отличный от дружеского. Волки просто не смогут завести новые отношения или изменить своей паре. Поверьте, миледи, оборотни куда вернее любого человека. Они никогда не коснутся другого, если связаны узами истинных.

И тут ко мне пришло осознание. Вспоминая неприятные и отталкивающие прикосновения Грегори, чувствовала, что начинаю понимать свою реакцию. Ведь если мы с Лео такая вот пара, то кроме него я никого и никогда не восприму. Но как же быть? Мы же не можем быть вместе. А вдруг…

– То есть, когда я обозвала Лео грязным животным… – размышляла я.

– Сильно его задели миледи. Оборотни очень чистоплотны в выборе пары.

– Но я не знала…

– Позвольте дать совет, – мягко произнесла гувернантка, – узнайте больше о жизни волков. Тогда Вы прекратите ругаться со своим альфой. И сможете добиться взаимопонимания. Попробуйте не пытаться сломать его волю, а подружиться с ним.

– Но у него скверный характер, – я надулась.

– Только у него? – хохотнула Агнес, – ладно, Вам нужно отдыхать. Не вздумайте бегать по особняку. Я прослежу, чтобы все рекомендации Роуза были выполнены. Чуть позже пришлю к Вам Грету с ужином.

– Не хочу ее видеть, – буркнула я.

– Тогда Марджери лично принесет еду. И обязательно все съешьте.

Она поднялась и расправила строгое черное платье. Но откуда Агнес столько знает об оборотнях? Когда гувернантка уже почти покинула спальню, я решилась задать провокационный, но самый важный вопрос.

– А человек может стать истинным для оборотня?

Она улыбнулась.

– Таких случаев пока не было зафиксировано. Люди разорвали свою связь с природой. Но я верю, что это возможно. Мать-луна любит всех своих детей одинаково. Даже тех, кто бродит во тьме.

Агнес как-то странно произнесла последнюю фразу. Словно она искренне верит в это божество. Когда гувернантка ушла, я посмотрела в окно. Мать-луна… неужели я и Лео – истинные? Сердце заколотилось быстро-быстро. Хочу спросить его обо всем. Ведь если это так, то я сегодня ударила по самому больному. Знает ли он о том, кто мы? Если оборотень в курсе, как же ему тяжело видеть мое равнодушие? Стало так стыдно, что чуть не сорвалась прямо к своему волку. Мысли сменяли друг друга, но постепенно усталость взяла свое. Я провалилась в тяжелый сон без сновидений. Признаться, хотелось еще раз погладить мягкую густую шерсть белой волчицы. Узнаю ли когда-нибудь, кто она такая?

С утра я чувствовала себя немного лучше и даже смогла встать с постели. Вопреки наставлениям врача, оделась, накинула любимый шерстяной кардиган и спустилась вниз. У входа увидела подготовленную машину отца. Папа давал Бруно последние указания.

– Дорогая! – воскликнул он, обнял меня и потрогал мой лоб, – ты зачем встала?

– Ни ты, ни мама вчера так и не зашли ко мне, – я демонстративно надулась.

– Прости, Анисса. Сейчас время неспокойное, я должен быть в нескольких местах одновременно. Но тебе нужно лежать. Сегодня позаимствую оборотня на полдня. А вечером обязательно зайду проведать тебя.

– Зачем тебе Лео? – почувствовала на себе пристальный взгляд и обернулась.

К нам шел мой волк. Пытаясь унять бушующие чувства, уткнулась носом в плечо отца. Захотелось вновь стать маленькой, чтобы не решать все эти проблемы. Особенно связанные с оборотнями. Вернее, с одним оборотнем, от которого сердце пускается в пляс. Лео, сможешь ли ты простить меня за вчерашние слова? Когда отец сел в машину, волк так взглянул на меня, что показалось, будто совсем рядом проплыл айсберг. Я еще никогда не видела в его глазах столько льда. Даже когда Лео стоял в кандалах на помосте, он смотрел на меня почти нежно.

Сама себя не контролируя, вцепилась в его рукав. Внутри насмерть сражались чувство собственного достоинства и непонятная мне дикая тяга к этому мужчине. Я должна извиниться, но в горло словно насыпали песка. Плотно сжала губы, не в силах вымолвить ни слова. Но вдруг увидела в его взгляде едва заметную печаль. Затем Лео вновь стал холоден. Вырвав руку, последовал за моим отцом, а я так и осталась стоять, кутаясь в серый шерстяной кардиган. Будто он мог укрыть меня от самой себя.

– Миледи! – Агнес выскочила на улицу, – у Вас постельный режим. Сейчас же вернитесь в спальню!

Мне и правда было очень больно, но вовсе не физически. Сражаясь с собой, я потеряла слишком много сил. Неужели с этой связью никак нельзя покончить? Все, чего желала – это сказать одно-единственное слово.

– Прости… – все-таки произнесла, пусть мой волк так и не услышал эти слова.

С трудом вернувшись в постель, получила знатный нагоняй от гувернантки. Почему без Лео весь мир кажется таким пустым? Как-то же я раньше жила. А сейчас все вокруг будто потеряло смысл. Вчера вечером он не пришел ко мне и наверняка сегодня не придет. Держалась изо всех сил, но терзающие душу чувства были слишком сильны. Сама не заметила, как расплакалась, подтянув колени к подбородку. Агнес будто понимала меня без слов. Она лишь молча сидела рядом и гладила мои волосы.

Казалось, что я тону, снова и снова испытывая удушающую тоску. Пальцы до сих пор ощущали жар его тела, а губы – сладость поцелуя. Пыталась заснуть, но лишь бродила между сном и реальностью. Стало безумно жарко и я скинула одеяло. На лоб легла ледяная повязка. Агнес? Слышала лишь обрывки фраз.

Врача… температура сорок и три… скорее…

Я что-то бормотала, а в голове стало совсем пусто. Металась по кровати не в силах найти хоть сколь удобную позу для сна. Не могла спать, но наяву чувства сжирали заживо. Вот бы сейчас оказаться на том поле с васильками. Вдохнуть нежный аромат полевых цветов и зарыться пальцами в шерсть моей… что? Я вдруг ясно поняла. Она пришла во сне, потому что мы с Лео – истинные. А если это и есть их богиня? Нет смысла бороться, ведь эта связь благословлена самой природой.

А вдруг мне так плохо, потому что сама пру против нее? Но эти спасительные мысли не могли пробиться сквозь стену сжигающего душу пламени. Не чувствовала собственного тела, будто парила где-то высоко. Слышала голоса родных, но не смогла разобрать ни слова. Я умерла? Однако резкая боль в висках вернула в реальность. Сжала зубы, почувствовав кровь на губах. Веки будто налились свинцом, но все-таки я смогла их приоткрыть. Лепетала что-то невнятное, и вдруг почувствовала знакомые прикосновения. Лео! Дернула рукой, чтобы найти его, хотя бы просто прикоснуться.

– Тихо, милая, ты слишком слаба, – прошептал он, а у меня на душе вдруг стало спокойно.

Ведь так и должно быть. Мы с ним – истинная пара, и я ничего не смогу этому противопоставить. Закрыла глаза, наслаждаясь родным голосом. Он обволакивал меня, проникая в каждый закуток сознания, успокаивая и расслабляя. Боль постепенно уходила, я наконец-то смогла сделать глубокий вдох. Температура спадала, и из-за этого тело покрывалось неприятным липким потом. Но мне было плевать.

– Не уходи, – прошептала, наплевав на все нормы приличий, – пожалуйста.

В тот момент было все равно, кто услышит эти слова. Ведь я для себя уже все решила.

Глава 18

Раз за разом я перечитывал записку от сестры. Трогал, разглаживал, осматривал вновь и вновь. Будто это могло дать мне еще хоть капельку информации. Но нет. Схватился за волосы, борясь с желанием разнести все в этой чертовой хижине. Лори… что же он делает с тобой? От одной мысли, что моей сестры касается такая тварь, как Айс, я рыкнул. Казалось, что от этого звука сотряслись стены. Чувствовал себя жалким и беспомощным настолько, что хотелось выть. Долго, протяжно и отчаянно. Одинокий волк, альфа без стаи. С размаху ударил кулаком в стену.

Как ни пытался сосредоточиться на сестре, перед глазами раз за разом вставала одна картина: умоляющий взгляд моей леди, такой маленькой, невинной и уязвимой. Когда только успела простуду подхватить? Я одновременно и ненавидел свою гордячку, и отчаянно жаждал ее коснуться. Токсичная смесь чувств грозила выжечь внутри меня все, что там еще оставалось. И когда умудрился так размякнуть? Пошел в ванную и сполоснул лицо ледяной водой.

Старался выбить ее из головы. Ведь нужно спасти сестру. Но что я могу? Зверь внутри скулил и скребся, словно пытаясь мне что-то сказать.

– Закройся, бесполезный, – прорычал я, – с этим ошейником мы ничего не можем. А склочная леди вряд ли еще хоть раз его снимет.

Внезапно раздался громкий настойчивый стук в дверь. Я почуял запах волчицы. Размашистыми шагами приблизился и рванул так сильно, что дерево затрещало.

– Чего тебе? – впустил Агнес в свое жилище.

– Леди Аниссе очень плохо, – сухо сказала она.

– Я причем? – рыкнул, раздражаясь от одного имени мелкой гордячки.

– Она мучается из-за своей тяги к тебе. Это становится опасным, альфа. Ты ей нужен.

– Ей нужна хорошая порка, – я уселся на стул, волчица же встала напротив.

– Не знаю, что между вами произошло, но твоей истинной нужна помощь.

Ох, как я бесился. Внутри текла раскаленная лава, готовая вот-вот извергнуться на первого попавшегося под руку. Знал, что бороться со связью нельзя, но не мог смириться. Мы с несносной леди никогда друг друга не поймем хотя бы потому, что она – наследница Уайтберд, а я – жалкий босяк.

– Моя сестра в беде, я должен помочь, – отрезал, намекая, что Агнес пора выметаться.

Но настырная волчица смотрела мне прямо в глаза.

– Просто так сдаешься? Леди Анисса – еще девочка. Она совершенно не понимает тебя. Ты – взрослый мужчина, ее истинный. Возьми ответственность, альфа.

Я вспомнил слова подружки моей леди. Все в этом доме предлагают бесправному рабу взять ответственность? Забавная вырисовывается ситуация. Подошел к Агнес и громко рыкнул на нее. Намеренно, желая указать на ее место. Я все еще альфа и рядовой оборотень не имеет права так со мной говорить. Она сразу покорно опустила голову. Но я чувствовал что-то еще. Будто между нами рождалась связь. Агнес становилась моей бетой, причем очень быстро. Сделал шаг назад.

– Я понимаю, насколько она может быть несносной. Но твоя истинная пытается из-за страха и непонимания разорвать связь изнутри.

– Что? – я не понимал, как такое возможно.

– Она душит ее, не дает мыслить здраво. И девочка боится. Ее болезнь – реакция тела на попытки отвязать себя от тебя.

– Она настолько меня ненавидит, – я устало плюхнулся на любимый стул, затем взъерошил волосы.

– Нет, – отрезала Агнес спокойно, – она просто никогда ни к кому не испытывала влечения. Возможно, ты был слишком настойчив. Знаю, что говорила обратное, но к леди Аниссе нужен особый подход. Научи ее быть твоей истинной. Тогда она примет тебя, альфа.

С этими словами гувернантка удалилась.

– Стой! – я взглянул на нее, – так ты бета?

– В своей стае я была изгоем, – улыбнулась она, – потому и ушла. Но сейчас вижу в тебе настоящего вожака, за которым пойду куда угодно. Так решила кровь. И мать-луна.

Она оставила меня размышлять в одиночестве. Если гордячке настолько паршиво, то я должен быть с ней рядом. Неужели несносная леди и правда так сильно напугана? Чего пугаться? Отдалась бы мне и все. Я усмехнулся, вспоминая ее мягкую кожу, женственные изгибы и восхитительный аромат. Ничего милая, я тебя приручу. Поднявшись, надел ненавистный костюм и направился к своей девочке. Снова иду к ней, как верный пес. Чего бы она ни сказала, как бы ни больно ни сделала – я приду. Анисса – моё проклятье и благословение.

Даже несмотря на жестокие слова, ее образ успокаивал мысли. Я хотел эту девчонку. Ничего не изменилось. В особняке висела напряженная атмосфера. Поймал за руку мистера “редкие усишки” и спросил в чем дело.

– Леди Аниссе совсем плохо, – сокрушался Бруно, – доктор Роуз считает, что из-за нападения и стресса. Но разве такое бывает от простого испуга?

– Что с ней? Конкретнее.

– Высокая температура, бред. Она постоянно говорит что-то невнятное и вся горит. И как назло, ни лорда, ни леди сегодня нет в особняке.

Да что же это такое? Их дочь так сильно заболела, а им плевать? Я сам не заметил, как взлетел по лестнице и подбежал к спальне своей леди. Агнес сидела у постели и вытирала пот с ее лба. Гордячка металась по кровати, тонкие пальчики сводило судорогой, она хватала ими ткань белья, чуть не разрывая ее на части.

– Одумался? – спросила гувернантка, затем смочила повязку, – все очень плохо.

Я сел на постель и взял свою истинную за руку. Меня сразу обдало жаром. Бедняжка.

– Как же тебе тяжело, – прошептал, касаясь пылающего лба, – и все из-за меня.

– Люди отвергают природу, – вздохнула гувернантка, – это их наказание. Рвать истинную связь нельзя. Вот итог.

– Она просто не знает. Но боги, как же с ней тяжело говорить, – маленькая леди сжимала мою ладонь, но кожа стала прохладнее.

Неужели…

– Уже лучше, – улыбнулась Агнес, – не думала, что столкнусь с подобным. Человек и альфа – истинные. Чудеса творятся вокруг.

– Да уж, а мне-то как весело.

– Лео… – прошептала моя леди сухими губами.

Захотелось прильнуть к ним, окрасить в сладостный цвет поцелуя. Она вся вспотела, от моей истинной исходил дикий аромат, который я вдыхал, не в силах остановиться. Ее не поили таблетками, запах не был испорчен химией. Я чувствовал только ее тело. Чуть было не бросился на гордячку и не принялся обнюхивать.

– Ты что-то говорила про волков на севере? – срочно нужно было отвлечься.

– Да, их трое. Я чувствую, что они подбираются ближе. Тянутся к тебе и желают создать стаю.

– Но откуда здесь оборотни?

Она лишь пожала плечами.

– Лорд Уайтберд курирует секретный проект по восстановлению нашей популяции. На него работают талантливые ученые. Сейчас сэр Джеймс планирует создать сыворотку, маскирующую ген Ви без последствий для оборотня.

– Скрываться… отличный способ, – прорычал я.

– Другого пока нет, – сказала гувернантка, – и сейчас он пытается найти единомышленников. Однако рабы-оборотни – очень выгодный бизнес. Там крутятся миллиарды фунтов. Возможность замаскировать себя позволит волкам занять определенные должности. Попасть во власть и суметь повернуть ситуацию в свою пользу.

Нисса сдавленно застонала. Температура стремительно снижалась, но она все еще не приходила в себя. Я ни на секунду не отпускал ее руку.

– Ты веришь ему? – внимательно взглянул в глаза волчицы.

– Да, – сказала она твердо, – и тебе советую.

– Опять начинаешь? Мы еще не стая, а ты еще не бета.

– Кровь решила иначе, – хохотнула Агнес.

Я впервые увидел, как она смеётся и был искренне восхищен. Изгоям тяжело. В стае таким волкам нет места, они скитаются как отшельники, затем умирают в одиночестве. Но эта волчица не сдалась. Возможно, нам было предначертано встретиться. Попытался встать, но пальчики моей леди вцепились в руку, раздирая кожу ладони до крови.

– Не уходи… – шептала она, – пожалуйста.

– Еще рано, – сказала гувернантка, – пойду сменю воду. Только не вздумай тут хулиганить. В любой момент может войти кто-то из слуг.

Как только она ушла, я навис над сопящей гордячкой. Ее красота сводила меня с ума. Приник носом к шейке и лизнул соленую кожу. Придется набраться терпения, чтобы с ней сладить. Но оно того стоит. Я осмотрел ее тело в тонкой сорочке, из-под которой просвечивались округлости моей девочки. Не удержался и сжал упругую грудь. Она громко застонала.

– Значит отвратителен? – усмехнулся, наблюдая, как под тканью выступает гордый сосочек.

Я желал еще раз вдохнуть любимый аромат кожи, такой особенный и притягательный. Почувствовать ее вкус на губах.

– Ты сама попросишь меня, милая, – шепнул на ее ушко, затем снова сел рядом.

Когда Агнес вернулась, Нисса уже нормально дышала. Не знаю, с чем это связано: с моим присутствием или с тем, что девочка наконец-то смирилась. Но леди мирно спала, при этом не отпуская мою ладонь. Это опасно, если вдруг кто-то зайдет сюда, проблем не оберешься. С трудом отцепил ее пальчики и встал.

– Думаю, с ней все будет хорошо, – сказала вошедшая Агнес, – мне нужно ее переодеть. Иди по своим делам, альфа.

Эх, я бы посмотрел и даже помог. Усмехнулся сам себе, но выполнил просьбу волчицы. Вернулся к себе домой, снял чертов костюм и растянулся на кровати. Все-таки джинсы и майка – по-настоящему комфортная одежда. На душе стало значительно легче, словно яркое солнце развеяло мрачные грозовые облака. Так, мне нужно кое-что проверить. Ткнул пальцем в ошейник в надежде понять, смогу ли снять его самостоятельно. Устройство отреагировало, лишь когда прикоснулся к нему отверткой. Мощный разряд неприятно сковал мышцы, я стиснул зубы от боли. Ясно, значит дело дрянь. А что если…

Вышел из хижины, затем огляделся. У Шона была дурацкая привычка появляться из ниоткуда. Но “шара” рядом не оказалось, так что я двинулся к дырке в заборе. Если в волчьей форме пролез, то и человеком выберусь. Поднапрягся и втиснул свою задницу в эту дыру, затем вылез на противоположной стороне. Серебро сковывало все волчьи чувства. Я пытался вдохнуть полной грудью, однако легкие больно покалывало. Устройство запульсировало, неприятно вибрируя. Сделав несколько шагов, ускорился и побежал босиком по первозданному лесу. Но инстинкты притупились, не позволяя насладиться в полной мере.

Вдруг ощутил чье-то присутствие и резко остановился. Я знал, что они здесь. Оборотни, о которых говорила Агнес. Если вздумают напасть, мне даже защититься нечем. Вот черт. Сжал зубы, но не двинулся с места. Из-за ближайших деревьев показались два больших волка и маленькая волчица. Они не мигая смотрели на меня. Первый, самый крупный, совсем черный и покрытый густой шерстью, вышел чуть вперед.

– Здравствуй, альфа, – произнес он, – рад встрече.

Остальные поклонились, выставив вперед одну лапу. Я сжал руки в кулаки, ожидая подвоха откуда угодно.

– Мы долго искали тебя, – мягко произнесла волчица.

– Зачем? – прорычал я.

– Волкам нужна стая, без нее мы все погибнем, – произнес здоровяк, – а настоящих альф почти всех отловили. Кого-то прикончили сразу, а кто-то десятками лет отрабатывает свободу. Потом идет на эксперименты в лаборатории Винтера.

– Я причем?

– Наша кровь бурлит, потому что мы чувствуем зов. Твой зов.

– Я сейчас немного не в форме. Поищите кого-нибудь другого.

– Мы многое можем, – сказал третий волк с ярко-рыжей шерстью, – мы обучены и знаем, что происходит на самом деле.

Я внимательно осмотрел незваных гостей. Черный выглядел неплохо: груда мышц и чистой силы. У волчицы ухо было разорвано до основания, а морду покрывали глубокие шрамы. На боку рыжего я увидел длинную отметину. Что с ними случилось?

– Мы – единственные, кому удалось сбежать от Винтера, – сказала она, – думали, что нам конец, но обосновавшись в этом лесу, вдруг почувствовали зов.

– Не отвергай нас! – взмолился рыжий, – не теперь, когда у нас появился шанс выжить! Мы будем тебе полезны…

– Видели волчицу на берегу речки, – отозвался черный, – она с тобой?

– Да, – сказал я.

Какая, к черту, со мной? Но эти оборотни… тощие, раненые и уставшие. Им необходимо в кого-то верить. Что же, пусть это буду я. Раз уже свезло быть альфой. Вот только проблем у меня мало, чтобы вешать на себя еще и ответственность за этих троих? Вспомнил свою погибшую стаю. Сердце отчаянно заныло. Себастьян, Мэй и остальные не заслужили такой смерти. И как альфа, я ответственен за их гибель.

– Где вы живете?

– Где придется, – сказала волчица, – меня зовут Сюзан. Этот черный здоровяк – Кайл, а рыжий – Мэтью. А ты…

– Лео, – коротко произнес я, – здесь неподалеку есть всеми забытая хижина. Местный лорд не пускает охотников в эту часть леса, так что можете обосноваться там хотя бы на время.

В глазах всех троих мелькнула искренняя благодарность. Я с самого рождения воспитывался как будущий вожак. Хотел того или нет. Но смерть стаи ударила по самому больному – самолюбию альфы. Готов ли взять на себя ответственность за других оборотней? И главное – имею ли на это право? Но все равно этим бедолагам нужно где-то жить. Повел их за собой. Когда мы дошли до той самой хижины в лесу, сердце екнуло. Здесь я чуть не потерял свою склочную леди.

– У вас одежда есть? – спросил, когда все трое разом обернулись.

Человеческие тела выглядели не лучше, только теперь их шрамы не скрывала шерсть. Сюзан – молодая девушка, будто бы и не стеснялась моего присутствия. Миниатюрная брюнетка с длинными струящимися волосами ниже ягодиц с любопытством осматривала жилище.

– Пыльно, грязно, но все можно исправить, – сказал Кайл, играя мышцами.

Он поднял один из шкафов и оттуда вывалились бумажные книги.

– Ого! – рыжий взял одну в руку.

– Нет, нам надеть нечего, – потупилась волчица, – мы слишком много времени провели в этом облике.

– Ладно, достану чего-нибудь, – буркнул я, понимая, что снова начинаю думать за всех.

Как же раздражает. На лицах оборотней читалось истинное восхищение. Зверюга внутри меня напомнила, что неплохо было бы что-нибудь съесть и снова наведаться к истинной. Какой же он навязчивый. Интересно, когда я наконец трахну свою гордячку, это чудище ненасытное угомонится? Ответом мне было недовольное рычание.

– Альфа, спасибо! – Сюзан поклонилась, – мы не подведём тебя.

– Я еще ничего не решил. Прикройся уже.

– Простите, – она засмущалась.

– Значит так. Разберитесь в этом свинарнике, я попробую достать вам одежду и что-нибудь из еды. На рожон не лезьте, к особняку на пушечный выстрел не подходите. Охотьтесь лучше ближе к реке.

– Ясно, – сказал Кайл, – мы благодарим тебя за оказанную помощь. Надеемся, что твоя кровь ответит на наш зов.

Но пока я не чувствовал ничего. Мне совершенно не хотелось снова взваливать на свои плечи бремя ответственности. Мало того, что на шее это адское устройство, так еще и истинная оказалась совершенно неуправляемой. Не хватало еще начать укреплять кровные связи с новой стаей. На первый взгляд эти оборотни казались потерянными и несчастными. Им нужно отдохнуть и поспать. Я знал, каково это – постоянно быть начеку и вздрагивать от каждого шороха. Угрозы от них не исходило.

– Попробую достать свечей, подушек и одеял. Но ничего не гарантирую. В этом доме я сам на птичьих правах.

– Спасибо.

– Хватит уже спасибкать. Я еще ничего не сделал, – с этими словами покинул хижину и двинулся обратно.

Вот еще геморрой на мою голову. Но бросить их я просто не мог. В такое время не имею права оставлять себе подобных на произвол судьбы. Нужно найти Агнес и узнать, что мы можем. У нее в этом особняке куда больше возможностей. Темнело. Сумерки стремительно опускались на особняк Уайтберд. Я принял душ, затем вышел на крыльцо. Меня сильно тянуло к наглой леди. Хотя бы одним глазком взглянуть на нее, почувствовать спокойное и ровное дыхание. Я ведь не представлял, что истинная связь может быть столь губительна. Никто из оборотней никогда не пытался разорвать ее. А эта девочка… права была волчица. Она оторвана от природы, не умеет слушать ни душу, ни тело. Знает, как должна себя вести, но не понимает, кем хочет быть на самом деле. В ее окошке горел тусклый свет. Хочу туда! Ноги сами двинулись по направлению к особняку. Плевать на Бруно и на остальных, хочу увидеть свою истинную!

Но к моему счастью, слуги уже разошлись по постелькам. Отлично. Проскользнув через служебный вход, я максимально тихо прошмыгнул в единственную дверь, соединяющую крыло для слуг и главные помещения. В холле горел свет, а в гостиной тихо кто-то переговаривался. Я различил голоса родителей Аниссы. Явились… поднявшись в ее спальню, тихонько приоткрыл дверь. Горела настольная лампа, одиноко стоящая на тумбочке рядом с моей леди. Закрыл зверь на ключ, затем подошел к гордячке. Она тихо посапывала, платиновые волосы разметались по подушке. Аккуратно убрал с румяной щеки шелковую прядь.

– Рад, что ты в порядке, – поцеловал ее в лоб.

Она приоткрыла глаза, затем попыталась завизжать, но я закрыл рот леди ладонью. Что-то во взгляде Ниссы изменилось. Убрал руку, и она бросилась мне на шею. Что за…

– Лео… – шептала, прижимаясь ко мне, – ты пришел. Прости меня, за те слова, я не знала…

– Тшш, милая. Забудь. Все в порядке.

– Нет. Я видела сны, – лепетала гордячка, – и поняла, что не могу тебя больше отвергать. Пыталась изо всех сил, но в итоге проиграла.

Не выдержал и накрыл ее губы своими. Моя девочка охотно ответила на поцелуй. Я ощутил, как мысли истинной постепенно раскрываются передо мной. Смогу ли вторгнуться туда и узнать больше? Черт! Самоконтроль был утерян, и я придавил ее к постели своим телом. Не могу больше терпеть! Хочу эту наглую девчонку!

Глава 19

Близость тела Лео вызывала внутри яркий шквал чувств. Я четко помнила удовольствие, которое испытывала каждый раз в моменты его прикосновений. Оборотень нависал надо мной, но больше не вызывал страха. Знала, что он меня никогда не обидит. Странное ощущение теплилось внутри. Значит, я была рождена для него? То есть, этому мужчине преднамеренно выпали такие испытания? Сердце защемило, хотелось обнять Лео еще крепче. Утонуть, раствориться в нем.

– Милая, – от его шепота во мне разгоралось пламя такой силы, что даже испугалась.

Хотелось чувствовать его каждой клеточкой тела. Чтобы этот оборотень касался меня, прижимал к себе. Чтобы он был во мне. Хоть и не знаю, каково это – спать с мужчиной. Но теперь уверена – именно этот несносный волк станет моим первым. От жарких поцелуев голова шла кругом, разум затуманивался, отдавая всю власть надо мной инстинктам. А они кричали о безумном неконтролируемом желании.

– Я хочу тебя, – прошептала, сжимая пальцами ткань его рубашки, пока Лео покрывал поцелуями мое лицо.

– Не искушай меня, – прорычал он, спускаясь ниже.

Я потянулась и расстегнула воротник ночной рубашки, заманчиво приоткрывая грудь. Мужчина выгнул бровь, на губах заиграла улыбка. Он вдыхал меня, закрывая глаза и явно наслаждаясь. Этой части тела он уделял особое внимание.

– Почему ты меня нюхаешь? – от такого неприкрытого бесстыдства стало не по себе.

– Потому что я животное, милая, – шептал он, постепенно спуская ткань ночнушки и открывая все больше, – и дышать тобой – самое большое удовольствие.

– Только дышать? – выдохнула, провоцируя мужчину на более активные действия.

– Не только, – окончательно оголив грудь, оборотень отстранился.

Его взгляд бродил по мне, вызывая желание прикрыться. Настолько порочным он был. Непривычно, стыдно, безумно возбуждающе. Руки волка коснулись рукавов ночнушки, затем он быстрым движением сорвал их, скатывая ее на моей талии. Я машинально закрыла грудь, краснея до кончиков ушей.

– Не надо, – Лео мягко убрал мои руки, заводя их за голову, – дай мне посмотреть на тебя.

Но я стеснялась. И ничего не могла поделать. В голову лезли мысли о том, что это все неправильно. Я – леди, а он – мой слуга. Однако было еще кое-что. Когда я глядела на своего оборотня, чувствовала, что не одна в своих мыслях. Лео продолжал хитро улыбаться, затем провел пальцем по ложбинке между моих ключиц. Выдохнула, ощущая растекающееся по телу приятное чувство, концентрирующееся между ног. Машинально сжала их, чтобы избавиться от наваждения, но желание стало еще ярче.

– Ах, – закрыла глаза, пытаясь совладать с ним.

– Не бойся, – услышала в голове голос Лео, – все, что ты ощущаешь – нормально.

Подняла голову и взглянула в его глаза. В них блестел игривый огонек. Оборотень вновь опустился к моей груди и обхватил ее руками. Провел ладонями вокруг, очерчивая контур. Каждое касание отзывалось внутри меня тянущим чувством.

– Мягкая, – прошептал мужчина, касаясь языком соска.

От вспыхнувшего удовольствия я застонала. Хотелось еще и еще.

– Лео… продолжай… – было стыдно, но я себя не контролировала.

– Как скажешь, милая, – волк сжал пальцами второй сосок и приник к нему губами.

Его язык творил со мной что-то невероятное. Я извивалась, стонала и выпрашивала еще. Лео давал мне много, даже слишком. Пока он терзал мою грудь, незаметно устроился между моих ног, вынуждая их раздвинуть. Где-то на задворках сознания мелькнул страх. Но его быстро смело растущее возбуждение. Оборотень снял с себя рубашку, затем снова приник к моей груди. Навязчивое ощущение между ног становилось невыносимым. Но я не знала, что делать дальше. Неужели… то самое? Рука мужчины легла на мое бедро и начала медленно двигаться вверх, к самому сокровенному.

– Моя, – шептал он в перерывах между покусываниями сосков.

Чувствовала тяжесть в груди, появившуюся от его животной ласки. В каждом движении сквозило собственничество, доказательство силы. Я была трофеем. Всецело принадлежала этому оборотню. Альфа… его мужская сила поглощала мою женственность, питалась ей, делала еще сильнее и мощнее. Лео опустился ниже, целуя мой живот. Он прошелся вдоль талии, затем опустился еще ниже. Внезапно в голове вспыхнула похабная картина и я попыталась его остановить.

– Что ты делаешь? Зачем… туда… – бормотала, пока он по-хозяйски задирал подол ночнушки до самого живота, – не надо…

– Восхитительный аромат, – произнес оборотень, приникая носом к моему паху, – хочешь кончить, милая?

От его слов внутри все сжалось. Кончить? Я закусила губу, вспоминая, как ласкала себя в душе. И как хотелось завершить эту муку. Но что он планирует? Каким образом… ах! Пальцы оборотня коснулись промежности, проводя по чувствительным губкам. Все мысли мгновенно испарились.

– Влажная, горячая. Позвольте ублажить Вас, миледи, – прорычал Лео и приник губами к самому чувствительному месту.

Боже, как же приятно. Узел внизу живота становился все туже. Дыхание сбилось, я заметалась на кровати, но мужчина крепко держал бедра. Его методичные, размеренные ласки заставляли меня стонать в голос. А вдруг кто услышит? Плевать! Я хочу этого. Пальцы оборотня аккуратно погрузились в мою плоть, слегка раздвигая ее. Он будто нарочно касался стеночек, давил на них, вызывая настолько яркие чувства, что они полностью поглотили реальность. Ощущение, что мужчина лижет меня там, внизу, заставляло сердце колотиться, смешивая стыд и темные развратные мысли в незабываемый и яркий коктейль эмоций.

– Вкусная, – продолжал издеваться Лео, отстраняясь от влагалища, облизывая влажные бедра.

– Не уходи… – рукой нашла его голову и вцепилась в волосы, возвращая к центру своего удовольствия.

– Чего ты хочешь, милая? – голос оборотня стал еще ниже, – скажи.

– Кончить… дай мне, – бессвязно лепетала, все глубже проваливаясь в пучину желания.

Мне было мало. Знала, что хочу ощутить этого мужчину в себе. И сейчас, лежа на постели с раздвинутыми ногами, была готова позволить наглецу все, чего бы он не пожелал. Он покорно вернулся к моей дырочке и раздвинул губки, приникая к самой чувствительной точке. Именно там сосредоточилось все желание. Никогда не думала, что подобный разврат так прекрасен. Видеть своего мужчину внизу, чувствовать его жажду и постепенно подходить к наивысшей точке наслаждения. И вот, едва заметное движение его языка и внутри меня разверзлась бездна.

Ни с чем не сравнимое удовольствие растекалось по телу. Я продолжала прижимать лицо оборотня к своей пылающей промежности. Он же исправно продолжал ласкать меня. Как только хватка ослабла, Лео снова навис надо мной. Его взгляд говорил о весьма конкретном намерении.

– Я хочу тебя трахнуть, милая, – прорычал, затем впился в мои губы.

От собственного аромата голова шла кругом. Так странно было чувствовать на его языке солоноватый вкус смазки. Тело все еще продолжало дрожать, не в силах остановить поглотивший меня оргазм. Так долго и сладко. Хочу еще!

– Лео, – пробормотала я, – сделай это. Пожалуйста…

Однако мужчина лишь плюхнулся рядом и уложил мою голову на свою грудь.

– Когда-нибудь обязательно. Но пока с тебя хватит, милая.

Я ощущала его выравнивающееся дыхание. Однако поднять глаза было стыдно. Ведь фактически предложила ему себя. Но неловкость быстро прошла, когда он приподнял мой подбородок, заглядывая в глаза.

– Не подумай ничего, – голос мужчины звучал очень серьезно, – просто ты не готова. Я безумно тебя хочу, но первый раз не должен быть таким.

– Лео, – все, что я могла, это бормотать заплетающимся языком.

Он гладил меня по голове, обнимал и казалось, будто я погрузилась в мягкий кокон, сотканный из любви и заботы. Обняла его в ответ, чтобы отдать хоть капельку этого тепла. Хотелось провести вечность в его объятиях. Мой Лео. Уткнулась носом в твердую грудь, затем прикусила кожу.

– Нисса, я ведь не железный, – прохрипел оборотень, проведя пальцами по моей груди, – так бы и съел тебя.

Я хихикнула. А ведь раньше не понимала всего этого кокетства. Находясь в обществе, не могла понять, почему многие леди так откровенно предлагают себя. И ведут себя развязно, не стесняясь обнимать и целовать своих мужей. Кажется, теперь понимаю. Потому что оторваться от этого волка означало пасть в самые глубины ада.

– Расскажи о себе, – я прижалась еще крепче, чувствуя, как напрягается сильное тело оборотня.

– Что именно?

– Хочу знать о тебе все. Где ты родился, как жил. А еще… расскажи об истинных как можно больше.

– Милая, – он усмехнулся, затем поцеловал меня в макушку, – ну слушай.

От его низкого голоса голова шла кругом. Я внимательно впитывала все, о чем волк рассказывал. Как жил с семьей на далеком фьорде, как их выгнали из родного дома. Он сказал мне о сестре, запертой в одном доме с настоящим монстром. Сердце сжималось от мысли, что люди вот так просто решили отнять жизнь у тех, кого не понимали. Не заметила, как моя рука спустилась ниже, к его брюкам. Я изучала крепкий пресс, а затем расстегнула ремень.

– Хочу сделать тебе хоть что-нибудь приятное, – шепнула ему на ухо, – позволь мне.

– Нисса, ты хулиганка, в курсе? – однако в этот раз Лео не стал отстраняться.

Я нащупала кое-что твердое и сразу покраснела. И о чем только думала? Ох, как же стыдно! Но он накрыл мою руку своей и направил прямо к своему члену. Почувствовала пульсирующий возбужденный орган и обхватила рукой. Поначалу мужчина указывал путь, настраивал ритм, но постепенно я взяла инициативу на себя. Укусила оборотня за мочку уха, продолжая массировать его внизу. Тяжелое дыхание демонстрировало, что я на верном пути. Волк притянул меня к себе и поцеловал: глубоко, страстно, вышибая воздух из легких.

– Быстрее, милая, – прошептал, глядя на меня желтыми глазами, – что же ты со мной делаешь…

Я подчинилась, все интенсивнее лаская его, подводя к долгожданной разрядке. Лео зарычал мне на ухо, сильно хватая и сминая мою грудь. Спустя миг почувствовала на ладони его горячее семя. Вдохнула и ощутила терпкий мужской аромат. Так вот как оно пахнет. Между нами больше не было ни стыда, ни неловкости. Потянулась к своей прикроватной тумбе и достала пачку салфеток. Улыбнулась собственным чувствам.

– Развратная леди, – выдохнул волк, – ты так и не дала мне рассказать до конца.

– Но тебе же понравилось? – я желала услышать о его удовольствии.

– Конечно, – сказал он, – твоя ручка очень нежная и мягкая. Но есть и другие места, которые я бы с радостью попробовал.

Оборотень провел пальцем по моим губам, приоткрывая их и проникая внутрь. Я облизала его, до конца не понимая, что значил этот жест. Но мои глаза предательски закрывались, и Лео встал с постели.

– Тебе нужно отдыхать. Я приду утром.

– Но ты обещал рассказать мне про истинных! Не уходи, – хныкала я.

Мужчина усмехнулся. Как же он прекрасен, когда улыбается. Залюбовалась им в свете молодой луны. Все-таки оборотня легко можно отличить от человека. В нем чувствуется стать, гордость и чувство собственного достоинства даже несмотря на то, что мой волк скован ошейником. Но теперь я четко знала, что избавлю его от этого гнета. В лепешку разобьюсь, но помогу оборотням.

– Я все тебе расскажу. У нас куча времени впереди.

Когда он уже открыл дверь моей спальни, я вдруг почувствовала удушающую тоску.

– Лео! – позвала его еле слышно, – я не хочу выходить за него… не смогу.

– Я знаю, – успокаивающе произнес оборотень, – все будет хорошо, милая. Спи.

Я вырубилась почти мгновенно. Чувствовала, будто парю на невесомом облачке, тону в нежной и воздушной колыбели. Но моя болезнь не прошла бесследно. На протяжении четырех дней я лежала в постели, не в силах встать и даже пройтись по комнате. Лео навещал меня каждый день после заката. Сначала мы бросались друг на друга, а после долгих и откровенных ласк валялись в постели, болтая обо всем на свете. С ним было очень легко. Оборотень слушал меня, постоянно расспрашивал о моем детстве. Обещал никогда больше не бросать одну. И я верила ему.

Несколько раз зашел отец. Он извинялся, что сильно занят, но обещал исправиться. Мать наведалась лишь однажды. Уточнила, когда я смогу принять сэра Грегори. Честно говоря, после принятия того, что начало открываться во мне с появлением оборотня, она стала вызывать у меня неприязнь. Агнес вела себя странно, в последние дни моя гувернантка вообще изменилась. Стала задумчивой и уж больно услужливой. И вот, спустя почти неделю я наконец-то вышла из своей комнаты. Все эти дни мне не давал покоя рассказ Лео о Лори. Очень хотелось с ней познакомиться. Нужно помочь сестренке своего оборотня.

Гувернантка в это утро снова принесла завтрак.

– А что с Марджери? – уточнила я, наслаждаясь восхитительным ароматом французского омлета “Пуляр”.

– Она уехала по делам особняка, – сказала она.

– Агнес… – начала я, – эта сорочка никуда не годится.

С каждым днем мне хотелось выглядеть сексуальнее. Я знала, что Лео бы не прочь видеть меня голой, но все-таки нужно соблюдать минимальные приличия. Срочно нужны новые вещи! И помощь Люси. Агнес странно смотрела на меня, когда я пыталась выбрать себе наряд. Почему-то вдруг сильно озаботилась тем, как буду выглядеть. То есть конечно, я всегда старалась быть безупречной, но теперь это стало важным лично для меня. Хочу быть красивой для своего истинного.

С огромным трудом выбрав платье, надев изящные туфельки на небольшом каблуке, распустила волосы.

– Миледи, я понимаю, что вы сейчас влюблены, но…

Я испуганно уставилась на нее, на щеках вспыхнул румянец. Неужели так заметно?

– О чем ты? – постаралась сохранить лицо.

– Я знаю о вас с Лео, – вздохнула гувернантка, – и буду хранить вашу тайну. Но прошу, постарайтесь не вызывать подозрений.

– Ох, – присела на пуф трюмо, – я и не подумала об этом.

– Вы очень изменились буквально за пару дней, – сказала она с улыбкой, – он изменил Вас.

– Это так, – не могла понять, как общаться с этой женщиной, – Агнес, я прекрасно знаю, что мой мобильный прослушивается. Ты можешь достать мне чистое устройство?

– Да. К обеду добуду.

– Спасибо.

Я спустилась вниз, все еще чувствуя слабость во всем теле. Но мне хотелось улыбаться. Совершенно без причины. Поздоровалась с ошалевшим Бруно, затем направилась в библиотеку в надежде застать там отца. Срочно нужно вызволять Лори из лап Айса. Этот человек мне никогда не нравился, как и Винтер. Было в нем что-то отталкивающее. Дверь оказалась приоткрыта, я подошла и услышала жесткий голос матери. Остановилась, прислушиваясь внимательнее.

– Нет, Томас. Я ничего не нашла.

– …

– Пока нет. Ты приедешь сегодня? Джеймса не будет еще два дня.

Внутри все похолодело. О чем они говорят?

– Конечно рада. Буду ждать тебя в условленном месте.

Я не сразу взяла себя в руки и лишь услышав цоканье каблуков по полу, рванула на выход. Сердце бешено колотилось, все органы сжались, вызывая тошноту. Неужели моя мать изменяет отцу? С Винтером? Она точно говорила с ним. Нет, это невозможно. Только не ледяная королева Агата Уайтберд!

– Анисса! – послышался сзади голос матери, от которого ноги мгновенно одеревенели.

Развернулась, натягивая на лицо улыбку.

– Рада, что тебе лучше. Но не стоит бродить по улице в столь коротком платье. Что подумают слуги? – она подошла ко мне впритык и осмотрела с ног до головы, – сейчас же иди переоденься. Я приглашу сэра Грегори проведать тебя. Уже решила, когда готова выйти за него? Долго тянуть не стоит, такая партия обычно не залеживается.

– Мне нужно обдумать это, мама, – сдержанно произнесла я.

– Думай быстрее, иначе мы с отцом примем решение за тебя. Через час будь готова к приезду жениха. Ах да, завтра приедет врач, удостовериться, что ты здорова и взять необходимые анализы.

Смерив меня недовольным взглядом, она направилась в дом. Я забыла, как дышать. В ее присутствии всегда теряю дар речи. Хотелось многое сказать, но язык будто прилип к нёбу. Эта свадьба не должна состояться. Взяв себя в руки, прошлась по территории, вдыхая свежий воздух и аромат цветов. К сожалению, клумбы выглядели неопрятно, ведь Отто погиб. Я застыла, глядя на серую невзрачную хижину, в которой жил садовник. Его тело отправили семье. На похороны ездил мой отец. Вздохнув, двинулась обратно в особняк.

Все счастье как дождем слизало. Я чувствовала себя птицей в золотой клетке, у которой есть всё и нет ничего. Даже не могу выбрать себе мужа. Эх, если бы получилось отмотать время назад, то не согласилась бы на предложение Мосса. Тем временем меня нашла Агнес. Гувернантка вручила коробку с мобильным.

– Поручение выполнено, миледи, – сказала она.

– Отлично. Спасибо, – сказала я, пряча его в складках юбки, – распакую в комнате.

Оказавшись в спальне, первым делом перенесла в новое устройство контакты. Интересно, Лео уже выдали телефон? От одной мысли об оборотне тучи на душе развеялись. Он не бросит меня на произвол судьбы. Я ему верю. Набрав номер Люси, стала терпеливо ждать. На том конце раздался писк, а затем суровый голос подруги.

– Да?

– Люси, это я.

– Анисса? А что за номер?

– Новый взяла, непрослушиваемый.

– Ничего себе. Ну ты даешь, – подруга хихикнула, – как твое здоровье?

– Уже лучше. Слушай, мне нужны новые вещи. А еще нам надо поговорить…

– Ура, шоппинг! Тогда я выезжаю! – заорала она мне в ухо.

– Нет, погоди. Сегодня мой жених приезжает, давай ближе к вечеру. Погуляем по ночному городу.

– Ты уверена? – в голосе Люси послышалось сомнение.

– Абсолютно. С нами будет мой охранник.

– Твой сексапильный оборотень? – томно прошептала подруга.

– Да…

– Отлично! – снова завопила она, – тогда ждите нас с Диего часов в восемь.

Я положила телефон и подбежала к окну. Лео возился с фасадом своей хижины. Залюбовалась его стройным телом и вновь ощутила жар вожделения. И почему он решил, что я не готова? Прикусила губу, представляя, как проведу в его компании весь оставшийся вечер. Мне лишь нужно пережить короткое свидание с Грегори.

Глава 20

Болезнь моей истинной затянулась на целых четыре дня. Я не мог смотреть, как ей тяжело даже встать с постели. Попытка разрыва связи обернулась настоящей неприятностью. Но пока был свободен от обязанностей телохранителя, смог заняться своими новыми знакомыми. Агнес удалось достать три комплекта постельного белья, старые вещи слуг и различные бытовые мелочи: свечи, газовую плитку, даже туалетную бумагу и влажные салфетки.

Я немного расширил лаз, чтобы не застревать каждый раз, когда мне нужно в лес. Постепенно привыкал к устройству на шее. Каждое утро бегал к реке, чтобы наполнить себя силой леса, а заодно поддержать физическую форму. Пусть и не на полную катушку. Перед глазами постоянно стоял образ истинной. После нашей первой игры всю ночь не мог заснуть, словно влюбленный подросток. На губах все еще остался вкус моей девочки. Я вспоминал ее томные стоны, доверчивый взгляд и маленькие пальчики на моем члене. Черт, снова стояк.

Но кое-что не давало покоя. Предстоящая свадьба Аниссы. Грегори Мосс с каждым днем вызывал все большую неприязнь. Нужно как-то его устранить, либо забрать свою истинную. Не позволю другому ее касаться. Никто не имеет права даже смотреть на мою гордячку. Она моя. Невольно зарычал, мгновенно вызвав панику у местных птиц и зверьков. Хотелось поохотиться, чтобы сбросить накопившееся напряжение. Накануне сложил все, что собрала Агнес в небольшую сумку и сейчас тащил к оборотням. Сам того не желая, чувствовал, что между мной и этими сиротками растет связь стаи. С нашего первого контакта они были готовы к этому. А я?

Добравшись до печально известной хижины, прошелся по периметру, проверяя, не осталось ли капканов. Не нашел ни одного. Оборотни уже вовсю обустраивали жилище. Сюзан создала внутри какое-никакое подобие уюта. Волчица по-прежнему щеголяла голая, но очень обрадовалась подаренному Агнес платью. Кайл ремонтировал сваленный в углу шкаф, а Мэтт сидел и читал книги. Что ж, каждому свое. Как альфа, я понимал, насколько важно правильное распределение обязанностей. И стае нужны не только сильные оборотни, но и умные. Планировщики, исследователи, дипломаты – раньше требовались все, поскольку стай было много и постоянно велись войны за территорию. Сейчас нас почти истребили, поэтому особой ценностью являются самые сильные. Таким был Кайл. Уверен, что троица выжила благодаря его инстинктам.

Я плюхнул сумку на восстановленную кровать.

– Спасибо, альфа, – здоровяк подошел ко мне, я слышал его мысли.

В душе поднималось забытое чувство. Ответственность за стаю, желание защитить слабых. А я ведь еще даже не успел оплакать тех, кого потерял. Видимо мать-луна распорядилась иначе, послав мне этих бедолаг. От судьбы не уйдешь. Вздохнул, размышляя над тем, как быть дальше. Но как назло в голову лезли мысли об истинной. Она вообще затмевала собой все мои проблемы. Мягкая, гладенькая во всех местах, ммм… но внезапно почувствовал легкое касание к ошейнику и машинально перехватил тонкое запястье Сюзан, сжимая его почти до хруста. Низко зарычал, наступая на волчицу. Она попятилась, падая задницей на пол и опуская глаза.

– Никогда не смей так делать, – угрожающе навис над девушкой.

После того как Нисса приняла меня, любое чужое прикосновение вызывало отторжение. Сюзан сжалась в комок, пряча взгляд.

– Поняла меня? – присел напротив и подал руку, помогая подняться.

Волчица испуганно кивнула. Остальные не пришли ей на помощь, лишь стояли и хлопали глазами. Даже несмотря на ошейник, кратно уменьшающий мою силу, я все еще альфа. И моя мощь не только физическая, но и психологическая. Кровь дает власть над ними. Но, как и в любом сообществе, в стае вожаку необходимо заслужить уважение. Запугивать этих несчастных я не намерен, но указать на их место обязан. Во избежание дальнейшего непонимания.

– Я могу снять это, – сказал рыжий оборотень, – если позволишь.

Подпустил его ближе, позволяя осмотреть ошейник. Он какое-то время изучал его, периодически касаясь и что-то бурча под нос.

– Я работал инженером-электронщиком, пока все это не началось, – сказал Мэтт, – эта модель конечно современная, но чипы тут старые. Думаю, смогу взломать его.

– Нет, – отрезал я, – не смей к нему прикасаться.

– Но почему? – удивился Кайл, – мы могли бы сбежать. Это такой шанс.

– А дальше что? – мое терпение стремительно таяло, – скитаться, жрать отравленную дичь? Вздрагивать от каждого шороха? И сдохнуть либо от заражения, либо попав в лабораторию Винтера?

– Но мы не можем вечно жить здесь, – сказала Сюзан, – Лео, мы могли бы…

– Нет, – отрезал я, – у меня здесь еще дела есть. И планы на Уайтберда. Хотите уйти – скатертью дорожка. Держать не буду.

– Ты знаешь, что мы останемся с тобой, альфа, – подал голос Мэтт.

– Тогда не задавайте дурацких вопросов. Распаковывайте вещи и отдайте сумку. Верну ее владелице.

– А когда мы познакомимся с той черной волчицей? – вдруг спросил бородач.

Его заинтересовала Агнес? Я ухмыльнулся.

– Скоро.

Добравшись до своей хижины, я помылся, затем вышел на улицу и снова погрузился в развратные фантазии, глядя на окошко истинной. Ничего, милая, совсем скоро заберу твою девственность. Однако внезапно почувствовал скрытую агрессию совсем рядом. Резко развернулся и увидел Грегори Мосса, уверенным шагом направляющегося в мою сторону. Зверь внутри яростно зарычал, но я быстро его заткнул. Что хлыщу здесь нужно? Ах да… он же ее жених.

– Лео, – Мосс протянул мне ладонь, но я ее проигнорировал, – хорошо выглядишь.

Как же хочется перегрызть его глотку. Пустить кровь тому, кто считает себя хозяином моей девочки. Уровень ярости почти достиг максимума. Ошейник стал неприятно покалывать кожу. Это слегка отрезвило. Ощутил легкий запах страха, зарождающегося в этом человеке. Рядом со мной любой должен бояться. Потому что я зверь, животное, хищник. А люди – жертвы. Ни когтей, ни зубов. Без своих железяк не способны ни на что.

– Не хочешь общаться? Ладно. Тогда я перейду сразу к делу. Мне очень не понравилось, что ты подверг Аниссу опасности. Моя невеста могла погибнуть.

Невеста… от этих слов я заскрипел зубами. Чертов хлыщ. Мосс был ниже меня и более худощавым. При желании можно было бы одним движением свернуть его хилую шейку. Сжал руки в кулаки и выпрямился. А он наоборот, съёжился, хоть и пытался казаться суровым лордом. Ничтожество.

– Надеюсь, что до нашей свадьбы ты больше так не ошибешься. А потом я заберу Аниссу к себе, а тебе найду нового хозяина, – он ехидно улыбнулся, но едва заметная дрожь в голосе выдавала страх.

На моем лице не отразилось ни единой эмоции. Но стальная маска, скрывающая гнев, начинала стремительно плавиться. Я не отдам свою истинную.

– Ты меня понял, оборотень? – спросил хлыщ.

Я лишь кивнул, играя желваками. Он похлопал меня по плечу, присвистнул и направился к особняку. Неужели приехал навестить маленькую леди? Значит, планирует забрать ее себе, а меня перепродать, как ненужный пылесос? Что же, вызов принят. Только вот вряд ли моя маленькая гордячка теперь подпустит к себе этого заносчивого банкира. Я усмехнулся. Анисса моя. Так решила мать-луна. Но ноги все равно понесли меня к особняку. Нужно проследить за ними, удостовериться, что моя девочка в порядке. Что-то внутри подсказывало, что Мосс может попытаться ей навредить.

Не успев подойти, увидел Аниссу, вышедшую под руку с этой сволочью. Сжал зубы, неистово сражаясь с желанием подбежать и размазать мозги хлыща по красивому белому камню, которым была вымощена дорожка. С огромным трудом сдержал себя, лишь незаметно двинулся за ними. Интуиция вопила об опасности. Только сейчас заметил, что Анисса двигается очень нервно. Ей явно некомфортно. Надела совершенно закрытую одежду, словно защищаясь от своего жениха. Моя милая леди. Для меня Нисса прекрасна и в мешке из-под картошки. Мосс вел ее к лабиринту. Даже отсюда я чувствовал, как он возбужден. Гадость.

Спокойно, нельзя совершать глупостей. Это навредит моей леди. Но она боялась его. Я это чувствовал. Когда они пропали в глубинах лабиринта, пришлось подключить нюх несмотря на сопротивление ошейника. Старался двигаться незаметно, все инстинкты были обострены до предела. Вокруг стояла умиротворяющая тишина. Но вдруг услышал шевеление справа.

– Нет, я не хочу! – взвизгнула Нисса, – Грегори, отпустите!

– Все хорошо миледи, мы все равно скоро станем супругами, – томно шептал хлыщ.

Мой взор мгновенно заволокла алая пелена. Зарычал и бросился к ним. Мосс вжимал мою девочку в колючий куст, пытаясь прилепиться к ее губам. Она изо всех сил сопротивлялась, но хлыщ был куда сильнее. Я схватил его за шкирку и отволок от Ниссы, жестко швыряя на пыльную землю. Она нырнула за мою спину, прижимаясь личиком к рубашке. Чувствовал дрожь, сотрясающую тело моей истинной.

– Вы ведете себя неподобающе, – прорычал, еле сдерживая желание разорвать этого недоумка на месте, – прошу покинуть территорию особняка. Или я буду обязан доложить лорду Уайтберду.

– Анисса, – Мосс состроил страдальческую гримасу, – простите меня. Ради Бога, я не хотел…

– Уезжайте! – она боялась даже выглянуть из-за моей спины.

– Хорошо… мне жаль, – проигнорировав меня, хлыщ засеменил к выходу из лабиринта.

Развернулся к своей девочке. Она дрожала и прижималась ко мне. На щеках блестели слезы. Взял ее личико в ладони и поцеловал. Нисса была очень напряжена, но в моих объятиях стала расслабляться.

– Что он сделал? – спросил в перерывах между поцелуями.

– Попытался меня поцеловать, но я… – она прикусила губу, – не смогла подпустить его. Грегори, он… пугает меня, Лео.

– В каком смысле?

– Он настойчив, – прошептала она, – слишком. Не принимает отказов. Я боюсь этого человека.

– Больше не подпущу его к тебе, – прижал гордячку к себе.

Оставшуюся часть дня я метался, не находя себе места. Агнес пришла ближе к вечеру, принесла несколько упаковок мяса для оборотней. От волчицы не укрылось мое состояние.

– В чем дело альфа? – спросила она, присаживаясь рядом.

– Анисса… сегодня Мосс попытался силой ее поцеловать. Напугал до слез. Я чуть не разорвал ему глотку, – рыкнул, вспоминая испуганный взгляд своей истинной, – но запретить этому ублюдку к ней приближаться я не могу.

Инстинкты твердили, что должен защитить свою леди. Как угодно, даже если придется ее украсть. Утащить и спрятать. Схватился за волосы, раскачиваясь вперед-назад.

– Я слышала, он настаивает на скорой свадьбе, – сказала Агнес, – слуги талдычат об этом уже пару дней. Но лорд Уайтберд категорически против. А вот мать леди Аниссы…

– Она словно хочет побыстрее избавиться от дочери, – сказал я, – но разве любящая мать может так себя вести?

– Жизнь аристократов делает многих черствыми и жестокими, Лео. Леди Агата – не исключение. Она думает, что желает дочери счастья, но не понимает, как сильно ее душит.

– Я должен забрать свою истинную, – вскочил со стула и стал нервно мерить шагами комнату.

– Куда? Пока нам не выжить вне особняка. Леди Аниссе придется самой оттягивать эту свадьбу. Пока ее отец не найдет выход.

– Однажды мы уже доверяли людям. Ты знаешь, чем это кончилось. Нет, я буду действовать.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Меня тошнило от сочувствующего взгляда волчицы. Чувствовал себя беспомощным. Неужели и правда не могу защитить свою гордячку от посягательств того, кто ей противен? Глубоким вечером ко мне постучался Бруно. Мистер “редкие усишки” сообщил, что леди Анисса собирается по магазинам с подругой. И конечно же, я должен ее охранять. Бруно добавил, что дресс-код свободный. Ну слава богам! Быстро собравшись, направился к выходу. У дверей уже стоял черный “Мерседес”, а рядом с ним курил Диего. Увидев меня, мексиканец широко улыбнулся.

– Лео! – водитель Люси прилип ко мне с объятиями, но я не стал его отталкивать, – рад видеть.

– И я, – буркнул, затем увидел свою девочку.

Анисса выглядела совершенно обычно, но казалось, будто ее тело соткано из лунных лучей. Белая кожа, платиновые волосы и голубые глаза цвета полевых васильков завораживали. Я вдохнул ее аромат, который слегка терялся на фоне легких цветочных духов. Надо будет сказать, чтобы не брызгала на себя эту дрянь. Она с благодарностью смотрела на меня, а я любовался ее красотой. Люси шла рядом и казалось, что подругу Ниссы совершенно не интересуют наши переглядывания. Нужно быть сдержаннее. Но длинные ножки моей леди в коротких шортиках вызывали неконтролируемое слюноотделение. И снова весь вечер буду отгонять от нее похотливых мужиков. Вздохнул, забираясь в машину.

– Поедем в самый центр, – сказала Люси, – там вас никто не знает. Думаю, сможете вести себя, как обычная влюбленная парочка.

Что? Выгнув бровь и увидел, как моя истинная покраснела с головы до пят. Она настолько доверяет своей подруге?

– Не смотри на меня так, – отрезала та, – конечно я в курсе.

Вздохнул, чувствуя тревогу. Что-то в Люси отталкивало, но пока не мог понять, что именно. Анисса с детским трепетом прилипла глазами к окну. Неужели она ни разу не видела васильковое поле после захода солнца? Столько лет жить как в клетке. Бедняжка. Захотелось прижать ее к себе.

– Хочешь, поменяемся местами? – хихикнула подруга моей леди, – а то ты сейчас ее сожрешь глазами прямо здесь.

Милашка повернулась, испуганно глядя на меня. Затем опустила глаза. Хочу ее! Черт, круглые бедра Ниссы никак не давали мне покоя. Ну зачем надела эти шорты? А сверху лишь просторная рубашка. Но от этого не становилось легче. Потому что я знал, что под этой рубашкой грудь, вдыхать аромат которой я мог бы целую вечность.

– Может, сначала перекусим? – подал голос Диего.

– Отличная мысль, – оживилась Люси, – ни в одно заведение нас с оборотнем не пустят, а Анисса точно не захочет есть без тебя, Лео. Что же, тогда мы просто закажем с собой.

Да, я бы не отказался от трапезы. Только вот ни одно блюдо в мире не удовлетворит мои похотливые желания. Только девочка, сидящая напротив. Мы подъехали к ближайшему ресторану с возможностью доставки и заказали совершенно обычные гамбургеры. Моя леди с таким вожделением уплетала бутерброд, что я протянул ей свой. Она подняла удивленные глаза.

– У вас соус, миледи, – прошептал и пальцем коснулся ее подбородка.

Атмосфера вокруг мгновенно накалилась, остальные будто перестали существовать. Только я и моя истинная. Вытерев ее личико, протянул сэндвич. Она смущенно взяла его и принялась уплетать с явным удовольствием.

– Ты никогда не ела чизбургеры?

Нисса отрицательно замотала головой, закрывая глаза от удовольствия. Очевидно, ее лишали всех детских удовольствий. Любой человек должен хоть раз в жизни так обожраться фаст-фудом, чтобы потом дать себе слово никогда больше этого не делать. Люси все это время не сводила с меня глаз. Будто оценивала, достаточно ли я хорош для ее подруги. Но мне плевать. Ради истинной вытерплю что угодно.

– Так, поели, – провозгласила она, – а теперь шоппинг! Сделаю свою подругу настоящей красавицей.

Она и так прекрасна. Я даже не понимал, почему моей леди так захотелось сменить гардероб. Будь моя воля, Нисса бы голой ходила. Но пока приходится мириться с ненужными тряпками на ее теле. Вокруг все сияло тысячами огней. Ночной Бриджтаун был раем для тусовщиков всех мастей. Ночные клубы, бары, а также куча заведений для взрослых делали этот город центром подпольной деятельности.

Моя девочка наконец-то смогла расслабиться, и они с Люси вовсю болтали о какой-то девчачьей ерунде. А я все думал, что же делать и как спасти свою истинную от хлыща. После того что я увидел сегодня в лабиринте, не осталось сомнений: этот человек опасен для Аниссы. Он уже попытался применить силу. А если она выйдет за него? Это животное будет ее насиловать и принуждать? Нет, я не позволю отнять ее у меня. Этой свадьбы не будет.

Машина остановилась около большого трехэтажного торгового центра. Вся площадь перед этим гигантом была усыпала людьми. Яркие огни слепили глаза, но моя гордячка, очевидно, была счастлива. Она выпорхнула из машины, как только Диего заглушил мотор.

– Лео, пошли! – леди буквально выволокла меня на улицу.

Этот город всегда пах одинаково. Густой пряный аромат огромного сборища людей наполнял легкие. Мерзко. Но я должен защитить свою девочку. Нисса с Люси бродили по магазинам, а мы с Диего таскали их покупки. Маленькая леди выглядела расслабленной и довольной. Ей явно по вкусу обычная жизнь. Значит, я должен ее обеспечить.

– Вы истинные? – вдруг спросил водитель.

– С чего ты…

– Я знаю, amigo. На моей родине тоже живут волки. И когда кто-то находит свою пару, все поселение устраивает огромный праздник. Но в последние годы их все меньше.

– Почему?

– Они уезжают из Мексики. Ищут лучшей жизни, а находят, – его темный взгляд упал на мой ошейник, – лишь кандалы и страдания.

Никогда бы не подумал, что Диего окажется столь… нормальным. Девушки отрывались, очевидно пытаясь скупить все, что можно. Но я впервые видел свою девочку такой беззаботной и счастливой. Она вдруг подбежала ко мне, затем смачно чмокнула в щеку. От этого жеста я оторопел. Затем схватила меня за руку и потащила в ближайший закуток. Маленький пальчик лег на мой ошейник и устройство пискнуло, затем погасло. Зачем…

– Ты же не уйдешь? – пролепетала она с надеждой в голосе, – я просто хочу, чтобы ты помог с выбором кое-чего. Да и… не нравится мне, что мой мужчина ходит в ошейнике.

Я огляделся, пытаясь понять, нет ли вокруг камер наблюдения или охраны. Однако гуляющая по центру толпа людей совершенно ничего вокруг не замечала. Притянул свою девочку и поцеловал. Раскрыл ее сладкие губы и сплел наши языки. Она вся дрожала, вжимаясь в мой пах и провоцируя каменный стояк. Черт. Но тут вспомнил о ее просьбе.

– Только не заставляй меня смотреть на сотню платьев, – взмолился, оторвавшись от своей девочки, но Нисса указала пальчиком на бутик с ярко-красной вывеской “Diva”.

Что за… магазин нижнего белья? Она хочет, чтобы я помог ей выбрать… мать-луна, за что мне такие испытания?

Глава 21

После выходки Грегори я какое-то время не могла прийти в себя. Своей настойчивостью он меня до жути напугал. Мало того, что навязал эту прогулку в лабиринте, так еще и полез целоваться. Казалось, что мои губы измазаны грязью. Но Лео спас меня. Как и всегда. Чувства к оборотню крепли с каждой секундой. Его аромат успокаивал и сводил с ума. Хотелось вечность провести в родных объятиях, укрытой от внешнего мира колючей живой изгородью.

Люси все понимала. Ничего не говоря, подруга убедила немного поиграть с образом. Забыть о том, что я леди. Она сама выбрала для меня простые джинсовые шорты и свободную рубашку. Однако Лео так смотрел, что под одеждой было очень жарко. Влюбленность захлестывала с головой, но порой становилось страшно, что, взлетев слишком высоко, я в итоге разобьюсь об острые скалы реальности.

Сейчас, этим вечером я хотела развлекаться. Почему-то Лео очень удивился, узнав, что никогда не ела гамбургеры. В особняке Уайтберд не водилось “грязной” босяцкой еды. А эти сэндвичи с мясной котлетой оказались очень вкусными. Я слопала свой бутерброд, а потом оборотень отдал мне свой. Люси взяла на себя организацию нашего отдыха. Прогулка по торговому центру с подругой вызывала целый шквал ярких эмоций. Никогда в жизни не испытывала подобного. Сколько же я потеряла за эти восемнадцать лет под строгим контролем гувернанток?

До совершеннолетия меня каждый раз сопровождала мать. И выбирала вещи, подходящие статусу. Но сейчас я просто веселилась. Хотела быть собой, вернее, найти ту себя, которой хочу стать. Обычной девушкой, а не наследницей огромного состояния. Люди вокруг вызывали эйфорию, которой никогда раньше не испытывала. Она рвалась из моей души, хотелось бегать, кричать и радоваться. Люси заново открывала мне мир развлечений. Помогала выбирать платья, шорты, блузки и футболки. Но когда мы направились к бутику нижнего белья, подруга толкнула меня бедром и хитро сверкнула глазами.

– А что, если твой оборотень поможет с выбором? Все-таки ему на это белье смотреть, и ему его снимать, – томно прошептала Люси, а я тут же покраснела, – давай, пригласи своего горячего охранника. Уверяю, получишь море незабываемых эмоций. Мужчины в примерочных просто ненасытны.

– Люси!

– А что? Или вы еще не сделали “это”? – она ошарашенно уставилась на меня.

– Нет…

– Понятно, бережет тебя, – мечтательно произнесла подруга, – но все равно. Побудете немного вдвоем. Поласкаетесь. Давай, вперед.

С этими словами она впорхнула в магазин, оставив меня наедине со шквалом мыслей. Я развернулась и увидела, как Лео мирно беседует с Диего. Вдруг стало очень стыдно. Правила в торговых центрах не запрещали приходить с оборотнями, но в сами бутики волков не пускали. И тут у меня родилась идея. Осмотрелась и потянула Лео за собой в темный коридор, ведущий к служебным помещениям. Мне до дрожи хотелось его поцеловать. Казалось, если не коснусь своего оборотня, то умру. Но вместо этого приложила палец к индикатору и сняла ошейник.

– Нисса, – он взял мое лицо в руки.

– Помоги мне… выбрать, – произнесла еле слышно и указала на бутик.

Он ошарашенно посмотрел на меня. А я сгорала со стыда.

– Эм…

– Пожалуйста, – пискнула, состроив умоляющий взгляд, и мужчина быстро капитулировал.

Вручив мои покупки ошалевшему Диего, волк поплелся за мной. Никогда прежде не была в таком месте. Честно говоря, сильно нервничала даже при взгляде на алую вывеску. Внутри ровными рядами висели бюстгальтеры, трусики, корсажи и пеньюары. У входа белье выглядело весьма прилично, а вот дальше, у самых примерочных на красном стенде я увидела то, что повергло в шок: кожаные корсеты, белье, не прикрывающее ничего. Зачем оно тогда нужно?

– Для любовных игр, милая, – шепнул Лео, и я от неожиданности подпрыгнула, – расслабься. Это всего лишь трусы и лифчики.

К нам вальяжно подошла продавец, окинула взглядом моего волка и ее глаза сразу заблестели. Ишь ты! Я вцепилась в его локоть.

– Что-нибудь подсказать? – пропела она сладким голоском, оценивающе разглядывая меня.

– Спасибо, мы сами, – отрезал Лео, поразив меня до глубины души, – подберем что-нибудь моей девушке.

Затем взял мою руку, сплел наши пальцы и повел вглубь бутика. Девушке… как же хочу быть с ним. Безо всяких глупых условностей, запретов. С каждым шагом рядом с Лео чувствовала себя все увереннее.

– Хочешь сменить свое розовое бельишко, милая? – хохотнул он.

– Очень смешно… – надулась, но вдруг волк притянул меня к себе.

– Ты и в нем прекраснее всех, Нисса, – шепнул едва слышно, – а голенькой мне нравишься еще больше.

От его голоса по телу бегали разряды тока. Мне хотелось жарких касаний, а скудное освещение этого бутика создавало интимную атмосферу, еще больше распаляющую фантазию. Но я даже не знала, что именно хочу купить. Искала что-то сногсшибательное для своего мужчины. Чтобы соблазнить его и таким образом уговорить дойти до конца. Вдруг ощутила неприятный холод и влажность между ног. Что за… Лео втянул носом воздух и еще крепче прижал меня к себе.

– Если продолжишь так возбуждаться, я наделаю глупостей, – рыкнул мне на ухо, – давай хотя бы до примерочных доберемся, а то некрасиво получится.

Отстраниться от моего мужчины было практически невозможно. В голове все заволакивал туман, я хотела лишь Лео. Каждое его касание раздувало внутри пламя. До боли прикусила губу, чтобы хоть немного отвлечься.

– Ну пошли, посмотрим, что тут есть, – подмигнул мне оборотень.

Он подошел к стенду с кружевным, но весьма приличным бельем. Красивое, изящное, оно выглядело потрясающе. Мне хотелось перемерить здесь все. Но мы остановились на белом и голубом комплектах, а еще на алом шелковом пеньюаре для сна.

– Хватит уже спать в бабкиной ночнушке, – шепнул мужчина и подтолкнул меня к примерочной.

Люси, поначалу гулявшая между рядами, куда-то испарилась. А я разложила белье на небольшой кожаный пуф и принялась раздеваться. Лео остался снаружи. Сняв с себя все, задержалась взглядом на отражении. На меня смотрела красивая девушка с ярким румянцем на щеках. Когда успела так измениться? Выгнула спину и взглянула на круглые ягодицы.

– Красивая… – выдохнул Лео, внезапно оказавшийся в примерочной, – чем занята, милая?

Его ярко-желтые глаза демонстрировали огромное возбуждение. Но я не спешила надевать белье. Взяла руку оборотня и положила на свою грудь. Волны удовольствия стремительно рванули к животу.

– Что ты творишь, Нисса, – прорычал мужчина, прижимая меня к себе, – хочешь лишиться невинности в этой грязной примерочной?

Я нашла его губы и поцеловала. Не знаю, откуда внутри возникла эта наглость. Но мне был нужен несносный оборотень. Прижималась к нему, но Лео отстранился, а на лице отразилась настоящая мука.

– Примерь уже что-нибудь, – затем волк вышел из примерочной.

Он прав. Нужно держать себя в руках. Но мое тело странно на него реагирует. Я совсем теряю голову и забываю о приличиях. Надев белый комплект, почувствовала себя восхитительно. Покрутилась перед зеркалом, наслаждаясь красотой легкого кружева. Все-таки права Люси – дорогое нижнее белье придает уверенности, хоть его и не видно под одеждой. Я высунула голову за шторку, и увидела, что Лео стоит и размышляет о чем-то, прислонившись к стене.

– Оценишь? – подмигнула ему.

– Милая, не уверен, что смогу выдержать это… – почти виновато произнес волк.

– Пожалуйста, – взмолилась я, – прошу, Лео. Тебе ведь его снимать.

Оборотень хитро прищурился, а спустя миг уже ладонями бродил по открытым участкам моего тела, рассматривая кружевное белье. Чувствовала, как он борется с собственным желанием. А внушительных размеров бугор в районе паха лишь подтвердил мои мысли. Но я не планировала упрощать ему жизнь. Лео внимательно осмотрел бюстгальтер. Развернулась, показывая ему, как мою попу обтягивают кружевные шортики. На лице волка отобразился сложный мыслительный процесс.

– Такую задницу нельзя закрывать. Даже кружевом. Плюс белый… вульгарно. – сказал Лео, – меня больше интересует голубой.

Я засмущалась и выпроводила его прочь. Во втором комплекте трусики совершенно не закрывали ягодицы. А бюстгальтер совсем без поддержки. Надев его, почувствовала себя голой. Стринги врезались в кожу, однако внешне белье смотрелось более изящно. Не успела и рта открыть, как Лео уже сжимал мою грудь в ладонях.

– Вот это другой разговор, – прорычал мне на ухо и больно потянул за сосок, – тебе ничего не нужно прикрывать, милая. Не прячь свое тело. По крайней мере от меня.

Он жестко развернул меня спиной, затем звонко шлепнул по ягодице.

– Нас услышат, – зашипела, пока он поглаживал алую кожу.

– Не услышат, – шепнул оборотень, – они там другим заняты. Бери голубой.

– Но он очень откровенный, – покраснела, рассматривая себя в зеркало, – ничего не закрывает. Я такое никогда не носила.

– Значит пора начать, – волк куснул меня за ухо, – снимай. И примерь то красное, как его…

– Пеньюар, – устало вздохнула я, – выйди.

– Нет, я хочу посмотреть, – усмехнулся Лео и плюхнулся на пуф, расставив длинные ноги, – давай, милая. Не стесняйся.

Под его взглядом, полным желания я стянула белье и быстро надела алый пеньюар и трусики. Шелк изящно струился по белой коже, едва закрывая ягодицы. Я повернулась к мужчине попой, выгибая спину. В тот момент изнутри вырывались все внутренние демоны, годами скрываемая сексуальность искала выход. Большие ладони обхватили мою талию и Лео потянул меня назад, роняя на свои колени. Тут же почувствовала его желание. Почему это так заводит?

Оборотень прижал меня спиной к своей груди, одной рукой разводя бедра и вынуждая буквально распластаться на его теле. Он не позволял свести ноги, ласково поглаживая внутреннюю часть бедер, фиксируя их своими коленями.

– Оно на тебе отлично смотрится, милая, – рычал, продолжая играть со мной.

Я полностью отдалась ощущениям. Сильные руки оборотня сжимали кожу, гладили и ласкали меня совсем рядом с местом, где скапливалось всё возбуждение. Хотелось схватить его и направить, но я ждала действий Лео. Плевать на продавцов, на правила и на то, что нас могут застукать. Зубами мужчина спустил лямку пеньюара, затем вторую и медленно оголил грудь.

– Посмотри на себя, – шепнул мне, – не стесняйся. Ты прекрасна, Нисса.

– Лео, это стыдно, – я прятала взгляд, но волк жестко поднял мое лицо, заставляя смотреть в зеркало.

Мне открывалась похабная и восхитительная картина. Будто я принадлежала своему альфе. Большой и сильный мужчина гладил мои бедра, ласкал грудь, целовал плечи и шею. Позволяя ему это, тихонько постанывала. Грудь покраснела и потяжелела, а соски набухли. Пальцы Лео мягко очерчивали ореолы. Он владел мной без остатка. Я кусала губы, чтобы не закричать.

– Моя девочка, – шептал волк, – моя истинная. Наконец-то я тебя нашел.

– Ммм, – откинулась на его плечо, позволяя еще больше.

Он обеими руками мял мою грудь, нашептывая постыдные вещи. Затем сильнее развел свои ноги, вынуждая и меня последовать за ним. Запустил руку в мои трусики, поглаживая чувствительную плоть. Я жаждала больше, хотела проникновения. Желала боли, которую он мог причинить. От своего волка стерплю все. Движения его пальцев во мне становились быстрее. Примерочную наполнили хлюпающие звуки. Лео то проникал внутрь, то массировал чувствительный бугорок. Внизу живота образовался огромный невыносимый ком. Жажда, вожделение и горечь сплелись воедино. Сама не заметила, как начала насаживаться на его руку.

– Нетерпеливая леди, – рыкнул Лео, – непослушная гордячка.

– Да! – простонала я, подходя к пику.

Затем внизу все разорвалось, а перед глазами заплясали цветные огоньки. Я обмякла на руках своего мужчины, утыкаясь носом в его шею.

– Умничка, – он поцеловал меня в висок, – а теперь пошли отсюда.

Я еле держалась на ногах. Казалось, что все вокруг знают, чем мы занимались в примерочной. Быстро расплатилась и вылетела из бутика. Лео с хохотом шел следом.

– Ну как? – Люси с Диего сидели у большого фонтана в самом центре и наслаждались мороженым.

Я стыдливо потупилась. Как же неловко-то. Они ведь догадывались, что мы там делали. Лео взял меня за руку и нежно поцеловал пальцы. Этот, казалось бы, невинный жест вынудил меня залиться краской еще сильнее. Вот несносный! Но время было позднее и нам нужно было возвращаться в особняк. Мы отправили мужчин складывать пакеты в машину, а сами задержались около киоска с мороженым. После оргазма во мне проснулся зверский аппетит.

– Выглядишь довольной, – хохотнула Люси, – поход за бельем был успешным?

– Люси… кажется я его люблю, – промямлила, поглощая огромный ванильный рожок.

– Так это же прекрасно. Вы очень красивая пара, – ответила подруга, пока мы шли к эскалатору, чтобы спуститься на парковку.

– Но я же помолвлена. А теперь не представляю себе, как выйду за другого. Ведь Лео…

– Твой истинный? – подмигнула Люси, – я знаю, Диего меня просветил. К сожалению, этой свадьбы не будет.

– Почему ты так уверена?

– Потому что Грегори Мосс – не твоя судьба, подруга. О, смотри!

Мы шли мимо ювелирного салона, но на одной из витрин я заметила ошейники. Один из них, покрытый серебряными узорами, выделялся среди остальных. Не могла отвести от него глаз. Прекрасное украшение.

– Эта вещица бы подошла твоему телохранителю, – подруга ткнула меня в бок, – зайдем?

К нам подошел приятный невысокий старичок с густыми седыми усами.

– Леди желают осмотреть ошейники?

Но меня интересовал лишь один. Я отчаянно желала купить его для Лео. Подошла к стеклянному куполу, закрывающему это прекрасное творение рук человеческих. Черная мягкая кожа, изящный орнамент. Чистая эстетика. Как и мой оборотень.

– Мне нужен этот, – уверенно произнесла я.

Старичок улыбнулся.

– Прекрасный выбор, миледи. Видимо, у вас альфа? Такая вещь подойдет лишь вожаку.

– Настоящий вожак не носит ошейник… – с грустью пробубнила я, – я возьму его.

Мне хотелось, чтобы Лео знал: я освобожу его однажды. Обязательно. Но сейчас хочу, чтобы он носил мой подарок. Только увидев этот ошейник, полюбила его, часть моей души уже была внутри этой вещи. Старичок быстро отсканировал мои отпечатки, затем внес в чистую базу устройства. Я бережно взяла его в руки и мне на миг показалось, что кожа пульсирует теплом.

– Это новейшая модель, – сказал продавец напоследок, – ни взломать, ни открыть его нельзя. Если Вы не захотите.

Последние слова этого интересного человека прозвучали очень странно. Но я была поглощена собственными чувствами. Хотелось поскорее надеть его на своего альфу. Как выражение моих чувств. Я ведь влюбилась окончательно и бесповоротно.

– Шикарная вещь, – похвалила Люси, – я рада за тебя, Анисса. Рядом с Лео прямо светишься. Хочу, чтобы ты была счастлива.

– Спасибо тебе, – я крепко обняла подругу, но вдруг вспомнила кое-что важное.

– Слушай, твой брат все еще работает во внутренней безопасности?

– Да, в том году его даже повысили, а что?

– У Лео есть сестра… и ее выкупил Айс.

Люси сморщилась.

– Гадкий тип.

– И она оставила моему оборотню записку с криком о помощи. Ты не узнаешь у брата, какие дела с волками проворачивает Ричард Айс и что он может делать с Лори? Прошу.

– Ладно. Обязательно узнаю. Он через неделю возвращается из командировки. Я тебе наберу.

– Спасибо!

Когда мы вернулись, мужчины уже собирались нас искать. Диего выкуривал сигарету за сигаретой, а Лео исподлобья смотрел на меня.

– Не прошло и часа, – вздохнул он, – садись, гордячка моя.

– Лео, – я схватила его за рукав и достала черную коробку с ошейником, – знаю, что тебе это не по душе. Но не смогла пройти мимо. Вот…

Вытащила устройство и показала волку. Он фыркнул, но затем смачно чмокнул меня в щеку. Когда оборотень опустил голову, я аккуратно надела и защелкнула ошейник. Красивый!

– Спасибо, милая, – Лео прильнул к моим губам.

– Так, влюбленные! – скомандовала Люси, – забирайтесь и поехали. Не хочу, чтобы леди Уайтберд потом названивала моему отцу с угрозами.

По дороге домой мы все были уставшие и молчаливые. Я то и дело поглядывала на Лео. Ему безумно шел черный. Мой волк очень красив, особенно в лунном свете. Когда мы приехали, Люси обняла меня и пообещала как можно быстрее достать информацию о Лори. А мы с Лео быстрым шагом направились к моей спальне. Хорошо, что слуги в это время уже спят. Потоптавшись у двери, я бросилась на шею к своему оборотню.

– Спасибо! Лео, я…

– Милая, нас могут заметить. Завтра еще поболтаем с тобой, – он мне подмигнул.

– А ты не хочешь… – я покраснела, – остаться на ночь… со мной?

Глава 22

Предложение Ниссы было слишком заманчивым. Мы влюблены друг в друга и полностью растворились в сжигавшей нас истинной страсти. Но пока она не готова. Моя девочка тонет в собственных чувствах, и, к сожалению, такой огонь может уничтожить обоих, если не будем осторожны. Я убрал выбившуюся прядь платиновых волос с ее лица, заглядывая в глаза.

– Нисса, я не могу. Безумно хочу, но хотя бы что-то из нас должен сохранять хладнокровие.

– Почему? – хныкала моя истинная, – мы же вместе Лео. И оба хотим этого!

Ну не смотри на меня так! Я сжал зубы, чтобы не поддаваться на ее манипуляции.

– Милая, если нас застукают…

– Плевать! – она обняла меня и прижалась всем телом, – я не могу без тебя.

– Я тоже не могу без тебя, – шепнул ей на сладкое ушко, – но нам придется сдерживаться. Никто ничего не должен узнать. По крайне мере пока…

Я прикусил губу, чтобы удержаться и не рассказать о своих планах. Заберу ее из этого ледяного особняка. Пусть даже силой. Моей истинной тяжело будет лишиться комфорта, но уверен, смогу показать ей прелесть нормальной жизни. А пока придется терпеть.

– Ты меня не хочешь… – она захлюпала носом и голубых глазах блеснули слезы.

Я ошарашенно уставился на Ниссу. В смысле не хочу? Она отстранилась и обиженно надула губки. И ведь сама не верит в то, что говорит. Взял свою девочку за руку, но она ее вырвала.

– Ну и ладно, – развернулась и рванула в комнату, запершись изнутри.

Даже не успел опомниться. Что, черт возьми, только что произошло? Я тихонько постучал, но она не открыла. Что ж, пусть остынет. Нет ни сил, ни желания потакать ее капризам. Маленькая избалованная девочка. Вздохнул и направился к себе. Люблю ее до беспамятства, но круглая задница гордячки так и напрашивается на качественную порку. Пока шел, вспоминал наши игры в примерочной. Ведь еле держался, чтобы не взять ее прям там.

Неужели не чувствовала терзавший меня стояк? А ведь я так и не кончил, в отличие от нее. Войдя в хижину, закрыл дверь изнутри и снял с себя одежду. Поднес пальцы к носу и вдохнул все еще сохранившийся запах смазки своей девочки. Век бы не мыл руки. Как же она стонет, музыка для моих ушей. Лицезреть Ниссу в нижнем белье и ничего не сделать – самая большая пытка. Ну как она сама не понимает, что нам нельзя пока переступать черту? Взял полотенце и направился в душ. Мысли о возбужденной истинной никак не покидали голову. Они роились, словно стая навязчивых насекомых, не позволяя думать о чем-то ином.

Как же я это ненавижу. Член стоял колом, требуя разрядки. Пришлось задействовать руки. Моя девочка… какая же ты внутри? Наверняка тугая и горячая. Девственная преграда не позволила мне узнать больше о сладкой дырочке истинной. Когда мы гуляли по этому магазину, я наслаждался ее смущением. Но когда ощутил запах возбуждения Ниссы, с трудом устоял. Черт! Даже мастурбация не помогает. Кончив один раз, не ощутил удовлетворения. Да что же это такое? Хочу взять свою милашку как можно скорее. Но перед этим нужно продумать правила безопасности.

Пришлось подрочить целых три раза, чтобы хоть как-то снять напряжение. Зверь внутри был крайне недоволен подобным исходом. Еще бы! Нисса завела меня не на шутку. Она все позволяет, уповая на мою ответственность. Что же, я – мужчина и моя женщина должна чувствовать себя в безопасности. С трудом устроившись на постели, закрыл глаза и попытался заснуть. Удалось это далеко не сразу. С утра сквозь пелену серого сна услышал настойчивый стук в дверь. Кинул взгляд на телефон. Часы показывали шесть утра.

– Лео, открывай! Леди Анисса ждет тебя, – послышался голос мистера “редкие усишки”.

– И куда в такую рань собралась, – буркнул, затем скатился с постели и пополз открывать.

Бруно стоял, одетый во все тот же идеальный костюм дворецкого. Он его вообще не снимает что ли? Но увидев меня, почему-то покраснел и раскашлялся. Ах, да. Я же так голышом и лег. Усмехнулся, затем обратился к нему.

– Чего надобно?

– Леди Анисса желает позагорать.

– Причем тут я? Мне же приказано сопровождать ее вне особняка, – я демонстративно зевнул.

– Может ты оденешься, Лео? – взгляд Бруно постоянно опускался к моему паху, – выглядишь неподобающе. Стыдно должно быть!

– Я в своем жилище, мистер управляющий. Не нравится, не смотри.

– Леди боится за свою безопасность и хочет, чтобы ты был рядом и на территории особняка. Оденься и приходи в гостиную. Не опаздывай. Кстати, отличный ошейник.

Я заскрипел зубами, мечтая оторвать этому человечишке его усишки. Когда-нибудь я до них доберусь. Хлопнув дверью перед его носом, пошел одеваться. На улице стояла прекрасная летняя погода, а я парился в дурацком костюме. Нисса опять что-то придумала, а учитывая, как мы вчера расстались, вряд ли меня ждет что-то хорошее. Надеюсь, сегодня обойдется без ее подружек. Кстати… нужно попросить Шона об одолжении. Перед тем как пойти к своей гордячке, зашел в охранную будку.

– Доброе утро! – гаркнул и спящий “шар” чуть было не рухнул со стула, – как служба?

– Лео! Не пугай так, – Шон протер глаза, – ты чего хочешь в такую рань?

– А ты бдишь, я смотрю, – облокотился на косяк, насмешливо разглядывая смущенного охранника, – у меня вопрос касательно подружки моей ис… леди. Люси Гроув.

– Леди Люси? – удивился “шар”, – а что с ней не так?

– Вот и я пытаюсь понять. Но как сам понимаешь, мои руки связаны. После истории с Мелани Риз не хочу, чтобы кто-то навредил леди Аниссе. Можешь собрать по ней файл?

Шон понимающе кивнул. Но тут в его будку ввалился недовольный Грег. Я поспешил уйти, чтобы не опоздать к своей гордячке. Поднялся к ее спальне и стал ждать. Моя девочка вышла, гордо вздернув носик. Попытался ее поцеловать, но Нисса отстранилась.

– Что ты себе позволяешь, Лео? – спросила холодно.

Вздохнул, понимая, что мне терпеть этот склочный характер всю свою жизнь.

– С чего Вы решили вдруг с самого утра идти загорать, миледи? – нарочно выделил последнее слово.

Эта игра начинала меня забавлять учитывая, что моя девочка стояла передо мной в одном купальнике. А поверх надела лишь легкое парео. Бесстыдно ее рассматривал, замечая, что от моего взгляда она уже не смущается, а наоборот. Играет? Интересно. Маленькая леди взрослеет. Но мой вопрос она проигнорировала.

– Чего стоим, милая? – выгнул бровь.

– Пойдем. Просто утром солнце не такое палящее. – сказала она.

– И зачем тебе… пардон, Вам, нужен я?

– А у тебя помимо меня есть еще дела в этом доме? – вспыхнула она, – обниматься с Гретой, например?

После этих слов я почувствовал, как зверею. Схватив ее за руку, прижал к стене, неистово впиваясь в склочный ротик. С мылом бы его помыть. Но Нисса начала вырываться и мне пришлось отступить.

– Как ты смеешь так себя вести? – прошептала она, тем не менее глядя на меня распаленным взглядом.

Знаю, что она возбудилась. Снова сладкий запах ее желания проник в мои ноздри. Демонстративно вдохнул и гордая леди направилась вниз. Я же последовал за ней. Ровная походка и изящная попка вынуждали постоянно сдерживать внутреннего зверя. Интересно, чем думал Уайтберд, когда покупал меня своей дочери? Или эти богатеи настолько недалекие, что даже за мужиков нас не воспринимают? Зато девушек наших еще как используют. Черт.

Весь путь до бассейна я пялился на задницу своей истинной. Меня бесило ее наглое поведение, но пока мы на территории особняка и правда стоит быть аккуратнее. Девушка распорядилась принести ей фрукты и сок. Признаться, выглядела она восхитительно. Мягкая нежная кожа, которую подчеркивал голубой купальник, стройное тело и почти белые волосы. Если бы Нисса была волчицей, то наверняка самой гордой и красивой. Белой. Я оперся на верхнюю часть лежака и любовался округлостями своей леди.

Тем временем один из дворецких принес ее завтрак.

– Ты голоден? – вдруг спросила моя девочка.

Беспокоится? Прелесть какая!

– Нет, – отрезал, аккуратно подцепляя пальцами кусочек нарезанной дыни и поднес к ее губам.

Не отрывая взгляда от меня, Нисса приоткрыла ротик, куда я сразу отправил сочную ягоду. Истинная томно облизала мои пальцы. Да твою ж мать! Отскочил от нее, пытаясь удержать животное внутри себя. А в глазах наглой девчонки сверкнула искорка азарта. Точно играет со мной! Вдали я увидел Агнес, беседующую о чем-то с мистером “редкие усишки”. Моя леди хихикнула.

– Хочешь, чтобы я тебя изнасиловал прямо здесь? – прорычал ей на ухо.

– Ты этого не сделаешь, – гордячка облизнулась, прикрывая глаза, – какое мягкое солнышко. Можешь снять пиджак, Лео.

Вот раскомандовалась! Но я покорно снял чертову одежку, бросая на соседний лежак.

– И рубашку, – улыбнулась она.

– Я бы с удовольствием, но мистер “редкие усишки” не оценит.

– Кто? – Нисса еле держалась, чтобы не засмеяться в голос.

– Бруно. Можешь смеяться, милая. Рядом со мной забудь о дурацких приличиях.

И она послушалась. Сначала широко улыбнулась, затем рассмеялась. Ее голос был похож на звон колокольчиков, такой же ясный и трепетный. Мог бы слушать его вечно.

– Но ты служишь мне, а не Бруно, – сказала моя девочка, – так что снимай, сейчас же!

Почувствовал, как мое мужское естество в брюках снова напрягается. Стянул с себя рубашку и уселся на лежак рядом с Ниссой. Она же полезла в небольшую пляжную сумочку, которую взяла с собой и достала масло для загара. Только не говорите мне, что она собирается… гордячка протянула мне тюбик.

– Намажь меня, пожалуйста. Обычно это делает Люси, но сегодня у нее дела, и она не приехала.

– Ты издеваешься? – рыкнул на нее.

– А что такого? Ты все равно меня не хочешь, – отрезала наглая девчонка.

Ах ты! Рядом с ней я просто не могу быть спокойным. Она либо меня дико возбуждает, либо сводит с ума своей чудовищной избалованностью.

– Что ж, будь по-твоему, – ответил ей после нескольких секунд зрительной дуэли.

Мать-луна, за что мне это наказание? Попалась совершенно непокорная, наглая и склочная истинная. Видимо, я капитально провинился перед небесами. Ну ничего. Сейчас преподам ей урок. Она перевернулась на живот, подставляя солнцу круглый аппетитный зад. Сжал челюсти, нанес ароматное масло на ладони, затем растер. Коснулся ее поясницы, затем начал круговыми движениями втирать в ее мягкую кожу чертово средство для загара. Не хотелось, чтобы между нами был даже тончайший слой масла. Но раз Нисса этого желает…

Я с упоением наблюдал, как по ее телу бегают крошечные мурашки. Специально едва касался, чтобы раззадорить посильнее. Посмотрим, насколько хватит ее обиды. Нисса поначалу вела себя спокойно, но, когда я принялся наносить масло на ее попку, заерзала и слегка выгнула спину. Усмехнулся, слегка смещаясь к бедрам. Дыхание моей девочки стало сбиваться, как бы она ни пыталась это скрыть. От зверя ничего не спрячешь, милая.

Но запах масла сбивал меня с ее возбуждения. Однако ощутил, что серебро больше не глушит инстинкты. Интересно. Аккуратно сместился к внутренней части бедер своей леди. Каждым движением нарочно задевал тонкие трусики. Она тяжело дышала, но ничего не говорила. Еще ниже, и еще.

– Лео, – прошептала она, – что ты делаешь?

– Наношу масло, – прорычал я, – а что не так?

Пальцами проник под ее купальник, поглаживая мягкие губки.

– Милая, – шепнул ей, – а почему ты такая гладкая между ножек?

Увидел, как ее щеки вспыхнули. Этот вопрос мучил уже давно. Моя сестра терпеть не могла эпиляцию, но для своего истинного постоянно брилась. Анисса же с моего первого вторжения совершенно гладенькая во всех местах.

– Это лазерная эпиляция, – моя девочка еле сдерживала стон, – а что?

– Значит, ты любишь быть такой… невинной? – шепнул ей.

– Просто так удобнее, гигиеничнее, – Нисса закрыла личико ладонями, пытаясь скрыть то, как ей приятны мои прикосновения.

Но я-то знаю. От волка не скроешься. Проводил пальцами вдоль ее складочек, задевая клитор, а второй рукой быстро расстегнул верх купальника.

– Что ты делаешь? – взвизгнула она, пытаясь мне помешать.

– Сейчас буду мазать твою спинку, милая.

И резко вытащил пальцы из ее трусиков. Демонстративно облизав их, нанёс новую порцию масла и занялся верхней частью любимого тельца. Но Нисса явно не была довольна тем, что я почти довел ее до оргазма, а потом убрал руку. Ничего, побудь в моей шкуре, милашка. Нанес масло на спину, едва касаясь округлости груди. Решила поиграть с альфой, девочка? Моя леди обиженно пыхтела, но не могла отвергнуть мои касания.

– Перевернись, – жестко приказал и гордячка подчинилась, придерживая верх купальника.

Я быстро расправился с животом, бедрами и грудью. Еле держался, чтобы не впиться в стоячие сосочки зубами. Нанес масло на ее руки. Нисса дрожала, в ее глазах появились слезы.

– Милая, что случилось? – хохотнул я, – тебе не нравится?

– Зачем ты издеваешься? – она чуть не плакала.

По-моему, я перегнул палку. Неужели так сильно обидел просьбой подождать?

– Я не издеваюсь, Нисса, – старался сделать голос как можно нежнее, – а хочу, чтобы ты поняла. Нам придется пока сдерживаться. И довольствоваться такими играми.

– Ты жестокий, Лео, – прошептала она, затем поправила купальник и встала, – что-то загорать перехотелось.

С этими словами гордячка направилась в особняк. Я не стал ее догонять. Сам пребывал в смятении. Немного ошибся и пережал с наказанием. Ладно, пусть остынет, а потом мы обсудим наши интимные отношения. Взял одежду и отправился к себе. Но из глубин души стала выползать вина. Чувствовал себя погано, хотелось броситься к своей истинной, целовать ее ножки и умолять простить. Да какого черта? Я – альфа и не склонюсь перед какой-то юной девочкой. Но инстинкты твердили иное.

Выполз к лесу, и внезапно ощутил зов небывалой силы. Погодите-ка… ведь обычно ошейник блокировал часть моих волчьих инстинктов. А подарок моей леди лишь излучал слабое тепло. Зарычал и услышал рев в ответ. Звериные звуки словно туман, стелились по лесу, вынуждая зверьков прятаться в свои норы. Почувствовал в себе небывалую мощь, снял джинсы и обратился. Какого… ошейник аккуратно облегал волчью шею. Я его почти не ощущал. Но почему? Зубами подхватил одежду и швырнул к дырке в земле.

Внутри насмерть схлестнулись непонимание и радость. Подарок моей девочки… он не сдерживает мою вторую сущность. Это ошибка программы или воля истинной? Рванул вглубь, наслаждаясь ароматами леса, легким ветерком и утренним солнцем. Теперь мои руки развязаны. Направился к своей новой стае. И не предполагал, что их зов будет столь сильным. На подходе меня догнала Агнес.

– Как ты обратился? – она бежала рядом, а я почувствовал то самое чувство единства со своей бетой, которое у меня было с Себастьяном.

– Анисса подарила ошейник, – подумал я, – и он почему-то не сдерживает мою силу.

– Очень необычно.

– Кстати, с тобой хочет познакомиться Кайл, – я вдруг вспомнил просьбу бородача на самом подходе ко временному жилищу своих сироток.

– Зачем это? – подозрительно хмыкнула волчица.

Оборотни без надобности не выходили из хижины, как я и приказал. Но Кайл слегка растоптал траву вокруг, чтобы улучшить видимость и удостовериться, что больше нет капканов. Когда мы с Агнес приблизились, он поклонился мне, а затем удивленно взглянул на мою новую бету. Она же уставилась на него. Бородач обернулся и принюхался. Я уже видел этот взгляд однажды. Так истинные смотрят друг на друга.

– Здравствуй, – почти нежно обратился к Агнес, а она испуганно попятилась.

– Агнес, это Кайл, – я влез в их внутренний диалог.

Но вдруг она сорвалась с места и рванула в сторону особняка. Здоровяк непонимающе моргал, затем вернулся в человеческий облик. И почему же она убежала? Нужно поговорить об этом. Но я пришел по другому вопросу.

– Ты в волчьей форме, – Кайл принюхался, – и я не чувствую серебра. Как такое возможно?

Но мне не хотелось рассказывать даже ему. Пока не особо доверял навязчивой троице. Проигнорировав вопрос, прошествовал в дом. Нужно будет обсудить с Ниссой этот момент, если она вообще захочет меня видеть.

– Так, у меня к вам вопрос, – произнес, когда все трое приблизились и уселись напротив, – что вы узнали, находясь в лаборатории Винтера?

Они переглянулись и замолчали. Я не слышал их мысли, видимо потому что сам до конца не принял свою власть над этими оборотнями. Но первым молчание нарушил рыжий.

– Он проводит страшные эксперименты, выделяет ген Ви и… – Мэтт сглотнул, – Томас Винтер пытается создать оборотня из человека…

Глава 23

– Ха-ха-ха! – смеялась Люси, когда я в очередной раз жаловалась на строптивость своего оборотня.

– Чего смешного? – чувствовала, что скоро взорвусь окончательно, – он вообще от рук отбился.

– Ну он мужик, дорогая, – отсмеявшись, сказала подруга, – а ты его крутишь в тугой узел. Мне его даже жаль.

Жаль? Я заскрипела зубами. А меня не жаль?

– Он постоянно смеется надо мной, – хныкала в трубку, – а я ведь просто хочу быть ближе. Сама не понимаю, почему, но меня магнитом к нему тянет.

– Тяжелая у вас ситуация, не буду скрывать. Ты уже думала, как избежать свадьбы?

– Нет…

– Анисса, нельзя ждать. Или хочешь, как в любовном романе, выйти замуж за богатого, а спать с горячим слугой? – она хихикнула.

– Люси! Ужас, – я вздрогнула.

В этот момент перспектива замужества казалась неминуемой катастрофой. Ведь я даже не знаю, что делать. Бежать и жить со своим оборотнем? Нам никто не позволит быть вместе. Уезжать из страны? Душу захлестывало отчаяние, мне нужно было увидеть Лео. Прошла неделя, а мы с ним толком не общались. После того как ушла от него тем утром у бассейна, волк вел себя слишком сдержанно. А я чувствовала злость и разочарование. Хотелось кричать о своих чувствах всем и каждому. Рассказать и поделиться, ведь прекраснее любви ничего на свете нет. Как же сложно его понять.

Несколько раз приходили подарки и цветы от Грегори. Но после его поведения в лабиринте внутри меня поселилось отвращение к этому мужчине.

– Так, миледи, хватит болтать, – Агнес без стука вошла в дверь. Время позднее.

Выглядела она, мягко говоря, взволнованной. Я попрощалась с Люси и стала готовиться ко сну, то и дело поглядывая в окно. Но постоянно обращала внимание на гувернантку. Движения женщины были рваными и нервными, хотя обычно она уверена и собрана.

– Все хорошо? – спросила у нее, когда Агнес расчесывала мои волосы.

– Да, миледи.

Нет, точно что-то не так. Развернулась и взяла ее за руку. Впервые мне открывались чувства суровой гувернантки. Но Агнес отводила глаза.

– Расскажи мне, – сказала мягко, – станет легче. Я всегда могла с тобой поделиться, пришла моя очередь выслушать.

– Не о чем говорить, миледи. Просто мигрень. Прошу прощения, пойду отдыхать.

Я завалилась на постель и когда Агнес скрылась за дверью, вытащила из-под кровати пакет с купленным пеньюаром. Стянув бабкину ночнушку, надела свой алый сексуальный наряд. Улегшись поверх одеяла, коснулась живота. Постепенно фантазия уносила меня все дальше от реальности. В мир, где между нами с Лео нет никаких преград и мы можем быть вместе. Ощущала разгорающееся внутри пламя и постепенно границы совсем стерлись. Это он ласкал меня, доставляя удовольствие. Входил снова и снова, заставляя кричать и биться в сладкой агонии.

Мой волк. Мой зверь. Мой истинный. Пытаясь отдышаться после этой своеобразной игры с собственным разумом, я села, затем подошла к окну. Как вдруг увидела свою гувернантку, спешащую в хижину моего оборотня. Что она забыла у Лео? Я внимательно наблюдала, как дверь его дома открылась и Агнес скрылась внутри. Не может быть… неужели они… и Лео в последние дни был очень отстраненным.

Сама не заметила, как впрыгнула в шорты и майку. Не потрудившись даже надеть белье, рванула вниз. Ревность застилала мне глаза. Хотелось узнать, увидеть самой… неужели они за моей спиной… сама не заметила, как разрыдалась. Ночью особняк выглядел, словно мертвый музей. Огромная величественная мебель, мраморные колонны, барельефы и картины душили, вместе с облизывающим все это холодным лунным светом.

Пробежав холл, я выскочила на улицу и поежилась. Слишком холодно для летней ночи. Внезапно луну закрыли темные тучи и вдалеке раздался громовой раскат. Черное небо разрезала ветвистая желтая молния. На подходе к хижине волка сбавила темп, стараясь двигаться как можно тише. Внезапно дверь распахнулась, я едва успела скрыться за высоким кустарником. Лео и Агнес смеялись, о чем-то мирно беседовали, а внутри меня пылала неконтролируемая ярость. Следующий раскат прозвучал куда ближе и на лоб опустилась крупная дождевая капля.

Мой волк и гувернантка скрылись за забором. Как они вышли? Выждала несколько минут, затем рванула следом. Пошарила у основания массивной металлической конструкции и увидела небольшой лаз. Так они уже какое-то время сбегают? Для чего? Сознание сразу принялось рисовать нелицеприятные картины переплетенных голых тел. Скрипя зубами, я вылезла, затем отряхнулась. Дождь тем временем набирал силу. Тут и там сверкали молнии, освещая густой лес. Деревья, словно древние наблюдатели, угрожающе качали ветками в такт порывам ветра.

Где я? Промокнув до нитки, почувствовала, как замерзаю. Обняв себя руками, брела по лесу. Но вдруг услышала голоса и увидела сквозь стволы деревьев небольшую хижину. Место, где меня держал Курт. Сердце забилось, воспоминания оживали, не давая нормально дышать. Приблизилась и увидела открытую дверь. Тихонько подошла, пытаясь понять хоть слово. Шум дождя и громовые раскаты здорово мешали. Как вдруг изнутри хижины раздался громкий рык.

Я отскочила, и задев ногой торчащий из земли толстый корень, рухнула на спину. В пояснице прострелила резкая боль. Но она была ничем по сравнению с ужасом, который я испытала, увидев тех, кто был внутри. Навстречу мне выскочили три волка. Черный гигант угрожающе зарычал, рассыпая по телу тучу мурашек. Дождь лил и лил, а зверь с ярко-желтыми глазами надвигался на меня, как вдруг более яркий, низкий и такой знакомый рык заставил его отшатнуться.

Лео? Изнутри показался мой волк, за ним семенила Агнес и еще одна девушка. Так у него их две? Забыв о боли и страхе, вскочила на ноги.

– Нисса? – он удивленно смотрел на меня.

– Ты ее знаешь? – черный волк прекратился в человека.

– Да… – выдохнул мой волк.

– Миледи! – Агнес приблизилась ко мне, но я отскочила.

– Что вы здесь делаете? – спросила едва слышно и мой вопрос поглотил очередной отзвук грома.

– Ты вся промокла, – Лео не сводил с меня глаз, – зайди внутрь, погреешься и поговорим.

– Я не хочу с тобой разговаривать! И так все понятно! – выпалила и рванула прочь.

– Миледи! Подождите! – сзади послышался голос гувернантки.

Закрыв уши, побежала вглубь леса. Ревность выжигала напалмом весь здравый смысл. И Агнес с таким трепетом рассказывала мне про истинность? А Лео… что он делает ночами с этим двумя женщинами? Любое воззвание разума мгновенно блокировалось текущей по венам яростью. Я бежала, и бежала, пока не повалилась на землю. Закрыв лицо руками, расплакалась. Не хочу ничего чувствовать! Откуда внутри эта боль? Почему так одиноко? Лео! Холод дождя пробирал до костей. Подтянула колени к подбородку и тихо всхлипывала, слушая лишь гром. Но вдруг плеча коснулась теплая ладонь.

Вскрикнула и попятилась, но крепкие руки заключили меня в объятия. Лео прижимал меня к себе, не давая шевельнуться.

– Отпусти! – закричала на него, – не смей меня касаться!

– Не отпущу, – властный рык слегка утихомирил пылающий гнев.

Оборотень схватил меня на руки и взвалил на плечо. Била его руками по спине, продолжая плакать. Но где-то в глубине души была счастлива, что Лео пришел. Когда мы подходили к хижине, уже не сопротивлялась. Силы кончились. Он занес меня в дом и усадил на скрипучую тахту со рваной обивкой. Я поморщилась, не желая даже касаться этой отвратной мебели.

– Ты вся продрогла, – Лео потрогал мой нос, затем пальцы, – что это было, милая?

Я отвернулась, играя с ним в молчанку. Вокруг топтались трое остальных: черноволосый бородач, миниатюрная брюнетка и странный рыжий парень.

– Миледи, – Агнес присела рядом, – зачем Вы…

– Замолчи! Ничего не желаю слушать, – надулась я.

– Нисса, – тихо, но угрожающе рыкнул мой волк, – зачем ты бегаешь одна по лесу?

– А что, я вам помешала? – с вызовом взглянула в его желтые глаза, – уж простите.

Лео вздохнул, затем обратился к брюнетке.

– Сюзан, нагрей ей чаю, пожалуйста.

– Хорошо, альфа, – она направилась в другую комнату.

– Кто это, Лео? Местная богачка? – с презрением спросил бородач.

– Она Уайтберд, – прорычал рыжий, затем оскалился, – знатный улов.

– Тихо! – рык моего Лео сотряс стены, – эта девушка – моя истинная. И да, она Уайтберд. Еще вопросы?

Оба волка стушевались, но все еще с подозрением глядели на меня.

– Истинная? Человек? – рыжий буквально выплюнул последнее слово.

– Да, – жестко произнес мой волк, – мать-луна так распорядилась. Коснетесь ее, будете иметь дело со мной и Агнес.

Забавно. Наверное, именно сейчас я в полной мере ощущала, каково было моему оборотню все эти недели. А может и годы. Презрение, с которым троица глядела на меня, раздражала. Я – леди Анисса Уайтберд, а эти животные смеют так высокомерно фыркать в моем присутствии? В гневе вскочила, но Лео резким движением усадил меня обратно.

– Нисса, ты в порядке? Ничего не сломала? – он нежно провел рукой по моим волосам, откинул их и осмотрел шею, – черт, всю кожу расцарапала. Несносная.

– Прости, – ко мне начал возвращаться здравый смысл, – я думала, что вы с Агнес…

Стоп! А что моя гувернантка делает в компании оборотней? Я развернулась к ней и встретилась с виноватым взглядом.

– Я тоже оборотень, миледи, – тихо произнесла она.

– Да что ты перед ней оправдываешься?! – взревел черный и ринулся ко мне, но Лео резко рванул на него и оттолкнул гиганта в стену.

– Никогда не смей ее пугать, ясно тебе? – мощная фигура моего волка нависла над испуганным бородачом, затем он схватил несчастного за шкирку, словно щенка, – ясно?!

– Да, альфа, – прошептал тот.

Видеть Лео таким было необычно и интересно. Его сила пробуждала внутри странные чувства. Я впервые видела мощь альфы воочию. То, с каким благоговением и страхом остальные смотрели на моего оборотня, вынуждало и меня быть более покорной. Вернее, я хотела быть такой. Значит Агнес – оборотень?

– Покажи, – сказала гувернантке, – свою вторую сущность.

– Хорошо.

Мужчины отвернулись, а Агнес разделась прямо передо мной. Ее тело, всегда казавшееся мне сухим и бесформенным под черным платьем прислуги, на деле было подтянутым и стройным. Особенно для ее возраста. Гувернантка начала меняться на глазах и спустя миг передо мной уже стояла худая черная волчица. Я же ее знаю! Протянула ладонь и потрепала мохнатую голову. Агнес…

– И вы теперь – одна стая? – обратилась к Лео, а моя гувернантка уселась в ногах, положив голову мне на колени.

– Не совсем, – Лео метнул в троицу суровый взгляд, – над дисциплиной и связью нужно поработать.

– А Агнес…

– Она моя правая рука, бета, – Лео сел рядом, поглаживая мою ладонь.

– Я прошу прощения, – пробасил бородач, – у нас есть причины ненавидеть людей, но истинная нашего альфы – тоже член стаи.

– Прости, – мило улыбнулась брюнетка, – Я Сюзан, а этот агрессивный гигант – Кайл. Рыжий умник – Мэтт.

– Анисса, – было очень необычно так нормально знакомиться.

За дверью остались все глупые условности, нормы и титулы. Эти волки – само воплощение природы. Я успокоилась, попивая отвратный, но сделанный с душой чай Сюзан. Они рассказывали о себе, в подробностях расписывая, какие ужасы творит Томас Винтер в своей закрытой лаборатории. Мне было стыдно за людей, но уверена, именно поэтому я стала истинной Лео. Моя судьба – открыть глаза людям и вернуть оборотням права. Пришло время для активных действий.

Вернулись мы ближе к утру. Лео проводил меня, убедившись, что никто нас не видел. Мы стояли напротив моей спальни. Было жутко стыдно за свои мысли этим вечером.

– Лео, прости… я не знала, что у тебя есть стая. Уж надумала себе всякого.

Он прижал меня к себе, поглаживая спину, проводя пальцами вдоль позвоночника. Я снова тонула в его объятиях, уносимая эйфорией.

– Боюсь даже представить, что ты там себе придумала, – улыбнулся он.

– А нечего по ночам с женщинами встречаться, – попыталась отвернуться, но волк силой заставил смотреть ему в глаза.

– Я люблю лишь тебя, моя буйная истинная, – сказал он и нежно поцеловал.

Касания его губ были легкими и нежными, словно летнее облачко. Сейчас я ощущала себя по-настоящему живой. Вся эта роскошь вокруг, весь пафос словно стирались из памяти, оставляя лишь яркие чувства к моему волку. Горячий, страстный, он был мне необходим. И я тоже…

– Я тоже тебя люблю, несносный альфа, – уткнулась в его грудь лицом.

Так мы стояли довольно долго, и лишь ночь была свидетелем наших слов. Любовь… наконец-то я поняла, что это такое. В детстве я мечтала, что полюблю лорда и выйду за него замуж в красивом платье. А сейчас все эти мечты казались пустыми. Единственное, что его я желала – не разрывать наши объятия. Но пришлось.

– Моя девочка, – Лео поцеловал меня в висок, – мне пора.

– Я не могу без тебя, – призналась ему, – каждую ночь мечтаю о том, чтобы больше не скрываться. Позволь мне помочь оборотням…

– Тебе лучше в это не лезть, Нисса, – жестко сказал он, – это опасное мероприятие.

– Я не останусь в стороне! – сжала руки в кулак, – у меня есть идея.

Затем я скрылась в спальне. С трудом дотерпев до раннего утра, набрала Люси. Ведь знала, что вчера вернулся ее брат. Мы договорились встретиться перед ужином и все обсудить. Но голос подруги звучал напряженно. Ближе к вечеру Лео снова пошел навестить стаю, а я ждала подругу. Бруно накрыл нам чай с булочками в моей комнате. Родители были в отъезде, так что можно было спокойно делать, что заблагорассудится.

– Нисса! – подруга влетела в спальню, бросая на кровать пакеты с брендовыми вещами, – сегодня у нас вылазка.

– Чего? – не поняла я.

– Мой брат пробил по своим каналам, что Айс делает с выкупленными оборотнями. И там все очень печально. Слушай. Этот извращенец специально выбирает молодых девушек, чтобы потом продавать их в клубе “Руж”. И сегодня мы поедем туда вызволять сестру твоего любимого.

– Но как…

– У меня есть наводка, что сегодня группа высокопоставленных военных будет отмечать там юбилей одного генерала. И они заказали одну из новеньких по имени Лорин. Совпадение? Не думаю.

– Но почему полиция сама не…

– Их руки связаны, – вздохнула Люси, – брат уже давно мог бы закрыть шайку Айса, но кто-то сверху постоянно дает заднюю. Конечно же я пообещала не влезать, но…

Ее глаза недобро сверкнули. Затем подруга вручила мне голубое платье, больше напоминающее маленькую тряпочку.

– Совместим приятное с полезным. Спасем сестру твоего оборотня и покажем ему тебя во всей красе, – в ее руках появились туфли на очень высоком каблуке, – заодно выгуляешь новое бельишко.

– Мне кажется, это слишком…

– Там дресс-код, подруга. Так что одевайся, бери своего горячего оборотня и поехали.

Сама она быстро впрыгнула в такое же коротенькое платьице красного цвета и принялась краситься. Тем временем в дверь постучали.

– Миледи, – к нам вошла Агнес и застыла, переводя взгляд с Люси на меня.

Я все еще держала в руках вопиюще крошечный наряд.

– Позови Лео, пожалуйста. Мы с Люси едем в клуб, – тихо сказала я.

– Да, миледи.

Стянув вещи, достала из шкафа купленное белье. Подруга присвистнула, рассматривая голубое полупрозрачное кружево.

– А твой оборотень знает толк в красоте. Давай, надевай!

Я смущенно потупилась, быстро натягивая трусики. Бюстгальтер Люси швырнула на кровать.

– Это платье носится без него. Быстро одевайся и я тебя накрашу.

– Оно слишком откровенное, я не могу…

– Воспринимай это как маскировку, – Люси впихнула мне кусочек голубой ткани под названием платье, – всего на один вечер.

Вздохнув, я надела его на полуголое тело. Мягкая ткань сразу же выделила все округлости. Смогу ли я выйти в такой одежде на улицу? Люси занялась моими волосами и макияжем. Спустя час я не узнавала себя. Взяла небольшую сумку-клатч и на всякий случай сунула туда мобильный, кредитную карту и немного наличности. Чувствовала себя слишком странно. Затем надела туфли. Люси осмотрела меня, поправила пару прядей и хлопнула по спине.

– Давай свою коронную походку, подруга. Мы вызволим сестру твоего оборотня и, если повезет, еще парочку несчастных волчиц. Улыбнись!

– Почему ты это делаешь? – мне вдруг стало интересно.

– Ты проявляешь такое рвение… раньше я презирала этих полуволков, но теперь, познакомившись с твоим альфой, убедилась, что они куда лучше людей. И Диего знает многих. В общем, я в деле.

– Спасибо!

Дверь открылась и на пороге показался Лео. Люси выпорхнула в коридор.

– Жду в машине, голубки!

Я направилась следом за ней, но оборотень сурово преградил мне путь, затем впихнул обратно в комнату.

– Ты в этом никуда не поедешь… – хрипло прошептал, затем облизнул меня голодным похотливым взглядом.

Глава 24

После признания Ниссы я был готов прыгать, как глупый влюбленный студент. Она меня любит… конечно, истинная связь являлась в своем роде любовью, но все-таки у волков несколько другие понятия. Многие женщины мне признавались, когда мы еще жили в Норвегии, но я не чувствовал ничего после этих слов. А тут совсем маленькая и едва достигнувшая совершеннолетия девочка пролепетала заветную фразу своими алыми губками, а я счастлив как слон. Вернувшись в хижину, сразу улегся в кровать.

Нужно что-то делать. Вызволять нас обоих из этой западни. Внезапно почувствовал приближение беты. Агнес же отправилась отдыхать? Открыл ей дверь, впуская понурую волчицу. С одной стороны, дико хотел спать, а с другой мне не давала покоя ее реакция на Кайла.

– Можно я здесь посижу? – угрюмо спросила она.

– Пожалуйста. Но что случилось?

– Леди Анисса теперь знает, кто я.

– И тебя беспокоит только это? – я включил чайник и достал кружку.

Шон накануне притащил бутылку дорогущего рома. Я взял щепотку корицы, разогрел воду, добавил сахар, а затем в получившийся чай налил полпинты рома. Протянул Агнес.

– Грог, – пояснил ей, – пей. И рассказывай.

Мне было интересно не только как альфе, но и как ее новому другу. Все-таки бетой просто так не становятся. У нас определенно есть что-то общее. И я хотел помочь волчице. Знал не понаслышке, что если ты долгие годы один, то появление истинной пары – тот еще стресс.

– Что рассказывать? Просто мне не нравится этот бородач твой. Он агрессивен и напал на леди Аниссу.

– Думаю, мы с ним разобрались, – улыбнулся я, – но ведь есть кое-что еще да?

– О чем ты? – она вдохнула аромат корицы и сделала маленькой глоток.

– Я почувствовал странную вибрацию между вами. Будто бы связь. И он чувствует. Поэтому и пристает к тебе.

– Плевала я на него! – выпалила Агнес, а ее тело пробила дрожь.

– Почему отвергаешь истинного? – я решил выложить все карты и говорить откровенно.

– Потому что эта связь не для изгоя, – произнесла волчица.

– Не бойся, если Кайл обидит тебя, я смогу защитить. Сама же знаешь, что бывает, если противиться.

– Я просто не могу… столько лет жила как отшельница. Одиночество крепко засело внутри меня. Некомфортно уже от того, что стала твоей бетой. Но друг – это одно, а истинный – совершенно другой уровень. Не могу, не доверяю ни одному из них. Да и стара уже для подобных приключений.

– Ничего подобного. Дай ему хотя бы шанс. Эти трое – лишь брошенные сиротки, которые отчаянно ищут опору. Станем для них такой опорой. Хочешь, постелю тебе на кушетке? Утром мозги встанут на место.

– Нет, – волчица допила грог и встала, – спасибо, Лео. Мне теперь легче. Возможно мне стоит об этом подумать.

Мда, раньше все было проще. Волки жили себе спокойно, находили истинных, заводили потомство. А теперь мы боимся привязаться, чтобы потом не страдать от страшной потери. Лори… как же мне пробраться к Айсу и вызволить сестру? Эх. Завалившись в постель, сверлил взглядом потолок. Нужно его еще подкрасить. В голову лезли бредовые мысли, с которыми я и заснул. А утром снова занимался делами, которые на меня свалила экономка. То и дело видел Агнес. Волчица все равно выглядела подавленной. Нужно поговорить с Кайлом, чтобы не давил на нее.

Ближе к вечеру освободился, смог собрать немного еды и вещей для стаи. Застал громилу за ремонтом мебели и присел рядом. Он выглядел не менее угрюмым, чем Агнес.

– Она остынет, – сказал ему.

– Повезло тебе, – отозвался бородач, – истинная влюблена в тебя по уши.

– Поверь, леди порой бывает той еще занозой. Если женщина тебе не доверяет, она будет всячески сопротивляться. Нужно лишь терпение.

– Я могу понять человека, – надулся он, – но Агнес волчица. Красивая…

Чувствовал его восхищение, которое Кайл пытался всеми силами скрыть. Все же не стоит мне лезть в мысли истинных из своей стаи. Но сейчас я точно понял, насколько ему обидно.

– И почему она меня отвергла? – бородач по-настоящему страдал.

– Она была изгоем долгие годы. Будь внимателен и все получится.

Он вздохнул и продолжил работу, а я сдал вещи и еду Сюзан, затем отправился обратно. Было жаль Кайла, ведь я понимал, что такое быть отвергнутым истинной парой. Но Агнес – умная женщина и сделает верный выбор. Когда на небе уже зажглись первые звезды, ко мне домой пришла бета.

– Леди Анисса ждет тебя у себя. Хочет поехать в ночной клуб, – она топталась у порога, – Кайл в порядке?

– Сходи, узнай, а мне пора к своей леди.

– Готовься, Лео. Анисса с подругой что-то задумали, – с этими словами волчица вышла.

Чего? Вздохнув, переоделся и направился к гордячке. И куда ее понесло на ночь глядя? Но в ароматной спальне ждал самый настоящий сюрприз. Платье, не прикрывающее почти ничего, обтягивающее сладкие округлости моей леди. Не выдержал и втолкнул несносную девчонку в комнату, закрывая за собой дверь. Хочу ее трахнуть прямо сейчас в этой тряпке!

– Ты никуда в таком виде не поедешь, – прорычал, не в силах оторвать взгляд от ее длинных ножек на высоких каблуках.

– Это еще почему? – она с вызовом взглянула мне в глаза.

– Потому что я так сказал.

Подтолкнул свою леди к кровати, с трудом удерживая на цепи внутреннего зверя. Видел ее грудь под тонкой тканью, очертания трусиков и дико желал все это разорвать в клочья. Злость прочно сплелась с вожделением. Я навалился на нее, устраиваясь между длинных ножек.

– Ну я же буду под твоей защитой, – сбивчиво пролепетала Нисса, обнимая меня за шею, – тем более, это не совсем развлечение.

Я выгнул бровь, затем положил ладонь на ее бедрышко.

– Интересно… а что же это? – медленно повел руку вверх.

– Я узнала, где ориентировочно держат твою сестру, Лео.

Что она только что сказала? Резко отстранился, сурово глядя на истинную.

– Просил же не лезть в это, Нисса! – я не верил собственным ушам.

– Я не могу так. Ты страдаешь! – ее умоляющий взгляд меня полностью обезоружил, – прошу! Мы просто одним глазком, а это…

Она провела ладошкой по платью.

– Там дресс-код, и еще мне хотелось быть красивой для тебя.

– Милая… – эта несносная полностью меня уничтожила, – ладно, поехали. Но если что, сразу назад, поняла? И осторожнее виляй задом, иначе будет множество вырванных глаз и сломанных пальцев.

Она хихикнула, затем села на мои колени, прижимаясь попкой к паху.

– Спасибо тебе, – несносная леди приникла к моим губам.

Ну как ей отказать? Хитрая маленькая хулиганка. Я встал и поплелся за ней. Усевшись в машину, сурово взглянул на Люси. На подруге Ниссы было похожий наряд, открывающий все, что можно и нельзя. Находясь с ней рядом, постоянно чувствовал угрозу и был готов защищать свою истинную. А вот Анисса, судя по всему, вполне расслаблена. За исключением того, что ее платье так и норовило приоткрыть мне самые сладкие части ее тела. А уж стоячие соски истинной, словно магнит, притягивали мой похотливый взор. Ты сама так решила, милая. Облизнулся, нагло ее рассматривая.

Но меня беспокоила цель нашей поездки. Если Гроув права, то ублюдок Айс продает сестренку в каком-то грязном и вонючем клубе для извращенцев. Найду Лори и разорву всех – от официанта до последнего клиента. Слова Ниссы не выходили из головы. Этим вечером мою сестру сдают в аренду нескольким мерзким воякам на праздник? Как последнюю шлюху? Еле удержался от обращения, зверь внутри выл и бесновался. Ублюдки!

Выглянул в окно. Ночной Бриджтаун по-прежнему сиял тысячами огней. Как я понял, клуб “Руж” располагался ближе к окраине, но все же относился к достаточно престижному району. Очевидно, чтобы не упасть в грязь лицом перед важными шишками, которые ходят туда слить свою сперму. Сморщился, представляя эти гадкие картины.

Было приятно, что Нисса так обеспокоена моей Лори, но в глубине души я беспокоился за свою девочку. Возможно, сегодня ей предстоит столкнуться с еще более мерзкими человеческими пороками. Готова ли ты, милая?

Анисса грустно смотрела в окно. Неужели так переживает? Она у меня очень глубоко эмпатична, хотя раньше казалось, что моя леди – сухая и бесчувственная богачка. Но это лишь то, чем ее усердно накачивали с детства. Токсичная кожура, без которой не выжить. Страшно захотелось поцеловать свою истинную. Она ведь взваливает на себя весь груз вины за произошедшее с оборотнями, хотя сама ни в чем не виновата.

Вывеску “Руж” было видно издалека. Алый неоновый бокал для мартини украшал вульгарное название. Чистое сияющее здание, охранники в дорогущих костюмах перед входом и множество элитных тачек выдавали высокий статус заведения. Когда мы вышли из машины, Люси тут же взяла инициативу. Подойдя к охраннику, протянула приглашение. Тот придирчиво осмотрел девочек и заинтересованно уставился на мою истинную. Еще секунда и оторву ему пару конечностей. И глаза вырву в довесок.

Мельком глянув на приглашение, бугай пропустил нас внутрь. Когда проходил мимо него, слегка рыкнул и охранник испуганно отпрыгнул. Мда. Человеческие мужики – это нечто. Внутри клуба все было стандартно: море алкоголя, неон и странная повторяющаяся музыка, которая бьет по ушам. Но Люси повела нас дальше. Я внимательно осматривал контингент. В основном золотая молодежь, не обращающая внимания ни на что, кроме наполненности бокала. Парочка молокососов облизнулись при виде красивых девушек, но мой выразительный взгляд сразу остудил их пыл. Я старался быть внимательным и со всех сторон защищать свою истинную. Кстати, а где Диего?

В самом конце барной стойки увидел серую металлическую дверь. Анисса вдруг остановилась и задрожала. Неужели поняла, куда попала? Я обнял ее за талию и прижал к себе.

– Не бойся, милая. Я рядом.

После моих слов гордячка слегка расслабилась. Мы подошли к очередному бугаю, которому Люси снова протянула черное ламинированное приглашение. Тот что-то уточнил по рации, не спуская с меня глаз. Гей, что ли?

– Проходите, свободные комнаты шесть и десять.

Оказавшись внутри, я напрягся. Длинный коридор, освещенный алыми лампами, напоминал элитный публичный дом. Усеянный по обе стороны деревянными дверями, заканчивался такой же серой металлической махиной. Очевидно, для сохранения инкогнито клиентов, или… сердце упало в пятки. Такой незаметный выход был бы очень удобен для выноса тел. Два помещения выделялись воздушными красными шторами. Номер шесть и двенадцать. Усадив девушек в шестую, я строго погрозил пальцем.

– Сидите и ждите Диего. Я найду сестру и приду.

– Но Лео! – Нисса резко поднялась, но Люси усадила подругу на место.

– Мы просто выпьем. Заберешь сестру – маякни, – подруга моей леди выглядела абсолютно собранной, – Диего поставит машину в безопасное место и придет сюда. Выпьем и тихо выйдем.

Это место источало смрад похоти и насилия, мне совершенно не хотелось, чтобы моя истинная провела здесь еще хоть минуту. Одна из дверей резко открылась и оттуда выбежала молодая девушка без одежды. Я наблюдал, как двое нетрезвых уродов схватили ее, отвесили пару пощечин и впихнули обратно. Стиснул зубы и затаился. У меня другая задача. Закрыл глаза, пытаясь ощутить аромат сестры. И вдруг легкий мятный шлейф протянулся к одной из комнат. Я быстро подошел и дернул ручку. Не поддалась. Но из-под двери тянулся мерзкая смесь запахов наркотиков и выпивки. Я едва различал запах Лори.

Разозлившись, плечом вышиб дверь. И мне открылось самое страшное зрелище, которое видел за всю свою жизнь. Просторная комната, а по ее центру – широкая постель с алым шелковым бельем. Моя сестренка, наряженная в какие-то розовые чулки с бантиками и школьную юбку, скатавшуюся на ее талии, лежала спиной на здоровом мужике, тонкие ножки разъехались в стороны, а он орудовал внутри ее попки. Второй пыхтел сверху и его мерзкие губы впивались в маленькую грудь. Третий засунул свой член в ее рот.

Вокруг разместились еще двое и каждый трогал мою маленькую сестренку и дрочил. Своими лапищами они стискивали ее нежную кожу, кусали и били. А на лице Лори не было ни единой эмоции. На крошечном теле расползались синяки, которые мгновенно исчезали благодаря регенерации.

– Ты кто? – заплетающимся голосом промямлил один из них, – вали отсюда, это наша сучка.

А мои глаза уже заволокла алая пелена ненависти. Внутри тек чистый огонь, заставляя мгновенно обратиться и броситься на насильников. Вокруг смешались в жуткую какофонию вопли этих свиней, один попытался убежать, но дверь перед его носом захлопнулась. Кто-то снаружи мне помог. Диего? Неважно. Весь мой гнев был обращен на этих отвратительных существ. Сестренка упала на пол, затем поползла ко мне. Маленькая, избитая и совершенно пустая.

– Оборотень! – вопили полуголые вояки, пытающиеся подбежать в своей одежде и выхватить оружие.

Но звукоизоляция в этом мерзком месте была слишком качественной, а моя реакция – слишком хорошей. Их никто не слышал и до серебряных пуль эти ублюдки так и не добрались. С садистским удовольствием вгрызался в мягкую плоть своих жертв. Каждый, кто коснулся моей Лори, сдохнет здесь. Зубы и когти были смертельным оружием, которое я применил, не задумываясь. Запах крови туманил разум, вынуждая грызть их сухожилия, размалывать кости и пить кровь. Гадкую, грязную кровь насильников. Вдыхал аромат их страданий, но не мог унять жажду убийства. Один за другим, пятеро ублюдков оставили свои внутренности на нежном балдахине и изголовье этой порочной кровати. Когда все было кончено, и алый интерьер комнаты дополнился цветом крови на стенах, белье и мебели, я обернулся и увидел свою сестру. Она невидящим взглядом смотрела на меня.

– Лори, – позвал ее мягко и ткнулся окровавленной мордой в плечо, – ты меня слышишь?

Но она лишь перебирала тонкими пальчиками мою шерсть.

– Ты испачкался, братец. Мама с папой будут ругаться, – шептала моя сестренка.

Она сошла с ума? Маленькая Лори… из-за постоянных издевательств моя девочка не в себе.

– Залезай на меня, – сказал ей в надежде, что она услышит, – мы побежим к маме с папой. Там тебя больше никто не тронет.

– Правда? – ее глаза засияли, – поехали.

Вся покрытая кровью, как и я, она забралась на мою спину. А мне хотелось уничтожить это место, размолоть в пыль. Запах смерти, крови и человеческих выделений начинал душить, я быстро подбежал к двери, но она вдруг открылась. А за ней, обняв себя руками и прислонившись к противоположной стене стояла моя истинная.

– Кто ты? – не поняла Лори, обращаясь к Аниссе.

Та сделала шаг вперед, но алая пелена перед моим взором все еще не рассеялась. Я ненавидел всех людей, включая ее. Жалкий миг, момент и я агрессивно зарычал. Зверь, вырвавшийся на свободу, был готов рвать и кромсать каждого, кто подойдет ближе.

– Прочь! – рыкнул, угрожающе клацая зубами, и Нисса испуганно попятилась, а я бросился к выходу.

Никто больше не тронет мою Лори. Моя хорошая, невинная сестренка. Вышибив дверь, рванул к лесу. Свежий воздух постепенно отрезвлял, луна

успокаивала разум. Но я не чувствовал свою сестру. Совсем. По всей видимости, мне ее не вернуть. Бежал, специально изводя свое тело, чтобы устать и хоть на миг переключиться. Но вдруг услышал знакомый низкий рык. Навстречу бежала моя стая. Ясно… значит, связь уже полностью сформировалась.

– Что случилось? – спросила Агнес, – мы услышали зов и ярость…

Кайл удивленно глянул на мою хрупкую ношу.

– Кто это?

– Моя сестра… – выдохнул, затем опустил Лори на землю.

Она куклой рухнула на траву. Совсем не стоит на ногах. И тут я вспомнил. Нисса! Как же я ее, должно быть, напугал. Моя девочка снова будет плакать. Черт! Сел и завыл, протяжно и тоскливо, выпуская всю боль и отчаяние. Стая сразу присоединилась ко мне.

– Заберите Лори в хижину стаи, – приказал я, – никуда не пускайте. Агнес, Сюзан, она не в себе. Помойте ее и оденьте. Пусть поспит. И выясните, чем они накачали мою сестру. Хватит уже сидеть без дела… я не прощу им издевательств над Лори. И над всеми нами.

Остальные согласно закивали.

– Вернусь и мы поговорим о том, что делать дальше. Спасибо вам…

Агнес подставила свою спину, и моя сестренка вдруг серьезно взглянула на меня.

– Ты нашел ее, братик… свою судьбу?

– Да, – прошептал лишь ей.

Она все-таки в сознании? Но затем сестра снова залепетала что-то невнятное и мои оборотни рванули вглубь леса, а я побежал назад. Надеюсь, Нисса простит меня. Она помогла, моя истинная помогла спасти сестру. Я почти летел, не жалея лап. И когда на горизонте показался адский клуб, не увидел ни сирен, ни полиции. Лишь свою леди, одиноко смотрящую в лес. Она сняла туфли и держала их в руках. Платье все смялось, а прическа совсем растрепалась. Ждет меня? После того, что я сделал?

– Лео! – увидев меня, Нисса побежала по мокрой траве и упала на колени, обнимая мою окровавленную мохнатую шею, – ты в порядке?

– Милая, я так виноват. Прости, – лизнул ее ладошку.

– Ничего, – она гладила меня по массивной голове и совершенно не боялась.

– Но, где полиция? – я почувствовал, как кипящая кровь стремительно охладевает рядом с моей девочкой.

– Люси и Диего умудрились отключить камеры и сигнализацию. Эти чудовища все еще там… не знаю, когда их найдут. Кстати, вот тебе Диего передал свои сменные штаны.

Я быстро обратился в человека и взглянул на Ниссу. Когда ее взгляд упал на мой пах, истинная смущенно отвернулась, протягивая штаны, пахнущие бензином. Но я не спешил их брать. Стоял перед ней совсем голый и упивался видом ее алых щечек.

– Почему ты стесняешься, милая? Посмотри на меня.

– Оденься…

– Как ты собралась спать со мной, если боишься даже увидеть обнаженным?

Моя гордячка наконец-то подняла глаза. А ярость трансформировалась в сносящее башню желание ворваться в лоно истинной.

– Лео, ты покрыт кровью, – прошептала она, – оденься, прошу.

Фыркнув, я натянул дурнопахнущие штаны и уставился на свою девочку. Она все еще смущалась, но именно в этот момент ко мне пришло осознание. Я привлек ее к себе.

– Нисса. Я хочу тебя, – гладил свою девочку по мягким волосам.

– Лео…

– Прошу, этой гадкой и смрадной ночью… стань моей.

Глава 25

Клуб “Руж” вызывал во мне противоречивые чувства. Я в жизни не была в подобном месте. Сияющий яркой подсветкой танцпол так и манил запрыгнуть и начать двигаться в такт электронной музыке. Однако Люси повела нас дальше… и на миг мне стало так неуютно, что ноги будто приросли к полу. Но Лео оказался рядом и помог перебороть страх. В длинном коридоре пахло пороком. Я ощущала его каждой клеточкой тела. И когда мой волк ушел, снова вскочила и направилась следом. Но путь мне перегородил Диего, принесший два коктейля.

– Ты ведь не успокоишься? – спросила подруга, потягивая алую “Маргариту”, разместившись на просторной постели, – интересно, они эти комнаты без дверей для извращенцев придумали?

– Я должна все увидеть своими глазами, – сдавлено прошептала, – ведь хочу помочь оборотням. И не должна закрывать глаза на их проблемы.

Вдруг снаружи раздался глухой удар. Я выбежала и увидела, как Лео застыл на пороге с выражением неописуемого ужаса на лице. Спустя миг он рванул внутрь, обратившись в волка, а его вещи разорванными тряпками упали на пол. Подбежала к той комнате и услышала неистовые крики. А затем взору открылась гадкая картина. Что эти мужчины делали с Лори? Это правда она? Взгляд упал на хрупкую блондинку, жмущуюся к кровати. А затем на Лео, зубы которого впивались в шею одного из приспешников Айса. Послышался неприятный хруст.

Застыла, не в силах совладать с накатывающим отвращением. Зачем они это делают? Один из мужчин прямо голышом ринулся к двери, но внутри меня что-то щелкнуло и я резко закрыла дверь прямо перед его носом. В коридоре стояла почти оглушительная тишина как вдруг ко мне подбежала Люси.

– Все плохо? – понимающие обняла меня, – тут кое-где камеры. Я отправила Диего разобраться. Чтобы никто не узнал, что мы здесь были. Ты в порядке?

Но я лишь глотала ртом воздух. Взяла разорванные вещи оборотня. Клянусь, в тот момент чувствовала всю гамму его противоречивых эмоций: от дикой животной ярости до всепоглощающей тоски. Волк делился со мной своими чувствами, и я их принимала. Мой Лео. Прислонившись спиной к стене, давила слезы. За что люди так ненавидят оборотней? Почему несчастная девушка подверглась насилию со стороны аж пятерых взрослых мужчин? Как же больно. Я понимаю тебя, мой истинный.

Люси побежала куда-то, а я закрыла глаза и полностью сосредоточилась на эмоциях Лео. Хотелось хоть как-то дать ему понять, что он не одинок. Дверь с треском распахнулась и на пороге показался мой волк. Весь в крови, зверь яростно глядел на меня. Сделала шаг вперед, но он отреагировал угрожающим рыком. Внутри меня вспыхнули яркие и необычные чувства. Я отступила назад. На спине Лео сидела девушка. Она безмятежно улыбалась и гладила его окровавленную шерсть. Эта сюрреалистическая картина повергла в настоящий шок. Затем он рванул прочь, выбивая мощным телом железную дверь.

А я смотрела на алое помещение, украшенное кровью насильников. Их тела, беспорядочно разбросанные по комнате, вызывали внутри лишь гнев. Даже не отвращение. Мне не было жаль. Презираю! Быстро закрыла дверь, чтобы как можно дольше их никто не нашел. Адреналин пульсировал по всему телу огненной решимостью. Схватила вещи своего оборотня и побежала следом через выбитую дверь. Ночной мрак казался почти осязаемым. Тем временем “Мерседес” Люси подъехал к заднему выходу, фары были выключены.

– Анисса! Надо ехать, – выдохнула подруга, – где твой оборотень? Сестру как я поняла, он нашел…

– Да, – я не спускала глаз с черного леса за стальной сеткой забора, – езжайте без меня.

– Но…

– Я дождусь его, – произнесла твердо, – но главное, чтобы вас не поймали. Я не брошу своего Лео.

– Слушай… – она коснулась моего локтя, – он же обратился да?

Я кивнула.

– Прямо в ошейнике? – удивилась она.

– Да… не знаю, как так получилось. Может брак?

– Будешь менять? – осторожно поинтересовалась подруга.

– Нет, не буду. Но хочу узнать его секрет.

– Тогда мы поедем, а вы на такси следом. И еще, вот, от Диего, – она протянула мне пахнущие бензином растянутые треники, – чтобы тебе с голым мужиком не ходить по городу.

Я крепко обняла подругу.

– Но не задерживайся. Если он… в общем, если что, заказывай такси и уезжай. Какое-то время трупы не найдут, но когда обнаружат еще и пропажу девушки, будьте готовы к вопросам. Айс – урод каких поискать и просто так не спустит с рук убийство своих подчиненных. И еще, если что, тут чуть дальше есть уютный мотельчик. И документы не спрашивают.

– Хорошо.

У меня на генерала были другие планы. Я должна обратиться к отцу, чтобы он помог прикрыть это и все остальные злачные места, где над оборотнями так жестоко издеваются. А Айс должен предстать перед судом. Еще потребую освободить Лео. Интересно, он вернется? Прижимая к себе вонючие штаны, стянула неудобные туфли. Мне было очень одиноко, ведь не чувствовала своего волка. Он вернется? А что, если нет? Так, не раскисать и прочь дурные мысли! Обошла забор и встала так, чтобы меня не было видно при выходе из клуба. Внутри по-прежнему играла музыка, и с другой стороны слышался смех и громкие возгласы.

Ночь была прохладной, я быстро промерзла. Не помню, сколько ждала его. Была готова к любому исходу, но не верила, что мой оборотень бросил меня. Внезапно чуть поодаль услышала хруст травы. Поначалу испугалась, но сердце радостно затрепетало. Это он! Лео подошел и прижался ко мне окровавленной мохнатой головой. Затем обернулся в человека. Стоял передо мной, совсем нагой и такой притягательный. Высокий, подтянутый мужчина вызывал вполне конкретное желание. Протянула ему штаны. Но вместо этого оборотень прижал меня к себе.

– Будь моей, – шептал он, и в тот момент я была согласна на все.

Пусть это случится сегодня. Хочу заглушить его боль. Взяла волка за руку и потащила в мотель, который посоветовала Люси. Типичное для этих мест длинное одноэтажное здание с обшарпанной краской и мигающей вывеской. За стойкой регистратора скучал молодой парень. Окровавленного оборотня я оставила снаружи на всякий случай. Администратор взял у меня деньги за ночь и выдал ключ, затем снова уткнулся в телефон. В кои то веки человеческое равнодушие играло на руку.

Вышла на воздух, затем повела оборотня к крайнему номеру. Как только мы вошли, я задернула все шторы и закрыла комнату на внутренний замок. Не включая свет, усадила мужчину на кровать. Он весь был покрыт неприятной смесью крови и грязи. В волосах застряли травинки и листья. Я аккуратно вытащила их и выкинула в мусорное ведро. Лео выглядел совершенно разбитым. Я села рядом.

– Как она?

– Плохо. Лори живет в своих фантазиях, – он закрыл лицо руками, – и я не знаю, из-за потери истинного или из-за долгих недель насилия.

– Лео…

– Тихо, Нисса. Не говори ничего, прошу. Просто побудь рядом.

Я прижалась к нему, закрывая глаза. Так мы и сидели, потерянные, одинокие и печальные. Но внезапно оборотень встал.

– Нужно принять душ. Я скоро вернусь.

Сердце бешено заколотилось, как только вспомнила просьбу Лео. Стать его… сегодня он лишит меня невинности? Страх пробрался в сердце, заставляя меня сильно нервничать. Совсем не знаю как себя вести и что делать. Но я успокаивалась, слушая шум душевой воды. Как только Лео вышел, обернутый полотенцем, снова перепугалась. Такой большой и сильный, оборотень мог бы давно подмять мое хрупкое тельце под себя. Но он ждал, пока буду готова. Мой возлюбленный волк.

– Сходи в душ, милая, – произнес он, – станет легче. Смой с себя всю мерзкую химию, которая мешает мне насладиться твоим ароматом.

Я взяла полотенце, лежащее в шкафу и направилась в ванную. Внутри стянула испачканное платье и трусики, затем бросила в маленькую бельевую корзину. Никак не могла настроить воду, руки предательски дрожали. Сначала на меня обрушился кипяток, потом с трудом докрутила до прохладной. Кошмар! Ополоснувшись, обернулась в полотенце и какое-то время мялась перед закрытой дверью. Ведь когда толкну ее, пути назад не будет. Так, Анисса соберись! Не всю же жизнь девственницей ходить. Я вышла в комнату и застала Лео сидящим на постели. Он зарылся ладонями в русые волосы и выглядел изможденным. Полотенце покоилось на его бедрах. Молча подошла, обнимая оборотня за сильные плечи. Все слова разом исчезли, стали ненужными. Лишь мы с ним имели значение. И наши чувства.

Лео поднял на меня свои синие глаза, которые тут же окрасились в желтый. Цвет его ярости и страсти. Он притянул меня к себе и прижался лбом к животу.

– Постой так немного, пожалуйста, – прошептал, а я начала гладить его шевелюру.

Хотелось разделить с ним боль, но не знала, как это сделать. До этого оборотень сам ворвался в мои мысли, заполняя яростью и гневом. А сейчас я хотела пригласить его. Но не понимала как. Руки волка легли на мои бедра, приподнимая низ полотенца, поглаживая кожу. Я застонала от удовольствия. Обхватив мои ягодицы, Лео притянул меня, вынуждая сесть на него сверху.

– Моя девочка, – прошептал, затем привлек к себе и поцеловал.

Поначалу нежно, будто спрашивая разрешения. Постепенно его губы становились все более требовательными, а язык проникал внутрь моего рта, исследуя его, вынуждая почти кричать от наслаждения. Сама не заметила, как движением руки Лео сорвал полотенце, оставляя меня совсем голой. Снова обхватив попку, волк продолжал жадно терзать мои губы. Он жестко мял кожу, будто случайно задевая пальцами влажное лоно. Я пылала, чувствуя, как изнутри рвется мощная волна удовольствия.

Вдруг Лео еще крепче прижал меня к своему телу и одним рывком подмял под себя, укладывая на спину. Его мощный торс нависал сверху, желтые глаза гуляли по нагим изгибам, задерживаясь на самых чувствительных местах. Мои соски стали твердыми после наших ласк, а между ног чувствовалась влага и холод. Я с вызовом взглянула на своего оборотня, приглашая делать со мной все, чего бы он ни захотел.

– Моя сладенькая истинная, – рычал мужчина, впиваясь губами в чувствительные сосочки, – никому тебя не отдам.

– Ммм, – я лишь мычала, не в силах справиться с яркостью эмоций, которые дарил мой волк.

Выгибалась ему навстречу, хватала за волосы и прижимала к своей груди, требуя все больше. Он долго мучил меня, оставляя следы на коже, вгрызаясь в соски, всасывая их и облизывая, словно одержимый. Впервые мужчина так желал моего тела. И я жаждала его. Но Лео все еще был в полотенце, что посчитала нечестным и, прикрыв глаза от удовольствия, потянулась к паху любимого оборотня. Но хитрец перехватил мои руки, нагло улыбаясь.

– Встань на четвереньки, милая.

Что? Нет, это стыдно! Я покраснела, потупив взгляд. Но Лео ласково погладил меня по голове.

– Не стесняйся меня. Поверь, тебе будет очень хорошо.

– Ладно… – пискнула, затем покорно перевернулась.

– Прекрасное зрелище. – он встал и обошел периметр кровати, нагло меня рассматривая, – тебе идет такое положение, Нисса.

Каждое слово, произнесенное хриплым и возбужденным голосом оборотня, вызывало новый спазм внизу живота. Машинально прогнула спину, выставляя ему на обозрение все свои прелести. С упоением наблюдала, как его зрачки расширяются, а под полотенцем выпирает большой бугор. Честно говоря, лаская оборотня, я всегда боялась даже представить, как эта штука в меня поместится. Однако сейчас, на пике возбуждения, хотелось поскорее ощутить его член в себе.

Но Лео не планировал просто так меня отпускать.

– У нас вся ночь впереди, – звонко хлопнул по моей ягодице, а я вскрикнула от неожиданности.

– У тебя восхитительная задница, Нисса, – рыкнул, кусая нежную кожу.

– Ай! Лео, прекрати! – но следующий удар сотряс другую половинку.

Закусила зубами подушку, ведь сквозь боль ощущала стремительно растущее возбуждение. Оборотень начал шлепать меня, а я сгорала со стыда, понимая, что мне это безумно нравится. Леди Анисса Уайтберд – похотливая извращенка. В определенный момент почувствовала, как улетаю куда-то далеко, уже не чувствуя ягодиц. Но вдруг Лео остановился и коснулся моих набухших складочек.

– Ах! – это прикосновение вызывало внутри мощный взрыв, но и на этом наглый волк не остановился.

– Умница девочка, – шептал, погружая в меня пальцы, аккуратно двигая рукой и задевая клитор, – может, еще разок? Покажи мне, как кончаешь.

Затем оборотень жадно припал к моей женственности. Неприличные мокрые звуки наполнили номер дешевого мотеля. Лео языком изучал каждую мою складочку, аккуратно слизывая соки и рыча от наслаждения. А я сдавленно стонала, стесняясь кричать в голос. Лишь рвала ногтями чистое постельное белье.

– Вкусная, – шептал оборотень, вылизывая мою попку, – моя истинная. Как же я хочу в тебя.

От этих слов внутри меня лопалась одна пружина за другой. Они стягивали внутренности, полностью сосредотачивая всю чувственность под языком моего волка. Я ощущала, как он наслаждается моими выделениями и от этого становилось настолько стыдно, что щеки неистово пылали. Однако звериная страсть оборотня вызывала внутри яркий отклик. Хочу ощутить его член в себе. Пусть мне будет до слез больно, но я жажду этого уже давно. Тело решило все за меня. И когда я взорвалась в очередном ярком оргазме, Лео отодвинулся, затем уложил меня на спину. Смотрела на него затуманенным взором, пока волк стаскивал с себя полотенце и нависал надо мной.

– Пришло время сделать тебя моей, милая, – с этими словами оборотень уперся толстой головкой в мое узкое лоно.

Глава 26

Истинная, любимая и такая желанная. Моя девочка сводила меня с ума. С самого первого взгляда на нее я понимал, что влюбляюсь. В ее склочный нрав, гордо вздернутый аккуратный носик и мягкие алые губки. Как ни сопротивлялся, природа все решила за нас. Моя леди безоговорочно доверяла мне. И я не мог ее подвести. Голое тело истинной, обернутое грубой тканью полотенца, пробуждало зверя внутри. И сегодня ночью я его выпущу. Гуляя ладонями по ее мягкой изящной спине, ловил себя на мысли, что неминуемо сделаю очень больно.

Даже если удастся сдержаться, все равно вряд ли моя истинная кончит в свой первый раз. Поэтому сначала нужно ее как следует разогреть. Наблюдая за смущением своей девочки, понимал, насколько она все-таки невинна. Даже в душе. Это безумно заводило меня. Целуя ее сладкую дырочку, вдыхал аромат выделений, приводящий зверя внутри в исступление. Он рвался в нее, словно одержимый. А я как мог, удерживал крепкую цепь самоконтроля.

Растягивал ее сначала пальцами, поглаживая маленький и чувствительный клитор, затем буквально вгрызался в ее розовые складочки, словно животное.

– Ты права, милая, – шептал, наблюдая за тем, как хрупкое тельце извивается в очередном оргазме, – я – зверь. Твой личный зверь.

Я бы мог бесконечно ласкать ее, слизывать соки, которыми постоянно покрывалась ее нежная кожа. Внутри лона, между губок и на бедрах. Она текла обильнее, чем я успевал вылизать. Не мог насытиться, бесновался, вкушая плод, который раньше считал запретным. И вот, перевернув свою девочку на спину, придавил телом к жесткой кровати. Не так я видел наш первый раз. Но что поделать, не могу больше ждать.

После случившегося с Лори чуть не впал в кровавое безумие, убив пятерых человек. Редкое явление для оборотней, остановить которое практически невозможно. Однако Нисса смогла. Лишь одним взглядом своих голубых бездонных глаз. И сейчас я отплачу ей болью. Как мог, целовал и ласкал, отвлекая от того, что собираюсь сделать. Но чем ближе мой член был к самому заветному местечку, тем активнее бесновался зверь внутри. Она так доверчиво смотрела… я аккуратно приблизился к узкой дырочке и слегка надавил.

Нежные складочки разошлись, пропуская меня в горячее истекающее лоно. Она вдруг вся сжалась, видимо почувствовав приближающееся страдание. Погладил Ниссу по личику.

– Придется потерпеть, милая. Прости за то, что доставлю боль.

– Не останавливайся, – шептала моя истинная, – я наконец-то смогу ощутить тебя полностью и готова вытерпеть что угодно.

Еще один короткий толчок, и я уперся в преграду. Черт! Она стала сжимать меня так сильно, что казалось, будто вот-вот вытолкнет. Ну уж нет. Впился в ее губки и резким движением порвал свою девочку. Она вскрикнула и будто одеревенела. В уголках глаз увидел слезы. Твою мать, неужели был слишком груб? Однако зверь внутри ликовал. Из глубины души выползало желание покрыть свою самку, дойти до конца, излиться в нее. Сжал зубы, пытаясь действовать нежно, но ее тугие стеночки с такой силой сдавливали мой член, что удовольствие сорвало мне башню.

– Не сдерживайся, – она едва не плакала, но на губах появилась улыбка, – сделай это со всей своей страстью.

– Прости… – только и смог вымолвить, но порочное нутро стремительно вырывалось наружу.

Выведя член, я сразу вошел снова. Моя девочка хваталась пальчиками за простыню, шире раздвигая ноги и впуская меня глубже. Как же в ней хорошо! Блаженство текло по венам перемешиваясь с кровью. Еще раз, и новый толчок продолжил разрывать дырочку моей истинной. Я обязательно искуплю вину, но сейчас позволю себе испить эту девочку сполна. Аромат выделений смешивался с запахом пота Ниссы, еще сильнее распаляя меня, вынуждая грубо вгрызаться в ее соски и неистово вдалбливаться в некогда невинное лоно. Она моя!

Движения становились все интенсивнее, и ее тихие всхлипы стали уплывать, заволакиваемые разрастающимся ощущением полной власти. Все мысли сосредоточились в районе паха. Сжимал ее мягкую кожу, подхватив под попку, входил до самого дна. Сейчас мы с истинной наконец-то стали одним целым. Я слабо понимал, где реальность, а где мои фантазии. Внутри желанной дырочки было так влажно, что член проскальзывал, не встречая сопротивления. Я трахал Аниссу все резче и резче, пока не почувствовал накатывающее удовольствие невероятной силы. Выдохнув, кончил в нее с низким животным рыком.

Однако зверю этого было мало. Член по-прежнему стоял колом, и я снова сделал толчок, даже не выходя из лона истинной. Она не оттолкнула меня, прижимаясь вспотевшим горячим телом. Продолжил целовать и понял, что готов снова взять свою девочку. Раз за разом, грубо и совершенно эгоистично я пользовался телом Ниссы, понимая, что ей все еще больно. Но она принимала. Раскрывала передо мной женское естество, с теплотой и терпением ждала и пыталась сделать мне хорошо. Ничего, моя маленькая, когда у тебя все заживет, возмещу каждую слезинку.

Когда я наконец угомонился, внутри Ниссы уже не было живого места. Она постепенно начала высыхать, доставляя мне боль и давая понять, что хватит. Залив ее семенем в последний раз, завалился рядом, пытаясь отдышаться. Никогда в жизни не испытывал такого удовольствия от секса с женщиной. И тем более от лишения ее девственности. Сгреб свою истинную в охапку и гладил мягкие волосы.

– Тебе понравилось? – пролепетала Нисса, оставляя на моей груди невесомые поцелуи.

– Ты – лучшее, что со мной случалось, – шепнул на маленькое ушко, – я безумно люблю тебя. Прости за причиненную боль. Твоя дырочка сорвала мне крышу.

Она хихикнула и покраснела, затем зевнула.

– Так не пойдет, – слегка растормошил свою леди, – нужно ополоснуться. Но в этот раз мы пойдем вместе.

Не дав возразить, подхватил свою девочку на руки и понес в душ. Она такая легкая как перышко. Поставив на ноги, увидел между бедер размазанную кровь вперемешку со спермой. Ее было много. Моя леди смущенно опустила глаза, а я почувствовал вину. Столько крови… ведь даже не заметил, что плева была такой плотной. Прижал Ниссу к себе.

– Как ты себя чувствуешь, милая? – увлек ее в душ, настраивая отвратительный сломанный смеситель.

– Живот болит, – тихо произнесла она, – но я счастлива.

– Я все искуплю, – мягкой теплой водичкой начал омывать свою девочку.

Сначала личико, затем плечи и вспотевшую грудь. Задержался пальцами у сосочков и слегка поласкал. Она прикрыла глаза от удовольствия. Опустился к плоскому животу, затем ополоснул круглую попку. Проник между ее ножек, вымывая свое семя. Ведь даже не подумал о презервативах. Конечно вряд ли человек забеременеет от оборотня. Это всем известно, таких случаев не было зафиксировано. Но в голове все равно появилась тревога. А вдруг, ведь связь истинных священна? Вряд ли мать-луна бы соединила тех, кто не может принести потомство. Страха не было, лишь сухое понимание, что Нисса теперь моя. Я защищу и ее, и нашего ребенка, если вдруг сегодняшняя ночь будет иметь последствия.

Смыв с круглых бедер кровь, прижал засыпающую девочку к себе, затем вытер и отнес в постель.

– Мне так хорошо с тобой, – едва слышно шептала Нисса, засыпая, – даже несмотря на боль. Я не хочу расставаться…

– Мы не расстанемся никогда. Даю слово, – в тот момент я и правда в это верил.

Завалившись в постель, укутал свою истинную одеялом. Она устроилась на моей груди и быстро уснула. Я же смотрел в окно. Будет тяжело, но теперь ясно видел свой путь. Только к ней. Возможно, судьба вела меня к этой девочке, закаляя характер и волю. Потому что в борьбе за Аниссу придется отдать все силы. Сам не заметил, как наступил рассвет. Моя истинная спала без задних ног, но ее лицо казалось неестественно бледным. Неужели это моя вина? Она открыла глазки и с удивлением осмотрелась.

– Уже утро? – затем сморщилась, схватившись за живот.

– Так сильно болит? – ощущал себя последней скотиной.

–Да нет, – вымученно улыбнулась Нисса, – просто непривычно тянет. Поехали домой, Лео.

Она натянула на себя трусики, затем впрыгнула в грязное платье. Я же одел рабочие треники Диего. Стоит признать, что без них случился бы казус. Моя леди заказала такси и села на постель. Обнял ее, прижимая к себе.

– Теперь никакого секса какое-то время, – шепнул ей, – нужно дать тебе отдохнуть.

– Я странно себя чувствовала, – призналась она, – вроде больно, но так… нормально. Даже объяснить не могу. Словно две половинки целого наконец-то соединились.

– Так и есть, но одна половинка слишком ненасытна, – поцеловал ее в макушку, – я должен тебе море удовольствия.

Нисса хихикнула. Затем на ее телефон пришло сообщение, что машина подъехала. Видел, что моей истинной тяжело идти. Бедняжка, видимо мой размер разорвал ей все внутри. Однако я укрепился в своем решении. И когда мы сели, озвучил его своей девочке.

– При первой возможности пойду к твоему отцу и все расскажу. Перед этим отправлю стаю в безопасное место, чтобы они подготовили нам пути отхода. Но для этого я должен знать…

– Я пойду за тобой, – тихо произнесла она, отвечая на вопрос, который я лишь прокрутил в голове, – куда угодно.

Водитель странно смотрел на нас. В глазах читалось какое-то подобие понимания. Я обнимал свою девочку, чтобы она не чувствовала себя брошенной. Эта ночь изменила все. Буквально прирос к ней душой, и теперь мы закрепили связь истинных. Как альфа, наконец-то покрыл свою самку и стал еще сильнее. Мы попросили остановить чуть поодаль от главных ворот, чтобы я вышел и незаметно вернулся в свою хижину. Внезапно на сердце стало так тяжело, что чуть не вытащил истинную с собой. Тревога грызла изнутри, инстинкты предупреждали об опасности. Нельзя отпускать Ниссу одну. Нельзя…

– Приедешь и сразу домой. Поняла? По-хорошему тебе нужно к врачу. Поговорим об этом днем. Поспи, хорошо? – погладил ее бледную щечку.

Моя девочка кивнула. Затем я направился к своей стае. Нужно проверить Лори и сообщить остальным, что мы скоро покидаем это место. Был уверен, что Уайтберд не примет нашу связь. Не для этого они с женой навязали Аниссе Грегори Мосса. Но я ее не отдам. Перегрызу всем глотки, но не позволю выдать свою женщину замуж. Ощущение угрозы никак не покидало. Прошел к своим. Лори сидела на тахте и что-то мило щебетала, глядя в пол.

– Лео, – Кайл вышел навстречу, – хорошо, что ты здесь. Твоя сестра только-только немного успокоилась. Не буду спрашивать, что случилось.

Напротив сестры присела Сюзан, показывая моей Лори детскую книжку с картинками. Та с искренним любопытством глядела на них, тыкая пальчиком. Мне было больно на это смотреть, но лишь так пламя гнева внутри не угаснет.

– С ней случился Айс… – выдохнул, подходя к девушкам.

Мысленно призвал рыжего и спустя пару секунд Мэтт появился в дверях. Лори удивленно уставилась на него. В ее глазах мелькнула вспышка осознанности, которая тут же погасла.

– Нам нужно обустроить новое убежище. Когда я бегал по лесу, в западной части Гринстоун в пяти милях есть такая же заброшенная хижина. Не думал, что придется уходить так скоро… но планы изменились.

– Твоя леди с нами? – спросил бородач.

– Да.

– А Агнес?

– Она – моя бета. Так что да.

От слова “бета” моя сестра вскочила и подбежала ко мне.

– А где Себастьян? Он скоро придет? Мы договорились встретиться…

Затем на красивом лице отпечаталась боль, Лори упала на колени и начала плакать. Я обнял ее, не говоря ни слова. Ощущал, как общая душа стаи страдает вместе с ней. По очереди остальные оборотни сели рядом и коснулись моей сестры. Им нужно бежать, причем как можно быстрее. Что-то не так. От былого спокойствия не осталось и следа.

– Соберите вещи, а после обеда забирайте Агнес и бегите в тот самый дом. Сидите тихо и ждите меня. Затем определимся, куда пойдем дальше.

– К чему такая спешка? – уточнил рыжий.

– Грядет что-то плохое. Но сначала нужно обезопасить мою истинную. Дам знать, как что-то прояснится.

Я еще какое-то время побыл с Лори, затем направился к себе. Чем ближе подходил к дому, тем отчетливее распознавал два новых запаха. Хотя нет, я их знаю! Аккуратно приоткрыл дверь, и сделал шаг. Повсюду воняло Грегом. Сморщился, затем отчетливо почувствовал чье-то присутствие. Инстинкты обострились до предела. Внезапно Грег вылетел из-за спины, но реакция волка и человека совершенно несопоставимы, так что он не успел даже коснуться меня. Развернулся и ударил его со всей силы. Охранник отлетел к стене, хрупкие человеческие кости разом хрустнули. Однако…

– Попался, – послышался спокойный женский голос, и тут же в горло впилась игла, обжегшая знакомой болью.

Черт. Место укола стремительно холодело и спустя минуту почувствовал головокружение. В хижине была женщина, я отчаянно пытался почуять ее, но перед глазами все плыло, а голова стремительно тяжелела. Помню это чувство, мне впрыснули тот самый серебряный яд, убивший мою стаю. Что за… не в силах стоять на ногах, рухнул на пол, успев заметить лишь худые лодыжки в дорогих лакированных туфлях, мелькнувшие перед глазами. А затем мир померк…

Глава 27

Когда оборотень покинул салон такси, от моей души будто оторвали огромный кусок. Почувствовала такую всепоглощающую тоску, что чуть было не сорвалась и не побежала за ним. Но Лео сказал отдыхать, и я послушаюсь своего альфу. Расплатившись с таксистом, вышла и вдохнула запах некогда родного дома. Холодный и мрачный, особенно в сером свете темнеющего неба, больше он не казался мне безопасным. Превозмогая тянущую боль в животе, зашла в кабинет отца. Окно было открыто и ветер трепал страницы открытой книги, лежащей на его рабочем столе.

– Папа! – позвала едва слышно, – ты здесь?

Но ответом мне послужил лишь далекий раскат грома. Вышла и направилась в спальню. Сегодняшним утром в особняке было подозрительно тихо. Повсюду витало странное ощущение тревоги. Я шла, но следом будто тянулся густой шлейф опасности. Быстрее, быстрее! Лишь оказавшись в комнате, закрыла дверь и почувствовала облегчение. Стянув грязное платье, швырнула его под кровать, затем направилась в душ. Горячие капли приятно расслабляли и напряжение внизу живота постепенно спадало.

Лео оказался огромным. Вспоминая то, как он заполнял меня, хотелось снова это ощутить. Я стояла в душе, поглаживая живот и внутри рождалось новое желание. Однако внезапно ощутила резкую неприятную тяжесть и сморщилась. Помыв голову и тщательно вытеревшись, направилась в спальню. Хочу к своему оборотню! Боль, которую испытала этой ночью, не шла ни в какое сравнение со всеобъемлющим чувством единения. Неужели это из-за нашей истинности? Одна мысль о том, чтобы подпустить к себе другого теперь вызывала не просто отвращение, а рвотные позывы.

Я вышла из ванны и только собралась позвать Агнес, как вдруг раздался тихий стук в дверь.

– Анисса, – зазвенел стальной голос матери, – нам нужно поговорить.

Быстро надела ночную рубашку и нехотя открыла, натягивая на лицо дежурную улыбку. Хорошо, что успела уже спрятать все доказательства бурной ночи. В руках матери увидела поднос с двумя кружками и дымящимся чайничком. По комнате быстро распространился приятный аромат чая “дарджиллинг”. Мой любимый.

– Доброе утро, мама, – распустила мокрые волосы и села за трюмо.

– Наконец-то выдался выходной, – усмехнулась она, затем прошла внутрь и аккуратно поставила чай на мою прикроватную тумбочку, – а то эти вечные проблемы с фондом выматывают. Как ты себя чувствуешь?

От ее приторно-сладкого тона меня тошнило. Чего этой женщине нужно? Лучше бы и дальше меня игнорировала.

– Давай, я помогу тебе с волосами, – пропела она и взяла мягкую щетку.

Не могла понять, почему внутри все леденеет, стоит рукам матери коснуться моей головы. Чем эта женщина ближе, тем ярче и громче кричали инстинкты.

– Нормально. Но, наверное, мне лучше поспать. Мы с Люси катались в город, почти всю ночь гуляли и танцевали, – я сглотнула, – так что буду ложиться.

– Надеюсь, телохранитель ездил с тобой? – она будто не замечала моего нервного состояния и то и дело накатывающего страха.

– Да. Его же для этого мне купили?

Я чувствовала: что-то не так. Мать уже лет десять не касалась моих волос и тем более не вела себя столь дружелюбно. Взгляд помимо воли тянулся к окну. Почти вырвав у нее щетку, я подскочила и направилась к кровати. Спрятавшись под одеялом, снова ощутила тянущую боль внизу живота. А эта женщина как ни в чем не бывало, уселась на постель и стала разливать чай.

– Вот, выпей. И расскажи, как провели ночь с подругой?

Что? Откуда она знает? На мой испуганный взгляд мама ответила смешком.

– Вчера говорила с твоим отцом. Он свято верит, что я на тебя давлю, Анисса.

Она протянула кружку с ароматным напитком, затем продолжила.

– И, наверное, он прав. Возможно, пора дать тебе больше свободы. Но я лишь беспокоюсь о твоей репутации. Ведь до свадьбы осталось совсем…

– Я не выйду за Грегори, – выпалила прежде, чем смогла сообразить, чем это грозит.

Увидела в глазах матери гнев, который погас так же быстро, как вспыхнул. Она вздохнула и сделала глоток. Я бы ни за что не догадалась, какие чувства она испытывает на самом деле. Каждое действие этой женщины было отточено до совершенства. Но мне было плевать на то, что я – леди. Мы с Лео убежим и будем вместе. Лишь эта мысль грела стремительно колотящееся сердце. Но почему мама не кричит, не ругается и не топает ногами?

– Ты точно уверена в своем решении? – спросила она без тени агрессии.

– Да…

– Могу спросить, из-за кого ты приняла такое сложное и недальновидное решение?

– Прости… – не хотелось ей ничего рассказывать.

– Ясно.

Сделала глоток горячего чая. Раньше Бруно никогда не подавал ничего подобного. Цветочный аромат классического “дарджиллинга” с едва заметной ноткой цитруса. Интересно. Я потянулась.

– Ладно, дорогая, – мама собрала пустые чашки и встала, – отдыхай. Проснешься и мы все вместе обсудим ситуацию.

На выходе она даже не обернулась. Я подтянула ноги к груди и попыталась успокоить ноющий живот. Так пролежала минут двадцать и уже начала засыпать, но ко мне внезапно вошла Агнес. Вот ее я была рада увидеть.

– Миледи, – волчица присела на постель, – как вы?

– Нормально, – покраснела с головы до пят, вспомнив минувшую ночь, – правда живот болит сильно. Принеси мне, пожалуйста, обезболивающее.

– Он вас не пожалел я смотрю, – усмехнулась она, – погодите минутку.

С этими словами Агнес быстро вышла. Вернулась она спустя минут пять. Но я так устала, что глаза буквально сами закрывались. Сонливость была подозрительно навязчивой.

– Жить со стаей волков – серьезное решение, – гувернантка покачала головой, протягивая мне таблетку, – не то, чтобы я отговариваю, просто у вас есть определенные привычки и…

– Но ты же будешь рядом? – перебила ее, укладываясь на другой бок.

– Конечно миледи, – она улыбнулась, – я всегда буду с вами и альфой. Но ему надо учиться быть сдержаннее. Бедная девочка…

Я улыбнулась, вспоминая жаркие объятия своего волка. И почувствовала небывалую решимость. Когда Агнес вышла, Морфей все-таки утащил меня в свои спокойные и теплые объятия. Только вот сон был каким-то странным: пустым, навязчивым и тяжелым. Казалось, что я тону и толща воды сверху давит все сильнее. Что происходит? Вокруг слышались какие-то голоса, затем меня снова крутило в безумном водовороте ничего не значащих больных снов. С трудом распахнув глаза, я прищурилась от слепящего рыжего заката, бьющего прямо в окна. Неужели проспала целый день?

Я попыталась подняться, но тело не слушалось. Казалось, что оно не принадлежит мне вовсе. С трудом встав на ноги, пошатнулась и сморщилась. Боль в животе прошла, оставив после себя лишь легкое тянущее чувство. Я оперлась вспотевшими ладонями на подоконник и выглянула в окно. Дом Лео выглядел, как обычно, но что-то было не так. Ощущала внутреннюю пустоту при мыслях об истинном, словно оборотень где-то далеко. Моя суть не могла достать до возлюбленного, отчего мгновенно подступили слезы.

Я не понимала, что не так. Попыталась добраться до двери, затем дернула ручку. Она показалась мне слишком тяжелой, но все-таки сумев справиться, распахнула деревянное полотно. вывалившись прямо в ночнушке в коридор. Пытаясь отдышаться, увидела Марджери, идущую навстречу.

– Миледи! – она подбежала ко мне, – леди Агата сказала, что вам нельзя вставать. Вернитесь в спальню.

– Где Лео? – сдавленно прошептала, опираясь на стену.

Все вокруг плясало в каком-то чудовищном непонятном танце. Где реальность, а где больной сон?

– Оборотень… – она замялась, – я не видела его с того дня, как вы вернулись.

– В смысле с сегодняшнего утра?

– Миледи… прошло уже трое суток, – сказала экономка, – весь дом на ушах. Говорят, оборотень сбежал. Нашли рядом с его хижиной лаз, ведущий прямо в лес. Тут такой поднялся переполох… и ваша мать…

Марджери прикусила губу.

– Лучше поговорите с ней конечно. Но она напугана, ведь оборотень… напал на леди Агату.

Я не верила своим ушам. Лео напал на маму? Уже прошло три дня? Быть такого не может! Яростно сверкнув глазами, медленно двинулась к лестнице. Это точно какой-то дурацкий спектакль. Экономка шла следом, уговаривая меня вернуться в постель и дождаться объяснений матери, но мне необходимо было поговорить с отцом. Добравшись до лестницы, сделала шаг, но ноги подкосились, и я кубарем покатилась вниз.

Ко мне подбежала Марджери, что-то вереща, затем рядом оказался Бруно. Я схватила его за лацкан, крепко сжимая пальцами ткань костюма. Все вокруг, включая боль от падения, отошло на второй план.

– Где Лео? – требовала, не отпуская управляющего.

– Твой оборотень сбежал, оставив за собой море горя и страданий! – услышала громкий голос матери.

Она вышла из кабинета отца в сопровождении Грегори Мосса, Томаса Винтера и Шона. Выглядела она отвратно. Совсем бледная, укутанная в плотный шерстяной платок. Ее пальцы едва заметно подрагивали. Шею укрывал тонкий шелковый шарф. На правой щеке увидела глубокий порез. Начальник охраны выглядел крайне потерянным. Эта женщина что-то сделала, я точно знаю! Лорд Мосс подбежал ко мне, затем аккуратно накинул на голые плечи свой пиджак. Я сморщилась от неприятного аромата, пытаясь сбросить тяжелую ткань. Но мужчина навязчиво обнял меня за плечи.

– Все позади миледи, – сказал он, – оборотня найдут и накажут.

– Что? – я ничего не понимала.

– Это отродье напало на меня и сделало нечто ужасное, – в глазах матери блеснули слезы, – а твой отец узнал об этом и его сердце не выдержало.

Боже… папа!

– Он жив? – выпалила, снова пытаясь вырваться.

– В больнице. Сильнейший инфаркт, – отчеканила эта ледяная женщина, – а все потому, что пригрел змею. Я знаю, что у твоего зверя были с ним некоторые договоренности. Иди отдыхай, мы сами разберемся.

– Нет! – прорычала, стряхивая с себя лапы Грегори, – Лео ни в чем не виноват! В какие игры ты играешь?

– Анисса! Закрой рот! – рявкнула моя мать, – я долго терпела твою самодеятельность. Грегори, ведите мою дочь в кабинет, нам с ней нужно поговорить без лишних ушей. Шон, продолжайте поиски. Найдете отродье – стреляйте на поражение. Томас… вы знаете, что делать.

– Да миледи, – охранник виновато потупился и развернулся.

Они с Винтером направились к выходу. Из меня будто разом выкачали жизнь. Я плелась за матерью, не в силах уложить в голове ужасы, которые она описывала. Побег Лео, инфаркт отца и все эти странные обвинения. Снова нас пытаются разлучить.

Не доверяй никому…

Кто это сказал? Меня усадили за стол отца, Грегори коснулся моей руки. Вырвала ладонь, когда мужчина попытался ее поцеловать.

– Анисса…

– Сэр Грегори, я бы хотела поговорить с дочерью наедине, – холодно произнесла моя мать, – она приболела и сейчас немного не в себе. Надеюсь, наши договоренности в силе?

– Да, миледи, – произнес Мосс весьма дружелюбно, – я пока подготовлю квартиру.

Ничего не понимаю! Кто-нибудь объяснит, что вообще происходит? Когда Грегори покинул помещение, вскочила, но боль в ребрах вынудила сесть обратно в кресло. Все-таки падение с лестницы не прошло бесследно.

– Это ты… – прорычала я, – ты меня усыпила своим чаем.

– Возможно, – голос матери звучал спокойно, – но я все делаю ради твоего блага, Анисса. Увлеченность оборотнем мне понятна, но…

– Ты ничего не знаешь…

– Знаю, что между вами особая связь и что ты уже не девственница. Этого достаточно, – сказала эта чудовищная женщина.

– Тогда почему идешь против природы, мама? – я совершенно не узнавала ее, – я просто не смогу жить с Грегори Моссом.

– Еще как сможешь, – сказала она, – и будешь счастливой женой и матерью его детей. Вчера я распорядилась начать подготовку к свадьбе. Через неделю ты сменишь фамилию на Мосс. И это не обсуждается.

– Где Лео?! Что ты с ним сделала?! – я перешла на крик.

Моя мать вздохнула, подошла ко мне и сняла пиджак. На ее теле зияли глубокие царапины. Шею и плечи покрывали укусы и синяки.

– Видимо, твоему зверю плевать, которую из женщин Уайтберд трахать.

– Заткнись! – прорычала, отталкивая эту женщину.

Но она больно схватила меня за руку и притянула к себе.

– Он изнасиловал меня, Анисса. Сразу после того, как поимел тебя в том грязном мотеле…– злобно шипела моя мать.

– Откуда ты… – рванула руку, но она держала очень крепко.

– Нужно лучше выбирать друзей, дорогая.

– Тогда почему ты так спокойна? Если Лео сделал нечто отвратительное?

По моим щекам текли слезы от горя и безысходности. Я не верила ни единому слову, но прекрасно понимала последствия. Моего волка убьют из-за такого обвинения. Не зря эта тварь позвала Винтера. Он наверняка уже все засвидетельствовал. Надеюсь, оборотень со стаей уже далеко. Пусть и без меня.

– Меня всю жизнь учили быть такой, – произнесла она, – этот мир жесток и проявление эмоций может уничтожить. Знаю, что ты не веришь в его виновность, ведь по уши влюблена. Но есть видео, доказывающее мою правоту.

Она достала мобильный телефон и положила передо мной на стол. На нем было плохо видно, но… нет! Не хочу на это смотреть! Лео не мог предать… не мог…

– Зачем ты снимала? – чувствовала, как внутри что-то обрывается.

– Я лишь хотела поговорить. Узнать, как он собирается жить с тобой дальше в нынешних условиях. Но твой волк накинулся на меня. И ты видишь результат.

Она убрала мобильный, затем взглянула мне в глаза. Я же пыталась переварить увиденное. Качество видео оставляло желать лучшего, но там точно был мой истинный. И он срывал с моей матери одежду, словно животное вгрызался в ее кожу и… насиловал ее.

Не верь никому. Лишь истинному.

После увиденного эти мольбы внутреннего голоса казались смешными. Моя душа покинула тело, оставив пустую оболочку. Где Лео? Где Агнес? Мне было так страшно, что кончики пальцев будто заледенели. Нет, это происходит не со мной… я проснусь и увижу улыбающееся лицо своего волка.

– Сейчас ты пойдешь в свою комнату и соберешь вещи. А затем до свадьбы будешь жить в квартире Грегори. Нам повезло, что он согласился взять тебя в жены после того, как ты отдала себя грязному животному.

– Хорошо, мама… – отчеканили ледяные губы.

Глава 28

Чертово серебро! Казалось, что оно течет по венам вместе с кровью и сжигает изнутри. Моя леди… где ты? Из горла вырвался больной стон. Кто посмел сотворить такое? Найду – распотрошу. Еле разлепив глаза, увидел грязные стены темницы. Попытался поднять руку, но новая порция боли пронзила тело. Снова кандалы? Я сидел на ледяном бетонном полу, а ноги и руки сковывали крепкие цепи. Где я, черт возьми? Глянул перед собой и чуть поодаль увидел металлическую решетку.

– Нисса… – прошептал едва слышно, снова прикрывая веки и пытаясь услышать свою девочку.

– Моей дочери здесь нет, зверь, – услышал знакомый голос и затем – стук каблуков.

Он приближался, неприятно щекоча волчий слух. Затем мерзко заскрежетал замок. Я сморщился, чувствуя неладное и рассматривая худую фигуру матери Аниссы, возвышающуюся надо мной. Она была абсолютно спокойна. Почувствовал легкий аромат предвкушения и напрягся. Смерил ее презрительным взглядом и отвернулся, чтобы не сорваться и не разорвать в клочья. Агата – мать моей девочки и как бы я ее не ненавидел, не имею права лишать жизни.

– Миледи, – агрессивно рыкнул, – к чему все это? Можно было просто поговорить… или любите пожестче?

– Что ты делал ночью с моей дочерью? – от ее голоса даже мне становилось не по себе.

Анисса… ощущение мягкой кожи под ладонями до сих пор согревало. Непроизвольно улыбнулся.

– Любил, – шепнул, затем получил по лицу.

Да эта женщина бьет не слабее опытного боксера. Прикинул свои шансы выбраться. Навороченные кандалы сильно раздражали, ведь стоит рыпнуться, как серебряные иглы вопьются в запястья, мгновенно убивая оборотня. Меня не убьют, но не дадут обернуться в волка. Возможно, удастся вырубить Агату. Наверняка ключи у нее.

– Анисса – сокровище семейства Уайтберд. Я берегла ее, учила и воспитывала не для того, чтобы она связалась с волчьим отродьем.

– Она не твоя вещь, мразь, – прорычал, за что снова схлопотал, но уже по другой щеке.

– Ты ведь не думал, что я позволю тебе так просто трахать мою девочку? – прорычала Агата Уайтберд, – она выходит замуж за перспективного мужчину. Да, я не доглядела, но сейчас все исправлю.

Я расхохотался. Гнусный хлыщ Мосс – перспективная партия?

– Дешево же вы оцениваете невинность своей дочери, миледи.

– Дороже, чем продали мою. Ты мне противен, альфа, – выплюнула она, – но Анисса и правда одержима тобой. Пора это прекращать.

Я усмехнулся. Твоя дочь любит меня, идиотка. И я люблю ее. Против связи истинных ваши гнусные законы ничего не значат. Анисса в итоге все равно будет со мной. А если я умру… умрет и она. Поэтому просто необходимо выжить и забрать свою девочку из этого токсичного места.

– Вы можете пытать меня, тыкать серебром… но ничего не изменится. Мать-луна выбрала Аниссу для меня. Это нерушимо.

– Посмотрим, оборотень, – эта женщина хитро прищурилась, – ведь моя дочь – женщина. А ты – мужчина.

Что она несет? Низко зарычал, отпугивая мать своей истинной. Она отпрыгнула назад, а по камере резко стал распространяться липкий запах ее страха. Думай, альфа! Из-за серебряных кандалов не мог определить, где моя стая. Чувствовал, что нахожусь достаточно далеко от моей леди, ведь совсем ее не чувствую. Держись, маленькая, я заберу тебя. Звякнул кандалами, вновь проверяя на прочность. Мда, без ключа не обойтись.

– И никакая женщина не потерпит, если мужчина изменит ей сразу после их первой ночи, – продолжала эта безумная.

– А ты осведомлена, – прикидывал, смогу ли вытащить руки, если сломаю себе запястья.

– Моя дочь – наивная девочка. А ее друзья готовы на многое, чтобы стать ближе к семье Уайтберд.

Люси! Это она предала нас. Сука! Знал же, что у девчонки гнилое нутро. Найду, кишки выпущу. Но мать истинной невозмутимо продолжала.

– Так что, альфа. Попрощайся с Аниссой и своей жизнью. Ведь изнасиловать мать своей истинной пары – это очень плохо. И мы не можем допустить, чтобы подобная мерзость просочилась в прессу. Придется Томасу умертвить тебя быстро и тихо. Моя дочь переживет это и станет полноценной леди Мосс.

– У меня на тебя не встанет, сумасшедшая, – я усмехнулся, не спуская глаз со своего врага в юбке.

– Посмотрим, – Агата достала из кармана пиджака крошечный флакончик.

Я принюхался и ошалел. По мерзкой тюрьме распространялся тонкий аромат моей истинной. Что за черт?

– Вы думаете, что все из себя такие одухотворенные, – смеялась эта страшная женщина, – такие особенные. Но оборотни – всего лишь животные. Ваша хваленая истинность – лишь следование инстинктам.

– Ты на что намекаешь? – зверь внутри начал просыпаться.

– Я недавно беседовала со своей дочерью, пила с ней чай, – усмехнулась Агата, – а потом она внезапно уснула. И мне удалось взять капельку ее крови. А Томас, мой отличный друг, помог создать то, что словно феромон, привлечет тебя.

Я услышал внутреннее рычание, стоило аромату Ниссы коснуться моих ноздрей. Черт! Неужели она планирует…

Агата Уайтберд сняла с себя пиджак, затем расстегнула блузку. Как же хочется вцепиться в ее глотку! Эта женщина – проклятье моей девочки. Она не отпустит Ниссу, пока жива. Боюсь, придется убить ее.

– Я готова пожертвовать своим телом ради дочери, отродье, – пропела Агата Уайтберд и, словно духи, распылила неизвестную жидкость на кожу.

Зверь внутри почуял феромоны Аниссы и завыл, требуя войти в нее. Да как такое возможно? Закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Тем временем она подошла и присела напротив, касаясь моей щеки мягкой, но ледяной ладонью. Взгляд упал на ее крошечную грудь в кружевном бюстгальтере. Щелк, и мать моей истинной сняла белье, затем села на меня сверху, подняв юбку и оголив полупрозрачные трусики. Черт! Зарычал, но она уже не боялась. Лишь оперлась пальцами на мое плечо, впиваясь в кожу длинными ногтями.

– Сделай это. Представь, что я – это Анисса. Ты ведь хочешь ее.

Что за сюрреализм? Аромат моей девочки был повсюду. Тонкий, легкий, возбуждающий. Перед глазами все стремительно плыло, а член предательски топорщился под тканью джинсов.

– Ты уже готов, – шептала она и голос этой женщины стал густым и тягучим.

В голове все перепуталось. Прохладная женская ладонь легла на мой пах. Потянулся, чтобы сбросить ее, но серебро снова впилось в кожу, да так сильно, что чуть не завыл. Агата расстегнула мою ширинку и облизнулась. Чертова извращенка!

– Это не только чистые феромоны, но и возбуждающие травы. Винтер долгие годы собирал информацию об оборотнях и создал формулу, способную в точности воспроизвести аромат любого существа. Ты не сможешь мне сопротивляться. Грег!

Весь перебинтованный, охранник вошел в камеру с мобильным телефоном в руках. И как выжил после моего удара? Злобный взгляд коснулся нас с Агатой. Но в тот момент было не до него. Я пытался осознать, что эта женщина – не моя Анисса и достучаться до зверя. Но инстинкты требовали ее. Хотели снова покрыть самку. Тихо, нужно успокоиться. Но каждый вдох лишь усугублял ситуацию. Стиснул зубы, царапая клыками собственные губы.

– Отпусти меня, – прорычал я, – немедленно!

– Как скажешь, – мать Ниссы встала, достала ключ и кандалы упали к ее ногам.

Я резко рванулся с намерением перегрызть этой сумасшедшей глотку, но зверь внутри отказался убивать Агату, потому что она ослепила мои инстинкты. Ведь оборотень не может убить истинную. Головой я понимал, что она – не Анисса. Но тело было другого мнения.

– Давай, сделай это, – шептала Агата, – успокой животное внутри. Обещаю не сопротивляться, ведь муж уже давно не прикасался ко мне…

Я начал угрожающе наступать, пытаясь напугать жертву. Но она стояла, непоколебимая как скала. Чем ближе приближался, тем острее чувствовал ненормальное, больное желание совокупиться с ней. Не знаю, что на меня нашло. Когда оказался совсем близко, перед глазами мелькнули платиновые локоны, и все тело пронзила острая боль. Увидел, как Агата воткнула мне под ребро серебряный кинжал. От смеси ярости и боли не знал, куда бежать. Однако…

Все, что помню сейчас – это как рвал на Агате одежду, срывал белье и трахал. Жестко, сильно, стараясь разорвать ее изнутри. Боль, отчаяние и дикое желание зверя сплелись воедино и полностью отключили разум. Моя вторая ипостась верила, что подо мной извивается Нисса. Что это она стонет и кричит. Поставил раком и с силой входил внутрь. Тело подо мной билось от боли, но я не отпускал. Проникал везде, рвал и впивался когтями в кожу. Зверь ликовал, но потом, когда спала пелена безумия, увидел, что натворил. Агата лежала вся измазанная моей спермой вперемешку с собственной кровью, с растрепанными волосами и затравленно глядела на меня. Ее бледную кожу покрывали следы от моих когтей и зубов. Нет! Что же я наделал…

Отпрыгнул и забился в угол, взвыв так отчаянно, как мог. Она поднялась, вся дрожащая и напуганная, но ликующая. Больной взгляд этой женщины пугал. Как она вообще может ходить после того, что с ней случилось? Страх в ледяных глазах Агаты сменился жутким равнодушием.

– Вот и все, отродье. Теперь моя дочь увидит, что ты такое на самом деле… прощай. Надеюсь больше мы никогда не встретимся.

Она спокойно натянула белье, оделась и покинула камеру. Грег молча последовал за хозяйкой. Нисса… что же теперь делать? Они даже не стали надевать на меня кандалы. Куда теперь бежать? Зачем? Зверь внутри осознал, что его обманули. Я чувствовал, как ломаются кости, и он завладевает моим разумом и телом. Изменил истинной… зубы стремительно росли, когти рвали человеческую кожу, а шерсть ползла, скрывая мою боль и превращая в зверя. Обращение казалось бесконечным. Душевная мука трансформировалась в физическую, пронзала раз за разом, не позволяя забыться даже в волчьем облике. Рана, нанесенная Агатой, затягивалась. Но в душе я был почти мертв…

– Соберись… – шептал сам себе, чтобы не сойти с ума, – это не твоя вина. Нисса все еще в беде…

Лег, прижавшись саднящим боком к мерзкой бетонной стене. Время текло, словно ледяной ручей, позволяя на миг забыться, но затем вновь окуная в сжигающее изнутри чувство вины. Спустя какое-то время я встрепенулся, внезапно почуяв знакомый запах. Агнес? Снаружи раздался чей-то вопль и по сырому коридору с каменными стенами распространился аромат крови. Такой густой, резкий. Я почувствовал голод.

– Альфа! – послышался в голове зов беты, – наконец-то нашла тебя.

Но внутри было пусто. Впервые ощущал такую сильную вину. Девочка моя… Нисса… прости… невидящим взглядом уставился на волчицу. Чувствовал, как она пытается пробиться через пелену моей боли. Бродит, словно в тумане. Не пущу!

– Лео! Поговори со мной, – до меня доносились лишь обрывки фраз беты, – ты… стае…Анисса…

Анисса? Вспоминая, как проникал в Агату, ощутил жгучую боль в груди. Лучше впасть в безумие. Сколько времени? Где я?

– Винтер идет за тобой! – уже кричала Агнес, – ты погибнешь, альфа!

– Уходи… – приказал ей, – выживи, защити Аниссу и стаю. Найдите нового вожака.

– Ты с ума сошел? Что бы тут ни случилось, не имеешь права бросать истинную! Лео!

Снаружи послышался топот армейских сапог, и я силой вытолкнул Агнес из своей головы, приказав убираться. У стаи есть шанс выжить, если уберутся сейчас подальше. А мне придется принять всю тяжесть вины. Мать-луна… твой сын оказался слишком слаб. Вернулся в человеческую форму и полностью закрыл разум. Жалкий… я предал все, во что верил. Перечеркнул все слова и обещания, что давал своей истинной. Вряд ли когда-нибудь смогу взглянуть в ее голубые глаза. Анисса, я люблю тебя, но…

Помню, как меня выволокли из темницы, затем куда-то тащили, что-то кричали и пытались бить. Почему пытались? Потому что плевать я хотел на боль. Дубинками, шокерами или чем-то еще эти люди надеялись заставить меня страдать. Вытолкнув на воздух, военные расступились и передо мной показался Томас Винтер с довольной улыбкой на лице.

– Ну наконец-то Лео. Понравилась мать леди Аниссы? Горячая штучка, правда? Я долго разрабатывал эту формулу, ведь нужно было учесть все тонкости. Ты до сих пор веришь, что оборотни благословлены луной или что-то такое?

Я угрюмо взглянул на него, затем снова опустил взгляд. Сознание напоминало пустыню, которую выжгло понимание собственной страшной ошибки. Должен был сопротивляться, не имел права касаться другой женщины. Попал в ловко расставленную ловушку, словно зеленый щенок. Меня снова затолкали в металлическую гробовозку наподобие той, в которой привезли. Я был обречен. Сидя напротив трех вояк, размышлял, стоит ли вцепиться в их мерзкие рожи. Возможно тогда меня убьют быстро.

– Тебе повезло, – сообщил Винтер, – посетишь святая святых моих исследований. Место, где я уже долгих десять лет изучаю тебе подобных. И станешь венцом моей коллекции.

– Иди ты… – рыкнул, и сразу ощутил резкий удар в висок.

Кровь сочилась из головы всю дорогу. Я не хотел ничего. Из-за этого состояния регенерация замедлилась. Сломанный альфа. Забавно. Когда мы приближались к лаборатории Винтера, через пелену боли почувствовал еще большее страдание. Мельком глянул в окно и увидел идеально чистое белое здание. В голове нарастала какофония волчьих голосов. Крики, мольбы, яростные вопли… все это смешивалось в моей голове. От этого не получалось просто так отгородиться. Сотни оборотней молили о смерти. Что же этот зверь с ними делает?

Спаси их… спаси ее.

Черта с два! Хватит с меня спасительства. Я даже по сторонам не смотрел, лишь пытался избавиться от назойливых голосов в голове. Меня провели внутрь этого концлагеря, затем потащили по узкому слепяще-белому коридору.

– Вот твой новый дом, Лео, – довольно сказал Винтер, – располагайся. Скоро принесут обед. А потом мы с тобой начнем трудиться над шедевром всей моей жизни!

Глава 29

Серые густые облака, почти касающиеся крыши нашего особняка полностью отражали мое внутреннее состояние. Не верю… даже увидев то чудовищное видео, до последнего боролась с чувством, что меня предали. Он не мог… не мог! Знала это, но глаза видели то, что видели. Сложно было отрицать факт измены, хотя в глубине души я знала: что-то не сходится в показаниях матери. И да, к ее доказательству было множество вопросов. Но сам факт, что Лео сбежал и оставил меня одну с этими людьми навевал на грустные мысли.

Собрав самое необходимое в небольшой чемодан, я села на постель. В голову лезли воспоминания, как мы с моим истинным ласкали друг друга, болтали помногу часов, лежа в обнимку темными вечерами. Вспоминала его крепкую грудь, на которой так спокойно, обнимающие меня ласковые губы и руки. Сама не поняла, как расплакалась. Лео, ну где же ты? Забери меня из этого королевства лжи! Больше не было сил сражаться. Ощущала лишь бесконечное одиночество, словно черная дыра, поглощающее все внутри. Прижалась носом к постели, пытаясь почувствовать хотя бы крупицу притягательно аромата моего волка.

Но чистое белье предательски молчало, не позволяя забыться даже на короткий миг. Постепенно плач превращался в самую настоящую истерику. Я вскочила и начала крушить спальню. Ненавижу свою жизнь! И любимое трюмо с грохотом рухнуло на пол. Наступала на дорогие баночки, тюбики косметики безо всякого сожаления. Ломала, топтала и крошила. Эти вещи символизировали восемнадцать лет, прожитые без смысла. Пустое, это всё пустое! Ненавижу свою мать! И шкаф с одеждой обрушился на кровать. Дорогие бездушные тряпки посыпались на пол. Схватила одно из платьев и начала его рвать. Мне было ненавистно все вокруг: роскошь и богатство, отождествляющее равнодушие и вседозволенность богатых. Снаружи раздался топот и в спальню ворвалась Марджери.

– Миледи! – она попыталась оттащить меня от очередного наряда, – успокойтесь, пожалуйста!

– Ненавижу! – все мое тело сотрясала сильная дрожь, – всех вас ненавижу!

Затем экономка что-то сказала вбежавшему следом Бруно. Он рванул прочь из спальни, а я с силой оттолкнула Марджери. Женщина упала на лежащее трюмо.

– Где Агнес? – прорычала я, – отвечай!

– Ее отстранили, – экономка встала и сморщилась, схватившись за бок, – за связь с оборотнем. Миледи, вы и правда были с ним близки?

– Тебя это не касается…

Она присела на кровать, я же пыталась успокоиться. Истерика отступила, а на ее место пришла холодная апатия. Пальцы все еще дрожали, по телу полз озноб. Обняла себя руками и села рядом с экономкой. Вокруг царил настоящий хаос. Как и всегда, бездушный особняк поглотил мой гнев. Мы какое-то время молчали.

– Я тоже когда-то любила оборотня, – грустно произнесла Марджери, – но закончилось все печально. Он отказался от меня.

Она грустно вздохнула.

– И вы все еще что-то к нему чувствуете? – никогда не думала, что наша Мардж несет в себе столь глубокую боль.

– Вспоминаю его каждый день.

– Расскажите… – мне необходимо было отвлечься.

Тем временем в спальню вбежал Бруно и непонимающе захлопал глазами. В его руках я увидела таблетку и стакан воды. Молча протянула ладонь. Управляющий покорно отдал мне лекарство. Успокоительное?

– Спасибо, – прошептала едва слышно и проглотила горькую пилюлю.

Бруно поклонился и покинул мою спальню. А мы с Марджери продолжали сидеть. Я ждала ее историю, а экономка пыталась собраться с духом. Спустя пару минут тягучего молчания она начала свой рассказ.

– Это было очень давно. Я тогда только закончила колледж и была одухотворенной почти студенткой с кучей перспектив. И в первый же день в университете встретила ЕГО. Нашего оборотня-профессора. Высокий, статный – он был мечтой всех девочек курса. Но обратил внимание на меня.

Она усмехнулась, поглощенная счастливыми воспоминаниями.

– Поначалу между нами были лишь жаркие взгляды и едва заметные касания. Потом записки с шутками и неприличными намеками. Каждую лекцию он не спускал с меня глаз. Я помню их до сих пор: яркие зеленые, с вкраплениями янтаря. Затем наша ночь, прямо в библиотеке университета. Он стал моим первым мужчиной.

С каждым последующим словом экономка говорила все резче. Я чувствовала, что ее все еще терзает та боль. Марджери ничего не забыла.

– Мы строили планы, хотели жить вместе. Конечно, насчет детей… было сложно. Но решили попытаться даже несмотря на видовые различия. Я выбирала нам квартиру в пригороде Бриджтауна, была так счастлива, что не замечала ничего вокруг.

Она вздохнула, вновь собираясь с духом, чтобы продолжить.

– Но потом все резко изменилось. Дэниел стал надолго исчезать, задерживаться после занятий. Поначалу я не обращала внимания, ведь его повысили до декана, и мой возлюбленный был загружен делами университета. Но постепенно между нами выросла ледяная стена. И однажды он признался…

– В чем? – мне было очень жаль эту женщину.

– Что встретил истинную пару. Я не особо интересовалась оборотнями и их обычаями. Оказалось, что влезла в эти отношения по собственной глупости.

– Но вы же любили его…

– Любовь ничего не значит перед связью истинных. Он прикипел ко мне душой, но тело Дэна отказывалось воспринимать наши чувства. Мы не спали вместе. Мой оборотень обещал бороться, но со временем все стало настолько плохо, что я ушла сама.

– Он хотел разорвать связь?

Марджери кивнула.

– Я видела его боль. И не хотела больше иметь с этим ничего общего.

– Вы расстались?

– Да… он оставил мне купленную квартиру и просто исчез. Я была раздавлена. Думала бросить университет, но не смогла. Прогуливала занятия, сутками плакала. Ведь до последнего надеялась, что он вернется. Как наивная дура верила, что Дэн сможет преодолеть истинную связь.

Экономка еле держалась, чтобы не разрыдаться. Я машинально обняла ее за плечи. Этой женщине выпало очень тяжелое бремя.

– Спасибо миледи.

– Продолжайте.

– Именно тогда как раз начались первые гонения на оборотней. И Дэн… через год он пришел ко мне со своей парой и… – она никак не решалась произнести самое важное, допустить меня в глубину своей боли, – маленьким волчонком. Не знаю, как пережила тот день. Даже думала кинуться под машину, чтобы прекратить эти муки. Но боль озлобила меня. Я впустила семью волков, выделила им комнату, но сама не могла простить Дэна. Он ходил за мной хвостом, благодарил и извинялся. Раз за разом. Вбивая все новые стальные колья в мое израненное сердце. Именно тогда родился кошмарный план.

Как же ей было тяжело произносить эти слова! Не знаю, почему экономка вдруг решилась открыться именно мне. Мы ведь особо не были близки. Но видимо среди слуг обо мне и Лео все-таки поползли слухи. Марджери вытерла слезы, затем выдохнула.

– Я сдала их. Пошла в ректорат университета и выдала местоположение семьи оборотней, которые попросили убежища.

Она плакала, уже не стесняясь меня. Я даже представить не могла, что Марджери так сильно страдает. Любовь сподвигла ее на подлость, но это не принесло успокоения. Чувство вины до сих пор терзает эту женщину.

– И в одну из ночей их забрали. Вместе с ребенком…

– Боже… – вырвалось у меня.

– А когда я осознала, что натворила, было уже поздно. Всех волков согнали в лабораторию Винтера и ни один оттуда не вернулся. Моя мстительность стоила жизни ребенку. Оборотень или человек – не имеет значения. Я убила их малыша…

Не знала, что сказать. Поступок и правда был чудовищным. Но представив, что было бы, влюбись я в Лео на таких же условиях, хотелось выть от боли. Вспомнила снятое матерью видео и все резко встало на свои места. Моего волка как-то заставили это сделать! Он не такой. Лео ласковый и любящий, а с ней он мучился и страдал. Что же эта стерва сделала? Мне нужно срочно поговорить со своим истинным!

– Я всю жизнь плачу за это, миледи. В итоге все равно бросила университет, потому что забеременела. Отец Греты был хорошим человеком. Но она… родилась с дефектами. Это кара за то, что произошло с Дэном и его семьей по моей вине. Увы, за все годы я не смогла полюбить мужа и мучила его всю жизнь. Когда он погиб, мы с Гретой остались ни с чем. И я пришла к вашему отцу. Джеймс Уайтберд – огромной души человек, дал мне работу и кров. И я пообещала сама себе: больше никогда никого не предам. Бегите, миледи. К тому, кого любите.

С этими словами она вытерла слезы, затем вручила мне ключ от моей спальни, обернутый в записку. После ухода экономки развернула ее, увидев аккуратный почерк Агнес.

Миледи. К сожалению, пишу лишь записку, потому что все устройства прослушиваются. Бегите к хижине стаи, я буду ждать там. Агнес.

Я сжала в руках сухую бумагу. Нет времени раздумывать! Вскочила и рванула к выходу. Сбив на ходу пару служанок, побежала к лестнице. Все чувства обострились до предела. В голове крутилось множество вопросов: здесь ли моя мать? а Винтер? Дождется ли Агнес? Однако оказавшись в холле, я остолбенела.

– Анисса! – навстречу бежала Люси, вся взволнованная и напуганная.

– Люси… – выдохнула, понимая, что у меня есть хоть один союзник.

Подруга бросилась мне на шею.

– Уж думала, не поймаю тебя до отъезда. Куда направляешься?

– Я должна найти Лео. Помоги мне убежать, Люси! Прошу!

– Хорошо, хорошо, – улыбнулась она, – я могила. Пойдем вместе, так веселее.

– Спасибо!

Мы вышли из особняка. Около служебного входа стояли две машины доставки продуктов. Неужели для свадьбы? Сердце рухнуло в пятки. Я не выйду за Грегори! Люси шла рядом, тоже осматривая территорию. Внезапно она толкнула меня за угол дома.

– Охрана, – шепнула мне.

Мимо пробежал Шон и один из его подчиненных.

– Я думала, вы успеете сбежать, – сказала моя подруга, когда мы подошли к задним воротам, – но твоя мать оказалась шустрее. У нее уши повсюду.

Выезд охранял лишь один человек. Видимо из новеньких, совершенно его не узнавала. Мы с Люси спрятались за живую изгородь.

– Отвлеку его, а ты беги. Я присоединюсь позже.

Кивнула, в душе благодаря бога за то, что моя подруга сейчас рядом. Люси подбежала к высокому мужчине в черной форме, затем стала что-то ему говорить. Не знаю, чего такого она напридумывала, но он рванул прочь с поразительной скоростью. Я нырнула в открытые ворота, выбежала за пределы особняка и направилась к хижине стаи. Сердце билось часто-часто. Неужели смогу сбежать? Ведь после угроз матери почти пала духом. Агнес… надеюсь ты еще ждешь.

Стараясь уйти подальше от особняка, чтобы скрыться за массивом деревьев, пробиралась через бурелом и высокие кусты. Они хлестали по лицу, царапали кожу, но мне было плевать. И вот, спасение уже совсем близко. Я осторожно пересекла главную дорогу, три раза глянув, не едет ли кто и побежала в хижину. Открыв дверь, чуть не завизжала от радости.

– Агнес! – бросилась на шею волчице, – как же я рада тебя видеть.

– Значит, Мардж справилась, – горько улыбнулась гувернантка.

– Где Лео?! – выпалила я.

Взгляд женщины мгновенно изменился.

– В чем дело? Где мой альфа? – прошептала, стараясь не пускать в голову страшные мысли.

– Его отвезли в лабораторию Винтера, миледи. И я не смогла этому помешать…

– Как… – я села на рваную тахту и закрыла лицо руками, – но почему…

– Случилось что-то плохое. Он отказался идти с нами. Альфа выглядел раздавленным. Совершенно непохожим на себя.

Неужели это из-за поступка моей матери? Наверняка Лео винит себя.

– Нужно его спасти! Любым способом! – выпалила, начиная нервно заламывать пальцы.

Внезапно снаружи послышались громкие голоса.

– Они здесь. Вас предали, миледи, – прорычала волчица.

– Беги, Агнес, – прошептала я, – меня не убьют, а тебя могут. Найди Лео, спаси его. Чего бы это ни стоило!

Она взглянула на меня. В глазах Агнес читалась сильная боль. Но она последовала совету, быстро обернулась и выпрыгнула в разбитое окно. Я же так и осталась сидеть, сжигаемая изнутри горькой безысходностью словно ядом. Лео спасут. Стая обязательно найдет способ вызволить вожака. А потом он придет за мной. Знала, что дом окружили и молилась, чтобы Агнес успела сбежать. Дверь резко распахнулась и ко мне приблизился… Грегори Мосс? Поднялась и с вызовом взглянула в глаза будущему мужу. А он наотмашь ударил меня по лицу, не сдерживая силы. Еле устояла на ногах, почувствовав во рту привкус крови. Сзади него с довольной улыбкой стояла Люси. Я не верила своим глазам. Что здесь происходит?

– Прости подруга. Но ты знаешь, что против сердца не попрешь, – она обняла моего жениха за плечи, Грегори притянул Люси к себе и жадно впился в ее губы.

Глава 30

Зов, бесконечный зов. Как же херово быть альфой. Вечно кто-то просит о помощи, а я между прочим, сам по уши в дерьме. Мечтал быть со своей девочкой, а в итоге изменил ей. Да, меня обманули, но вины это не умаляет. Больше не смогу взглянуть в любимые глаза. Она не простит меня. Никогда.

– Обед, отродья! – послышался скрипучий голос нашего надзирателя.

Сидел в этой клетке уже дня три, если не больше. После того как меня притащили и кинули в ослепительно белую камеру с посеребреными стенами, но вполне удобной кроватью и регулярной кормежкой, силы начали возвращаться. Заново прокручивал в голове сложившуюся ситуацию и старался настроиться на конструктив. Но получалось слабо. Надзиратели пока меня игнорировали, однако остальные оборотни отхватывали по самое не балуй. И каждый раз внутри что-то рвалось наружу, появлялось навязчивое желание помочь. Но я подавлял его, поскольку не заслуживал становиться вожаком. Сдался, предал всех тех, кто мне верил. Надеюсь, Агнес найдет им достойного альфу. Но почему эти мысли так сильно бесят? Пока глядел перед собой, увидел, как мимо ведут двух беременных волчиц. Обе выглядели изможденными. Одна задержалась напротив моей камеры и умоляюще взглянула на меня. Но ее жестко толкнули в спину, и девушка упала на колени и схватилась за живот.

– Нравится издеваться над беременными, ущербные вы твари? – процедил сквозь зубы.

Несмотря на то, что вместо решетки камера закрывалась на прозрачное, но очень крепкое стекло с кучей всяких примесей, слышимость была отличная. Они специально хотели, чтобы мы все постоянно боялись. Эта гнусная тактика всегда работала. Надзиратели ходили в белых халатах и масках, чтобы мы не видели их сальные рожи. Один из них жестко дернул волчицу за локоть, и она взвыла, а второй с силой воткнул ей в бок электрошокер.

Сам не понял, как подскочил и подлетел к стеклу, царапая его прорывающимися когтями. Я мечтал впасть в кровавое безумие и все здесь разнести, но кто меня тогда остановит? Лишь голос истинной мог бы, но Ниссы здесь нет. Тюремщики лишь заржали и повели девушек в сторону процедурных. Только выпустите меня, мрази! намеренно старался запомнить запахи этих чудовищ. Но из-за почти стерильной обстановки их сложно было уловить. Черт!

– Они специально это делают… – послышался мужской голос по соседству, – заставляют нас совокупляться. Затем проводят тесты на матерях и детях. Помнится мне, в истории уже было подобное…

– Ты кто? – перешел на рык.

– Не думаю, что это важно. Со временем все получают номер. Настоящий концлагерь для оборотней, не находишь?

Я плюхнулся задницей на кровать, массируя виски. Борьба с мольбами оборотней проходила очень болезненно. Видимо, больше альф здесь не было и эти несчастные жаждали обрести стаю. Но с меня довольно. Больше никаких привязанностей. Только вот… мои сиротки все еще крепко сидели в мыслях. Как я их не блокировал, не мог не чувствовать тоску. Надеюсь, Агнес позаботится о Лори.

– Похоже на то…

Коснулся пальцами ошейника. Забавная с ним вышла ситуация. Несмотря на то, что его свойства отключены, никто не в состоянии снять с меня устройство. Лишь Анисса может это сделать. Моя истинная. Боль внутри слегка притупилась, но чувство вины уже выгрызло порядочную часть души. Мне было невыносимо даже вспоминать о нашей ночи в мотеле, однако я не мог жить без этих фантазий. Она снилась мне три ночи подряд. Моя девочка. Хотел вернуться к ней, но вряд ли теперь маленькой леди нужен бесполезный побитый пес.

– Ты же альфа? – сосед все не унимался.

– Угу, – совершенно не было желания болтать по душам.

– Я о тебе слышал. Винтер за тобой десять лет гонялся. И вот поймал. Как так вышло?

– Череда случайных событий, – процедил сквозь зубы, – тебе поболтать не с кем?

– Как видишь, собеседники здесь те еще. Одна половина просто ждет своей смерти, а вторая – давно сошла с ума. Но когда ты появился, принес с собой надежду.

Где-то я уже слышал подобную чушь. Вечно все ждут спасителя. Альфу или нового президента. Лишь бы кто-то защитил их никчемные обывательские задницы.

– Ну так как тебя зовут? – я потребовал его ответить, проверяя способности альфы.

– Дэн… – выдал тот, – так все-таки ты не совсем скис, а?

– А полное имя?

– Дэниел.

– Ну, расскажи о себе, Дэниел.

Не скажу, что был очень сильно заинтересован в общении, но решил дать парню выговориться. Ведь вокруг и правда царило тихое безумие. Ну как тихое… в моей голове оно было вполне громким. Дэн, как оказалось, сидит здесь с самого открытия. Образованный, профессор университета. Его жену и дочь убили чудовищные эксперименты Винтера. А вот сам умник почему-то нашему Менгеле не приглянулся. Вот и сидит здесь, штаны протирает.

На самом деле мне было его жаль. Я чувствовал, как этот волк страдает из-за потери любимой истинной и их волчонка. А ведь если Анисса в ту ночь забеременела… так, хватит об этом думать!

– Он оставил тебя напоследок, – усмехнулся Дэн.

– Как ты не сошел с ума за целое десятилетие в этом месте?

– Не знаю, – почти шептал несчастный профессор, – возможно, мать-луна приберегла меня для возмездия. И вот, появился ты. Тот, на кого отзывается кровь. Легендарный альфа. Знаешь, ведь здесь тоже ходят разные слухи…

– Я предал истинную связь, Дэн. Так что мать-луна по всей видимости разочарована.

– Когда-то я тоже оставил любимую девушку. Разбил сердце… из-за истинной. Так здесь и оказался. Не могу ее винить.

– До появления своей пары лучше вообще не общаться с женщинами, – усмехнулся я.

– Точно…

Забавно. Разговаривая с этим оборотнем, я будто оживал. Чем активнее мы общались, тем больше голосов вступало в наш диалог. И когда тюремщики пришли вновь, не сошедшие с ума оборотни уже пытались завязать со мной связь стаи. Моя кровь им отвечала. Так прошел еще один день в темнице. И однажды, судя по моим биологическим часам, ранним утром один из монстров в белых халатах подошел к моей камере.

– К тебе гости, альфа, – голос этого тюремщика отличался от остальных, был ниже и жестче, – без глупостей. Давай руки.

Прямо по центру стеклянного полотна отделились и разъехались в разные стороны два круга, формируя отверстия для рук. Просунул туда запястья и тут же вокруг них сомкнулись наручники из тонкого серебра. Почувствовал небольшое жжение. Затем дверь открылась и меня выпустили. При любой попытке обратиться к волчьей сущности внутри вспыхивало пламя. Боль была резкой, яркой и почти нестерпимой.

– Не смотри, что они тонкие, – усмехнулся человек в белом халате, – Томас Винтер предусмотрел все.

Мы шли мимо камер с оборотнями, и они все как по команде прижимали ладони к плотному стеклу. В глазах несчастных читалась надежда. Возможно ли, что мне дали шанс искупить вину перед Аниссой? И с помощью этих волков я обрету свободу? Хотел умереть здесь, но теперь придется отложить падение в глубины отчаяния. Мы прошли до серой стальной двери, затем поднялись на другой этаж, и тюремщик повел меня прочь из блока с камерами. Но я запоминал путь. Каждый поворот, коридор и лестничный пролет. В итоге мы пришли к массивной черной деревянной двери.

– Сэр Томас, я привел альфу, – объявил надсмотрщик, затем закрыл за мной дверь.

Прямо передо мной стоял высокий и крепкий рабочий стол безумного ученого. Всю стену закрывал высокий книжный шкаф, забитый томами различной степени потрепанности. Слева расположился камин, напротив которого стояла изящная классическая софа и два кресла. В одном их них сидел человек, чей запах я узнал бы из миллиона. Грегори Мосс.

– Здравствуй Лео, – произнес Винтер, – как тебе наше обслуживание?

– Сойдет, – процедил, не спуская глаз с хлыща.

Зачем он приперся сюда? Неужели что-то сделал с Аниссой? Тело пробила страшная боль, и я согнулся пополам, падая на колени. Волк снова начал рваться наружу, игнорируя серебро.

– Вот они, четыре миллиона, – сокрушался Мосс, – которые трахнули мою невесту.

– Он и леди Анисса – истинные, Грегори, – Винтер вальяжно уселся в кресло и закурил, – и иначе просто не могли.

Я исподлобья наблюдал за хлыщом. Он встал и подошел ближе, разглядывая меня и при этом презрительно фыркая.

– И что она в тебе нашла? – этот кретин будто и не слышал слов Винтера.

При всей моей ненависти должен признать, что безумный ученый и правда отлично знает оборотней. Он десятилетиями нас отлавливал, скрупулезно изучал, чтобы потом свои знания использовать против расы полуволков. И теперь он куда опаснее и Мосса, и Айса вместе взятых. Но в тот момент меня волновало совсем другое.

– Что с Аниссой? – прорычал ему в лицо, – только тронь ее.

– Моя невеста готовится к свадьбе, – ухмыльнулся Мосс, – леди Агата долго уговаривала меня взять эту потаскуху в жены. Но что поделать, я – человек слова.

– Не смей… – я дернулся и снова ощутил слепящую яркую боль.

– Она – моя собственность, животное. Я купил эту девчонку, – выплюнул хлыщ, но все равно отошел на безопасное расстояние, – и в первую брачную ночь оттрахаю ее во все дыры.

– Я убью тебя, – мой взгляд стремительно заполоняла алая пелена, а боль казалась совершенно незначительной по сравнению с желанием прикончить этого ублюдка.

– Стоп, стоп, стоп! Грегори, не порть мой лучший экземпляр, – Винтер быстро оказался рядом и всадил мне в плечо шприц.

Я стал оседать, и разум мгновенно заполонил серый туман. Анисса… я тебя не отдам! Дернулся, но тело не послушалось. Лишь издалека слышал обрывки разговора.

– Ну вот, вы попрощались. Твои четыре миллиона переведут на днях.

– Отлично, Томас. Надеюсь, это отродье сдохнет еще до моей свадьбы. Хотя хотелось бы, чтобы он увидел, как я буду насиловать его истинную.

– Ты жесток, Грегори, – хохотнул Винтер, – но мне придется убить его раньше. К сожалению.

– Ладно, переживу. До встречи, друг мой.

Мне было плевать на планы Винтера, но нельзя допустить, чтобы Мосс прикоснулся к Аниссе. Поэтому я не позволю никому убить меня. Пришел в себя, лежа уже в своей камере. Тело то и дело простреливало сильной болью. Из головы не выходили угрозы Грегори Мосса. Выберусь и сверну его тонкую шейку.

– Чувствую, Винтер тебя разозлил, – в голове послышался голос Дэна.

– Слушай, профессор. Ты десять лет сидел здесь, слушал и наблюдал. Мне нужно знать, как выбраться отсюда.

– Никак… – вздохнул он, – все здесь оборудовано самой мощной и современной техникой. Повсюду серебро, ослабляющее и убивающее оборотней.

– Неужели нет ни малейшей лазейки?

– Есть, – сказал он, – но для этого тебе придется рискнуть всем. И нашими жизнями, в том числе.

– Кровавое безумие…

– Верно. Лишь истинные альфы обладают такой силой, и я почувствовал, как ты начал трансформироваться в кабинете Винтера.

– Откуда…

– Твоя мощь огромна. Не припомню, чтобы хоть один вожак за сутки умудрился призвать сотни волков как свою стаю. Не знаю, почему, но мать-луна наделила тебя поразительными возможностями.

– Я могу не остановиться и порешить всех вас.

– Мы и так сломаны. Терять нечего. Если сдохнуть, то лучше от когтей сильнейшего оборотня, а не в кандалах в процедурной Томаса Винтера. Этот ученый очень умен, но он не учитывает одного. Стая – единый организм. Каждый вносит свою лепту, лишь подумав о чем-то.

– Он прав в том, что мы животные. Но наши инстинкты не объять простому смертному, – послышался едва слышный женский голос из другой камеры, – мы поделимся с тобой знаниями, альфа. А ты уничтожишь это адское место.

– У меня есть план – снова вклинился Дэн, – так что слушай и запоминай.

Глава 31

Серые улицы Бриджтауна мелькали перед глазами, пока Грегори вез меня в свою квартиру. Они с моей матерью договорились, что я буду жить там до самой свадьбы, чтобы оборотни из стаи Лео меня не учуяли. Низкие тучи плакали ледяным дождем несмотря на середину лета. Мосс сидел рядом в машине, вокруг него витала холодная и жесткая аура. Я даже слегка отодвинулась, чтобы не ощущать этого кошмара.

– И как долго? – вдруг спросил он голосом, напоминающим стальное лезвие.

– Что? – еле разлепила губы, чтобы ответить.

– Как долго он трахал тебя, дрянь? – Грегори не стеснялся в выражениях.

– Не твоё дело, – выплюнула ему в лицо.

Мосс схватил меня за волосы, сильно сжимая пальцы и резко подтягивая к себе. Второй рукой этот изверг вцепился в мои скулы. Чувствовала, что еще немного и кости треснут от его яростного напора. Но глаза этого человека оставались холодными. Внутренний голос кричал, что лучше не провоцировать, но ненависть была сильнее. Грегори сначала отпустил меня, затем снова ударил. Больно, сильно, отбрасывая к самому окну. Виском я ударилась о жесткую раму внутри салона.

– Сэр… – подал голос его водитель, – может не нужно бить леди? Тем более будущую жену?

Он бессмертный? Но в глубине души было приятно, что за меня заступились. Я гнала прочь страшные мысли и не думала о том, что ждет в браке с этим чудовищем Грегори. Если Лео не придет, что буду делать? Ведь не смогу жить с монстром в человеческом обличье.

– Заткнись и веди машину, Марк, – жених все еще не спускал с меня глаз.

Боль в щеке была очень сильной. Я закусила губу, чтобы не разрыдаться от страха и одиночества. Запретила себе думать об оборотне, чтобы не расковыривать глубокую рану в сердце. Его спасут… спасут…

– Я не услышал ответ, Анисса, – голос Мосса смягчился, мужчина погладил мою покрасневшую щеку.

Было страшно даже шевельнуться. Он оказался совершенно не таким, как себе представляла. Но я продолжала упорно молчать. Грегори ничего не услышит, пусть даже мне всю жизнь придется провести, не произнеся ни слова.

– Молчишь… наверное, вы потешались над тем, что я такой идиот, да? – он резким движением откинул подлокотник, доставая полупустую бутылку виски, – богатый лопух, готовый на все ради обычной шлюхи в дорогих тряпках.

Весь оставшийся путь Грегори пил, глядя в окно. Опрокидывал стакан за стаканом, пока весь салон не наполнился неприятным запахом алкоголя. Когда мы приблизились к пятиэтажному жилому комплексу, водитель заехал на подземную парковку. Сгущался вечер, машин было немного, но каждая стоила приличных денег. Новая аристократия предпочитала жить в черте города, а не покупать громадные особняки. Поэтому концентрация богатства здесь была даже выше, чем в нашем доме. Грегори вышел из автомобиля, затем распахнул мою дверь и чуть ли не за волосы выволок оттуда меня. Я видела, как заиграли желваки у его водителя. Почему этот мужчина так меня защищает?

– Бери ее вещи и неси наверх, – сказал Мосс, затем схватил меня за локоть и потащил к лифтам, – улыбайся и веди себя подобающе, потаскуха.

Внезапно нам навстречу вышли две приятные молодые женщины.

Толку улыбаться, если у меня разбита губа и из головы сочится кровь? Но как бы абсурдно не звучал приказ Грегори, пришлось подчиниться. Две дамы тепло улыбнулись, но в их глазах блеснул огонек непонимания. Мосс обнял меня за талию и будто поддерживал. Его объятия были мне омерзительны, я почувствовала навязчивую тошноту. Не могу даже находиться рядом, что уж говорить о семейной жизни.

– Грегори, – начала одна из них, женщина средних лет с крашенными платиновыми волосами, – неужели мы наконец-то увидели вашу невесту? Какая красавица.

– Леди Анисса Уайтберд, – его голос звучал таким нежным и любящим, что я невольно восхитилась его умению прятать чувства.

– Добрый вечер, – сдержанно сказала я.

– А что с вашей губой, миледи? – спросила вторая, темноглазая брюнетка в строгом костюме.

– Упала, к сожалению, я не успел ее поймать. Век буду себя винить, – сокрушался мой жених.

Каков лицемер! Почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, а скулы начинает сводить от боли. Всю жизнь эти дежурные улыбки были для меня нормой, но сейчас вся эта фальшь вызывала лишь отторжение.

– Мы пойдем. Нужно обработать лицо моей леди, – улыбнулся Грегори, – она устала и нуждается в отдыхе. Путь был непростым…

Неужели они поверили этому бреду про падение? Мне не хотелось об этом думать. Ведь скорее всего многие лорды ведут себя развязно со своими женами, а потом те мило улыбаются на светских приемах. Затолкав меня в квартиру, Мосс закрыл дверь, затем осмотрел с ног до головы. Внимательно, изучающе. Его глаза казались абсолютно черными. Я чувствовала исходящую от него угрозу, обняла себя руками и попятилась. От пронзительного взгляда хотелось бежать на край света.

– Пока я тебя не трону. Дождусь свадьбы. Живи здесь, в квартире есть все необходимое. Вздумаешь сбежать – пожалеешь.

Несмотря на выпитый алкоголь, Мосс выглядел вполне трезвым. Хотя в его движениях и проглядывала некоторая развязность. Но я молчала. Взяла свою сумку и поплелась наверх, в первую попавшуюся спальню. Двухэтажный пентхаус казался огромным. На первом этаже располагалась огромная гостиная с изящным фортепиано по центру. К стенам прижимался длинный белый минималистичный диван, а рядом – два таких же кресла. Однако несмотря на напускную современность, Грегори явно пытался подражать стилям старинных особняков.

Мне не нравилось в этом месте. Слишком душно, мрачно и холодно, несмотря на яркие панорамные окна и светлую мебель. Я выбрала небольшую комнату на втором этаже и сразу там заперлась. Завалившись на постель, почувствовала, что уже не могу сдерживать рвущуюся наружу боль. Не помню, сколько прорыдала в подушку. За почти белыми шторами вечер сменился темной ночью, затем забрезжил розовый рассвет. А я плакала, не в силах остановиться. Казалось, что во всем мире у меня никого не осталось. Лишь монстр, мнящий себя моим хозяином и люди, воспринимающие живую душу за шахматную фигуру на доске своих интересов.

Запрещала себе мечтать о Лео. Потому что больше не имею на него права. Внутри меня клубился дым, который становился все осязаемее и гуще. Наша связь тонула в нем. А что если… нет! Он жив. Так прошло два дня. Снаружи иногда слышался стук. Сначала легкий, затем уже навязчивый. Плевать! И когда в один ужасный день Грегори ворвался в спальню, я все еще лежала в той самой одежде, в которой приехала. Волосы спутались, лицо опухло от слез. Образ мужчины был таким размытым, что я поначалу подумала, что это галлюцинация. Мосс несколько минут глядел на меня, затем присел на постель. Я машинально забилась в угол.

– Не бойся, – сказал устало, – я не буду тебя насиловать. По крайней мере сейчас.

– Что тебе нужно? – спросила дрожащим голосом.

– После обеда приедут твоя мать и Люси. Помогут выбрать платье на свадьбу. Ты не должна встречать их в таком виде.

– Мне все равно.

– Так и планируешь сидеть голодная, немытая?

Я отвернулась.

– Ладно. Давай так. Я разозлился, когда узнал, что ты отдалась этому зверю. А сейчас, немного остыв, понимаю… если вы эти, как их там… в общем типа созданные друг для друга, то рано или поздно это бы случилось.

– Чего ты хочешь?

– Предлагаю сделку. Я же бизнесмен. Ты ведешь себя как приличная и счастливая невеста. Ну а со своей стороны гарантирую, что твой оборотень будет жить.

Что? Подняла на жениха затравленный взгляд. Сомневалась, стоит ли ему верить. Но выбора не было. Общаясь с Агнес и другими оборотнями, я знала, что такое лаборатория Винтера. Если смогу хоть чем-то помочь Лео… пойду на любую жертву.

– Хорошо. Но он должен выжить.

– Надеюсь, ты будешь благоразумна и сдержишь слово, – Мосс вручил мне ключ-карту, затем направился к двери, но вдруг замер у порога, – стоит ли говорить, что больше вы не увидитесь? Ты покупаешь его жизнь в обмен на свою.

Затем молча покинул спальню. Какое-то время изучала матовую пластиковую дверь. Вот и всё. Но если Грегори поможет Лео, я стерплю любые унижения. Привела себя в порядок, усиленно вспоминая, как жила до встречи с волком. Заталкивала воющую душу как можно дальше, вновь превращая себя в вещь, аксессуар. Пришло время вспомнить уроки, которые должна была усвоить уже давно.

Когда мать и подруга-предательница, весело щебеча, вошли в квартиру Грегори, я уже была полностью пуста и готова исполнить свой долг. Но как же мне было тяжело! Сначала мы пили чай, потом меня заставляли мерить десятки платьев. И я постоянно ловила на себе странные взгляды Люси. Ненавидела ли ее? Не знаю. Чувства, которые чудесным цветком распустились внутри, сейчас выжигала холодная безысходность. Я давила ненависть и желание плюнуть в лицо матери. Терпела омерзительные прикосновения Люси, помогающей застегивать безликие и уродливые платья.

Я не видела выхода из этой ситуации. Грело лишь то, что благодаря нашему соглашению Грегори проследит, чтобы Лео выжил. Надеюсь, мой волк простит мне этот грех. Белое платье казалось совершенно неуместным. Но матери было плевать. Она вливала в себя шампанское, бокал за бокалом, а когда они с Люси наконец-то выбрали наряд, в котором моя душа должна будет погибнуть, то быстро засобиралась.

– Жаль, что твой отец не увидит, какой красивой невестой ты стала, – эта женщина даже не сдерживала желчи в голосе.

Папа был в коме. По версии матери, он не смог выдержать новости, что Лео взял ее силой и сердце дало серьезный сбой. Теперь жизнь Джеймса Уайтберда поддерживают аппараты искусственной вентиляции легких. Она говорила что-то про четвертую степень комы, умерший мозг и прочие страшные вещи.

– Если так дальше продолжится, придется его отключить… – бросила она перед уходом.

Но что-то в голосе этой женщины изменилось. Она говорила так, словно любила отца, последнее слово дрогнуло, срываясь с ее уст. Но почему тогда я должна стать женой того, кого презираю? Мы вместе могли бы ухаживать за папой. Нет! Она – мой враг. Нужно держать эту мысль в голове. Теперь моя мать и Томас Винтер ликуют, ведь их план увенчался успехом. А Люси глядела на меня с жалостью. Когда Агата покинула квартиру Мосса, эта жалкая предательница нашла в себе смелость обратиться ко мне.

– Анисса…

– Избавь меня от необходимости и дальше слышать твой голос, – выплюнула, поднимаясь с кресла и наливая себе бокал шампанского, – уезжай и оставь меня одну.

– Я не знала, что он так поступит! – выпалила она, подходя ко мне вплотную.

– Отойди, – прорычала я, – иначе я за себя не ручаюсь.

– Выслушай!

Я сильно пихнула ее, и Люси упала на мягкий дорогой ковер. Переступила через бывшую подругу, не чувствуя совершенно ничего и направилась на второй этаж. В душу словно вкололи огромную дозу анестетика. Между мной и окружающим миром отныне упал стальной занавес. Но эта ненормальная подбежала и схватила меня за руку. Снова отпихнула, вложив в это действие всю свою ненависть.

– Он обманул меня! Сказал, что ты нужна ему, чтобы поговорить о разрыве помолвки, – глотая слезы, кричала она.

– Это ты рассказала ему о нас с Лео? – я не узнала собственный голос.

– Да… но он уже догадывался о чем-то подобном! – взмолилась бывшая подруга, – я уже давно люблю Грегори, а он мной лишь воспользовался.

– Поделом, – игнорируя рыдания Люси, направилась в свою спальню, затем захлопнула дверь прямо перед ее носом.

Но она не унималась.

– Прости меня! Я не знала, что они сговорились за твоей спиной! Анисса!

Ничего не чувствую. Внутри душу обволакивала густая липкая паутина. Не спасали ни мысли о Лео, ни боль, ни попытка ненавидеть. Мне было все равно. Легла на постель и закрыла глаза. Спустя какое-то время Люси перестала плакать за дверью, и вновь наступила спасительная тишина.

День плавно перетекал в день, но меня никто не беспокоил. Нужно было время, чтобы осознать – счастье для наследницы Уайтберд невозможно. Все вокруг казалось неважным и пустым. Единственная мысль, вынуждающая меня ежиться от страха – это приближение первой брачной ночи. Тело отказывалось воспринимать неизбежное. Смогу ли избежать секса с Грегори? Может, в окно выброситься? Но я дала слово.

– Лео… – прошептали ледяные губы, – помоги мне…

Сквозь пелену равнодушия рвались чувства к оборотню. Словно дикие звери, они царапали когтями сердце, заставляя ощущать жгучую боль внутри. Знаю, что он жив. И внезапно яркой вспышкой перед глазами пронеслись белые стены, залитые алой кровью. Все вокруг выглядело искаженным, а в ушах перезвоном звучали страшные вопли. Закрыла их ладонями, но этот звук шел не снаружи, а изнутри. Я слышала быстрый стук сердца, чувствовала единение сотен душ. Тело чувствовало сокращение мощных мышц. Лео? Но сквозь дикую всепоглощающую ярость рвалось что-то еще. Мольба? Он хотел почувствовать меня так сильно, что разорвал в клочья мою апатию, проник в разум, который я спрятала ото всех. Знала, какое слово должна произнести.

– Остановись…

Глава 32

План Дэна был ужасен. Честное слово, за десять лет уж можно состряпать что-то понадежнее? Я не мог поверить, что Томас Винтер, долгие годы скрупулезно изучавший оборотней, совершенно не учел ментальные способности объектов своих исследований. Ведь сидя каждый в своей камере, пленники могли без проблем общаться между собой, не размыкая губ. Надзиратели присутствовали круглые сутки, однако все разговоры велись так, чтобы нас не услышали. Конечно, серебро слегка гасило волчьи способности, однако новообретенная стая слишком уж жаждала свободы. И я хотел… ведь моя девочка ждет.

Поступок Агаты надломил не только меня. Анисса полностью закрылась. Как ни пытался пробиться, чтобы узнать о ее месторасположении и состоянии, чувствовал лишь стену боли. Моя истинная. Лишь мысли о том, как буду дробить Грегори Моссу кость за костью, двести шесть раз, медленно и размеренно, позволяли сохранять бодрость духа.

Сейчас ощущал в себе такую мощь, что был готов ломать и крушить. Но кровавое безумие слишком опасно для остальных. Я должен действовать осторожно. Коснулся пальцами ошейника. Пару раз приходили тюремщики и пытались вновь снять его с меня. Все тщетно, будто эта вещь обладала магическими свойствами. Каждый день, миллиметр за миллиметром я изучал свою камеру. Идеально ровная стена, не позволяющая даже зацепиться за что-нибудь. Необходимо выйти наружу без этих чертовых колец на запястьях. Винтер использовал самые передовые технологии, чтобы не позволить ни одному волку отсюда выбраться. Этот сплав, тонкий, легкий и едва заметный, гасил даже мысли об обращении.

Необходимо разозлиться насколько сильно, что никакое серебро бы не удержало. Но для этого мне нужен Мосс. А он, по всей видимости, решил со мной покончить. И как назло, чертовы экспериментаторы как с цепи сорвались в последние дни. Они забирали по два оборотня в сутки. В лучшем случае один возвращался. А в худшем… боль стаи с каждым погибшим становилась сильнее. Но нужно было ждать. Когда она достигнет апогея, Винтера никакое серебро не спасет.

Четыре стены выводили из себя. Ходил, словно загнанный зверь, не в силах ничего сделать. Анисса по-прежнему не впускала меня в свои мысли. Ну же, девочка. Позволь мне разделить с тобой тоску. Знал, что ей плохо, дико жаждал вторгнуться в мысли своей малышки и убедить, что все будет хорошо. Когда уже решил, что состарюсь в этом месте, за мной наконец-то пришли. Что же, господа, пора с вами покончить.

– Руки, – жестко произнес все тот же суровый надзиратель.

Я протянул их, мысленно давая знак стае. И все, кто остался в живых на всех этажах разом завыли. Этот звук ласкал мой слух. Большинство надзирателей разом перепугались и сорвались со своих мест. Но мой, как назло оказался тертым калачом. Низко зарычал, пытаясь его напугать. Но это отродье вцепилось в мою руку и попыталось быстро надеть чертовы кандалы. Вывернулся, хватая его запястье и со всей силы дергая на себя. Хрупкие кости треснули, а мягкие ткани разошлись, оставляя на идеально чистом закаленном стекле густые кровоподтеки. Перед смертью он что-то булькнул и затих.

Мимо пробежал еще один кретин в белом халате, остановился напротив моей клетки и испуганно отшатнулся. Винтер и правда оказался дураком, не учитывающим ментальную связь стаи оборотней. А еще он совсем забыл, что мы охотимся вместе. Так теперь охотник сам станет добычей. Я расхохотался, повергая несчастного надзирателя в шок. Судя по глазам – молодой парень, ему бы еще жить и жить…

– Открой клетку, отдай мне карту и вали отсюда, – прорычал ему.

– Х-хорошо, – испуганно промычал несчастный и открыл стеклянную перегородку, затем сунул мне в руки тоненькую пластиковую пластину.

– Этого не трогать, – приказал стае.

Первым открыл клетку Дэна. Профессор довольно улыбнулся, разминая затекшие мышцы. Худое тело покрывали шрамы. Но выглядел он воодушевленным. Кинул своему новообретенному другу карту, затем быстро обернулся в волчью форму. Звериная мощь приятно клокотала внутри. Шерсть вдоль позвоночника встала дыбом, стоило мне подумать о грядущей охоте. Но резкий звук сигнализации сильно ударил по ушам.

– Продолжайте открывать клетки, – приказал своим, – а я найду и распотрошу Винтера. Действуйте в соответствии с планом.

– Будь осторожен Лео, – сказала одна из волчиц, – сыворотка очень опасна. Не позволь ему поймать себя.

– За меня не беспокойся. Выбирайтесь отсюда, убивайте каждого, кто встанет на пути. Найдите волчицу Агнес и ждите меня в безопасном месте.

– Хорошо альфа. И… спасибо! – выдали все почти хором.

Не будь я на взводе, прослезился бы. Этот план мы проигрывали в головах добрую сотню раз. Среди оборотней было много беременных самок, маленьких волчат и раненых особей. Дэн должен был проследить, чтобы каждый дошел до убежища. Примерно сутки назад я смог пробиться и достучаться до беты. Она была, конечно, обижена, но с радостью согласилась помочь. Пожалуй, по окончании этой передряги позволю Агнес мне как следует врезать. Чувствовал растущий гнев и ярость, проникающие в каждую клетку тела. Ровное дыхание, мышцы, словно сталь были моим оружием. Человеку не выстоять.

Самое главное – успеть на чертову свадьбу. Она сегодня, судя по докладу беты. Не позволю Моссу забрать себе Аниссу. Она моя, черт его дери! Все эти дни обновленная стая создавала единую базу данных. Каждый волк, подвергшийся страшным экспериментам, старался вынести максимум информации. Где какие данные хранятся, как расположены лаборатории, расстановку охраны и камеры видеонаблюдения. У нас был смысл терпеть и выживать, чтобы увидеть больше. И я знал все, что было необходимо. Спустя минуту сигнализация заглохла. Группа гамма должна была ей заняться. Их возглавляла яростная волчица Грейс. Двух ее волчат за эти годы умертвили в детских лабораториях. Вот о них мы так ничего и не узнали. Потому что оттуда никто не вернулся.

Принюхивался, шел по кровавому следу. Винтер должен быть в своем кабинете. Я помнил это место и двигался незаметно. Свет погас, лишь кое-где мигали аварийные лампочки. До момента, как впаду в кровавую ярость, все волки должны покинуть лабораторию и скрыться. Без проблем добравшись до нужного этажа, наслаждался витающим ароматом человеческой крови. Они это заслужили. Годы издевательств и чудовищных опытов над оборотнями озлобили пленников. Даже если бы приказал никого не трогать, это бы дискредитировало меня, как альфу.

Моей стае нужны трофеи, возмездие, нужна кровь. Реки, океаны крови тех, кто мучил несчастных оборотней. И я дам им это. В обмен на верность. Выбив дверь, вбежал в кабинет Винтера. Пусто. Но учуял резкий след и рванул за ним. Быстрее, резче, яростнее! Разорву эту мразь на кусочки! След вел вниз, по сломанной лестнице. Неужели это то самое место, о котором ходили страшные легенды среди пленников? Детский отдел лаборатории. Как и обещал, Дэн быстро расправился с централизованной системой открывания дверей. Я обернулся в человека. Голышом бегать конечно не очень удобно, так что стянул с ближайшего трупа белые штаны надзирателя и побежал в подвал.

Чем ближе приближался, тем острее ощущал запах смерти. Здесь губили волчат. Эта мразь ответит за каждого из них. Сбежав по лестнице, увидел длинный коридор, заканчивающийся металлической дверью. Открыв ее, аккуратно прошел внутрь. Запаха Винтера не чувствовал. А вот чудовищный аромат мертвых тел ощущал очень отчетливо.

– Винтер! – взревел я.

В дальнем углу возле небольшой печи послышалось шевеление. Приготовился к атаке, напрягаясь и настраивая все инстинкты на грядущий бой. Неизвестно, что этот сумасшедший тут изобрел. Однако никаких детских тел и тем более живых волчат я не увидел.

– Лео, – мой враг спокойно вышел из-за массивной печи.

Знать не хочу, что он в ней сжигал. Оскалился, начиная обращаться. Я был очень зол и это отражалось на звере внутри. Все вокруг стремительно укутывала алая дымка. Кровавое безумие… оно близко. Не в силах сдерживать ненависть, взревел так, что стены этого могильника задрожали.

– Впечатляет, – Винтер два раза хлопнул в ладоши, – я же сказал, что ты – мой лучший экземпляр, Лео.

– Все кончено, доктор Франкенштейн, – прорычал я, выпуская острые когти.

– Знаешь, почему именно здесь я построил свою лабораторию? – спросил он.

– Мне насрать, отродье. Оставь пламенные речи для своего бога, к которому ты сейчас отправишься.

– Я не верующий, альфа. Но позволь мне рассказать свою историю. А потом делай со мной, что хочешь.

Белые бетонные стены этого места сильно давили. Низкие потолки раздражали, не давая сосредоточиться. Вот она – настоящая лаборатория Винтера. Я ощутил страх, забирающийся под кожу, но его смела новая порция гнева. Безумный ученый выглядел слишком нормально. Ясно, что он тронулся умом, но как такого безумца вообще допустили к науке? Или он не один такой?

– Давным-давно у меня была жена. Моя Лилия. Красивая, нежная как цветочек. Мы поженились сразу после окончания университета. Планировали детишек.

Я не спускал глаз со своего врага. Но Винтер выглядел слишком расслабленным. Огляделся, пытаясь найти источник его спокойствия. Видимо он окончательно обезумел.

– Она писала диссертацию на тему оборотней. Помню, как мы ночами разговаривали, обсуждая совместное будущее людей и волков. Она вас любила…

Он вздохнул и в глазах этого монстра блеснула одинокая слеза. Что за чертовщина?

– Ей была очень интересна связь истинных. Ведь порой она служит причиной сильной боли. Так и вышло. Для своего проекта Лилия нашла самку, с которой очень быстро сдружилась. Ее звали Руби.

Вокруг не было ни оружия, ни медикаментов, которыми теоретически можно было бы меня вырубить. Но почему от этого человека исходит такая сильная опасность?

– Руби не хотела принадлежать истинному, боялась его и ненавидела. А моя жена искала способ медикаментозно ее освободить. Пробовала различные сыворотки, инъекции. Но ничего не помогало.

– Эту связь не разорвать, глупый ты человек, – прорычал я.

– И много счастья ты принес своей истинной? – поинтересовался Винтер, цокнув языком, – жила бы себе леди Уайтберд, горя не знала, а теперь? Ты сломал жизнь молодой девушке. Не отрицай, порой эта связь не нужна и порочна. И моя Лилия была очень близко к разгадке. Пока однажды к ней не пришел альфа – тот самый, который претендовал на Руби.

– Твоя жена не имела права лезть в это, – я понимал, что в чем-то Винтер прав.

– Моя жена любила оборотней! – вскричал этот сумасшедший, – желала, чтобы все в мире были счастливы! И я был готов идти с ней до конца…

– Что с ней случилось? – пора было переходить к сути.

– Тот альфа загрыз ее и увел Руби… оставил мою несчастную Лилию истекать кровью. Прямо на этом самом месте. Вскрыл артерию, но добивать не стал.

– Мне жаль. Но это не оправдывает зверств, которые ты совершил.

– А я и не пытаюсь оправдаться, альфа. Все эти годы я пытался лишь найти ответ на простой вопрос: за что? А потом я построил здесь лабораторию. В память о моей любимой женщине.

С каждым последующим словом голос ученого становился все громче. Я мгновенно обратился в волка, поскольку гнетущая угроза все нарастала. Сложно было определить ее источник. Хотелось поскорее пустить ублюдку кровь и уничтожить это адское место. Дэн и остальные уже должны были собрать доказательства вины Винтера. А меня ждала моя девочка.

– Я убью тебя и уничтожу все твои труды, – знал, что он слышит.

– Ты красивый, альфа. Но у меня для тебя есть кое-что! Последний дар во имя моей жены!

С этими словами он вытащил из кармана шприц с ярко-синей жидкостью и воткнул себе в вену. Я почувствовал резкий странный аромат. Химия, смешанная с волчьими феромонами. А спустя миг Винтер начал обращаться. Нет, не в волка, а в нечто уродливое, огромное и совершенно ненормальное. Его кости ломались, наполняя лабораторию гнусным хрустом. Глаза наливались кровью. Лицо деформировалось, а кожа покрывалась густой жесткой шерстью. Черт, вот это уродец!

– Пришлось активировать сыворотку раньше. В ней пока не хватает главного компонента, способного сделать носителя нового гена бессмертным – плазмы избранного альфы, – рычал монстр, – я испытаю на себе первый опытный образец.

– Мы готовы! – послышался в голове возглас Дэна, – взрывчатка заложена. Ждем команды.

– У меня форс-мажор. Если ситуация будет критическая, взрывайте и бегите.

– Полиция уже на подъезде, но мы дождемся! Будь осторожен, альфа.

Винтер взревел. Его рост был не меньше восьми футов. Монстр, получеловек, в котором нет ничего ни от одного, ни от другого. Ужасающий мутант, не сумевший справиться с горем потери. Мне было его жаль. Чудище рвануло на меня, сметая по пути столы и лабораторные шкафы. Инструменты и поддоны с грохотом падали на пол, создавая неприятный скрежет. От огромных когтистых лап на полу оставались глубокие следы. Я рванул влево, пытаясь увернуться от удара мощной руки. Извернувшись, запрыгнул на чудом устоявшую тележку и вцепился Винтеру в гриву. Он с ревом начал крутиться, но я не отпускал хватку. Какое же у него слабое место? Оно должно быть!

Внезапно свет в лаборатории погас. Я отвлекся и тут же ощутил резкую боль в правом боку. Когти врага впились в плоть чуть ниже ребер. Винтер дернул вверх, разрывая мою кожу, после чего отбросил на несколько метров. Я попытался удержаться на лапах, но перед глазами все плыло. Ничего себе мощь! Что же, видимо без кровавого безумия не обойтись. Алая пелена, жуткий скрежет зубов, а новая порция боли лишь распаляла мою ярость. Винтер замахнулся, чтобы нанести последний удар. Что ж, сейчас или никогда! Но вдруг перед глазами появилась она – моя истинная.

Не имею права проигрывать. Иначе она погибнет вместе со мной. И когда тяжелая когтистая лапа опустилась на мою голову, я ощутил небывалый прилив сил, будто внутри открылось второе дыхание. Сам не заметил, как поймал массивное мохнатое запястье и сжал что есть силы. Послышался хруст, затем лапа Винтера полетела прочь.

– Тебе меня не одолеть! – прорычал, понимая, что ярость начинает гасить рассудок, – такие, как ты, не должны появляться на свет.

Словно берсерк, Винтер бросился на меня. Он размахивал одной уцелевшей лапой, клацал челюстями и выл, словно тысяча волков. Его когти размалывали металлические инструменты. Но хоть я и был меньшее размером, все равно не уступал этой твари в силе. Мать-луна наделила меня мощью, которой до этого момента не знал ни один оборотень. Я рвал плоть врага, грыз кости, впивался в вены и артерии. Перекусив сухожилия на задних лапах, повалил Винтера на пол, продолжая вгрызаться зубами в жесткое мясо.

– Ты не оборотень, а жалкое подобие, – прорычал на ухо перед тем, как оторвать его, – и не человек. Ты – ничто!

Распотрошу! Уничтожу! Алая пелена превратилась в густую дымку, не позволяющую мне вернуться в нормальное состояние. Когда Винтер перестал дышать, я принялся крушить это место. Бегал по лаборатории, не в силах найти выход из собственного лабиринта ярости. Жаждал крови, выл и рычал. Как вдруг будто издалека до меня донесся тихий, но настойчивый голосок: “Остановись”.

А затем раздался сильный грохот, и по потолку пошла толстая трещина. Обернувшись, увидел тело Винтера, заваленное частью бетонной стены. Поделом. Он не оборотень и не человек. Так и сдох, будучи кровожадным монстром. Рассудок быстро вернулся ко мне. Она ждет! Моя девочка. Рванув к выходу, судорожно вспоминал путь к канализации. Бежал очень быстро чувствуя, как раны, нанесенные чудищем затягиваются прямо на ходу. Нырнув в отвратительную жижу, поплыл.

Не помню, сколько времени я греб, выбиваясь из сил. Затем до моего носа донесся свежий лесной воздух. Грохот сменила оглушительная тишина. Открыв глаза, увидел алый закат. Где-то сзади выли сирены, а над лабораторией Винтера клубился черный дым. Все кончено…

Тело болело, кости будто пропустили через мясорубку. Но теперь мы свободны. Обратился к стае. Услышал их мысли. Оборотни были счастливы.

– Альфа, ты спас нас! – звучал в голове голос горе-профессора, – но мы все еще не в безопасности.

– Верно, а у меня есть одно важное дело. Агнес, Кайл, Мэтт, Сюзан, слышите меня?

– Да! – гаркнули все четверо, вынудив сморщиться от ярких счастливых голосов.

– Выдвигаемся за леди Аниссой. Остальные – отправляйтесь в убежище. Пришло время вернуть оборотням их права и жизни.

Глава 33

Я шла на собственную свадьбу, как на похороны. Утомительно долгая церемония, речи священника, поздравления и напутствия. Ведь девушка должна быть счастлива, выходя замуж? Тогда почему еле сдерживаю слезы? Да потому что у алтаря стою подле чудовища, монстра в обличье человека. Мужчина, купивший меня у собственной семьи за баснословные деньги, за капитал и перспективы. Но ведь всю жизнь готовилась к этому дню. Меня растили, воспитывали, как куклу для удовлетворения мужских потребностей. Рядом со мной даже самый мерзкий и чванливый старикашка казался королем. Фигура, лицо, манеры и осанка. Я – украшение, но не более.

Запрещала себе думать о Лео. Самое главное – он жив. Остальное не важно. Утомительно долгие клятвы вызывали желание выплюнуть в лица гостей всю правду: что меня насильно выдают замуж, что я люблю другого. Того, кто оживил мое сердце. Изредка среди толпы мелькала Люси. Ее забитый вид лишь раздражал. Агата Уайтберд с фальшивой улыбкой принимала поздравления. Всего за неделю она организовала торжество поистине королевского масштаба. Только вот на свадьбу не приехал даже принц Роберт. И слава богу. Не хотелось перед давним другом корчить из себя счастливую невесту.

Как назло, вокруг не было ничего крепче шампанского. Но перед брачной ночью я должна быть пьяна. Желательно до невменяемого состояния. Пусть муж использует пустую оболочку. И вот, когда последние лучи солнца уже начали заходить за горизонт, меня повезли в наш новый дом. Я снова чувствовала колючую ауру Грегори и на всякий случай отодвинулась ближе к окну.

– Ну вот и пришел тот самый миг, – он глубоко вдохнул, затем сально улыбнулся, – когда я получу своё.

Дальше все завертелось словно в жутком водовороте. Мосс буквально втолкнул меня в наш новый дом – мертвый пустой особняк. Затем потащил наверх и сорвал платье. Я брыкалась и сопротивлялась. Откуда-то внутри появилась решимость не подпускать к себе мужа. Была готова кусаться, драться и пинаться. Но вдруг…

– Как некрасиво так поступать со своей молодой женой, сэр Грегори, – услышала знакомый низкий голос.

Лео. Нет, он не должен увидеть меня такой! Стыд накрывал с головой, не было сил даже взглянуть на любимого мужчину. Я рухнула на пол, сжав ноги, подтянула колени к подбородку, закрывая глаза и отдавая себя во власть накатывающей боли. Не заслуживаю даже глядеть на своего волка.

– Поганый монстр, – прорычал Грегори, доставая любимый раскладной нож, – эта сучка – моя!

Лезвие холодного оружия отражало лунный свет. Но Лео смотрел на моего мучителя без тени страха. Волк начал медленно подходить, то и дело бросая в мою сторону настороженные взгляды. Он не сможет простить.

– Аккуратнее, порежетесь, сэр, – насмешливо пропел Лео, мгновенно оказываясь за спиной Грегори и выбивая нож из потных рук лорда.

Ему даже не нужно было обращаться в зверя, чтобы справиться с моим мужем. Сердце забилось, когда, подняв заплаканные глаза, увидела свой подарок на шее оборотня. Серебряный ошейник. Тот самый. Боль еще сильнее сжала сердце, выкручивая, выжимая остатки того, что испытывала к этому получеловеку. Чувства наизнанку, словно одним взглядом Альфа вскрыл мою грудную клетку, наблюдая за колотящимся оголенным сердцем. Лео развернул мужа лицом ко мне, держа ладони около его шеи.

– Одно слово, миледи, и он умрет.

Такой простой вопрос, но я не могла дать на него ответ. Конечно, Грегори – монстр, но приказать его убить… не могу. С появлением альфы все вдруг стало неважным. Резкий и неприятный хруст вернул в реальность. Мосс рухнул на пол, а его шея неестественно искривилась. В глазах отразилась последняя эмоция – непонимание. Лео сделал шаг назад. В его взгляде бушевали яркие чувства. Поднялась на ноги и, перешагнув через труп мужа, бросилась на шею своему волку.

– Ты пришел, – шептала, прижимаясь носом к родному сердцу.

– Я не мог иначе, милая… – он гладил меня по голове, словно маленькую девочку, – тшш, все позади.

Он аккуратно коснулся моих губ своими. Затем властно раздвинул их и впился, словно измученный жаждой странник. Я с радостью ответила на этот порыв. Приятный, живой поцелуй, в который вкладывала все свои чувства. Но внезапно снаружи раздался выстрел, затем все тело Лео напряглось.

– Уже…– выдохнул мой волк, отстраняясь, – так, девочка моя. Слушай сюда.

Вцепилась в него чувствуя, что его слова меня не порадуют. Сжимала его плечи, впиваясь в них ногтями.

– Сейчас мне нужно будет уйти.

– Нет! – обняла его, не в силах отпустить.

– Ты пока в безопасности. В убийстве этого, – он пнул ногой тело Грегори, – обвинят меня. И ты всё подтвердишь.

– Пожалуйста, – чувствовала, что настоящие эмоции, которые давила все это время, срываются с петель и начинают просачиваться наружу.

– Я вернусь за тобой, Нисса. Даю слово истинного. Но сейчас просто не могу вновь подвергать опасности. Пока тебе будет лучше в качестве вдовы Мосс, потому что со мной…

Внезапно Лео низко зарычал и подбежал к окну.

– Уже здесь… быстро они. Прошу, милая, послушай, – но я не могла остановить поток слез.

– Не уходи, – хныкала, выпуская все, что накопилось за время нашей разлуки.

– Черт, – он снова прижал меня к себе, – умоляю, не рви мою душу на части, Нисса.

Сердце оборотня колотилось все стремительнее. От его тела исходил сильный жар. Лео взял мое лицо в руки и коснулся лба своим. Только сейчас смогла рассмотреть, насколько волк изможден. Он похудел, красивое лицо покрывала неаккуратная щетина, а тело было покрыто ранами. Мы какое-то время молчали, затем он отпустил меня и отошел.

– Милая, я знаю, что виноват. Возможно, прошу слишком много, но подожди меня еще чуточку. Неделю, не больше. Со мной множество раненых из лаборатории Винтера, щенки и самки. Пожалуйста…

– И они тебе ближе меня? Оборотни? – произнесла сухо.

– Что? – он явно не поверил своим ушам, – Нисса…

– Я всегда буду у тебя на втором месте? Потому что всего лишь человек…

Он ошарашенно смотрел на меня. Не знаю, откуда внутри была эта желчь и злоба. Сколько еще ждать, пока он разберется со своими обязанностями альфы? И найдет время на меня…

– Если ты сейчас уйдешь, – прошептала жестокие слова, – больше можешь не возвращаться.

Снаружи раздался стук и послышался голос Марка.

– Миледи! С вами все в порядке?! Откройте дверь!

Машинально обернулась, как вдруг ощутила едва заметный ветерок. Лео ушел. А меня, словно ушатом ледяной воды, накрыло осознание собственной глупости. Что же я наделала? Позволила обиде взять верх над разумом. Нет! Снаружи раздался глухой удар. Затем еще один. Рванула прямо в чулках и белье к окну и последнее, что увидела, это взгляд черной волчицы, направленный на мои окна. Агнес? Затем три огромных волка скрылись за деревьями. Сжала пальцами подоконник, не замечая, как осколки стекла режут ладони, а после развернулась и побежала к двери.

Меня поймал водитель Мосса, схватив и прижав к себе. Я с силой оттолкнула его, злобно зыркнув и прикрывшись руками. Кровь от порезанных ладоней быстро пропитывала белое белье невесты.

– Ты что себе позволяешь?

За ним следом прибежала пара полицейских. Марк вошел в спальню и присвистнул.

– Это альфа сделал? – спросил строго, но я молчала.

– Дай мне свой пиджак, – приказала ему, и водитель подчинился.

Накинула его на плечи, дрожащими пальцами застегивая пуговицы. Порезы на коже неприятно саднили.

– Я служу вашему отцу, миледи, – потупился он.

– Что? – ошарашенно уставилась на этого мужчину.

Высокий, широкоплечий, Марк больше напоминал военного, нежели простого водителя. И как я сразу не догадалась?

– Сэр Джеймс знал, что Грегори Мосс замышляет какую-то авантюру. Все это время я собирал на него данные. Следил и за вашей матерью.

– Папа все знал…

– Он дал четкие инструкции, что нужно делать в случае его гибели. Кому я посчитал достаточно веской причиной, чтобы обнародовать данные о Винтере и Моссе.

– А моя мать…

– Она чиста. Агата Уайтберд не замечена ни в чем криминальном. Она прекрасно прикрыла тылы. И в случае смерти мужа унаследует все его состояние. Мне жаль, миледи. Но насчет вас у меня также есть инструкции.

– Насчет меня? – я сделала шаг назад.

– Так точно. В случае отказа вашего оборотня брать ответственность я должен спрятать вас до момента, когда вы сможете вступить в права владения активами семьи Уайтберд. Сейчас необходимо залечь на дно, чтобы…

– Нет! – выпалила я, – Лео не отказался от меня. Это я…

Закусила губу, пытаясь не разрыдаться. Затем в голове что-то щелкнуло и прямо так, босиком и в нижнем белье рванула прочь из особняка. Марк побежал за мной, пытаясь остановить, но я оттолкнула его.

– Не трогай меня! Я иду за Лео…

– Он сбежал, миледи. Вместе со стаей!

– Неправда! Я прогнала его.

– Что же это за альфа такой? Что одно слово женщины может отвадить?

– Заткнись! – рыкнула на него, выбегая на улицу, – оставь меня в покое!

– Миледи! – но мужчина упорно бежал за мной, – одумайтесь! Ваша мать уже на пути сюда. Нужно бежать как можно скорее. Вы можете дать показания…

Но я не слушала. Остановилась, увидев открытую дверь, которую Грегори так скрупулезно закрывал еще полчаса назад. Поежилась, до конца не осознавая, что уже вдова. К нам быстрым шагом шел грузный полицейский. Он непонимающе заморгал, я же не преминула воспользоваться случаем.

– Остановите этого человека! – выпалила громко, – он удерживает меня силой!

– Эээ, – он переводил взгляд с меня на горе-водителя.

– Миледи, это не конструктивно, – Марк упер руки в бока и покачал головой, – вы должны беречь себя. Констебль Уилсон здесь по моей наводке.

– Вы не имеете права меня удерживать! – рявкнула на обоих.

– Это правда, – сказал грузный констебль, – мистер Йорк, может, мы поговорим наедине?

– Прошу, дождитесь меня, Анисса, – взмолился тот, – понимаю, что навалилось слишком много всего. Но ведь головой отвечаю за вас перед отцом.

Я стояла, потупив взгляд. Когда Марк и Уилсон отошли, пулей рванула к воротам. Охраны не было, всех наемных работников сейчас допрашивала полиция. Выбежав за ворота, вдохнула аромат свободы. Так вот, что ты чувствуешь, Лео? Попыталась настроиться на его мысли, но оборотень словно исчез. Неужели так сильно его задела? Глупая, избалованная девчонка! Я побежала в лес, быстро сворачивая с основной дороги. Стояла холодная ночь, приходилось постоянно идти, чтобы не замерзнуть.

– Лео! – закричала, вложив все силы в этот рывок, – где ты?!

Но вокруг была лишь темнота. Он не слышал меня. Под ногами хрустела трава, пальцев ног я уже не чувствовала. Тонкие чулки порвались во многих местах. Куталась в пиджак Марка, но не могла согреться. Холод полз откуда-то изнутри. Нужно извиниться перед оборотнем. Не помню, сколько бродила по густому лесу. Тело буквально тонуло в окружающей тьме. Пару раз споткнулась, разбив колени, но сумела подняться. Мышцы стремительно деревенели, а ощущения совсем перепутались. Вокруг будто хлопали тысячи крыльев, рычали сотни хищников, за мной наблюдали десятки глаз. Огромный живой лес и я – хрупкая жертва для любого из них.

Постаралась ускориться, но врезавшись в дерево, вскрикнула. Не столько от боли, сколько от страха. Ноги отказывались двигаться дальше. Вокруг стояла лишь темнота ночного леса. Лео!

– Помоги мне… – шептала, теряя надежду, – прости… пожалуйста… вернись…

Вдруг чуть поодаль сквозь редеющий лес увидела быстро движущиеся огни. Рядом дорога? Попыталась подняться, но снова рухнула на холодную мокрую траву. Я уже не чувствовала собственного тела. Внутри скручивался тугой узел, накатывала сильная тошнота, а перед глазами все плыло. В один момент боль стала столь нестерпимой, что горло разорвал отчаянный вскрик.

– Лео, – только и могла шептать любимое имя, – Лео… Лео…

Перевернувшись на спину, увидела звезды, усыпавшие ночное небо. Он ведь тоже на них сейчас смотрит? Робко улыбнулась, пытаясь совладать с сильной дрожью в теле. С каждой секундой становилось все холоднее. Но взяла себя в руки и встала на четвереньки. Опершись на клятое дерево, поднялась на ноги и поковыляла по направлению к мелькающим огням. Казалось, что двигаюсь на полном автопилоте.

– Лео… – казалось, что помню лишь одно слово.

Коснувшись заледеневшими ступнями полотна дороги, сделала шаг, затем второй. Вокруг все плыло. Сознание стремительно покидало меня. Неужели так все и закончится? Ковыляла вдоль проезжей части, пока были силы. Но они быстро заканчивались. Вот и всё. Рухнула на жесткий холодный асфальт и слушала собственное замедляющееся дыхание. Казалось, что боль осталась где-то далеко, в другой жизни. А сейчас меня ждет лишь заветная пустота и легкость. Протянула руку, пытаясь коснуться белой луны холодными пальцами. Как вдруг рядом затормозила машина, и чьи-то сильные руки подхватили мое леденеющее тело. Слышала взволнованные голоса, ни один из которых не узнавала. Затем холод стал отступать, а сознание погрузилось в тревожный, больной сон.

Эпилог

Прохладный летний дождь не отступал уже вторые сутки. Повсюду гремел гром, темные тучи рвали тонкие белые молнии. К летней резиденции королевской семьи подъехала тонированная черная машина представительского класса. Капли хлестали по ее крыше, капоту и багажнику. Дворники неистово работали, не успевая за мощным потоком.

Ее ждали. Дворецкий, держащий в сухих руках длинный зонт-трость, выскочил навстречу гостям. Дверь машины открылась и изнутри показалась невысокая женская фигура в темном плаще, закрывающем лицо. В руках она держала небольшую шкатулку из черного дерева, укутанную в водонепроницаемую ткань.

– Его высочество ждет вас, – отчеканил дворецкий и проводил гостью к крыльцу.

Охрана досконально проверила женщину, затем пропустила в приемный зал. Однако принц ждал ее в личном кабинете. Дворецкий провел гостью дальше, открывая небольшую потайную дверь. Этот визит был строго засекречен. Будущий монарх сидел в домашнем халате, задумчиво глядя на пляшущий в камине огонь. Оранжевое пламя отражалось в его черных зрачках. Принц давно готовился к этой ночи. Но никогда не думал, что жертв окажется так много. Неужели они опоздали?

– Ваше высочество… – женщина сняла капюшон, – я привезла послание от Джеймса Уайтберда на рассмотрение в палате лордов. Здесь собраны все улики, доказывающие причастность Томаса Винтера к чудовищным опытам над полулюдьми. И еще ряда высокопоставленных лиц, в том числе и из вашего окружения.

Она сняла мокрую ткань и положила шкатулку на рабочий стол принца Роберта.

– Спасибо, миссис Стивенс. Мне жаль, что правда откроется в таких страшных обстоятельствах. Но больше тянуть нельзя.

– Если я могу еще чем-то помочь…

– Вы и так помогли. Я выполню часть сделки Джеймса и достану информацию о вашем возлюбленном. Не волнуйтесь.

– Благодарю, ваше высочество.

Она поклонилась и вышла прочь, а молодой мужчина отправил дворецкого проследить, чтобы посланница его друга добралась до особняка Уайтберд без проблем. Сам же мягко провел пальцами по гладкому лакированному дереву. Затем резким движением открыл шкатулку и достал небольшую синюю флешку. Покрутив ее в руках, почувствовал головокружение и снова сел в кресло. Руки принца Роберта стремительно покрывались шерстью, а ногти выпадали, выпуская крепкие когти. Взяв себя в руки, он мгновенно вернул человеческий облик.

– Значит, пришло моё время, – прошептал и набрал номер своего хорошего друга, – Джон, собирай всех. И объявляй внеочередной съезд палаты лордов. Пришло время вернуть оборотням свободу.

Конец первого тома.

Дорогие читатели!

Вот и закончился первый том истории Лео и Аниссы. Вторая книга сейчас в работе, ее нужно красиво "одеть" и написать нужный для старта объем. Его я планирую на начало июня.

Буду очень рада отзывам и комментариям к этой книге! Мой муз очень старался, чтобы выдать действительно захватывающую и непростую историю! Спасибо за то, что читаете меня!