Read the book: «Маскарад»

Name: Маскарад
Author: Егор Коваль

Font::

Пролог

Сидя на улице, в полном смятении и отчаянье, странный на вид парень Рон Климптон (среди друзей его называли Грозовая туча или грозовой рон (ThunderRon)), решил, что с этого момента, его жизнь обречена только на рутинную суматоху.

Глава первая. Заблуждение на уровне разума

Работая обычным клерком, офисным планктоном, я не понимал, к чему должна приводить жизнь и каким жизненным опытом я могу поделиться с детьми. Потратить пол жизни на учебу и пойти работать не на то, на что учился, вот и весь опыт который я могу передать детям, вопрос сильно ли он им поможет. Ведь вопрос воспитания тоже субъективен, могу ли я дать детям долю разумного человека, или вовсе обеспечить их анти коммуникабельность не только по отношению к людям, но и по отношению к жизни. Или же вовсе могу воспитать человека, имеющего частичку своего прародителя, прекрасного семьянина и достойного работника, работника своего любимого дела. Но я вовсе не знаю, что могу дать своему ребенку, опыт как сидеть на стуле и делать вид, что ты работаешь. Да и причём тут вообще дети, когда я не могу решить что я буду на обед, сэндвич с тунцом, только потому, что с утра съел лишнюю вафлю, или полноценный обед хотя бы из одного блюда. Да и то, какого блюда. Рис с мясом, нет, Рон, ты не достаточно держишь себя в форме для такого блюда. Салат, конечно, нет, ты же такой троглодит, что тебе этого не хватит; грудка индейки на пару с отварными овощами, да кого я обманываю, я залью все это высококалорийным соусом, и тогда весь смысл блюда пропадёт. Думай, Рон, думай. Подожди, какой сэндвич с тунцом, терпеть не могу рыбу, тем более тунца. О чём вообще думать на работе, у кого-нибудь тут проскакивала хоть одна мысль по работе или про работу. Все сидят и выполняют банальные поручения, о чем тут вообще думать, сел и написал. Еженедельный отчёт, какое гениальное изобретение, сделать сборник, чтобы потом его объединить в безумную книгу "Как я провел этот месяц", а затем снять фильм в духе старого и мрачного детектива, только сам детектив повесился, оставив от себя только название. Нет ну серьезно, ты пишешь про то, что ты сделал за неделю, чтобы потом взять эти три или четыре отчёта и объединить их в один, может, я лучше буду лично начальнику слать телеграмму о том, как я сходил в туалет. Сколько вообще времени, если три часа дня то работать осталось три часа, что вполне приемлемо, если время два часа дня, то работать четыре часа, ну и так далее. Вообще время дешёвый трюк, загонять меня в рамки, когда я и так работаю на зарплату чуть больше превышающую среднюю, если 2 доллара считается превышением. Как выглядела картина в глазах начальника: "Дети мои, я дал вам всю мощь процветания, все избытки роскоши которые вы только могли себе представить, высшие сливки общества трудились над этим годами, я повышаю зарплату на два доллара от средней!", или он вообще тут бесполезен? А может просто бухгалтер просчиталась на два доллара и решила, что никто не заметит. Хотя почему я к этому докопался, разве не хорошо, что зарплата ставится по документам выше средней. Конечно, это не хорошо, это полный наглёж, она таковой не является. Так время четыре часа дня, это гораздо лучше, чем три, и прекраснее чем два. Всего лишь два часа, два часа и уйти из этой утопии цифр, бумаг и волокиты, в антиутопию прекрасного мира, мира который каждый жаждет превратить в лучший. Почему антиутопия, это же тоже утопия, хотя если каждый превратит мир в то, что ему нравиться это будет антиутопия, либо мир замкнутых в себе людей. Пойду, сварю кофе и сяду за мой любимый квартал. Квартальный отчёт, месячный отчёт, отчёт, отчёт. Это не отчёт, отчитываться перед кем-то, это бесполезный перевод бумаги, ведь каждый месяц все меняется, а говорить перестаешь все больше и больше, ведь говорить не с кем, все сошли с ума.

Глава вторая. Поход в магазин

Томаты, томатный соус, табаско, сладкий перец, корнишоны. Красный человек с долей зелёного друга, звучит как типичный томат. Я человек-томат, я всем вам рад. Боже о чем я думаю.

Безудержные размышления Рона, которые тянуться на протяжении всего дня, ведь говорить ему особо не с кем, да и сам он в этом не нуждается, по его словам. Так вот, безудержные размышления Рона прерываются слишком дерзким покупателем, ведь раньше Рон с таким не сталкивался, так как думать о том, что он ест, стал совсем недавно. Да и отец Рона, с благородным именем Бартоломео, у него были итальянские корни, говорил ему в детстве, слабых нужно защищать, иначе жить будет очень сложно. "Да и кто тут слабый. – Подумал рон. – Я сам возможно не более подготовлен, чем кассир, да и это вовсе не ограбление". Недолго думая, а долго размышляя, Рон подошел ближе к кассе и стал думать, как вступиться за кассира. Возможно, тот день был счастливый для Рона, или эта улыбка на его лице была из-за скидки, ведь он преодолел себя и встал на помощь бедного кассира. Злостно сказав преступнику: "Остановись! Разве твои дети будут рады за такого отца", он его остановил, но после небольшой, выдержанной паузы, преступник был весьма вежлив, лицо Рона начало узнавать, что такое перегрузка и как она может дестабилизировать. После пары тройки, а может четверки, ударов Рон пошатнулся, оступился и повалился на землю, кассир накричал на преступника, что сейчас вызовет полицию, и тот благополучно исчез, успев поскользнулся о шарф Рона. Кассир помог Рону встать, надеть шарф, и рассчитать его на кассе, так как все что умел делать Рон в данный момент – просто существовать. За честь и отвагу, доблесть и слабоумие, Рон был награждён скидкой в тридцать процентов, торжественно награждён.

В дальнейшем пути, к счастью для Рона, приключений больше не происходило, он просто проехался новой курткой по земле, решив, что эта дорога короче, порвал пакет, потому, что, оказывается, бумага хоть и дерево, было когда-то, но она тоже прекрасно рвется о дерево, не хуже дешёвого полиэтилена. Кое-как дойдя до дома, занёс продукты на кухню, проверил почту и, сначала сняв верхнюю одежду, а потом и вовсе переодевшись, продолжил нарезать овощи, мелким кубиком, как и учил его отец. Он готовил салат "большого Бо" так его папу ласково называла мама Рона, Ванесса, у нее не было итальянских корней. В него, в салат, входили следующие продукты: тёртые томаты, так они давали больше воды, чеснок, руккола, немного бальзамического уксуса, табаско и тайный ингредиент. Без чего салат "большого Бо" не салат "большого Бо", так это без бобов, кем-то законсервированных, а затем обжаренных Роном. И ко всему этому, как завещал его отец, сочная, слегка обжаренная, запечённая куриная грудка, с небольшим количеством крупной соли и свежемолотого перца. Салат на ужин и слегка обжаренная, а главное запечённая, куриная грудка казалось Рону прекрасным решением, чтобы добить калории на сегодня, и наесться, наконец-то наесться, наесться перед сном, просто чтобы уснуть не голодным.

Глава третья. Рутина, которую Рон считает отдыхом

После хорошего, восьми часового сна, Рон направляется в ванную комнату. Принимает душ, поет самые свежие хиты этой осени, к сожалению свежие это только название, сам диск был выпущен в восьмидесятых, и вытирается любимым полотенцем, любимое оно просто из-за рисунка, таких полотенец у Рона было не сосчитать. Одно он случайно порвал, второе, по незнанию, использовал как тряпку, чтобы вытереть испражнения, мимо сходившего в туалет кота, третье отдал своему другу, для похода в спортзал. В общем и целом, что он только с ними не делал, помимо того чтобы использовать их по назначению. Затем он чистил зубы своей любимой щеткой, опять же, любимая она было только из-за формы, таких у него было штук тридцать, и своей любимой пастой, я промолчу. Дальше шёл на кухню, делал свежевыжатый апельсиновый фреш, из почти несвежих апельсинов, брал его любимые хлопья, и, сначала налив молоко, засыпал хлопья в тарелку. Это чудо природы Рон называл завтраком, хотя для него это было не больше, чем вредным перекусом, он ест слишком много сладкого. После перекуса, Рон направлялся в спальню, смотреть самые свежие новости, ровно один фильм, любимый фильм, тут Рон был куда более разнообразным, и пытался представить, как бы он сыграл на месте главного актера.

Рон мечтал стать актером, блистательным актером, наилучшим актером, но пока игра Рона походила на бессмысленные движения глупой обезьянки. Но он упорно старался, каждую субботу, пытаться играть и проживать сценарий вместе с актером. Как он говорил: "лучше всего у меня, получается сыграть главную роль в "Планете обезьян" наверное", только чью главную роль, Рон не уточнял. Он в принципе не любил конкретику, любил много размышлять, о том, как бы ему прекрасно было жить, если бы в его мире появился дар – ясно изъясняться, чтобы тебя все понимали, и чтобы все было ёмко.

После продуктивного утра, Рон направлялся в "гардеробную", так Рон называл свой шкаф, почему он был лично его шкафом, никто не знает, он просто, как-то, приволок его домой. Шкаф из массивной древесины дуба, в котором рон хранил всю свою одежду, кстати, я говорил что Рон любит одежду, так вот, рон любит одежду, а все что он любит он хранит не в едином экземпляре, ну вы поняли. Рон наряжается на прогулку, с элементами посиделок в кафе и очередных вечерних размышлений, да наряжается так, чтобы не замёрзнуть и не простыть, осень всё-таки. Подобрав лучший образ на сегодняшний день, Рон направляется на выход, взяв с собой только ключи, кошелек и документы, на всякий случай, накидывает либо свое любимое пальто, либо ветровку. Сегодня слегка вероятно. Рон идет почти по одному и тому же маршруту, только пункт назначения всегда разный, это либо кафе, либо ресторан, либо обычная забегаловка.

Проходя живописные улицы, как будто с небольшим эффектом сепии, осень всё-таки, Рон любит остановиться, полюбоваться фонтаном, в котором скоро отключат воду, интересной статуей, смысл которой он так и не понял, но надеюсь, что когда-то он обратит внимание на табличку внизу. Посмотреть на все те же, но всё-таки родные места, увидеть таких же, как Рон, жизнерадостных людей и дворовых собак, которых выпускают погулять из недалеко стоящего приюта. Наконец доходя до места, которое ему сегодня приглянулось, он придумал о чем поразмышлять сегодня вечером, о своей любимой профессии, которой ему, видимо, не суждено наслаждаться каждый день. А пока время обеда, прекрасное время, которое Рон никогда не пропускает.

Сегодня Рон решил почтить память о своем отце, с доброй душой и большим сердцем, почтить память "большого Бо" как бы сказала его мама. Поэтому он пришел в итальянский ресторан, заказать любимое папино блюдо – Карпаччо. Только его, только его имела права готовить мама Рона, все остальные блюда готовил его отец, строго его отец, ну и иногда маленький Рон. Заказав Карпаччо, вино и пасту карбонара, Рон принялся ждать свой изысканный обед, слегка скорбя о своем отце.

Глава четвертая. Вечерние раздумья. Или как паршиво осознать себя

Придя на набережную, Рон принялся устраивать брейншторм, только особо сложных задач перед ним не стояло, просто размышление о самом себе и о своей любимой профессии. "Ну как же, размышлять о себе тоже сложное задание" – не спорю Рон, ну вот тогда тебе нужно с ним справиться.

Разгуливая по набережной, Рон размышлял: "Почему сам я не могу быть бредом, бредом выдуманным каким-нибудь безумным рассказчиком, который жаждет раскрыть меня как можно сильнее, через призму моих самых странных мелочей. Например, использовать зубную нить после каждого приема пищи, мой стоматолог сказал: "Это не должно быть странно, тебе не о чем переживать!", но я продолжаю думать, что все смотрят на меня только из-за этого, хотя возможно им действительно странно видеть, что, иногда, я использую вовсе не зубную нить. Или то, что я, перед тем как перемолоть зерна, тщательно их мою, мне кажется, на них может скапливаться много грязи. Но ведь вряд ли странный только я, на земле же очень много людей. От самых маленьких, проблемы которых то, что они не поиграли в песочнице, до самых старых, где проблема превращается в страх, вызванный приближающейся смертью, вовсе не с косой, а с проблемами со здоровьем, которые она посадила еще в юности. Вряд-ли один я прихожу на эту набережную, чтобы поразмыслить о произошедших со мной вещах, и имея при этом самую главную тему для размышления. Возможно, этот мужчина сейчас сидит и думает, какая прекрасная у него жена и дети, и что они также прекрасно от него ушли, потому что он оступился. Или эта женщина, которая жизнерадостно улыбается, ища себе спутника по жизни, вовсе не жизнерадостна и её избивает дома её же парень. Или та бабушка, которая живет прекрасной для своей старости жизнью, была вчера эмоционально потрясена тем, что ее внук до нее домогался. Почему я так злостно уверен, что размышляю сегодня, на этой набережной только я, только я могу выудить из этого главную тему, и только я способен так долго думать. Да и с чего я вообще решил, что у этих людей все произошло именно так. От мужчины ушла вовсе не жена, а девушка, так как они не были в браке. Женщину избивает не ее парень, а ее муж, поэтому она мечтает от него убежать любыми способами. До бабушки домогался вовсе не внук, а его друг, который решил, что его фантазии и психике нужно выйти погулять.

С миром происходит что-то странное, это я заметил уже давно, все люди как не живые, радуются этой рутине, дешёвым праздникам. Дешёвым не потому, что они не могут себе позволить большего, а потому, что все выглядит как-то наивно и наигранно. И что вообще может искоренить из своих раздумий обычный человек. Это я гуру: гуру размышлений, гуру пустословия, гуру познания бытия. Я вот мечтаю стать актером, прекрасным актером идеально отыгрывающем свои роли. И роль инфантильного семьянина, который всегда будет рядом и подставит свое мягкое плечо. И роль красавчика, будто вышедшего из бойзбенда, у которого во главе стоят телки, оружие и пофигизм. И роль интересного персонажа, сильно закрытого от этого мира, которого по итогу раскроют в очень интересном ключе.

А может мое предназначение гораздо хуже, чем актёр, простой офисный планктон, изо дня в день, выполняющий эти отчёты. Нет, все не может быть так просто, в этом точно есть замысел, замысел куда больше чем офисный планктон, замысел высшего существа, отыгрывающего свои роли силой мысли. Да и почему осознание себя, самобичевание, самокапание, почему я занимаюсь этим, когда мог пойти хотя бы на курсы актерского мастерства. Ну и что я там покажу: "Здравствуйте, я зажатый в себе человек, каждую субботу, вечером, размышляющий о судьбе своего бытия". Или вовсе придя на первый показ меня все засмеют, и все что я получу в итоге – психологическая травма. И стану после этого еще более зажатым в себе человеком.

Почему мне сложно принять, что я неудачник, безудержно пытающийся что-то доказать, бесполезное звено этого мира, крутящееся чтобы просто выжить, неуверенный в себе зажатый мальчик, которого каждое воскресенье мама гладит по головке, больше одного раза нельзя. Я бесполезен, бесполезен для этого мира. Бесполезная сущность, бесполезная, хотя почему бесполезная, я плачу налоги, для кого-то я полезен. Нет, все это не то, не то, что я заказывал на день рождения, задувая свечи, будучи ребёнком, не то, что я представлял себе, засыпая, каждую ночь. Фантазируя каждую ночь, что я буду засыпать, обнимая свою любимую девушку, выделяя, как в экзотермической реакции, теплоту. Видимо, во всем виновата экзотермическая реакция, иногда я слишком занудливый. Занудливый. Занудливый. Итак, подытожим. Я: занудливый и забитый, бесполезный и закрытый, неудавшийся неудачник, боюсь публики и неуверенный в себе. Пожалуй, вот весь, неполный, список которым я могу себя описать. А к чему все это должно было привезти, или к чему вообще приводило, никому неизвестно".

Глава пятая. Осознание

Вдоволь пораздумав, Рон направился домой, где его ждал любимый кот Мит, в одном экземпляре, теплый плед и какао. Все это, вся неделя, Рону изрядно надоела, в связи с этим, каждое воскресенье, он напивается. Взрослый мальчик, уже можно. Из-за того, что у Рона нету чувства меры, напивается он до талого, да так чтобы до дома он смог дойти только во сне. Вообще вся жизнь Рона походила на литургический сон, и до дома он все же как-то добирался, но не сегодня.

Сегодня в баре Рон познакомился с продюсером, он занимается кастингом на главные и второстепенные роли в фильмах. Это была уникальная возможность для Рона.

– Здравствуй парень, пьешь? – спросил продюсер

– Пью, нагло пью и размышляю о жизни.

– Разрешишь?

– Присоединяйтесь, к так сказать торжеству!

– Спасибо. Двойной виски со льдом, пожалуйста, слушай, прекрасно выглядишь, наверное следишь за собой?

– Я… Да я нет, не то чтобы особо, но всё-таки, наверно, да, слежу, бывает.

– Ха-ха, интересный ты парень. – Легкая улыбка не сползала с лица продюсера. – Интересный парень… А как тебя зовут, кстати, мы так и не познакомились?

– Меня… Я, меня, меня зовут Рон, Рон Климптон!

– Приятно познакомиться Рон! Я Декстер, Декстер Роуд Младший. Что тебя заставило прийти сюда в столь прекрасное солнечное воскресенье. Лучистое солнце, ясное небо, гуляй да гуляй.

– Двойной со льдом. – Сказал бармен, отдавая заказ Декстеру.

– Спасибо. И так, почему ты здесь?

– Ну, это уже традиция, каждое воскресенье я напиваюсь в баре, чтобы, не знаю, забыться. Чтобы в понедельник быть свежим хотя бы в голове.

– Хмм, интересное решение проблемы, слегка притянутое, но имеет место быть. А позволь спросить?

– Да. Пожалуйста!

– Почему твоя голова забита настолько, что без изменений, каждое воскресенье, ты в баре. Ты пьешь, ты, с твоих слов, отчищаешься?

– Ну, примерно по тому, что каждую субботу я занимаюсь раздумьями, которые вы скорей назовёте самокопанием. Так если придерживаться термина самокопание, то я каждую субботу себя раскапываю, почти, и потом закапываю еще сильнее.

– Воу, это сильно, не каждый может себе позволить каждый месяц себя раскапывать и пытаться принять себя такой, какой он есть. Не каждый.

– Спасибо! Но я делаю это каждую неделю.

– Ну что, выпьем тогда за твою думающую голову!

– Будем!

Постепенно напиваясь, друзья, теперь друзья, Декстер и Рон полностью открылись друг другу, слово за слово и у них родилась гениальная мысль, что Рон обязан сыграть роль в грядущем блокбастере «Каскадёр Клифф Буч». Не совсем главную, но и не второстепенную роль. Усреднённую роль, как камео Тарантино в фильме «Криминальном чтиво».

Такое предложение не то, что устраивало Рона, оно его безумно манило, ведь это дело всей его жизни. Всей его никчёмной жизни, которую он так усердно посветил только себе, да Рон? Это стоило смерти твоих родных Рон, это стоило того что стоя на могиле отца у твоей матери случился инсульт, и врачи не смогли ее реанимировать. Это не стоило, куда не стоило того что твой брат рехнулся. Он безудержный псих и наркоман, был ими, с радостью всадить себе шприц радости, веселья наполняющего его никчемную жизнь, да. Ты не смог дать братцу должной любви и заботы, ты не смог сделать ничего, жалкий ублюдок.

Гл… Повествование

Рон: Аааа, о боже. Это сон, это сон, сон, ужасный сон. Я тут, я на месте, я живой, со мной все хорошо. Хорошее начало дня.

Рон встает с кровати, делает разминку шеи, направляется в ванную. Чистит зубы, протирает случайно забрызганное зеркало и идет завтракать. Быстро закидывает тосты, ставит сковороду на плиту, и направляется за одеждой. Возвращается, обжаривает одно яйцо и ломтик бекона, без масла. Делает сэндвич с яйцом и беконом, засыпает хлопья в молоко и включает новости.

Телеведущая: Последние новости этой недели! Скандально известный тренер сборной по баскетболу был отстранен от должности, за харассмент.

Рон: Чертов сукин сын!

Телеведущая: Мэра города обвиняют в коррупционных сделках по факту проведения массовых мероприятий, следствие ведет проверку.

Рон: О боже, я думал, его уже посадили.

Телеведущая: Скончался известный певец и композитор Dock Wildwood, причины смерти пока не известны, ведется расследование. Вот и все новости на сегодня.

Рон: Все, спасибо, еще много что узнаю за газетой в метро.

Рон одевается, берет свой портфель, и направляется к выходу, надевает свое любимое пальто. Идет вдоль избитой вечными ремонтами дороги.

Рон: Лучше бы потратили деньги на ремонт дороги, а не проведение “массовых мероприятий”, сидят там все, свой карман греют, а как чуть что, так сразу никто не виноват. Ненавижу правительство.

Рон спускается в метро, садиться в вагон, и читает газету, поглядывая на странно одетого мужчину. В газете было написано много максимально бесполезных новостей, начиная от курса какой-то африканской валюты, заканчивая интервью о «финансовых отношениях в видеоигре DOORkoor». Читая газету, Рон отвлекается на того мужчину, он резко встает с места и начинает проповедь: «Братья и сестры мои! Дети и старики, чьи разумы способны осознать картину мира, услышьте меня. Я пророк ни из верхнего мира, ни из нижнего мира. Ни из мира живых, ни из мира мертвых. Я не посланник божий, не знаю что такое церковь. Не из обители, той, которая могла вам причудиться. Я Стефан, рожденный и созданный сам, без помощи чего либо. Вездесущий, и ужасающе пугающий «Стефан темный луч». Я не имею имени, это мое прозвище, навязанное обществом. Только обществу важно знать всех по именам, общество не может понять что я вездесущ, но я не бог. Я благословлю вас, одно прикосновение моей руки вылечит ваш разум. Я, по вашему языку, целитель, целитель разума. Познайте свой разум через меня, узрите свою сущность. Да разразятся тучи, да воздвигнется гром над небом ясным, и вы поймете, как вы были слепы. Возрадуйтесь братья и сестры, сегодня все вам проститься. Даже тебе, как тебя звать? Рон? Узри Рон, какое чудо я могу воздвигнуть, снять с тебя грехи твоего брата, возложить вечный след на тело твоей матери. А твой отец и так был прекрасен, его след продолжаешь нести ты. Да воздвигнуться могучие старцы надо мной, и прощу я все Рону. И отчищу его разум от пучины бытия!». Находясь в недоумении от происходящего, Рон, доезжает до своей станции и, благополучно, осознает, что опаздывает на работу.

Рон доходит до своего офиса, перекидывается словами с охранником и идет до своего кабинета, сначала здороваясь с людьми, а потом шлет их куда подальше. Приходит в свой серый и пустой, но идеально убранный кабинет и садиться на свое место. С ним в кабинете работает еще 2 человека – Маргарет и Дик‘оБлик (Членоблик, прозвище среди коллег).

Блик: О, кто пришел, Рон, Рон Климптон собственной персоны!

Рон: Очень смешно Блик, давай вспомним твоё непосредственное следование правилам.

Блик: Маргарет, будь аккуратнее, он сегодня не в духе.

Рон: Да заткнись ты уже, я проснулся час назад, а мне уже выносят мозги, причем мой коллега. Коллега. Вдумайся в это слово. Ты должен мне помогать с работой, шутит со мной на обеде, а не выносить мне мозг, ведь я даже кофе никуда разлил. Если тебя раздражает мой вид – виноват, виноват, что пришел. А если нет завали свой прибор для приема пищи и делай свою работу.

Маргарет (шёпотом): Грозовая туча Рон.

Настроение Рона определялось как всегда в течение дня, очень редко было такое, что Рон проснулся, и с самого утра у него все задалось хорошо.

Рон: А ты вообще кто такой? И что ты забыл у меня в голове?

Рассказчик: Эмм, ну я рассказчик, так сказать тот, кто тебя придумал.

Рон: Слышь выдумщик, к тебе просьба, завались и дай спокойно поработать. Что вам всем вообще от меня надо. Один с вопросами. Как дела Рон, о, ты же Рон, ты же в первый раз был вынужден опоздать на 5 минут из-за ремонта дороги. Как так можно Рон. Эти бесполезные коллеги, гуляют по офису в начале дня. Я сколько раз приходил на работу, каждый день новые лица. Здравствуй Рон, доброе утро Рон, как дела Рон. Черт возьми, кто вы все, что вам всем надо, я вас вижу первый раз, что вы можете сделать в моей итак никчёмной жизни. Взять бы вас всех и засунуть в один кабинет, чтобы вы все познакомились, и возненавидели друг друга.

Рон напечатал на компьютере заголовок – «Еженедельный отчет», заранее вписывая туда, что будет делать всю неделю. Составив планы своей волокиты: «Просмотреть вновь прибывшие документы. Описать кратко какие это документы и их количество. Сделать все за эту жирную ленивую жопу…». Не дописав, все бросает и начинает смотреть в стену, дожидаясь обеденного перерыва. Дождавшись, направляется в столовую, проходя по коридорам, которые резко стали какими-то другими. Толи картины висят не на том месте, толи повороты совсем другие, так же, как и расположение кабинетов. Не придав особого значения этой детали, Рон продолжает идти в столовую, но уже не с таким настроем как раньше. Рон стал внимательно всматриваться в происходящее, людей, стены и открытые двери. И в действительности все начинало выглядеть как-то странно, люди делают обычную работу, но они не делают ее посредственно, все они выглядят так, будто в утренний кофе подлили эндорфин, гормон радости. Чтобы хоть как-то успокоиться, Рон начинает размышлять вслух.

Рон: Первый раз в жизни вижу, как радостно все ждут, и общаются, дожидаясь свое очереди к принтеру. Уборщица моет полы с улыбкой до ушей, и проходящим по помытому полу работникам желает хорошего дня. Мужчина пролив на себя кофе, не начинает материть всё, что оказалось рядом, а обращается к своему коллеге, с просьбой помочь в поиске чистой рубашке. Женщина, сидящая у двери, совершенно спокойна, и выглядит опрятно, здоровается со всеми входящими и выходящими в ее кабинет, и не просит закрыть дверь. А картины. Картины как будто новые произведения искусства, почти, что доходящими до новых чудес света, и удостоенных почетными местами в галереях. Живописный луг, с идеально натуралистически нарисованными лучами солнца, рассекает небесный свод, и одаряет всех своими витаминами и излучением. Коровы, пасутся так, как будто знают, что им предстоит прожить прекрасную жизнь, нарожать телят, и обеспечить им такую же, как у них, прекрасную жизнь. А трава, зеленее, чем самое зацветшее болото. А тут вот целая выставка картин посвященных женщинам. Сентябрьское утро, Ролла, Экстаз, Дама в меховой накидке, Дама с попугаем, Портрет скрипачки, Бабье лето. И так, как будто специально сделали, идешь на обед – женщины, как бы пробуждают твой аппетит, идешь с обеда, картины рассветов и природы, как бы успокаивающих твои бурные настрои. Кажись и столовая уже близко, сегодня мой аппетит будет весьма странным, после таких сотрясений я либо очень сильно захочу, есть, либо съем две ложки и больше не смогу.

Придя в столовую, у Рона проснулся дикий аппетит, да такой зверский, что рон купил пять позиций, вместо своего стандарта – трёх. Куринные крылья, обжаренные в тонне масла. Греческий салат, потому, что там вкусный сыр. Грибной суп, так как сваренное с чем-то мясо Рон считал странным. Жюльен, его любимое французское блюдо. Сваренный рис, в качестве гарнира к крыльям, просто сваренный, с небольшим добавлением соевого соуса.

Достаточно плотное сочетание для Рона, с учетом того, что ему предстоял еще целый рабочий день. Места были свободные, но Рон увидел незнакомца, очень похожего на его хорошего знакомого. Подсев к нему, Рон действительно был прав, это его давний знакомый, с которым у него случались интересные передряги. Но знакомый пока не узнал Рона, и он решил начать первым

– Привет, дружище!

– Здраст… Рон, вот это да, не знал, что мы работаем в одном офисе.

– Да, Пророк Лутон, получается, что работаем.

– Стоп, ты до сих пор помнишь моё прозвище, ему же лет 7 уже. Тогда, когда мне пришлось продавцу задвигать речи, о притеснениях студентов, что нам вечно не хватает денег. Вы назвали меня Говорливый Лутон, а потом оказалось, что в моей речи почти половина слов оказалось сущей правдой. Тогда-то вы и решили меня назвать Пророк Лутон.

– Да, ха-ха, сколь же, потом, раз тебе приходилось оправдывать это прозвище, прося денег на улице, чтобы мы отлично поели или выпили. Или собирал толпу зевак, которые почти проникались твоими речами, но потом вылетал Митчел, и как ворона начинал всех разгонять. Проповедник Лутон, Проповедник Лутон.

– Да Митчел что только не вытворял, то докапывал прохожих, пытаясь с ними договориться о деловой встрече, то как-то поймал голубя и пытался научить его говорить. Веселые были времена. А ты, смотрю, неплохой аппетит нагулял, пока по клавиатуре щелкал.

– Ну, есть такое, вообще мозговая деятельность потребляет больше всего калорий, так как нейронные связи быстро обрабатывают информацию, и тратят значительно больше энергии, чем прогулка в парке.

– А ты смотрю все такой же, слегка занудливый. Грозовая туча Рон!

– Не изменяю традициям!

– Согласен. Вот я окинул взглядом поднос, и заметил, все аккуратно, как на подбор, в чем секрет?

– Смотри, я ем каждый день, по три раза, думаю, как и ты, и смысл мне целый день есть одно и то же, если я могу чуть ли не недельные расписания составлять. Но этот обед не по расписанию, но это не значит, что он должен быть плохим или не хуже, вовсе нет, это значит, что он должен быть наравне, а то и выше. Ты, это то, что ты ешь, так почему я не могу, есть красивую еду, составляя ее так, что помимо эстетического удовольствия она приносит и праздник, праздник твоим вкусовым сосочкам. Вот, внимай. Первое суп, легкий грибной, разбудит тебя и твой желудок, да и плюс жидкость, очередь к кулеру вечная. Второе, рис и крылья, основное насыщение на сегодняшний день, очень жирные крылья, и отварной рис, все компенсируется, практически. Третье, греческий салат, не совсем трава, чтобы не казалось пусто, но и не прям перенасыщенный салат, все аккуратно, помидоры и огурцы, листья салата, сыр, лук и маслины. Четвертое, так сказать напоследок, жульен, небольшая порция по гениальной рецептуре, просто один повар по имени Жульен решил, что взять нарезку на супы, и запечь ее вместе с мясом в сметане, будет отличным решением. Вот и все, плотный обед, при этом максимально насыщенный.

– Черт! Ты только что все это описывал так, как будто детектив вел дело уже второй год, и вот наконец-то, все пазлы сошлись. Видимо этот обед значительней, чем обычно. Но почему грибной суп, там сварили такой шикарный мясной Гамбо.

– Ненавижу супы с мясом. Кто это придумал, вываривать мясо, и еще сверху добавлять куча всего. Это уже не суп, а просто блюдо в жирной жидкости. Да и так противно есть мясо, осознавая, что можно было сделать, к примеру, вкусный Бефстроганов или Кордон.

– Кордон, звучит интересно, шницель из мяса теленка с начинкой из сыра и ветчины, обжаренный в панировке. И залить брусничным соусом.

– Действительно интересное сочетание соуса, для блюда в панировке.

– Ладно, Рон, было действительно интересно провести время, приятного аппетита, а мне пора бежать!

– Ни пуха, ни пера!

– К черту.

Рон продолжил трапезу, съедая все достаточно быстро, видимо завтрак был бесполезен. После, Рон направился в уборную, умыться и чуть прийти в себя от происходящего.

Рон: Не каждый день такое увидишь, слишком жизнерадостные люди, старый знакомый, и приятная беседа, да и еще обед вкусный. Почему все вообще пришло к этому, я написал две строчки, уткнулся в стену и пошел на обед, а за это время вся жизнь поменялась. Может проблема во мне, я слишком долго смотрел в стену, да так, что попал в параллельную реальность. Хотя причем тут я, эта проблема, как бы шикарно это не было, это проблема. Так вот, эта проблема появилась сама собой, может мне действительно, как говорил Лутон, провести детективное расследование под названием «Почему все люди в офисе вдруг стали жизнерадостными». Нет серьёзно, где корень проблемы, в чем он прячется, может я, действительно, собрал все тучи, и небо стало ясным. Ну, если проблема во мне, так уж и быть, я раздам все тучи назад, и продолжу дальше свое гнусное существование.

Рассказчик: Не знаю, действительно ли Рон был виноват в происшествии, или это все стечение обстоятельств, но после…

Рон: Тебе, по-моему, было ясно сказано – заткнись.

После похода в уборную, все превратилось в серую угрюмую массу. Рон шел по тем же неудобным коридорам, женщина у двери на всех орала, а картины были очень неестественными и дешёвыми, напечатанными на принтере. Рон вернулся в кабинет, где все также серо и пасмурно, и доработал остаток дня. После чего собрался, Со всеми попрощался, но не так как утром, уходя, Рон накапливает весь негатив, и, выходя из здания, очень громко всех посылает

Рон: До свидания Рон, что-то ты сегодня не в духе Рон, про меня забыл Рон. Почему я должен обращать на всех внимание и со всеми прощаться, мы же кроме приветствий ничего не делаем, это весь наш диалог, если я скажу «Всем пока», не измениться ничего. Тупые, тупоголовые кретины, работаю с коллегами, коллегами. Это не коллеги, а коллективная бессознательная.

Пытаясь хоть как-то успокоиться, Рон добирается до дома, спотыкаясь о ремонтируемую дорогу. Едет в метро, где ему любезно истоптали все ботинки. И почти доходя до дома, роняет ключи в траву.

Рон: Да сколько можно, у меня хоть один день без приключений пройдет, один, я не прошу большего, чтобы ладно не актером, почувствовать себя обычным человеком.

Пачкая всю одежду, Рон заходит домой, переодевается, кидает вещи в стирку, и ищет утешения в своем питомце. Более ли менее успокоившись, Рон достает замороженную пиццу, и греет ее в духовке. Сегодня первый в жизни Рона день, когда он нарушил свое обещания самому себе, никогда плохо не относиться к еде. Доставая разогретую пиццу, рон полез в холодильник за напитком, и увидел надпись «От имени всего вкусового сообщества мира клянусь – никогда не относиться плохо и бесчувственно к еде».

Рон: Что же со мной происходит, день то веселый, то ужасный, поставленные обещания не выполняю, разогреваю пиццу, которую купил гостям, на случай если они очень голодные. И зачем-то, вчера, купил газировку, хотя никогда не смел такое покупать. При чем я даже не помню как покупал ее.

Недоумения Рона прерывает телефонный звонок. На том конце был Декстер Роуд-Младший.

– Здравствуй, Рон, не отвлекаю?

– Нет, Декс, говорите.

– Ага. Наш вчерашний кастинг очень понравился генеральному и режиссеру, поэтому не знаю что там у тебя за работа, планы не планы. Все отменяй, увольняйся, или бери отпуск, тебя приняли на роль.

– А, да, что, прямо вот так, сразу, без лишних раздумий?

– Ага. Все, решай там свои дела, завтра в час дня на площадке, адрес у тебя остался?

– Конечно, остался!

– Все, жду в час на площадке, без опозданий. Все дорогая, уже бегу!

– Что, а это не… пока.

Хотелось бы Рону светиться от счастья, но сегодня светиться будет только лампа, которую Рон, наконец, поменял. Хотев решить все вопросы сегодня, Рон осознал, что у него не осталось сил, и он решил лечь пораньше, чтобы выспаться и решить все дела с утра. Рон направился в кровать

–Привет.

– Кто здесь?

– Лучезарный весельчак!

– Кто? Что происходит?

– Я свечусь от счастья, а ты нет, ха-ха-ха!

– Кто бы ты ни был, прошу, уйди, пожалуйста.

– Я не уйду! Я как твой брат буду стоять до последнего!

– Откуда ты знаешь…?

– Я также буду никого не слушать, и принимать психотропные препараты, пытаясь под ними покончить с собой, ха-ха!

– Нет, нет, уходи, это просто сон. Это просто сон. Это…

– Я не сон, я твой брат, я также буду ради дозы ходить по приютам, где меня будут кидать на деньги.

– Остановись. Остановись. Остановись.