Read the book: «Тихая комната»

Часть I. Комната

Глава 1. Пробуждение

Она проснулась от тишины.

Не от звука — от его отсутствия. Не было ни улицы, ни ветра, ни соседей. Только ровное гудение где-то в стене — как холодильник, как вентилятор, как что-то, что работает без остановки. Оно было настолько привычным, что она сначала его не заметила. А потом поняла: это единственный звук в мире.

Она открыла глаза.

Потолок был белым. Ровным, без трещин. Лампа — плоская, встроенная, с матовым стеклом. Кровать — под ней, с серым одеялом, с подушкой без наволочки. Окно — нет. Окна не было.

Она села.

Комната была маленькой — три шага в ширину, четыре в длину. Кровать, стол, стул, шкаф. Дверь — в стене, без ручки. Только гладкая панель, выкрашенная в тот же цвет, что и стены.

Она посмотрела на свои руки. Они были её. Она это знала. Но не помнила, как их зовут.

— Эй, — сказала она.

Голос был хриплым. Она не знала, сколько молчала. Может, час. Может, день. Может, год.

Дверь открылась.

Вошёл мужчина. Высокий, лет сорока, с усталым лицом и мягкой улыбкой. В руках — поднос: чашка, тарелка с кашей, стакан воды.

— Доброе утро, — сказал он. — Ты проснулась.

Она смотрела на него.

— Кто вы?

Он поставил поднос на стол. Сел на стул.

— Я — твой муж. Меня зовут Андрей. Мы женаты двенадцать лет.

— Двенадцать лет?

— Да. — Он улыбнулся. — Ты попала в аварию. Три недели назад. Ты была в коме. Врачи сказали, что ты можешь ничего не помнить.

Она посмотрела на комнату. На стены. На дверь без ручки.

— Где мы?

— Дома.

— Где окно?

Он помолчал.

— Ты не любишь окна. Ты сама попросила заложить его.

— Почему?

— Потому что тебе страшно смотреть наружу. — Он наклонился. — После аварии. Ты боишься.

Она смотрела на него.

— Я не помню.

— Знаю. — Он взял её за руку. — Но я помогу тебе вспомнить.

Он сидел с ней, пока она ела.

Каша была тёплой, безвкусной. Она ела медленно, потому что руки дрожали. Он смотрел на неё и улыбался.

— Ты всегда ела медленно, — сказал он. — Говорила, что так вкуснее.

Она не ответила.

— Ты помнишь что-нибудь? — спросил он. — Хоть что-то?

— Нет.

— Совсем ничего?

— Совсем.

Он кивнул.

— Это нормально. Врачи говорили, что память может вернуться постепенно. Или не вернуться вообще.

— А если не вернётся?

— Тогда мы будем жить с этим. — Он пожал плечами. — Я не оставлю тебя.

После завтрака он ушёл.

— Мне нужно на работу, — сказал он. — Я вернусь вечером. Отдыхай.

Дверь закрылась. Она услышала щелчок — негромкий, металлический. Замок.

Она встала. Подошла к двери. Нажала на панель.

Дверь была заперта.

Она постояла, прижав ладонь к гладкой поверхности. Потом отошла.

Она обошла комнату.

Медленно, шаг за шагом, трогая стены. Они были гладкими, холодными, без выступов. Как будто кто-то специально сделал их так, чтобы она не могла зацепиться.

Шкаф был пустым — только вешалки, пустые, покачивающиеся от её движения. Стол — с графином воды и стаканом. Стул — деревянный, с прямой спинкой.

Кровать — узкая, чистая. Под ней — ничего.

Она встала на колени. Посмотрела под кровать. Тёмно, пыльно. Она провела рукой.

Ничего.

Она села на кровать.

В голове было пусто. Не так, как бывает, когда забываешь слово или имя. А по-другому. Как будто кто-то взял губку и стёр всё — до чистого листа.

Она знала, что у неё было прошлое. Что у неё было имя. Что у неё была жизнь. Но не могла до него дотянуться.

Она знала, что умеет читать. Знала, что умеет говорить. Знала, что умеет ходить. Но не знала, откуда она это знает.

Она посмотрела на свои руки. На шрам на запястье — тонкий, белый, старый. Она не помнила, откуда он.

Она посмотрела на свои ноги. На колени — ссадины, уже заживающие. Она не помнила, откуда они.

Она посмотрела на своё отражение в графине. Женщина. Тридцать с чем-то. Усталая. Незнакомая.

Она не знала, кто она.

Глава 2. Первый день

Она не стала есть сразу.

Сначала она обошла комнату ещё раз. Медленнее. Внимательнее.

Она проверила каждый угол. Каждую щель. Каждую поверхность. Она стучала по стенам — глухо, как по бетону. Она нажимала на панели — ничего. Она заглядывала под стол — пыль.

Она не знала, что ищет. Но что-то искала.

На столике, рядом с подносом, лежала книга. Тонкая, в мягкой обложке. Она открыла её.

Это был фотоальбом.

На первой странице — свадебная фотография. Мужчина — тот самый, Андрей — в костюме. Рядом — женщина в белом платье. Она.

Женщина на фотографии улыбалась. Счастливо. Легко. Она была красивой — длинные волосы, светлые глаза, тонкие черты лица.

Она смотрела на фотографию и не узнавала себя.

На следующей странице — они же, на море. На следующей — в парке. На следующей — с друзьями, которых она не помнила.

Она переворачивала страницы. Медленно. Вглядываясь в лица.

Мужчина — Андрей — был на каждой фотографии. Он обнимал её. Держал за руку. Смеялся. Он выглядел счастливым. И она выглядела счастливой.

Но что-то было не так.

Она не могла понять что. Что-то в её глазах. Что-то в улыбке. Что-то в том, как она стояла.

На одной из фотографий — женщина, похожая на неё, стояла у окна. За окном был сад. Женщина смотрела в сад — задумчиво, серьёзно. Она не улыбалась.

На обороте фотографии была надпись, сделанная от руки: «Аня. Весна. Любит смотреть в окно».

Она замерла.

«Любит смотреть в окно».

Она закрыла альбом.

Села на кровать. Посмотрела на дверь.

Дверь была заперта. Окна не было. Мужчина сказал, что она боится окон.

А на фотографии было написано: «Любит смотреть в окно».

Она не знала, что это значит. Может, ничего. Может, всё.

Она открыла альбом снова. Нашла фотографию. Посмотрела на неё долго.

Потом закрыла альбом и положила на столик.

Вечером пришёл Андрей.

Он принёс ужин — суп, хлеб, чай. Поставил на столик. Сел на стул.

— Ты не ела, — сказал он.

— Я не голодна.

— Ты должна есть. Врачи говорили.

Она посмотрела на него.

— Андрей.

— Да?

— На фотографии в альбоме написано, что я люблю смотреть в окно.

Он замер. На секунду — всего на секунду — что-то изменилось в его лице. Потом он улыбнулся.

— Это было до аварии, — сказал он. — После аварии всё изменилось.

— Почему?

— Ты стала бояться. Врачи говорили, что это посттравматический синдром. Ты не можешь видеть окна. Они напоминают тебе о чём-то страшном.

— О чём?

— Я не знаю. — Он пожал плечами. — Ты не рассказывала.

Она молчала.

— Аня. — Он наклонился. — Я понимаю, что тебе страшно. Я понимаю, что ты ничего не помнишь. Но я здесь. Я помогу тебе. Просто доверься мне.

Она посмотрела на него.

— Хорошо.

Он сидел с ней, пока она ела.

Суп был горячим, с кусочками мяса и картошки. Вкусным — она не ожидала, что будет вкусно.

— Ты всегда любила суп, — сказал он. — Каждый вечер — суп. Я научился готовить.

— Ты готовишь?

— Да. — Он улыбнулся. — Двенадцать лет. С тех пор, как мы поженились.

Она посмотрела на него.

— Почему ты не нанял кого-нибудь?

— Потому что я хотел делать это сам. — Он пожал плечами. — Для тебя.

Она опустила глаза.

— Спасибо.

Он ушёл позже. Перед уходом он поцеловал её в лоб.

— Спокойной ночи, Аня.

— Спокойной ночи.

Дверь закрылась. Щелчок замка.

Она осталась одна.

Она сидела на кровати и смотрела на дверь.

Она не знала, кто она. Она не знала, где она. Она не знала, что будет завтра.

Но она знала, что не может выйти.