Read the book: «Пока ты не ответишь»
Глава 1
Глава первая
Случайное сообщение
Иногда целая жизнь начинается с нескольких слов, на которые ты едва обращаешь внимание.
1
Остин, Техас. 23:47.
Джош Бейкер ненавидел три вещи: будильники по утрам, людей, которые не умели держать обещания, и собственную привычку откладывать жизнь на потом.
Последнее раздражало его сильнее всего.
Ему было двадцать четыре. Он жил в небольшой съёмной квартире на окраине Остина, работал в автомастерской, по выходным играл с друзьями в баскетбол и зарабатывал ровно столько, чтобы оплачивать счета, покупать продукты и иногда позволять себе что-нибудь, о чём потом приходилось жалеть.
Например, пиццу за двадцать долларов в конце рабочей недели.
Или очередную пару кроссовок, которые ему совершенно не требовались.
Или бессмысленные подписки, о которых он вспоминал только тогда, когда с банковского счёта исчезали деньги.
В общем, жизнь у Джоша была вполне обычной.
Настолько обычной, что иногда он задумывался, неужели так и будет продолжаться всегда.
Просыпаться в семь утра. Проводить восемь часов среди автомобильных двигателей. Возвращаться домой с запахом машинного масла на руках. Разогревать вчерашнюю еду. Смотреть какой-нибудь сериал, засыпать посреди второй серии и повторять всё сначала.
Он не жаловался. По крайней мере, вслух.
Просто иногда ему хотелось чего-то другого.
Чего-то, чему он пока не мог придумать название.
В тот вечер Джош лежал на диване в спортивных штанах и старой серой футболке, одной рукой придерживая телефон над лицом, а другой лениво поглаживая живот своего золотистого ретривера по кличке Купер.
Купер спал.
Купер вообще считал, что жизнь удалась, если у тебя есть мягкая подстилка, миска с едой и человек, который иногда роняет кусочки курицы на пол.
Джош ему завидовал.
— Знаешь, Купер, — пробормотал он, глядя в потолок, — если когда-нибудь я стану миллиардером, я куплю тебе целую ферму.
Собака даже не пошевелилась.
— Хотя нет. Ты бы всё равно спал на диване.
Купер тихо фыркнул во сне.
— Именно поэтому я тебя и люблю. Ты не задаёшь лишних вопросов.
Телефон завибрировал.
Джош посмотрел на экран.
Сообщение от Тайлера, его лучшего друга.
Тайлер: Ты живой?
Джош: Нет. Это мой призрак.
Тайлер: Тогда передай Джошу, что он должен мне сорок баксов.
Джош: Мёртвые не возвращают долги.
Тайлер: Твоя мать знает, что ты такой идиот?
Джош усмехнулся и отложил телефон на грудь.
За окном медленно ползли огни автомобилей. Где-то внизу кто-то громко смеялся, хлопнула дверца машины, а затем снова стало тихо.
Он потянулся за телефоном.
Открыл социальную сеть.
Листал фотографии знакомых, короткие видео, чужие завтраки, чужие путешествия и чужие счастливые лица.
Кто-то выкладывал фотографии с Мальдив.
Кто-то объявлял о помолвке.
Кто-то публиковал длинный пост о том, что нашёл человека, которого искал всю жизнь.
Джош задержался на последнем.
— Поздравляю, дружище, — пробормотал он незнакомцу с фотографии. — Надеюсь, ты хотя бы знаешь её фамилию.
Он собирался закрыть приложение, когда заметил фотографию незнакомой девушки.
Чёрные волосы. Карие глаза. Белая футболка. Никаких дорогих украшений, профессионального макияжа или тщательно выстроенного кадра.
Она сидела у окна, держа в руках чашку, и улыбалась чему-то за пределами фотографии.
Джош остановился.
Не потому, что никогда раньше не видел красивых девушек.
Видел.
Более того, однажды он встречался с девушкой, которая была настолько красивой, что незнакомые люди оборачивались ей вслед. Их отношения продлились четыре месяца и закончились после того, как они обнаружили, что у них совершенно разные представления о верности, уважении и том, можно ли флиртовать с бывшими посреди ночи.
С тех пор Джош решил не торопиться.
Но в незнакомке на фотографии было что-то такое, отчего он задержал палец над экраном.
Может быть, её улыбка.
Может быть, взгляд.
А может, ему просто надоело смотреть на людей, которые выглядели так, будто каждое мгновение их жизни предназначалось для чужого одобрения.
Эта девушка не пыталась никому ничего доказывать.
Она просто улыбалась.
Джош открыл её профиль.
Cassie Hodge.
Кэсси Ходж.
Двадцать три года.
Место жительства — Бостон, Массачусетс.
Расстояние между ними составляло больше двух тысяч миль.
Джош присвистнул.
— Ну конечно. Потому что девушки в Остине, очевидно, закончились.
Он пролистал несколько фотографий.
Кэсси возле книжного магазина. Кэсси с женщиной постарше, которую он предположительно принял за её мать. Кэсси с бумажным стаканчиком кофе на фоне осеннего парка. Кэсси, показывающая язык камере.
Под последней фотографией было написано:
«Взрослая жизнь — это когда ты покупаешь себе торт, потому что никто другой не догадался».
Джош рассмеялся.
— Ладно. Это было неплохо.
Он уже собирался вернуться к ленте, когда заметил ещё одну публикацию.
«Маленькое напоминание: если человек хочет с тобой разговаривать, он найдёт время. Если нет — у него всегда найдётся очень убедительная история про занятость».
Джош задумался.
Потом написал комментарий.
Josh Baker: А если человек действительно занят?
Он посмотрел на собственные слова.
— Гениально, Бейкер. Просто невероятно. Начни разговор с незнакомкой с философского спора.
Он уже хотел удалить комментарий, но передумал.
Отправил.
Затем заблокировал телефон, положил его на диван и потянулся к пульту.
Через десять секунд телефон завибрировал.
Джош посмотрел на экран.
Cassie Hodge ответила на ваш комментарий.
Он открыл уведомление.
Cassie Hodge: Тогда он напишет: «Прости, у меня был тяжёлый день. Давай поговорим завтра». А не исчезнет на три дня, чтобы потом вернуться с сообщением «Привет, красотка, не спишь?».
Джош широко улыбнулся.
Josh Baker: Чувствую, у тебя есть богатый опыт общения с идиотами.
Cassie Hodge: Ты даже не представляешь.
Josh Baker: Теперь мне интересно.
Cassie Hodge: Не настолько, чтобы я рассказывала незнакомому мужчине в интернете историю своей личной жизни.
Josh Baker: Справедливо. Тогда начнём с более безопасной темы. Ананас на пицце — преступление или кулинарное искусство?
Ответ пришёл почти мгновенно.
Cassie Hodge: Преступление.
Джош сел на диване.
Josh Baker: Мы даже не знакомы пять минут, а ты уже разбиваешь мне сердце.
Cassie Hodge: Переживёшь.
Josh Baker: Жестокая женщина.
Cassie Hodge: Ты сам спросил.
Он смеялся так громко, что Купер поднял голову и посмотрел на него с выражением существа, которое серьёзно сомневалось в умственных способностях своего хозяина.
— Что? — спросил Джош. — Я имею право на личную жизнь.
Купер снова положил голову на лапы.
Джош посмотрел на экран.
Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем понял, что улыбается.
И это было странно.
Не потому, что девушка оказалась смешной. Смешных людей в интернете хватало.
А потому, что ему действительно хотелось узнать, что она напишет дальше.
Не хотелось придумывать остроумный ответ, чтобы произвести впечатление. Не хотелось казаться умнее, богаче или интереснее, чем он был на самом деле.
Ему просто хотелось продолжить разговор.
Josh Baker: Ладно, Кэсси Ходж. Предлагаю перемирие.
Cassie Hodge: Мы воюем?
Josh Baker: После твоего заявления об ананасе — определённо.
Cassie Hodge: И что входит в условия перемирия?
Джош задумался.
Josh Baker: Ты рассказываешь мне три факта о себе. Один из них обязательно должен быть ложью. Я угадываю, какой.
Ответа не было несколько секунд.
Затем:
Cassie Hodge: Ты всегда так знакомишься с девушками?
Josh Baker: Нет. Обычно я произвожу гораздо худшее впечатление.
Cassie Hodge: Тогда мне страшно представить, что было бы, если бы ты старался.
Josh Baker: Поверь, я тоже.
На этот раз Кэсси прислала смеющийся эмодзи.
И Джош почему-то сохранил его в памяти, хотя сам не смог бы объяснить зачем.
2
Бостон, Массачусетс. 22:54.
Кэсси Ходж сидела на полу возле кровати, прислонившись спиной к стене, и пыталась решить, стоит ли ей вообще продолжать этот разговор.
С одной стороны, незнакомец был забавным.
С другой — незнакомцы в интернете часто оказывались забавными ровно до того момента, пока не начинали присылать фотографии своих прессов без всякого предупреждения.
Кэсси посмотрела на профиль Джоша.
На его фотографиях он выглядел именно так, как она обычно представляла себе парней, которые совершенно не подозревают, насколько привлекательны.
Высокий, светловолосый, с голубыми глазами и улыбкой, от которой, вероятно, у многих девушек возникали весьма неразумные мысли.
На одной фотографии он стоял возле старого пикапа. На другой — играл в баскетбол. На третьей держал на руках золотистого ретривера, который выглядел так, будто был единственным настоящим хозяином дома.
Кэсси улыбнулась.
Затем покачала головой.
— Нет, дорогая, — сказала она самой себе. — Мы не будем придумывать свадебные клятвы человеку, которого даже не знаем.
Она отложила телефон и поднялась на ноги.
Из кухни доносился шум воды.
Мама ещё не спала.
Она почти никогда не ложилась рано.
После второй смены в небольшом кафе она вернулась домой около десяти вечера, переоделась, разогрела остатки супа и принялась разбирать вещи, которые утром не успела убрать.
Кэсси вышла из комнаты.
— Мам, ты собираешься когда-нибудь отдыхать?
Женщина обернулась от раковины.
На её лице появилась усталая улыбка.
— Конечно. Когда-нибудь.
— Это ты говоришь уже третий год.
— Значит, я последовательна.
Кэсси подошла к ней и обняла сзади, положив подбородок ей на плечо.
— Я серьёзно. Ты работаешь слишком много.
— А ты слишком много переживаешь.
— У меня талант.
— У тебя талант превращать обычный вторник в международный кризис.
Кэсси рассмеялась.
На мгновение всё стало привычным и спокойным: маленькая кухня, старый холодильник, тёплый свет над столом и мама, которая снова убеждала её, что всё хорошо.
Кэсси знала, что это не совсем правда.
Она видела, как мама засыпала на диване после работы. Как иногда пересчитывала деньги перед покупкой продуктов. Как отказывалась от новых вещей, потому что старые ещё можно было носить.
После смерти отца они обе научились жить без лишних вопросов.
И всё же мама никогда не позволяла Кэсси чувствовать себя виноватой за то, что их жизнь сложилась именно так.
— Ты сегодня ела? — спросила женщина.
