Go to audiobook
Пока Э́дрин чистил зубы перед сном, Э́лис хлопотала на кухне, убирая остатки еды и грязную посуду.
Девушке было двадцать два года, ему – двадцать пять. Ее золотистые волосы были собраны в небрежный пучок, а глаза уже явно хотели спать. Завтра планировали расписаться. Они вместе уже два года, и это достаточно, чтобы связать их жизни в браке.
В голове Элис пронеслась мысль: "Как же я счастлива", однако этот вывод был очень поспешен. Никто и подумать не мог, что их жизнь уже не будет прежней.
Резкий звонок прервал ее размышления. Элис подняла трубку.
– Алло? – Прозвучал ее шепот, мягкий и наполненный тревогой. В эти часы, когда все люди уже давно ложатся спать, звонок вызывал недоумение. Девушка почувствовала некое беспокойство.
– Элис? Это Карим, – прозвучал голос, в котором отразилась сквозь волнение скорбь и сожаление.
Сердце Элис замерло. Карим был другом ее отца. В ее воображении возникли образы благородного мужчины с серьезным выражением лица, который всегда был готов оказать помощь и сочувствие в нужный момент. Но что мог бы он сказать, чтобы вызвать такую тревогу?
– Что-то случилось? – спросила Элис, ее голос задрожал.
– Дорогая, я… я кое-что сейчас тебе скажу… ты главное успокойся, твой папа… – Карим замер, словно волны страха и сомнения застыли в его груди, лишая его возможности выразиться.
– Что с ним? Что случилось с моим отцом? – Элис едва смогла выдавить эти слова из себя, ее сердце забилось сильнее.
– Он попал в страшное ДТП. Его положили в больницу и… Элис… он сегодня умер, – прошептал Карим, его голос проник в ее уши, как громкий раскат грозы.
– Почему ты мне ничего не сказал про аварию? Почему? – Элис кричала изо всех сил. – Нет, это не правда! Не правда! – завопила она в трубку, словно пытаясь переубедить собеседника.
Однако долгое молчание Карима переубеждали ее в обратном.
Мир Элис обвалился вокруг нее. Слова Карима показались ей сонным кошмаром, непонятным и необъяснимым. Руки ее дрожали, телефон выскользнув из них, с грохотом полетел на пол.
– Нет! – закричала она в отчаянии, надрываясь от боли в горле.
Она рухнула на пол. Теперь, ее жизнь казалась бессмысленной без отца.
– Почему так? – вырывались из нее неразборчивые звуки, полные боли и отчаяния.
Из ванной выбежал Эдрин. Подскочив к Элис, он увидел ее сокрушенную фигуру на полу. Парень уставился на нее с дикими глазами, в непонимании произошедшего.
– Элис, что случилось? – закричал он, пытаясь хоть что-то понять.
Он наклонился к ней и сел на корточки, пытаясь успокоить ее дрожащее тело. – Пожалуйста, скажи мне…
Элис подняла голову. – Папа… мой папа умер, – пробормотала она, едва контролируя свой голос.
Эдрин почувствовал, как его собственное сердце сжимается от горя. Он обнял ее еще крепче, словно это могло смягчить ее боль.
Конечно, он сам был потрясен этой неожиданной новостью. Он знал, как сильно она любила отца. Свою маму Элис совсем не помнила. Она ушла из жизни, когда та была еще совсем крошкой. Всю ее сознательную жизнь папа был всегда рядом. А теперь…
Утром, Эдрин проснулся в кровати один. В его сердце внезапно вселилось острое чувство одиночества. Покинув свою комнату, он побрел по квартире. Однако вместо теплого, любимого лица Элис, которое он планировал увидеть, его встретила лишь одинокий лежащий на кухонном столе кусок смятой бумаги.
Эдрин недоверчиво развернул его, и глаза уставились на небрежно написанные слова.
Прищурясь, он прочитал:
"Прости! Меня больше нет". – Там было всего лишь два предложения, но этого хватило, чтобы его лицо искривилось в непонятной гримасе.
– Что за… – с удивлением и растерянностью произнес Эдрин. В эту секунду его рука, будто на автомате потянулась к телефону. Долгие попытки дозвониться не увенчались успехом. Девушка не отвечала. Эдрин перечитывал это странное послание снова и снова, но его понимание ситуации не увеличивалось. Что она имела в виду, говоря "Меня больше нет"? Она уехала? Или… Может быть…
"О, нет!" – в ужасе подумал Эдрин. Его сердце бешено колотилось в груди, а голова была полна беспорядочных мыслей. Он бросился к своей машине, стоящей на улице рядом с домом. Сев за руль, он резко тронулся с места, почти не замечая прохожих, которые в шоке отскакивали от его машины.
Его голову окутывали разные мысли.
– Она должна была поехать в родной город. Да, она, наверное, там. Но что если нет? – вся дорога для него была наполнена напряжением, каждый километр казался вечностью. Его сердце билось все быстрее и быстрее, а руки непроизвольно сжимали руль. Он молился, чтобы Элис была в порядке, пока его машина мчалась по бесконечным дорогам.
Через несколько часов он припарковался у дома Элис. Она жила в квартире на десятом этаже многоэтажного здания. Жилой комплекс был очень благоустроен и современен. Подъезды этого дома сверкали чистотой и были очень просторными.
Эдрин подбежав к подъезду, начал звонить в домофон. Как он уже предполагал, ему никто не открыл.
– Да что ж такое? Где ты есть? – Нервно прокричал парень и стал ждать пока кто-то из жильцов выйдет из подъезда. Спустя минут пять, дверь отрыл какой-то очень солидный мужчина.
– Здравствуйте. – Поприветствовал его незнакомец. Эдрин лишь вскользь пробормотал на что-то похожее в ответ и вбежал в подъезд.
– Да, давай же скорее. – Стиснув зубы, произнес парень, злясь на то, как долго едет лифт. Он торопливо и бесчисленно нажимал на кнопку вызова.
Поднявшись на нужный этаж, он подошел к ее квартире и начал ломиться в дверь.
– Элис, ты здесь? Открывай. Прошу тебя, открой мне. – Эдрин чувствовал злость. Вскоре он сдался, поняв, что тарабанить в дверь бесполезно, решил поехать к ней на работу в клинику. Он надеялся, что она там. – "А где ей еще быть? Других вариантов у меня нет." – подумал Эдрин, садясь в машину.
Однако чем ближе он приближался к психологической клинике, где работала Элис, тревога росла в нем все больше.
Наконец, он прибыл на место. Вбежав по лестнице в здание, в котором кипела жизнь, он направился в кабинет девушки. Дернув за ручку двери, та оказалась заперта. Его сердце сжалось. – Не-е-т… – С болью прокричал он и направился к Кариму Абра́мовичу. Эдрин был здесь несколько раз и уже не терялся в этом лабиринте большого здания.
Парень поднялся на второй этаж и свернул налево. В его глаза бросилась вывеска: "Директор". – Сюда. – Не колеблясь, Эдрин постучал в дверь. Войдя в кабинет он увидел Карима, который сосредоточенно просматривал какие-то бумаги за своим столом.
– Добрый день. А Элис… Где она? – Нервно произнес парень, теребя в руках сотовый телефон. – Карим, подняв глаза, сразу заметил тревогу в голосе Эдрина.
– Я не видел ее. Я думал, что она была у тебя. – Встревоженно ответил Карим Абрамович, приглашая кивком головы сесть на свободное кресло.
– Нет, спасибо. Я пойду. Извините за беспокойство. – Эдрин был в замешательстве и очень расстроен. Он не знал больше мест, где могла быть Элис. В его голову навязчиво лезли дурные мысли.
– Стой. – Прокричал Карим вслед парню, который уже развернулся, чтобы уйти.
– Ты пробовал съездить к ней домой? Здесь ее сегодня точно не было. Трубку она не берет, по видимой причине. Я ее и не стал беспокоить, думая, что она не в состоянии говорить с кем-то.
– Я звонил ей раз сто. Дома ее нет или она просто не хочет открывать… Не знаю. – Чуть не плача произнес Эдрин.
– Ох, ладно. Так… Давай ка мы еще раз съездим к Элис домой, у меня есть ключи от ее квартиры. – Эдрин немного удивился и в то же время обрадовался шансу. Он на мгновение остолбенел, ничего не ответив Кариму.
– Так, бегом в машину. – Крикнул Карим, и они побежали вниз по лестнице.
Эдрин и Карим Абрамович уже сидели внитри, лишь изредка поглядывая друг на друга. Наконец, Карим спросил, не сводя глаз с дороги:
– Ты уверен, что она ничего не сказала тебе о своих планах? – Нет, ничего, – ответил Эдрин, с трудом подавляя трепет в голосе. "Она оставила эту записку, – он достал из кармана своих брюк сложенный вдвое кусочек бумаги.
– Всего два предложения. – Эдрин еще раз прочитал вслух это письмо.
– Я не знаю, что и думать.
– Может она имела в виду, что возвращается к себе в город и не хочет оставаться дома? – предположил Карим. – Не знаю. – Коротко ответил парень, спрятав записку обратно в карман.
Подъехав к дому, они вместе поднялись по лестнице и приблизились к двери квартиры. Карим дрожащей рукой засунул ключ в скважину и несколько раз повернул его, в надежде застать Элис дома. Они прошлись по квартире, заглянув в каждый уголочек. Но, увы, девушки дома не было.
– Ее здесь нет, – разочарованно сказал Эдрин, чувствуя, как отчаяние охватывает его. – И, что нам делать?
– Во-первых, не паниковать. – А во-вторых поехали.
– Куда?
– За Элис. Думаю, я знаю, где она. Но ехать придется долго. – Они вернулись в машину и направились в сторону выезда из города. – Похоже, она в загородном доме. Они с отцом обычно уезжали туда на выходные. Он построил этот дом еще лет двадцать назад. Иногда я сам приезжал туда погостить.
– А я не знал, что у нее есть дом. Думал, она противница не цивилизации.
– Когда идет речь об этом месте… – Карим задумчиво помолчав, продолжил, – там рай для отдыха от житейской суеты.
– А вы были хорошо знакомы с ее отцом? – Неожиданно спросил Эдрин.
– О, мальчик мой, мы с ее отцом лучшими друзьями были всю нашу жизнь. С самого детства я считал его своим братом. Выросли вместе, поступили в один вуз. А потом, вместе открыли клинику психологической помощи. Элис подросла, отучилась в институте и пришла работать к нам. Отличный специалист получился из нее. Отец тогда не прогадал, настоял, чтобы она отучилась на психолога. Помню, она не очень хотела заниматься наукой, но против отца не пошла. А теперь, благодарна ему.
– Понятно. А у вас есть дети?
– Я был женат. Потом развелся, так и не встретил своего человека. – Со вздохом и печалью поведал Карим. – А ты давай, не упусти свой шанс. Элис – чудесный человек.
– Разговоры внезапно стихли. Какое-то время мужчины ехали молча. Виды из окон были тусклыми и серыми, может потому что все было в пелене тумана, а может, не было подходящего настроения, не известно…
К вечеру, когда Карим и Эдрин ехали по шоссе, они вдруг заметили пар из-под капота. На приборной панели стрелка термометра достигла красной зоны.
– Только не это. – С этими словами Карим начал снижать скорость и свернул на обочину, включив аварийку.
– Что-то с двигетелем? – Спросил Эдрин.
– Кажется да. – Немного посидев, они вышли из машины. На улице было уже темно. Эдрин достал телефон из кармана и включил фонарик. Карим осторожно открыл капот. Эдрин начал искать ближайшие автосервисы. Однако связь была жутко плохая, так как от города было слишком далеко. Все, что здесь было – это трасса и лес по бокам.
– Ну почему все так? – С отчаянием вымолвил Эдрин, отойдя немного в сторону. – А вдруг с ней что-то произошло? Я не прощу себе это. – Он был очень напуган неизвестностью, которая тревожила его.
– Все будет хорошо! – Твердо сказал Карим, подойдя к парню и приобняв его за плечи.
– Эдрин, понимаешь, иногда нам нужно смериться с какими-то вещами. Постараться довериться Божьим планам. Мы многое не знаем. Мы даже не предполагаем, что могло бы случиться, если бы наша машина продолжила путь. Не в нашей власти это знать. – Немного помолчав, Эдрин согласился.
– Пойдем в машину, а то прохладно. Переждем ночь здесь, а утром решим, что делать.
Там, куда Карим и Эдрин держали путь, на окраине хвойного леса, спрятался красивый загородный дом, облицованный деревом и камнем. Внутри этого прекрасного уединенного уголка царила атмосфера умиротворения. В момент, когда солнце заходило за горизонт, окрашивая небо в огненные оттенки, дом приобретал особенную магию. Его контуры становились более мягкими, а атмосфера наполнялась таинственными оттенками. Это был момент, когда время останавливалось, а жизнь замирала в волшебном плене заката, окутывая все вокруг мягким светом и теплом.
Так, это место становилось не просто жилищем, а убежищем для души, местом, где можно было забыть о суете и проблемах, насладиться простотой бытия и обрести внутренний покой. Его изысканность напоминали о величии природы.
Элис вошла во двор. Это место стало для нее немного другим. Всюду веяло воспоминаниями. Она помнила, как каждые выходные они с отцом приезжали сюда, чтобы побыть вдвоем, поесть шашлыки и прогуляться по чистому хвойному лесу.
Они любили это место и с удовольствием сбегали от рабочей суеты, проблем и от Нелли, которая всячески мешала Элис побыть с отцом. Нелли приходилась ей мачехой. Отец женился на ней спустя десять лет после смерти первой супруги. Конечно же она не смогла стать для девочки мамой, да и к тому же она никогда не чувствовала тепла к Элис. Ее хладнокровие и равнодушие всегда пугало девочку, а та и не пыталась привить ей душевных качеств.
Элис вошла в дом и остановилась на пороге гостиной, где когда-то с ее отцом они проводили бесконечные часы, обсуждая мечты и планы на будущее.
Она рухнула на пол, забившись в угол между камином и креслом, едва ощущая себя живой. Ее глаза смотрели в никуда, а сердце стучало медленно и тяжело. Элис сидела, сжимая колени, слезы текли по ее щекам, но она не замечала их. Она ничего не замечала. Ее жизнь будто ушла вместе с отцом из этого мира.
Она винила себя в его смерти и не могла верить во что-то иное. Она винила себя в том, что не звонила ему давно, не интересовалась его здоровьем. В то время ее мысли были только о собственной свадьбе.
Прошел день. Элис все так же не двигалась, однако ее поза сменилась. Ее миниатюрная фигура сокрушенно лежала все на том же месте. Желания есть или пить у нее не было. Все, чего она хотела – это уйти. Просто раствориться.
В ее голове было четкое осознание конца.
Всё вокруг было затянуто тьмой, но это была не просто тьма – это было зловещее ощущение пустоты, что крепко вцепилось в неё. Она не могла ни думать, ни кричать, ни даже моргнуть. Её эмоции были заморожены, как будто апатия сделала её тело статуей из мрамора, неспособного на любые человеческие реакции.
Её сердце, которое когда-то билось в ритме человеческой страсти, теперь стало камнем – неподвижным, холодным и неэмоциональным.
Следующее утро. Элис поднялась на ноги. Словно бездушная кукла направилась к выходу заднего двора. Она медленно прошла через пустой коридор и вышла на улицу.
Шаг за шагом, словно робот, она двигалась вперед, ноги поднимались и опускались механически. Шаги её были тихими, едва звучащими на гладком камне, которым была выложена дорожка.
Пройдя путь от дома до калитки, она вышла за ее пределы.
Приближаясь к хвойному лесу, немного начала приходить в себя. Она двигалась медленно и неуверенно.
Подойдя к первым деревьям, в нос ударил едкий запах смолы. Она вдохнула полной грудью свежий воздух и на несколько секунд остановилась.
Сейчас Элис чувствовала себя еще более одинокой. Осознание того, что она больше не сможет увидеть и поговорить со своим отцом вновь поглотило ее.
Деревья возвышались над ней, уводя взгляд в бескрайние высоты. Элис не замечала красоты в этом лесу, она не чувствовала величия природы. Её взгляд был пуст и неподвижен. Шум леса казался далёким и нереальным, словно звуки доносились до неё через множество фильтров.
Оглядевшись, ее глаза упали на пень срубленного дерева. Элис медленно подошла к нему и села, вытянув ноги. Так прошло еще несколько часов.
Она продолжала бродить по лесу. Вскоре начало темнеть, и
Элис решила вернуться в дом.
Ее взгляд упал на телефон, лежавший на полу в зале возле камина. Взяв его в руки, на экране высветились сотни пропущенных звонков и непрочитанных сообщений. Ее лицо оставалось все таким же безразличным и холодным. Медленно войдя на кухню, она набрала в стакан холодной воды и вылила его на себя. Лучше не стало. Элис еще несколько минут оставалась стоять на одном месте неподвижно.
Часы и дни сливались в одно неясное плутание времени. В ее сердце царила пустота. Ни радость, ни грусть, ни страх, ни надежда – лишь бездна, заполнившая каждую клеточку ее тела и души.
Утром, Эдрина и Карима разбудил стук в окно автомобиля.
– Вам помощь нужна? – Послышался сиплый голос пожилого человека. Проезжая мимо, он заметил стоящий автомобиль на обочине, и решил предложить свою помощь.
– Что у вас стряслось? – Карим, не сразу понял, что от него хотят.
– Д-доброе утро. Да, да… – он протер глаза и вышел из машины. – Вы извините, не проснулся еще. Когда мы ехали, из под капота пошел пар.
– С улыбкой на лице старик достал из багажника своего авто бутылку с охлаждающей жидкостью. Немного дрожащими руками, он открыл капот машины и аккуратно долил её в бачок.
Когда они приближались к загородному дому, Эдрину казалось, что они ее не найдут. О, как же ему было страшно!
Сердце Эдрина замерло, когда они подъехали к дому. Они выбежали из машины, Карим с силой толкнул калитку. Та, оказалась открыта. Они побежали к дому. Остановившись перед входной дверью, дернули ручку, она приоткрылась. Сердце Эдрина билось так сильно, что он чувствовал, будто оно вырвется из груди. На мгновение он не мог дышать. Карим, видя его отчаяние, молча кивнул и шагнул вперед.
Когда они вошли, в доме никого не было. Коричневая мраморная плитка на полу была залита солнечным светом. В центре зала располагались два уютных кресла, устеленные пледами. В углу красовался камин, выложенный аккуратным камнем желтоватого цвета. Все было подобранно так, что складывалось впечатление, будто здесь живет дизайнер. На самом деле этот дом обустраивали оба родителя Элис. Тогда Томас хорошо зарабатывал, и мог позволить себе этот дом и дорогой ремонт.
– На второй этаж. – Скомандовал Карим.
Забежав по лестнице, они остановились перед комнатой Элис. Их глазам предстал образ, который поразил их до глубины души. Элис сидела посреди комнаты, обняв свои колени, как статуя, лишенная жизни и эмоций. Открытые глаза были пусты и холодны, не ощущая присутствия двух мужчин перед ней.
– Элис! – вскрикнул Эдрин, его голос придательски дрожал. Он подбежал к ней и прижал к себе. – Элис, милая моя… Элис, что с тобой? Как же ты нас напугала.
– Ответа не последовало. Взгляд её остался неподвижным, устремленным в никуда. Руки были холодными, а тело уставшим.
– Элис, это я, Карим, – он попытался привлечь её внимание, его голос был наполнен тревогой и тоской. – Мы здесь… все хорошо…
– Её тело оставалось неподвижным, как будто заключенным в ледяные оковы безразличия.
– Эдрин поднял ее на руки, словно куклу, которая не умела говорить, смеяться или улыбаться. Она оставалась неподвижна.
Они смотрели на неё так, словно боялись разбудить. Им было больно смотреть на мрак, который поглотил Элис.
Эдрина разрывало на части, когда он увидел, как ослабло и даже исхудало ее тело.
Они направились к машине.
– Всё будет хорошо, Элис, – шептал он.
Карим молча следовал за ним. Вернуть Элис обратно к жизни – теперь главная его задача.
Эдрин посадил девушку в машину, сев рядом с ней. Его руки обвивали ее. Он всю дорогу старался не сводить с нее глаз.
Дорога была очень долгой и мучительной. Им казалось, будто они ехали целую вечность. Машина часто тряслась, попадая на ямы. Дико хотелось спать.
– Приехали. – Прошептал Карим. Его глаза были уставшими. На улице царила глубокая ночь.
– Пока у меня переночуем, завтра разберемся кто куда.
Утром всех разбудил приятный запах яичницы и свежего кофе.
– Завтрак готов, – прокричал Карим с кухни и принялся раскладывать его по тарелкам. Спустя несколько минут две сонные фигуры заплыли на кухню и плюхнулись на стулья.
– Элис, как ты себя чувствуешь? – Поинтересовался Карим. Он был готов к любому ответу, но не услышать его вовсе…
– Элис… – Он потрепал ее за рукав. Но, ответа не последовало.
– Ладно. Ешь, а то скоро тебя под лупой разглядывать придется. – Обиженно буркнул Карим и принялся поедать свой завтрак. Все это время они сидели молча. Слышалось лишь легкое поча́вкивание и тяжелое дыхание Элис.
Кариму пришлось взять отгул на работе. Понимание того, что Элис необходима психологическая помощь, не оставляла ему выбора поступить иначе.
Весь день Эдрин пытался заговорить с ней, однако она предпочла прятаться от него в одной из спальни, закрыв за собой дверь. Его попытки были обречены. Она в буквальном смысле уходила от ответа. Просто разворачивалась и уходила. На лице так же не было никаких эмоций. Просто каменное лицо, которое будто не имело жизни.
Вечером, Эдрин подошел к хозяину дома со словами:
– Я, наверное, поеду. Не хочу быть обузой для тебя и для… – он кивнул в сторону Элис. – Она не слышит меня. Мне вообще начало казаться, что мы чужие друг другу. Я не понимаю, почему она от меня шарахается. – Эдрин сделал паузу и почесал лоб. – Да и к тому же ей сейчас не до меня.
– Карим лишь с согласием кивнул головой.