Quotes from 'Террор'

Когда имеешь дело с дураками, спустя какое-то время начинаешь понимать ход их мыслей.

Жизнь дается лишь раз, и она несчастна, убога, отвратительна, жестока и коротка.

Теперь Фрэнсис Крозье понял, что самые соблазнительные и возбуждающие одеяния из всех мыслимых женских нарядов — это скромные закрытые платья...

Страшная усталость побуждает человека высказываться честно, не испытывая смущения.

Быть священником — дело такое же заурядное и бесполезное, как быть ирландским пьяницей.

Может, начитанность - своего рода проклятие, вот и всё. Может, человеку лучше жить своим умом.

Он настолько смирился с неизбежной скорой смертью, что мысль о возможном спасении показалась почти мучительной.

Жизнь дается лишь раз, и она несчастна, убога, отвратительна, жестока и коротка.

Этого не может отрицать ни один здравомыслящий человек. Френсис Крозье, несмотря на свои сны и головную боль, человек здравомыслящий.

Если господин в смокинге, сидящий в хорошо натопленной библиотеке в своем лондонском особняке, в состоянии понять, что жизнь дается лишь один раз, и она несчастна, убога, отвратительна, жестока и коротка, то как может отрицать это человек, который в холодной ночи тащит сани, нагруженные мороженым мясом и шкурами, через безымянный остров к замерзшему морю, под беснующимся небом, в тысяче и более миль от любого цивилизованного очага?

Идя навстречу своей гибели, такой страшной, что и не представить.

Все мы поедатели душ.

Жизнь дается лишь раз, и она несчастна, убога, отвратительна, жестока и коротка. В ней нет плана, нет смысла, нет скрытых тайн, которые возмещали бы столько очевидные горести и банальность.