Read the book: «Наши отношения к храмам»

© Издательство Сибирская Благозвонница, оформление, 2014

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

1
Об устроении в себе каждым духовного храма по образцу видимого

Наконец благоволил Господь, чтобы в наши дни было приведено к окончанию давно начатое и столько желанное дело созидания сего священного храма.

Благодарение Господу!

Храм есть великое дело, кем бы и где бы он ни был устроен. В нем проповедуется слово Божие, совершаются таинства и возгревается дух молитвенный. Он есть хранилище всех Божественных даров ко спасению – возрождению, очищению, облагодатствованию, духовному питанию – с приставниками и раздаятелями их¹. И приходи всякий и черпай черпалом веры из сей сокровищницы! Но не забудем, братие, что, посвящая Господу храмы, мы налагаем на себя или возобновляем наши обязательства в отношении к Церкви Божией.

Святой первомученик Стефан в своем к народу поучении говорил: «Соломон создал Богу храм, но Вышний не врукотворенных храмах живет» (Деян. 7, 48) – не потому, чтобы рукотворенный храм был не нужен и ничего не значил, но потому, что на созидании его одного не должно успокоиваться, а надобно приложить к нему еще и другое здание – духовное, из умов и сердец сложенное. И это так необходимо, что коль скоро нет сего последнего, то и первое теряет свою цену.

И вот чего, после посвящения Господу храма сего, ожидает Он от нас – именно чтобы все представили из себя Церковь Святую, которую любит Господь, о членах которой сказал Он: вселюся в них, и похожду, и буду им Бог, и тии будут Мне людие (2 Кор. 6, 16). Сколько вожделенна сия близость Божия, столько желательно, чтоб было так в нас. И кто откажется от готовности всячески содействовать тому? Если же так, то должно приложить к сему желанию и самое дело. Каждый из нас есть то же в Церкви, что отдельный камень в здании храма. Как здесь каждый камень обделывается применительно ко всему зданию и тому месту, к какому предназначается, так и нам надобно быть образованными по духу Церкви, чтобы представить из себя камень живой, благопотребный к устроению храма Церкви, – с тем замечательным различием, что камень только прилаживается к зданию, а сам он не изображает его в себе, нам же надобно так образовать себя, чтобы представить в себе всю Святую Церковь. Посему заповедуют апостолы: сами яко камение живо зиждитеся в храм духовен… возносити жертвы духовны, благоприятны Богови Иисус Христом (1 Пет. 2, 5), созидайтесь в жилище Божие, духом растите в церковь святую о Господе (Еф. 2, 21, 22), то есть каждый должен устроить из себя малую духовную церковь по образу великой Вселенской Церкви. Обяжем же себя к сооружению в себе этого духовного храма. Расчистим место для здания истинным покаянием, углубим основание крепкой верой и твердой решимостью жить по вере и затем, оживляясь притоком благодати чрез святые таинства, будем с терпением возводить здание, полагая, как камень на камень, добродетель на добродетель, связуя их любовью и уравнивая рассуждением и руководством пастырей; прикроем все, как кровлей, глубоким смирением и возглавим преданностью в волю Божию, которой, как на кресте, распинается самоличное устроение дел и путей жизни; оградим потом все непоколебимой верностью всем уставам и предписаниям Святой Божией Церкви, за которыми, как за крепкой оградой, укроемся от всех бурь и волнений, воздвигаемых духом века, суемудрием и страстями; наконец, вошедши внутрь вниманием и трезвением, украсим сей храм сердца благими помышлениями, осветим невозмутимым созерцанием Бога вездесущего и облагоухаем фимиамом непрестанной молитвы в болезненном припадании к Богу, Спасителю нашему.

Сделаем так, и каждый из нас будет живый храм Господу, и вместе камение живо, благопотребное в здании живого храма Церкви. Как, камень к камню прилагая, устроили храм сей, так все мы, един ко единому прилагаясь и все единым духом исполняясь, составим из себя единую Святую Церковь, не имущую скверны или порока…

Конечно, это есть только совершенство, которого желать и к которому стремиться должно, на деле же всегда будут немощные и своенравные. Притчи Спасителя о плевелах, всеянных врагом посреди пшеницы, и о неводе, извлекшем множество всякого рода рыб – и годных, и негодных – сильны успокоить жаркую ревность, требующую совершенной во всем и во всех чистоты, указывая в смешении добрых и злых между христианами некоторое преднамерение Божие. Этим, однако ж, нельзя оправдывать нашей поблажки и равнодушия к распространяющемуся злонравию и суемудрию. Никак нельзя терпеть или допускать, сколько это от нас зависит, чтобы суемудрые и злые размножались, составляли общины, имели голос, потому что они терпимы только по снисхождению к немощам как исключение, а не как закон. Иначе мы обличим свое нерадение и холодность к общему долгу и благу и попустим умножаться злу, которое, разливаясь более и более, может угрожать опасностью всей Церкви, а с ней и всему государству. Какое укорное противоречие будет в делах наших, если мы будем вещественные храмы строить, а между тем малодушно попускать расстроиваться истинной Церкви? Что пользы строить храм, чтоб в нем проповедывалось слово Божие, а между тем позволять свободно распространяться учениям, противным слову Божию; здесь слышать изложение святых правил жизни, а вне охотно вводить и принимать обычаи, оскорбительные для христианского сердца; здание украшать великолепно, а себя отчуждать от Церкви и охлаждать к уставам ее? Что Ми множество жертв ваших, – укорно говорит Господь иудеям (Ис. 1, 11). Не скажет ли и нам Господь: «Что Мне в ваших пышных зданиях, когда вы разоряете Церковь Мою, которую стяжал Я Моею Кровию?» Красны были – первый храм, воздвигнутый Соломоном, и второй, воссозданный Зоровавелем и обновленный Иродом. И, однако ж, – и первый не пощажен, и от второго камня на камне не осталось по грозному суду Божию. Здание ли было виновно? Нет. Но то, что народ уклонен был от истинного пути и неверием (паче же восстанием на Господа и Христа Его), порочной жизнью и отчуждением от освятительных уставов расстроил в себе истинную Церковь, Богом через Моисея образованную. Не стало у народа истинной Церкви – не нужным сделался и внешний символ ее. Но, братие, более Моисея зде…² Не думайте, что для нас у Господа другой закон или что Он может почему-нибудь делать поблажку, или что мы, действуя не по воле Его, менее оскорбляем Его, нежели иудеи или другой народ… Нет, аще кто Божий храм растлит, растлит сего Бог (1 Кор. 3, 17). Это суд на всех! Не будем опускать из памяти сего неложного глагола Божия.

Пусть никто не оговаривается: что я как частный человек могу сделать? Ничего особенного не требуется. Будь только всякий истинным сыном Церкви, образуй себя по духу Ее, – и ничто противное сему духу не водворится среди нас. Если каждый отдельно не согласится слушать какое-нибудь превратное учение, как оно распространится? Если каждый отвергнет злой обычай, как он найдет себе место в обществе нашем? Если каждый неуклонно будет ходить по уставам Церкви, они будут владычествовать и во всех. Если б было так, тогда конец всем новым учениям, обычаям и нарушениям уставов Церкви, тогда, если и явится кто противного духа, будет извержен вон, как мертвый член.

Отчего зло распространяется? Оттого, что мы сами равнодушно смотрим на него и охотно поддаемся ему. Печатается неистинное – мы читаем и не оговариваем; вводится недобрый обычай – и мы не только не противимся тому, но охотно и сами увлекаемся им. А тем и другим еще раздражаем охоту писать неистинное, вводить недоброе, и зло растет. Не будь сочувствия и содействия с нашей стороны, всякое зло рассеется и исчезнет само собой. В добром и один много значит, Богу поспешествующу³. К тому же – кто когда оставляется один? Если зло, к которому не благоволит Господь, делается сильным общинностью – чего нельзя ожидать от общения в добре, которое всегда благословляет Бог?

Помолимся же, братие, чтобы Бог Господа нашего Иисуса Христа, Отец славы, дал нам духа премудрости и откровения к познанию Его (Еф. 1, 17), дабы мы не были более младенцами, колеблющимися и увлекающимися всяким ветром учения, по лукавству человеков, по хитрому искусству обольщения, но истинною любовью все возращали в Того, Который есть глава Христос, из Которого все тело, составляемое и совокупляемое посредством всяких взаимно скрепляющих связей, при действии в свою меру каждого члена, получает приращение для созидания самого себя в любви (Еф. 4, 14–16). Аминь.

На освящение придела святой великомученицы Екатерины в Санкт-Петербургском кафедральном Исаакиевском соборе

2
О благотворности для детей бывать часто в храмах и молиться

Пишется в Третьей книге Царств: И сотвори Соломон праздник в той день, и весь Израиль с ним (3 Цар. 8, 65). Это было в день освящения построенного им храма! В подобных обстоятельствах находимся ныне и мы. И у нас храм окончен и совершен ныне освящением – храм, конечно, не столько великолепный совне⁴, как Соломонов, но большею исполненный благодатью внутри. Законно потому творим ныне праздник духовный и мы, благодарные принося песни Господу – Совершителю сего дела.

Празднуйте же, во-первых, вы, создатели храма сего, и ради благополучного окончания труда вашего, и ради того, что сей дар ваш не отвергнут Щедродавцем Богом, но принят в Его благоволение, засвидетельствованное нынешним Его благодатным присещением.

Да празднуют и учредители сего заведения, и попечители о нем, потому что ныне только получило оно окончательное свое образование и стало делом совершенным. Доныне оно было как бы без крова – ныне под особенным благодатным покровом. Доныне здесь был приют только для тела – отныне есть уже приют для души, в храме сем.

Празднуйте и вы – дети, или больше всех вы, потому что и заведение, и храм – для вас. Празднуйте, радуясь, что милосердый Господь – единый покровитель, попечитель и приютитель сирых, даровав вам других отцов в сих попечителях ваших, ныне Сам благоволил приблизиться к вам так осязательно и так близко.

Благословите ныне Господа и вси ради Господни, стоящий в сем храме Господни, во дворех сего дому Бога нашего (Пс. 133, 1)!

Но и только ли? Все это, кажется, уже и сделано. Нет ли еще чего недоконченного? Есть, и очень важное. Именно: надобно учредить в сем заведении такой порядок жизни, чтоб при нем наивернее достигались цель и назначение сего храма. Храм назначен для детей – надобно же сделать, чтобы дети бывали в нем сколько можно чаще.

Послушайте же, дети! К вам слово мое! Вы видели, как здесь простерта была завеса, слышали слова совне: возмите врата князи ваша… и внидет Царь славы (Пс. 23, 7)⁵. Внимали вопросу: Кто есть сей Царь славы? и ответу: Господь сил, Той есть сей Царь славы (Пс. 23, 10). Видели затем, как завеса разверзлась – и вниде Царь славы – Господь. Здесь Он теперь пребывает с нами и навсегда пребудет с вами и со всеми приходящими сюда. Ибо Сам сказал: будут очи Мои ту и сердце Мое во вся дни (3 Цар. 9, 3). Чаще же приходите сюда, дети, ко Господу как к Отцу вашему! Имеющие родителей дети утром и вечером являются к ним и принимают от них привет любви и благословение благожеланий. У вас или совсем нет, или нет с вами здесь ваших отцов и матерей… Сюда приходите к Господу – единому истинному Отцу вашему, здесь утро и вечер творите Ему детское поклонение в любви и от Него приимете благословение и отеческое объятие. Это не уподобление, а самое дело. Охотно Господь допускал к Себе детей во время земной Своей жизни, запрещал мешать им приходить к Себе. И когда обступали Его дети, Он благословлял их всех, возлагал руки Свои на них, а иных сверх того брал на руки к Себе. Но что тогда делал Он видимо, то теперь делает невидимо, тогда прикасался к телу, а теперь прикасается к душе… Он тойже во веки…⁶ Приступите же к Нему с детской простотой! Он и вас благословит, и вас обымет дланями Своими – невидимо, хотя тем не менее действительно. И вот замечайте, когда, присутствуя здесь и молясь, вы ощутите особую тишину и мир в себе, ведайте, что это Господь приближается к вам. Усугубьте тогда молитву вашу и внимайте себе. Вот зачинается в душе легкое движение теплоты, вот теплота растет все более и более, и в сердце, наконец, возгорается огнь. Ведайте, что это – Господь в объятия Свои заключил душу вашу, лелеет ее и благословляет… И душа не знает себя от радости и веселья!

Вот за этим и приходите сюда чаще, ибо с блаженством от объятий Господних ничто на земле сравниться не может. Приходите же! Господь готов принять вас; прострите и вы к Нему руки душевные – любовь, молитву, благоговейное желание Господа… Не смотрите на то, что вы малы. Господь есть Бог и вам малым, как и большим. Подражайте в сем Матери Божией. Ей было только три или четыре года, когда родители Ее, Богоотцы Иоаким и Анна, привели Ее в храм Господень и посвятили Господу. И там, при храме, Она прожила потом неисходно до времени обручения своего Иосифу, пребывая преимущественно в церкви Божией, в молитве и в углублении в слово Божие. И видите, чего сподобилась? Быть Матерью Господа… Прибегайте же и вы чаще в храм сей и терпеливее пребывайте в молитвах ваших, и вы сподобитесь – не того, конечно, чего сподобилась Матерь Божия, – но многого подобного тому. От Нее ипостасно воплотился Господь, а в вас невидимо вселится Он благодатью Своею и навсегда пребудет в вас, как сказал: вселюся в них и похожду (2 Кор. 6, 16). Видите, какое великое обетование! Тогда вы сами сделаетесь храмами Богу и будете всегда носить Его в сердце своем. Возжелайте же сего! Матерь Божия, Сама всю юность Свою проведшая в храме, будет вам в том помощницей. Приходите к Ней сюда. Как Матерь верующих, Она будет встречать вас здесь всякий раз, как вы притечете сюда для излияния молитв ваших пред Господом.

Но что же это я все к детям обращаюсь? Дети идут туда, куда их ведут, и так идут, как их ведут. Все лежит на вас, детоводители. Примите же на свой труд обязательное для детей и дайте им возможность выполнять то свойственным им образом. Помните слово Господа к тем, кои почему-то не допускали к Нему детей… Оставите детей приходити ко Мне, и не браните им, тацех бо есть Царствие Божие (Мк. 10,14). Верите ли, что потребность благочестия жива и сильна у детей, хотя не осмыслена и не введена в формы? Не заглушайте же сего ростка духовной спасительной жизни допущением или учреждением для детей такого порядка жизни и занятий, который бы отдалял их от Церкви и отчуждал от нее. Если допустите это, вы будете убивать душу прежде, чем она достигнет возраста, в котором сама может не бояться за себя и не страшиться убивающих тело.

Веруете, что с сего дня Господь здесь – особенным Своим благодатным присутствием, знаете, как Он желает, чтоб дети были приводимы к Нему невозбранно?.. Приводите же их сюда, приводите во всякий свободный час. Я не могу представить ни одной основательной мысли, которою можно было бы оправдать отказ в этом детям. Те, кои в то время хотели было не допускать детей к Господу, могли представить в свое извинение опасение обеспокоить Господа или лишить других утешения слышать слово Его…

Что вы скажете в свое оправдание?! Уж не то ли, как часто слышится, что высота действий веры выше понятий дитяти! Но кто не знает, что таинства веры приемлются сердцем? Есть ли сердце у детей, то есть приятелище веры? Да, есть, и еще какое! Такое, которое нам самим ставится в образец. Аще не… будете яко дети, не внидете в Царствие Божие (Мф. 18, 3). Прибавьте к сему, что атмосфера храма, в котором вместе со всеми его священнодействиями осимволена вся вера наша, атмосфера сия чиста, небесна, божественна! Кто же способен дышать и оживляться сим воздухом? Мы ли, избитые падениями, израненные страстями, омраченные суетою, или эти невинные души?! Не препятствуйте же им приходить сюда. Они здесь в настоящей своей среде. С другой стороны, как всякая другая жизнь возбуждается, развивается и зреет невидимо, сокровенно, неуловимо для наблюдения, так и жизнь духовная зарождается и спеет тайными путями – глубже нашего сознания. Так в семени, брошенном в недра матери-земли, спит росток. Скажите, как возбуждается он к жизни? У кажите этих сокровенных возбудителей и пути, какими проникают они к сердцу семени? Тут участвуют и солнце со своей теплотой, и земля с влажностью, но главные ли они здесь деятели или только проводники других деятелей, – никто сего определительно сказать не может. Вот и мы дышим и дыханием (в связи с другими условиями) поддерживаем в себе огонь жизни. Кажется, тут ничего особенного нет, кроме механического движения груди – входа и выхода воздуха… Но между тем под сим видимым совершается невидимо для нас втечение высших живительных стихий из атмосферы, которые, проходя к исходищам⁷ жизни нашей, освежают, питают и усиливают ее. Такими же невидимыми наитиями возбуждается, развивается и зреет в нас жизнь духовная. Не придет Царствие Божие приметным образом, – говорит Господь (Лк. 17, 20). Неведомо как – то объемлет душу веяние любви Божией, то освежает ее дыхание благоговейного страха Божия, как дыхание утренней прохлады, то оживляет движение теплоты сердечной – но при сих только действиях и живем мы духом. Напрасно потому и в сем отношении хотят ограничить все ведением. Нет… Для образования и укрепления жизни духовной одно условие – держать ее непрестанно под влиянием действий, в которых сокрыты Божественные силы, чтоб пользоваться их притечением и наитием. Где же все это? Здесь – в храме. Не браните же детям приходить сюда…

Понимание святой веры и действий ее должно прийти после, как цвет по образовании ствола, чтоб принести потом зрелый плод сознательного благочестия. Ясные понятия о предметах веры благотворны, когда по образовании своем в душе они найдут на деле готовую уже жизнь благочестную, ибо тогда они освещают ее сознанием и тем еще более делают ее прочной и несокрушимой. Но что в сих понятиях, когда они застанут образовавшуюся уже и окрепшую в привычках жизнь, совсем им противоположную? Это будет пустоцвет, не могущий дать плода. Когда понятия в разладе с чувствами, их встречают недоверием, колеблют сомнениями и изгоняют отрицанием. Этого ли хотите от трудов ваших? То есть хотите ли наперед уже разорять то, что созидать только преднамереваетесь?

Боятся обыкновенно утраты времени. Нередко слышится: много у нас положено или предположено занятий и нет свободных часов для того, чтоб ходить в церковь. Не лучше ли сказать, что недостает не времени, а охоты и расположения? Будто порядок занятий не в наших руках и будто в самом деле где-нибудь на свете есть люди, так занятые, что не только часов, даже минут не имеют свободных? Да и кто требует много времени?.. Определите несколько минут утром и несколько вечером для внятной молитвы с пением – и довольно. Но не считайте сего тратой времени. Напротив, будьте уверены, что этой жертвой малого времени вы успорите труд и, следовательно, много сбережете времени. Ибо что более всего нужно для успеха в каком бы то ни было обучении? Мирный дух и внимание. Где же взять их? Здесь – у престола Божия. Они нисходят свыше, от Бога мира. Пусть здесь утешатся чувства, умиротворятся мысли и освежатся души детей… И они несравненно больше успеют в тот день, нежели когда не побывают здесь. А благословение Божие разве не нужно для детей? Приидите же с ними сюда и возьмите его здесь у Господа. Оно расширит их души и сердца и сделает их многовместительным сосудом для всякого обучения. Не подражайте тем, которые все хотят сделать сами, ни в чем не доверяя и ничего не вверяя Господу. Ибо вековыми опытами уже дознано, что они всуе бдят и всуе труждаются (ср. Пс. 126, 1).

Вот что нужно для окончательного совершенства сего заведения и вот чем надобно завершить вам свои о нем труды и попечения! Надобно завести здесь такой порядок, чтоб дети каждый день бывали в храме и благоговейно припадали здесь к Господу, хвалу Ему воспевая и молитвы Ему воссылая своими детскими устами. Это же нужно и для полноты нынешнего торжества. Храм сей отныне посвящен святому мученику Максимилиану, одному из семи отроков Ефесских (августа 4)⁸. Отрок – мученик, без сомнения, потому что с детства воспитал и укрепил в себе дух благочестия, пребывая в храмах Бога истинного. Будет ли ему приятно, если он почти всегда будет видеть храм свой пустым, а соседние жилища полными? А Архистратиг Михаил, сей служитель Божией славы, страж, защитник и забрало Божией чести, которому нынешний посвящается день, – будет ли доволен, заметив в нас равнодушие к обучению детей воздавать честь и славу единому Богу в сем храме?! Помолимся же, братие, ко Господу, чтоб, начавши в вас сие доброе дело – приют, Он же и совершил его в похвалу вам в день Христов! Аминь.

8 ноября 1859 г.

На освящение храма в честь мученика Максимилиана в Тамбовском Мариинском приюте

3
О значении храма для жизни христиан

Если бы собрать воедино души всех здесь находящихся и всех обвести одним взором, то при всем разнообразии лиц и состояний, при всем различии помышлений и расположений нельзя [было] бы не увидеть одного общего всем и во всем отпечатлевающегося чувства радости и духовного веселья о сооружении храма – и такого храма. И действительно, зная, что значат храмы Божии в христианском житии, нельзя не исполняться особенным удовольствием, когда видишь их воздвигаемыми попечительной о своем спасении и о спасении других любовью, нельзя не изъявить благодарения Господу, вложившему мысль и помогшему, нельзя остаться не признательными и к тем, кои вняли внушению и не щадили труда и достояния в исполнении доброго намерения. Такими чувствами да венчается нынешнее наше торжество и наше в нем участие!

Но, братие, этим одним ограничиваться нам не должно. Покой утешения собственно приличен только жертве любви. Чтоб и нам, не приносившим здесь такой жертвы, достойно войти в тот же покой, приложим и со своей стороны иного рода жертву – жертву готовой покорности воле Божией, какая открывается в сооружении храмов среди христиан – и для христиан, потому что с сим сопряжены известные налагаемые на нас обязательства, которые возобновлять в совести должны мы всякий раз, когда участвуем в подобном нынешнему торжестве или совершаем воспоминательное о нем празднество.

Хочу напомнить вам о сих обязательствах. Не думаю, чтоб для вас нужно было пространное о том слово, когда вы и сами являете себя столь усердными к храму. Потому ограничусь кратким указанием значения для нас храмов и того, к чему это значение обязывает нас.

Что значит для нас храм? Храм для нас есть то же, что сердце для тела. Это прообразовала еще древняя скиния, которая всегда находилась внутри народа, в пути ли были израильтяне или стояли станом. Там и здесь колена израильтян всегда располагались вокруг скинии так, что она точно составляла средоточие или сердце народа. Зачем такова скиния – сень грядущих благ? Затем, чтоб научить нас таковыми иметь храмы, в коих истиной действуется то, на что скиния только указывала. Утвердим же внимание свое на этой мысли и пойдем вслед нее.

В сердце живо отражается всякое движение, состояние и действие нашего тела. Бодренность и дремота, крепость сил и слабость, здоровье и болезнь, льгота и тягота и прочее – все вообще отражается в сердце и вызывает с нашей стороны соответственные тому действия. Не то же ли самое есть между нами и храм? Всякая наша нужда духовная не отзывается ли в храме и не вызывает ли из него соответственных действий? Смотрите: печален кто – идет в храм петь параклисис Богородице, радость получил – идет туда же воспеть благодарное молебствие, дом надо строить – из храма берется благословение, колодезь вырыть – то же, дождя нужно – храм ходит по полям, чтоб привлечь дождь с неба, болезнь постигла – Церковь приходит ходатайствовать о выздоровлении, родилось дитя – оно возрождается к новой жизни в храме, согрешит кто – очищается от скверны в храме, новая семья зачинается – она сочетавается в храме, в путь собирается кто – напутствуется молитвами в храме, умер кто – тело его провожается на покой в недра земли из храма, а о душе его возносится ходатайственная молитва в храме, и прочее и прочее. Вообще нет ни одного значительного дела, которое бы совершалось как следует, по-христиански, помимо храма или без соприкосновения с ним. Как нитями какими прикреплены мы к храму! К нему привлекаемся всякий раз, как зачинаем что новое, и из него уже исходим на дело свое.

…Храм есть истинное средоточие или сердце нашей христианской жизни.

Так это есть, таковыми и должно нам всегда в сердце своем признавать свои храмы и соответственно тому держать себя или действовать в отношении к ним. Нечего и говорить об этом, когда все – прямые христиане и сами собой всегда так действуют; но не все христиане суть прямые христиане. У кого есть в сем отношении какие уклонения, тому нынешнее наше церковное торжество в напоминание, что как без сердца нельзя жить телу, так нельзя христианину жить по-христиански без храма и всего, что совершается в нем.

Целость сердца в теле есть условие в жизни. Поразите сердце, и тотчас смерть. Не должно ли то же сказать и о храме? Да! Не поражайте храма суемудрием и своеволием, иначе умрете духом. Здесь разумеем не вещество храма, – вещественный состав его нередко стареет, сгорает, разрушается – а принадлежащих храму… Посмотрите на тех, кои чуждаются храмов, и разоблачите их внутреннее настроение! Отчего это холодом веет от них, как от могилы? Оттого, что жизнь их духовная или сокращена, или совсем погашена отсечением себя от храмов и всего чина их. Тут разумеются не одни молокане и раскольники, но еще и люди-суемудренники… Да не будет таковых между нами! Правда, утешительно быть уверенным, что не в частных случаях сила, но в общем духе и настроении, но во всем ли идет такая оговорка? Утешительно и то, что, пока стоят храмы, есть надежда уразумения смысла их и обращения к ним не разумеющих и не хотящих разуметь, но все же, пока сие не сбудется, последние стоят на стороне гибнущих. А об этом как не жалеть?