Quotes from the book «Книжная лавка», page 7

- Увы, это был полный Хичкок, - отвечает Себастьян.Это наш шифр. "Хичкок" значит "страшная". "Феллини" - красивая женщина, но, чтобы что-то от неё получить, надо постараться. Помните, как Мастроянни полез в фонтан Треви за Анитой Экберг, а наградой за труды оказались лишь промокшие брюки? "Скорсезе" - девушка со странностями (представьте Роберта де Ниро в одежде служанки из "Мыса страха"). "Полански" - та, с которой связываться себе дороже (несовершеннолетняя, замужем, начальница...). "Кубрик" - холодная, отстранённая, держится как робот, ни проблеска эмоций, но что-то в ней такое есть... "Спилберг" - слишком старается понравиться. Вот такое авторское кино, не похожее друг на друга.

Одинокого человека большое количество свободного времени пугает. Хуже всего завтрак, обед и ужин. Ненавижу есть один. Не знаю почему, но при одной мысли о том, чтобы готовить самому себе, а потом сидеть на крошечной кухне и машинально отправлять ложку в рот, депрессия начинается.

А знаете, что на самом деле важно? Мосты. Туннели. Электричество всякое. Радио. Без всего этого общества не бывает. Можно жить без Бетховена? Еще как. Уже лет восемьсот без него обходятся, и ничего.

Слишком увлекаться чужими историями вредно, можно на всю жизнь остаться зрителем и так и не создать вою собственную.

Я здесь уже три года и, пожалуй, достиг данной стадии. Если пробуду еще немного, обзаведусь неизлечимой патологической ненавистью ко всему человечеству.