Quotes from the book «Срок твоей нелюбви», page 8

более важные для меня. Его потемневший взгляд, горевший предвкушением, намеренно медленно скользил по телу. От него покалывало кожу и хотелось то ли раздеться донага, чтобы насладиться тем, как жадно он вбирает её в себя одним лишь взглядом, то ли наоборот, разыграть недотрогу, бывшую неопытной перед таким искушённым мужчиной. Первый вариант оказался предпочтительнее. Платье и белье были откинуты прочь небрежным жестом, только белокурые волосы спускались чуть ниже плеч, скрывая верхнюю часть груди от жаркого взора, блуждающего снизу вверх и обратно. Таисия опустилась на колени к Алексею, вбирая его губы в свой приоткрытый рот, мягко удерживая между зубами и лаская молниеносными прикосновениями языка, танцующего в собственном ритме. Руки Алексея обхватили упругую высокую грудь, сильно сжав её, а пальцы обводили контуры

пороге своей квартиры. Не заглядывая в глазок, рывком распахнула дверь, ожидая увидеть кого угодно: от отца до ошибившихся дверью квартиры подвыпивших празднующих, но никак не Алексея: гладко выбритого, улыбавшегося будто ни в чём не бывало. – Я тебя разбудил? Вот так неожиданно, с морозным воздухом, осевшим на дорогом пальто, шагнул внутрь квартиры, закрывая за собой дверь и отрезая их от всего остального мира, заслоняя его собой. Потянулась навстречу всем своим телом, не обращая внимания на холод, пробирающийся под тонкую ткань халата,

как он, словно пришедшего из другого измерения, и упорно утягивающего

всегда бывало. Скоро же Новый Год. Разве не должно под Новый Год случаться что-то хорошее? Нет, не то чудо, якобы приносимое Дедом Морозом, но нечто совсем иное. Разве не должно быть всем хорошо тогда, когда

нашей комнате окна закрыты, В нашей комнате нет дверей. Мы хотели, чтоб не было выхода, Чтобы не было даже щелей. Только нет преград для ухода, Как и нет причин для прощенья, И стоит у закрытого входа Долгожданное возвращение.

ещё одно касание к плоти, превратившейся в один комок наслаждения, и её тело сотрясло, будто взрывом. Ослепительная вспышка разорвалась внизу, между ног и расплавленной лавой быстро распространилась по телу, мгновенно обмякшему от бурных ласк.

Отвечать словами было лишним – губы красноречиво порхали по лицу мужчины, спускаясь к шее, прижимаясь к коже на пару мгновений и вновь поднимаясь вверх, к его требовательному, жаждущему поцелуев рту, перехватывающего инициативу.