Ева построила дом на острове. Чтобы не убить мужа. Чтобы не смотреть, как дети превращаются в зомби. Чтобы не слышать мысли людей — там, на материке, где атомы жрут друг друга.

Но голоса всё равно лезут. В эфире. В голове. В зеркале. Где Инга, которая хотела быть Евой, теперь лежит в психушке и бредит Каином и Авелем. Где Кэн, который женился на обеих сёстрах, трахает одну, пока вторая умирает. Где девочки-подростки говорят следователю: «Папа наконец её убил». Где мёртвая женщина пролежала в земле год, а на её лице вырезан овал.

Это детектив, где нет виноватых. Это миф, где Бог — садист, а люди — быдло. Это история про остров, который не числится на карте, и про голос в радиоэфире, который повторяет одно имя: Ева.

Если ты думаешь, что спасёшься в одиночестве, — ты ошибся. Оно придёт за тобой. В тумане. В стекле. В домике, которого не было.