Read the book: «Признание»

Я просыпаюсь и понимаю, что это был очередной сон. Снова снились кошмары, подушка впитала мой пот и была мокрой. Голова болит от выпитой перед сном бутылки виски. Момент, и я уже не помню, что видел во сне, хотя это уже и неважно.

Встаю медленно на ноги и вижу спящего пса в гостиной: Альф свернулся клубком, держа в лапках старую обмусоленную кость. Этот мохнатый «подарок» достался мне от бывшей жены после развода. Морда пса ужасная и смешная одновременно, приобретения Анны всегда были странными. Я даже не знал, что бывают собаки такой породы, как аффенпинчер. Бывшая жена полжизни работала в модельном агентстве, она всегда была красавицей. Так часто говорил ее босс и уже нынешний муж.

К ногам подбегает мой страшный пес, жалобно смотрит в глаза и лапкой пытается дотянуться до колена. Альф терпеть меня не мог, но за последние полгода мы нашли общий язык. Гуляет он где хочет, а мне остается только кормить и поить его. Первое время я выгонял его из дома, но он всегда возвращался под утро домой, грязный и уставший. Он вечно гадил мне в обувь и воровал тапки. Помню и другие выходки, но в последнее время Альф, на удивление, ведет себя хорошо. Пару недель назад я мог умереть во сне, захлебнувшись собственной рвотой, чем не очень горжусь. Но пес не дал мне так легко уйти из жизни, разбудив лаем. Возможно, он понял, что теперь у него остался только я. Собака спасла жизнь. Могла Анна чувствовать такой исход событий? Возможно!

Я спал в одежде: затасканные синие джинсы, серая мятая футболка и коричневая рубашка в клетку. Я слегка зачесываю сальные волосы назад, кидаю собаке в миску пару кусков мяса и впопыхах сую ноги в ботинки, задевая головой ловец снов, что висит в дверном проеме спальни.

На столе у окна беру связку ключей и почти пустую пачку сигарет. Выходя на улицу, захлопываю за собой дверь и жадно закуриваю. Сажусь в свою ауди девяносто шестого года выпуска и еду в сторону магазина.

После развода я переехал подальше от моей жены, в Кармел, или Кармел-бай-те-Си, – город в округе Монтерей, штат Калифорния. Население здесь не достигает и четырех тысяч человек, все друг друга знают. Но я редко бываю на улице, моя работа заключается в написании книг, хотя я уже пару лет не могу выпустить ничего достойного. В дневное время здесь обычно немного народу. Мужчины и женщины далеко за тридцать, редко вижу здесь детей. Молодежь бежит из таких мест, а кто задерживается, остается навсегда. Сегодня, видимо, какой-то праздник, город украшен ленточками, и такое чувство, что все жители выползли на улицу. Черт, надеюсь, магазины работают. Пришлось припарковать машину и дальше идти пешком, слишком тесно на дорогах, и движение в центре перекрыто. На улице душно, я медленно иду, пристально всматриваясь в витрины. Везде висят таблички «закрыто». Попытки обратиться за помощью к местным жителям не увенчиваются успехом, никто не может помочь, все спешат на праздник. Похоже, открытый магазин нужен только мне. Брожу примерно полчаса и нахожу в подворотне бар. Для меня это как мираж в пустыне. Захожу в прохладное помещение с блеклым освещением. Контингент – ребята в кожаных куртках. Они пристальными взглядами провожают меня, пока я иду к барной стойке.

– Добро пожаловать в наш скромный бар, чего плеснуть?

Я бросил взгляд на бейджик:

– Том, будь добр, пачку «Мальборо», двойной виски и лед.

Через секунду я уже курю первую сигарету из новой пачки и наслаждаюсь прохладным напитком, ведя с барменом заурядный разговор.

Я провел в баре около пяти часов и был не в том состоянии, чтобы сесть за руль. Бармен предлагал вызвать такси, но я отказался, соврав, что переночую в ближайшем отеле. Оставив Тому чаевые и засунув кошелек в задний карман брюк, я покинул заведение. Где там мои ключи? Я решил, что вполне смогу доехать сам. Я чувствовал себя заторможенным и сонным, но праздник уже прошел и город заметно опустел. А вот и машина. Осознание, что я пьян чуть сильнее, чем казалось, пришло тогда, когда я только с третьего раза попал ключом в дверной замок.

Неожиданно меня толкнули сзади, я ударился о кузов машины и ощутил болезненные удары. Меня били ногами. Я закрыл лицо руками и медленно сполз на землю. Когда я совсем перестал сопротивляться, ублюдки обокрали меня, забрав Ролексы, бумажник и золотое кольцо, которое я так и не снял после развода. Воры побежали в разные стороны, у одного из них выпал ствол. Я посмотрел в сторону обернувшегося парня и четко увидел его лицо. Бандит застыл, словно не понимая, бежать дальше или вернуться за оружием. Пистолет находился буквально в пяти метрах от меня, преимущество было на моей стороне. Адреналин ударил в кровь, и я подорвался, несмотря на дикую боль в бедре и ребрах, бежал так быстро, как мог. Вор тоже бежал в мою сторону, но я успел схватить ствол первым и сразу нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел. На улице словно остановилось время, и я сразу пришел в чувство. Грабитель лежал бездыханный в луже крови. До последнего не хотелось верить, но это был не сон и даже не сценарий книги, это был гребаный мертвец, а я – его убийца.

Открыв багажник и оглядываясь по сторонам, я пытался поднять труп и загрузить его в багажник. Дело было сделано, я достал с заднего сиденья машины бутылку с водой и тряпку, умыл лицо и снял грязную рубашку. Остальную воду вылил на асфальт и сел за руль машины. Вытирая пот с лица, заметил, что руки у меня все еще в крови. В глазах резко потемнело, и я отключился.

Я очнулся дома с компрессом на голове и торсе.

– Доброе утро, ковбой! – раздался звонкий женский голос.

Напротив окна в гостиной сидела молоденькая девушка.

– Ты кто, что ты тут делаешь?

– Так и думала. Ты совсем ничего не помнишь, Уилл?

– Последнее, что я помню, было то, как я закинул в бага… Боже! Только не это…

– Я видела, как на тебя напали вчера, и не знала, чем помочь. Собиралась звать копов, но поняла, что от этого станет только хуже, как только услышала выстрел. Пришлось помочь тебе попасть домой, когда ты отрубился. Я знаю, это трудно, но ты можешь довериться мне.

– Кто ты?

– Меня зовут Мона. Ты не против, если я возьму твою тачку и съезжу в город? Мой байк остался там, как понимаешь. Куплю тебе еды, здесь абсолютно пустой холодильник.

– Да, валяй, сдавай меня полиции.

– Если бы мне это было нужно, ты бы уже сидел за решеткой. – Мона вышла из дома, громко хлопнув дверью.

Что ей нужно? Зачем она помогает мне? Мона, если это ее настоящее имя, свидетель, и возможно, не единственный. Что делать дальше?

Вскоре машина завелась, и звук колес, катившихся по грунту, постепенно отдалился.

Я повернул голову на раздавшийся шорох: Альф облизывал какую-то блестящую штуковину. Прищуриваясь, я приподнялся на локте и заметил вчерашний пистолет в лапах собаки. Забыв обо всем на секунду, резко встал и забрал ствол. Покрутил его в руке и ничего не нашел лучше, чем бросить в ящик кухонного стола. Разберусь с этим позже.

Мысли галопом проносились в голове. Что делать дальше? Бросить все и бежать? Но как? Машины в тот момент у меня не было.

В какое дерьмо я вляпался! Так, без паники. Нужно собрать вещи, дождаться тачку и сделать ноги. План был готов. Я начал собирать самое необходимое. Поднялся на второй этаж. Ничего не забыл? Ноутбук, принтер, целая гора набросков – нужно ли мне это?

Если я буду в розыске, буду всю жизнь бегать от полиции? Я так не смогу. Какой там срок за самооборону? Может, я зря бегу? А вдруг все хорошо и никто больше не видел того, что было вчера? Так можно сойти с ума. Надо решить, куда деть труп.

Раздался резкий звук тормозных колодок, видимо, Мона уже приехала. Я приоткрыл на втором этаже штору и посмотрел во двор. Сердце забилось в три раза сильнее. Это была полицейская машина, из которой вышел шериф и направился в сторону дома. Несколько громких ударов кулаком в дверь меня сильно взбодрили.

В голове, словно на электронном табло, одна надпись в рамочке: «Мне конец». Я медленно спустился по лестнице и случайно наступил Альфу на лапку. Бедняга подпрыгнул на полметра и заскулил.

– Прости, – произношу я и этим выдаю свое присутствие копу за дверью. Вот она, та тонкая грань, что разделит мою жизнь на до и после.

– Уильям, это шериф Тони Сельдо, у меня будет пара вопросов к тебе.

Нахожу мятую рубашку и набрасываю на побитое тело, впопыхах застегивая пуговицы. Открываю дверь, здороваюсь и смотрю на ствол в кобуре.

– Чем могу помочь, шериф?

– Вчера пропал молодой паренек, – протягивает маленькую затасканную фотографию из кошелька, – это мой племянник Билли. Половина наших парней искала по всему городу и ничего. Не представляю, где он может быть.

Хоть на фотографии он и был чуть младше, чем в жизни, но я узнал парня. С фото на меня смотрел тот самый вор, которого я вчера, будучи невменяемым от алкоголя и дикой боли, лишил жизни. К лицу прилила кровь, и сердце забилось в десять раз быстрее.

– Нет, увы, я бы запомнил, – с трудом произнес я, ощущая, как холодный пот стекает по телу.

– А тебя вчера видели в баре. Все так же пьешь без выходных?

– Не хочу потерять навык. Если увижу парня с фото, сразу сообщу в участок.

– Что ж, поеду. Далеко же ты от города забрался.

– Люблю быть один, когда пишу новое произведение.

– Как называется?

– Пока что работаю над этим.

– Буду ждать книгу с автографом.

– Конечно, без проблем.

– Хорошего дня, Уилл.

– И вам, шериф Сельдо.

– Просто Тони.

Пока я провожал взглядом шерифа, медленно садившегося в машину, на горизонте появилась Мона на моей ауди. Черт ее дери!

– Я думал, Уильям, ты теперь один! – Шериф не спешил уезжать.

– А это так, ничего серьезного.

Мона поравнялась с машиной Тони.

– Добрый день, шериф! – перекрикивая музыку в салоне, закричала она.

– Мона? Что ты тут делаешь?

Девушка убавила звук магнитолы:

– Папочка, все хорошо, это мой новый парень, Уилл. А ты что здесь делаешь?

В глаза Тони было страшно смотреть, он явно не был рад такой новости.

– Ничего серьезного, говоришь?

Мона захлопнула дверь тачки и подошла к отцу, нежно чмокнула его в щеку.

– Мы познакомились совсем недавно. И вообще, не так ты должен узнавать о моих бойфрендах. Поговорим об этом позже, тебе наверняка нужно на работу!

– И то верно! А где твой байк?

– Остался в городе, Уилл не хочет, чтобы я разбилась, ведь так, милый?

– Конечно, – с натянутой улыбкой отвечаю я.

– Лучше скажи, пап, как там дела с Билли?

– Пока тихо. Тебя сегодня ждать дома?

– Пап, я и так достаточно задержалась здесь, мой отпуск не вечный! Но я встретила настоящего писателя и хотела бы пообщаться с ним подольше.

– Понимаю, но ты ведь еще ко мне заедешь?

– Конечно, я побуду в городе какое-то время.

Тони обнял дочь и что-то прошептал ей на ухо. Напоследок еще раз кивнул мне. Наконец он сел в полицейскую машину и скрылся. Мои ноги подкосились, и я сел на капот.

– Уилл, ты не хочешь мне помочь? Эй, ты в порядке?

– А? Да, все хорошо. Пытаюсь просто понять, что тут вообще, черт возьми, происходит. Насчет бойфренда ты же пошутила, правда? И… Ты же знаешь, куда пропал Билли?

Мона не ответила, лишь взглядом указала на машину.

Я посмотрел на помятую дверь своей измученной ауди, потом бросил короткий взгляд на багажник.

– Он все еще внутри?

Но Мона, будто не слыша этого, шла в сторону дома. Не оборачиваясь на меня, она крикнула:

– Открывай смелее, тебя ждет сюрприз!

Я нехотя нажал кнопку открытия багажника, сработал механизм.

Меня пробрал холод, казалось, этот момент продлится вечность… Но каково же было мое удивление, когда внутри багажника оказалась лишь пара бумажных пакетов с продуктами! Я даже подумал, не подводит ли меня зрение?

– Куда ты дела труп? – ворвавшись в дом, я бросил пакеты на кухонный стол.

– Не волнуйся, его никто не найдет.

– Почему ты не можешь ответить мне? Это, по-твоему, шутки?

– Знаешь, мне было не до шуток, когда я избавлялась от трупа! Все-таки это мой двоюродный брат. Хоть мы с ним и были не в ладах.

– И какого черта твой братец с дружками избили и ограбили меня?

– А чего ты хотел? Приехал в город и размахивал своим бумажником направо и налево. Билли был славным малым, до тех пор пока не попал в плохую компанию. Я долго пыталась помочь выбраться ему из этого дерьма, но он только отдалился. Я предупреждала, что до добра это не доведет, и, к сожалению, оказалась права.

– Ты следила за ним? Как ты оказалась рядом?

Мона ушла от ответа.

– Ты не виноват в том, что случилось. И поскольку теперь я тоже замешана в этом, будем разбираться вместе.

– Какое-то безумие! Убил парня, впутал его сестру в убийство…

– Уилл?

– Спасибо, черт бы тебя побрал! – резко выкрикнул я.

– Тебе нужно успокоиться!

– Покой мне только снится. Ты понимаешь, что вообще происходит? Я стал убийцей, я убийца! Скажи мне, что это все сон.

– Тело не найдут, а это значит, что об этом знаем лишь мы с тобой! Соберись и будь мужиком!

Мона дала мне смачную пощечину и сразу после этого поцеловала в губы.

– Ну что, ковбой, ты еще спишь?

Я на долю секунды потерялся. Мое сердце словно подожгли.

– Что ты?

– Я лишь помогаю тебе.

– Зачем тебе это?

Мона достала из внутреннего кармана косухи флягу и сделала пару глотков.

– Держи, тебе это сейчас нужнее.

Я выхватил алкоголь и жадно отхлебнул. Но это меня не успокоило.

– Нас посадят, определенно, нас посадят! Или меня пристрелит твой папаша. Я лично за второй вариант.

– Ого, какие красочные перспективы! Тебе что, не хватает встряски?

– Этого достаточно! Меня трясет до сих пор от твоего поцелуя… Или пощечины! Или от всего вместе.

– Это хорошо, значит, ты можешь думать о чем-то еще, кроме трупа из багажника.

– И все-таки, где труп? Мертвые не убегают из долбанной машины!

– Согласна.

– И? Как ты вообще можешь быть такой спокойной? У вас в городе это что, нормальное явление?

– Вообще, я давно не живу здесь, ничего не могу сказать. Но будет интересно, если ты об этом напишешь!

– Чистосердечное признание в убийстве?

– Отличное название для твоей новой книги!

– Какая, к черту, книга, о чем ты говоришь?

– Я читала вчера твои занудные работы, и знаешь, вообще никаких эмоций. Возможно, если ты будешь писать о том, что происходит с тобой на самом деле, то получится что-то стоящее?

– Спасибо за критику, но моя голова забита сейчас другой проблемой.

– И как же ты будешь ее решать?

– Мне нужно еще выпить!

– Это твой единственный выход?

– Что ты имеешь в виду?

– Когда алкоголь приводил тебя к чему-то хорошему?

– Эм… – я задумался.

– Когда ты последний раз ел?

– Кажется, вчера.

– Что это было, чипсы и арахис? У тебя в доме повсюду пустые упаковки

– Мне это никак не мешало жить.

– Ладно, поехали, мне нужно развеяться, а когда вернемся, накормлю тебя нормальной едой, я как раз купила продуктов.

– Куда мы поедем? Думаешь, нам стоит покидать дом?

– Доверься мне, Уилл. Все будет хорошо, и не забывай, теперь я твой напарник.

– Мне бы твой оптимизм и отца шерифа полиции.

– Нет, с таким отцом ты бы не смог ужиться. Ты слишком мягкий.

– Очень смешно.

Мона села за руль и, глядя в карманное зеркальце, подвела губы темно-красным цветом, напомнившим мне кровь. Она дождалась, пока я с недовольным видом усядусь рядом, и тронулась.

– Какую музыку ты любишь, Уилл?

– Сейчас это важно?

– С каких пор ты делаешь только то, что важно?

Она включила радио и, остановившись на одной из станций, начала подпевать:

– Если ты хочешь получить то, что видишь, ты в конце концов получишь это. Ты можешь взять все, что захочешь, но лучше не отнимай это у меня! В джунглях. Милости просим в джунгли! Смотри, как они поставят тебя. (на-на-на-на-на) На колени, на колени. Хочу посмотреть, как ты истечешь кровью. И когда ты достигнешь высоты, ты никогда не захочешь возвращаться. Впитай глубже, впитай глубже, впитай глубже! Ты знаешь, где оказалась. Ты в джунглях, детка, и ты умрешь!

– У тебя талант, ты никогда не хотела петь со сцены?

– Буду считать, что это комплимент!

Всю дальнейшую поездку мы обсуждали музыкальные пластинки группы «Стволы и Розы». На некоторое время я позволил себе забыться и не думать обо всем, что меня волновало. Но один вопрос не давал мне покоя.

– Мона, расскажи мне, что было после того, как я погрузил его в багажник… Как ты… Откуда ты знаешь мое имя и адрес? Ты прости, я был в отключке и ни черта не помню.

– Ну вот, а так все хорошо начиналось! Я расскажу тебе, и мы закроем эту тему на сегодняшний вечер. Я нашла в кармане Билли твои вещи, среди них было водительское. Все просто. – Мона прибавила громкость, когда заиграл очередной рок, нажала на газ, качая головой в такт музыке.

Мы вернулись домой ближе к вечеру. Мона рассказывала о своем детстве в этом городе, а я внимательно слушал, поедая пасту с сосисками. Домашняя еда грела душу и тело, как давно я не испытывал подобного…

– Спасибо тебе, Мона, это было очень вкусно! И спасибо за все, что ты для меня делаешь.

– Будешь должен, ковбой!

– А тебе не пора уходить?

– Да ты без комплексов, я смотрю. За окном такой ливень, а ты хочешь меня выставить за дверь?

– Нет, что ты, я просто спросил.

Мона нарезала кусок мяса на маленькие кубики и положила их в собачью миску.

– Как его зовут?

– Альф.

Мона потискала пса и опустила его к миске.

– Кушай, Альф.

Раньше я не замечал, как ему не хватало этих объятий. Альф казался таким счастливым в этот момент.

– Я пойду приму душ, если ты, конечно, не против.

– Конечно, иди.

– Пойдешь со мной?

Я подавился чаем.

– Спасибо, пока не хочется.

– Ну, смотри, тебе бы не помешал горячий душ!

Мона небрежно швырнула на диван свою кожаную куртку и стала медленно подниматься на второй этаж.

– Уилл, если тебе не сложно, принеси мою сумку из машины.

– Хорошо.

Я закурил сигарету, взял зонтик и выбежал на улицу. Машина была открыта. С заднего сиденья я забрал сумку и вернулся в дом.

– У тебя что в сумке, кирпичи? – крикнул я, забросив сумку на стол.

– Я тебя не слышу, Уилл! Тут шумно! – прокричала в ответ Мона.

Любопытство не давало мне покоя, двумя пальцами правой руки я потянул за бегунок молнии и оглядел содержимое сумки. С удивлением я увидел пистолет, какую-то одежду, разные женские штучки, а на самом дне лежала моя первая успешная книга. Я услышал, как наверху захлопнулась дверь, сумка словно выскользнула из рук и упала. Мона уже спускалась по лестнице, когда я быстро застегнул молнию. Еле успел…

Мона стояла полностью голая и протягивала мне руку. Я не мог оторвать взгляд от ее тела, жадно изучал каждый изгиб.

– Чего ты тут встал, как статуя?

– Прости, вот, – я отвернулся, протягивая сумку.

Мона улыбнулась и, забрав свои вещи, поднялась наверх. Что это было? Обычно в этом доме голым ходил только Альф. Образ обнаженной Моны стоял у меня перед глазами… Я думал: «А девушка явно без комплексов. Она, наверное, следит за своим телом и питанием. Не то что я. Надо бы узнать ее получше. И что в ее сумке делает моя книга? Неужели она любит мое творчество? Надо позже спросить об этом».

Моя новая подруга спустилась в роскошном красном платье.

– Вау, по какому случаю ты так шикарно выглядишь?

– Женщина должна всегда иметь с собой хотя бы один красивый наряд. А ты почему еще не переоделся?

– Для чего? Что ты хочешь предложить?

– Своди меня в ресторан, думаю, я заслужила пару бокалов вина.

– Я никуда не хожу!

– Значит, твои походы по барам и заправкам не считаются?

– Ну, это другое.

– Оденься поприличней, я буду ждать в машине, – сказала Мона и вышла из дома, закрывая за собой дверь.

Пришлось достать из шкафа свой старенький костюм. На мое удивление, я влез в него. Волосы зализал назад и вышел на улицу. При виде меня Мона начала сигналить и свистеть из окна машины, чем ошарашила меня.

– Эй, красавчик, садись, подвезу.

– Можно не так эмоционально встречать меня, пожалуйста?

– Ладно, а ты не будь таким занудой.

– Мне кажется, я медленно схожу с ума.

– Ты должен выйти из зоны комфорта, ты же погряз в своем личном мирке! Я помогу тебе. И, кстати, попробуй шутить. Иначе ты точно поедешь кукухой.

– Мона. Ты же понимаешь в какой ситуации я… мы оказались?

– Все будет прекрасно.

Она включила радио погромче и надавила на газ. Мы просто катались и смотрели по сторонам. Казалось, что так все легко, если ты просто пассажир в машине. Спустя час мы добрались до красивого ресторана на берегу океана. Запахи изысканной кухни и шум волн, я словно заново начал дышать. Казалось, каждая минута шла здесь чуть иначе – медленнее, становилась ценнее. Мона припарковалась, мы вышли. Я закурил сигарету, которую тут же выхватила Мона, сделала три глубокие затяжки и вернула сигарету обратно. Вкус помады на губах был сладок и напомнил о бывшей жене. Не хватало еще думать о ней.

– Уилл, все хорошо?

– Приемлемо. Если не считать, что я убил человека.

– Сейчас закажем тебе твое любимое лекарство. Двойной со льдом?

Откуда она знала, что мне нравится? Эта девушка была для меня загадкой. Я надеялся найти ответы на все свои вопросы.

– Нет, я буду вино.

– Значит, ты сегодня непредсказуемый?

– Все возможно.

– Да, ты меня удивляешь. Кто же ты?

– Все тот же Уилл, что и раньше.

– Ты в этом уверен?

– Уже не так сильно, как вчера.

Мы выбрали самый обычный столик на открытой террасе. Заказали бутылку сухого белого вина, сырную тарелку и разные закуски. Мона говорила на обычные темы, словно ничего особенного в жизни не приключилось. С каждым бокалом вина мы становились все открытее. Смех и брызги из бокалов разлетались от нашего столика. На небольшую сцену вышли три музыканта. Вечер становился сказочным. Последний раз я общался с противоположный полом в баре, объясняя даме, какой виски лучше. Но это был другой случай, Мона со всеми своими странностями и загадочностью нравилась мне все больше и больше. Может, жизнь не случайно преподнесла мне знакомство с ней? Кто знает, чем все это обернется.

Утро следующего дня. Я проснулся и почувствовал, что на кровати лежу не один. Повернулся и понял, что это не Альф. Он обычно спал в гостиной. Рядом лежала голая Мона, слегка прикрытая одеялом. Что вчера было, сколько мы выпили и как добрались обратно? Я осмотрел комнату, наши вещи были разбросаны по полу, рядом с кроватью – недопитая бутылка вина и открытая пачка презервативов. Я заметил свет от включенного экрана ноутбука. Я что, начал писать? Я тихонько встал, взял ноутбук и, чтобы не будить Мону, решил спуститься на первый этаж. Закурил сигарету и выпил таблетку аспирина. Маленькими шагами добрел до дивана и уселся читать.

Я написал за ночь двадцать восемь страниц? Ничего придуманного тут не было. Наша история с Моной была описана от знакомства до постельной сцены. Очень похоже на чистосердечное признание и оправдание убийства, которые мы поощрили в конце сексом. Все это мне очень не нравилось, но я решил не удалять текст. Даже скажу больше, мне было интересно, чем закончится эта книга, ведь я писал всегда о ком-то, кого не знаю. А тут, выходит, что эта книга больше нужна мне, чем любому читателю. Забавно, что теперь любое случайное событие из моей жизни будет изложено на бумаге или в интернете.

Мона проснулась. Со второго этажа донеслись скрип и шаги. Я определенно был рад этому утру, у меня было хорошее настроение. Стоило приготовить кофе для моей новой подруги. Или кто мы теперь друг для друга? Надо будет уточнить этот вопрос чуть позже, а пока я насыпал кофе в турку и включил газовую плиту. Мона, одетая в повседневную одежду, быстро спустилась по лестнице, взяла в руки куртку.

– Мне пора бежать, позже увидимся.

– Куда ты? А как же кофе?

– Я не пью кофе!

Она ушла, села в машину и завела двигатель. Странная, как и всегда. Наверно, она поехала в магазин или к своему отцу. Но тут в окно прилетел камень, я вскочил и заметил, что к нему была привязана записка. На клочке мятой бумаги был написал ее номер телефона и подпись: «позвони, когда соскучишься». Я не привык к такому общению. На такие переписки мне окон в доме не хватит. Но этот новый роман однозначно оживил меня. Кофе тем временем был готов. Я сел на диван и насладился бодрящим напитком. Потом решил привести себя в чувства и отправился в душ. На трезвую голову думалось легче, но от этого не было проще осознавать пережитое. Предаваясь приятным мыслям о Моне, я услышал какой-то посторонний шум в доме. Наверное, показалось. Но тут раздался резкий звук тупого удара, как будто упал на пол нож или похожий на него предмет. Я выключил воду, набросил халат и пошел посмотреть, что происходит. Неужели Мона так быстро вернулась? Спускаясь по лестнице, я увидел открытую дверь и небольшой беспорядок на кухне.

– Кто здесь?

В ответ тишина. Я бросился к ящику, в который убрал пистолет, рывком открыл его и увидел… записку. Взяв в руки лист бумаги, я смутился. Словно в кино, в записке все слова будто вырезаны из журналов и газет. Разноцветные буквы складывались в следующее: «Я знаю, что ты убил Билли! Мое молчание будет стоить двадцать тысяч долларов. Иначе пакет с уликами отправится прямиком в отдел полиции. У тебя есть время до девяти утра. Оставь деньги в мусорном контейнере, это рядом с местом твоего преступления. Любая твоя оплошность будет на твоей совести».

Я нервно закурил, выронив из пачки несколько сигарет.

– Твою мать!

Нащупал в кармане телефон: нужно позвонить Моне! Наверняка она тоже не готова к такому исходу событий – у нас есть свидетели.

– Да где же этот гребаный мобильник?

В голове крутились слова: ствол, отпечатки пальцев, тюрьма.

– Вот он!

Хватаю телефон и набираю номер Моны.

– Абонент недоступен.

– Сука, сука…

Я швырнул телефон в стену и в отчаянии бросился на диван. Мозг вскипал от напряжения: «Деньги, деньги, где достать такую сумму? Какие шансы, что шантаж не будет продолжаться и дальше? Надо валить! А как же Мона?» Я поднялся по лестнице и начал собирать вещи. Открыл шкаф, комод и быстро распихал одежду по пакетам и сумкам. Через некоторое время я спустился вниз и понял, что машины нет. Я достал из верхнего шкафчика бутылку виски, оставленную для исключительного случая. Налил целый стакан и трясущейся рукой поднес его ко рту. Сделал пару глотков и заметил свет фар, падающих на мой дом. Кто-то подошел к двери и резко ее толкнул.

– Мог бы и встретить! Смотри, сегодня у нас будет курочка с картошкой.

– Зачем так пугать?

– Уилл, ты помылся… И напился? Времени зря не теряешь!

– Присядь, мне нужно тебе кое-что сказать.

– Ты хочешь меня бросить?

– Что? Нет! Вот, смотри, – я передаю ей помятую записку от шантажиста.

Мона молча читает и смотрит мне в глаза, пожимая плечами.

– Ладно.

– Ладно? И это все, что ты можешь мне сказать?

– Я больше люблю рукописи.

– Тебе весело, да?

– А почему тут валяются твои вещи, собрался переезжать?

– Я собираюсь уехать!

– Куда же мы помчимся, мой ковбой?

– Не важно, на север, на юг. Мне осточертел этот город.

– Ты всю жизнь собираешься бегать от проблем или пора начать их решать?

– А что ты предлагаешь, пойти сдаться копам?

– Зачем же, есть выход.

– Я слушаю тебя в оба уха.

– Нужно заплатить и дело в шляпе.

– У меня в кармане такой суммы нет, извини.

– Значит, я одолжу.

– Что?! Ха-ха-ха! Ты, верно, спятила. Откуда такие деньги?

– Уилл, это просто бумажки, я серьезно.

– Не смешно!

– Поверь мне, в казино я спускала за ночь куда больше.

– И что будет дальше?

– Вот мы и узнаем!

– Я буду должен тебе по гроб жизни.

– Сводишь меня пару раз в ресторан, этого вполне будет достаточно.

– Выгодное предложение.

– Еще бы.

После разговора мне стало легче. Мы живы и на свободе. Мона обняла меня и поцеловала в щеку.

– Мы вместе, а остальное это так, мелочи.

Мона скинула на пол куртку, ехидно улыбнулась, взяла меня за руку и потащила за собой на второй этаж.

– Я хочу повторить вчерашнюю ночь! Нам есть еще над чем работать.

– Ты о нашей книге?

– Ха-ха-ха, Уилл, я не об этом.

Мона вцепилась в мои губы. Мы целовали друг друга, одновременно сближались и отдалялись. Наши тела переплетались и сливались воедино. Мы были как одно целое. Страсть и нежность, как первый глоток вина. Незабываемо и неповторимо. Капли пота стекали по нашим телам, время замирало, и мы не хотели заканчивать это сладкое безумие. Смена поз усиливала наши ощущения, и биение сердец становилось все громче. Пульс ускорялся, легкие стоны… и мы поставили точку в превосходном сексе. Мона лежала рядом с довольной улыбкой.

– Вот об этом я хотела тебе напомнить! Уилл, ты сможешь передать это в своей книге?

– Честно говоря… Не уверен!

Мона встала с кровати и отправилась в душ.

– Пойдешь со мной?

– Я хочу полежать, может, позже.

– Ладно, отдыхай!

Из ванной еле слышно доносилась мелодия, которую напевала Мона, но из-за шума воды я не очень разбирал. Я выкурил сигарету, после чего, крепко заснул. Меня разбудил звук машины под окном. Я встал и подошел к окну, Мона опять куда-то уезжала. Может, отправилась за деньгами? Слегка болела голова, но это часто случалось после употребления алкоголя. Меня не заботил завтрашний день и утро в особенности. Больше вызывало интерес, откуда у Моны такие деньги? Кем она работает? Стоило спросить раньше. Сейчас в голове всплыли картинки о походе в горы, хотя я никогда в них не ходил. Может, попробовать как-нибудь? Палатка под звездным небом, костер, вкусная и горячая еда. По фотографиям людей, которые так отдыхали, всегда было видно, насколько им хорошо. Так ли оно на самом деле, надо проверить. Но в другой раз. Я спустился на первый этаж, достал ноутбук и продолжил работу над книгой, пытаясь передать все точь-в-точь как было. Около двух часов я писал, добавляя даже больше подробностей, чем следует. Глядя в экран ноутбука, я чувствовал себя словно на сеансе у психотерапевта. Я выговаривался, иногда оправдывал свои действия и внутри себя находил ответы на многие вопросы. Может, это какой-то самообман, но мне становилось гораздо спокойнее.

Мне пришлось воевать с потоком своих мыслей о завтрашнем дне. Я хотел, чтобы все закончилось. Возможно ли вернуться к обычной жизни? Как скажется на мне новый статус убийцы? Многие герои книг сходят с ума и теряют свою личность. Что меня ждет? Как-то давно, еще молодым, я беседовал с ветераном боевых действий. Я видел в его глазах пустоту, боль и понимал, насколько тяжело ему жить. Даже спустя года он так и не смог оправиться от пережитых событий. При этом он не убил ни единого человека, а наоборот, спасал жизни, перевозя раненых в госпиталь. Ему не было важно, какого цвета кожа или какой веры были люди. Он говорил:

– У всех есть лишь одна жизнь, а отнимать ее никто не имеет права.

Тогда для меня эти слова не играли большой роли, но сейчас все было иначе.

Ко мне подбежал Альф, обнюхал и поспешил к своей миске. Я подумал, что стоит его покормить, закрыл крышку ноутбука и пошел к холодильнику. У меня разбежались глаза, Мона накупила столько продуктов! Обычно в моем холодильнике были яйца, молоко, бекон и пара бутылок виски и пива. А тут целое ассорти из разных видов овощей, фруктов и мяса. Все вокруг меняется, даже такие мелочи, как еда. Сегодня мне не хотелось пить алкоголь. Я достал стейк и нарезал его на маленькие кусочки, после чего положил их в миску. Альф мгновенно накинулся на свежее мясо, издавая смешные звуки, от чавканья до урчания, похожего на жеваные слова. На улице уже темнело и начинался дождь. В доме становилось прохладно. Дрова заканчивались, и мне пришлось идти в гараж. Он стоял отдельно от дома. Я выгрузил у печи уже промокшую охапку и закинул пару поленьев в камин. Альф лежал у дивана, свернувшись в клубок, пряча свой нос хвостом. Я проголодался. Не помню, когда в последний раз готовил какое-нибудь блюдо, не считая горелой яичницы с беконом. Подготовил противень, открыл холодильник и достал из него все необходимое. Выложив на железный лист курицу, вокруг нее положил помытый картофель и добавил приправы, соль и перец. Все обильно смазал маслом и полил сливками сверху. Закинул все в духовой шкаф и включил на двести градусов. Теперь оставалось лишь ждать. Надеюсь, ничего не забыл.

Спустя сорок минут Альф крутился на кухне и вынюхивал, откуда исходит такой аромат. Я достал ужин и проверил курицу на готовность, сделав в ней несколько разрезов. Картошка была больше похожа на сморщенные угольки. Всегда знал, что готовка – это не мое. Несмотря на это, я все равно приступил к трапезе. Альф забрался под стол и жалобно посматривал на меня. Пришлось угостить его теплым куском куриной ножки и смотреть, как он набросился на нее. Тут неожиданно вошла Мона .

– Не слышал, как ты подъехала.

– Оставила машину чуть ниже. Чем это у тебя тут так пахнет? Ты не говорил, что умеешь готовить.

– Сомнительно, но есть можно.

– Положи и мне, только немного!

– Хорошо, надеюсь, твой желудок выдержит мою стряпню.

– И не таким меня кормили, поверь. Как-то раз я ела жареных тараканов.

– Не порти аппетит!

– Ха-ха-ха, хорошо.

Я положил в тарелку еду, и мы ужинали вместе. Разговор за столом был как раз о еде, мы обсуждали самые вкусные блюда, которые когда-либо пробовали. Потом, конечно, перешли на самые мерзкие. По логике Моны, мой рацион из чипсов и арахиса с алкоголем был хуже, чем ее тараканы. Мы смеялись, непринужденно болтали, но неожиданно Мона задумалась.

– Уилл, я понимаю, что тебя беспокоит сейчас, – сказала она совсем другим тоном.

Мона достала из карманов деньги и бросила их на стол.

– Мне имеет смысл спрашивать, где ты их взяла?

– Об этом не стоит париться!

– Я обязан тебе по гроб жизни!

– Да, да, да. Успокойся, завтра закинем их в мусорный бак и забудем эту историю.

– Ты всегда так легко относишься к сложным ситуациям? Что значит закинем? Я заварил эту кашу и мне ее и расхлебывать.

– Жизнь – это безумно интересная игра. Такое событие я не смогу пропустить, и это не обсуждается!

– Но это опасно…

Мона перебивает меня:

– Уилл, ты уже должен понять, что эта история теперь наша.

– Ладно.

– Вот и отлично!

– Я объелся, теперь можно и прилечь.

– У меня на тебя были другие планы! Тебе что, сорок лет?

– Бери меньше, что ты опять придумала?

– Пусть для тебя это останется интригой, а то из дома не вытащить совсем.

– Значит, поход в ресторан точно отменяется, мы сытые.

– Все равно не отгадаешь, поехали, прокатимся.

– Хорошо.

Я встал и пошел одеваться, пока Мона продолжала доедать курицу. Быстро надел единственный приличный костюм и, закурив сигаретку, спустился по лестнице.

– Божечки, Уилл, мы не на показ мод идем.

– Надо было хотя бы намекнуть.

– Ладно, уже поздно.

Мы вышли из дома и поехали в город. Дождь прекратился. Пятнадцать минут – и мы были на месте.

– Мы приехали в этот бар?

– Не совсем, но тут рядышком.

Мона взяла меня под руку, и мы неспешно прошлись вдоль бутиков и магазинов с витринами.

– Уилл, нам сюда.

– Ты хочешь что-то купить?

– Ага, – улыбаясь, ответила она.

Мы ходили по отделу мужской одежды, вдруг Мона схватила кожаную черную куртку, посмотрела на размер и сказала:

– Должно подойти.

– Чего ты делаешь?

– Подожди, не мешай.

В ее глазах просыпался азарт, она подошла к следующему отделу с джинсами и обувью. Выбрала пару вариантов зауженных джинсов.

– Та-а-к, Уилл, мои руки уже заняты. Смотри, вот обувь, примерь пару вариантов.

Она показала на пару ботинок.

– Я понял, мы приехали одеть меня, верно?

– Ну, слегка обновим твой гардероб.

– А что не так с моим?

– Что ты, все хорошо. Так нужно.

– Ладно, буду твоей куклой сегодня.

– Ха-ха-ха, Уилл, не смеши, потом все поймешь.

Мы зашли в большую примерочную, и я мерил разные джинсы с курткой и обувью.

– Слушай, а тебе идет!

– Да как в таких штанах вообще можно ходить? Колготки…

– Ха-ха-ха, ну все, берем.

Мона достала из моей старой одежды пачку сигарет, ключи, телефон и бумажник с правами.

– Пошли.

– А одежду мы что, тут оставим?

Она схватила меня за руку и вывела из кабинки.

– Сколько это стоит? Надо посмотреть цены.

– Ага, сейчас.

Мона незаметно отрывает бирки и бросает их в сторону.

– Что ты делаешь?

– Иди к выходу и потом в машину.

– Ты шутишь, да?

Она передала мне ключи от тачки. После чего демонстративно упала в обморок на манекен с одеждой. К ней подбежал продавец, следом за ним кассир. Покупатели тоже начали подходить ближе.

Я в панике забежал в примерочную и забрал свои старые вещи. После чего направился в сторону выхода. Возле кассы успел взять пакет и сунуть туда свою одежду. Потом со спокойным видом, словно я актер, покинул магазин. В последний момент обернулся и увидел, как Мону «приводят в чувства». Ей даже принесли воды. Она подмигнула мне и схватилась левой рукой за голову.

Быстро сел в машину и завел двигатель. Одежду кинул на заднее сиденье и стал ждать. Через минуту из магазина вышел мой злодей и виновник всего затеянного. С сияющей улыбкой Мона села в машину.

– Поехали.

– Да, да, еду, куда?

– Уилл, все хорошо, за нами никто не гонится. Через три перекрестка поверни направо, и там я скажу, где остановиться.

– Ладно!

Резко стартовал на старой ауди, оставляя на асфальте следы. Меня трясло, я до этого если воровал, то только по мелочи – ручку, например, которой подписывал договор и машинально убирал в карман.

– Мона, это и был твой план на сегодня?

– Обижаешь, это вполне спонтанное решение. Я думала сделать тебе небольшой подарок, но, увидев цены, решила переиграть.

– Так дорого?

– Что ты. Просто забавно было устроить этот спектакль.

– Что же ты меня не предупредила заранее?

– Уилл, просто признай, что было классно.

Сейчас я чувствовал новые эмоции. Меня переполняли непонятные ощущения, но мне это нравилось. Дрожь уходила, и по мозгу, словно маленькие иголочки, пробегали эндорфины.

Мона взяла меня рукой за шею и начала целовать. Так мы проехали метров двадцать.

– Уилл, направо.

Я повернул и остановился там, где она говорит.

– Приехали, выходи. Ты забрал свои старые тряпки ха-ха-ха, да ты хорош!

– Ну я не привык мусорить.

– Х-ха-ха.

Мона подошла к припаркованному байку и села на него.

– Чего застыл, садись сзади.

– На этого железного коня?

– Это мой скакун, я назвала его – Молния.

– У байка теперь и имя есть?

– Конечно, и душа. Мы иногда с ним разговариваем, в дальних поездках.

– Я надеюсь, что это образно.

– Он рычит, другого от него не услышишь.

Я сел сзади и обнял Мону.

– Ты знаешь, я никогда не ездил на подобных штуках. А где взять шлем?

– Ха-ха-ха, держись.

Я вцепился в кожаную куртку Моны еще сильнее. Она надавила на газ. Ветер вмиг сдул наши волосы назад. Даже слезинки от ветра уносились с лица прочь. Это было безумно круто, мы молча продолжали мчаться вдаль. Адреналин бурлил в венах, кровь закипала. Мы остановились у обочины, Мона слезла с байка:

– Садись, дальше поведешь ты!

– Чего? Да я, сидя сзади, чуть не обделал эти новые штаны. Теперь, понимаю, для чего они нужны.

Мона захохотала:

– Залезай, не бойся!

Она вкратце объяснила мне, как пользоваться сцеплением и переключать передачи. Ну, вроде я готов.

– Жми на газ, поехали!

Я тронулся, поначалу было очень страшно. Но с каждой переключенной передачей мне хотелось ехать еще быстрее. Я слышал, как визжит сзади Мона.

– Еще быстрее, жми!

Я разогнался до ста восмидесяти пяти миль в час и начинал уже притормаживать. Как вдруг мы пронеслись мимо полицейской машины.

– Черт, что делать? – кричу я Моне.

– Точно не останавливаться!

Мы мчались на всех парах, но двигатель не давал больше мощности. Скорость падала, хоть я и жал на газ.

– Все, приехали, – говорю я.

– Твою мать, бензин кончился! Досада.

– Копы уже подъезжают, что будем делать?

– Я договорюсь.

Я слез с байка и встал с чувством безысходности. Полицейская машина остановилась перед нами. Из авто вышли двое и направились к нам.

– Добрый вечер, офицеры.

– Дамочка, отойдите в сторону!

На меня были направлены два пистолета.

– Руки за голову и медленно встать на колени.

Я беспрекословно выполнил требования. Ко мне подошел сержант и зачитал права. Потом на меня надели наручники и увели в полицейскую машину.

Я с огорчением смотрел на Мону, но она подмигнула и показала большой палец.

Второй офицер беседовал с ней, наверно, узнал. Отец все-таки шеф полиции. После недолгого разговора полицейские сели в машину и отвезли меня в участок. Долго оформляли, брали у меня отпечатки пальцев и проверяли по базам. Я надеюсь, что Мона приедет и внесет за меня залог. Но пока я просто ждал. Сумма штрафа должна была составить чуть меньше тысячи долларов, но все равно это большие деньги. Или же арест до полугода, чего мне бы уж точно не хотелось.

Тогда у меня появилась мысль, а если Мона спланировала все это? Но зачем, неужели она одна хотела закончить историю с шантажом? Я начинал переживать больше за нее, чем за себя. Время шло, в общей камере, в которой я находился, практически все спали. Контингент тут из бездомных и алкоголиков. Возможно, для них было нормой посещать подобные места, но я оказался в непривычных для себя условиях. Может быть, это очередной жизненный урок?

«Четыре утра», – это я услышал от офицера, проходящего мимо с кружкой кофе в руках. Я чувствовал себя птичкой в клетке. Вспомнил про Альфа – наверно, он там голодает. Хотя он часто убегал из дома и не возвращался по несколько дней подряд. Может, нашел себе добреньких соседей в километре от нашего дома. Мне приходилось утешать себя, что собака и Мона в порядке и я – буду тоже. Мои глаза закрывались, как бы я ни боролся со сном.

Меня разбудил противный звук, с которым открылись двери. Этот писк резал уши и заставил мой мозг пробудиться. Я открыл глаза и увидел, что на меня смотрит шериф. Сердцебиение слегка участилось.

– Выходи, пошли за мной.

Я чувствовал себя провинившимся мальчишкой, который сейчас получит ремня от своего отца. Было весьма неловко и неудобно.

– Мона сказала, что ты должен посидеть тут до обеда. Но, как видишь, не только она в нашей семье непослушная.

– Где Мона, она в порядке? Сколько сейчас времени? Мне нужно оплатить штраф?

– Ну ты разогнался, столько вопросов. Дочь сегодня ночевала у меня дома, потом ускользнула утром кормить твоего пса. Время, сейчас посмотрю… ага, уже десять часов двадцать минут. Официально ты здесь не был.

– Спасибо вам, сэр, я могу идти?

– Я бы хотел с тобой пообщаться, у тебя есть какие-то важные дела?

– Вообще да, мне нужна Мона. Вернее, увидеть ее сейчас.

– Давай поступим так – сегодня буду ждать вас двоих у себя дома. Закажем еды, поговорим. Ты согласен?

– Да, меня это устраивает.

– Тогда до вечера. Провожать не буду!

– Спасибо еще раз, да, до вечера.

Тони пожал мне руку и добавил:

– Кстати, не лихачь! Мне достаточно одной гонщицы в семье.

– Постараюсь!

Ох уж эта Мона. Устроила меня ночевать в «пятизвездочном отеле», и где теперь ее искать? На выходе из участка меня окликнул полненький полицейский, сидевший за маленьким окном на стуле.

– Подойди сюда.

Сделав пару шагов к окну выдачи, я заметил свои вещи. Совсем о них забыл! Сейчас я явно думал о другом.

– Расписываться нигде не нужно. Хорошего вам дня.

– Ага, спасибо.

Я забрал телефон, документы, помятую пачку сигарет и бумажник. Теперь пора было найти Мону. Пытался дозвониться, гудки шли, но она так и не ответила. Оставил ей несколько сообщений на автоответчике с просьбой перезвонить мне. Сейчас самое время ехать туда, где должна была состояться наша встреча с шантажистом. На улице я не сразу поймал такси, но уже через пятнадцать минут ехал к назначенному месту. Пару минут поездки, и я вышел из машины. Прошел, оглядываясь по сторонам. У мусорного контейнера я увидел лужу крови, кровавые следы виднелись на ближайшем заборе.

– Какого черта здесь было?

Я выбежал обратно на проезжую часть и замахал рукой таксисту, благо он еще не успел уехать. Снова сел в машину и теперь ехал домой. В голове крутились самые ужасные мысли, я закурил сигарету. Водитель притормозил и попросил меня потушить, я совсем не понимал, где нахожусь и что делаю. Пришлось извиниться и после приезда оставить чаевые. Мой мозг снова пребывал в состоянии стресса. Уже второй раз я выходил из одной и той же машины.

Дома горел свет, может быть, вчера мы его не выключили. Моя машина была здесь, значит, есть шанс, что и Мона тут. Когда я открыл дверь, раздался выстрел. В ушах зазвенело, и тонкий писк еще долго звучал в голове. Мона сидела в кресле с охотничьим ружьем.

– Ты что, совсем спятила?

– Уилл, прости, я задремала.

– Что ты наделала, ты цела?

Она подбежала ко мне и крепко обняла.

– Ты пристрелила шантажиста?

– Я сейчас все расскажу. Фу, Уилл, от тебя несет помоями!

Мона отодвинулась и прикрыла нос рукой.

– Это твоя идея была провести мне экскурсию в камере! А главное, зачем?

– Я правда хотела помочь! Закончить все и жить дальше.

– Что ты сделала?

– Я не говорила, что мой отец любит охоту?

– Не припомню такого.

– В общем мне пришла в голову одна хорошая идея, но вышло не очень. Я ночевала у отца и забрала у него дома ружье и капкан.

– А дальше что?

– Потом я села в твою машину и поехала кормить Альфа. Взяла сумку и положила в нее капкан, а сверху разбросала пачку денег.

– У меня нет слов! Что сложного в том, чтобы просто отдать ему деньги?

– Ты думаешь, что этим бы все закончилось?

– Я не знаю. Что было дальше?

– Мне пришлось оставить машину и сидеть в ожидании. Через двадцать минут подъехал велокурьер, молодой парнишка. Он залез рукой в контейнер и достал сумку, я не ожидала, что он откроет ее и будет там копаться. Конечно, капкан сработал, после чего он залил все кровью и смылся через забор.

– А дальше что?

– Я уехала и все.

– И все?

– Ну не совсем.

– Приехала к твоему дому, а тут – новая записка. Можешь почитать.

Мона принесла мне очередное письмо, в котором было написано следующее: «Шутки кончились, завтра ты принесешь мне сорок тысяч. А твой пес пока побудет со мной».

– Вот же сукин сын! И что теперь? Мы должны отдать в два раза больше, так он еще и Альфа забрал. Это просто прекрасно!

Я схватил стул и бросил его в окно, потом начал бить по столу кулаками.

– Дерьма кусок! Жадный ублюдок. Я убью его!

Мона попыталась меня успокоить.

– Уилл, все будет хорошо. Я отдам эти деньги и все закон…

За разбитым окном раздался взрыв. Я еле успел обнять Мону и прикрыть ее своим телом. Мы упали на пол и лежали так без движения.

– Что это было?

Я поднял с пола ружье и выбежал на улицу. Моя машина горела ярким пламенем, и клубы дыма валили из нее. Мона подошла ближе, взяла меня за руку, и мы молча стояли и смотрели, как догорает ауди. Вдалеке были слышны сигналы пожарной машины. Возможно, с пожарными ехала и скорая помощь. Кто их вызвал? Наверное, соседи, перепуганные взрывом и дымом, позвонили в 911.

– Знаешь, что забавно? В тачке лежали мои старые вещи.

– Уилл, ты в порядке?

– Да, просто… Пойдем погуляем.

– Ты серьезно?

– Я хочу пройтись, идем?

– Ладно, давай. – Мона ответила таким голосом, словно разговаривала с психом.

После я занес ружье в дом и закрыл дверь. Уходя все дальше, мы даже не обернулись назад, словно уже насмотрелись на это и приняли как факт. Мы прогуливались по лесу, практически не разговаривали. Видимо, она понимала, что сейчас мне нужна передышка.

– Я хочу показать тебе одно место. На машине было бы быстрее, но сегодня так.

– Хорошо, Уилл, нам далеко идти?

– Нет, не очень.

Мона сняла ботинки, связала шнурки между собой и забросила обувь через плечо, дальше она пошла босиком.

– Вау, какое крутое дерево!

Мы вышли на заброшенное поле, когда-то давно тут выращивали кукурузу. Я шел за Моной, ее притягивало огромное дерево, росшее посреди этого пустыря. Через какие-то секунды она сидела на самодельных качелях, прикрепленных к толстому суку.

– Уилл, это место, где посещает тебя муза?

– Ага, когда я перебрался сюда жить, первое время много ходил и ездил по округе. Хотел найти свое место и – вот оно.

– Значит, часто сюда ходил и это стало твоим местом силы?

– На веревке, за которую ты держишься руками, я пытался повеситься!

– Уилл, какой ужас… Ты пытался убить себя?

– До встречи с тобой дважды.

– А второй раз? Что это было, вернее, как ты хотел это сделать?

– Это и был второй раз, а первый – сразу после развода, я напился и наглотался таблеток, но, как ты понимаешь, меня откачали.

– Расскажи про свой брак, у тебя есть дети?

– Не знаю даже, с чего начать. Жену звали Анна, познакомились мы на кинофестивале. В показе был фильм по мотивам моей книги. Она как раз играла там эпизодическую роль. Мне кажется, что она клюнула тогда на мой успех и просто хотела подняться по карьерной лестнице. Мы встречались первое время, потом наступила волна моей популярности. Я был ослеплен славой и успехом. Видимо, в этих розовых очках мы и поженились. Но с каждым прожитым годом мы отдалялись друг от друга. Анна часто уезжала в командировки, а вскоре с ней заключило контракт крупное модельное агентство. Конечно, новый статус обязывал часто не бывать дома. И так совпало, что у нее появился хороший вариант в карьере, а мои книги и истории становились с каждым разом все менее успешными. Жена начала тайно встречаться со своим боссом, а я тем временем окончательно погрузился на дно бутылки из-за нахлынувших неудач в писательстве. Каким-то чудом мы продержались в таком режиме больше года, но я чувствовал, что Анна охладела ко мне, реже появлялась дома, а беседы сменились бесконечными упреками. В один из дней Анна решилась уйти. Я убедил ее остаться. То есть – остаться в доме. Прихватил навязанного мне пса (Анна умоляла его не бросать, ведь при ее образе жизни собака постоянно будет сидеть взаперти одна) и уехал. А через пару недель, разбирая почту, я увидел заголовки газет и фото Анны с ее новым возлюбленным на первой полосе.

– И после этого ты оставил свой дом ей? Не слишком ли шикарно?

– Я решил, что начинать лучше с чистого листа. У меня были деньги, машина и все необходимое для жизни.

– Лучше б ты ей пулю в голову всадил!

– Такие мысли меня посещали. Я даже один раз так напился, что решил приехать и спалить свой дом.

– И что тебя остановило?

– Я мочился на крыльце своего бывшего дома, когда вышел ее парень. Он увидел у меня в руке канистру с бензином, после чего дал мне по морде, и я вырубился. Кажется, канистру он оставил себе. А я так и провалялся там до самого утра. Но могло быть и хуже.

– Да куда уж тут хуже!

– Меня могли посадить или я мог кого-то убить. А мог и правда спалить дом.

– Да уж, ты тот еще поджигатель.

Я закурил, слегка раскачивая Мону, сидящую на качелях.

– Это так грустно, Уилл. Как ты вообще решился на самоубийство?

– Несколько лет я отчаянно писал книгу, каждый день редактируя ее, и мне казалось, что это будет главная книга моей жизни. Но чем больше сил и времени я отдавал работе, тем хуже становилась моя жизнь: начиналось невинно – с кофе и сигарет, потом добавились алкоголь и разные наркотики. Я перепробовал все, чтобы добиться успеха и расширить немного свое сознание. Но я не осознавал, что при этом потерял не только свою жену, но и себя. Мне очень хотелось задеть сердце своего читателя и стать частью его самого.

– Это так трогательно. Хорошо, что ты делишься со мной настолько личным.

– Знаешь, чего я сейчас боюсь?

– Чего же?

– Не смерти и теперь даже не тюрьмы. Больше всего я боюсь потерять тебя.

– Ты мне безумно нравишься, и у меня тоже к тебе очень теплые чувства! Но я не могу сказать, вернее, боюсь говорить о них. Не хочу, чтобы вселенная забирала всех, кто мне дорог!

Я обнял Мону, по ее прекрасному лицу бежали слезы. Я вытер их и сказал:

– Ты мое спасение, и, видимо, я влюбился в тебя с первого взгляда.

– Уилл, ты же совсем меня не знаешь.

– Это неважно. Думаешь, мне хватит одной жизни, чтобы узнать тебя?

– Придется и мне поделиться своим секретом.

– Только если ты сама этого хочешь.

Мона кивнула.

– У меня был роман с другом детства. Я сама не знаю, в какой момент жизни мы начали встречаться. В мой двадцать первый день рождения мы точно были уже больше, чем просто друзья. Его звали Томас Купер, и это был мой единственный парень до тебя. Мы жили с ним вместе, и все было прекрасно. Как-то друзья спонтанно позвали нас отметить вместе Рождество. Не долго размышляя, мы с Томом согласились. Собрались всей компанией, и я достаточно много выпила. Позже заметила, как Лиза флиртует с моим парнем, и они часто выходят покурить на улицу. Конечно, мне это не нравилось, и что-то перемкнуло у меня в голове. Я встала и врезала подруге от души! Мой парень удостоился получить пощечину. После такой эмоциональной выходки я выбежала на улицу, вскочила на байк и уехала подальше. Из-за слез и алкоголя было трудно ехать, думать и принимать правильные решения. Я остановилась на светофоре, когда зажегся красный, у меня появилась возможность осознать происходящее и чуть остыть. Мне показалось, что я поступаю глупо, и тут же решила вернуться обратно… Я мчалась на приличной скорости и заметила машину Тома. На перекрестке случилась серьезная авария, толпа людей снимала произошедшее на телефоны. Я остановилась, отбросила в сторону шлем и побежала к машине. Это было состояние шока, казалось, я бежала целую вечность. Шум машин, крики, это все уходило куда-то далеко, далеко.

Как мне сказали позднее, он мчался на скорости сто двадцать километров в час, а пьяные парни перебегали дорогу. Том пожертвовал собой и въехал в припаркованный фургон. Я дергала ручку заклинившей двери, а Том смотрел на меня через разбитое стекло. Он спросил, выйду ли я за него замуж, и протянул коробочку с кольцом. Он был весь в крови, живого места не было. А я так и не успела ему ничего ответить.

Только спустя несколько часов на место прибыла полиция и скорая. Но в реанимацию его не повезли и назвали лишь время смерти. Друзья дозвонились мне, когда я уже немного пришла в себя. Все поздравляли и думали, что Том уже сделал мне предложение. Оказывается, что все готовились к этому дню, а одна лишь я не знала, что происходит.

Через пару недель друзья уговорили меня обратиться за помощью в психиатрическую больницу, и я согласилась от безвыходности. Сначала, там казалось нормально, но когда мне поставили диагноз ПТСР – это посттравматическое стрессовое расстройство, со мной стали обращаться соответственно. Перевели в другую часть больницы и пичкали таблетками. Контингент тоже стал другим: теперь вместо людей, с которыми можно было спокойно общаться, меня окружали те, кто ходит под себя или пытается перегрызть себе вены на руках. Еда тоже изменилась – от картошки с мясом до холодной каши. Конечно, проведя там месяц, я хотела выбраться из этого ада. Я была настроена, что месяц прошел и меня, как и обещали, выпустят. Но после новостей, что мое состояние нестабильно, я устроила небольшой погром в кабинете психотерапевта, что и стало роковой ошибкой. Через неделю отличилась еще раз, избив бедолагу, который думал, что он пират. Невозможно было спать ночью из-за его криков про ром и прочий бред. Меня изолировали в одиночную палату, и там было все гораздо проще – насильно ешь, лежишь, привязанный к кровати, моешься раз в неделю. В таких условиях понимаешь, что выбраться отсюда может только здоровый человек, и мне пришлось делать все то, что от меня требовали следующие три месяца. Пройдя все тесты и задания, я была признана здоровой – поменяли мне статус и все. Эту историю не знает даже мой отец. Надеюсь, ты умеешь хранить тайны.

– Конечно, твою тайну я заберу с собой в могилу.

– Давай запечатлим этот момент.

Мона достала из кармана телефон.

– Черт, разряжен.

Я взял свой мобильный и настроил камеру.

– Раз, два, три… Сырррр.

– Уилл, ты настолько стар, что считаешь необходимым это говорить? – Мона залилась смехом.

– Думал, выйдет забавно.

– Так и вышло, скинешь мне фото на фейсбук?

– Да, без проблем. Мне нравится, как мы тут вышли, хочу выложить фото себе, если ты не будешь против.

– Без проблем.

После наших откровенных разговоров мы направились обратно к дому. Я слегка подвернул ногу, и пришлось добираться, опираясь на подобранную в лесу палку. Мона наслаждалась каждым моментом, она крутилась и дурачилась вокруг меня.

– Ты всегда на ровном месте спотыкаешься?

– Только рядом с красивыми девушками.

– Ха-ха-ха, Уилл, ты умеешь делать комплименты.

– Я просто говорю правду!

– Ладно, какой будет наш дальнейший план действий?

– Сегодня у нас в планах вечер у твоего папы, а также нужно достать необходимую сумму денег на завтрашний день.

– Отца доверяю тебе, а деньгами займусь я.

– Хорошо, ты предлагаешь мне ждать тебя у Тони дома?

– Почему бы и нет. Познакомитесь поближе, обсудите мужские штучки, о чем вы там обычно треплетесь между собой? Футбол, красотки из журналов, боевики?

– Именно так ты представляешь разговор двух взрослых мужчин?

– Ну ты понял, что я имела в виду.

– Ладно. Нужно будет купить хорошего вина и заказать что-то на ужин. Что любит твой отец?

– Не пытайся только ему понравится, Тони все-таки коп и заметит твои попытки.

– И что же мне прикажешь делать?

– Будь собой и все. Тони любит пиццу, пироги и все, где есть тесто с начинкой. А вино он перестал пить, когда не стало мамы. Поэтому можешь импровизировать.

– Понял, придумаю что-нибудь.

– Не переживай ты так, не на выпускной меня собираешься везти.

– Отлично, значит, не нужно играть роль порядочного мужчины.

– Уилл, очень смешно. – Мона захохотала.

– Я вот давно хотел тебя спросить, кем ты работаешь?

– Хм… Слышал когда-нибудь про творцов программ и приложений?

– Отвечаешь вопросом на вопрос? Это что-то связанное с компьютерными технологиями?

– Угу, видимо дальше лучше не объяснять?

– Значит, в твоей сфере платят большие деньги? Ты прости, что затрагиваю тему денег, просто я всю жизнь посвятил себя писательству, но это не приносит хорошего дохода.

– Деньги это всего лишь бумажки, и да, сумму, что я имею на своих счетах, скорее всего не смогу никогда потратить.

– Да уж, угораздило меня познакомиться с миллионершей.

– Может, хочешь сменить профессию?

– Нет уж, мой выбор давно сделан.

– А зачем тебе большие суммы? Представим, что ты стал богатым и успешным.

– Дело даже не в этом. Я хочу оставить после себя что-то стоящее и ценное. Конечно, хочу, чтобы по заслугам оценили мое творчество. В любой профессии должно быть так, иначе зачем все это было нужно.

– Разве не для себя в первую очередь?

– Да, но все же.

– А как насчет того, чтобы оставить после себя продолжение своего рода? У тебя нет детей, почему?

– Моя бывшая жена работала моделью, и ей был важен больше карьерный рост.

– И тебя это устраивало?

– Ну, у нас был Альф. Я не уверен, что смогу воспитать ребенка. Никогда не представлял, что в доме будет жить малыш.

– А сейчас? Твое мнение не поменялось?

– Ты сама хочешь завести ребенка?

– Возможно, мне бы хотелось. Но, кажется, я никогда не буду к этому готова.

– Не хочется загадывать наперед, но чем старше становишься, тем больше осознаешь, что, может, уже и пора.

Мы не спеша подходили к дому. Пожарная бригада уже уехала, на траве остались следы от машин.

У входа на ступеньках сидел шериф и докуривал сигарету.

– Где вас носит? Что тут произошло?

– Был пожар, наверное, замкнуло провода в старой машине.

– А что с окнами в доме? Советую проверить, на месте ли ценные вещи, похоже на взлом.

– Не волнуйтесь, шериф, это пустяки. Я сломал, я и починю.

– Точно? А то у меня есть хороший мастер, если его попрошу, сделает все с хорошей скидкой.

– Не стоит, правда, тут дел на пару часов.

– Если нужна помощь, обращайся. Ах да, Уилл, нужно чтобы ты расписался здесь и через пару дней заскочил еще раз в участок. Точную причину возгорания пока не нашли, может, и правда твоя старушка отжила свое. Но следов поджога мы не нашли.

– Без проблем.

– Ну, я вас буду ждать у себя дома, через пару часов закончу работать. Кстати, как же вы теперь доберетесь?

– Пап, я сейчас поеду с тобой, хочу пройтись по магазинам.

– А ты, Уилл?

– Я приберусь тут немного и позже приеду на такси.

– Отлично. Тогда я куплю нам пива и пиццу, ты ведь не против?

– Да, конечно, только не вегетарианскую. Но, вообще, я сам хотел вас угостить.

– Хотел, значит угощай.

– Заметано.

Мона поцеловала меня на прощание и попросила не опаздывать. Тони по-отцовски похлопал по плечу и подмигнул, залезая в полицейскую машину. Они умчались в город. У меня оставалось время и было желание поработать над книгой. Я зашел в дом, достал ноутбук, заварил себе кофе и продолжил писать. Я снова переживаю все события, мне ничего не нужно придумывать, все осталось в памяти до мелочей.

Я сохранил написанное и пошел в душ, обдумывая по дороге, во что одеться. Как жаль, что мы не обговорили с Моной этот момент! Я достал из шкафа белую рубашку и черные брюки. Спустя пятнадцать минут я помылся, почистил зубы, причесался, оделся и был готов выходить. Я вызвал такси и отправился в город. Меня высадили недалеко от дома Тони, где была пара хороших забегаловок. Я зашел в пиццерию и купил две огромные пиццы – «четыре сыра» и классическую «пепперони». По пути захватил шесть бутылок пива и направлялся к шерифу.

Я стоял на пороге дома Тони и стучал ногой в дверь, ведь руки были заняты. Меня гостеприимно встретил папа Моны.

– Ну, что, сразу по одной?

– Почему бы и нет.

Мы сели в прихожей в кресла, чокнулись бутылками пива и разговорились.

– Расскажи мне о себе, Уилл. Что тебя занесло в наши края? Ты же писатель из большого города, напомни какого?

– Из Филадельфии, штат Пенсильвания. Но я уехал и теперь могу полностью посвящать себя писательству.

– Слыхал о таком, но так и не получилось побывать. Сколько ты уже в наших краях? Раньше тебя редко можно было увидеть в городе, а в последнее время ты здесь частый гость. Ты не подумай, я не хочу превращать такой вечер в допрос, но, как отец Моны, я обязан узнать тебя получше. Мона это все, что осталось у меня. Думаю, ты прекрасно меня понимаешь. Она и так не появлялась дома больше года и совсем пропала из моей жизни. Так давно ты переехал?

– Относительно недавно, но такое чувство, как будто я живу тут всю жизнь. А насчет Моны я вас понимаю как никто, она за короткое время вытащила меня из такого болота…

– Это у нее от меня. Воспитание дочери, ее умственное и физическое развитие легло на мои плечи. Признаюсь тебе, я всю жизнь хотел иметь сына, но дочь изменила мое мнение на корню.

– Тони, вы прекрасный отец, и ваша дочь просто подарок.

– Знаю, знаю. Ты скажи мне, у вас все серьезно? Я не хочу, чтобы ей причинили боль.

– Мы только узнаем друг друга, но надеюсь, будем вместе всегда.

– Рад слышать, вот за это можно выпить.

– А как вы стали копом, полицейским, вернее?

– Мой отец так воспитал меня – если люди нуждаются в помощи или в защите, нужно приложить все свои силы для того, чтобы помочь или защитить. Все люди, так или иначе, рождаются хорошими, а вот кем они станут в будущем, покажет лишь время. Я защищаю разных людей, возможно, сегодня я спас человека, а завтра он пойдет и изобьет по пьяни свою жену. Но, надевая форму каждое утро, я придерживаюсь четкой цели и понимания, что в этой работе и есть смысл моей жизни.

– Мне нравится ваш ответ. Это сильно.

– А какие книги ты пишешь? Вернее, в каком литературном жанре? Я вот люблю детективы.

– Ну, это неудивительно. Так можно лучше понимать преступников и опережать их на шаг вперед. Начинал я писать романы, а сейчас пишу что-то новое, не уверен, что с ходу определю жанр.

– Это превосходно, буду рад ознакомиться.

– Я пока не уверен, что эта книга выйдет в свет. Все зависит от главных героев.

– Они что, сами по себе существуют?

– Что-то в этом духе.

– Интригующе. Расскажи, как вы познакомились с Моной, если это не очень личное.

– Без проблем! Это очень интересная история!

Я подумал, что, если сейчас что-то выдумаю, и это раскроется, сложится странная ситуация. Но и рассказывать, как я убил его племянника, а родная дочь закопала тело – тоже не лучшая идея.

Попытался потянуть немного время.

– Тони, но сперва мне бы воспользоваться уборной.

– Иди прямо и направо или можешь подняться на второй этаж, после второй комнаты направо.

Я поднялся на второй этаж, прошел мимо спальни Моны. Дверь была приоткрыта, и мне стало интересно посмотреть, как она тут жила. У нее в комнате было очень много книг и комиксов, видимо, Мона очень любила читать раньше. Среди книг разных авторов нашел на полке свой старый роман, написанный под псевдонимом. Интересно, знает ли Мона, что читала мое произведение? Кто-то поднялся по лестнице и вошел в комнату.

– Уилл, ты решил узнать меня получше, раз заглянул в мою комнату?

– Я тянул время, твой отец задает немного неудобные вопросы. И мне стало интересно взглянуть, как ты тут жила раньше.

– На какой вопрос ты не смог придумать ответ? Ты же писатель, фантазия не работает?

– Все у меня работает, но нужно было рассказать, как мы познакомились.

– Ладно, и ты решил спрятаться в моей комнате?

– Вообще-то я шел в туалет.

– Я сделала свое дело, деньги у меня, а туалет за поворотом. Все, буду ждать внизу.

– Хорошо, спасибо.

Мона спустилась в гостиную, а меня одолело желание, и я открыл свой старенький роман. В конце книги были вырваны страницы и на обложке ручкой дописана искаженная версия концовки. Роман заканчивался смертью Нолана, это был главный герой. Он отравился на свадьбе шампанским, а невеста получила все его сбережения, как и хотела. Многим критикам понравилась книга, и такой конец очень долгое время обсуждали. Как Лиза ухитрилась влюбить в себя парня так сильно, что все поверили в это. Но, видимо, Мона изменила историю. Тут закончилось все свадьбой, детьми и переездом в другую страну. Как банально!

Я спустился к Тони и его дочке. В голове крутилась полученная информация. Зачем Мона поменяла концовку романа? Ответа не было, и я решил, что это было не так уж важно. Сколько раз я сам выбрасывал свои работы или переделывал их. Это нормально.

– Мы тебя заждались.

– Ого! Вы съели уже почти всю пиццу? Я очень голодная, но тут осталась еще пара кусков пепперони, нужно только подогреть.

Тони разогрел в микроволновой печи остатки еды и принес на маленький столик.

– Мона, может, хоть ты расскажешь, как вы познакомились с Уиллом?

– Да, конечно. Вечером я проезжала на байке в переулке рядом с баром, и там на меня напали двое пьяных парней. Но тут появился Уилл и спас меня, конец истории.

– Вау, а чего ты мне ничего не сказала? Я бы быстро нашел их и посадил за решетку! Когда это было?

– Да все хорошо, просто парни перепили и хотели познакомиться.

– Знаю, что у таких на уме. Вот ты добрая, вся в мать пошла. А ты, Уилл, чего такой скромняга? Спас мою дочурку и молчишь? Надо было идти в ресторан, а то мы тут сидим как старики.

– Пап, все хорошо, уже проехали.

– Тони, у вас дома очень уютно, и так душевно мы бы нигде не посидели и не пообщались.

– И то верно. Тогда в следующий раз идем обязательно в одно роскошное местечко, там готовят ну пальчики оближешь. А какие там десерты делают! Я за все заплачу, и не обсуждается!

– Ну, пап, ты даешь, когда это ты начал ходить по ресторанам?

– Вот было дело, позвала меня на свидание одна особа. Официантка София, ну ты должна ее помнить, она работала всю жизнь в кафе у Молли.

– Ничего себе, ты и на свидание. Поверить не могу!

– Да ничего из этого не вышло, мы пару раз встретились и все.

– Не ожидала, но ты молодец, что попробовал.

– Она оставила мне свой номер, но я так и не позвонил ей больше.

– Почему?

– Да не знаю я, что за допрос ты устроила мне?

– Вся в тебя пошла.

– Ха-ха, да уж.

– Я думаю, нам уже пора, надо еще поймать такси.

– Хорошо, дочь, а ты сколько пробудешь еще в городе?

– Не знаю, неделю точно. Я же могу работать удаленно, поэтому пока точно не могу сказать.

– Нужно увидеться перед отъездом или когда у вас будет время.

– Хорошо, пап, обязательно.

– Тони, был рад получше вас узнать.

– Я тоже, хорошо, что у Моны появился такой мужчина.

– Ну, пап, не смущай его.

Мы попрощались с шерифом и вышли из дома. На улице стемнело, и лишь фонари освещали нам дорогу. Мона подошла к машине и села на капот.

– Уилл, дай мне сигарету.

– Держи, зачем ты уселась на чужую тачку? Хочешь помять ее?

– Да это же старая развалюха, успокойся.

– Это вообще-то ауди, я всю жизнь придерживался одной марки машины.

– Тогда держи.

Мона бросила мне ключи от машины.

– Что это?

– Твоя тачка.

– Ты купила мне, блин, машину?!

– Я думаю, что должна была.

– Да зачем?

– Захотела! Но имей в виду, обратно я ее не приму, поэтому и купила тебе не самую новую.

– Это что? Она еще и на автоматической коробке передач?

– Как видишь.

– Это же мечта!

Я сел рядом с Моной на капот и закурил на пару с ней.

– Офигеть можно, спасибо!

– Всего лишь кусок железа. Не хочешь прокатиться?

– Мы оба выпили.

– А когда тебя это останавливало?

– Никогда.

– Тогда помчались!

Мы сели в машину и устроили ей настоящий тест драйв.

– Это просто улет!

– Согласна, кобылка еще резвая.

За рулем нового автомобиля я чувствовал себя по-настоящему свободным и счастливым, на какое-то время я даже забыл, что завтра важный день. На этот раз мы вместе отправимся на место встречи с шантажистом. Ясно, что нас там никто ждать не будет, приедет очередной курьер, заберет деньги и уедет. Никаких гарантий нет, но и выхода другого тоже. Больше всего в этой истории жалко пса, как можно было вообще забрать Альфа? Я надеялся, что он живой и все с ним хорошо. Теперь оставалось только хорошенько выспаться и начать следующий день.

Мона приняла душ и быстро отключилась, а я так и не успел отблагодарить ее за машину. Это был, наверно, самый дорогой подарок в моей жизни. Я поставил будильник, разделся, почистил зубы и лег спать.

Проснулся от звука будильника, повернул голову – Моны не было рядом. Я оделся и спустился вниз. Пахло едой.

– Доброе утро!

– Доброе, я подумал, что ты ушла.

– Не дождешься, садись завтракать. Тебе какой сок налить, яблочный или апельсиновый?

– Любой. Ты давно встала?

– Да, наверно, час назад, уже успела помыться и почитать твою книгу.

– Она же еще совсем сырая, не можешь дождаться, пока я закончу работу?

– Интересно, как ты все описываешь, возникает прекрасное чувство, когда можешь заново пережить какие-то моменты.

– Понимаю, мне и самому хочется узнать, чем все закончится.

– Потом будет вторая часть?

– Хм, я об этом еще не думал, все возможно.

– Утро должно начинаться с завтрака.

– Чем угощаешь?

– Яичница по-французски.

– Даже такое бывает?

– Держи.

Мона поставила тарелку с приготовленным блюдом на стол.

– Выглядит идеально, ммм, а на вкус еще лучше.

Я раньше не видел такой подачи, просто и аккуратно. Тост, а внутри пара жареных яиц с зеленью и отдельно – две сочные сосиски.

– Это моя любимая еда с детства, сытно и красиво. Мама часто мне готовила разные блюда, рецепты которых она привозила из разных стран.

– Мне теперь тоже нравится, ты готовишь, что я и пальчики оближу, и тарелку.

– Это мамина заслуга, она меня научила.

– А кем она работала??

– Она была менеджером в фирме своего отца.

Мы позавтракали и вышли на улицу. Я закурил и присел на ступеньках у входа. Пора было собираться на встречу с шантажистом или его посланником.

– Немного волнительно, а тебе?

– Уилл, считай, что мы просто ездим по магазинам.

– Да уж, покупаем невидимое нечто!

– Относись к этому проще.

– Меня преследуют мысли, что кто-то знает нашу тайну!

– Поэтому мы платим за молчание.

– Ладно, поехали, сделаем это.

– Другое дело!

Мы сели в машину и поехали на сделку. Я до конца не верил, что от нас так легко отстанут. Но других вариантов не было. Также не было и понимания, кто за всем этим скрывается. Сегодня за рулем сидел я, видимо, Мона решила дать мне лишний раз получить удовольствие от езды в новой машине. Быстро доехали до пункта назначения, и Мона, не выходя из машины, закинула черный пакет с деньгами в контейнер.

– Ну вот и все, куда теперь поедем?

– Я бы хотела искупаться, поехали на пляж.

– Неожиданно, тогда сначала вернемся домой, возьмем одежду и рванем отдыхать. Погодка чудесная, сто лет уже не плавал.

– Зачем тратить время? Заедем и купим все в магазине.

– Тогда нужно еще крем от загара взять. Куда мне ехать? Только на этот раз я за все заплачу, без краж и других спонтанных решений!

– Ладно, ладно, не волнуйся ты так.

Мона показала дорогу до магазина, и ближайшие два часа мы ходили за покупками. Не думал, что так долго можно выбирать себе купальник! Я взял первые попавшиеся плавки, крем тоже труда не составило найти. Мона же набрала себе эротического белья, пару платьев, какой-то косметики, духи и только в самом конце выбрала несколько купальников.

Я уже нагулял аппетит и предложил слегка перекусить. Мы поехали искать хорошее местечко, Мона увидела новый ресторан, и наш выбор остановился на нем. Здание выглядело как огромный аквариум, полностью стеклянное, только вход выделялся, чтобы люди не бились головой в поисках двери. Одна стена на самом деле была аквариумом, наполненным разными видами рыб, моллюсков и членистоногих. На вывеске красовалась надпись «Рыбный рай», что вызвало улыбку. Эти создания если и были в раю, то только до или после того, как попадали на разделочный стол.

Мы зашли внутрь, долго рассматривали разных экзотических рыб в аквариуме, потом сели за стол и изучали меню. Огромный выбор свежих рыбных блюд: муле-фри, буйабес, мокека, паэлья де Марискос, брюдет, лингвини алло скоглио и многое другое. Я выбрал себе краба по-сингапурски, а Мона заказала дорадо с синилийской капонатой. Отдельно взяли по ледяному мохито без алкоголя. Готовили тут мгновенно, официант принес наш заказ, и мы начали обедать.

– Уилл, ты обязан это попробовать.

Мона убрала в сторону приборы и продолжила есть руками. Она запихнула мне в рот кусок рыбы. Это было сочнейшее мясо, сладкий и мягкий кусочек таял на языке. Я не смог его долго жевать и жадно проглотил.

– Какой же изысканный вкус, дай мне еще кусочек!

– Открывай рот, обжора.

Моя девушка положила мне в рот следующую порцию, но уже побольше.

– Это просто вау! У меня нет слов.

– Надо чаще выводить тебя в люди, рестораны – это мое все!

– Согласен, таких блюд дома не увидишь.

– Ха-ха-ха, давай придем сюда снова, может быть, вечерком?

– Звучит заманчиво.

– Попробуешь моего краба?

Мона откусывает кусочек и смотрит мне в глаза.

– Давай поменяемся тарелками?

– Ха-ха, хорошо, держи.

Она накидывается на блюдо, словно дикарь, пачкая себе руки и лицо соком, вытекающим из клешней. Я беззлобно подшучиваю над ней.

– Мона, ты слышала про нормы этикета?

– Ага, слышала о таком. Будем считать, что так я говорю поварам и всему персоналу: как же чертовски вкусно здесь готовят!

– Больше похоже, что ты опасаешься, не отберут ли у тебя сейчас еду!

– Ешь, пока горячо. Можешь растягивать удовольствие, а я наслаждаюсь!

Мы ели и смеялись, спорили, кто из нас чаще попадал в неловкие ситуации. У Моны, кажется, был миллион таких историй, а в моей жизни – наоборот. Я больше привык выдумывать такие события для своих работ. Но была парочка историй в моей жизни, за которые мне приходилось краснеть.

– Около пяти лет назад, когда я еще был женат, у Анны был день рождения, и мы сняли загородный дом у моря. Там собралось достаточно друзей, знакомых и коллег с ее работы. Я изрядно напился, пока меня пытали вопросами о новой книге. Мне нужен был отдых, и я решил, что пора искупаться, многие решили составить компанию.

Я залез на пирс, разбежался и прыгнул в воду. Спустя пару минут я горел желанием повторить свой прыжок. Выходя из моря, я понял, что плавки, видимо, слетели с меня. Зашел обратно на глубину и попытался их найти. Пришлось заплыть поглубже и выжидать, пока толпа людей не разойдется. Анна была далеко, с близкими друзьями, и я не мог ее позвать. Я пробыл в воде уже около получаса, гости звали меня выйти и вернуться в компанию, но я решил ждать до победного. Мои губы синели, а кожа уже разбухала и была похожа на старческую. В какой-то момент Джон решил разыграть меня, видимо, по-дружески. Он закричал – акула! Все ринулись скорее из моря. Конечно, когда я бежал за всеми на берег, то понял, что это была просто шутка. Но мне пришлось убегать с голой задницей под смех отдыхающих. Разумеется, такое зрелище не осталось без внимания! И фото с моей голой задницей было в галерее у каждого второго свидетеля этого позора.

Мона смеялась до истерики.

– У меня живот сейчас лопнет от смеха.

– Вот такая была у меня неловкая ситуация.

– Покажи фотографию.

– Не сейчас, потом.

– Я запомнила! И часто ты так купался?

– Лишь раз.

– Это очень забавно, повторишь?

– Нет уж, с меня хватит.

Мы душевно посидели и пошли гулять вдоль пляжа. Увидели вдалеке хорошенькое тихое место и направились прямиком туда. Мона переоделась сразу после покупки купальника, а мне пришлось делать это посреди пляжа.

– Улыбнись!

Раздался звук телефона – это Мона сфотографировала меня.

– Ну что за папарацци?

– Эта фотография была вынужденной мерой. Ты же не показал фото своего голого зада.

– Давай, покажи мне, что получилось.

–Ага, конечно, чтобы ты посмотрел, удачно ли получился, или чтобы удалить?

– В идеале и то и другое.

– Ладно тебе, это же память! Буду потом смотреть в хмурые дни и вспоминать наши счастливые моменты.

– Хорошо, надеюсь, моя задница больше не будет нигде мелькать.

– Только если ты сам этого не захочешь.

– Такого счастья мне не надо.

– Ворчун, пошли лучше плавать!

– Идем.

Я затянул шнурок на плавках и завязал покрепче узелок.

Мона рассмеялась:

– Уилл, ты безнадежен!

Мы медленно заходим в океан, держась за руки. Мона резко отцепилась от меня и начала брызгаться водой.

– Ну сейчас ты у меня получишь!

Она убегала от меня, я – за ней, не удержал равновесие и упал целиком в воду.

– Ха-ха-ха, Уилл, ты умеешь перепугать всех подводных жителей.

Наглотавшись воды, я плыл вслед за Моной на глубину, волн практически не было. Догнав ее, я нырнул головой вниз и в шутку начал топить ее и щекотать ноги, до тех пор пока не получил пяткой в нос. Кровь расплылась небольшим пятном перед моими глазами. Я всплыл наверх, не успев понять, как это получилось.

–Уилл, прости, я случайно. Не ожидала, что ты будешь меня топить.

– Все хорошо, сам виноват.

Мы выплыли на берег, и я плюхнулся на спину в нагретый песок.

– Как ты, голова кружится?

– Только от твоей красоты!

– Видимо, хорошо тебе приложила. Лежи, я сейчас.

Мона прибежала с футболкой в руках и положила мне ее под голову.

– Сделаешь фото?

– Чего?

– Ну, на память.

Мона принесла телефон и сделала совместное селфи, держа свой кулак рядом с моим лицом.

– Ты первая девушка, которая разбивает мне нос.

– Ха-ха, я учту. Может, поедем домой, отдохнешь?

– Да пустяки, я еще хочу поплавать.

– Ну смотри, станет плохо, скажи.

– Ладно.

Мы лежали на песке и обсуждали проплывающие над нами облака, спорили, на что похоже каждое из них. Нашли дракона, корову и стадо овец. Мона поводила пальцем перед моими глазами.

– Сотрясения у тебя нет.

– Я бы заметил.

– Лучше бы ты ноги мои заметил!

– Это я специально, хотел лишний раз к тебе прикоснуться.

– Ха-ха-ха, смешной.

– Какой есть, пошли купаться дальше.

– Только держись на этот раз от меня подальше.

– Хорошо, держу дистанцию.

Мы купались, загорали, до тех пор, пока не начало щипать кожу.

– Мы забыли намазаться кремом.

– Уилл, ты весь красный, как лобстер!

– Ты тоже, но зато мы отлично провели время.

– Скажи это своему носу и обгоревшему телу.

– Ладно, подумаешь, зато какая память останется.

– Поехали домой, я устала и немного клонит в сон.

Мы быстренько собрали вещи и добрались до машины. Мона попросила остановиться, чтобы купить воды. Мы попили и поехали дальше. Мое состояние становилось хуже, я чуть не въехал в припаркованную машину у обочины.

– Уилл, выходи, дальше лучше мне самой везти нас домой.

– Согласен, видимо, долго был на солнце.

Мона потрогала мой лоб ладонью.

– Ты весь горишь, садись быстрее и допивай всю воду, тебе сейчас нужно в прохладное место!

Она включила кондиционер на полную и быстро тронулась в путь. По дороге у меня появились слабость, шум в ушах и головная боль, но продлилось это недолго, я закрыл глаза и вскоре уснул.

– Просыпайся, смотри кто тут у нас.

Сквозь сон я почувствовал, как мою щеку лижет шершавый язык. Я тяжело открыл глаза и увидел Альфа.

– Ты нашелся, дружок! Где же ты был?!

Конечно, пес ничего мне не ответил, но он был рад вернуться домой.

– Я открыла входную дверь, чтобы завести тебя в дом, а тут выбегает это маленькое чудо.

– Хорошо, мне было бы жалко его потерять.

– Пойдем, тебе стоит прилечь и отдохнуть.

Заходим в помещение, и я сразу падаю на диван.

– Что это?

– Где?

– В кресле.

Мона подошла к креслу и достала из черного пакета пистолет с запиской.

– Это тот самый пистолет? Что там написано?

– Тут только одна черная точка.

– Покажи.

Она передала мне белый лист бумаги, в котором и вправду, кроме одной точки, больше ничего не было. Я почувствовал такое мощное облегчение. Оставалось избавиться только от ствола.

– Уилл, это же прекрасно!

– Да не то слово, все закончилось.

– А ты мне не верил.

– Да, но это так странно.

– Какая теперь разница. Отдыхай, я сделаю тебе сейчас сок со льдом.

– Спасибо тебе.

– Да мне не сложно.

– Я не про сок, вообще за все спасибо. Ты спасаешь меня.

– Значит, мы встретились в нужное для тебя время.

– Согласен.

Допив ледяной напиток, я со спокойной душой отключился. Мне снилось, как я стреляю в парня без лица. Он подходит все ближе, но пули летят мимо и не заканчиваются. Пистолет оказывается у моей головы, и я нажимаю курок. Звук выстрела будит меня, а это Альф уронил пепельницу со стола и смотрел, как она катается по полу. Мона что-то готовила и мыла посуду.

– Тебя разбудил этот зверь?

– Да, видимо, он.

– Как спалось?

– Я весь пропотел, а так намного легче. Долго я валялся?

– Около двух часов, не слежу за временем.

– Ты покормила Альфа?

– Конечно, нарезала ему мяса и дала немного тыквы.

– Хорошо, а чем так пахнет аппетитно?

– Лазанья, но вместо молока я добавила сливки, а сыр – какой был.

– Это сильно влияет на вкус?

– Конечно, не зря же придумывают рецепты.

– Хочу скорее попробовать.

– Почти готово, домою посуду и будем ужинать.

Я присел в кресло и закурил. Взял пистолет в руку и начал разглядывать его. Такой маленький предмет, а может отнять целую жизнь.

– Уилл, ужин готов, садись за стол.

– Хорошо, иду. Выглядит очень вкусно и сочно!

– Попробуй для начала.

– Я бы ел твою еду в каждый день, все, что ты готовишь, потрясающе!

– Надо ради эксперимента испортить тебе блюдо и посмотреть, что ты на это скажешь.

– Люблю авторскую кухню.

Нашу беседу прервал телефонный звонок, я достал телефон из кармана. Какой-то неизвестный номер… Если буду кому-то нужен, перезвонят.

– Почему не отвечаешь?

– Я не знаю, кто это, не хочу тратить свое время.

– Разве не интересно узнать, кто это?

– Я хочу спокойно поесть, а люди перезвонят или напишут.

– Как скажешь.

Мы быстро и сытно поужинали, сил после сегодняшнего дня было не так много.

– Пойду приму душ, тело так и горит после загара.

– Хорошо, посмотрим потом фильм?

– Можно, а какой жанр ты хочешь выбрать?

– Пока ты моешься, найду что-нибудь.

Я поднялся по лестнице и услышал звук сообщения на своем телефоне, который остался на столе. «Потом посмотрю,– решил я, – никуда он не денется». Я взял чистое белье и пошел в душ, но снова услышал звуки, похожие на смс. Решил не обращать на него особого внимания. Через минут пять ко мне присоединилась Мона. Она взяла мочалку и начала мыть меня. Потом мочалка оказалась отброшена, Мона нежно прикасалась к моей спине, целовала шею, проводила ногтями по груди, и наконец, затяжная прелюдия переросла в секс.

– Уилл, это было супер!

– Ты сама тут все сделала за меня.

– Не прибедняйся, еще вся ночь впереди.

– Ночью я обычно сплю.

– Сегодня ты уже дважды поспал днем!

– А я уже и забыл.

Мона взяла меня за руку и потащила в кровать.

– Теперь понятно, какое кино ты хотела.

– Ха-ха-ха, ага.

– Мы же только помылись. Сейчас еще вспотеем.

– Я не против.

Мы целых три часа не спали, меняли позы, делали перерыв на перекус, продолжали в гостиной и закончили на кухне.

– Теперь точно супер?

– Уилл, меня ноги не держат!

– Может, тебе их намазать мазью.

– Ха-ха-ха, иди ты, шутник.

– Пойдем спать?

– Ага.

– Иди наверх, я попью и догоню тебя.

– Хорошо.

Я делал один глоток за другим и взял со стола телефон. Странно! Никаких сообщений не приходило, наверное, это были звуки с айфона Моны. Я направился в комнату и лег в кровать к уже спящей Моне. Лежал, ворочался, никак не мог улечься и уснуть. Аккуратно встал и спустился вниз, заваривал и налил себе кружку кофе. Открыл ноутбук и продолжил работу. Не заметил, как пролетело время. Уже начинало проглядывать солнце сквозь задвинутые шторы. Звук скрипучей доски раздался со стороны лестницы, Мона на секунду остановилась и, зевая, спросила:

– Уилл, ты что, не спал всю ночь?

– Получается так, сел за книгу, и – уже утро пришло.

– Понятно, кофе еще остался?

– Да, на одну кружку должно хватить.

– Какие теперь у тебя планы, отсыпаться полдня?

– Ну, от пары часов сна я бы не отказался. А у тебя есть какие-то дела на сегодня?

– Надо заняться твоим окном.

– Да там делов-то, стекло вставить.

– У тебя есть рулетка?

– Да, где-то была. Сейчас посмотрю в ящиках. А вот, нашел.

Я сам замерил нужный размер под стекло и записал его на клочке бумаги, Мона выхватила его у меня из рук, поцеловала и отправилась в магазин.

– Тебе нужно что-то купить?

– Да, банку кофе, пару пачек «Мальборо» и газировки.

– Хорошо, высыпайся!

– Потом поставим окно вместе.

– Ага, ложись уже.

Глаза сильно устали и слипались, мне не составило труда быстро уснуть.

Меня разбудили разговоры на повышенных тонах. Я встал и выглянул в окно, где увидел свою бывшую жену. Она спешно села в машину и укатила. Что она тут забыла? Я спустился на первый этаж.

– Ты уже проснулся?

– Да. А это ты с кем только что ругалась во дворе?

– Женщина-риелтор говорила, что нашла покупателей на этот дом, и очень расстроилась, узнав, что он не продается.

– Мне показалось, что это моя бывшая, Анна.

– Ну, лично я ее не видела никогда, может, тебе показалось?

– Голос был не похож, а может, и зрение у меня уже не то.

– Ладно, какая теперь разница.

– Угу. Ты что, уже успела починить окно?

– Да! И ничего не говори, опыта такого в старом доме у меня было достаточно.

– Понял, спасибо! Ты лучшая!

– Ты готов ехать?

– Чего? Куда?

– Это небольшой сюрприз.

– Я бы хотел выпить кружку кофе с сигареткой.

– Заедем по пути, а покурить и в машине можно.

– Ладно, дай я хоть оденусь.

– Только в этот раз не наряжайся!

– Это как понимать? Кофта и шорты?

– Будет идеально.

– Надеюсь, мы не собираемся начать бегать. Мой поезд уже давно сошел с рельсов.

– Это что-то на старческом жаргоне было сейчас? Не понимаю.

– Я пошел надевать на себя тряпки.

– Хорошо, бука! Жду в машине.

Я на автопилоте поднялся в комнату, а в голове роем крутились сумбурные мысли, возникал миллион вопросов. Видел я Анну в окне? Если да, то зачем она тут? Соскучилась или приехала без какой-либо причины? Тогда почему, проделав такой путь, просто села и умчалась? И что на самом деле сказала ей Мона. А если Анна хочет меня вернуть?

Я быстро почистил зубы и умылся, вгляделся в зеркало и заметил, как слезает кожа на лице. Видимо, я получил чересчур много ультрафиолета. Я переоделся, вышел на улицу. Мона сидела на подоконнике, закинув ногу на ногу.

– Вау, Уилл, у тебя классный загар!

– Очень смешно!

– Боже, зачем ты себе всю кожу поснимал?

– Так получилось. А у тебя почему ничего не обгорело?

– Видимо, у меня есть иммунитет, я чаще бываю на улице.

– А я, что? Целыми днями сижу дома и никуда не хожу?

– Вообще-то да.

– Ну, неужели так все плохо?

– Нормально, поехали!

Я сел в машину, и мы продолжили общение.

– Куда ты меня опять увозишь?

– Скоро узнаешь, а пока мы едем, расскажи о своей бывшей жене.

– А чего ты вдруг о ней вспомнила?

– Ты сам ее недавно упоминал, вот и интерес теперь проснулся.

– Попробую рассказать подробнее. Анна с детства играла в куклы.

– Уилл, не настолько она мне интересна, чтобы начинать с ее детства!

– Понял, хорошо. Она ходила в театральную студию и мечтала стать актрисой. И стала ею. Но ей доставались лишь мелкие эпизодические роли. И устав от такой жизни, Анна сменила род деятельности на более стабильный. Анна четко поняла, что ей нужно от жизни. Она полностью посвятила себя показам. Появлялась в модных журналах и на телевидении.

Вот тогда, когда Анна стала довольно успешной моделью, мы и познакомились. Она была решительная, строгая и смелая.

– А как ты думаешь, в разводе были виноваты вы оба?

– Скорее всего, да, мы стали меньше проводить времени вместе, а я подсел на спиртное из-за своих неудач. Я не мог выпустить ни одной нормальной книги и писал хуже от раза к разу. Многие друзья забыли обо мне, после того как завели собственные семьи. Я выходил все реже из дома и постепенно становился декором в своей комнате. Пытался догнать тень своего успеха.

– А ты понимаешь, что твоя бывшая жена должна была тебе помогать? Неужели она просто смотрела, как ты катишься вниз?

– Я даже не знаю, она как-то не вмешивалась. Как будто это была только моя жизнь, и она не принимала в ней особого участия.

– Тогда почему ты переживаешь и накручиваешь себя, что только один во всем виноват? У тебя ведь это на лбу написано!

– Только спустя время я начал понимать, какие мы были все-таки разные, но главное – чувства с годами угасали.

– Спасибо, что рассказал мне это, Уилл! Хотелось узнать, как тебя можно было оставить одного в трудную минуту.

– Я думаю, все люди по своей натуре эгоисты, никто не идеален!

– Теперь у тебя есть я.

– И я безумно рад этому. Ты появилась в моей жизни и заставила мое сердце биться заново!

– Ну перестань!

– Я люблю тебя!

Мона аж на обочину съехала от услышанного.

– Вау, ну ты умеешь ошарашить! Ты мне, конечно, тоже очень дорог, но любовь и влюбленность – разные вещи, ты же понимаешь это?

– Да. Я сам не ожидал, что такое скажу.

– Все хорошо! Мне безумно приятно проводить время с тобой.

– Мне бы хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось!

– Мне тоже, Уилл, поэтому, пока я за рулем, не будем об этом.

– Ха! Договорились!

Мы ехали около трех часов, и нам открывались фантастические виды.

Последний город на нашем пути был – Бейкерсфид. Там же мы купили себе немного еды.

– Тут так красиво! Ты бывал тут раньше, Уилл?

– Нет, но я в полном восторге. Давно хотел выбраться на природу, а тут и бесконечные зеленые поля, прекрасные горы и этот воздух. Ты прямо чувствуешь, что мне это понравится.

– Но мы едем в другое место, еще придется немного подождать.

– Ничего страшного, эти виды из окна меня гипнотизируют.

– Ну и славненько!

Через пару музыкальных рок хитов девяностых, мы остановились на машинной парковке.

– Все? Мы прибыли?

– Да, бери сумку с продуктами и догоняй меня.

Я взял вещи и стал подниматься вслед за Моной к маленькому домику. Когда мы зашли в помещение, к нам выглянул молодой человек:

– Добрый день, вы за снаряжением?

– Да, нужно нас подготовить к нашему первому в жизни подъему.

– Мона, мы что, полезем на гору?

– Какой ты догадливый.

– Сейчас подберу для вас все самое необходимое.

– Спасибо вам.

– С вами пойдет наш лучший инструктор, к сожалению, одних мы вас никак не сможем отпустить.

– Да конечно, без проблем.

Я был просто в шоке от происходящего. Я боялся высоты. В течение получаса нас одевали в экипировку и потом дали краткий инструктаж.

– Уилл, ты готов?

– К своей скоропостижной смерти? Видимо, да.

– Не ожидал такого поворота событий?

– Да, я думал, что мы просто едем на небольшой пикничок.

– Ну вот, считай, на него и приехали, только останется теперь вскарабкаться повыше, и всего-то!

– Ага, совсем пустяки, если мы выживем, это будет чудо.

– Ха-ха-ха, не переживай ты так, все будет хорошо!

К нам подошел инструктор по имени Марк и проверил, все ли в порядке.

– Готовы покорять вершины?

– Да, капитан!

– А у меня, видимо, уже нет выбора.

– Да, первый раз – он такой. Надолго запомните сегодняшний день.

– Если выживем, то конечно.

– Позитивный настрой у вас, Уилл.

– Ха-ха-ха, это он так шутит.

– Раз все готовы, вперед – к первой скале. Она простенькая, и тут вы без проблем окажетесь на самом верху.

Мы выдвинулись вслед за Марком, и чем ближе подходили к скале, тем быстрее билось мое сердце. Горы такие величественные и необъятные. Страшно было даже смотреть на наш первый маршрут.

– Слушайте внимательно, большую часть работы вам придется осуществлять ногами. Нога, таз, корпус. Следим, чтобы нога не уходила далеко от стены. Как только мы отцепляем ноги, мы тратим очень много сил, чтобы вернуться к стене. Как только мы уводим таз от стены, сразу увеличивается нагрузка на руки. Так же важно не оставлять ноги далеко внизу. Расстояние ноги – руки, не должно быть слишком большим. Иначе в такой позиции мы перестаем контролировать свои ноги и затрудняем себе варианты движений. Если у вас есть вопросы, смело можете их задавать.

– А можно будет устроить нам привал на какой-нибудь из вершин?

– Да, конечно, думаю у вас есть примерно пять часов на восхождение. Потом начнет темнеть, да и вы, безусловно, устанете.

– Нам этого времени хватит с головой!

– За пять часов я буду выжатый как лимон.

– Уилл, занятия спортом продлевают жизнь.

– Да уж, где я и где спорт.

– Возьмите из мешочка магнезию, она нужна для того, чтобы руки не скользили. При лазании с нижней страховкой скалолаз по мере продвижения продевает веревку в оттяжки, карабины, вщелкнутые в стационарные точки страховки – проушины. Не бойтесь, что вы упадете. При движении металлического барабана через магнитное поле электромагнитная индукция создает силу, которая держит страховку.

– Звучит многообещающе.

– А если я все-таки упаду?

– Когда вы падаете, стропа тянет через устройство, которое вызывает магнитное поле, создавая силу сопротивления, которая обеспечивает торможение.

– Ваши слова внушают доверие.

– Тогда, Уилл, вы полезете первым.

– А можно я буду первой?

– Как решите, думал, мужчина захочет проявить инициативу.

– Да ладно, главное, что мы вместе делаем одно дело. – Мона подмигнула мне.

– Тогда начнем с небольшой разминки.

Пятнадцать минут времени мы потратили на растяжку и различного вида упражнения. После этого я стоял с сигаретой в руке, а Мона уже приступила к покорению первой скалы. Со стороны казалось, что это легко. Она забиралась с грацией кошки! Буквально минуты – и Мона уже стоит на вершине и машет мне рукой.

– Уилл, давай сюда, тут классный вид, ты таким маленьким отсюда кажешься.

– Подожди, сейчас я догоню тебя.

Под бдительным надзором и сопровождением инструктора я карабкался вверх и понимал, что, правда, довольно легко. Ожидал, что будет куда сложнее и опаснее. Вскоре меня встретила Мона и протянула мне руку.

– Я сам.

– Хорошо.

– Ну, как тебе ощущения?

– Ффух, было легко, но посмотреть вниз я так и не рискнул.

– Посмотри сейчас.

Я обернулся назад и сел на каменную плиту.

– А вид, и вправду, отличный.

Набравшись храбрости, я предложил Моне перейти сразу на самый сложный маршрут. Конечно, от такого предложения она не смогла отказаться. Мы передохнули и спустились.

– Спускаться, оказывается, очень приятно. А на земле стоять и осознавать, что мы только что были там – настоящее достижение.

– Ах-ах, Уилл, у тебя щечки даже стали румяные.

– Видимо, от нагрузки давление подскочило.

– А как ты себя чувствуешь, не плохо?

– Наоборот, полон сил и энергии.

– Это хорошо.

– Ребята, ну как вам первый маршрут, готовы к следующему?

– Да, но мы решили, что хотим сразу на самый сложный.

– Без проблем, высота скалы составляет около трехсот ярдов, но ваша остановка будет на отличном выступе, там можете перекусить и отдохнуть перед спуском.

– А сколько ярдов нам лезть вверх?

– Примерно двести сорок, видите, там красный флаг?

– Да.

– Вот вам прямо туда.

– Офигеть, оттуда, наверно, шикарный вид открывается.

– Безусловно, если есть фотоаппарат, обязательно берите с собой.

– Хорошо, спасибо за совет.

Мона вприпрыжку направилась к началу нового маршрута. Уже издалека было понятно, что быстро залезть на эту гору не получится. Я надеялся, что смогу хотя бы не думать о высоте. В голове были только слова Марка о двухсот сорока ярдах, которые мы должны будем преодолеть. Появилась неуверенность в своих силах. Хватит ли их на этот путь? Ноги и руки тряслись, я понимал, что завтра мои мышцы будут не в состоянии поднять меня с кровати. Ну вот и все, Мона под надзором инструктора начала восхождение. Разумеется, она уже не так быстро поднималась вверх, рельефы скальных поверхностей, уклоны и углы имели сложные формы и изгибы. Я направился вслед за ней, аккуратно и неспешно, сначала осматривал поверхность и после принимал решения. Меня вели сосредоточенность и упорство, с каждым шагом я догонял Мону. Мы делали небольшие остановки, поскольку предплечья и кисти рук немного забивались. Чем выше мы залезали, тем чаще делали перерывы на отдых. Марк снизу руководил процессом и давал дельные советы, порой это очень нам помогало. Каждый раз, когда мой взгляд падал вниз, сердце билось в несколько раз чаще, а предметы внизу становились крохотными и мало различимыми. Мона посылала сверху мне воздушные поцелуи и улыбки. А меня переполняло чувство гордости, я боролся со своими страхами. Оказывается, если начать пробовать, то ничего смертельного в этом нет. Все, как обычно, происходило только внутри моей головы.

Когда я вошел во вкус и практически перестал бояться, моя нога соскользнула с крошечного выступа и, не сумев удержать себя рукой, я сорвался вниз. Секунды, пока я летел, показались бесконечными. Я ударился бедром и локтем о скалу, несмотря на плавное торможение. Инструктор хотел, чтобы я скорее спускался, но мне чудом удалось уговорить его разрешить пройти маршрут до конца. Мона тоже переживала за меня, но я решительно хотел покорить эту гору. Остальное время мы поднимались без слов, экономили силы для финиша. Появился долгожданный выступ в скале, тут можно было организовать даже место для ночевки. Никаких сил больше не оставалось. Мы с Моной лежали на спине, на наших лицах сиял восторг, Мона поцеловала меня и сказала:

– Это было зашибись! Ты как?

– Мое тело вышло на новый уровень, сейчас я даже не могу описать свое состояние.

– Ты ударился о скалу, что это у тебя, кровь?

Я осмотрел свой разбитый локоть, но при этом не чувствовал боль.

– Тут царапина, заживет.

– Не похоже, у тебя опухла рука. Нужно скорее спуститься и обработать твою рану!

– Ага, как отдохнем и спустимся, сейчас я могу только лежать.

– Ты проголодался? У нас с собой есть перекус.

– Да, от еды я не откажусь.

Мона достала сэндвичи, и мы устроили пикник. Еда на природе имела совершенно иной вкус, не знаю, как это работало.

– Мона, ты устроила очередной прекрасный день.

– Похоже на то, но хорошо, что мы вместе можем насладиться этим моментом.

– Согласен, это одно из самых запоминающихся событий за последнее время.

Мы сделали много фотографий, как совместных, так и по одному. Горные виды поражали, я стоял на краю скалы и понимал, насколько ничтожен человек в этом мире. Спускаться вниз не хотелось, хотя время поджимало. Оставалось наслаждаться каждым мгновением, проведенным на этом островке скалы.

– Мона, а знаешь, я мечтал о такой поездке, хотя даже не думал, что можно так классно проводить время вместе.

– А чего ты молчал?

– Планировал тебе сам предложить съездить на природу, но такой фантастической она точно не была бы.

– Почему ты так думаешь?

– Я бы просто увез тебя в горы, с палаткой, и мы смотрели бы на ночное небо. Готовили, сидя у костра, и, может быть, искупались в горном озере.

– Ну, звучит весьма заманчиво и интересно. А сейчас, что, тебе эта идея разонравилась? Еда, приготовленная у костра, звуки и запахи, все это вдали от цивилизации! Я с радостью отправлюсь с тобой, куда ты захочешь.

– Отлично, значит, в следующий раз за поход буду отвечать я. Только это не будет уже таким спонтанным предложением.

– Да не парься ты так, будет еще время, и мы можем объездить любые интересующие нас места.

– Голосую «за» обеими руками.

Нас позвал снизу инструктор, прокричал, что погодные условия ухудшаются и будет сильный ветер. К тому же мы оба устали, а нам ехать до дому еще около трех часов. Мы с Моной начали готовиться к спуску, но тело уже давало понять, что не радо тому, что его так эксплуатировали. Небольшая растяжка помогла привести мышцы в тонус. Я быстро покурил и начал аккуратно спускаться вниз. Конечно, моя девушка всегда и везде хотела быть первой, поэтому мне приходилось ее постоянно догонять. Чувствовалось, что погода резко менялась, и тучи над нами становились темнее. Марк же в бинокль следил за каждым нашим шагом. Мона спустилась достаточно быстро и без труда, достала из кармана купюры и передала их инструктору. Оказалось, что, так как взбирались мы вдвоем, а это запрещено, к тому же у нас не было опыта и определенного допуска, Марку пришлось приплатить. Не мне было судить, конечно, ведь каждый зарабатывает как может. Но я остался доволен каждой минутой, проведенной в этих местах. Когда я добрался до земли и присел на нее, меня переполнило непередаваемое чувство, словно я был в космосе и вернулся обратно.

– Вы остались довольны маршрутом?

– О да, это бы настоящий кайф! – Мона выглядела по-детски счастливой.

– И я в полном восторге!

– Подсказать места, где можете перекусить?

– Спасибо, мы успели поесть, осталось только переодеться и – в путь.

– Где раздевалка, вы уже сами знаете. Можете всю амуницию оставить там, я заберу позже. Сейчас провожу вас до нашего домика.

– Хорошо, еще раз спасибо вам, Марк, за увлекательное путешествие в мир скалолазания.

– Это вам спасибо, ребята, приезжайте еще, будем рады видеть в наших краях.

Мы переоделись, попрощались и отправились домой. В этот раз за руль сел я, Мона была вымотана на все сто процентов. Я заехал по пути за кофе, а когда вернулся в машину, она уже спала. Следующие два часа я ехал в полной тишине, чтобы не разбудить Мону музыкой. Пришлось остановиться на обочине и немного размяться, я тоже хотел спать от усталости. К тому же погода была сонливая, отчего еще больше закрывались глаза. Начинался дождь, и мне пришлось сбавить скорость. Дорога обратно заняла почти пять часов, я сам не понимал, как это получилось. Возможно, где-то перепутал поворот. Я смотрел на спящую Мону, и мне не хотелось ее будить. Аккуратно вышел из машины и только хотел взять Мону на руки, как неожиданно она зарядила мне кулаком в лицо.

– Ой, Уилл, прости пожалуйста! Мне снился кошмар, я думала, на меня напали медведи.

– Ха-ха, все нормально, ты почти меня не задела.

– Я – ходячая катастрофа, вечно тебе достается из-за меня.

– Ты спала и не специально это сделала, пошли в дом, пока мы не промокли как крысы.

– Угу, как же все тело болит, я еле иду.

– Давай я тебе помогу.

– Нет, нет, я сама.

– Хорошо.

Мона поднялась по ступенькам.

– Иди в дом, я тебя сейчас догоню, хочу проверить почту.

– Я тогда приготовлю еды и заодно покормлю Альфа.

– Отлично.

Я открыл почтовый ящик, полистал письма и разную макулатуру. Заходя в дом, я заметил письмо от моей бывшей жены, которое было отправлено из нашего маленького городка. Получалось, это ее я видел из окна. Что же ей от меня было нужно?

– Уилл, я готовлю ужин, ты очень голодный?

– Да, мне бы хотелось плотно поесть.

– Хорошо.

Я поднялся в спальню, сел на кровать и открыл письмо от Анны. «Нам нужно увидеться, двадцатого числа в десять, у пристани».

Двадцатое уже завтра. Неужели мне и правда придется увидеться с Анной?

Просмотрев остальную почту, я выкинул прочитанное в корзину для бумаги и пошел к Моне. Я не знал, как ей сказать, что Анна хочет встретиться со мной. Хотя, возможно, она это знала, они ведь уже успели повстречаться.

– Ужин готов, налетай, пока горячее.

– Спасибо, уже бегу.

– Завтра будем спать весь день, после сегодняшнего путешествия.

– Я хочу съездить в город с утра.

– Компанию тебе точно не составлю, хочу отлежаться.

– Ладно, спи, постараюсь завтра тихонько уйти.

– Хорошо. А ты, думаешь, проснешься полным сил?

– Нет, я уверен, что с кровати еле встану.

Мы поели яичницу с сосисками и бобами. После чего я сел описывать новые события в книге. Сытый Альф убежал гулять на улицу. А Мона пошла в душ и спать. Немного не дописав все произошедшее сегодня, и я отправился в спальню. Нужно было восстановить силы после тяжелого дня. Я лег в постель и достаточно быстро заснул. Утро началось с пения птиц за окном и непередаваемой болью во всем теле. Как же ныло и сопротивлялось все мое тело, когда я заставлял себя подняться с постели и спуститься вниз. Давненько я так паршиво себя не чувствовал, наверное, еще со времен колледжа, когда играл в регби. Заварив себе кофе, я, разумеется, закурил сигарету. Так мне всегда лучше думалось, а подумать было о чем. Выйти из дома я старался очень тихо, но задел зонтик, который с грохотом упал на пол. Возможно, я тем самым разбудил Мону, но я знал – у нее со сном порядок, сможет спокойно заснуть после такого. Наконец, я сел в машину и поехал в сторону порта, где меня должна была ждать Анна. Хотелось скорее с ней разобраться и поехать обратно домой. Возможно, пара дней мне точно понадобится для полного восстановления. Хорошо, что машина теперь на коробке автомате, периодически у меня сводило мышцы ног, выжимать сцепление я бы не смог. Пришлось даже делать вынужденную остановку на трассе, чтобы дать себе небольшую передышку и размять ноги. Я подъехал на место встречи, хотя у меня был еще час времени в запасе. Я вышел из машины и прогуливался вдоль набережной.

– Уилл, не ожидал тебя здесь увидеть!

Обернувшись, я увидел отца Моны. Вот засада!

– Доброе утро, шериф!

– А я решил порыбачить сегодня, не хочешь со мной?

– Видимо, в другой раз.

– А где моя дочурка?

– Она дома, спит еще, вчера мы занимались скалолазанием.

– Неожиданно. Но спорт – это прекрасное занятие в наши дни, когда повсюду сплошные стрессы. Ты хорошо влияешь на Мону!

– Скорее, это она на меня так влияет, я привык к домашнему образу жизни.

– Точно не хочешь со мной? У меня тут недалеко пришвартован катер.

– Я бы с радостью, но вынужден отказаться от вашего предложения.

– Жаль, а так, если надумаешь порыбачить, то звони, может, и Мону с собой получится взять.

– Да, было бы неплохо.

– А ты чего в такую рань не спишь?

– Нужно встретиться с одним человеком.

– Понятно. Ну, не буду больше задерживать, рад был увидеть.

Эта неожиданная встреча особо не принесла удовольствия, лишь напомнила мне о его убитом племяннике. Вероятнее всего, об этих событиях я долго буду еще помнить. Шериф шел в сторону своего катера, а я отдалялся от него и подходил к местной закусочной. Сев за столик, заказал себе чашечку кофе. Насыщенный вкус и бодрящий аромат напитка окончательно привели меня в чувства. Я отдохнул, сидя за столиком, и после перекура отправился в сторону причала. Вдалеке я заметил подъезжающую машину, которую уже видел у своего дома. Подошел ближе и увидел, что навстречу мне шла Анна. Как и всегда, она была прекрасно одета и с изумительным макияжем, словно для нее каждый выход в люди был праздником.

– Доброе утро, Уилл!

– Привет, Анна, какими судьбами ты оказалась здесь?

– Не поверишь, но я тут только ради тебя.

– У меня есть уже прекрасная девушка, и я наконец-то счастлив!

– Вот про нее я тебе и хотела рассказать.

– А что, ты следила за ней, если есть что рассказать? И зачем тебе это?

– Уилл, ты мне дорог, и я только хочу помочь тебе.

– Да ты уже и так достаточно сделала для меня, спасибо.

– Слушай, я бы не стала проделывать такой долгий путь к тебе без причины. Я увидела в социальных сетях ваши фотографии вместе с Моной и вспомнила, где я ее видела.

– И что такого страшного ты про нее узнала из соцсетей? Она мне и сама о многом рассказывала.

– Я думаю, нам лучше пойти где-нибудь присесть и все обсудить.

– Ладно, хорошо, только надеюсь, это не займет много времени.

– Ты сменил номер своего телефона, переехал черт знает куда и оборвал все возможные контакты. В интернете я тебе писала на почту, но ты не отвечаешь мне и там. Мне пришлось связываться с издательством, чтобы найти хотя бы твой адрес.

– Только ради чего, чтобы насолить мне? Хочешь, чтобы я расстался с Моной?

– Пойдем, скоро сам все узнаешь.

– Ладно, пошли уже.

Я шел рядом с Анной, и мне было так неуютно находиться рядом с ней. Я точно знал – что бы она ни сказала мне, это никак не повлияет на мою жизнь или мои решения. Дальше мы продолжали идти практически без разговоров, видимо, она тоже не особо хотела быть сейчас здесь. Но что такого она смогла найти, что решила непременно рассказать об этом? О чем предупредить? Это не было похоже на поведение моей бывшей жены. Может, Анна изменилась и стала более человечной?

Мы пришли в забегаловку, в которой я недавно пил кофе. Я снова заказывал себе кофе, Анна взяла себе чай с ромашкой и ягодный чизкейк. Она открыла сумку и достала оттуда выписки из каких-то архивов и разные документы.

– Уилл, вот держи, посмотри на это.

– Что я тут должен найти?

– Просто прочитай и все.

Фотографии Моны в газете на первой полосе. Дальше читаю заголовок, здесь написано – «Убийство на почве ревности». Молодая девушка по имени Сара задержана до выяснения обстоятельств.

Расследование завершено, криминалисты не нашли улики к делу о двойном убийстве.

Стали известны новые факты о деле Сары. Перед убийством она несколько дней пытала в подвале своих заложников.

Я продолжил читать. В суде Сару признали невменяемой, после двойного убийства она отправилась в психиатрическую больницу.

Сара вышла спустя два года после лечения и изменила свое имя. Средства массовой информации скрыли информацию о новом имени убийцы.

Сара – это Мона… Но как же так? Я не могу в это поверить, сколько же вопросов сразу появилось в моей голове.

– Уилл, держись. Я понимаю, тебя это шокировало.

Анна накрыла мою руку своей ладонью, а я действительно был в шоке. В груди словно защемило, и дышать стало тяжелее, сердце сходило с ума, и пульс увеличился в два раза. Тут я заметил, что на нас кто-то смотрит. Это был Тони, он сфотографировал нас с Анной вместе и, видимо, отправил файл Моне. Он уходил, качая головой, скорее всего, сделал поспешные выводы. Я встал и попрощался с бывшей женой.

– Постой, ты куда так спешишь? Скажи хотя бы спасибо.

– А, да, спасибо, мне пора бежать.

Я быстро сел в машину, закинул папку с документами на заднее сиденье и на всех парах помчался домой. Попутно я пытался дозвониться до Моны. Она не отвечала на сообщения и звонки. Я надеялся, что Мона еще спит, и я поговорю с ней, как только приеду. По навигатору мне оставалось ехать около тридцати минут. Я не понимал, откуда в таком городке могут быть пробки. Мысли были безрадостными: «Блин, я вообще не понимаю, что делать. Моя девушка убила двух людей, а мне навешала лапши на уши. Можно ли ей доверять? Вряд ли… не знаю теперь, чего от нее ожидать. Шериф точно подлил масла в огонь отправленной фотографией». Я старался максимально быстро попасть домой, ехал, нарушая правила дорожного движения. Видимо, в жизни не бывает все слишком гладко, после белой полосы обязательно наступает черная. Двадцать минут абсолютной тишины, и наконец-то я оказался у себя во дворе. Зайдя в дом, я прошел по первому этажу, Моны нигде не было, поднялся на второй этаж и зашел в комнату. На кровати лежали письма из мусорной корзины. Судя по всему, Мона их нашла и прочитала. Осмотрев остальной дом, Мону я так и не нашел. Она ушла, где мне было теперь ее искать? Что было у нее на уме, мне оставалось только гадать. Дурацкое утро разрушило мой идеальный мир. Как бы то ни было, я все ровно хотел быть с Моной. Меня не должна была касаться ее прошлая жизнь, ее вылечили, и она начала все с чистого листа.

Мона настрадалась и достойна лучшего, я тоже совершил ошибку, убив человека, хоть это и произошло случайно. Сейчас не хотелось думать и анализировать все происходящее. Я попробовал еще раз дозвониться до Моны, телефон был выключен и на этот раз. Я понимал, что дело вряд ли в разрядившемся аккумуляторе. Мы столько с ней вместе пережили, не хотелось бы ее потерять. Лучше бы я не встречался сегодня с Анной и не узнал бы всего этого кошмара. Но что есть, то есть. Хотелось бы отмотать время назад и жить себе дальше. «Пожалуй, позвоню Тони», – решил я.

– Алло.

– Еще раз приветствую, это Уилл.

– Что ты хочешь мне сказать?

– Я ищу Мону, может, вы знаете, куда она могла уйти?

– Это, конечно, не мое дело, но зачем ты так с ней поступаешь?

– Вы неправильно все поняли, я сегодня встречался с бывшей женой.

– Да я видел, как вы сидели и держались за руки.

– Она приехала, чтобы рассказать о прошлом Моны.

– А ты сам не можешь спросить у моей дочери о ее жизни? Неужели тебе всегда нужна помощь твоей бывшей жены?

– Что? Нет! Она сама приехала с этими документами и…

– Послушай, Уилл, может, тебе не подходит Мона? Подумай об этом и желательно побыстрее. Я не хочу, чтобы моя дочь страдала из-за тебя.

– Я люблю вашу дочь, остальное не имеет никакого смысла.

– Тогда займись делом и найди ее, пока она не наделала глупостей. Послушай, она может быть где угодно, но попробуй поискать для начала у меня дома. Если ее там не окажется, есть еще пара мест, где она любила раньше бывать. Это поле для гольфа, ну, думаю, ты знаешь, где это, второе место находится в лесу. Может, ты видел старую водонапорную вышку рядом с заброшенной фермой, это в девяти милях от города. Дурацкое название еще было, все вертится на языке. Кажется, «Главный мясной король» или что-то в этом роде.

– Спасибо, поеду искать ее.

– Дай мне знать, если найдешь Мону, я ведь тоже переживаю.

– Хорошо, до связи.

– Пока.

Я поехал на поиски своей девушки. Я не знал, как начать с ней вести диалог при встрече. Ладно, решил я, придумаю, это сейчас не так важно, для начала нужно ее найти. Солнце нагревало машину, кондиционер работал на полную мощь. Добравшись до дома шерифа, я остановился. Хоть бы она была тут. Я зашел в темное помещение, открытая дверь в здешних местах была нормой.

– Мона, ты здесь? Это Уилл, нам нужно поговорить.

Я обошел все комнаты и подсобные помещения, даже под кроватями смотрел и в шкафу. Моны в доме не было. Оставалось лишь два места для поиска, ближайшее из них – поле для гольфа. Я не знал, какие у нее с этими местами были связаны ассоциации, но я отправился дальше. Хорошо, что знал, куда мне ехать, дорога заняла всего десять минут. Людей здесь было немного, в основном это были гольфисты.

Поле было достаточно большое, и мне пришлось изрядно постараться, чтобы его обойти. Я спрашивал прохожих, не видели ли они здесь девушку, и пытался описать ее, но никто не мог мне ответить положительно. Меня постигла очередная неудача, но оставалось последнее место для поисков. Как ехать в лес к старой водонапорной башне, я не знал. Значит, тут мне потребуется помощь навигатора. Я сел в машину и отправился дальше на поиски Моны. Время не стояло на месте, хотя мне казалось, что я оперативно объезжаю все перечисленные Тони места. Я взглянул на часы – время два двадцать, в животе урчало от голода. Хотелось поесть, но терять время я не хотел, у меня были дела куда важнее. В машине еще оставался тонкий запах духов, которые Мона всегда носила с собой. Как же мне хотелось скорее добраться до места и узнать, там она или нет. Очередная поездка растягивалась в полчаса езды, хотя навигатор искал самый короткий путь. Проехав поворот, я гнал по грунтовой дороге, поднимая клубы пыли за собой. Вот и башня появилась, про которую говорил Тони. Маленькое здание стояло совсем рядом, нужно было тут все исследовать. На горизонте виднелись засохшие поля кукурузы. Я обошел водонапорную башню и увидел единственную дверь. Внутри было достаточно грязно и не было следов, говорящих о том, что тут кто-то может быть. В самом низу я наткнулся на большую лужу, прошел прямо по ней, а дальше – винтовая лестница и весьма сухая. Я поднялся на самый вверх и посмотрел сквозь маленькое разбитое стекло из окна. Я заметил что-то в зарослях, и мне показалось, это была машина Тони. Я прищурился – да, это она. Значит, Мона точно здесь. Я помчался вниз, но нашел только машину, на которой Мона, видимо, сюда добралась. Тут раздается крик. Я понял, что нужно действовать. Мона могла упасть или пораниться. Я побежал в сторону старого домика, открыл дверь и… Последнее, что я помню – это Анна, привязанная к стулу посреди комнаты.

Когда я очнулся, у меня сильно болела голова, я открыл глаза и увидел Мону. Она связала нас и заткнула нам рты тряпками.

Мы с Анной сидели в метре друг от друга, у нее под глазом был глубокий порез сантиметров десять в длину. На лице не было живого места – сплошные царапины и синяки от ударов. Одежда испачкана кровью и грязью. Что за монстр вселился в Мону? Я попытался произнести хоть слово, но ничего, кроме отчаянного мычания, мне выдать не удалось. Моя девушка смотрела мне в глаза и приближалась все ближе. В ее взгляде было столько ненависти, такая звериная, не как у обычных людей. Я получил мощный удар кулаком в лицо, после чего она толкнула стул, к которому я был привязан, и тот упал. Мона начала пинать меня ногами, выкрикивая грязные слова. Потом она резко остановилась и сказала:

– Я с вами еще не закончила, это только начало!

Она ушла и хлопнула дверью. Адреналин так и плескался в моей крови, я четко понимал, что нас скоро не будет в живых, и все-таки надо было попытаться хоть что-то сделать. Я посмотрел на Анну, она, кажется, потеряла сознание и отключилась. Я попробовал развязать веревку, всячески изгибал руки, пытаясь выпутаться. Ничего не получалось, нужно что-то придумать. Я заметил движение, Анна открыла глаза и со стеклянным взглядом смотрела по сторонам, не понимая, что происходит. Она глядела на меня и пыталась что-то сказать, но ничего нельзя было разобрать из-за тряпки во рту. Я подумал, что сейчас она ненавидела меня и свой выбор, что заставил ее приехать сюда. Было страшно и нелепо медленно умирать от рук своей же девушки. Я надеялся, что будет не очень больно. Если бы был выбор – я бы предпочел пулю в висок. Бывшая жена отчаянно пыталась что-то сделать, крутилась и вертелась на своем стуле. «А ведь совсем не так давно я мечтал, чтобы она сдохла со своим муженьком. Вот так загадал желание. Может, муж сейчас неожиданно ворвется спасать ее, и мы все втроем будем лежать в одной могиле? Сколько у нас есть еще времени на спасение?», – вихрем пронеслось в моей голове. После того как Мона ушла, кажется, я слышал звуки отъезжающей машины.

Я продолжал беспомощно лежать на спинке стула, руки были связаны намертво, и это раздражало и выводило из себя. Тут из моего кармана выпал телефон, и я напряг последние силы, чтобы хоть как-то добраться до него. У меня получилось перевернуться на бок, правой ногой я оттолкнулся от пола и лицом дотянулся до телефона. Носом ткнул в экран своего мобильника, и со второго раза у меня получилось снять блокировку. Открыв журнал вызовов, я увидел, что последний набранный абонент – шериф. Звонить куда-то еще не было разумно, сказать ничего я бы все равно не мог, получалось только мычать. Гудки, тишина.

– Алло, Уилл, ну как, ты нашел Мону?

– Ммм…

– Я тебя плохо слышу, подожди, я сейчас перезвоню.

Дожидаюсь ответного звонка и снова носом тычу в экран.

– Алло, ты за городом? Или у меня телефон барахлит?

– Ммм…

– Все в порядке, Уилл?

– Ммм… МММ… ммм…

Я пытался при помощи азбуки Морзе изобразить сигнал sos и так намекнуть Тони на свое положение. Три коротких звука, три длинных и снова три коротких.

– Уилл, это сигнал sos с помощью азбуки Морзе?

– Умммммму…

– Понял, сейчас бросаю все свои дела и выезжаю, жди, все будет хорошо.

Я с облегчением выдохнул и опустил голову на пыльный пол. Анна смотрела на меня, ей тоже казалось, что у нас появилась надежда на спасение. Но было неясно, насколько быстро нас найдет шериф. Мне надо тянуть время до последнего. Больше я боялся за жизнь Анны, чем за свою. Но умирать в муках никто не должен. Да и не очень-то хотелось. Благодаря Моне, которая вдохнула в меня жизнь, я еще верил, что есть какой-то шанс. Пролежав на прохладном полу около двадцати минут, я услышал долгожданные звуки приближающейся машины. Я надеялся, что это был Тони. Кто-то приблизился и ходил вокруг дома.

– Уилл, ты тут?

– Мммммм…

– Я вхожу.

Шериф выбил дверь ударом ноги и прижался к дверному проему, держа в руках пистолет.

– Матерь божья!

Тони подбежал сначала к Анне, вынул у нее из рта тряпку и продолжил развязывать тугие узлы на руках.

– Спасибо, спасибо вам! Вы не представляете, что она хотела сделать со мной!

– Даже и думать не хочу…

– Отвезете меня в безопасное место? Я хочу в больницу, у меня наверно, сотрясение и сломана рука.

– Не переживайте, я заберу вас отсюда, все будет хорошо.

Раздался сильный удар, напоминающий грохот при столкновении машин.

Это была Мона, успевшая в самый неподходящий момент. «Что теперь будет?» – пронеслось в моей голове.

– Я сейчас выйду и разберусь со всем.

– Ммммумм…

– Не уходите, останьтесь тут!

– Я знаю свою дочь, все будет хорошо.

Тони вышел с пистолетом в руке на улицу и тихонько прикрыл за собой дверь.

– Что ты опять натворила? Ты понимаешь, что я не могу вечно…

Выстрел из ружья прекратил начавшийся диалог отца и дочери. Анна побелела от ужаса. Она продолжала развязывать свои ноги, и казалось, что вот-вот успеет это сделать. Тем временем на улице послышались звуки открывающегося багажника и, как я понял, кто-то был погружен в него. Я не мог поверить, что все это сейчас происходит именно со мной. Это казалось каким-то бредом. Я продолжал наблюдать за дверью и ждать, когда она откроется. Анна встала на ноги и подбежала ко мне.

– Я тебя развяжу, подожди.

У нее тряслись руки, и пот с ее лица капал на пол.

– Не получается, слишком туго.

Анна оглянулась и заметила на столе ржавый предмет, напоминающий нож. Быстро схватив его, она разрезала веревки. Наконец, она достала из моего рта скомканную ткань, и я смог нормально вдохнуть в себя воздух.

– Ты как, нормально?

– Говори тише! Что мы будем делать дальше?

– Да не знаю я, бежать в машину и валить отсюда.

– А как же Мона?

– Надо с ней разобраться, я попробую что-то придумать.

– Хорошо, осталось только перерезать веревки на твоих ногах.

– Дай мне нож, я сам.

– Ладно, держи.

– Попробуй заблокировать дверь, вдруг она сейчас зайдет. У нее же оружие.

Анна подбирает с пола доски и подпирает дверь.

– Давай быстрее, чего ты там медлишь?

– Да я пытаюсь, нож тупой!

– Тук, тук, тук, голубки, думали сбежать? Позвонил папочке и нажаловался на меня? Какая Мона плохая девочка.

Раздался выстрел в сторону двери.

– Анна, отойди, ляг на пол!

Она бросилась ко мне и обняла, дрожа всем телом

– Уилл, нам конец?

– Подожди, успокойся. Я попробую с ней поговорить!

– Мона, ты все не так поняла. Анна приехала только для того, чтобы сказать, что ты чокнутая, то есть больная… Черт, ты лежала в психиатрической больнице и потом сменила имя.

– Ах-ха, вот кто я теперь для тебя. Хорошо, любимый!

Мона спрыгнула со ступенек и куда-то ушла.

– Все? Она же ушла?

– Не думаю, наверно будет ждать, пока мы сами выйдем отсюда.

– Звони в полицию!

– Хорошо, вот же дерьмо, срань!

– Только не говори, что у тебя сел телефон.

– Сейчас, подожди ты!

– Ты можешь просто вызвать копов?

– А чего ты сама не позвонишь?

– Как ты уже мог заметить, я осталась без телефона. Она забрала все вещи.

– Все, тихо! Включился, на звонок точно его хватит.

– А что это за запах?

– Что, о чем ты?

– Слышишь, она ходит вокруг дома. Что она делает?

– Да не может быть!

– Говори, Уилл, не пугай меня!

– Она обливает дом бензином.

– Ха-ха-ха, сегодня барбекю из возлюбленной парочки в собственном соку.

– Ненормальна баба, Уилл, где ты ее нашел?

– Долгая история, я убил ее двоюродного брата, а Мона спасла мне жизнь и помогла замести следы преступления.

– Ты ведь шутишь, верно?

– Угу.

– Что там с полицией?

– Жду ответа от оператора.

– Тут что, самый криминальный город в мире?

– Скорее, самый тихий и неприметный.

– Давай я пока дорежу эти веревки, не отвлекайся от звонка.

– Алло, алло! Нас похитили и держат в заложниках, мы на старой заброшенной ферме. Это девять миль от города. Нет, это не шутка, пришлите скорую и всех, кого только можно. Шериф ранен, возможно, убит. Алло, алло, черт бы вас подрал!

– Они приедут?

– Должны отправить патрульную машину.

– Уилл, смотри, мы горим!

– Я вижу.

– Что будем делать?

– Тут есть окно, можем попробовать выбраться через него.

– Хорошо, только иди первым.

– Как скажешь.

– К машине бежать, видимо, не вариант.

– Тут кругом поля, надо попробовать скрыться там.

– Да уж, идеальный план, чтобы нас подстрелили.

– У тебя есть идеи лучше?

– Нет, но должен быть другой вариант.

Едкий дым уже проникал в дом, а запах гари не давал времени на размышление. Я взял стул, выбил им окно и прыгнул вниз.

– Давай быстрее, я ловлю тебя!

Анна приземлилась мне в руки. Я стиснул зубы, чтобы сдержать свой крик от боли в мышцах.

– Спасибо, Уилл! Куда бежим?

– Вперед.

– Но там же лес, ты говорил.

– Да не важно, шевелись ты!

Мы поспешили скорее убраться подальше. Анна бежала босиком, и это заметно снижало нашу скорость. Я со всех сил старался передвигать ногами, тело не слушалось и сопротивлялось. В нашу сторону с оглушающими выстрелами летели пули из ружья Моны.

– Уилл, я больше не могу, оставь меня здесь!

– Заткнись! Я вытащу нас отсюда.

Я поднял Анну на руки и продолжил бежать в гору. Боковым зрением я заметил, что дом уже в огне. Хорошо, что мы успели выбраться. Хуже такой смерти только пытки. Долго так бежать я не мог, все мои мышцы работали на износ.

– Уилл, постой, куда же ты? Нам так было весело вместе! – кричала Мона.

Я преодолел затяжной подъем в гору и упал на колени. Дышал я, как собака в жаркий день.

– Так не пойдет! Нужно разделиться, так у нас будет больше шансов выбраться.

– Нет, не оставляй меня! – В голосе Анны звучал неподдельный страх.

– Держи мою обувь и беги змейкой.

– Уилл…

– Все, надеюсь, еще увидимся.

Анна одела мою обувь и побежала прямо, а я рванул вокруг. Я надеялся, что у нас есть шанс попасть в машину и уехать на ней. Под ногами постоянно попадались острые камни и ветки, о которые я раздирал ноги до крови. Где же полиция? Я подошел к пылающему дому и облокотился о дерево. Одышка из-за курения говорила мне, что это дурная привычка погубит меня. Осмотревшись вокруг, я прокрался к машине Тони, но ключей не было. Я подумал, что во втором автомобиле они есть. Ура, маленькая удача. Сел за руль и завел двигатель. Отъехал назад и развернулся в сторону дороги. Кажется, все, я оглянулся на задние сиденья и продолжил ехать прямо. Теперь оставалось только перехватить Анну. Где она и все ли хорошо? Я ехал, и мне казалось, что зря мы разделились. Навстречу мне двигалась машина с проблесковым маячком. Она остановилась. Из нее вышли двое полицейских и направились ко мне.

– Знакомое лицо, где-то мы уже с вами виделись.

– Да, вы меня останавливали за превышение скорости на байке.

– Что вы тут делаете?

– Меня и мою бывшую жену похитила Мона, она убила шерифа и сейчас ищет в лесу Анну.

– Выйдете из машины и сложите руки за голову.

– Парни, да вы чего?

На меня надели наручники и посадили на заднее сиденье полицейской машины.

– Тони говорил нам, чтобы мы присматривали за тобой.

– Ну и прибавил нам этот ублюдок сегодня работы на ночь глядя.

– Смотри, еще и дом спалил.

– А ну, живо говори, в доме остался кто?

– Нет, там никого нет. Может, вы начнете искать Анну, за ней бегает сумасшедшая с ружьем.

– Заткнись и сиди молча, пока мы тут осмотримся.

Двое стражей закона вышли и отправились осматривать машины. Они заметили следы крови, и один из них заглянул в салон, чтобы открыть багажник. В темноте было не очень хорошо видно, но я думал, что труп своего босса они найдут.

– Эй, Генри, иди сюда, ты не поверишь.

– Что там у тебя, Рэй?

– Охренеть, что за…

Я дернулся от неожиданного выстрела из ружья, они раздавались один за другим, пока у Моны не закончились патроны. Двое полицейских лежали неподвижно на земле. Она подошла к одному из них, видимо, его звали Рэй. Обыскала и забрала пистолет с патронами. Тут из кустов выскочила Анна и набросилась со спины на Мону. Я попытался открыть двери, но они не поддались. Я лег на сиденье и пинал ногами стекло. Видимо, оно было бронированным, для таких случаев как мой. Оставалось только смотреть, как девушки валяются в грязи. Анна выбила пистолет из рук Моны, но та прописала ей смачные удары кулаками в лицо. Анна лежала без движения на земле.

– Остановись! Чего ты хочешь? Я все сделаю, только не убивай ее!

– Уилл, Уилл, ты хочешь поиграть со мной? Ну хорошо. Вставай, ничтожество!

Мона подобрала наручники и заковала в них Анну. Взяла ее за волосы, затащила в машину и бросила рядом со мной, на сиденье.

– Вот твоя подружка, сейчас мы прокатимся.

– Мона, ты делаешь большую ошибку!

– Заткнись, если хочешь жить. Сейчас я отвезу тебя домой!

Долгих сорок минут полной тишины, Анна только периодически стонала, находясь без сознания. Я смотрел на лицо Моны через переднее зеркало заднего вида, и это был совершенно незнакомый мне человек. Мне стало жутко.

– Выходим, сладкая парочка!

Мы добрались до моего дома, Анна очнулась и тихо спросила:

– Что происходит?

– Мы приехали.

– Живее заходите в дом.

Мы, как двое заключенных под дулом пистолета, делали все, что говорила Мона. Она сняла с нас наручники и приказала сесть на диван.

– Садись за ноутбук и дописывай книгу.

– Чего?

– Мне нужно повторять дважды? А ты сиди и не рыпайся! Что он только в тебе нашел? Кукла безмозглая.

Анна вжалась в диван. Альф запрыгнул с пола к ней на колени и стал облизывать лицо. Мона подошла и забрала Альфа, после чего выпустила его на улицу. Мне пришлось писать ранее начатую книгу. Несколько часов подряд я строчил одну страницу за другой, а Мона ходила вокруг нас и заглядывала в экран, проверяя, чтобы я ничего не забыл.

– Мона, можно мне хотя бы кружку кофе?

– Пусть тебе готовит твоя золушка.

Анна медленно встала и подошла к плите.

– Что ты встала, дура? Забыла, как готовить?

– Нет, просто хотела спросить, можно ли мне тоже сделать себе кофе?

– Делай на троих, я тоже буду!

– Хорошо.

Через пять минут в идеальной тишине мы втроем пили кофе, и на секунду могло показаться, что все хорошо. Может, у Моны произошел какой-то психический сбой? Все пройдет, и она снова станет сама собой.

– А может, ты хочешь узнать, Уилл, как я выбралась из стен психушки?

– Да, расскажи.

– Твоя долбанная книга спасла меня. Я поняла, что если девушка может в себя влюбить так сильно, что поверят абсолютно все, даже она сама, то и у меня есть шанс. Мне оставалось лишь создать идеальный вариант себя. Как видишь, я на свободе, и все эти доктора поверили мне, как и все вокруг. Но концовка твоей книги была ужасная, и я ее исправила. Ты ведь веришь, что наша встреча была случайной, да?

– Ты хочешь сказать, что все подстроила?

– Не совсем так. Мой двоюродный братик был готов ограбить кого угодно, но я привела его в тот бар и показала ему тебя. Скажу больше, в тот день мы вдвоем на тебя напали. Только я не учла одного – его пистолет.

– И зачем это все тебе было нужно?

– Как же, ты спас меня, и я решила узнать тебя получше. А стать героиней новой книги и самой создавать сценарий – приятный бонус. Жаль, что ты портишь мне концовку.

– Ты знаешь, кто нас шантажировал?

– Нет, но он закопан рядом с моим братом.

– Что? Значит, это ты подложила то письмо? И машина тоже твоих рук дело?

– Разумеется, сделать замыкание электронной проводки, что тут может быть сложного?

– Видимо, для тебя ничего.

– Да, Уилл, представь себе! Я на многое была готова, чтобы добавить в книгу огонька.

Как только я мог влюбиться в хладнокровную убийцу? Скольких же людей она лишила жизни? Несмотря на все, что я узнал, мне становилось ее жаль. Всегда ли она была не в себе? Не может человек убивать и при этом вести себя так, как будто все в порядке.

– Значит, твои чувства ко мне настоящие?

– Уилл, продолжай писать, не пытайся тянуть время!

Анна сидела в кресле и молчала, не отрывая глаз от чашки с кофе. Она держала ее в руке, и я чувствовал, что она к чему-то готовится. Я кашлянул, чтобы привлечь ее внимание, чтобы она не сделала никакой глупости. Анна не обращала на меня внимания. Она резко встала и выплеснула горячий кофе в сторону Моны.

– А-а-а-а-а, ты драная сучка!

Анна выхватила пистолет у растерянной Моны из рук и направила дуло пистолета на нее.

– Что? Ты пристрелишь меня? Так вы хотите закончить нашу историю?

– Я убью тебя, убью!

– Тебе не хватит духу!

– Девушки, успокойтесь, Анна, давай просто сядем в машину и уедем.

– Она издевалась надо мной, скольких людей уже убила, и ты хочешь оставить ее в живых?

Я встал между ними и попытался уладить ситуацию.

– Отойди, Уилл!

– Ха-ха-ха, да, отойди, Уилл, посмотрим, насколько она смелая!

– Тебе потом с этим жить, Анна, не надо!

– Ты что, до сих пор любишь ее и защищаешь? Да ты ничем не лучше ее. Отошли оба в угол, быстро!

– Хорошо, хорошо, только без глупостей. Ты можешь вызвать полицию, и они во всем разберутся сами.

– Закрой рот, я сама решу, что мне делать.

Мы отошли с Моной на кухню и встали в углу. Анна схватила стационарный телефон и набрала девятьсот одиннадцать.

– Я не вернусь в психушку, пусть она пристрелит меня!

– Мона, хватит, ты уже и так наделала дел.

– Алло, нам нужна помощь, нас держит в заложниках чокнутая! Мы находимся по адресу…

Мона открыла верхний ящик стола и достала оттуда пистолет, от которого я так и не смог избавиться.

– Положи телефон! Я сказала, брось трубку, живо!

Анна кинула устройство на пол, и они стояли, целясь друг в друга.

– Стреляй первая!

Мона шла навстречу к Анне, она была все ближе и ближе. Выстрел, еще один. Они стрелялись, словно это была дуэль. Мона упала на колено, но встала, держась за правый бок. На полу появились капли крови, а я замер и стоял, как вкопанный. В ушах еще звучали выстрелы. Я не знал, что мне делать.

– Ха-ха-ха, да ты еще и мазила.

Анна с грохотом упала на пол.

– Скажи последнее слово.

– Уилл, держи!

Анна из последних сил бросила в мою сторону пистолет, я поднял его и направил на Мону.

– Что, любимый, пристрелишь меня? Мы еще можем быть вместе, давай избавимся от нее и уедем.

– Ты обезумела!

– Спусти курок, или я прикончу ее.

Анна держалась руками за живот, закрывая свою рану. У нее еще был шанс выжить.

– Ты не сможешь выстрелить. Ты герой только когда напьешься!

– Сейчас и проверим!

Я держал Мону на прицеле, и палец трясся у курка, как же тяжело было его спустить. Нет, это был не выход.

– А знаешь, эту книгу придется заканчивать тебе самой!

Я направил пистолет в свой висок. Дрожь в руке прекратилась, мне стало легче.

– Нет, ты не сделаешь этого, не смей!

– А какой конец у книги ты видишь? Мы с тобой страстно целуемся, убиваем Анну и уезжаем в свадебное путешествие?

– Меня такое вполне устраивает.

– Значит, ты очень плохо меня знаешь!

– Я знаю одно, ты никогда не сможешь покончить с собой!

– Ты этого хочешь? Тогда получай!

Я резко направил пистолет на Мону и выстрелил.

По моим щекам текли слезы, я подбежал к Анне и обнял ее.

– Все будет хорошо, обещаю!

– Я знаю, Уилл.

Мона лежала в луже крови и медленно направила ствол на меня.

– Вот и вся твоя любовь!

– Да, ты это заслужила!

– Скажи, что любишь меня, Уилл!

– Никогда!

Она выстрелила мне в грудь, и это был конец. Мы втроем лежали и медленно истекали кровью. Тугая боль сковывала мои движения. Я слышал вдалеке звук сирен. Анна лежала, облокотившись на мою ногу.

– Ты справишься, Уилл!

– Не трать сейчас силы, скоро тебя спасут.

Анна закрыла глаза и больше не дышала.

– Нет! Ты не можешь так умереть!

– Ха-ха-ха, Уилл, как тебе моя концовка?

– Паршивая!

Я встал и медленно прошел рядом с Моной, запнувшись об ее ноги, подошел к шкафу. Достал бутылку виски и налил себе в стакан. Сел на диван и дописал книгу. Боль в груди постепенно прошла, видимо, мне не долго осталось. Я слышал, как подъехали несколько машин, и как сюда шли люди. В дверь постучали.

– Откройте, полиция!

– Открыто, заходите!

В дом вошло около пяти человек. Я всмотрелся и увидел Тони и тех двоих полицейских, которых убила Мона. Здесь же были еще двое – двоюродный брат Моны и, видимо, шантажист.

– Я что, уже умер?

Они помогли встать Моне и Анне на ноги, и все начали аплодировать.

Я осмотрел свою рану и понял, что это краска, на теле была лишь небольшая гематома от пули. Мона подошла ко мне и пожала руку.

– Теперь ты выполнил свой контракт!

– Что происходит? Я не понимаю…

– Уилл, ты когда подписываешь документы на сотрудничество, в следующий раз будь внимательнее!

– Да кто ты вообще такая? Вы все спятили? Это что, спектакль какой-то?

– Меня зовут Мона Руссе. Я менеджер издательства, с которым ты заключил контракт о написании книги. Срок договора подходил к концу, а ты не написал ни одной страницы.

– В последнее время у меня с памятью большие проблемы, я не помню ни о каком контракте.

– Да, меня предупреждали, что работать с тобой будет не сладко.

– И как долго это все продолжалось?

– Что именно? Моя работа с тобой?

– Да, если это можно так назвать. Вы все просто с ума меня сводите.

– На кону очень большие деньги, а я решила вытащить тебя из нищеты и старой жизни.

– Да я теперь не понимаю, моя ли это жизнь. Ты сделала из меня персонажа моей собственной книги.

– Теперь уже нашей. Права, конечно, останутся за тобой! Но двадцать процентов от выручки теперь принадлежат нашей компании.

– Я не помню ни о каком контракте! Я ничего не подписывал!

– Алкоголь не приводит ни к чему хорошему.

Мона показала мне фотографию нашего контракта, подписанную на каждой странице договора с печатью, заверенной издательством. Я смотрел на лица всех участников и до сих пор не мог поверить, что мы все – герои одной книги. Анна открыла дверь и впустила Альфа в дом. Тут я понял, что он был единственным в этой комнате, кто меня не обманывал и был самим собой.

После издания книги многое в моей жизни поменялось. Я бросил пить, пару раз мы даже встречались с Анной. Мы делились планами на будущее и вспоминали прошлое. Но вскоре она улетела в командировку, и мы больше не виделись. А однажды мне пришло сообщение на электронную почту от Моны. Мне не хотелось его открывать, но любопытство было сильнее моих обид.

«Уилл, у меня есть к тебе деловое предложение, если интересно, позвони мне».

Я захлопнул ноутбук, меня переполняли смешанные чувства. С одной стороны, я уже пришел в себя после истории, случившейся со мной, а с другой, осталось множество вопросов без ответов. Но я все-таки нашел в себе силы позвонить, и мы назначили встречу.

Это не был ресторан, куда Мона везла меня в красном платье, и не «Рыбный рай», где мы чуть ли ни подрались за возможность попробовать блюдо друг у друга, а обычное кафе с плетеной мебелью на террасе. Легкий джаз и аромат кофе немного расслабили меня, и пока я ждал Мону, невольно погрузился в воспоминания о нашем знакомстве и времени, что мы провели вместе. Неужели это все на самом деле было игрой, постановкой? Я не хотел в это верить. К реальности меня вернул ее голос:

– Прости, что задержалась, много работы. Сразу к делу, твоя последняя книга набирает обороты, это явный успех. Мы хотели бы предложить дальнейшее сотрудничество и…

Дальше я не слушал. В тот момент мне не были интересны новые контракты, деньги и сотрудничества, мне не давал покоя один вопрос.

– Как ты живешь после всего, что между нами было?

– Что? – Мона не ожидала вопроса, который прервал ее тираду.

– Как тебе живется после того, что с нами было? Я знаю, что для тебя это все игра, манипуляция, но я в это не верю. В моей реальности это было по-настоящему. Ты по-настоящему ворвалась в мою жизнь и изменила ее с ног до головы. Я узнал тебя с разных сторон: ты была сообщницей, любовницей, понимающим другом и напарником, ты делила со мной трудности и мечтала о будущем, ты была чокнутой истеричкой, которая до жути напугала меня, и я сейчас смотрю на тебя и не понимаю, кто ты вообще на самом деле? Я пытался все это время убить в себе чувства к той Моне, что вдохнула в меня жизнь и которую я потерял навсегда. Но сейчас, когда я вижу тебя, я хочу понять, может быть, она жива и сидит сейчас рядом со мной?

– Уилл, это весьма трогательно, но… Я не могу сейчас ничего ответить тебе на этот счет.

– Хорошо. Тогда я могу рассчитывать на встречу в дальнейшем, если подпишу контракт? Не в формальной обстановке.

– Я подумаю над этим.

Мы обсудили рабочие моменты и заключили новый контракт, Мона не стала задерживаться, я сразу же проводил ее до автомобиля.

– Был рад увидеть тебя, Мона. До встречи?

– До встречи, ковбой.

Красный кадиллак уносился вдаль. Закуривая сигарету, я провожал его взглядом.

От автора

Благодарю своих друзей за мотивацию написать эту книгу, ее не было бы без вас.

Отдельная благодарность моей жене за поддержку и помощь в написании.