Read the book: «Твоя колючая нежность»

Аннотация

Моё наследие — престол. В моей крови — лёд. Я не знаю, что такое сомнения. Я не знаю, что такое слабость. Я — Гримвальд.

Но она... Она простолюдинка. Одна из многих. Нищая, гордая, с языком острее моего клинка. Она не боится меня. Не льстит мне. Не хочет моей короны.

Наверное, именно поэтому я не могу её забыть.

Я пытаюсь убедить себя, что это раздражение. Что это жалость. Что это долг перед приютом, в котором она работает. Но я возвращаюсь. Снова и снова. Ищу поводы. Придумываю причины.

Она простолюдинка. Я кронпринц. Между нами — пропасть. Которую я хочу перейти...

Данное произведение содержит контент, который может быть неприемлем для некоторых читателей. В тексте присутствуют: сцены жестокости и насилия, употребление алкоголя, курение, ненормативная лексика, постельные сцены. Произведение предназначено для аудитории старше 18 лет. Читатель самостоятельно несёт ответственность за своё решение ознакомиться с материалом. Все события и персонажи являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми, организациями или ситуациями случайны. Автор не поддерживает и не пропагандирует действия, описанные в произведении. Если вы чувствительны к перечисленным темам, рекомендуем воздержаться от прочтения.

Глава 1

Рут. Королевство Гримхольм. Нордград. Вороньи врата. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

У каждой девушки есть шанс встретить принца. Каждая девушка мечтает об этом. Где-то в глубине души. Просто принц – понятие очень растяжимое. В моём случае оно оказалось банальным. И в жизни моей появился самый настоящий отпрыск короля. Да не абы какой, а кронпринц. Будущий король Гримхольма. Самой холодной страны нашего мира.

И взгляд у этого молодого человека был соответствующий – пронзительно голубой, с вечными морозами королевства. Холодный же оттенок чёрных волос. Бледная кожа. Острые скулы, словно выточенные умелым скульптором. Сейчас на них дёргались от сдерживаемого гнева желваки. Красивые, чувственные губы кривились. По дорогому чёрному сюртуку с серебряной окантовкой, в тон ему камзолу медленно стекали грязные капли. Рубашка из белоснежной превращалась в серо-бурую.

А я так и замерла с ведром в руке, не зная, то ли бежать и прятаться, то ли идти и сдаваться Скрюпу. По-хорошему нужно попросить прощения и у самого кронпринца. Да и реверанс по этикету положен при встрече с королевским представителем. Но… делать его, стоя в окне третьего этажа… как минимум глупо.

Спохватилась. Ойкнула. Поставила ведро на подоконник, быстро развязала юбку, что подобрала у колен, чтобы удобнее было мыть окна. Щёки горели огнём, ведь мои ноги уже минут пять созерцала вся процессия, сопровождавшая кронпринца.

– Рут Коль! – брызжа слюной, завопил Барнаби Скрюп. – Ты уволена!

Я округлила глаза, едва не выпала от разочарования из окна. Чудом удержалась за рамы. Ведру так не повезло. Оно спикировало вниз, устремилось на наследника престола, точно голодный коршун на отставшего от курицы птенца. Я открыла в ужасе рот. Сердце замерло.

Но, слава богам, принц оказался не убиваемым. Или хорошо подготовленным. Он успел отступить в сторону. Невозмутимо достал из кармана платок, вытер лицо и задрал голову, встретился со мной взглядом. Таким, от которых обычно замертво падают. Я устояла. Но в голове не осталось ни единой разумной мысли. Кроме…

«Интересно, а часто его пытаются вёдрами убить, если он так ловко от них уходит?».

Первыми отмерли гвардейцы. Они тоже задрали головы, вынули мечи. Второй принц закусил кулак. В глазах его, тоже прикованных ко мне, плясали такие чертенята, что я буквально физически ощутила, как он давится воздухом, лишь бы не рассмеяться при пострадавшем брате.

– Да уберите вы мечи! Боги, вы же не с ведром собираетесь сражаться? – прорычал принц.

Я поняла, что это знак судьбы. Быстро слезла с подоконника и закрыла окно. Только когда я оказалась на полу, до меня дошло, что произошло.

Я осталась безработной.

Именно сейчас, когда я только недавно переехала в столицу, начала выстраивать свою жизнь и нашла работу. Пусть и с крохотным жалованием, которого едва хватало на то, чтобы сводить концы с концами. Да и приходилось брать дополнительную работу в виде мытья полов, окон, дежурств по ночам, когда заболевал кто-то из нянечек.

Села на пол, притянула колени к груди и обхватила их руками. Это ведь моя первая ступень на пути к независимости. И я так глупо оступилась.

Во всём виноват этот Скрюп. Окна в приюте не мыли, наверное, со дня его основания. Я должна была закончить эту работу ещё вчера. И тогда ничего бы не произошло. Но он велел их вымыть только вчера. Перед самым приездом благотворителей, решивших обратить внимание на обветшалое состояние приюта.

– Придётся унижаться, – вздохнула я вслух.

Самое печальное, что лебезить я не умела. Боги, распределявшие умения при рождении, с щедростью отсыпали мне в насмешку гордости, упрямства, целеустремлённости, но совершенно забыли про такое важное умение в нашем мире, как желание выслуживаться ради повышения по службе. Возможно, поэтому в остальных местах, где я справлялась о работе, мне отказали.

Поднялась на ноги, отряхнула юбку скромного платья гувернантки и отправилась искать Скрюпа. Ну и кронпринца заодно. Прощения и милости нужно у него просить. Авось оттает и замолвит словечко перед управляющим.

Ступени старой лестницы стонали и скрипели под моими ногами. За перила я не держалась, так как местами на них облупился лак и теперь был риск посадить занозу. А мои руки и так выглядели не лучшим образом после двух дней непрекращающегося мытья окон. Им и так далеко до аристократических…

Застыла на предпоследней ступени. Второй принц с задумчивым видом изучал картины на стене.

– Если вы хотели добить моего брата, то нужно было не теряться и бросать что-нибудь ещё с окна, – он повернул голову, улыбнулся.

Первый весенний день. Так можно было охарактеризовать его улыбку. Та же внешность. Но какое разительное отличие. В глазах нет и капли льда, хотя они тоже голубые. Но скорее, как весеннее небо. И ямочки на щеках. Наверное, от этой улыбки млели многие девушки.

– Как можно шутить насчёт покушения на собственного брата? Разве вы не слышали теории о том, что наши мысли материальны? Это неблаговоспитанно, – одёрнула я принца, прежде чем подавила инстинкт преподавателя.

Лицо принца вытянулось, брови медленно поползли к линии роста волос. Я не нашла лучшего решения, чем сбежать. Ведь инстинкта самосохранения у меня тоже не оказалось. Перепрыгнула через ступеньку, едва не подвернула ногу, споткнулась о задранный ковёр и полетела вперёд. Впечаталась во что-то твёрдое, но удивительно тёплое. И это что-то даже придержало меня за плечи. Отпрянула.

Кронпринц. Будь он неладен. Сегодня у него миссия: встречаться на моём пути. И выставить меня из приюта. Никак иначе.

Глава 2

Кайан. Королевство Гримхольм. Нордград. Вороньи врата. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

До ужаса хрупкая. До невозможности раздражительная.

– У вас сегодня цель убить меня? – внутри всё клокотало.

Рецепторы поймали её запах. Я сдержался, чтобы не показать удивления. Всегда считал, что такие девушки, должны источат любой другой аромат, но никак не жасмина. Который не мог расти в Нордграде.

– Вы слишком ловко уворачиваетесь от летящих в вас снарядов, так что это вряд ли, – с достоинством ответила девушка, поправляя платье. – Всего лишь оступилась. Дважды.

Я скрестил руки на груди, неосознанно скользя взглядом по тщедушной фигуре. Ладно. Не совсем тщедушной. Скорее гибкой, как лоза. С тонкой талией. Высокой аккуратной грудью. И ноги. Идеальные. Точёные.

– Для таких стройных ног у вас отвратительная координация, – произнёс я и едва не поморщился от своих же слов.

Любая другая бы вспыхнула от моих слов. Но не эта. Рука взметнулась, и мою щеку обожгло пощёчиной. Даже голова мотнулась в сторону замершего и пытавшегося слиться со стеной от любопытства Агнара. Из-за него я, кстати, вернулся к этой проклятой лестнице.

Я медленно выдохнул. Девушка издала какой-то предсмертный вздох, приложила ладонь ко рту. Но быстро взяла себя в руки, расправила плечи и вздёрнула подбородок. Парадокс, но нашкодившим почувствовал себя я. Наверное, это и усилило раздражение. Магия заплескалась в крови. По стенам поползли морозные узоры, скрывая показавшуюся из-за обоев штукатурку.

Повернул к девушке голову. Она даже не отвела взгляда, смотря на меня исподлобья. Прядь платиновых волос выбилась из пучков на голове, закрыла выразительные серые глаза. Девушка раздражённо сдула её.

Восхищённый вздох заставил меня отвести от девушки взгляд. Ребёнок лет пяти с круглыми, как у совёнка глазами, трогал пальцами иней.

– Госпожа Лут, а лазве уже зима плишла?

Девушка улыбнулась. Всего лишь мимика. А словно лёд на реке сломался. Так, весна приходит в мир.

Присела, придерживая мальчика за плечи.

– Конечно же, нет. Это… магия. Разве ты видел, чтобы иней укрывал стены здания изнутри? Так ведь не бывает, – спокойно объяснила она.

– Бывает, – нахмурился малыш. – В плошлом году даже в комнатах стены поклыл лёд. А по утлам было сложно из-под одеялка вылезти. Ножки мелзли.

Агнар бросил на меня взгляд. Я нахмурился. О плачевном состоянии приюта нам доложили только недавно. До этого у него был другой благодетель. Скончавшийся полгода назад. Даже странно, как приют до сих пор существовал. Злость отступала, сменяясь жалостью.

– Но в этом году ты ведь будешь дезулить по ночам? Значит, мы не замёлзним.

Улыбка девушки дрогнула, скрылась, как солнце за чёрными тучами. Я заметил, как она покосилась в мою сторону.

– Не замёрзнете, – подходя ближе и присаживаясь рядом, ответил Агнар. – Ведь в этом году обязательно зажгут камины в комнатах. Ты когда-нибудь видел огромные снежинки?

Малыш помотал головой. Брат протянул ладонь, магией формируя на ней большую снежинку. Ребёнок от восторга даже захлопал в ладоши.

– А можно я покажу её длузьям? – протянул руки, пальцами осторожно беря снежинку.

– Рик, сначала нужно спросить, а потом взять, – строго поправила девушка. – И ты забыл про этикет.

Мальчик поклонился Агнару. Бросил взгляд на меня. На всякий случай поклонился тоже. Брат улыбнулся, беря мальчика за руку.

– Снежинка растает, и ты не успеешь показать её друзьям. Но если ты проводишь меня в комнаты, то я покажу снежинку и им.

Мальчик просиял и закивал головой, потянул едва успевшего подняться Агнара за руку по лестнице. Девушка тоже выпрямилась, немного ссутулилась, потирая запястье левой руки. Настолько тонкое, что его можно было обхватить двумя пальцами.

– Я… хотела попросить прощения. За воду. Ведро… – тяжело вздохнула. – Пощёчину.

Я уже открыл рот, подбирая слова.

– Ваше Высочество! – послышался заискивающий голос управляющего. – Вот вы где! Я вас искал. Прошу в мой кабинет, чтобы показать вам счётные книги за прошлые года. Коль? Вы до сих пор здесь? – он встал рядом со мной, бросая на девушку презрительный взгляд. – Хотя бы извольте выполнять ваши обязанности до конца рабочего дня.

У Рут дёрнулся глаз, но она промолчала. Удалилась в сторону, куда чуть ранее ушли Агнар с мальчиком.

– Ещё раз прошу прощения, Ваше Высочество. Что взять с этого отребья? Никакого воспитания. Дефицит наших поступлений заставляет нас брать на работу даже вот таких помощниц гувернанток.

– Да, идёмте, – пробормотал я, пропуская половину его слов мимо ушей.

И всё не мог не смотреть в сторону, куда она ушла. Вновь почувствовал злость на себя. Самая обычная девушка. Коих полно в Нордграде. В моей жизни были и поинтереснее. И с внешностью поэффектнее. В дорогих нарядах, которые было приятно с них снимать. Почему же, Тьма меня побери, я последний час стою и не могу оторваться от созерцания этой простолюдинки?

Я шёл следом за что-то говорящим Скрюпом. И не слышал ничего.

«А по утлам было сложно из-под одеялка вылезти. Ножки мелзли».

Я не знал, как это. В детстве у меня всегда был натопленный камин. Детьми мы спокойно играли в любой комнате замка. В любой было можно возиться с игрушками на пушистом ковре. Или на шкуре у камина. А после пробуждения печати льда морозы Нордграда стали другими. Не жалящими. А живыми, говорящими. Рассказывающими о лесах южнее. О Фьордовых берегах, где жили суровые скальды. Или о Крылатом пике, где слышен шелест крыльев крылатого народа. Я не чувствовал холода. Как и брат. Как отец.

Но слова мальчика всколыхнули жалость, коей я никогда не испытывал. Даже в самом отвратительном районе города – Пепельном рынке. Там каждый попрошайка умел добыть себе еду. Найти кров. И даже вот такие пятилетние мальчишки могли обобрать до нитки, если не быть внимательным. И жалость – последнее, что они вызовут. Скорее уважение.

Беглого взгляда по страницам счётных книг хватило, чтобы понять, насколько критична ситуация.

– Сколько детей сейчас проживает в приюте?

– Двадцать. Всё, что мы можем содержать, – сокрушённо вздохнул управляющий.

– Сколько персонала?

– Две нянечки, две воспитательницы, два повара, два сторожа, я. Ну и помощница гувернантки.

Я нахмурился, оторвался от книг, внимательно разглядывая Барнаби.

– Помощница без гувернантки?

– Мы стараемся экономить. Но вы не переживайте, Ваше Высочество. Коль здесь больше работать не будет…

– Не стоит. Дети её любят. Пусть работает, – выдавил я. – Ваш приют получит финансирование из личных средств семьи Гримвальд. Составьте список самого необходимого. Хотя… не стоит. Я проинспектирую его на состояние здания, мебели, персонала. На этом на сегодня всё.

Словно у меня и без этого было мало обязанностей. Я сам не понимал, почему хочу вернуться. Не было внятного объяснения. Но все слова уже сказаны. А значит, за них придётся нести ответственность.

Глава 3

Рут. Королевство Гримхольм. Нордград. Вороньи врата. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

Я совершенно не знала, чем занять себя, пока не ушла делегация из королевских отпрысков. Сидела в учебном классе и представляла, как отправлюсь в совет призрения и скажу, что лишилась работы. Как мои попечители, они могут вернуть меня в храм. И я вновь буду изолирована от мира. А ведь уже влюбилась в Нордград. Пусть он и не очень дружелюбен ко мне.

Отворилась дверь, заглянула Нэн.

– Ты чего здесь сидишь? Я думала, ты уже домой ушла, – затараторила она. – Прынцы уже отбыли. Слушай, ну какие красавцы. Смазливы, что девки. А плечи. Разворот шикарный. Жеребцы, что скажешь. Была бы я помоложе…

– Ушли? – подскочила я на ноги, отчего старый стул с возмущением скрипнул. – Мне нужно к Барнаби.

Выбежала из класса. Побежала к кабинету управляющего. Вновь перепрыгивала через ступеньку. Остановилась лишь у двери, чтобы отдышаться, поправить форму. Постучала.

– Войдите, – недовольно ответил Барнаби.

Прошла в кабинет. Застыла у двери, сцепив руки за спиной. Пальцы от волнения стали влажными.

– Господин Скрюп… – начала я, голос дрогнул.

– А, это ты, Рут. Что ж… Плохие новости для тебя. Кронпринц сказал, чтобы духу твоего в приюте не было.

Сердце ухнуло вниз. Нет. Не суждено мне задержаться в Нордграде. Или же… придётся отправляться на другую работу. Уже развернулась к двери, взялась за ручку.

– Беда с тобой, Коль. Надо же было так насолить наследнику престола. Но погоди… Я могу попробовать его переубедить.

Развернулась. Губы расползлись в робкой улыбке. Смахнула слезу, что успела покатиться по щеке.

– Но, понимаешь… мне и самому нужно убедиться, что тебе нужна эта работа, – Скрюп пробежал взглядом по моей фигуре, утёр губы тыльной стороной ладони. – Убеди сначала меня.

К горлу подступила тошнота. Тело окаменело. Отступила к двери, упёрлась в неё спиной.

– Я… могу взять ещё работу. Дополнительную. Без доплаты, – пробормотала я, дрожа, как осенний лист.

Женщины в этом мире никто. Их продают. Выгодно выдают замуж. Даже у аристократок участь незавидна в этом плане. Что уж говорить о какой-то сиротке. Коль – это не имя рода. Это клеймо. Безродная. Сирая. Убогая. Бесправная.

Скрюп поморщился, поправил сальные волосы, тщательно скрывая плешивую макушку.

– Зачем тебе надрываться, если можно решить вопрос проще? А я и обход решению кронпринца найду, – продолжил давить Барнаби.

Я мотнула головой. Скрюп вздохнул, подошёл ближе. Слишком близко. Кислый запах немытого тела настойчиво проник в ноздри. Я приложила руки к груди, держа ими пуговицы. Барнаби подцепил мой подбородок своими похожими на когти пальцами.

– Неужто я тебе не мил, Рут, – он наклонился, обдавая меня своим смрадным дыханием.

– Я… Я здесь для работы, – пролепетала я, сжимаясь ещё сильнее.

Скрюп поморщился. Отступил.

– Хорошо. У Торы ребёнок заболел. Возьми её ночные смены. Естественно, без оплаты. И смотри не спи потом на занятиях, – произнёс он раздражённо.

– Спасибо большое, – кивнула я и бросилась на выход.

Добрела до служебного помещения. Взяла плащ. Но уйти так и не смогла. Опустилась на стул. Тело до сих пор ощущалось деревянным. Губы дрожали. Обняла себя за плечи. Сделала глубокий вдох.

– Всё хорошо, Рут. Всё хорошо.

Выдохнула. Поднялась на ноги и поплелась на выход.

Скромную комнату я снимала на окраине Сумеречного квартала. Глуховатая старушка сжалилась надо мной и сдавала мне её за три серебрушки в месяц. Путь до работы неблизкий. И пролегал он через Пепельный рынок. Кратчайший. Можно было идти в обход, но там совсем пустые улицы. Сейчас вечером ещё было не так темно, а в ноябре начнётся полярная ночь. И тогда… я ещё не придумала, что буду делать. Возможно, ночные смены спасут мою жизнь.

Город я обследовала совершенно странным способом: случайно забредая на незнакомые улицы. Однажды я запомню дорогу. Когда-нибудь. Если раньше не убьют.

– Эй, красивая, до дома не проводить? – хрипло спросил кто-то позади.

Я ускорила шаг. За капюшон плаща грубо дёрнули.

– С тобой разговариваю. Немая, что ли?

– Простите, я спешу. Доберусь сама, – постаралась я быть вежливой.

Постаралась обернуться. Даже изобразила подобие улыбки. Здоровяк тоже улыбнулся. Щербато. Зубы у него росли, что колья в покосившемся частоколе.

– Чего одна по таким улицам шастаешь?

– Я не одна. Мой спутник уже скоро догонит меня, – я ткнула в первого попавшегося взгляду человека. – Вот он уже и идёт.

Махнула рукой. Здоровяк покосился на упомянутого мной «спутника». Отпустил меня.

– Ну тады иди, – хмыкнул он.

Я кивнула, поспешила наутёк. Был страх, что здоровяк пойдёт за мной. Постоянно оборачивалась. Но вскоре я покинула Пепельный рынок. Выдохнула, входя в Сумеречный квартал. Почти бегом добралась до небольшого домика, из труб которого валил дым. Тепло. Главное, что в этом доме тепло. Остальное мелочи.

– Добрый вечер, госпожа Винд! – крикнула я почти на весь дом.

Шаркая ногами по полустёртому ковру, в маленький холл вышла старушка Герда Винд. Когда-то она явно была красавицей и кокеткой. Теперь же лицо испещряли морщинки, спина сгорбилась, а руки, держащие трость, подрагивали.

– А, это ты, Рут. Я как раз чай свежий заварила. Ты такой явно не пробовала. Подь ко мне на кухню. Хоть расскажешь что. А то грустно мне одной сидеть весь день, – также громко ответила она мне.

– Хорошо, – кивнула я. – Только переоденусь.

Моя комната была больше похожа на клетку в подземелье. Такую, в каких держат узников. Без окна. Только кровать, да небольшой сундук, в котором лежало целых два моих верхних платья, да две нижние рубашки. Я успокаивала себя тем, что больше мне и носить некуда. Форму выдали в приюте. В остальном… мне больше и не нужно. Мне ведь на балах не красоваться.

Ещё вчера я принесла воды из колодца. За день она стала чуть теплее. Умыла лицо, руки. Сняла форму. Взяла кусок ткани, намочила его и обтёрла тело. Надела чистое платье, распустила волосы и отправилась пить чай к Герде. Моя комната была рядом с её квартиркой. Комнаты у неё снимали разные личности. И приличные. И маргинальные. С последними мне каким-то чудом удавалось не пересекаться.

– Ну что, как сегодня твоя работа? – поинтересовалась старушка, пока я разливала чай по чашкам.

Герда поставила на стол печенье. Мой рот наполнился слюной. Я ведь даже не обедала сегодня. С этим кронпринцем весь день насмарку.

– Видела принцев.

– Эт Гримвальдов, что ли? – удивилась Винд.

– Угу, их самых, – пробормотала я. Чуть громче добавила. – Чуть не уволили. А управляющий…

Не закончила. Мне было стыдно говорить об аморальном предложении управляющего. Женщина всегда сама виновата. Так говорит общество. Только в чём? В том, что родилась физически слабее? Я так и не поняла.

– Ой, я ж ещё Харальда Гримвальда застала на троне. Вот уж был гад… – Герда уже и не слушала меня.

А мне это было и нужно. Заполнить её голосом пустоту. Выпить чай. Съесть печенье с изюмом. И настроится на новый день.

Уже лёжа в кровати, я позволяла себе мечтать. О другой жизни. Красивой. Сказочной. А реальность была Скрюпом. Сирыми детьми. И уволившим меня кронпринцем. И то, что я его больше не встречу – тоже стало новой мечтой.

Глава 4

Кайан. Королевство Гримхольм. Нордград. Королевский клык. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

Мы ехали в карете только пять минут. Агнар бросал на меня лукавые взгляды, едва сдерживал улыбку.

– Говори уже, иначе взорвёшься, – ворчливо заметил я.

– Понравилась? – брат подался вперёд, упёрся локтями в колени, переплёл пальцы и положил на них подбородок.

Я фыркнул. Отвернулся к окну. Всё, что нужно знать о моей семье: все её члены немного безумны. Начать стоит с деда – покойного Харальда Гримвальда. Он отличался жестокостью. В основном к своим жёнам, коих было около десяти, и детям: троим сыновьям. Старший – Веллант, ныне правящий король, мой отец. Ну и Агнара, конечно. Куда же без этого недоумка.

Младший брат – истинная заноза в заднице. С неуёмной энергией, мастерством попадать в неприятности и любовью к сплетням. Произошедшая ситуация его забавляла. Это было видно по глазам. Наверное, ему досталось мамино умение чувствовать чужие эмоции. Не магия, нет. Просто считывание их по поведению собеседника.

– Не понимаю, о чём ты, – намеренно переводя на брата взгляд, ответил я.

Вот только вместо расплывшегося в улыбке брата, перед взором мелькнули две слишком стройные ножки. С трудом сохранил спокойствие и не тряхнул головой.

– Ой, да ладно. Я же видел, как ты на неё смотрел, – усмехнулся брат.

– Как? – приподнял я бровь.

– Оценивающе. С вожделением. И должен признать, она недурна.

– Так приударь. Раз так понравилась, – пожал я плечами.

– Зануда, – брат отвернулся к окну. – Я с тобой не разговариваю.

– Ну слава богам! Долгожданная тишина, – пришёл мой черёд усмехаться.

У моего отца два брата: принц Рейнар и принц Ашер. И у каждого по двое детей. Люциан, старший сын Рейнара, мой ровесник. Он ближе мне по духу. Спокойный. Старается собрать все знания мира в своей голове. Стратег, каких ещё поискать. И второй меч континента. А его младший брат – Видар, похож по характеру с Агнаром. Они и родились с разницей в неделю. Только Видар ещё и вспыльчив. Что часто доставляло нам проблемы.

У принца Ашера дети – близнецы. Эйрик и Эми. Кузина несколько месяцев назад вышла замуж за своего истинного. В детстве она была ещё той для нас проблемой. Теперь… это самая благопристойная девушка, которую можно встретить. Её брат… Агнар, Видар и Эйрик – это наказание нашей семьи. За все грехи. Даже будущих поколений.

Худшее – уже сегодня за ужином произошедшее будет обсуждать вся семья. Если что-то знает Агнар, Видар или Эйрик – знать будут все. Для того чтобы победить Гримвальдов, достаточно взять в плен кого-то из этой тройки. Даже пытать будет не нужно. Довольно будет и бокала вина.

– Я не хочу, чтобы сегодняшнее происшествие обсуждалось за ужином, – тихо, но жёстко произнёс я, когда карета остановилась у парадного подъезда.

– Думаешь, интереснее будет обсудить за завтраком? – ехидно улыбнулся брат.

– Ты понял меня, – я первым выбрался из кареты и не оборачиваясь направился к замку.

Затылком чувствовал, как брат передразнил меня, состроив рожицу. Но не стал акцентировать на этом внимания.

Первым делом отправился привести себя в порядок. Купальня с горячей водой. Прикрыл глаза, отдаваясь блаженной неге.

Удивительно, но серый может быть и благородным цветом. Как волосы кузины. Пепельный. Отливающий серебром на свету. Или глаза кузены. В моменты, когда он серьёзен. Сталь. И её глаза. У них особенный оттенок. Дымчатый. Почти прозрачный. Как горный хрусталь. И взгляд… пробирающий до нутра.

Как вызов мне. Мне достался взгляд отца. Холодный. Тяжёлый. Возможно, однажды мне перейдёт печать Забвения. Стирающая не только память, при зрительном контакте с человеком, но и саму личность. Тяжкое наследие. Но я был готов и к нему.

Выбрался из воды. Надел чистую одежду и отправился в кабинет отца.

Наш замок разделён на три крыла. Центральное – принадлежит королю и королеве. Библиотека, трапезная, кабинет короля, зал советов, тронный зал, зимний сад и жилые комнаты. Восточное – моё. Западное – Агнара.

Когда мне было двенадцать, родителям пришла гениальная идея, не разлучать нас с кузенами и кузиной. Так, мы и жили, мотаясь по королевству и воспитываясь тремя семьями. Я и Люциан использовали это, чтобы подчерпнуть самые сильные стороны и знания братьев. Младшие… скорее переняли все изъяны.

Постучал. Дождался ответа отца, прошёл в кабинет. Король отложил в сторону документ, поднял на меня взгляд. Лёгкая улыбка появилась на его лице.

– Уже вернулись?

– Там даже долгого присутствия не понадобилось, для полного видения картины, – ответил я, поклонившись отцу.

Опустился в кресло.

– Это единственный приют в городе. Он ведь долгое время был под присмотром лорда Вороньих ворот. Сегодня состояние его ужасно. Там даже для обогрева средств не хватает. Эту зиму они не переживут.

Отец откинулся на спинку кресла, задумчиво покрутил в руке перо.

– Можно поговорить с Ашером и направить часть его теневых доходов на восстановление и поддержание приюта. От этой стороны жизни Гримхольма сирот появляется не меньше, чем от войн.

Я собрался с духом.

– Мы ведь можем восстановить приют и из личных средств Гримвальдов. Для нас это мелочь, а для сирот целое состояние.

– Видишь ли, сын… Я не против. Но на любом участке сбора податей и их распределения всегда появляются казнокрады. Мы выделим средства. А тот же управляющий соберёт половину в свой карман. Гримвальды не обеднеют. Наша семья имеет всё, чтобы ещё ваши внуки жили в довольстве. Но и сирот это не обогреет. Понимаешь?

– Я могу проконтролировать. Это ведь полезный опыт, неправда?

– У тебя без этого мало обязанностей? – отец усмехнулся и качнул головой.

– Мне помогут кузены. И Агнар.

– Хорошо, – отмахнулся отец. – Поступай, как считаешь нужным. Главное, чтобы приют не стал моей головной болью.

Я кивнул и поднялся на ноги. И для чего я это делаю? Жалость? Возможно. Или, всё же другая сероглазая причина? Впрочем, неважно.

Глава 5

Рут. Королевство Гримхольм. Нордград. Вороньи врата. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

До обеда время пролетело незаметно. Уроки со старшими детьми. Занятия с младшими. А после прогулка с детьми. В Нордграде нет лиственных деревьев. Лишь хвойные. И возле приюта был небольшой парк. Иголки мягко шуршали под ногами. Дети с весёлым смехом играли в салки.

К концу прогулки по небу поползли тяжёлые тучи. Поднялся пронизывающий до костей ветер. Я отвела детей в дом. Как раз подходило время обеда. Сама же отправилась выполнять очередное задание Скрюпа – мыть полки в библиотеке. И что он взялся вылизывать весь приют?

Взбиралась и спускалась по лестнице. Раз за разом. На некоторых полках обнаружилась паутина. Но и это не трагедия.

Я мыла полку под самым потолком. Лестница стояла у двери, но я знала, что библиотеку посещают нечасто, поэтому не переживала, что кто-то войдёт и снесёт меня. А всё же нужно было…

За окном падал первый снег. Бушевал ветер, изредка бросая пригоршню мокрого снега на стёкла. Я была увлечена работой, когда до меня долетела музыка. Кто-то взялся настраивать старое пианино. Замерла прислушиваясь. Мелодия сменилась приятным мужским смехом.

Дверь отворилась. Резко. Порывисто. Я даже пискнуть не успела, как лестница поползла в сторону. Моё тщедушное тельце полетело в другую. Прямо на вошедшего. Я зажмурилась.

И почти не ударилась. Можно сказать, мягко приземлилась.

– Вам определённо нужно повесить на шею колокольчик, – прошипел кронпринц.

– Он скорее вам нужен. Шастаете где ни попадя, а я потом крайняя, – в тон ему ответила я.

Тёмная бровь приподнялась. Кронпринц поставил меня на ноги. Я смутилась, осознав, что была на его руках.

– У вас где-то запасная жизнь припрятана? – нависая надо мной, спросил наследник.

Отступила. Упёрлась спиной в книжный стеллаж. Сердце ускорило бег. Аромат можжевельника заполнил всё моё пространство.

– Простите, Ваше Высочество. Но всё же это вы чуть не отправили меня во Тьму, своим появлением. И сразу же начали мне хамить, – потупила я взор, совершенно не раскаиваясь.

И снова музыка. Только мелодия стала игривей. Как молодая кобылка, выпущенная на волю. Летела. Гарцевала. Кронпринц упёрся рукой в стеллаж. Слишком близко. Неизменная паника схватила меня за горло.

– Почему после ваших извинений, я начинаю чувствовать себя провинившимся ребёнком? – пробормотал наследник, разглядывая моё лицо цепким взглядом.

Замер на моих губах. Я приоткрыла рот, неосознанно облизнулась. Дыхание сбилось. Пальцы задрожали. Попыталась отступить ещё, чтобы увеличить расстояние между нами, но было уже некуда отступать. Лишь стеллаж пошатнулся. Ведро, ожидавшее на верхней полке своего часа, полетело вниз, окатывая водой и меня, и кронпринца.

Королевский отпрыск утёр лицо рукой, отплевался от воды, открыл глаза, впиваясь ими в меня.

– Формально в этот раз вы сами виноваты, – пробормотала я, чувствуя себя лягушкой.

Голубые глаза сверкнули нехорошим огнём. Принц посмотрел на свою белоснежную рубашку, по которой вновь расползались грязные разводы.

– Меня посещает нехорошая мысль: либо у вас категорическое отрицание белого цвета, либо вы желаете меня раздеть, – произнёс он, пробегая по мне взглядом.

Я скользнула взглядом по его груди. Явно рельефной. Вон как мышцы перекатывались при каждом движении. Даже рубашка этого не скрывала. Пока была сухой. Теперь же… она облепила его тело. И лишь камзол помогал мне не вспыхнуть всем лицом.

– Э-э-э, нет. Нелогичное предположение. Если вы не заметили, то я тоже мокрая с головы до ног. И моему платью досталось куда больше, чем вашей рубашке, – мотнула я головой.

– То, что вы мокрая не заметил, – хмыкнул принц. – Платье – да. Изрядно промокло.

– Хам. А ещё и сын короля, – с укором произнесла я.

Кронпринц резко наклонился ко мне.

– Не зли меня, мышка. И старайся не попадаться мне на пути.

Можжевельник смешался с морозным воздухом. Запах преддверия Ночи Зимней луны. Чуда. Надежд. И ледяные глаза. Наверное, на севере с такими приходит смерть. Только у неё вряд ли такие красивые скулы. И губы. Так и хотелось дотронуться до их линии, обвести. Или притронутся к пушистым тёмным ресницам, сейчас склеенным от воды, но всё же невозможно длинным.

– Пока это вы меня преследуете, – как под чарами пробормотала я.

Зрачок принца на миг расширился. Так, кот замечает в углу избы движение, настраивается на охоту. А мышка и правда хотела проскользнуть незаметно. Игры с принцами не мой удел.

Наклонился ещё. Наше дыхание смешалось. Его губы так близко к моим губам.

– Если бы я начал преследование… мы бы сейчас находились не здесь. И не так, – тихо произнёс принц, щекоча дыханием губы.

Низ живота наполнился странной тяжестью. Приоткрыла губы, старалась дышать. Отвоевать для себя хоть немного кислорода. На лице принца появилась ленивая улыбка. Победителя. Мне нечем было крыть.

Он отстранился, развернулся и направился на выход из библиотеки. Я обняла себя за плечи. Что не так с этим принцем? И со мной? Кто проклял меня, что я сталкиваюсь с ним снова и снова?

Вздохнула, подняла ведро, принялась тряпкой собирать с пола воду.

– А я всё гадаю, почему мой брат вновь мокрый и злой, – раздался над головой насмешливый голос. – Вы всё никак не расстанетесь с тряпкой и ведром?

– Ну кто-то же должен выполнять свои обязанности, – устало огрызнулась я, поднялась на ноги.

– Давайте я помогу вам с ведром, а вы поможете мне в ответ? – очаровательно улыбнулся принц.

Я насторожилась, выжала тряпку, бросила её в сторону, выпрямилась и сдула с лица выбившуюся из косы прядку. Второй наследник наблюдал за мной. Тоже хищник. Но осторожный. Хитрый. Как лис. У него даже прищур был похожий.

– И чем же я могу вам помочь? – тихо спросила я, подхватывая ведро.

– Мне нужна экскурсия по самым проблемным местам приюта. Но без Скрюпа.

Глава 6

Кайан. Королевство Гримхольм. Нордград. Королевский клык. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

Сегодня в замок вернулась Эми со своим мужем. Несмотря на шрам, рассекавший правую половину лица, её улыбка озаряла Королевский клык своей несравненной красотой. Первым её устремился обнять Эйрик. Наверное, эта разлука тяжело далась им обоим. Всё же они близнецы и всегда тонко чувствовали друг друга.

– Тёмный испортил твою талию, – отстранившись от Эми, прошептал на всю гостиную Эйрик.

Дамиан закатил глаза, фыркнул. Кузина стукнула своего близнеца по плечу.

– Ты такой тактичный, Эйрик, что просто слов нет, – сделала мама замечание неуёмному кузену, подошла к Эми и обняла её. – Хотя, признаться, я думала, что живот на этом сроке должен быть поменьше.

Я тоже обнял Эми. В принципе, как и все члены нашей большой семьи. Не было только дяди Рейнара, его супруги Хлои, дядя Ашера и его супруги Лорелин. Но они должны были прибыть со дня на день.

– Временно управлял Крылатым пиком Эйрик, так что не обессудьте, если что не так, – хмыкнул папа.

– Уже страшно, – пробормотал Дамиан.

Кузен приподнял бровь, изобразил обиду. Но глаза его остались золотистого цвета. Несколько часов Эми с восторгом рассказывала о жизни в Ноктурне – соседнем государстве, принцем которого был её супруг. Из-за того, что и Эми, и Дамиан были наследниками важных земель, жить им приходилось то в Гримхольме, то в Ноктурне.

Я любил свою семью. Наверное, у Гримвальдов это в крови. Мы все странные для других. Но за друг друга мы всегда стоим горой.

Эми и Дамиан отправились в Крылатый пик – район Нордграда, принадлежавший крылатым. Отец и мама поспешили вернуться к делам. Кузенов я притормозил.

– Мне нужна ваша помощь. Особенно твоя, Люци, если несложно.

Агнар, Видар и Эйрик закатили глаза, словно их поведут на каторгу таскать камни. Люциан же присел на подлокотник кресла.

– Конечно. С чем тебе помочь?

– Приют у Вороньих ворот, – начал я.

– У нас в городе только один приют, – фыркнул Агнар, плюхнулся в кресло, нахмурился и посмотрел на меня уже с озарением. – Ты всё же взялся за него? – подался вперёд. – Неужто из-за Колючки?

– Кто такая Колючка? – моментально подхватил Видар, усаживаясь в кресло и переводя взгляд с меня на Агнара и обратно.

– О-о-о-о, я же не рассказал, – начал мой младший брат, но наткнулся на мой взгляд, поперхнулся, – пока не рассказал. Наверное.

Люциан усмехнулся, наблюдая за нашими с братом гляделками.

– Так какие сложности с приютом?

– Кроме строптивой девушки, – поддел Эйрик.

Я раздражённо потёр переносицу.

– Управляющий приютом не внушает доверия. Но формально, у меня нет причин убирать его. Да и наша семья только берёт приют на попечительство. Но стоит всё же осмотреться, поскольку сбережения нашей семьи могут уйти не туда. Приют в ужасном состоянии.

– Хорошо, – кивнул Люциан, – Естественно, ты можешь рассчитывать на нашу помощь.

– За себя говори, – огрызнулся Видар. – С приютом понятно. А что с девушкой?

– Я больше не могу молчать, – сдался Агнар.

И принялся рассказывать. Что хорошо умел мой брат, так это украшать. Из его рассказа следовало, что между нами с девчонкой едва искры не летели. Мне приходилось поправлять его не единожды. Люциан косился в мою сторону с сочувствием во взгляде, но молчал. Лишь губы его дрожали, то и дело расплываясь в улыбке. Видар и Эйрик же смаковали каждую деталь моего короткого знакомства с девицей.

– Даже дышать легче стало, – откинулся на спинку кресла Агнар, как только закончил врать.

– А в чём в принципе проблема? Порадовал бы себя и девушку коротким романом, – пожал плечами Видар. – Ясно ведь, что ничего серьёзного не будет. Но можно и подарить девушке приятные воспоминания.

– Ага, – подхватил Эйрик. – Чтобы она в старости рассказывала внукам, как провела ночь с принцем.

– Кто о таком рассказывает? – скривился Агнар.

– Морвена, – пояснил Эйрик. – Я только спустя шесть лет понял, что именно она рассказывала. Но в каких красках…

– Не продолжай, – Агнар даже плечами передёрнул. – Бабуля могла выдать всё что угодно.

– Так мы едем в приют? – устало спросил я.

– Конечно, нужно же посмотреть, что там за Рут Коль, – ехидно улыбнулся Видар.

– Я тебя убью, – пообещал я Агнару, поднимаясь с кресла.

– А что сразу меня? Вот Видара и убивай. Я здесь ни при чём.

В карете я ехал с Люцианом, что дало мне временную передышку. Он не донимал расспросами, лишь достал потрёпанный томик и принялся читать. Когда подъехали к приюту – испортилась погода. Небо затянуло тучами, посыпал первый снег.

Стражу мы оставили в холле. Я и Люциан отправились в кабинет Скрюпа, три неприятности отправились инспектировать помещения приюта.

– Ты им доверяешь? – приподнял бровь кузен, в зелёных глазах поблескивали весёлые искорки.

– Рут справится сама. Если ты об этом, – отмахнулся я.

– А что на самом деле, Кайан? Ты сам не свой в последние два дня.

– Я же сказал, что всё в порядке, Люци, – начал закипать я. – Если что-то будет не так, просто приударю за ней на время.

Кузен пожал плечами, но больше расспросами не донимал. Ведь для этого у него была другая жертва – Барнаби Скрюп. И этот проныра был уверен в каждом своём слове. Мы обсуждали, на что в первую очередь стоит потратить средства. И так несколько часов. Потом мы решили с Люци немного пройтись по приюту. Обнаружили троих наших родственников, настраивавших пианино. Нужно сказать, что хороший музыкальный слух — это у нас семейное. И с этим делом они справлялись вполне сносно.

Люциан увлёкся спором с младшими, а я решил заглянуть в соседнее помещение. Табличка на двери вещала, что это библиотека. Чего я точно не ожидал, так это встречи с Рут. Упавшей прямо в мои руки.

И чем больше она отвечала, тем сильнее закипала моя кровь. Я желал её. И отрицал это. Всё внутри сопротивлялось этой тяге. Связи со служанками не новы для аристократов. И в этом нет ничего особенного. Но губы… когда она приоткрыла их, облизнулась. Я готов был пойти против себя. Готов был наклониться и поймать их. Нежно. Или властно. Неважно. Лишь бы почувствовать их на своих.

Ещё и запах жасмина, что лишь усилился, когда её волосы стали мокрыми. Я предупредил её и сбежал. Обратно к Люциану и Барнаби. Потому что они понятны и просты. А она загадка. Хотя всё должно быть наоборот…

Глава 7

Рут. Королевство Гримхольм. Нордград. Вороньи врата. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

Я вздохнула. Мне нравился приют. И нравилось работать с детьми. Но идти в обход управляющего? Прикрыла глаза. Вспомнила, как Скрюп объявил мне об увольнении. Как предлагал «решить» вопрос.

– Хорошо. Я помогу вам. Даже несмотря на то, что ваш брат меня уволил, – вздохнула я.

– Кайан? – округлил глаза принц.

– У вас есть другие братья? – приподняла я бровь.

– Родных нет. Но есть двоюродные, троюродные и так далее, – честно ответил принц, забирая у меня ведро. – Просто не верится, что Кайан мог такое сделать.

– Я облила вашего брата… дважды. Ладно, уволил он меня после первого раза. Тогда я ему ещё пощёчину влепила, – нахмурившись, ответила я. – Вполне логично, что за такое оскорбление, он потребовал, чтобы и духу моего в приюте не было.

– Он сам вам это сказал? – принц придержал дверь, попуская меня на выход.

В сапожках хлюпало. Мокрые волосы липли к лицу. Да и в мокрой одежде было некомфортно. Мы направились к небольшой гостиной, где раньше собирались по вечерам дети. Теперь же в ней было слишком холодно. Одинарные рамы не спасали от вечерней прохлады. Хотя прохлада, слишком мягкое определение для погоды Нордграда.

Теперь я увидела, кто настраивал пианино. Два молодых человека. Внешне они были очень похожи на принцев. Только глаза другие. У одного зелёные, внимательно изучающие меня. У другого… золотистые. Когда мы вошли, и молодой человек отвлёкся от клавиш, глаза сменили цвет на медовый с золотистыми крапинками. Я инстинктивно присела в реверансе.

– Рут, позвольте вам представить моих кузенов – Видара и Эйрика. Рут Коль, – расплылся в широкой улыбке принц.

– Очень приятно познакомиться с вами, Рут, – улыбнулся зеленоглазый Видар, спрыгнул с пианино. – А что с вами произошло? – нахмурился.

– Ведро со стеллажа свалилось, – поморщилась я, убирая от лица мокрые пряди.

– Эйрик, не окажешь услугу? – спросил принц, подходя к окну, открывая его и выливая воду из ведра.

В комнату влетели снежинки, просочился холодный ветер. По телу пробежали мурашки. Передёрнула плечами. Эйрик прищёлкнул пальцами. В комнате стало теплее. А платье… от него пошёл пар. Как и от сапожек. Мгновение и одежда была сухой. Как и волосы. Я округлила глаза в искреннем удивлении.

– Спасибо, Ваше Высочество, – выдохнула я.

Эйрик поморщился.

– Высочество он, – указал он на Агнара. – Мы с Видаром лорды. В будущем. Но можешь звать нас просто по именам.

– Приступим, – Агнар поставил ведро на пол, потёр руки. – Покажешь нам кладовые, классы. В общем, все помещения.

– Следуйте за мной, – я махнула рукой.

Следующие несколько часов мы бродили по приюту. Все помещения, что были не заперты, принц и лорды осматривали со скучающим видом. Приют был на грани закрытия. Двадцать воспитанников не пережили бы зимы Нордграда со скудным запасом дров. Повариха Сея показала кладовые. Полупустые.

– Ты так и не ответила на вопрос, – напомнил Агнар, когда мы осматривали пустые комнаты детей.

В этих уже никто не жил. Только две большие комнаты были определены под жилые. В индивидуальных было слишком холодно. Для экономии дров, всех детей переселили в общие. Женскую и мужскую. Воспитатель уже ушла домой. Скоро должна уйти и Нэн. А значит, мне нужно будет приступить к обязанностям ночной няни. За окном стемнело. Но свечи экономили, поэтому во многих помещениях царил мрак.

– Нет, Его Высочество не говорил мне этого. Господин управляющий передал его слова, – нахмурилась я.

Агнар приподнял бровь, потёр подбородок.

– Значит, господин управляющий, – задумчиво пробормотал он. – Интересно.

– А ты не из Нодргада, да? – спросил Эйрик, когда мы направлялись к главному холлу.

– С юга Гримхольма, – ответила я нехотя.

Когда-то и у меня была большая семья. Я была старшей дочерью. И у меня было ещё три сестры. Болезненное воспоминание, которое я гнала подальше, всякий раз, когда память выуживала его. Далёкое. Забытое. Теперь нереальное. Чужое.

– И как тебе Нордград? – подхватил Видар.

– Холодноват, – улыбнулась я, стараясь не морщиться от того, что малознакомые мне люди переходят на «ты».

Аристократам положено больше, чем простым смертным. И я предпочитала держаться от них подальше. Жаль, что судьба решала всегда иначе.

– А живёшь ты здесь? – неопределённо обвёл пальцем помещения Эйрик.

– Нет. Я снимаю комнату в Сумеречном квартале, – мы остановились у лестницы, ведущей вниз.

– Далеко отсюда, – нахмурился Видар. – Разве персоналу не выделяют комнаты в приюте?

– Насколько я знаю – в этом нет. Да и через Пепельный рынок не так и далеко получается, – постаралась улыбнуться я.

Агнар перевёл на меня изумлённый взгляд.

– Ты ходишь домой через Пепельный рынок? Ты хотя бы знаешь, что это за район города?

– Не самый привлекательный и безопасный, – натянуто улыбнулась я.

– Вас там долго ещё ждать? – недовольный голос кронпринца прервал беседу.

Я взглянула вниз. Кайан стоял у лестницы, устремив на нас свой ледяной взгляд. Даже зябко стало. Лица моих спутников недовольно скривились. Рядом с Кайаном стоял ещё один молодой человек. Явно Гримвальд. Зеленоглазый. На кисти у него была красивая татуировка в виде компаса и надписей.

– Ну что ж, нам пора, – глянув на брата, пробормотал Агнар. – Спасибо, Рут. Мы перед тобой в неоплатном долгу.

– Мне было совершенно несложно, – кивнула я.

Агнар, Эйрик и Видар спустились по лестнице, а я поспешила сменить Нэн.

Глава 8

Кайан. Королевство Гримхольм. Нордград. Королевский клык. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

Мне удалось отвлечься. Почти. Только когда мы уходили из приюта, я увидел её снова. В компании моих родственников.

До дома я обдумывал, с чего стоит начать наведение порядка в приюте. Люциан молчал, но всё же бросал на меня загадочные взгляды. Я словно на знакомство с Коль их возил, а не для решения проблем. Погода на улице становилась всё хуже. Нужно было уже договориться о поставке дров для детей. Скрюп весь разговор алчно сверкал глазами, предлагал взять на себя часть хлопот. Но я твёрдо заверил его, что мы справимся сами.

Первым делом по возвращении домой я отправился в купальню. Каждая встреча с этой девушкой оставляла на мне грязные следы. В этот раз, правда, ещё и образы добавились. Её приоткрытые влажные губы. И запах жасмина. Навязчивый. Въедливый.

Принц и помощница гувернантки. Нелепость. Вздор.

Возможно, мне стоит поддаться искушению и не мучить себя. В чём-то кузены были правы. Кто из нас не проводил ночи в объятиях служанок или других простолюдинок? Всего лишь порок.

Я прикрыл глаза. И мысленно коснулся её губ. Наваждение. Но тело отозвалось. В паху всё окаменело.

– Да что б тебя, – прорычал я сквозь зубы.

За ужином уже собралась вся семья. Прибыли принц Рейнар и принц Ашер. Трапезная была полна хаоса. Этикет – номинальное понятие в нашей семье. Его соблюдают только на людях. В остальных случаях все общаются на равных. Обращение к королю «Ваше Величество» чаще всего звучит с сарказмом либо обидой.

– За время нашего отсутствия никто даже не женился? – обвёл нас ехидным взглядом принц Ашер.

– А уже пора? – выглянул из-за Дамиана Эйрик.

В последнее время он старался отсаживаться подальше от своего отца, прячась за Эми и зятем.

– Ну от тебя понятно, что все невесты в разные стороны шарахаются, – фыркнул Ашер.

– Не все, присматриваюсь к кузине Дамиана из Железных, – не скрывая ехидства, ответил Эйрик.

Дядя Рейнар подавился вином. У принца Ашера цвет глаз сменился с золотистого на огненно-красный.

– Ты можешь не торопиться с женитьбой. Я ещё к вторжению Тёмных не могу привыкнуть, – процедил он в ответ.

– Пап! – возмутилась Эми.

– Всё нормально, я уже почти привык, – вздохнул Дамиан. – Но не думаю, что тебе там что-то светит. Они всё ещё не мог простить вам Долину.

Уже прошло двадцать пять лет с окончания войн с Тёмными и Железными. Самое интересное, что напали на Гримхольм, проиграли и теперь затаили злость, что принц Рейнар захватил Железную Долину. Короли признали эти земли в качестве дани за ущерб Гримхольму. Но Железные всё ещё спят и видят, как Долина вернётся в состав их земель. С Тёмными тоже были напряжённые отношения. До свадьбы Эми. Которая оказалась истинной Дамиана.

– Все вопросы к нему, – ткнул вилкой в Рейнара Ашер. – Я с Ноктурном воевал. За что и поплатился.

– Да, папа! – сверкнула Эми на него синими глазами.

– Всё-всё, молчу, – хмыкнул Ашер, поднимая руки.

Ужин прошёл в обмене шутками, новостями. После ужина я заглянул к отцу и отчитался о своём решении всё же взять приют под опеку королевской семьи. Когда вернулся в покои, там меня уже поджидали Люциан, Видар, Агнар и Эйрик. С вином и улыбочками.

– Что вы здесь делаете? – сразу ощетинился я.

– Ждём тебя, – промурлыкал Эйрик.

– И для чего же позволь узнать? – приподнял я бровь, усаживаясь в кресло, принимая протянутый Люцианом бокал.

– Позволяю, – театрально махнул рукой неуёмный кузен.

Я прищурился. Эйрик даже глазом не моргнул. Агнар же подался вперёд.

– Знаешь, что мы сегодня выяснили? Оказывается, ты уволил Рут.

– Что? С чего бы мне это делать? – нахмурился я.

– Ведро грязной воды. Пощёчина. Ну, по её мнению, вполне пригодный повод для увольнения, – перечислил брат.

– Я не увольнял её, – отрезал я.

– А Скрюп решил иначе, – пожал плечами Видар.

Я потёр лоб, совершенно не понимая, для чего управляющий так сделал. Хотя… Рут работала помощницей гувернантки. И мыла окна в первый наш визит. По бумагам он платил ей сущие крохи.

– Не нравится мне этот управляющий, – нарушил ход моих мыслей Люциан. – Вот увидишь – мы ещё с лихвой хапнем с ним проблем. Ушлый, алчный. Сомневаюсь, что за полгода от смерти лорда Вороньих ворот приют пришёл в такой упадок. И ведь по документам отчисления лорд делал неплохие.

– Там просто мрак, – кивнул Агнар. – Провизии едва хватит на неделю. Камины зимой будет нечем топить. Про гостиную, в которой ветер гуляет, и вовсе промолчим.

– Но прямых доказательств у нас нет. Нужно поймать его за руку. И найти нового управляющего. Достойного, – подытожил я.

– А Рут? – поиграл бровями Эйрик.

– Что Рут? – закатил я глаза.

– Так ты собираешься девушку обхаживать или как? – присоединился Видар, широко ухмыляясь.

Я сделал глоток вина. Промолчал. Меня раздражали братья. Особенно сегодня.

– Это уже не ваше дело. Завтра займитесь насущными вопросами по приюту. И желательно найти ещё меценатов. Здание приюта требует срочного ремонта. Видар, потряси лордов Сумеречного квартала. Агнар – на тебе лорды Ледяных садов. Эйрик, загляни к Эми и Дамиану, освети проблему, пусть тоже привлекут своих лордов.

– Как скажете, Ваше Высочество, – поморщился Видар.

Разочарованные. Как сплетницы пришли смаковать мою проблему. А я не дал развить тему. Скрыл усмешку. Хотя признаться, ранее в купальне я мысленно позволил себе зайти с Рут дальше. Там в библиотеке. У стеллажей. Представлял, как платье гувернантки сползает по хрупким плечам, обнажая их…

Глава 9

Рут. Королевство Гримхольм. Нордград. Вороньи врата. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

– Боги, помогите мне сегодня не уснуть по пути домой, – побормотала я, поднимаясь со стула.

Взяла тряпку, намочила её и принялась стирать с доски записи. Ночь была спокойной. Только несколько раз мне приходилось утешать заплакавших во сне детей. Можно было и вздремнуть, но боялась, что сон будет крепким и я не услышу чей-то плач.

Как итог: сегодня дважды ошиблась, рассказывая старшим детям историю континента. А ведь время только обед. Даже не представляла, что может меня взбодрить. Кофе – невиданная роскошь для меня. Чай с травами всё больше клонил в сон.

Дверь отворилась. И я снова взмолилась богам. Только теперь уже мысленно. На пороге стоял кронпринц. А ведь день и так был не радужным. Отложила тряпку, сделала реверанс.

– Добрый день, Ваше Высочество! Чем могу помочь? – мысленно же я отправила его куда подальше. Вместе со Скрюпом и всей королевской семьёй.

Никогда не была злобной стервой, но недосып превратил меня в жуткого монстра. Я и выглядела явно так же.

Кайан прошёл к столу, присел на него, отчего у меня дёрнулся глаз. Чуть подался вперёд, нагло вторгаясь в моё пространство.

– Я как раз вас искал, Рут.

Скрестила на груди руки.

– Чтобы лично сказать об увольнении? В прошлый раз у вас смелости не хватило? – аромат можжевельника раздражал.

Принц прищурился.

– Я не увольнял вас. Несмотря на всё произошедшее.

Значит, всё же Скрюп солгал. Решил воспользоваться моей слабостью и зависимостью от этой работы. Мерзавец.

– Более того, у меня для вас хорошие новости: теперь вы занимаете должность гувернантки. Как и положено. Ведь фактически вы выполняете обязанности этой должности. А не помощницы, как указано в документах. И кому, как не вам подобрать ещё гувернанток, – спокойно продолжил принц.

Я растерялась. Мышка ещё помнила, что благоприятное расположение со стороны тех, кто по социальной лестнице выше – не сулит ничего хорошего. Напряглась. Инстинктивно взяла ведёрко с водой, стала промывать тряпку. Занять руки – чтобы меньше нервничать.

– Благодарю за доверие… но я никогда не занималась подбором. Вряд ли справлюсь с этой задачей, – пробормотала я.

– Вам нужно лишь будет оценить уровень знаний кандидаток. Остальное — работа Скрюпа.

Выжала тряпку. Повесила её на гвоздик. Застыла. Совершенно не зная, как вести себя с принцем дальше.

– И ещё, – продолжил Кайан, пробегая по мне взглядом. – Ваша загруженность станет куда меньше. А жалование, напротив, станет больше. Я позаботился об этом. Но у меня к вам есть предложение: не хотели бы вы сегодня прогуляться по городу?

Когда магма начинает подниматься по жерлу вулкана, растёт давление. Вверх летят камни. Глыбы. Пепел. Запах серы, как предупреждение об опасности. Примерно такой же процесс происходил и во мне. Только очень быстро. Вулканы ничто, по сравнению с моей яростью.

Ещё один. Да сколько можно? Если я не аристократка, значит, можно приравнивать меня к продажной девке?!

Руки сделали все сами. Вода из ведёрка полетела в кронпринца. Прямо в лицо. Следом пощёчина, что показалась раскатом грома в пустом классе.

– Идите вы, Ваше Высочество… – я всё же постаралась немного сдержать эмоции, за окном до сих пор сыпал снег, бушевал ветер. – В пургу за окном. Вместе со Скрюпом. С повышением жалования. И аморальными предложениями.

Развернулась и бросилась на выход из класса. И даже застывший в дверях с круглыми, как блюдца глазами, второй принц не стал для меня помехой. Я пролетела мимо него, как пущенный из пращи камень, едва не сбив с ног. Как и мимо остальных Гримвальдов, оказавшихся у двери.

Не помнила, как добежала до маленькой кухни, предназначенной для персонала. Влетела в неё. Нэн и Сея застыли, не донеся печенье до рта. Уставились на меня, словно я Дух Хаоса, прервавший их размеренную жизнь своим появлением.

– Это возмутительно! – воскликнула я.

Всё же выпустила ведёрко из рук, рухнула на свободный стул и закрыла лицо руками.

– Давай-ка по порядку, – вздохнула Сея, поднимаясь со стула и наливая мне чай. Пододвинула тарелку с печеньем. – Что произошло?

Мне было стыдно рассказывать. Но дальше держать всё в себе было сложно. Мне нужно было поделиться хоть с кем-то. Я рассказала няньке и поварихе всё. Выдохнула, обхватила горячую чашку руками, уткнулась в неё взглядом.

– Вот же сволочь, этот Скрюп! – покачала головой Нэн. – Опять за старое взялся. Ирод.

– За старое? – приподняла я брови.

– До тебя всех молоденьких гувернанток выжил отседова. Только такие, как мы и остаются. Остальных всех склоняет к непотребству, – вздохнула Сея.

– И… все знали и молчали? – изумилась я.

– А что мы можем сделать? Мы всего лишь работницы, – развела руками Нэн.

Да. Мне это было знакомо. Кому скорей поверят? Конечно, управляющему. Достопочтенному человеку, что содержит приют. Пригревает сирых и убогих. А женщины… мало ли что не понравилось, вот и наклеветала. Общество ведь скажет, что сама виновата.

– Ну а с кронпринцем ты всё же зря так, – Сея мотнула головой. – Неужто с мужчиной никогда не была. Ну хорош же собой. Воспитан. Был бы у тебя покровитель.

Была. И даже замуж собиралась. До того, как жизнь рухнула. Мотнула головой.

– Да неужели в этом мире женщине можно выжить, лишь ложась под «покровителей»? Что я, по-вашему, девка продажная?

– Нет, конечно! – поспешила успокоить меня Нэн. – Но всё же не на каждую королевский отпрыск взгляд бросает…

Я вперила в неё взгляд. Женщина замолчала. Я всё же попробовала чай. Взяла печенье и принялась жевать его с яростью. Даже не подумаю извиняться перед кронпринцем. Не в этот раз.

Глава 10

Кайан. Королевство Гримхольм. Нордград. Вороньи врата. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

Я сплюнул воду изо рта. Достал из кармана платок и вытер лицо. Только одним богам известно, почему после такого отказа, вспыхнул небывалый азарт. Никто и никогда раньше не отказывал мне в такой грубой форме.

– Мы, наверное, потом отчитаемся о проделанной работе, – пролепетал мой брат и поспешил покинут класс.

– Стоять! – припечатал я.

Брат вздохнул, развернулся и вернулся в класс. Попытался вместиться за парту, но с его почти двухметровым ростом это было непросто. Плюнув, он уселся на парту. Люциан остался у двери. Эрик и Видар замерли, не зная, куда себя деть.

– Всё слышали? – прищурился я.

– Мы не подслушивали, – оправдался Видар.

– За нами такого вообще не водится, – Эйрик сделал жест, означающий «зуб даю».

– Всё, – со скучающим видом сдал всех Люциан.

– И что я сделал не так? – вскипел я, ища ответа у братьев.

Три неприятности переглянулись. Агнар опустил взгляд и нахмурился.

– Ну… судя по всему, твоё предложение… как бы тебе помягче сказать… – замямлил брат.

– Ой, да чего там тянуть, – не выдержал Видар. – Серьёзно? Я тебе жалование повысил. Работы поменьше будет. Не хочешь отплатить? – передразнивая мои интонации, произнёс кузен.

– Наверное, скажу это впервые в жизни, – вздохнул Люциан, – Но Видар прав. Выглядело двусмысленно. А твоя Рут…

– Не моя, – глаз дёрнулся.

– Ладно, просто Рут. Скажем, девушка гордая, – закончил мысль Люциан.

– Я бы сжёг тебя за такое, – покивал Эйрик.

И всё же прищёлкнул пальцами и высушил на мне одежду. И лужу на столе и полу. Я стряхнул пыль от мела с камзола.

Гордая. И вскипающая, как вулкан. Её глаза за секунду до того, как она вылила на меня воду… Что-то неописуемое. И прекрасное одновременно. Фурия. Разъярённая.

– Ты всё же решил за ней приударить? – полюбопытствовал Агнар.

Я перевёл на него взгляд. Брат нахмурился, постарался стать меньше.

– Возможно.

– Ну тут на кривой кобыле не подъедешь, хоть и не аристократка, а спеси хоть отбавляй, – хмыкнул Видар.

– Узнай мне про неё всё, – посмотрел я на Люциана.

– Может… всё же присмотришь другую девушку, – покосился кузен на дверь.

– Это уже дело принципа, – сверкнул я глазами.

– Похоже… наше Высочество отказов не приемлет, – пробормотал Агнар, постукивая пальцами по парте.

Я махнул кистью, намекая, чтобы братья исчезли. Сам же направился в кабинет Скрюпа. Управляющий сиял, как начищенное столовое серебро.

– Ваше Высочество! Щедрость королевского рода не знает границ! Теперь-то мы с детишками точно перезимуем! – радостно защебетал он.

– Почему вы сказали Рут, что я её уволил? – приподнял я бровь, усаживаясь в кресло управляющего.

– Что? – нахмурился Скрюп. – Но я не говорил такого! Что за клевета?

Я покрутил меж пальцев перо.

– Барнаби. Давайте прямо: приют в плохом состоянии. Мы нашли для него благодетелей помимо нашего рода. Значит, вам нужно набрать больше людей для работы. И, самый важный момент, я буду контролировать каждый потраченный золотой. Рут Коль продолжит работать в этом приюте. И даже если сама захочет уйти – вы не примете отставку. Ясно?

– Яснее ясного, Ваше Высочество, – заморгал Скрюп.

– И ещё… если я узнаю даже о намёке поползновения от вас в её сторону – вы вылетите из приюта, как пробка из бутылки игристого вина. Я не посмотрю на годы ваших заслуг и безупречной работы.

Управляющий закивал. Я отложил перо, поднялся на ноги.

– Завтра прибудут рабочие для починки крыши и окон. Мои кузены и брат проконтролируют работы. Ваша задача – не мешать. И заниматься своей работой. Например: поиском людей. И поднимите жалование всем, в конце концов. За такие деньги даже десять лет назад никто не стал бы работать.

Я покинул кабинет. Направился к выходу из приюта. Кареты уже поджидали нас. Достал свой подбитый соболиным мехом плащ.

– Не одолжите мне свой плащ, Ганс? Взамен я отдам вам свой, – улыбнулся я кучеру.

Он округлил глаза, но покорно скинул свой простенький плащ и отдал мне. Из приюта вышли и братья.

– Судя по твоему убогому виду, домой мы возвращаемся без тебя, – подходя к карете, констатировал Агнар.

– Домой она ходит через Пепельный рынок, так что хоть кинжал наготове держи, – фыркнул Видар.

– Может быть, подстраховать? – напрягся Люциан.

– Справлюсь сам, – процедил я, но всё же проверил ножны кинжала.

– Он возжелал её одну. Всё больше уходя во тьму. Она в ответ ему. Иди, Высочество… – с видом великого барда принялся декларировать Эйрик.

– Ко дну, – лицо Люциана вытянулось.

– Не-не-не, там по-другому, – замотал головой Эйрик. – Иди, Высочество, в п…

Агнар заржал и не дал Эйрику закончить. Видар уже едва сдерживал смех. Я впился в кузена взглядом, представляя, как откручиваю его голову.

– Не продолжай, пожалуйста! – взмолился Люциан. – У меня кровь из ушей хлынет от твоего словарного запаса.

– В пургу! Идиоты, – надулся Эйрик, всё же усаживаясь в карету. – Мне даже стыдно представить, Ваша Светлость, какую низкопробную рифму вы подобрали к моему прекрасному четверостишию.

– Можно, я поверну ему голову до щелчка? – нахмурившись, спросил у меня Люциан.

– Он наш родственник. Как и два других идиота. Только смирится, сделать медленный вдох, такой же медленный выдох, – с горечью произнёс я.

– И помогает? – потёр Люциан переносицу.

– Честно? Ни капли. Я постоянно хочу убить этих троих. Но отец говорил, что Ашер в молодости тоже был невыносим.

– Давай честно – он и сейчас порой режет без ножа своими подтруниваниями. И за какое наказание мне дали второе имя в его честь? – задал риторический вопрос Люциан и уселся в карету. – Удачи тебе, Высочество. Надеюсь, не явишься с поцарапанным лицом.

Я натянуто улыбнулся. Накинул капюшон плаща. Погода не становилась лучше. На улице стремительно темнело. Засветились цепи, словно змеи ползя по улицам города. Снежинки падали в безумном танце, разбиваясь о слякоть. Я ждал, как покорный пёс у крыльца. И даже не знал, что ей сказать.

Попросить прощения?

Но я даже не думал, что моё простое предложение вызовет такую реакцию. Какая девушка отказалась бы даже от скоротечного романа с принцем? Раньше достаточно было улыбнуться, прищёлкнуть пальцами и перекинутся несколькими фразами, чтобы очаровать. И дорогие подарки лишь подогревали интерес. А здесь…

Что же ты за загадка, Рут Коль?

И всё же ты будешь моя. Мне никто и никогда не отказывал. И ты попадёшь в мои сети.

Глава 11

Рут. Королевство Гримхольм. Нордград. Вороньи врата. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

Не знаю, какие силы мне помогли, но мне удалось взять себя в руки и провести оставшиеся занятия. Тяжёлый день наконец-то закончен. За окном уже было темно. А ещё нужно как-то догрести до дома.

– Госпожа Лут! Госпожа Лут! – влетел в класс Рик, врезался в меня и обхватил ручками за бёдра.

– Что-то случилось, Рик? – с беспокойством спросила я.

От тревоги даже пальцы задрожали, взяла мальчика пальцами за подбородок и заставила поднять на меня взгляд. Его лицо светилось от счастья. За что я и любила детей. За чистые эмоции. Не омрачённые интригами.

– Да! Плиходил тот дядя, что показывал нам снежинки и плинёс просто горы всего! Теперь у меня есть сапожки для плогулки, иглушки… и он сказал, что больше мы не будем мелзнуть.

– Это же прекрасно, – улыбнулась я.

А к горлу подступил колючий ком. Как мало нам нужно для счастья, оказывается. Для некоторых же это обыденность.

– Ты останешься сегодня с нами? Почитаешь нам сказку?

– Нет, мой хороший. Мне тоже нужно поспать.

– По темноте идти одной опасно. У тебя есть лыцаль, что защитит тебя от лазбойников?

Усмехнулась, качнула головой.

– Тогда я выласту и стану им.

– Я буду уже старой и некрасивой, Рик.

– Ну… ну… тогда я возьму тебя к себе в дом, и ты будешь плосто сталушкой, сидящей в клесле и лугающей всех прохожих в окне.

Я рассмеялась, обнимая Рика и гладя его по голове. Не знаю, сколько мы простояли вдвоём, но пришла Нэн и забрала мальчика, причитая, что мне уже давно пора домой. За окном мело так, что ни неба, ни земли было не видно. Вздохнула и отправилась менять форму на платье. Вряд ли меня спасёт от холода плащ на рыбьей подбивке, но и оставаться ещё на одну ночь в приюте я не хотела.

Даже дверь удалось открыть с трудом. Ветер боролся со мной и старался её вновь закрыть. Кто-то придержал дверь, помог мне выйти на заметённое снегом крыльцо. И когда только успели вырасти такие сугробы?

– Спасибо, – пробормотала я, но побоялась, что метель заглушила мои слова благодарности.

Подняла голову, придерживая капюшон плаща. Захотелось разочарованно простонать. Передо мной стоял кронпринц. В простом плаще.

– Вы плохо понимаете общий? Мне повторить свой отказ от вашего предложения на северном наречии? – сразу ощетинилась я, отступила. Едва не упала с крыльца.

Кайан придержал меня за локоть.

– Я хотел извиниться, предполагал, что вы остыли за прошедшее время…

– Ни капли, – честно заявила я, обходя принца и направляясь через сугробы по тропинке на выход с территории приюта.

– И всё же я попрошу прощения за то, что мои слова прозвучали двусмысленно. Ни в коем случае не хотел оскорбить вас своим предложением. И… повышение вашего жалования никак с этим не связано, – кронпринц не отставал.

Там, где я делала два шага, ему достаточно было и одного. В сапожки набился снег. Ногам стало холодно. Я куталась в плащ, но ветер всё же пробирался под него, студил кровь. А мы ещё даже не дошли до Пепельного рынка. Кратчайший путь был через овраг. Но сугробы подсказывали мне, что сегодня там не пройти. Придётся идти в обход. Ещё и не одной, судя по тому, что кронпринц не отставал.

Никак не связано. Мышка помнит, как попала в мышеловку. Хвостик после этого не отрос. И как бы красив ни был кот – больше не побежит за сыром.

– Я не буду извиняться за воду и пощёчину. Даже если меня казнят на городской площади, – пробурчала я в ответ, покосившись на принца.

– Там уже давно никого не казнят, – пожал плечами Кайан, подстраиваясь под мой шаг.

Не ответила, лишь брела по дороге, мечтала, как высплюсь в свой выходной.

– Мне сказали, что вы ходите домой через Пепельный рынок. Это не самый безопасный путь…

– Вы узнали об этом, проезжая мимо в карете? – устало спросила я. – Там такие же люди, как и везде.

– Угу, только более жуликоватые, наглые и думающие о том, как нажиться на хорошо одетом прохожем, – фыркнул принц. – И с чего вы взяли, что я передвигаюсь по городу только в карете?

– Сложно представить вас… гуляющим по тому же Пепельному рынку. Да даже по Ледяным садам.

– Так, вы упустили шанс даже не представить, а увидеть, – фыркнул принц.

– Ну слава богу… что упустила, – пробормотала я.

Мы уже вышли на окраинную улицу. Ветер немного утих. Я мысленно сделала себе пометку больше не болтать при родственниках кронпринца. Быстро же ему доложили обо всём. И с чего они все вообще прицепились ко мне?

– Признаю свою ошибку – ты не мышка. Ты ослица, – ответил кронпринц прищуриваясь.

Я остановилась.

– В таком случае вы осёл, – не удержалась я. – Попробуйте прочитать в толковом словаре значение слова «нет».

Кайан резко развернулся ко мне, шагнул ближе, нависая, подцепил мой подбородок пальцами. Я скрестила руки на груди. Впилась в его глаза своими глазами. Всем видом афишировала, что не дрожу перед ним.

– А ведь мы могли бы нормально взаимодействовать. Я даже пытался извиниться…

– Выглядело не убедительно, Ваше Высочество. Вы следом продолжаете вести себя, как эгоистичный… эгоистичный… – я замялась.

На уме вертелось только одно подходящее для описания кронпринца слово – засранец. Но служительницы храма учили меня, что сквернословить плохо. И я старалась соблюдать это правило.

Кайан приподнял бровь, криво усмехнулся, скользя взглядом по моему лицу, вновь замирая им на моих губах, как тогда в библиотеке.

– Как кто? – решил подначить он.

Наклонился, смешивая наше дыхание. Проклятый можжевельник вторгся в мои лёгкие. Нужно было отстраниться. Убрать его руку. Но упрямство заставляло стоять на своём. А слова… они все вылетели из головы. Я всё же взяла себя в руки. Наглец! Уже открыла рот, чтобы сказать…

Но Кайан неожиданно провёл подушечкой большого пальца по нижней губе. Дыхание сбилось. Я оцепенела. И вместо бойкого ответа промямлила:

– Наглец…

– В этом ты права, – выдохнул он, сократил расстояние между нашими губами.

Коснулся. Мягко, но вместе с тем требовательно. Скользнул меж губ языком. Странно, но тело не оцепенело, как бывало всякий раз, когда мужчина вторгался в моё пространство. Наверное, всё дело в том, что я была слишком зла на принца. Как и сейчас.

Не ответила. Но не удержалась и укусила его за язык. Он зашипел и отстранился.

– Вы отвратительно воспитаны, Ваше Высочество. Попробуйте поработать над вашим поведением, – прострекотала я и поспешила быстрее по улице, пока кронпринц не опомнился и не догнал меня.

– Это ты зря, Рут Коль, – долетело до меня в ответ. – Мы ещё обязательно встретимся. Обещаю…

Глава 12

Кайан. Королевство Гримхольм. Нордград. Вороньи врата. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

Смотрел ей вслед, а градус азарта всё рос.

– Но я хотя бы знаю вкус твоих губ, Рут, – пробормотал я, поправляя капюшон и направляясь в сторону Королевского Клыка.

Дикая. И манящая. Возможно ли её вообще приручить? Я не знал. Но попробовать хотелось до зуда в пальцах. Должен признать: такие крепости я ещё не осаждал. Оттого и интереснее.

Я хорошо знал город. Когда твой дядя является главой теневого мира, волей-неволей ты узнаёшь о городе намного больше, чем положено наследнику королевской династии. Но это также давало нам всем защиту. Местные преступники вряд ли нападут на представителя семьи Гримвальд – их растерзают свои же. Чужаки в Нордграде редкость. Этот город не терпит праздношатающихся. А мороз прогоняет с улицы лучше стражника.

Замок располагался в самом центре города, был виден с любой его окраины. Мы с братьями часто выбирались под видом обычных горожан, чтобы провести время без постоянного соблюдения этикета.

А она знала этикет. И соблюдала его получше моих братьев, большую часть времени живущих при дворе. Загадка, которую хотелось разгадать. Сиротка, что не боялась меня. Откуда она? И почему я зациклился на ней, когда вокруг так много других высокого происхождения, доступных, готовых на многое, чтобы добиться моего расположения?

В замок я прошёл через тайный ход. Ужин уже пропустил, а попадаться на глаза членам семьи не было желания. Сразу отправился в покои. Но членам семьи было плевать, что я там решил. Братья расположились в моей гостиной, попивая вино и смеясь на половину крыла.

– В замке нет другой гостиной? – приподнял я бровь, снимая плащ и намеренно бросая его в кресло, где сидел Агнар.

Брат едва не расплескал вино. Хотя… в нашей семье скорее не явятся на войну, пропустят чей-то день рождения, чем прольют вино. Эйрик с задумчивым видом покрутил в руке бокал, вздохнул.

– Вопрос решила без ведра. На языке сомкнулись зубы. В груди влюблённого дыра. Не будешь без разрешенья лобзать губы.

– С тебя ужасный рифмоплёт, – поморщился Люциан.

– Но ситуация смешная. Ты мастер хождения по граблям, Высочество, – посмеиваясь, произнёс Видар.

– В следующий раз я буду внимательней смотреть на крыши, – прищурился я в сторону Эйрика.

Слишком просто сдались братья. Это должно было меня насторожить. И нужно обязательно проверять не следят ли за тобой. Особенно когда в семье есть представители крылатого народа. Как, например, младшая королевская ветвь.

– Я только за твою жизнь беспокоился, – приложил кузен руку к груди. – Поэтому и полетел проверить. Не убила ли тебя Рут.

Я фыркнул, не веря ни единому слову этого плута. Люциан протянул мне бокал.

– Ну а если серьёзно, я проследил за Рут, и теперь ты знаешь, где она живёт и что добралась до дома благополучно, – продолжил Эйрик.

– И что? Предлагаешь мне отправиться к ней в гости? – хмыкнул я. – Ты добыл сведения? – обратился я к Люциану.

– Экий ты шустрый. Для этого время необходимо, – поморщился кузен.

– Если ты отправишься к ней в гости, то скорей всего поцелуешь дверь и уйдёшь, – помотал головой Видар.

И он опять чертовски прав. Тьма бы побрала эту девчонку! Вряд ли я смогу купить её расположение подарками. Хоть все бриллианты Гримхольма сложу к её ногам. Она лишь закатит глаза. В этом я был уверен. Но что ещё я мог сделать?

– Хочешь её завоевать – начни с детей из приюта, – словно прочитал мои мысли Агнар. – Они от неё без ума. И она им доверяет больше всего.

– Завтра у Рут выходной. Так что это твой шанс, чтобы она ничего не заподозрила, – кивнул Видар.

– Ты-то откуда знаешь про выходной? – нахмурился я.

– Просто мы умеем быть очаровательными и думать на шаг вперёд, в отличие от одного ледяного идиота, – пояснил Эйрик. – Мы пообщались с другими работниками.

– За идиота и в глаз можно получить, – предупредил я.

– Вот она благодарность – одни угрозы, – закатил глаза кузен, допил вино и поставил бокал.

Идея хорошая. Я ведь всё равно взялся за восстановление приюта. И то, что дети её любят, я тоже успел заметить. Допил вино в несколько глотков, поднялся на ноги.

– Дальше по приюту помощь не понадобится. Справлюсь сам. Люци – на тебе сведения. Агнар, Ледяные сады ещё ждут твоего присутствия. Как и Сумеречный квартал твоего, Видар…

– А Эйрик может быть свободен, – вскочил на ноги кузен, направился к выходу. – Потому что Крылатый пик – проблема Эми. А для Скайхольма есть папа. Всем спокойной ночи!

Агнар поморщился. Видар смотрел вслед Эйрику. Люциан усмехнулся и качнул головой. Я потёр переносицу, вздохнул и всё же отправился в спальню. Скинул сюртук, камзол и рубашку. Застыл у окна, упираясь руками в подоконник. За окном утихала метель. Где-то там в Сумеречном квартале она уже, возможно, спала. Думала ли она обо мне? Вряд ли. Если только проклиная. В камине потрескивало пламя, пожирая дрова. Я прикрыл глаза, вспоминая вкус её губ. Её дерзость. Нет. Не такая, как все. Но и я не сдамся так просто. В её обороне должна быть брешь. И я её обязательно найду.

Глава 13

Рут. Королевство Гримхольм. Нордград. Сумеречный квартал. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

День начинался хорошо. Я выспалась. Занялась привычными бытовыми делами: уборкой в комнате, стиркой одежды. Правда бегать до колодца устала, а потом греть воду на печи. Зато смогла полноценно привести себя в порядок. Небольшое подобие ванной комнаты было в квартире Герды. Она позволяла мне ей пользоваться.

Пока лежала в горячей воде, размышляла, как быть дальше с принцем. Мне совершенно не нравились его игры в кошки-мышки. Я прекрасно понимала, чего он хочет. Для аристократов такое норма.

Я выросла в небольшом поселении на юге Гримхольма близ города Бьорнхольм. Настолько маленького, что все жители знали друг друга. В простых семьях с детьми не церемонятся. Моя мать работала служанкой в доме лорда Бьорнхольма. В пятнадцать и я отправилась туда работать. Тогда же я почувствовала тягу к знаниям.

Каждую свободную минуту, я стояла под дверью комнаты, где обучались дети лорда, подслушивала и впитывала все полученные сведения. Один из учителей сжалился надо мной и научил меня грамоте. И даже подарил книгу с историей Гримхольма. Наверное, это было самое счастливое время в моей жизни, даже несмотря на тяжёлый труд.

В восемнадцать я встретила Ивара. И полюбила его всем сердцем. Он был из города. Заботился обо мне, как никогда не заботились родители. Отцу и матери он пришёлся по душе. Даже дата свадьбы была определена. Иногда я оставалась в доме Ивара, чтобы не добираться до своего поселения. Теперь воспоминания о нём отдавали горечью. Недостижимое. Ускользнувшее прямо из пальцев прошлое. Далёкое.

Ведь одна ночь перечеркнула мою жизнь. Ложь. Клевета. Отречение семьи. Ивар, смотрящий на меня с презрением. Сестры, которые предпочли забыть моё имя. Для всех я умерла.

И только служительницы храма помогли мне жить дальше. Приняли меня в обитель. Обучали. Дали кров, пищу. И полноценное образование. Чтобы я передавала знания дальше. Таким же ненужным обществу детям.

Вода уже остыла, промыла волосы, поскребла тело щёткой, вылезла из воды, вытерлась и надела нижнюю рубашку. Герда уже заварила чай, разлила его по кружкам. В беседе с ней время пролетело незаметно. Пока старушка не спохватилась, что ей нужна вода.

Мои волосы уже высохли. Я оделась, взяла ведро и поспешила к колодцу.

– Какая же ты хорошая, Рут. Дай боги тебе мужа хорошего, – пробормотала Герда, когда я вернулась с водой.

Я горько усмехнулась про себя. Знала бы Герда мою историю – пожелала бы никогда больше не встречать мужчин. Попрощалась со старушкой и отправилась в комнату. Легла на кровать, прикрыла глаза.

И увидела голубые глаза. Его глаза. Лёд, обжигавший мои губы своим взглядом. Запах снега. Можжевельник. Навязчивый аромат. Такой же, как и сам принц. И загадка. Вчера реакция моего тела была другой. А ведь вёл себя принц вчера не лучше, чем встреченные мной мужчины ранее. Вторгался в моё пространство. Брал без спроса.

За дверью послышался приятный мужской смех. Голос Герды. А потом раздался стук в дверь. Я насторожилась, но всё же поднялась с кровати. Приоткрыла дверь.

– Рут, к тебе пришли, – улыбнулась старушка.

– Ко мне? – приподняла я брови в изумлении.

У меня даже знакомых в Нордграде нет. Тех, кто мог бы прийти ко мне. Да никто и не знал, где я живу, кроме Скрюпа. Не мог же за мной проследить кронпринц? Или мог? Нет, это уже ненормально.

– Да, что-то связанное с твоей работой. Ждут тебя в холле.

Что-то с детьми? Сердце загрохотало в тревоге. Накинула плащ, надела сапожки и поспешила выскочить из комнаты. Сбежала по лестнице. Но в холле никого не было. Выскочила на улицу. Два шага со ступеней. Меня схватили. Зажали рот. Приподняли и потащили к карете, остановившейся неподалёку.

Даже замычать не смогла. Ужас заставил кровь застыть в жилах. Тело окаменело. Всё, что смогла сделать – вцепиться ногтями в руку схватившего меня. Он зашипел, едва не выронил меня. Дверь кареты приоткрылась, другой мужчина подхватил меня и усадил в карету. Но я не разглядела его. Слишком темно. Слишком страшно.

– Это было больно, – потирая поражённую руку, протянул Агнар, усаживаясь рядом.

Я хватала ртом воздух. Приложила руку к груди, пытаясь прийти в себя. Сердце билось в ушах. Карета тронулась.

– Та-ак, похоже, мы переборщили, – задумчиво протянул Эйрик, взял меня за руку согревая. – Это всего лишь мы, Рут. Дыши. Медленный вдох. Такой же выдох.

Последовала совету. Лёгкие всё же раскрылись, наполнились воздухом. Выдохнула. Повторила, откидывая голову на стенку кареты. Прикрыла глаза.

– Вот видишь, всё в порядке. Мы не причиним тебе вреда, – продолжил Эйрик.

Эта фраза сработала, как искра у пороховой бочки. Открыла глаза, сузила их. Эйрик отпустил мою руку, с опасением отстранился.

– Что вы себе позволяете?! – я сжала кулак и со всей силы ударила сидящего рядом Агнара в плечо. Рука взорвалась от боли. Из глаз брызнули слёзы.

– Вот Тьма! – принц даже не поморщился, но с сочувствием посмотрел на мою руку.

– Похоже, серьёзно, – мою руку осторожно взял в свои ладони Видар, осмотрел.

– Прости, Рут. Мы не хотели тебя напугать. Просто решили устроить тебе небольшой подарок на день рождения, – пробормотал Агнар.

Я всхлипнула, закусила губу. Рука болела так, что словами было не передать.

– Оно только завтра. И откуда вы узнали? – моя рука так и покоилась в руках Видара.

– В документах есть дата, – пожал плечами Эйрик.

Закрыла глаза неповреждённой рукой.

– Простите за бестактность, но вас троих в детстве часто роняли? – не смогла я сдержаться.

– Мне определённо нравится твой стиль оскорблений. Обычно нас просто называют идиотами, а здесь так стелешь, прежде чем нанести удар, – хмыкнул Агнар.

Я убрала руку от лица, перевела на него разъярённый взгляд. Принц лишь улыбнулся.

– Куда вы меня везёте?

– Лучше тебе не знать место. Но мы решили, что подарок тебе обязательно понравится, – осторожно произнёс Эйрик.

– Я не приму подарок от малознакомых мне людей, – отрезала я.

– Ничего материального тебе дарить мы не будем, чтобы не поставить тебя в неловкое положение, – приложив руку к груди, ответил Видар, – Агнар, нужен холод, иначе будет зверский синяк.

Принц взял мою руку. Его пальцы стали холодными. Покрылись льдом. Прохлада объяла мою руку, приглушая боль.

– Спасибо, – выдавила я.

Сдалась. Куда мне тягаться с тремя мужчинами ростом под два метра? Внутри растекался страх. Но я старалась держаться. Карета остановилась. Эйрик первым выбрался на улицу. Следом Видар. Агнар, выбравшись, подал мне руку.

Мы остановились у невзрачного здания. С другой стороны, от него были слышны весёлые разговоры, смех. Эйрик отворил дверь, жестом приглашая нас войти. Глаза с трудом привыкли к полутьме. Прихожая. И сразу лестница. По ней мы и стали взбираться, пока не очутились в светлой комнате, разделённой ширмой напополам. В доступной взгляду части стояли диван, кресла и маленький столик. Из-за ширмы высунулась обворожительная женщина.

– Долго же вы. Вы трое – на кресла и диван. Ты, – она поманила меня пальцем, – иди сюда.

Я оглянулась на Гримвальдов, ища пояснения. Но Видар лишь мягко подтолкнул меня в спину. Ну как мягко… если соизмерить наши параметры. Пробежала почти до ширмы. Женщина схватила меня за руку, затащила за неё, скрестила руки на груди, одной задумчиво потёрла подбородок, рассматривая меня.

А я разглядывала её в ответ. И там было на что посмотреть. Возраст сложно было определить. Ни одной морщинки на лице. Пухлые губы, выразительные зелёные глаза, родинка над губой. И огненно-рыжие волосы.

– Начнём с платья. Раздевайся. Надевай вот это, – она схватила со стула роскошное платье василькового цвета.

К нему добавила шелковое нижнее платье. Я растерянно приоткрыла рот. Женщина же приподняла бровь.

– И пошустрее, не то опоздаете.

Было что-то в её взгляде такое, что заставило меня подчиниться. Быстро, но робко я начала переодеваться. Шёлк приятно скользнул по коже. Никогда в жизни у меня не было настолько дорогой одежды. А платье…

Женщина затянула корсет и развернула меня к туалетному столику. Отражение не показало меня. Скорее леди. Открытые, хрупкие плечи, расшитый сапфирами лиф. Юбка платья была словно соткана из васильков. Моя талия в контрасте с пышной юбкой выглядела совсем тоненькой. Красивые туфли на каблуках сделали меня ещё стройнее.

– Садись, добавим красок этому холсту и волосы уложим.

И вновь я подчинилась. Всё ещё заворожённо разглядывая себя. Женщина же замерла на миг, отошла и вернулась с перчатками.

– Наши ручки далеки от холеных аристократичных, – улыбнулась она, распуская мою косу и щеткой ведя по прядям.

Покорно надела вуалевые перчатки в тон платью.

Она была волшебницей. Волосы заблестели. Женщина уложила их в красивую причёску, открывая мою шею, плечи. Дальше были кисти. И на моих щеках появился лёгкий румянец. Брови стали выразительнее, а губы ярче. Как и глаза.

– Ну вот. А ты красотка. Но беги уже. Время.

И меня просто выставили из-за ширмы. Агнар сидел лицом к ширме, беседовал с кузенами. Он и увидел меня первым. Замер, округляя глаза и приоткрывая рот. Следом обернулись и Видар с Эйриком. Мне даже стало неуютно под их взглядами. Мне не хотелось выделяться. Жизнь научила, что лучше быть серой мышкой. Но меня вновь не спросили.

– Мари, ты волшебница, – заворожённо произнёс Агнар. – Моё почтение.

– Я знаю, – улыбнулась женщина, – Эйрик, как ты это делаешь? Платье ведь словно на неё шили.

– Он столько женщин раздевал, что ему одного взгляда уже достаточно, чтобы параметры назвать, – фыркнул Видар.

Эйрик отвесил ему подзатыльник, выразительно глядя на кузена. Я приоткрыла рот в изумлении. Агнар потёр переносицу, шумно выдыхая.

– Ты идиот, Видар. Не при дамах же, – пробормотал принц.

– Один штрих всё же добавим, – улыбнулся Эйрик, поднимаясь на ноги, из кармана сюртука он вынул кружевную маску в тон моего платья, подошёл ко мне и помог надеть её.

– Не один, – фыркнул Видар, доставая футляр и вытаскивая серьги и колье из сапфиров. – Прости, но придётся тебе смириться для полного образа.

Непривычно. Серебро холодило шею. Серьги были тяжёлыми. Как только аристократки носят такое?

Затем парни тоже надели маски. Агнар предложил мне свой локоть.

– Ну что, готова к подарку?

Глава 14

Кайан. Королевство Гримхольм. Нордград. Вороньи врата. Сентябрь 1603 года от победы над Духами Хаоса.

– А снежинку покажешь? – распахнул глаза Рик.

Дети сидели в гостиной и пили горячий шоколад. Безотказный способ завоевать доверие. Я знал это по кузине, что до сих пор была без ума от него. Пришлось, правда, украсть повара из замка. Но это того стоило.

Нэн внесла поднос с пирожным. В глазах детей появился восторг. Нянька опустилась в свободное кресло, взяла на руки одну из девочек.

– Конечно, покажу, – улыбнулся я в ответ. – А вы расскажете мне о Рут? – хитро прищурился.

На лице Рика отразились тяжёлые раздумья. Мне всё больше нравился этот смышлёный мальчишка. Искренний, но в то же время умеющий думать, прежде чем сделать. Нэн же насторожилась, покосилась на меня, но смолчала.

Дверь в гостиную отворилась, явились Агнар, Эйрик, Видар и Люциан.

– Я же сказал, что сегодня вы здесь не нужны, – сдержанно произнёс я.

– Но ты забыл, что мы должны были проконтролировать, как залатают кровлю и поставят новые окна, – фыркнул Агнар, занимая место между детьми.

– На самом деле мы ненадолго, – хватая Агнара за ухо и вытягивая его с дивана, произнёс Люциан.

Дети засмеялись, наблюдая за братьями.

– Ты ведь помнишь про театр сегодня вечером? – упираясь локтями в спинку дивана, спросил Эйрик.

Я поморщился. Естественно, увлечённый игрой с Рут, я забыл про театр, бал-маскарад и прочие планы на эту ночь. А наша семья должна там быть в полном составе. Распоряжение королевы. А с мамой опасно спорить. Ведь папа всегда вставал на её сторону.

– А у госпожи Лут завтла день лождения, – как военную тайну, выдал мне Рик, подёргал за рукав. – Она сама мне лассказывала. А я запомнил. Снежинку показывай.

Братья, как шпионы тоже прислушались. Но Люциан всё же подтолкнул их к выходу.

– В восемь вечера. Не забудь, Кайан, – бросил он мне напоследок.

– Конечно, покажу, я же обещал, – улыбнулся я, возводя одну руку над другой и создавая вихрь из снежинок.

Дети восторженно охнули. И следующие несколько часов я провёл в их компании. Создавал ледяные фигурки, незаметно увлёкся и играл с ними в прятки. И впитывал все сведения о Рут. Я был прав. Дети её обожали. Добрая. Умная. Весёлая.

За окном уже темнело. Мне пора было возвращаться в замок. Попрощался с детьми, пообещал им прийти ещё. Но перед уходом всё же заглянул в кабинет Скрюпа.

– Можно мне посмотреть рекомендации Рут Коль? – невинно спросил я.

Барнаби покивал, зарылся в ящиках стола и достал мне большой конверт. Я быстро перебрал документы, рекомендации. Так и есть. У Рут завтра день рождения. Вот он мой шанс. Идеальный повод выманить её.

– Завтра ведь уже выходит новая гувернантка? – уточнил я.

– Да, и Коль как раз должна ввести её в суть дела. Рассказать о приюте и о пройденном с детьми материале, – кивнул Барнаби.

– Завтра Рут не будет. Вы ведь можете ввести в суть дел и сами? – это был не вопрос, а скорее утверждение, подкреплённое моим пристальным взглядом.

В глазах Урюпа мелькнуло недовольство, но спорить со мной он не решился. Кивнул.

– Конечно, Ваше Высочество, – натянуто улыбнулся он.

– Вот и славно.

Я отправился домой, не забыв забрать с кухни повара. К причудам королевской семьи были привычны все, кто работал в замке. Время словно работало против меня. Едва я успел привести себя в порядок, как пора было собираться в театр.

Черная рубашка, камзол и сюртук с серебристой вышивкой. И маска. Обязательный атрибут этого вечера и ночи. Словно Гримвальдов это замаскирует. Только один оттенок волос выделял нас среди остальных. В сочетании с цветом глаз, мы были узнаваемы под любой маской. Вся аристократия города должна сегодня быть на спектакле. И после бал-маскарад.

Погода словно тоже готовилась. К балу. Или к чему-то ещё. Но снег за день растаял, оставив подмёрзшую грязь. Ветра не было. Затишье. Здание театра находилось в Ледяных садах. В карете я ехал с Люцианом. Странно, но Эйрика, Видара и Агнара я не видел, среди остальных членов семьи.

Я занял своё место в ложе. Король и королева сидели в другой, соседней ложе. Как и братья короля с супругами. По правую руку от меня сидели Эми и Дамиан.

– Скажи, что эта пытка будет не всю ночь, – зевая, произнесла кузина.

– Я тоже рад тебя видеть, – усмехнулся я в ответ. – Ты же любила балы и театры.

– Это было до того, как я забеременела. И теперь я хочу спать. Разве это много? – прикрыла глаза Эми.

– Просто положи голову мне на плечо, – приобняв её, тихо произнёс Дамиан.

Люциан сидел позади, явно тоже намереваясь вздремнуть и не мучить себя высоким искусством. Стали появляться другие аристократы. Занимали свои места.

– А что за пьеса? – устало спросила Эми.

– Лучше тебе это узнать у королевы. Она нас всех вытащила, – закатил я глаза.

– Мы ведь не опоздали? – шумно занимая места позади, спросил Агнар.

– Где вы были? – насторожился Люциан.

– Дела, – туманно ответил Видар.

– А что, Тёмных тоже обязали ходить на семейные мероприятия? – ехидно спросил Эйрик.

– Я тоже тебе рад, шурин, – фыркнул Дамиан в ответ.

– А когда мы увидим кто из вас лучше? – цепляясь за спинку моего кресла, наклонился к нам Агнар. – Когда состоится великое побоище между Первым и Вторым мечом континента?

– Когда остриё кинжала на твоём животе будет смотреть вверх, – огрызнулся Люциан и дёрнул его, чтобы он сел.

Агнар обиженно цокнул. Дамиан изогнул брови, едва сдерживая смех.

– Это как? – всё же спросил он.

– Видишь ли, у некоторых членов нашей семьи большая любовь к татуировкам, – пояснила Эми.

– Угу, а мой полудурок-брат сделал татуировку в виде клинка на животе. Остриём вниз, – подхватил я.

Шуршание юбок рядом привлекло моё внимание. Но пока я не мог отвлечься от разговора. Интуиция же подсказывала, что рядом кто-то интересный.

– Это намёк на опасность, – огрызнулся брат.

– Так надо было тогда и кинжал в боевой готовности изображать, – рассмеялся Люциан.

– Фу, какие вы, – надулся Агнар. – Я с вами не разговариваю.

– Всё, тихо. Начинается. Я спать, – предупредил Люциан.

На сцене появились актёры. Я же покосился влево, изучаю сидящую рядом леди. Аромат жасмина заставил меня обомлеть. Повернул голову…

Сердце сделало какой-то рваный удар, причиняя боль лёгким. Открытые плечи, шея. Камни на шее, что чуть мерцали в полумраке. Васильковый цвет идеально подходил к платиновым волосам. Линия ключиц сводила с ума. Светлая кожа, к которой хотелось прикоснуться губами, почувствовать её бархатистость. Она явно была такой…